﻿﻿697/2020-3332(2) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А61-1/2019

г. Краснодар

04 февраля 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 февраля 2020 года  Постановление изготовлено в полном объеме 04 февраля 2020 года  

 Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Черных Л.А., судей Посаженникова М.В. и Прокофьевой Т.В., при участии в судебном  заседании от заявителя – общества с ограниченной ответственностью «Агро Лукрум  Дженеранди РУС» (ИНН 5009114450, ОГРН 1185027007252) – Галичиной И.С.  (доверенность от 18.11.2019), от заинтересованного лица – Северо-Осетинской таможни  (ИНН 1503011586, ОГРН 1021500675371) – Шигаевой С.С. (доверенность от 13.01.2020),  рассмотрев кассационную жалобу Северо-Осетинской таможни на решение  Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 03.09.2019 и постановление  Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2019 по делу № А61-1/2019,  установил следующее.  

ООО «Агро Лукрум Дженеранди РУС» (далее – общество) обратилось  в арбитражный суд с заявлением к Северо-Осетинской таможне (далее – таможня) о  признании недействительным решения от 08.10.2018 о внесении изменений (дополнений)  в сведения, заявленные в ДТ № 10803010/040718/0003634 (далее – спорная ДТ).  

Решением суда от 03.09.2019, оставленным без изменения постановлением суда  апелляционной инстанции от 13.11.2019, требование удовлетворено.  

Судебные акты мотивированы отсутствием у таможни правовых оснований  для внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ.  

В кассационной жалобе таможня просит решение суда и постановление суда  апелляционной инстанции отменить, принять новый судебный акт об отказе  в удовлетворении требования.  

 Заявитель кассационной жалобы указывает на отсутствие нарушений прав  общества, наличие взаимосвязи между сторонами сделки, противоречий в представленных  документах в сведениях о производителе товаров; принятие судом не относимых  

доказательств; недостаточность представленных декларантом доказательств; ошибочность  вывода суда о возможности использования двух иных таможенных деклараций общества  как основы таможенной стоимости; непредставление прайс-листа продавца;  представление экспортной декларации с переводом в неполном объеме; неправомерную  ссылку суда на ДТ № 10313140/031218/0060931; непредставление судом апелляционной  инстанции возможности обосновать в прениях свою позицию.  

В отзыве на кассационную жалобу общество просит оставить судебные акты без  изменения как законные и обоснованные, а кассационную жалобу – без удовлетворения.  

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали  доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, доводы  кассационной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителей лиц, участвующих в  деле, проверив законность и обоснованность судебных актов, считает, что жалоба  удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.  

Суд установил и материалами дела подтверждается, что во исполнение  внешнеторгового контракта от 05.06.2018 № 268/050618/ARG-NR-1, заключенного  обществом и «Narangi Expo Limited» (Грузия), декларант на условиях FCA-Гурджаани  (Грузия) ввез на территорию Российской Федерации оформленный по спорной ДТ товар –  нектарины свежие (Persica Laevis) для употребления в пищу, не расфасованы для  розничной торговли, не содержат ГМО, урожай 2018 года, упакованы в пластмассовые  ящики и уложены на деревянные поддоны, 17 тыс. кг, производитель «Narangi Expo  Limited»; персики свежие (Prunus Vulgaris) для употребления в пищу, не расфасованы для  розничной торговли, не содержат ГМО, урожай 2018 года, упакованы в пластмассовые  ящики и уложены на деревянные поддоны, 1500 кг, производитель «Narangi Expo Limited»  (далее – спорный товар).  

Методом определения таможенной стоимости товара общество избрало цену  сделки с ввозимыми товарами (статья 4 Соглашения между Правительством Российской  Федерации, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики  Казахстан от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых  через таможенную границу Таможенного союза» (далее – Соглашение), представило  таможне в обоснование выбранного метода определения таможенной стоимости  имеющиеся в его распоряжении документы.  

