ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-19674/2018

г. Челябинск

05 марта 2019 года

Дело № А76-15403/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 марта 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хоронеко М.Н., 

судей Забутыриной Л.В., Калиной  И.В.,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Комбинат «Магнезит» на определение Арбитражного суда Челябинской области от 06.12.2018 по делу № А76-15403/2017 (судья Холщигина Д.М.)

В судебном  заседании приняли  участие  представители: 

 публичного акционерного общества «Комбинат «Магнезит» - ФИО2 (доверенность от  19.12.2018); ФИО3 (доверенность от 26.12.2018);

конкурсного управляющего ФИО4 - ФИО5 (доверенность от  01.07.2016);

общества с ограниченной ответственностью «СтройКонт» - ФИО6 (доверенность от 04.09.2018);

Федеральной налоговой службы – ФИО7 (доверенность от 06.11.2018).

Определением от 13.06.2017 возбуждено дело о банкротстве ООО «Уралэнергосервис» (далее – должник).

Определением от 13.11.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим назначена ФИО4 из числа членов Ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в официальном издании газеты «Коммерсантъ» № 220 от 25.11.2017.

В Арбитражный суд Челябинской области 20.12.2017 посредством системы «Мой Арбитр» обратилось ПАО «Комбинат «Магнезит» с заявлением (вх. № 60636), в котором просит включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование кредитора в размере 15 027 712 руб. 60 коп. как обеспеченное залогом имущества должника   в   части требований по договору купли-продажи № 40028216 от 01.11.2007 (с учетом принятых судом уточнений от 30.03.2018, вх. № 16212, л.д. 83, т. 2, от 29.03.2018, л.д. 105-107, т. 6).

Определением от 03.12.2018 в удовлетворении  заявления  отказано.

Не согласившись  с указанным судебным актом,  ПАО «Комбинат «Магнезит» обратилось в суд  с апелляционной  жалобой.

  По мнению апеллянта, судом  не  решен вопрос о том, входила ли  задолженность  по спорным  договорам  в сумму исходящего  сальдо  в пользу ПАО "Комбинат "Магнезит", указанному  в акте  сверки  за  период с 01.01.2015 по 31.10.2015 и является  ли  данный акт  сверки  действием  должника, свидетельствующим о признании  долга, а  также не  дана  оценка  доказательствам, имеющимся  в деле  (бухгалтерские  балансы,  расшифровки к ним, акты сверки за период с 2007 по 2015 годы,  заключение  специалиста №2018.16 ПР, расчеты  входящего  сальдо ко всем актам сверки  за период с 2007 по 2015 годы) Необоснованно  отказал в  назначении  экспертизы по вопросу о том, отражалась  ли спорная  задолженность бухгалтерской  отчетности  кредитора и в актах  сверки, в  также во входящем  сальдо на сумму 94 367 777 руб. Все  акты  сверки  в копиях и оригиналах подписаны со стороны должника и   находятся в материалах дела. Суд  не  обосновал, по каким  критериям  не признал  задолженность по  письму №155/04.11 от 19.11.2013 на сумму  2 509 524 руб. По всем  спорным  обязательствам  имел место перерыв срок исковой  давности в связи с совершением  действий,  свидетельствующих  о признании  долга. Выводы  суда  о  заинтересованности  кредитора и должника  через ФИО8  не обоснованным, поскольку  на  момент  совершения  сделки  ФИО8  не являлся членом  совета  директоров кредитора, что  также  подтверждается протоколами собрания акционеров. Суд  не указал, на основании каких доказательствах он  сделал  вывод  о том, что ФИО8, как  лицо, которое извлекло  выгоду  из  незаконного, в том числе  недобросовестного поведения руководителя  должника является контролирующим. Кредитор  подтвердил  реальность правоотношений по сделкам,  в  том числе   представлены  отчеты  об оценке  имущества, приобретенного  по  договорам купли-продажи.  Также   суд  не указал, какие  доказательства  свидетельствуют  об определенной  организации  предпринимательской  деятельности лицами,  объединенными   общим  экономическим  интересом, и перераспределении  или  совокупного  дохода, получаемого  от осуществления  данной  деятельности. Также  для признания  сделки  мнимой или притворной  необходимо  доказать  порочность воли каждой из ее сторон, доказательств порочности  воли   не представлено. Полное  или частичное исполнение   договора  одной  стороной  сделки  свидетельствует  об отсутствии   оснований  для  признания  ее мнимой  или  притворной.  Переход  права  собственности  зарегистрирован.  Также  имущество  использовалось  в производственной  деятельности  должника.  Суд  по  собственной  инициативе  признал сделку  притворной и не вынес   вопрос  о правовой  квалификации  спорных договоров как притворной  сделки, тем самым  лишив  кредитора   представлять  свои возражения. Суд  необоснованно квалифицировал  оплату  за выполненные  работы   посредством передачи  векселей   как  предоставление  должнику  денежных средств совершенную  на  безвозмездной основе.   Между  тем, такая форма  расчетов предусмотрена гражданским  законодательством,  передача  векселей  осуществлена в оплату  стоимости строительно-монтажных работ. Кредитор не являлся участником должника,  не  мог влиять на  хозяйственную деятельность  должника. Общность  хозяйственных интересов  не  доказана. Отсутствуют  и признаки  злоупотребления  правом  со стороны  кредитора. Так как  сделки  заключены  за 10 лет  до возбуждения   дела  о банкротстве, на дату  совершения сделок  должник  только  начинал  свою деятельность и являлся  платежеспособным.   Совершенные  сделки  были  экономически   обоснованы и в  2007 году  кредитор  не  мог  рассчитывать  на  будущее банкротство  должника.

