АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9865/23 

Екатеринбург

12 февраля 2024 г.

 

Дело № А60-68947/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 05 февраля 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 февраля 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Плетневой В.В.,

судей Артемьевой Н.А., Шершон Н.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 24.10.2023 по делу № А60-68947/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 12.12.2022; ФИО3 по доверенности от 03.11.2022;

публичного акционерного общества «Уралтрансбанк» (далее – общество «Уралтрансбанк») в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – ФИО4 по доверенности от 15.12.2023.

 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 20.01.2023 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО5.

В арбитражный суд поступило заявление общества «Уралтрансбанк» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника задолженности в размере 76 613 729 руб. 17 коп, из которых 11 800 000 руб. основного долга, 18 385 660 руб. 25 коп. процентов, 66 000 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины, 46 362 068 руб. 92 коп. неустойки (пени) в качестве обязательства, обеспеченного залогом имущества должника – пятикомнатной квартиры общей площадью 168,2 кв. м с кадастровым номером 66:41:0401033:1336 в г. Екатеринбурге.

В арбитражный суд от ФИО1 поступило ходатайство об исключении квартиры с кадастровым номером 66:41:0401033:1336 в г. Екатеринбурге из конкурсной массы.

На основании статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанные заявления объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

Определениями Арбитражного суда Свердловской области от 28.04.2023, от 30.08.2023 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление социальной политики № 27 по Ленинскому и Октябрьскому районам г. Екатеринбурга в лице отдела опеки и попечительства и Ленинский РОСП г. Екатеринбурга УФССП по Свердловской области.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.09.2023 к совместному рассмотрению назначен вопрос о наложении судебного штрафа на руководителя Ленинского РОСП г. Екатеринбурга старшего судебного пристава ФИО6 в связи с длительным неисполнением требований суда по предоставлению исполнительных производств в отношении должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.10.2023, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2023, в наложении судебного штрафа на Ленинский районный отдел судебных приставов Управления Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области отказано; требования общества «Уралтрансбанк» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» в размере 11 800 000 руб. основного долга, 18 385 660 руб. 25 коп. процентов, 66 000 руб. государственной пошлины, 13 806 429 руб. 43 коп. неустойки признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника в качестве обеспеченных залогом его имущества – пятикомнатной квартиры общей площадью 168,2 кв. м с кадастровым номером 66:41:0401033:1336 в г. Екатеринбурге; в удовлетворении ходатайства ФИО1 об исключении вышеуказанной квартиры из конкурсной массы отказано.

ФИО1 обратилась в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 24.10.2023 и постановление суда апелляционной инстанции от 01.12.2023 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

По мнению заявителя, судами не принято во внимание, что спорная квартира является единственным пригодным для проживания жильем для должника, ее матери и несовершеннолетних детей; полагает, что квартира имеет исполнительский иммунитет.

Общество «Уралтрансбанк» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» в отзыве на кассационную жалобу в отношении изложенных доводов возражает, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

Судебные акты в части отказа в наложении судебного штрафа на Ленинский районный отдел судебных приставов Управления Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области лицами, участвующими в деле, не обжалуются.

Предметом кассационного обжалования со стороны должника является признание требования общества «Уралтрансбанк» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника в качестве обеспеченного залогом имущества должника – пятикомнатной квартиры общей площадью 168,2 кв. м с кадастровым номером 66:41:0401033:1336 в г. Екатеринбурге; и отказ в удовлетворении ходатайства должника об исключении вышеуказанной квартиры из конкурсной массы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО1 является единоличным собственником пятикомнатной квартиры общей площадью 168,2 кв. м с кадастровым номером 66:41:0401033:1336 в г. Екатеринбурге, которая является единственным пригодным для проживания должника и членов ее семьи жилым помещением.

Согласно справке от 08.12.2022 № 81037923, выданной МКУ «Центр Муниципальных услуг» Администрации г. Екатеринбурга, по указанному адресу зарегистрированы и проживают следующие лица: ФИО1 (собственник, должник), ФИО7 (мать должника), ФИО8 (сын должника), ФИО9 (несовершеннолетние внуки должника), ФИО10 (супруга сына должника), ФИО11 (без родства); первые трое зарегистрированы в спорном помещении с 12.07.2016, внучка и сноха – с 21.10.2015, внук – с 28.04.2022, ФИО11 – с 01.06.2018.

Между обществом «Уралтрансбанк» и ФИО1 (заемщик) заключен кредитный договор от 07.09.2015 № РК001-97472, по которому банк предоставил заемщику потребительский кредит в сумме 11 800 000 руб. сроком на 60 месяцев до 04.09.2020 с условием уплаты процентов по ставке 24% годовых, должник приняла на себя обязательство возвратить сумму кредита и уплатить проценты за пользование им.

