СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № 17АП-16874/2021(2)-АК

Дело № А60-57225/2020

19 августа 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 августа 2022 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 19 августа 2022 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Гладких Е.О., судей Даниловой И.П., Зарифуллиной Л.М., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  при участии:  

от конкурсного управляющего ФИО2: ФИО3  по доверенности от 16.11.2021,  

от заинтересованного лица с правами ответчика ФИО4  (далее также – ответчик): ФИО5 по доверенности от 16.11.2021,   

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены  надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем  размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),  

рассмотрев в открытом судебном заседании в режиме веб-конференции  посредством использования информационной системы «Картотека  арбитражных дел» апелляционную жалобу конкурсного управляющего  ФИО2  

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 27 апреля 2022 года об отказе в признании недействительной сделки  должника и применении последствий недействительности сделки, вынесенное в  рамках дела № А60-57225/2020 о признании несостоятельным (банкротом)  общества с ограниченной ответственностью «Михайловский завод  алюминиевых сплавов» (далее – ООО «МЗАС», должник) (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>),  

установил:

16.11.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило  

заявление общества с ограниченной ответственностью «МТ-Холдинг» (далее –  

 

ООО «МТХ») (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании ООО  «МЗАС» несостоятельным (банкротом), которое принято к производству суда  определением от 19.11.2020, возбуждено настоящее дело о банкротстве.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 23.03.2021  (резолютивная часть решения объявлена 18.03.2021) указанное заявление  признано обоснованным, ООО «МЗАС» признано несостоятельным  (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным  управляющим утвержден ФИО2, являющийся членом ассоциации  «Центральное агентство арбитражных управляющих».  

Соответствующее сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 53  от 27.03.2021.  

20.11.2021 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного  управляющего о признании недействительной сделки по перечислению  должником в пользу ФИО4 денежных средств в общей сумме 920 000  руб. и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с  ответчика в конкурсную массу должника указанной суммы.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.04.2022  (резолютивная часть определения объявлена 26.04.2022) отказано в  удовлетворении указанного заявления.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный  управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просит  определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об  удовлетворении заявленных требований.  

В апелляционной жалобе и письменных пояснениях конкурсный  управляющий приводит доводы, которые сведены к тому, что спорные  перечисления совершены должником в пользу аффилированного лица в период  неплатежеспособности должника, о чем ответчику должно было быть известно  как учредителю, в результате из конкурсной массы должника выведен актив  должника в виде денежных средств, чем причинен имущественный вред  независимым кредиторам. Также конкурсный управляющий ссылается на то,  что спорные денежные средства перечислены в счет исполнения притворного  займа, который заключен между сторонами с целью докапитализации  ответчиком уставного капитала должника (корпоративное финансирование), о  чем свидетельствует выплата процентов в конце займа в значительном размере,  отсутствие обеспечения, включение в реестр требований кредиторов должника  требования ФИО4 в очередности, предшествующей распределению  ликвидационной квоты (определение от 25.05.2022).  

Ответчик представил отзыв на апелляционную жалобу, согласно  которому просит определение суда оставить без изменения, апелляционную  жалобу – без удовлетворения.  

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего  поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение  

 

суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить, а также заявил  ходатайство об отложении судебного разбирательства.  

В судебном заседании представитель ответчика возражал в  удовлетворении апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.  

Ходатайство представителя конкурсного управляющего об отложении  судебного разбирательства судом апелляционной инстанции рассмотрено в  порядке статьи 159 АПК РФ и в его удовлетворении отказано ввиду отсутствия  правовых оснований, предусмотренных статьей 158 АПК РФ.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о  времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда  апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи  156 АПК РФ не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  главой 34 АПК РФ.  

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что с  расчетного счета должника в пользу ФИО4 были перечислены  денежные средства в общем размере 920 000,00 руб. с указанием платежа  «возврат заемных средств»: 27.10.2017 в размере 70 000,00 руб., 14.11.2017 в  размере 70 000,00 руб., 26.02.2018 в размере 200 000,00 руб., 30.03.2018 в  размере 300 000,00 руб., 20.04.2018 в размере 280 000,00 руб.  

Полагая, что указанные платежи совершены в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий обратился в  арбитражный суд с настоящим заявлением.  

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления конкурсного  управляющего.  

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в  обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам,  обсудив доводы апелляционной жалобы, письменных пояснений и отзыва на  апелляционную жалобу, проверив правильность применения судом норм  материального права, соблюдения норм процессуального права, суд  апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.  

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности  (банкротства).  

Аналогичное правило предусмотрено пунктом 1 статьи 32 Федерального  закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –  Закон о банкротстве).  