В ходе таможенного оформления товара таможня не приняла заявленную  обществом таможенную стоимость и запросила у общества документы и (или) сведения  

(04.07.2018) в срок до 02.09.2018: дополнительные документы, сведения и пояснения,  необходимые для подтверждения правильности определения таможенной стоимости.  

Для целей выпуска товаров таможня произвела расчет подлежащих уплате  таможенных платежей (162 003 рубля 01 копейка).  

По запросу таможни от 04.07.2018 общество письмамиот 31.07.2018, 14.08.2018  представило таможне: пояснения по стоимости от 31.07.2018 № 2-3634, контракт  от 05.06.2018 № 268/050618/ARG-NR-1, дополнительное соглашение (согласование цены)  от 20.06.2018 № AGR-NR-1/3, экспортную декларацию страны отправления от 23.06.2018   № С59048 с переводом на русский язык, спецификацию от 29.06.2018 № AGR-NR-1/1,  платежное поручение от 31.07.2018 № 20, приходные ордера от 04.07.2018 № 24,  09.07.2018 № 27, 28, 03.07.2018 № 21, 22, 27.06.2018 № 15, 29, 28.06.2018 № 17, 18,  контракт от 01.06.2018 № 344/010618/ALG-1, заявку на перевозку от 20.06.2018   № 12/ ALG-1, коммерческое предложение от 21.06.2018 № KUR-162/TR-1, инвойс на  перевозку от 26.06.2018 № KUR-TR-1/162, акт выполнения перевозки  от 12.07.2018 № ACT-TR-1/162, пояснения по ценообразованию от 09.07.2018   № ПСН-1-2018, устав ООО «Мортен Логистик» от 07.11.2017, решения от 07.06.2017   № УК-4, 07.11.2017 № 7, платежные поручения от 13.06.2017 № 12163, 07.11.2017 № 1,  выписку из ЕГРЮЛ «Narangi Expo Limited» с переводом на русский язык, акт закупки  от 28.06.2018 с переводом на русский язык, инвойс от 29.06.2018 № 1, письмо  Федеральной таможенной службы от 26.10.2017 № 21-101/60407, список штатных  сотрудников общества, чеки розничной продажи, ценовую информацию о фермерских  ценах нектаринов и персиков в Грузии (сайт www.geostat.ge) с переводом на русский язык,  запрос от 04.06.2018 № АТ-1, письмо «Narangi Expo Limited» от 05.06.2017   № 268/422/2017, ответы на вопросы и пояснения от 06.09.2018 № ЮЦЖ-10103.  

Посчитав заявленную обществом таможенную стоимость ввезенного товара  по спорной ДТ документально не подтвержденной, таможня приняла решение  от 08.10.2018 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ,  скорректировала определенную обществом таможенной стоимость спорного товара  по шестому (резервному) методу ее определения. Обществу предложено в срок  до 19.10.2018 скорректировать декларацию на товары, внести изменения о заявленной  стоимости товаров.  

Общество обжаловало решение таможни в арбитражный суд. 

Судебные инстанции всесторонне и полно исследовали фактические  обстоятельства по делу, оценили представленные доказательства и доводы участвующих в  деле лиц в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального  

кодекса Российской Федерации, правильно применили к установленным по делу  обстоятельствам статьи 38, 39, 104, 106, 108, 313, 325, 444 Таможенного кодекса  Евразийского экономического союза (далее – Кодекс), статью 4 Соглашения,  приложение № 1 к Порядку декларирования таможенной стоимости, утвержденному  решением Комиссии Таможенного союза от 20.09.2010 № 376 «О порядке  декларирования, контроля и корректировки таможенной стоимости», учли разъяснения,  изложенные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного  законодательства», сделали правильный вывод об отсутствии у таможни оснований для  внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ – корректировки  таможенной стоимости товара, ввезенного на таможенную территорию Евразийского  экономического союза по спорной ДТ.  