В судебном  заседании  представитель   подателя  жалобы  поддержал  доводы, дополнив тем, что по  сделкам купли-продажи  начислялся  и  уплачивался НДС.

Представителем подателя  жалобы  заявлено  ходатайство  о назначении  экспертизы по вопросам:

1. Отражена ли в бухгалтерском учете и отчетности ПАО «Комбинат «Магнезит» дебиторская задолженность ООО «Уралэнергосервис» в размере 15 027 712 руб. 60 коп. по перечисленным договорам;

2. Отражена ли во входящем сальдо на сумму 94 367 777 руб. 84 коп., указанном в акте сверки между ПАО «Комбинат Магнезит» и ООО «Уралэнергосервис» за период с 01.01.2015 по 31.10.2015 по перечисленным договорам.

Повторно  рассмотрев заявленное  ходатайство о назначении  экспертизы, учитывая, что   разрешение  данного вопроса  не  требует  специальных  познаний, суд  апелляционной  инстанции  отказал   в его  удовлетворении в соответствии со статьями 82  и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель  кредитора ООО "Стройконт"  возражал  против  доводов  жалобы, пояснив, что  в 2015 году возбуждалось  дело  о  банкротстве   должника,  однако  кредитор  не  заявил  свои  требования, что  подтверждает  факт  отсутствия  задолженности, а руководитель должника пояснял, что оплату контрагентам  он производит после  согласования  с ПАО  "Комбинат "Магнезит", фактически  кредитор  наделив должника имуществом при создании  сейчас просит включить  его требования в  реестр  как обеспеченные  данным  имуществом, то есть получить предпочтительно удовлетворение  своих требований.

Представитель  конкурсного  управляющего возражал  против  требований  кредиторов  по основаниям,  изложенным в  отзыве  на  апелляционную жалобу.

Отзыв  конкурсного управляющего на апелляционную жалобу приобщен к материалам дела (статья 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Представитель  уполномоченного органа также  возражал  против  доводов  жалобы. 