Согласно статье 129 Закон о банкротстве конкурсный управляющий  вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании  

 

сделок недействительными, а также о применении последствий  недействительности ничтожных сделок.  

Согласно положениям статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об  оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним  управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей  инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.  

Согласно пункту 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об  оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий  дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве  должника.  

Согласно пункту 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве по результатам  рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из  следующих определений:  

о признании сделки должника недействительной и (или) применении  последствий недействительности ничтожной сделки;  

об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника  недействительной.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть  признаны недействительными в соответствии с Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке,  предусмотренным данным законом.  

На основании пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила  настоящей главы могут применяться к оспариванию действий, направленных на  исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с  гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о  налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или)  законодательством Российской Федерации о таможенном деле,  процессуальным законодательством Российской Федерации и другими  отраслями законодательства Российской Федерации, в том числе к  оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной  платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с  трудовым законодательством Российской Федерации и к оспариванию самих  таких выплат. К действиям, совершенным во исполнение судебных актов или  правовых актов иных органов государственной власти, применяются правила,  предусмотренные настоящей главой.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9.1 Постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010   № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –  Постановление № 63), если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и  имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного  правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается  

 

истец (например, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3,  или наоборот), то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК  РФ суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения,  возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению  (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в  соответствии с надлежащей нормой права.  

В соответствии с положениями статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка,  совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица,  может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка  влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из  кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения  требований, в частности при наличии одного из следующих условий:  

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника  или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения  оспариваемой сделки;  

сделка привела или может привести к изменению очередности  удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до  совершения оспариваемой сделки;  

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок  исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних  кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств  перед другими кредиторами;  

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может  быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований,  существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в  случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с  законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).  

Сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана  арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия  арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение  одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании  должника банкротом.  

Сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная  должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом  заявления о признании должника банкротом, может быть признана  арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия,  предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или  если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого  совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или  недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют  сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности  имущества.  

 

Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке  неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано  обратное.  

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что  заявление о признании ООО «МЗАС» несостоятельным (банкротом) принято  арбитражным судом к производству 19.11.2020, а спорные платежи совершены  должником в пользу ответчика 27.10.2017, 14.11.2017, 26.02.2018, 30.03.2018,  20.04.2018, то есть за пределами сроков, указанных в статье 61.3 Закона о  банкротстве, что препятствует оспариванию данных сделок по указанному  основанию.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9.1 Постановления № 63  если же сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за три года, но не  позднее чем за шесть месяцев до принятия заявления о признании банкротом,  то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве при доказанности всех предусмотренных им  обстоятельств (с учетом пунктов 5 - 7 настоящего Постановления). При этом,  применяя такой признак наличия цели причинить вред имущественным правам  кредиторов, как безвозмездность оспариваемой сделки, необходимо учитывать,  что для целей определения этого признака платеж во исполнение как  денежного обязательства, так и обязательного платежа приравнивается к  возмездной сделке (кроме платежа во исполнение обещания дарения).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если  такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о  признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в  результате ее совершения был причинен вред имущественным правам  кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к  моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что  другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо  если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов  должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в  результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности  или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в  отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли  (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с  выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при  наличии одного из следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или)  

 

обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости  активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов  балансовой стоимости активов должника, определенной по данным  бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед  совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без  уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или  после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил  правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной  отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено  законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего  исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской  отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать  указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Поскольку заявление о признании ООО «МЗАС» несостоятельным  (банкротом) принято арбитражным судом к производству 19.11.2020, спорные  платежи от 27.10.2017, 14.11.2017 совершены за пределами трехлетнего  периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, что препятствует оспариванию данных платежей по указанному  основанию.  

Тогда как платежи от 26.02.2018, 30.03.2018, 20.04.2018 совершены в  пределах трехлетнего периода подозрительности, установленного пунктом 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 Постановления   № 63, , пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность  признания недействительной сделки, совершенной должником в целях  причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная  сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному  основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным  правам кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления   № 63).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

 

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что  между должником и ФИО4 заключены договор займа № 1 от  31.07.2017, договор займа № 2 от 21.09.2017, № 3 от 26.09.2017.  

Также между сторонами было заключено дополнительное соглашение об  изменении сроков оплаты от 31.03.2018.  