Из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих  в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского  экономического союза» (далее – постановление № 49), следует, что в соответствии  с пунктом 10 статьи 38 Кодекса таможенная стоимость ввозимых товаров и сведения,  относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно  определяемой и документально подтвержденной информации. Принимая во внимание  публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом  (здесь и далее также - таможенный представитель) данных требований Кодекса судам  следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений),  представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой  лежит на таможенном органе. При оценке выполнения декларантом требований пункта 10  статьи 38 Кодекса судам следует принимать во внимание, что таможенная стоимость,  определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться  количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант  не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен  товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им  документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками  товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара. В то же время  выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом  документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.)  в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения  сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для  

вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 Кодекса. Система оценки  ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и  основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости – цены, по  которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при  обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием  соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38  Кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени  должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения  таможенной стоимости). С учетом данных положений примененная сторонами  внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву  одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении  с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен,  установившегося во внутренней торговле. В то же время отличие заявленной декларантом  стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах  данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами,  ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок – данных  иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения  изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых  каталогов, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного  (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости,  если такое отклонение является существенным. Отсутствие подтверждения сведений  о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся  в иных представленных таможенному органу документах, а также выявление таможенным  органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе  не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной  стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля  таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325  Кодекса. Исходя из пункта 13 статьи 38 Кодекса таможенные органы вправе убеждаться  в достоверности декларирования таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии  с их действительной стоимостью. В то же время с учетом положений пункта 1 статьи 38  Кодекса предъявляемые к декларанту требования по подтверждению таможенной  стоимости должны быть совместимы с коммерческой практикой. В связи с этим судам  следует исходить из того, что лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене,  значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров,  должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара  

по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота.  Основываясь на положениях пункта 13 статьи 38, пункта 17 статьи 325 Кодекса,  таможенный орган принимает решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о  таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации по результатам проверки  таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров, если  соответствие заявленной таможенной стоимости товаров их действительной стоимости не  нашло своего подтверждения по результатам таможенного контроля, в том числе при  сохранении признаков недостоверности заявленной таможенной стоимости,  не устраненных по результатам таможенного контроля. В связи с этим при разрешении  споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых  товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения  таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое  подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом  документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно  предоставленных декларантом. Непредоставление декларантом документов (сведений),  обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может  повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений)  в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если  у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных  документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.  Вместе с тем при сохранении неполноты документального подтверждения таможенной  стоимости и (или) сомнений в достоверности заявленной декларантом таможенной  стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля, по смыслу пункта 17  статьи 325 Кодекса решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о  таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, может быть принято  таможенным органом с учетом информации, имеющейся в его распоряжении и  указывающей на подтверждение того, что таможенная стоимость ввозимых товаров  не соответствует их действительной стоимости (пункты 8 – 13).  

Судебные инстанции проверили и отклонили довод таможни о том,  что таможенная стоимость ввезенного обществом товара по спорной ДТ документально  не подтверждена, указав, что декларант представил в таможню документы, из которых  следует, что расчет таможенной стоимости товара произведен декларантом на основании  цены товара, фактически уплаченной продавцу – компании «Narangi Expo Limited»  (Грузия).  

Суд не выявил противоречия между одними и теми же сведениями,  содержащимися в представленных документах, счел представленные декларантом  документы необходимыми и достаточными для подтверждения заявленной при  таможенном оформлении стоимости ввезенного товара, не содержащими признаки  недостоверности, и сделал вывод о надлежащем подтверждении заявленной стоимости  товара, ввезенного обществом по спорной ДТ.  

Анализируя содержание контракта от 05.06.2018 № 268/050618/ARG-NR-1,  суд отметил согласование его сторонами существенных условий договора поставки,  исполненных сторонами соглашения, претензий по ассортименту, количеству, цене  ввезенного товара у его участников не имеется.  

Суд установил, что исходя из сведений, содержащихся в графе 20 спорной ДТ,  дополнительном соглашении от 20.06.2018 № AGR-NR-1/3, спецификации от 29.06.2018   № AGR-NR-1/1, инвойсе от 29.06.2018 № 1, условиями поставки товаров стороны  установили FCA – Гурджаани (Грузия).  