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства уведомлены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения информации в сети Интернет, в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями  123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена судом в отсутствие  неявившихся  лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 01.12.2007 между ОАО «Комбинат «Магнезит» (продавец) и ООО «Уралэнергосервис» (покупатель) подписан договор купли-продажи имущества № 40028544 в редакции дополнительных соглашений (л.д. 14-56, т. 1), по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателю имущество, перечень которого содержится в приложениях к договору, а покупатель обязуется принять это имущество и уплатить за него покупную цену в порядке и на условиях, предусмотренных договором (п. 1.1 договора).

В качестве доказательств передачи имущества в материалы дела представлены акты приема-передачи имущества, накладные на отпуск материалов (л.д. 14-56, т. 1).

Цена договора согласована сторонами в п. 5.1 договора и с учетом дополнительных соглашений составляет 8 919 228 руб. 16 коп.

Согласно п. 1 дополнительного соглашения № 4 от 01.01.2010, оплата стоимости имущества производится покупателем на условиях рассрочки платежа равными долями до 30 числа текущего месяца. 

Платежным поручением от 24.01.2008 № 58 должник произвел оплату в размере 192 504 руб. 87 коп. (л.д. 71, т. 1).

В заявлении кредитор указал, что задолженность по договору № 40028544 от 01.12.2007 составляет 8 726 723 руб. 23 коп. 

01.11.2007 между ОАО «Комбинат «Магнезит» (продавец) и ООО «Уралэнергосервис» (покупатель) подписан договор купли-продажи имущества № 40028216 в редакции дополнительных соглашений (л.д. 57-66, т. 1), по условиям которого продавец продает, а покупатель принимает в собственность нежилые объекты недвижимости, перечисленные в п.п. 1.1-1.4 договора (п. 1.1 договора). 

Имущество передано покупателю по актам о приеме-передачи зданий (сооружений) (л.д. 57-66, т.1), переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке, о чем имеются соответствующие отметки на договоре (л.д. 58, т. 1), а также подтверждается выписками из ЕГРН (л.д. 20-43, т. 6). 

Общая стоимость имущества составила 3 318 160 руб. 00 коп. В соответствии с п. 2 дополнительного соглашения № 3 оплата стоимости объектов недвижимости производится покупателем на условиях рассрочки платежа, выплаты производятся ежемесячно равными долями до 30 числа текущего месяца. 

Платежным поручением № 59 от 24.01.2008 должник перечислил в адрес кредитора денежные средства в размере 92 171 руб. 00 коп. (л.д. 71, т. 1).

В заявлении кредитор указал, что задолженность по договору № 40028216 от 01.11.2007 составляет 3 225 989 руб. 00 коп. 

19.11.2013 ООО «Уралэнергосервис» направил в адрес кредитора письмо № 155/04.11 (л.д. 67, т. 1), в котором просил реализовать по повторной поставке оборудование согласно приведенному ниже списку. 

В качестве доказательств поставки оборудования кредитором представлены накладная на отпуск материалов на сторону и справки об отгрузке (л.д. 68-69, т. 1).

В подтверждение принятия должником оборудования в материалы дела представлены карточки учета основных средств (л.д. 19-128, т. 3, 1-167, т. 4, 1-166, т. 5, 1-20, т. 6).

В заявлении кредитор указал, что задолженность за поставленное оборудование составляет 2 509 524 руб. 39 коп.

09.10.2014 между ООО «МАГ-Энерго» (кредитор-1) и ОАО «Комбинат Магнезит» (кредитор-2) подписано соглашение об уступке прав требования № 5100000368 (л.д. 70, т. 1), по условиям которого кредитор-1 передает, а кредитор-2 принимает право требования первого и становится кредитором  ООО «Уралэнергосервис» (должник) по обязательствам на общую сумму 1 201 801 руб. 48 коп., в т.ч. по договору энергоснабжения № 13/Э-01/13 от 01.01.2013 (л.д. 44-46, т. 6, 1-81, т. 7) на сумму 878 265 руб. 28 коп., по договору теплоснабжения № 010 от 01.01.2011 (л.д. 42-51, т. 6, 82-225, т. 7) на сумму 235 655 руб. 30 коп., по соглашению уступки права требования от 31.03.2014 (ООО «Строй-Ленд») на сумму 87 880 руб. 90 коп. (п. 1 договора).