Во исполнение условий данных договоров ФИО4 в адрес  должника перечислены денежные средства в общем размере 1 000 000,00 руб.,  что подтверждается платежными поручениями № 67734 от 01.08.2017 на сумму  100 000,00 руб., № 69051 от 01.08.2017 на сумму 100 000,00 руб., № 65808 от  03.08.2017 на сумму 100 000,00 руб., № 66501 от 03.08.2017 на сумму  100 000,00 руб., № 66175 от 09.08.2017 на сумму 80 000,00 руб., № 90664 от  21.09.2017 на сумму 100 000,00 руб., № 90658 от 21.09.2017 на сумму  100 000,00 руб., № 83697 от 26.09.2017 на сумму 70 000,00 руб., № 83694 от  26.09.2017 на сумму 100 000,00 руб., № 06115 от 05.07.2018 на сумму  100 000,00 руб., № 07354 от 05.07.2018 на сумму 50 000,00 руб.  

В назначении платежа указанных выше платежных поручений указано  «платеж по договору займа».  

Перечисление денежных средств ФИО4 во исполнение условий  по договорам займа также подтверждается представленной в материалы дела  выпиской публичного акционерного общества «Сбербанк России» по  операциям на счете.  

Таким образом, является правильным вывод суда первой инстанции о  том, что указанные конкурсным управляющим перечисления с расчетного счета  должника в пользу ФИО4 в общем размере 920 000,00 руб. с указанием  платежа «возврат заемных средств»: 27.10.2017 в размере 70 000,00 руб.,  14.11.2017 в размере 70 000,00 руб., 26.02.2018 в размере 200 000,00 руб.,  30.03.2018 в размере 300 000,00 руб., 20.04.2018 в размере 280 000,00 руб.,  совершены в связи с исполнением обязанности должника по возврату  денежных средств по договорам займа.  

При оспаривании сделки, в числе прочего, заявителю необходимо  доказать, что в результате совершения сделки был причинен вред  имущественным правам кредиторов.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 Постановления   № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует  иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве  под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника  и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также  иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых  действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате  возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества.  

Поскольку денежные средства возвращены должником ФИО4 в  счет исполнения обязательств по договорам займа, суд первой инстанции  

 

пришел к обоснованному выводу об отсутствии признаков причинения вреда  конкурсной массе должника и имущественным правам кредиторов.  

 Материалами дела подтвержден реальный характер сделок,  доказательств обратного арбитражному суду не представлено.  

Таким образом, при рассмотрении настоящего заявления арбитражным  судом не установлена совокупность обстоятельств, необходимая для признания  оспариваемых сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве.  

Также суд первой инстанции проверил доводы конкурсного  управляющего о недействительности спорных сделок по общегражданским  основаниям, и обоснованно пришел к следующим выводам.  

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением  причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и  квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной  степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к  нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих  кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной  цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение  конкурсной массы.  

В то же время законодательством о банкротстве установлены  специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.  Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом  недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором  указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель,  причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность  другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а  также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон  обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и  кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются  определением критериев подозрительности сделки и установлением  ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном  случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании  должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности,  исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя  об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки  недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о  банкротстве, пункт 32 Постановления № 63).  

Таким образом, действующее законодательство пресекает возможность  извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их  недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие  схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что  совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть  

 

квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по  статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков  выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный  пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка),  квалификация сделки, причиняющей вред по статьям 10, 168 ГК РФ возможна  только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков  подозрительной сделки.  

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по  тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности,  установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно  не соответствует воле законодателя.  

Таким образом, для оспаривания сделки по общим основаниям,  предусмотренным ГК РФ, необходимо доказать наличие в оспариваемой сделке  пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного  подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014  N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда  Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304- ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886).  

Оценив фактические обстоятельства и представленные в материалы дела  доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к  обоснованному выводу, что конкурсным управляющим в нарушение части 1  статьи 65 АПК РРФ не доказано наличие в оспариваемых сделках пороков,  выходящих за пределы подозрительной сделки, в связи с чем, вопреки доводам  апелляционной жалобы, в удовлетворении заявления конкурсного  управляющего отказано правомерно.  

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное  значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции  установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне  исследованы, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, проверены и им  дана надлежащая оценка.  

Изложенные в апелляционной жалобе доводы не свидетельствуют о  неправильном применении судом первой инстанции норм права, не  опровергают выводов суда первой инстанции, по существу направлены на  переоценку установленных судом обстоятельств, оснований для которой суд  апелляционной инстанции не усматривает.  

При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить  следующее.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует  иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним  понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные  

 

последствия совершенных должником сделок или юридически значимых  действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате  возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества.  

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с  целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана  заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или  должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное  не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли  была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание  принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя  требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить  наличие этих обстоятельств.  

