667/2023-39556(1) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-23335/2021

г. Краснодар

25 июля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июля 2023 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 25 июля 2023 года.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Аваряскина В.В., судей Артамкиной Е.В. и Садовникова А.В., при участии в судебном  заседании от третьего лица – открытого акционерного общества «Строительная компания  "Амах"» − ФИО1 (доверенность от 09.08.2022), в отсутствие истца – ФИО2, ответчиков: ФИО3, ФИО4, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания  путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет,  рассмотрев кассационную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного  суда Краснодарского края от 28.02.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 13.04.2023 по делу № А32-23335/2021, установил следующее.  

ФИО2 обратился в арбитражный суд с иском к ФИО3, ФИО4  о взыскании 56 375 тыс. рублей убытков, причиненных действиями руководителей  ОАО «Строительная компания "Амах"» (далее – общество).  

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных  требований относительно предмета спора, привлечено общество.  

Решением суда от 28.02.2022, оставленным без изменения постановлением  апелляционного суда от 13.04.2023, в удовлетворении исковых требований отказано  в полном объёме, отменены обеспечительные меры, принятые по делу определением суда  первой инстанции от 19.11.2021.  

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить решение и постановление.  По мнению подателя жалобы, выводы судов о том, что требования истца носят  предположительный характер, ошибочны. Истец представил заключение специалиста,  согласно которому по результатам анализа бухгалтерской финансовой отчетности сумма  убытков, причиненных руководством общества с 2017 года по 2020 год, может составлять  46 843 тыс. рублей. Суды не оценили невозможность акционера по получению доступа  

к сведениям и документам о хозяйственной деятельности общества. Суд первой  инстанции не назначил бухгалтерскую экспертизу.  

ФИО2 заявил ходатайство об отложении судебного разбирательства в связи с  отсутствием представителя и невозможностью явки в судебное заседание по причине  болезни.  

Суд округа, изучив доводы ходатайства ФИО2, считает его не подлежащим  удовлетворению.  

Основания отложения судебного разбирательства приведены в статье 158  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекса).  В случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и  месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства  с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить  судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными (часть 3  статьи 158 Кодекса).  

Суд кассационной инстанции осуществляет проверку законности судебных актов  исходя из материалов дела, содержания судебных актов и доводов, приведенных в жалобе  (часть 1 статьи 286 Кодекса), поэтому присутствие (либо отсутствие) в судебном  заседании лиц, участвующих в деле (их представителей), не может влиять на такую  проверку.  

Лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного заседания в  порядке, установленном Кодексом (статьи 121, 123). Данное обстоятельство ФИО2  подтвердил в тексте ходатайства об отложении судебного заседания. При этом неявка в  судебное заседание суда кассационной инстанции лица, подавшего жалобу, и (или) других  лиц, участвующих в деле, не может служить препятствием для рассмотрения дела в их  отсутствие, если они были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного  разбирательства (часть 3 статьи 284 Кодекса). Таким образом, нормы главы 35 Кодекса  предоставляют суду кассационной инстанции право на рассмотрение кассационной  жалобы в отсутствие лиц, участвующих в деле (при условии их надлежащего извещения).  Невозможность заявителя кассационной жалобы лично участвовать в судебном заседании  не порождает у суда округа установленной законом обязанности по отложению судебного  разбирательства.  

В судебном заседании представитель общества возражал против удовлетворения  кассационной жалобы.  

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд  Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по  следующим основаниям.  

Из материалов дела видно и судами установлено, что ФИО2 является  акционером общества, ему принадлежит 26 910 акций, что составляет 12,215% от общего  количества акций в реестре акционеров общества.  

Руководителями общества в разные периоды времени являлись:  – с 10.09.2002 по 13.07.2016 – ФИО3;  

– с 13.07.2016 по 18.06.2019 – ФИО4; – с 18.06.2019 по 14.08.2020 – ФИО3; – с 14.09.2020 по 15.02.2021 – конкурсный управляющий ФИО5 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.02.2021  производство по делу № А32-31035/2018 о несостоятельности (банкротстве) общества  прекращено, в связи с погашением (удовлетворением) ФИО3 требований всех  конкурсных кредиторов общества на сумму 27 615 984 рубля 80 копеек.  

ФИО3 и ФИО4 являются мажоритарными акционерами и членами совета  директоров общества, которым в совокупности принадлежит 66,762% акций общества.  