Должником в адрес кредитора произведена оплата в размере 636 325 руб. 56 коп, задолженность по данным кредитора составляет 565 475 руб. 92 коп.

Между кредитором и должником неоднократно подписывались акты сверки задолженности (л.д. 9-48, т. 9).

Как указал кредитор в заявлении, наличие задолженности в общей сумме 15 027 712 руб. 60 коп. послужило основанием для обращения с  настоящим заявлением в суд.

В суде  первой  инстанции арбитражный управляющий и кредитор возражали против удовлетворения требования в полном объеме по основаниям, изложенным в отзывах (л.д. 68-69, т. 2, 3-4, 103-105, т. 9, 1-3, т. 10), заявили о пропуске срока исковой давности по требованию.

Уполномоченный орган представил в материалы дела письменный отзыв от 05.02.2018, в котором возражал против удовлетворения требований. 

В судебном заседании кредитор заявлял ходатайство о назначении судебной бухгалтерской экспертизы, на разрешение эксперта просил поставить следующие вопросы:

1. Отражена ли в бухгалтерском учете и отчетности ПАО «Комбинат «Магнезит» дебиторская задолженность ООО «Уралэнергосервис» в размере 15 027 712 руб. 60 коп. по перечисленным договорам;

2. Отражена ли во входящем сальдо на сумму 94 367 777 руб. 84 коп., указанном в акте сверки между ПАО «Комбинат Магнезит» и ООО «Уралэнергосервис» за период с 01.01.2015 по 31.10.2015 по перечисленным договорам.

Поскольку поставлен  перед  экспертом  правовой вопрос, суд отказал в назначении  экспертизы.

Оценив представленные  в материалы  дела  доказательства, с учетом  заявленных возражений, суд первой инстанции  пришел к выводу  об  отсутствии  оснований  для включения  требования  в реестр  требований  кредиторов  должника.

Заслушав лиц, участвующих в деле,  исследовав  представленные  в материалы  дела  доказательства, суд апелляционной  инстанции  не находит оснований для  отмены  судебного акта в силу  следующего.

 В силу пункта  6 статьи  16, статьи 71 Закона о банкротстве требования кредиторов рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов, в связи с чем, арбитражному суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности на основе положений норм материального прав.

В силу п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (ч. 3 ст. 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора ("дружественного" кредитора) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора.

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)). 

Установление наличия внутригрупповых отношений между сторонами сделки и, как следствие, общности хозяйственных интересов участников спорных отношений, о котором заявляет возражающее против требований лицо, позволит дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, так и должника.

 Следует учесть, что конкурирующий кредитор не является стороной сделки, в силу чего объективно ограничен в возможности доказывания необоснованности требования другого кредитора. Поэтому предъявление к конкурирующему кредитору высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. В данном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга. Напротив, стороны сделки не лишены возможности представить в суд как прямые, так и косвенные доказательства, опровергающие сомнения в реальности ее исполнения. Поэтому при наличии убедительных доводов и доказательств представленных конкурирующим кредитором бремя доказывания обратного возлагается в данном споре на истца и ответчика. 

В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

При оценке допустимости включения  требования участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и участником, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику  основных средств по договору купли-продажи  на льготных условиях может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении  продавца   наделить  должника имуществом  для ведения уставной  деятельности. В такой ситуации  договор купли-продажи может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать отношения  по  договору купли-продажи в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. 