В доказательство транспортировки товара, подтверждения стоимости перевозки,  подлежащей включению в таможенную стоимость товаров, общество представило  договор по перевозке, погрузке, разгрузке от 01.06.2018 № 344/010618/ALG-1,  заключенный с компанией «Kuairo Trading Limited» (Гонконг), инвойс (счет-фактура)  за перевозку от 26.06.2018 № KUR-TR-1/162, уведомление об отсутствии страхования  груза от 04.07.2018 № СТР/1. Оплата перевозки подтверждается платежным поручением  от 11.07.2018 № 49. Стоимость фрахта в размере 95 700 рублей, подлежащего включению  в таможенную стоимость, задекларирована обществом в ДТС-1.  

Таким образом, суд правильно установил выполнение обществом всех  обязанностей по включению в таможенную стоимость товаров, декларированию и оплате  транспортных расходов на условиях поставки FCA – Гурджаани.  

Данные документы, как обоснованно отметил суд, в достаточной степени  подтверждают понесенные обществом расходы по оплате перевозки ввозившихся  по спорной ДТ товаров.  

Пунктом 2.1 дополнительного соглашения от 20.06.2018 № AGR-NR-1/3 продавец  установил следующие цены на фрукты: нектарин, персик свежие – 0,40 долларов США  за 1 кг нетто. По данной цене ввезен товар по спорной ДТ.  

Принимая обжалуемое решение, таможня скорректировала заявленную обществом  таможенную стоимость товара по шестому (резервному) методу до уровня  1,25 долларов США за 1 кг нетто (ДТ № 10803010/040718/0003606). Основанием  невозможности применения иных методов, предшествующих резервному, названо  

отсутствие информации о стоимости однородных товаров, ввезенных в тот же или  соответствующий ввозу период времени.  

Между тем, суд учел представленную таможней информацию из ИАС  «Мониторинг-Анализ», согласно которой по ДТ № 10803010/270618/0003424 и  10803010/280618/0003464 общество ввозило однородные товары в тот же период времени  по цене 0,51 долларов США за 1 кг нетто, заявленная таможенная стоимость по которым  принята таможней по первому методу. Товары, оформленные по этим ДТ, признаны  судом однородными по отношению к заявленным в спорной ДТ, они ввезены на том же  коммерческом уровне, тех же условиях поставки и, по сути, в том же количестве,  что и оцениваемые товары.  

Суд правильно отметил, что действующее таможенное законодательство не  содержит запрета на использование таможенными органами как основы для определения  заявленной таможенной стоимости деклараций того же декларанта. Это обстоятельство  расценено судом как нарушение части 15 статьи 38 Кодекса.  

Согласно пункту 20 постановления № 49 в соответствии с положениями  подпункта 4 пункта 1 и пункта 4 статьи 39 Кодекса стоимость сделки с ввозимыми  товарами (первый метод) не применяется для целей таможенной оценки ввозимых  товаров, если стороны сделки являются взаимосвязанными лицами и имеющаяся между  ними взаимосвязь повлияла на цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за  эти товары.  

В тех случаях, когда указание о совершении сделки с ввозимыми товарами между  взаимосвязанными лицами сделано при декларировании товаров либо взаимосвязь  участников сделки установлена при проведении таможенного контроля и таможенным  органом выявлены признаки недостоверного декларирования таможенной стоимости,  декларант обязан подтвердить, что фактически уплаченная или подлежащая уплате за  товар цена была установлена в отсутствие влияния на нее взаимосвязи сторон сделки,  в том числе посредством раскрытия информации о ценообразовании (пункт 5 статьи 39  Кодекса).  

Проверяя довод таможни о наличии взаимосвязи общества (покупателя)  с продавцом «Narangi Expo Limited», перевозчиком «Kuairo Trading limited» спорного  товара (согласно информации Северо-Осетинской таможни генеральный директор  названных организаций – Маргиева И.С. является супругой генерального директора  общества Шавлохова А.А.), суд отметил следующее.  