Как указывает ФИО2, решением Арбитражного суда Краснодарского края  от 08.09.2020 (полный текст 09.09.2020) по делу № А32-31035/2018 общество признано  несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства, конкурсным  управляющим утверждена ФИО5 При ознакомлении с бухгалтерской и прочей  документацией общества, размещённой в открытых источниках, и инвентаризацией  имущества, проведенной конкурсным управляющим общества ФИО5, истцу  стало известно, что в период нахождения ответчиков на посту единоличного  исполнительного органа общества ими необоснованно и неправомерно с целью личного  обогащения совершены недобросовестные и незаконные действия, которые и привели  к убыткам для общества.  

В результате инвентаризации имущества, проведенной конкурсным управляющим  общества ФИО5, выявлено отсутствие основных средств у общества, а именно:  

1) прицепа ЧМЗАП-5323, заводской номер 6063, 1985 года выпуска;  2) трактора К 701, заводской номер 8418761, 1992 года выпуска;  

3) трактора МТЗ-80, заводской номер 550665, 1987 года выпуска;  4) трактора Т-40АМ, заводской номер 509617, 1992 года выпуска;  5) автогрейдера ДЗ-180, заводской номер 930041, 1993 года выпуска;  

6) прицепа тракторного ЗПТС-12 (03ТП8572) заводской номер 201128, 1991 года  

выпуска; 

7) прицепа тракторного 2ПТС-4-887Б, заводской номер 235364, 1992 года выпуска;  8) прицепа тракторного 2ПТС-4-887Б, 1989 года выпуска;  

9) прицепа тракторного 2ПТС-4-887Б, заводской номер 234997, 1992 года выпуска;  

10) трактора К-701, заводской номер 8408597, 1984 года выпуска;  11) автогрейдера ГС 2401, заводской номер 1, 1999 года выпуска;  12) погрузчика ТО-18Б2, заводской номер Y3A333207040600, 2004 года выпуска;  

13) СЗАП 85431, VIN 

<

***>, 1998 год выпуска;  14) СЗАП 8543, VTN XIW854300Y0001334, 2000 год выпуска;  15) СЗАП 85431, VTN 

<

***>, 1998 года выпуска;  16) СЗАП 8543, VTN 

<

***>, 2000 года выпуска;  17) СЗАП 85431, VTN 

<

***>, 1998 года выпуска;  18) СЗАП 8543, VIN 

<

***>, 2000 года выпуска;  19) прицепа, 1991 года выпуска;  

20) автомобиля ЗИЛ 433362, VIN 

<

***>, 1994 года выпуска; 21) автомобиля ЗИЛ 133ГЯ, 389222, 1985 года выпуска; 

22) СЗАП 85431, VIN 

<

***>, 1997 года выпуска;  23) ТЦ 10А, 1985 года выпуска;  

24) ПП-9638, VIN 

<

***>, 2000 года выпуска; 25) автомобиля ГАЗ 53, 1982 года выпуска; 26) автомобиля ЗИЛ ММ 34502, 1984 года выпуска; 27) автомобиля ВА3 21140, ХТА21140053969691, 2005 года выпуска; 28) автомобиля ЗИЛ ММ3554, X5H48250KY0000043, 1993 года выпуска; 29) автомобиля ЗИЛ 130, 1974 года выпуска; 

30) автомобиля КАМАЗ 355111А, VIN ХТС55111AW2101099, 1988 года выпуска;  

31) 9603 (ТЦ-12), VIN 

<

***>, 2000 года выпуска.  По утверждению ФИО2 указанная техника необоснованно выбыла  

из собственности общества по вине ответчиков. 

Согласно справке ООО «Партнеръ» стоимость техники составляет  9 532 тыс. рублей.  

Кроме того, проанализировав доступную бухгалтерскую документацию при  помощи привлеченной специализированной организации, ФИО2 полагает, что  показатели бухгалтерской отчетности свидетельствуют о причинении обществу убытков в  сумме 46 843 тыс. рублей.  

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации  (далее – Гражданский кодекс) лицо, которое в силу закона, иного правового акта  или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени  (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса), обязано возместить по требованию  юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах  юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое  в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица  уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что  при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало  недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие)  не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному  предпринимательскому риску.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса под убытками  понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет  произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его  имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило  бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено  (упущенная выгода).  

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности,  поэтому лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения права,  наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и  возникшими убытками. Недоказанность одного из указанных фактов свидетельствует об  отсутствии состава гражданско-правовой ответственности.  