Как следует из материалов дела, ООО «Уралэнергосервис» зарегистрировано 03.04.2007. Единственным учредителем и руководителем общества с момента регистрации являлся ФИО8.

Он же являлся членом Совета директоров (наблюдательного совета) АО «Комбинат «Магнезит», что подтверждается ежеквартальным отчетом ПАО «Комбинат «Магнезит» от 11.05.2007 за 1 квартал 2007 года (л.д. 269- 278, т. 9).

Податель  жалобы  ссылается  на то обстоятельство, что на  момент  совершения  сделки  ФИО8  не являлся членом  совета  директоров кредитора, что  также  подтверждается протоколами собрания акционеров.

Вместе с  тем, о фактической аффилированности кредитора и должника  свидетельствуют и иные  обстоятельства.

Так, определением суда от 03.08.2015 по делу № А76-18774/2015 по заявлению ООО «Стройконт» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Уралэнергосервис». Определением от 10.12.2015 в отношении должника введена процедура банкротства наблюдение, в реестр требований кредиторов ООО «Уралэнергосервис» включено требование в размере 2 132 786 руб. 32 коп.

Указанная задолженность подтверждена решением суда от 14.05.2015 по делу № А76-86/2015, из текста которого усматривается, что она возникла в результате ненадлежащего исполнения договора подряда № 014-2403 от 24.03.2014 (л.д. 106-110, т. 9), по условиям которого кредитор выполнял строительно-монтажные работы на объекте ПАО «Комбинат «Магнезит».

Частичное погашение задолженности произведено путем передачи ООО «СтройКонт» простого векселя ПАО «Комбинат «Магнезит» на сумму 340 000 руб. 00 коп. (л.д. 111, т. 6).

После возбуждения дела о банкротстве № А76-18774/2015 должник предлагал погасить задолженность перед ООО «СтройКонт» путем передачи векселя на сумму 1 500 000 руб. 00 коп., направил в адрес кредитора соглашение от 18.09.2015 (л.д. 115-116, т. 9).

Аналогичным способом (путем передачи простых векселей ПАО «Комбинат «Магнезит») ООО «Уралэнергосервис» производил расчеты с  другими кредиторами, в подтверждение чего в материалы дела представлены копии простых векселей и акты приема-передачи (л.д. 118-140, т. 9).

Согласно статье 75 Положения о простом и переводном векселе, утвержденном Постановлением ЦИК СССР и СНК СССР от 07.08.1937 № 104/1341, Простой вексель представляет собой простое и ничем не обусловленное обязательство векселедателя уплатить определенную сумму управомоченному векселедержателю.

Выдача векселя фактически представляет собой взятие векселедателем на себя обязательства оплатить задолженность должника перед кредитором.

Следовательно, в течение длительного времени ПАО «Комбинат «Магнезит» (в период с 2014 по 2015 годы) опосредованно предоставлял ООО «Уралэнергосервис» денежные средства, производя за него расчеты с кредиторами должника.

Кроме того, дело о банкротстве ООО «Уралэнергосервис» № А76-18774/2015 было прекращено в связи с утверждением мирового соглашения определением от 23.08.2016 (л.д. 141-145, т. 9). При этом ПАО «Комбинат «Магнезит» с заявлением о включении в реестр требований кредиторов спорной задолженности, заявленной в настоящем деле, в дело № А76-18774/2015 не обращалось, причин данных действий не указало.

Из представленных в материалы дела временным управляющим выписок с расчетных счетов должника (л.д. 146-268, т. 9) усматривается, что ПАО «Комбинат «Магнезит» с момента создания ООО «Уралэнергосервис» был единственным контрагентом общества.