Согласно пункту 3.12 кредитного договора пени за нарушение сроков уплаты основного долга и процентов установлены в размере 0,1 процента ежедневно.

Исполнение обязательств по кредитному договору обеспечено залогом имущества должника – квартиры общей площадью 168,2 кв. м с кадастровым номером 66:41:0401033:1336 в г. Екатеринбурге, на основании договора залога имущества от 07.09.2015 № РК-001-97472/1, заключенного между банком и заемщиком, по условиям которого залоговая стоимость квартиры определена в размере 12 191 136 руб.

В связи с неисполнением заемщиком обязательств по возврату кредита общество «Уралтрансбанк» обратилось в Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга с исковым заявлением о взыскании с ФИО1 задолженности по кредитному договору от 07.09.2015 № РК001-97472.

Вступившим в законную силу определением Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 13.07.2017 по гражданскому делу № 2-2069/2017 между банком и ФИО1 утверждено мировое соглашение, согласно условиям которого ФИО1 признала сумму задолженности перед банком по кредитному договору по состоянию на 11.05.2017 в размере 14 901 305 руб. 29 коп., из которых 11 800 000 руб. основного долга, 2 570 416 руб. 41 коп. процентов, 530 888 руб. 88 коп. пени за просрочку уплаты процентов, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 66 000 руб.; указанным определением также обращено взыскание на предметы залога – пятикомнатную квартиру общей площадью 168,2 кв. м с кадастровым номером 66:41:0401033:1336 в г. Екатеринбурге с установлением начальной цены ее продажи с публичных торгов в размере 17 250 000 руб.

Условиями пункта 2 мирового соглашения предусмотрено, что в случае неисполнения должником мирового соглашения проценты за пользование кредитом выплачиваются по дату фактического погашения кредита в полном объеме; за период с 12.05.2017 по 18.01.2023 на сумму основного долга банком начислены проценты по ставке 24% годовых в общей сумме 16 115 243 руб. 84 коп.; за тот же период банком начислены по ставке 0,1% пени за несвоевременную оплату основного долга в размере 24 520 400 руб. и пени за несвоевременную оплату процентов в размере 21 310 780 руб. 04 коп.

Мировое соглашение должником в добровольном порядке не исполнено.

На принудительное исполнение судебного акта банку выдан исполнительный лист (1) от 05.10.2017 № 018998727, на основании которого 15.11.2017 Ленинским РОСП г. Екатеринбурга УФССП по Свердловской области возбуждено исполнительное производство № 20219/17/66004-ИП.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 27.12.2018 по делу № А60-65929/2018 общество «Уралтрансбанк» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного управляющего, полномочия конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

Кроме того, на основании этого же исполнительного листа 21.02.2020 Ленинским РОСП г. Екатеринбурга УФССП по Свердловской области возбуждено исполнительное производство № 17239/20/66004-ИП в отношении должника по взысканию задолженности по кредитному договору и обращению взыскания на предмет залога.

Вступившим в законную силу определением Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 18.01.2023 по гражданскому делу № 2-2069/2017 удовлетворено заявление общества «Уралтрансбанк» о выдаче ему дубликата исполнительного листа на взыскание с ФИО1 денежных средств и обращения взыскания на предмет залога в порядке исполнения определения этого же суда по указанному делу от 13.07.2017 (об утверждении мирового соглашения).

Банку выдан дубликат исполнительного листа серии ФС № 043614489 от 14.02.2023.

При этом в материалах дела отсутствуют сведения об окончании (прекращении) исполнительного производства № 17239/20/66004-ИП, возбужденного 21.02.2020, из чего следует, что, несмотря на утрату исполнительного документа, производство по исполнительному производству прекращено не было.

В дальнейшем, постановлением от 25.05.2023 исполнительное производство № 17239/20/66004-ИП окончено на основании пункта 7 части 1 статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон № 229-ФЗ) в связи с выявленным приставом факта признания ФИО1 несостоятельной (банкротом).

Согласно данному постановлению исполнительный лист (1) № 018998727 от 05.10.2017 надлежит направить по адресу: не указан.

Ленинским РОСП г. Екатеринбурга УФССП по Свердловской области в ответ на запрос суда представлены материалы исполнительного производства от 21.02.2020 № 17239/20/66004-ИП, содержащие аналогичные изложенным выше сведения.

В ходе исполнительного производства от 21.02.2020 № 17239/20/66004-ИП должником 14.03.2018 произведено частичное погашение задолженности в размере 300 000 руб.

Ссылаясь на наличие у должника непогашенных обязательств по кредитному договору в размере 76 613 729 руб. 17 коп., общество «Уралтрансбанк» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника в качестве обязательства, обеспеченного залогом имущества должника – квартиры.