Согласно разъяснениям, изложенным в абзацах 1 – 4 пункта 1 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62  «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов  юридического лица» (далее – постановление Пленума № 62), лицо, входящее в состав  органов юридического лица (единоличный исполнительный орган – директор,  генеральный директор и т. д., временный единоличный исполнительный орган,  управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель  унитарного предприятия, председатель кооператива и т. п.; члены коллегиального органа  юридического лица – члены совета директоров (наблюдательного совета) или  коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества,  члены правления кооператива и т. п.; далее – директор), обязано действовать в интересах  юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса).  

В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица  и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право  на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные  юридическому лицу таким нарушением. Арбитражным судам следует принимать  во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период  времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе  не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий  (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует  рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль  призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников),  а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами,  директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому  лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили  за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.  

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса истец должен доказать наличие  обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий  (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического  лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или)  неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков  юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор  может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины  возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура,  недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя  юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и  иные события и т. п.) и представить соответствующие доказательства.  

Тем самым, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих  о неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные  последствия для юридического лица, а равно сам факт неблагоприятных последствий  для юридического лица.  

Из анализа указанных разъяснений следует, что основанием для привлечения  единоличного исполнительного органа к ответственности является его недобросовестное  и неразумное поведение.  

При определении оснований и размера ответственности единоличного  исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия  делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.  

Взыскание убытков с единоличного исполнительного органа зависит от того,  действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно,  т. е. проявлял ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры  для надлежащего исполнения своих обязанностей.  

Суды установили, что, обращаясь в суд с требованием о взыскании  46 843 тыс. рублей убытков, ФИО2 в материалы дела представил заключение  специалиста от 21.05.2021, согласно которому результаты анализа бухгалтерской  финансовой отчетности общества могут свидетельствовать о причинении руководства  обществом убытков с 2017 года по 2020 год в заявленном размере. Суды указали,  что специалистом исследовалась бухгалтерская отчетная документация, размещенная  в открытом доступе, при этом первичная документация не исследовалась. Все выводы,  содержащиеся в заключении, носят предположительный, вероятностный характер.  В заключении отсутствует расчет убытков общества, а также указания на конкретные  хозяйственные операции, совершенные руководителями общества, приведшие  к образованию убытков. С учетом изложенного, отказывая в удовлетворении требований  в данной части, суды пришли к выводу, что истец не указал конкретные основания  заявленных требований, не указал хозяйственные операции, совершенные каждым  из ответчиков, которые привели к образованию убытков у общества в конкретном  размере.  

В судебной практике сложился подход к распределению бремени доказывания  между сторонами при доказанности недобросовестности единоличного исполнительного  органа, изложенный в абзаце 5 пункта 1 постановления Пленума № 62. До вступления  доказательственной презумпции в силу обязанность по доказыванию факта  недобросовестности и (или) неразумности действий директора лежит на истце. После  вступления презумпции в силу происходит перераспределение бремени доказывания:  указанная обязанность истца трансформируется в обязанность ответчика доказать  добросовестность и разумность своих действий. Ответчику при добросовестной  реализации своих процессуальных и гражданских прав не должно составлять труда  представить суду соответствующие доказательства в опровержение позиции истца. В  такой ситуации истец может представить минимально достаточные доказательства для  того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую  реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих  соответствующие юридически значимые обстоятельства. В рассматриваемом случае суды  не установили в действиях ответчиков недобросовестности либо неразумности действий.  Доказательств обратного истцом не представлено.  

Суды отметили, что истец четко сформулировал основания иска только в  отношении выбытия транспортных средств и спецтехники. При исследовании  правомерности заявленных требований в названной части апелляционный суд установил,  что часть автотранспортных средств находится в фактическом владении общества  (автогрейдер ГС 2401, заводской номер 1, 1999 года выпуска; погрузчик ТО-18Б2,  заводской номер Y3A333207040600, 2004 года выпуска; СЗАП 85431, VIN  

<

***>, 1998 года выпуска; СЗАП 85431, VIN 

<

***>, 1998  года выпуска; СЗАП 85431, VIN 

<

***>, 1997 года выпуска; ПП-9638, VIN  

<

***>, 2000 года выпуска). Автомобиль ВА3 21140, ХТА21140053969691,  2005 года выпуска находится в угоне, в связи с чем в июне 2006 года по данному факту  возбуждено уголовное дело. Также генеральный директор общества ФИО3 обращался в  отдел полиции Карасунского округа Управления МВД России по г. Краснодару по факту  пропажи следующей автотехники (СЗАП 8543, VTN XIW854300Y0001334, 2000 год  выпуска; СЗАП 85431, VIN 

<

***>, 1998 года выпуска; СЗАП 8543,  VIN 

<

***>, 2000 года выпуска; СЗАП 8543, VIN 

<

***>,  2000 года выпуска; автомобиля ЗИЛ ММ 34502, 1984 года выпуска). Истец не представил  доказательств присвоения названного имущества ответчиками, отчуждения от имени  общества без получения платы за него.  