Также  не  нашел своего  подтверждения  довод об отражении  данной  задолженности  в представленных  в материалы  дела  актах сверок,

В  целях  подтверждения  обстоятельств  отражения  в бухгалтерской  отчетности спорной задолженности  кредитором представлены  акты  сверок за  периоды: с 01.06.2007 -31.12.2007, 01.01.2008 -31.12.2008, 01.01.2009 -30.06.2009, 01.01.2009 - 30.09.2009, 01.10.2009  -  31.12.2009, 01.01.2010-31.03.2010, 01.04.2010-31.12.2010, 01.01.2011 - 30.06.2011, 01.07.2011-30.09.2011, 01.10.2011-30.11.2011, 01.12.1011 -31.12.2011, бухгалтерские балансы  на 31.12.2008, 31.12.2009, 31.12.2010, 31.12.2011, 31.12.2012 с приложением   оборотно-сальдовых ведомостей  по счету №62 (т.4, л.д..9-100).

Задолженность  по спорным  договорам   в актах сверки не  отражена, поскольку срок исполнения обязательства по договору поставки имущества от 01.12.2007 № 40028544 наступил 01.01.2014, по договору купли-продажи недвижимости от 01.11.2007 – 01.11.2013. В письме № 155/04 от 19.11.2013 не установлен срок для оплаты поставленного товара, в связи с чем, в соответствии с пунктом  1 статьи 486 ГК РФ срок исполнения обязательства –   20.11.2013.

Согласно акту сверки  за период с 01.12.2013 по  31.12.2013   на 01.12.2013 сальдо в пользу ООО «Уралэнергосервис» составляло 948 852 326 руб. и на 31.12.2013 - 732  245  892 руб. (т.6, л.д.81), на 01.07.2014 сальдо в пользу ООО «Уралэнергосервис» составило 725 825 967 руб. (т.6, л.д.88), однако  уже  на 30.11.2014 сальдо в пользу ПАО «Комбинат «Магнезит». составило  86 526 977 руб. (т.1,л.д.89) .

В пункте 1 статьи 1 Закона о бухгалтерском учете установлено, что бухгалтерский учет представляет собой упорядоченную систему сбора, регистрации и обобщения информации в денежном выражении об имуществе, обязательствах организаций и их движении путем сплошного, непрерывного и документального учета всех хозяйственных операций.

Появление во входящем  сальдо  в пользу ПАО "Комбинат "Магнезит" спорной   задолженности   в акте  сверки  за  период с 01.01.2015 по 31.10.2015  нарушает  принцип непрерывности  бухгалтерского  учета, по сути, является  недостоверным  доказательством  и не может  быть  предметом  экспертного исследования.

Суд   первой  инстанции неоднократно предлагал  кредитору  указать, в каком из актов сверки  отражена  задолженность, однако   соответствующие  пояснения суду  не  даны.

Кроме  того,  даже  ели признать   факт отражения  задолженности  в бухгалтерском  учете,   такого факта  недостаточно   для признания  требования  обоснованным с учетом  характера  возникших между кредитором  и  должником  правоотношений.

Анализ перечисленных выше обстоятельств и характера взаимоотношений между кредитором и должником позволяет суду сделать  вывод о том, что кредитор является  контролирующим  должника  лицом, передавшим  в   собственность должника  в момент создания общества основные  средства, требования  об оплате  которых  заявлено в  настоящем споре.

То есть в силу разъяснений, данных в пункте. 7 постановления Пленума ВС РФ № 53 от 21.12.2017, ПАО «Комбинат «Магнезит» является контролирующим должника лицом.

Предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Таких доказательств в нарушение статьи  65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  ПАО «Комбинат «Магнезит» не представлено.

Также судом отмечается, что в нарушение положений статей  48, 50 Гражданского  кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) учредитель ООО «Уралэнергосервис» не наделил общество имуществом в соответствии с избранным видом деятельности, что позволяет суду предположить, что договоры купли-продажи движимого и недвижимого имущества опосредует передачу участником общества имущества для осуществления уставной деятельности.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его кредитором, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы задолженности для целей банкротства.