Возражая в отношении заявленных требований, ФИО1 обратилась в суд с ходатайством об исключении из конкурсной массы спорной квартиры, мотивированным тем, что данная квартира является единственным жильем для нее и шестерых членов ее семьи, не является ипотечной квартирой, по своим характеристикам отвечает установленным жилищным законодательством нормам жилой площади на одного проживающего, с учетом наличия двух разнополых несовершеннолетних детей; указывая также, что ее мать является инвалидом по онкологическому заболеванию, а также на то, что данная квартира может быть включена в состав конкурсной массы только с согласия органов опеки и попечительства; должник настаивала на том, что банк утратил право залога в силу злоупотребления им своими правами (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку с 2017 года не предпринимал мер к обращению взыскания на заложенное имущество, трижды получал исполнительный лист на принудительное исполнение мирового соглашения по гражданскому делу № 2-2069/2017, один из которых предъявлен им к принудительному исполнению лишь спустя три года – в 2020 году; ФИО1 указывала на недобросовестность банка, установленную в рамках дела № А60-65929/2018, а также на пропуск им трехлетнего срока на обращение с настоящим требованием с даты вступления в законную силу решения суда по гражданскому делу № 2-2069/2017. 

Должником также заявлено ходатайство о применении к заявленным банком требованиям положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (к неустойке).

Признавая требование общества «Уралтрансбанк» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника в качестве обеспеченных залогом имущества должника – пятикомнатной квартиры общей площадью 168,2 кв. м с кадастровым номером 66:41:0401033:1336 в г. Екатеринбурге, суд первой инстанции исходил из того, что доказательства погашения задолженности в материалы дела не представлены; требование кредитора по кредитному договору обеспечено залогом имущества должника, при этом доказательства прекращения залога в порядке статьи 352 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть выбытия предмета залога из владения должника, не представлены, право залогодержателя в данном случае в установленном порядке не прекратилось.

В то же время, суд первой инстанции, учитывая наличие залогового обеспечения обязательств банка достаточно ликвидным имуществом, признал размер договорной неустойки несоразмерным последствиям допущенного должником нарушения исполнения обязательств, в результате чего снизил ее размер до 13 806 429 руб. 43 коп., исходя из действовавшей на дату совершения кредитного договора ставки Центрального Банка России в размере 11% годовых.

При этом суд, принимая во внимание наличие действующей ипотеки, что является надлежащим и достаточным изъятием из исполнительного иммунитета в отношении единственного жилья, учитывая включение требования банка в реестр в качестве обеспеченного залогом, не усмотрел достаточных и необходимых оснований для удовлетворения ходатайства должника об исключении спорной квартиры из конкурсной массы.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции согласился.

При этом суды руководствовались следующим.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенным статьями 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства. Требования конкурсных кредиторов и (или) уполномоченных органов, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника (пункт 4 статьи 142 Закона о банкротстве).

В данном случае судами установлено, что заявление подано кредитором в пределах двухмесячного срока, установленного для целей включения в реестр требований кредиторов.

Согласно разъяснениям пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума № 35), проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны; при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле; для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора.

Согласно пункту 3 статьи 40 Закона о банкротстве в случаях, предусмотренных настоящим Законом, к заявлению кредитора должно быть приложено вступившее в законную силу решение суда, арбитражного суда или третейского суда, рассматривавших требования к должнику конкурсного кредитора, работника, бывшего работника должника.

Согласно части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Если требования кредитора подтверждены вступившим в законную силу решением суда, то арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, не вправе рассматривать какие-либо разногласия по составу и размеру этих требований (абзац 2 пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве). Это положение Закона о банкротстве дано в развитие принципов общеобязательности и стабильности судебных актов, недопустимости повторного рассмотрения тождественных судебных споров.

Требования общества «Уралтрансбанк» подтверждены вступившим в законную силу определением Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 13.07.2017 по гражданскому делу № 2-2069/2017 об утверждении мирового соглашения, что, в свою очередь, не позволяло арбитражному суду рассматривать в деле о банкротстве какие-либо разногласия в части состава и размера требований кредитора (за исключением разногласий, связанных с исполнением судебного акта или его пересмотра).

Судебной проверке подлежали обстоятельства соблюдения кредитором трехлетнего срока для предъявления исполнительного листа к исполнению (часть 1 статьи 21 Закона № 229-ФЗ) и обращения взыскания на предмет залога.

Как установлено судами и следует из материалов настоящего спора, на принудительное исполнение определения Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 13.07.2017 по гражданскому делу № 2-2069/2017 банку выдан исполнительный лист (1) от 05.10.2017 № 018998727, на основании которого 15.11.2017 Ленинским РОСП г. Екатеринбурга УФССП по Свердловской области возбуждено исполнительное производство № 20219/17/66004-ИП, однако документы о движении указанного производства, в том числе о дате его окончания/прекращения и об основаниях вынесения соответствующего постановления в материалах дела отсутствуют.