В случае, если хотя бы одно из указанных условий не доказано, суд  отказывает в удовлетворении заявления (пункт 5 Постановления № 63).  

Согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по  отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с  Федеральным законом от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит  в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным  лицом должника.  

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому  лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в  совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный  орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер)  должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей  в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве  или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в  зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или  имевшее в течение указанного периода возможность определять действия  должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце  втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей  статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником  сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих  видах юридических лиц.  

Согласно пункту 1 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ  «Об обществах с ограниченной ответственностью» сделки (в том числе заем,  кредит, залог, поручительство), в совершении которых имеется  заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета)  общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного  органа общества, в том числе управляющей организации или управляющего,  члена коллегиального исполнительного органа общества или акционера  

 

общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами 20 и более  процентов голосов от числа всех участников общества, а также лица, имеющего  право давать обществу обязательные для него указания, совершаются  обществом в соответствии с положениями настоящей главы.  

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении  обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети,  полнородные и не полнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные  и (или) их аффилированные лица: являются стороной, выгодоприобретателем,  посредником или представителем в сделке; владеют (каждый в отдельности или  в совокупности) 20 и более процентами акций (долей, паев) юридического  лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или  представителем в сделке; занимают должности в органах управления  юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем,  посредником или представителем в сделке, а также должности в органах  управления управляющей организации такого юридического лица; в иных  случаях, определенных уставом общества.  

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических  интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности  юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний  через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода  аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном  обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их  исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам  рынка.  

Между тем, вопреки доводам апелляционной жалобы в рассматриваемый  период ответчик не являлся мажоритарным акционером, поскольку имел лишь  25 % уставного капитала, следовательно, доводы о том, что он мог оказывать  контролирующее воздействие на управляющий орган должника в лице  генерального директора, является несостоятельным.  

Кроме того, наличие признаков аффилированности между сторонами  сделки само по себе также не свидетельствует о цели причинения вреда  имущественным правам кредиторов, а также об отсутствии реального  экономического интереса в совершении сделки.  

Также в материалах дела отсутствуют доказательства,  свидетельствующие об осведомленности ответчика о наличии у должника на  момент совершения спорных платежей признаков неплатежеспособности.  

Соответственно, вопреки доводам апелляционной жалобы является  недоказанным факт осведомленности ответчика о совершении сделки с целью  причинения вреда имущественным правам кредиторов.  

Суд апелляционной инстанции находит заслуживающими внимание  пояснения ответчика, согласно которым спорная сделка заключена должником  с ответчиком в рамках обычной хозяйственной деятельности, что следует из  выписок по расчетным счетам должника, которые приобщены к материалам  

 

дела, из которых следует, что деятельность общества велась, должником  исполнялись обязательства перед независимыми кредиторами.  

Дата возникновения задолженности должника перед ООО «МТХ» в  сумме 2 116 000 руб., а именно: 14.12.2017, указанная в апелляционной жалобе,  не соответствует действительности, поскольку 14.12.2017 должником первый  платеж в пользу ООО «МТХ» по договору поставки № 7 от 02.12.2017 по счету   № 40 от 14.12.2017, по которому с декабря 2017 года по июль 2018 года  указанный кредитор производил платежи в пользу должника в общем размере  более 45 млн. руб.  

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, объективное  банкротство должника наступило 03.05.2018, когда должник не смог исполнить  обязательства перед ООО «МТХ» на сумму 2 000 000 руб.  

При таких обстоятельствах, поскольку совокупность необходимых  обстоятельств для признания недействительным оспариваемых платежей,  совершенных должником в пользу ответчика, не доказана, суд первой  инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленного конкурсным  управляющим требования применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве.  

Также конкурный управляющий в качестве оснований для оспаривания  сделки ссылался на статьи 10, 168, 170 ГК РФ.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 Постановления № 63,  наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок,  предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не препятствует  суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено  злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются  осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред  другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное  заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление  правом).  

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников  гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока  не доказано иное.  

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая  требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не  устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных  последствий нарушения.  

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных  с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным  законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из  недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК  РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов  

 

кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может  быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела  о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных  интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной  массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества  должника третьим лицам.  

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом  понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов  осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение  вреда третьим лицам.  

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении  сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки  (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным  лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер,  при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.  

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной,  совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо  установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии  факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в  заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127  «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ).  

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации» (далее – Постановление № 25), оценивая действия сторон как  добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения,  ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права  и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в  получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10  ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и  разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.  