Прицеп-цистерна ТЦ 10А, 1985 года выпуска передана обществом в аренду  АО «Шовгеновский ДРСУ» на основании договора аренды от 11.07.2017, в настоящее  время находится в фактическом владении арендатора.  

Иная часть объектов основных средств общества была списана (акты от 19.03.2021   № 11 на списание ГАЗ 53, 1982 года выпуска; от 19.03.2021 № 10 на списание ЗИЛ133ГЯ  389222, 1985 года выпуска; от 19.03.2021 № 9 на списание ЗИЛ 433362 Т054КН23;  от 19.03.2021 № 12 на списание ЗИЛ ММ3554 У056ТХ23; от 19.03.2021 № 13 на списание  ЗИЛ 130 Н870ЕО23; от 19.03.2021 № 14 на списание КАМАЗ 355111А, Н006РН;  от 09.06.2021 № 20 на списание трактора К701 УУ 5762 23; от 09.06.2021 № 19 на  списание трактора Т-40 AM УУ 5082 23; от 09.06.2021 № 18 на списание трактора МТЗ-80  УУ5052 23; от 09.06.2021 № 17 на списание прицепа ЧМЗАП-5323 УУ 5046 23; от  09.06.2021 № 16 на списание автогрейдера ДЗ-180 УУ 5084 23; от 09.06.2021 № 15 на  списание трактора К701 УУ 5045 23). Техника была утилизирована и сдана в металлолом,  о чем свидетельствуют приходные кассовые ордера. Апелляционный суд проверил  достоверность действий руководителей общества по списанию объектов и сдачи в  металлолом, в частности, провел судебную экспертизу по делу для определения даты  

изготовления печатного текста приходных кассовых ордеров, а также проставленных в  них подписей датам, указанным в документах.  

Доводы кассационной жалобы повторяют доводы апелляционной жалобы и были  предметом рассмотрения апелляционного суда, получили надлежащую правовую оценку,  не подтверждаются материалами дела, основаны на ошибочном толковании норм  материального и процессуального права, направлены на переоценку доказательств,  которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Кодекса.  

Податель жалобы считает, что суды не дали надлежащую оценку представленному  им заключению специалиста; данный довод противоречит мотивировочной части  судебных актов. Суды не признали обоснованным заключение специалиста, поскольку  выводы содержали вероятностный характер, специалистом исследовались данные без  учета первичной документации.  

Суды не оценили невозможность акционера по получению доступа к сведениям  и документам о хозяйственной деятельности общества. Между тем истец не представил  доказательств истребования документации у общества, а также необоснованного отказа  общества в предоставлении соответствующих документов. Кроме того, в материалы дела  представлена бухгалтерская документация общества, а также заключение по итогам  финансово-хозяйственной деятельности общества Управлением МВД России  по городу Краснодару.  

Кроме того, акционер общества при необоснованном отказе в предоставлении  документации общества имеет право истребовать соответствующие документы в  судебном порядке. Истец не воспользовался соответствующим правом.  

Указание на то, что суды не назначили экспертизу по ходатайству истца, также  подлежит отклонению. Суды дали оценку соответствующему ходатайству истца, на  запрос суда о возможности провести экспертизу по поставленным вопросам истца,  экспертная организация пояснила, что предложенные вопросы носят правовой характер,  их решение не входит в компетенцию экспертов.  

Суды первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовали  и оценили представленные доказательства, установили имеющие значение для дела  фактические обстоятельства, правильно применили нормы права.  

Пределы полномочий суда кассационной инстанции регламентируются  положениями статей 286 и 287 Кодекса, в соответствии с которыми кассационный суд  не обладает процессуальными полномочиями по оценке (переоценке) установленных по  делу обстоятельств.  

Основания для отмены или изменения решения и постановления по приведенным в  кассационной жалобе доводам отсутствуют.  

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4  статьи 288 Кодекса), не установлены.  

Руководствуясь статьями 274, 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

ходатайство об отложении судебного разбирательства оставить без удовлетворения. 

Решение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.02.2022 и постановление  Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2023 по делу № А32-23335/2021  оставить без изменения, кассационную жалобу − без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке,  предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Председательствующий В.В. Аваряскин  

Судьи Е.В. Артамкина  

А.В. Садовников