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы кредитор не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 ГК РФ) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

При оценке поведения потенциального кредитора ПАО «Комбинат "Магнезит» (являющегося фактически контролирующим   должника лицом) в период, предшествующий банкротству, суд приходит к выводу, что предоставление должнику денежных средств в форме выдачи векселей на безвозмездной и невозвратной основе свидетельствует о намерении кредитора временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника, учитывая, что  данное лицо  является  основным контрагентом должника.  

Целевое предоставление должнику движимого и недвижимого имущества использовалось вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя, на случай банкротства, формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела правоотношения между кредитором и должником квалифицируются судом как отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

Учитывая изложенное, суд признает за прикрываемым требованием кредитора ПАО «Комбинат «Магнезит» статус корпоративного.

Исходя из абзаца 8 статьи 2 Закона о банкротстве, к конкурсным кредиторам относятся кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, морального вреда, имеет обязательства по выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия).

Из пункта 2 статьи 4 названного закона следует, что для определения наличия признаков банкротства должника учитываются: размер денежных обязательств, в том числе размер задолженности за переданные товары, выполненные работы и оказанные услуги, суммы займа с учетом процентов, подлежащих уплате должником, размер задолженности, возникшей вследствие неосновательного обогащения, и размер задолженности, возникшей вследствие причинения вреда имуществу кредиторов, за исключением обязательств перед гражданами, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, обязательств по выплате выходных пособий и оплате труда лиц, работающих по трудовому договору, обязательств по выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также обязательств перед учредителями (участниками) должника, вытекающих из такого участия.

Из смысла абзацев 2, 4 статьи 2, пункта 2 статьи  4 Закона  о банкротстве для целей несостоятельности (банкротства) учитываются требования только по денежным обязательствам.

Одним из определяющих признаков денежного обязательства является обязанность уплатить деньги, обязанность погасить денежный долг.

В силу пункта 7 статьи 63, пункта 1 статьи 67 ГК РФ участники хозяйственного общества в случае его ликвидации вправе получить часть имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимость.

Из совокупности вышеназванных норм следует, что требования о выплате участнику (акционеру) ликвидируемого хозяйственного общества за счет имущества данного общества денежных средств, не могут конкурировать с обязательствами должника перед иными кредиторами - участниками гражданского оборота: участники (акционеры) должника вправе претендовать лишь на часть имущества ликвидируемого общества, оставшегося после расчетов с другими кредиторами.

Данный порядок предопределен тем, что именно участники (акционеры) хозяйственного общества-должника, составляющие в совокупности высший орган управления обществом (общее собрание участников (акционеров), ответственны за эффективную деятельность самого общества и, соответственно, несут определенный риск наступления негативных последствий своего управления им.

Податель  жалобы  отмечает, что полное  или частичное исполнение   договора  одной  стороной  сделки  свидетельствует  об отсутствии   оснований  для  признания  ее мнимой  или  притворной, переход  права  собственности  зарегистрирован.

Однако  им  не учтено, что согласно пункту 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" стороны мнимой  сделки могут  осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Таким образом, требования ПАО «Комбинат «Магнезит» к должнику подлежат удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр, а лица, обратившиеся к должнику с такими требованиями, не могут быть признаны конкурсными кредиторами, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

Относительно требования ПАО «Комбинат «Магнезит» о включении в реестр требований кредиторов задолженности по соглашению об уступке прав требований № 5100000368 от 09.10.2014 в размере 565 475 руб. 92 коп. судом отмечается, что доказательств наличия задолженности ООО «Уралэнергосервис» перед первоначальным кредитором ООО «МАГЭнерго» по договору энергоснабжения № 13/Э-01/13 от 01.01.2013 (л.д. 44- 46, т. 6, 1-81, т. 7) на сумму 878 265 руб. 28 коп., по договору теплоснабжения № 010 от 01.01.2011 (л.д. 42-51, т. 6, 82-225, т. 7) на сумму 235 655 руб. 30 коп., по соглашению уступки права требования от 31.03.2014 (ООО «Строй-Ленд») на сумму 87 880 руб. 90 коп. не представлено.