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка,  совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей  правовые последствия, ничтожна.  

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут придать ей  требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие действия  (формальное исполнение), что само по себе не препятствует квалификации  такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.  

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим  установлению при рассмотрении вопроса о квалификации той или иной сделки  мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки  намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.  

 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 86 Постановления № 25,  следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для  вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения  взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного  имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или  учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами  мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права  собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой  сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.  

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная  лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые  последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от  недобросовестности участников гражданского оборота.  

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели  достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не  совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть,  например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед  другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и  участия в распределении имущества должника либо для создания  искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или  имущества должника.  

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной  цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не  имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав  и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным  для квалификации сделки как ничтожной.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих  ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все  документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому  факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем  анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений  сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности  согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие  требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле,  и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).  

В рассматриваемом случае, учитывая, что основаниями для  осуществления спорных перечислений являлись конкретные правоотношения в  рамках договоров займа № 1 от 31.07.2017, № 2 от 21.09.2017, № 3 от  26.09.2017, которые в установленном законом порядке не оспорены и не  признаны недействительными, оснований полагать, что оспариваемая сделка  была совершена для вида, без намерения создать соответствующие правовые  

 

последствия, волеизъявление сторон сделки не соответствовало их внутренней  воле, являлась мнимой, у арбитражного суда не имеется.  

Доказательства, свидетельствующие о том, что при осуществлении  оспариваемой сделки стороны действовали исключительно с намерением  причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, а также  о мнимости спорной сделки, совершение без намерения создать  соответствующие правовые последствия, в материалы дела не представлены.  

При таких обстоятельствах вопреки доводам апелляционной жалобы суд  первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для признания  оспариваемой сделки по перечислению денежных средств со счета должника в  пользу должника недействительной применительно и к положениям статьи 10  ГК РФ, как совершенной со злоупотреблением правом ввиду отсутствия  доказательств, свидетельствующих о том, что стороны действовали  исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с  противоправной целью, без намерения создать соответствующие правовые  последствия.  

Конкурсным управляющим должника не доказано наличие пороков,  выходящих за пределы оснований оспаривания подозрительных сделок по  основаниям, установленным главой III.1 Закона о банкротстве.  

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание недоказанность  того, что взаимоотношения между сторонами носили формальный характер,  причинения совершением оспариваемой сделки вреда имущественным правам  кредиторов, намерения сторон причинить вред другому лицу, действий в обход  закона с противоправной целью, признаков злоупотребления правом при  заключении оспариваемой сделки, мнимости правоотношений, наличия в  сделках пороков, выходящих за пределы дефектов сделки с предпочтением или  подозрительности, суд первой инстанции пришел к верному выводу об  отсутствии оснований для признания сделки недействительной на основании  статей 10, 168, 170 ГК РФ и правомерно отказал в удовлетворении заявленных  конкурсным управляющим требований.  

Таким образом, доводы апелляционной жалобы отклоняются судом  апелляционной инстанции как необоснованные.  

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное  значение для разрешения настоящего обособленного спора, а также доводы,  изложенные в апелляционной жалобе, были предметом рассмотрения и  исследования суда первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка, а  также учитывая конкретные обстоятельства по настоящему делу, суд  апелляционной инстанции считает, что конкурсный управляющий не доказал  обоснованность заявленных требований, приведенные в апелляционной жалобе  доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не оценены  судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое  значение и влияли на законность и обоснованность принятого им решения.  

 

Поскольку нарушений норм материального и процессуального права,  являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта,  судом первой инстанции не допущено, определение суда первой инстанции  следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда  подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном  подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской  Федерации.  

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе  в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на заявителя апелляционной  жалобы.  

Поскольку определением Семнадцатого арбитражного апелляционного  суда от 22.06.2022 конкурсному управляющему предоставлена отсрочка от  уплаты государственной пошлины по апелляционной жалобе, государственная  пошлина подлежит взысканию в доход федерального бюджета за счет  конкурсной массы должника в соответствии со статьей 59 Закона о  банкротстве, согласно которой судебные расходы в деле о банкротстве  относятся на имущество должника.  

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 27 апреля 2022  года по делу № А60-57225/2020 оставить без изменения, апелляционную  жалобу – без удовлетворения.  

Взыскать в доход федерального бюджета за счет конкурсной массы ООО  «Михайловский завод алюминиевых сплавов» (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>) государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере  3000 рублей.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской  области.  

Председательствующий Е.О. Гладких 

Судьи И.П. Данилова 

 Л.М. Зарифуллина