На момент заключения спорного контракта единственным учредителем  и генеральным директором общества является Гагиева К.В., что подтверждается уставом,  а также выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц.  

Единственным учредителем и генеральным директором продавца «Narangi Expo  Limited» является Маргиева И.С., что подтверждается выпиской из реестра  предпринимательских и непредпринимательских (некоммерческих) юридических лиц.  

При этом Гагиева К.В. и Маргиева И.С. не являлись сотрудниками или  директорами (руководителями) организаций друг друга, работодателем и работником,  родственниками или членами одной семьи. Никто из сторон сделки прямо или косвенно  не контролирует друг друга.  

Таможня не представила доказательств того, что Шавлохов А.А. имеет отношение  к деятельности общества. Доводы таможни о подконтрольности Гагиевой К.В.  Шавлохову А.А. через деятельность других компаний, не имеющих отношения к спорной  поставке, как отметил суд, не соответствуют понятию взаимосвязанных лиц, указанному  в статье 37 Кодекса.  

Суд также отметил, что на момент заключения контракта и осуществления  таможенного оформления товаров по спорной ДТ Гагиева К.В. не являлась сотрудником  ООО «Экспресс Карго», генеральным директором которого является Шавлохов А.А.  Гагиева К.В. уволена с должности заместителя генерального директора ООО «Экспресс  Карго» 31.01.2018.  

Действия Гагиевой К.В., совершенные в июле 2017 года, по внесению денежных  средств в уставный капитал ООО «Экспресс Карго» и их последующему возврату,  признаны не имеющими значения для доказывания недостоверности сведений о  таможенной стоимости в спорной ДТ.  

Суд отклонил довод таможни о взаимозависимости общества и «Narangi Expo  Limited» через ООО «Мортен Логистик», поскольку участие Шавлохова А.А. и  Гагиевой К.В. в финансово-хозяйственной деятельности ООО «Мортен Логистик»  не имеет никакого отношения к подтверждению недостоверности сведений о таможенной  стоимости товаров в спорной ДТ.  

Как отметил суд, представленные обществом документы свидетельствуют о том,  что на момент осуществления спорной поставки при наличии доли в уставном капитале  ООО «Мортен Логистик» в размере 1,41% и 0% доли в уставном капитале общества  Шавлохов А.А. не мог влиять на принятие решений Гагиевой К.В. и контролировать ее  деятельность.  

Суд также отметил, что таможня не представила доказательства какие-либо  доказательства влияния факта взаимозависимости на величину таможенной стоимости  ввезенного товара.  

Само по себе наличие взаимосвязи между продавцом и покупателем не является  основанием для отказа в определении таможенной стоимости по цене сделки.  

Суд указал, что в обоснование цены товара общество представило следующие  документы: сведения Министерства финансов Грузии (www.mof.ge), согласно которым  средневзвешенная экспортная стоимость 1 кг нектарин, поставленных в Россию из Грузии  в июне 2018 года, составила 0,63 доллара США за 1 кг, исходя из расчета: 580 181,51  долларов США (общая стоимость экспорта товара в июне 2018 года), 920 946 кг  (общее количество экспорта товара в июне 2018 года); информацию Национального  статистического управления Грузии (www.geostat.ge), согласно которой цена на персики  и нектарины в Грузии в 2018 году составила 0,78 лари (примерно 0,32 доллара США)  за 1 кг; в регионе Кахети, откуда осуществлялась спорная поставка, цена составила  0,77 лари (примерно 0,31 долларов США) за 1 кг, остальные регионы — 0,82 лари  (примерно, 0,33 доллара США за 1 кг).  

На сайте Геостата представлены средние цены на товар за год без указания на сезон  созревания и характеристики товара, что позволяет сделать вывод о том, что данные  показатели являются средними по отношению ко всем товарам данного наименования,  вне зависимости от сорта, сезона сбора урожая, условий выращивания. Существенные  различия в цене товара в зависимости от региона Грузии свидетельствуют о том, что при  установлении стоимости нектаринов и персиков существенным условием является место,  в котором данный товар продан.  