 В материалах дела не имеется первичных документов, подтверждающих задолженность ООО «Уралэнергосервис» перед ООО «МАГ-Энерго».

На вопрос  суда  апелляционной  инстанции о том, за какой период и по каким  счетам-фактурам   образовалась  задолженность, представитель  кредитора  не  смог ответить. 

На основании изложенного, поскольку наличие и размер задолженности не подтверждены достаточными, относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами, в удовлетворении требований кредитора судом  первой  инстанции  правомерно отказано.

Временным управляющим, уполномоченным органом и кредитором заявлено о пропуске срока исковой давности по требованию.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признает срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года (статья 196 ГК РФ).

В силу статьи  203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга.

К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, исходя из конкретных обстоятельств, в частности, могут относиться: признание претензии; частичная уплата должником или с его согласия другим лицом основного долга и/или сумм санкций, равно как и частичное признание претензии об уплате основного долга, если последний имеет под собой только одно основание, а не складывается из различных оснований; уплата процентов по основному долгу; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или рассрочке платежа); акцепт инкассового поручения.

При этом в тех случаях, когда обязательство предусматривало исполнение по частям или в виде периодических платежей и должник совершил действия, свидетельствующие о признании лишь какой-то части (периодического платежа), такие действия не могут являться основанием для перерыва течения срока исковой давности по другим частям (платежам) (п. 20 постановления Пленума ВАС РФ от 15.11.2001 № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

Заявление кредитора поступило в арбитражный суд 20.12.2017, о чем свидетельствует входящий штамп (л.д. 2, т. 1).

Срок исполнения обязательства по договору поставки имущества от 01.12.2007 № 40028544 наступил 01.01.2014, по договору купли-продажи недвижимости от 01.11.2007 – 01.11.2013. В письме № 155/04 от 19.11.2013 не установлен срок для оплаты поставленного товара, в связи с чем, в соответствии с пунктом 1 статьи 486 ГК РФ срок исполнения обязательства –   20.11.2013. Срок исполнения обязательства, приобретенного ПАО «Магнезит» по соглашению об уступке прав требований № 5100000368 от 09.10.2014 невозможно установить в связи с не представлением первичных документов о задолженности, в связи с чем, таким сроком является дата заключения соглашения.

С учетом  изложенного, срок исковой  давности   кредитором  пропущен.

Судом  первой  инстанции  правомерно отклонены  доводы кредитора о прерывании срока исковой давности путем подписания актов сверки задолженности по следующим основаниям.

Представленные в материалы дела акты сверки задолженности за периоды с 01.01.2007 по 31.12.2007, с 01.01.2008 по 31.12.2008, с 01.01.2009 по 31.12.2009, с 01.01.2010 по 31.12.2010, с 01.01.2011 по 31.12.2011,  а также  за 2013 и 2014 годы не свидетельствуют о восстановлении срока исковой давности, поскольку спорная  задолженность  в них не отражена, а   акт сверки за период с 01.01.2015 по 31.10.2015 является  недостоверным  доказательством  с учетом  изложенных выше  обстоятельств.

 Иных доказательств, подтверждающих совершения должником действий, свидетельствующих о признании долга за заявленный период, материалы дела не содержат, в связи с чем, в удовлетворении требования о включении в реестр требований кредиторов спорной задолженности судом  первой  инстанции правомерно отказано. 

При  таких  обстоятельствах оснований   для  отмены  судебного акта и удовлетворения  апелляционной  жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации по настоящей апелляционной жалобе уплата государственной пошлины не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 06.12.2018 по делу № А76-15403/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Комбинат «Магнезит» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 Председательствующий судья                    М.Н. Хоронеко

Судьи:                    Л.В. Забутырина

                                                                                          И.В. Калина