С учетом размещенной на официальном сайте Геостата информации суд сделал  обоснованный вывод о том, поставка товара по спорной ДТ продавцом производится из  региона, в котором закупочная стоимость товара является более низкой по сравнению  с иными регионами Грузии, что безусловно сказывается на стоимости товара по сделке.  

Непредставление прайс-листа продавца и экспортной декларации не признано  судом в данном случае основанием для вывода о документальном неподтверждении  обществом таможенной стоимости товара, ввезенного по спорной ДТ, с учетом  представленных доказательств в подтверждение таможенной стоимости товара,  не имеющих разночтения и противоречия.  

Кроме того, письмом от 17.06.2018 № 268/436/2018 «Narangi Expo Limited»  на условиях публичной оферты предложил к продаже нектарин и персики по цене  0,40 долларов США за 1 кг нетто на условиях поставки FCA – Гурджаани с описанием  

качественных характеристик товара, региона закупки, срока действия цены. Копия  запроса от 04.06.2018 № АТ-1 и писем от 05.06.2018 № 268/422/2018, 17.06.2018   № 268/43672018 направлены в таможню письмом от 14.08.2018 № 4-3634.  

Изучив и оценив данные документы с соблюдением правил оценки конкретных  доказательств, судебные инстанции сделали правомерный вывод о том, что общество,  хотя и не представило таможне прайс-лист продавца, однако, иными документами  надлежащим образом подтвердило публичное коммерческое предложение продавца.  

Доводу таможни о неподтвержденности заявленных сведений о производителе  товаров дана надлежащая оценка судом со ссылкой на материалы дела.  

Суд также отклонил довод таможни об отсутствии нарушений прав общества,  поскольку корректируемая таможенная стоимость включает только сумму налога на  добавленную стоимость (далее – НДС), отметив, что графе 47 спорной ДТ указаны и  сборы за таможенное оформление – 1500 рублей, а также 93 195 рублей 59 копеек НДС.  

Согласно расчету размера обеспечения исполнения обязанности по уплате  таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных  пошлин размер обеспечения составил 162 003 рубля 01 копейка.  

Таким образом, откорректированная таможней таможенная стоимость товара  выше, чем сумма НДС. Заявление налогового вычета является правом общества, тогда как  уплата как ввозного, так и внутреннего НДС является его обязанностью.  

Иные доводы таможни не являются основаниями для отмены обжалуемых  судебных актов.  

В рассматриваемом деле таможня не доказала, что общество реально приобрело  ввозившийся по спорным ДТ товар по большей цене, чем указано им в качестве цены  сделки; а отличие в цене связано с наличием родственных связей с поставщиком и  перевозчиком.  

Поскольку таможня не доказала надлежащим образом наличие у нее на дату  принятия оспариваемого решения достоверной и относимой информации о низком  ценовом уровне ввозимых обществом по спорной ДТ товаров, суд обоснованно счел  отсутствующими основания для отказа в определении таможенной стоимости спорных  товаров по цене сделки.  

На основании правильного применения норм права к установленным по делу  конкретным обстоятельствам и их совокупной оценки с представленными в материалы  дела доказательствами судебные инстанции с учетом установленных ими фактических  обстоятельств дела сделали вывод об отсутствии у таможни оснований принятия решения  от 08.10.2018 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ.  

Доводы жалобы выводы судебных инстанций об установленных ими конкретных  фактических обстоятельствах дела не опровергают, фактически сводятся к переоценке  исследованных и оцененных судом доказательств, что в полномочия кассационной  инстанции не входит. Нормы права к установленным фактическим обстоятельствам дела  судебные инстанции применили правильно.  

Основания для отмены или изменения обжалуемых судебных актов  не установлены.  

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 03.09.2019 и  постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2019 по делу   № А61-1/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.  

Председательствующий Л.А. Черных 

Судьи М.В. Посаженников   Т.В. Прокофьева