В то же время судами принято во внимание, что на основании этого же исполнительного листа 21.02.2020, то есть в установленный законом трехлетний срок для приведения судебного акта к принудительному исполнению, Ленинским РОСП г. Екатеринбурга УФССП по Свердловской области возбуждено исполнительное производство № 17239/20/66004-ИП в отношении должника по взысканию задолженности по кредитному договору и обращению взыскания на предмет залога; исполнительное производство окончено 25.05.2023, то есть после возбуждения производства по делу о банкротстве должника (20.12.2022), введения в отношении него процедуры реализации имущества гражданина (19.01.2023) и после подачи банком заявления о включении его требования в реестр (13.02.2023), у четом чего, суды заключили, что в данном конкретном случае имел место перерыв трехлетнего срока на принудительное исполнение судебного акта (часть 1 статьи 22 Закона № 229-ФЗ), поскольку, как следует из материалов дела, должником произведено частичное погашение долга в рамках указанного исполнительного производства в размере 300 000 руб.

По результатам исследования и оценки всех имеющихся в деле доказательств нижестоящие суды, учитывая, что определение Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 13.07.2017 по гражданскому делу № 2-2069/2017 вступило в законную силу 28.07.2017, исполнительное производство № 17239/20/66004-ИП в отношении должника по взысканию задолженности по кредитному договору и обращению взыскания на предмет залога возбуждено 21.02.2020, принимая во внимание, что на основании определения Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 18.01.2023 по гражданскому делу № 2-2069/2017 обществу «Уралтрансбанк» выдан дубликат исполнительного листа серии ФС № 043614489 от 14.02.2023, который, с учетом положений пункта 3 части 1 статьи 31 Закона № 229-ФЗ и части 2 статьи 430 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не мог бы быть выдан в случае пропуска заявителем срока на принудительное исполнение, констатировали, что трехлетний срок предъявления исполнительного листа к исполнению заявителем не пропущен.

Суды констатировали, что наличие выводов о недобросовестности банка, установленных в рамках дела № А60-65929/2018 о банкротстве общества «Уралтрансбанк», само по себе достаточным для признания его действий недобросовестными в рамках настоящего обособленного спора не является, поскольку сведения о том, что данные выводы касались конкретных отношений банка и должника в рамках кредитного договора от 07.09.2015 № РК001-97472 лицами, участвующими в деле, не представлены, как и доказательства, подтверждающие, что банком осуществлены действия по манипуляции сроками предъявления листа к исполнению, при том, что из имеющихся в деле документов не следует выводов о неоднократном злонамеренном отзыве банком исполнительных листов в целях их повторного предъявления и растягивания тем самым вышеназванного срока, в отсутствие доказательств, свидетельствующих об обратном, суды пришли к выводу о неподтвержденности материалами дела наличия у общества «Уралтрансбанк» умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда должнику и его кредиторам.

Проверяя возражения ФИО1 относительно того, что банком с 2017 года какие-либо меры к обращению взыскания на заложенную квартиру не принимались, бездействие судебных приставов исполнителей не обжаловалось, суды признали их необоснованными, исходя из того, что ординарным способом исполнения обязательств является их добровольное исполнение должником, однако ФИО1 на протяжении того же промежутка времени не предприняла должных мер к исполнению утвержденного судом между ней и банком мирового соглашения, кроме того, законодательство об исполнительном производстве строится на началах того, что взыскатель, поручивший исполнение судебного решения государственной службе, специально созданной для этих целей, имеет разумные ожидания того, что именно данная служба будет производить все необходимые предусмотренные законом меры по исполнению судебного решения без активного его вовлечения в названную процедуру; оспаривание действий/бездействия судебных приставов-исполнителей находится в исключительной воле того или иного участника исполнительного производства, ввиду чего несовершение таковых действий не может быть поставлено банку в укор, тем более в контексте лишения его права на установление своих требований в деле о банкротстве.

По результатам исследования и оценки всех имеющихся в деле доказательств суды также признали несостоятельными доводы должника о том, что в постановлениях о возбуждении исполнительных производств предметом взыскания указан «иной вид исполнения неимущественного характера», поскольку из установленных судами фактических обстоятельств данного конкретного спора какого-либо недопонимания относительно того, что предметом принудительного исполнения являлось именно определение Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 13.07.2017 по гражданскому делу № 2-2069/2017, включая как взыскание долга, так и обращение взыскания на предмет залога, не имеется, при том, что исполнительный лист, на основании которого возбуждено исполнительное производство, содержал в себе требование не только по взысканию в пользу банка задолженности по кредитному договору, но и требование по обращению взыскания на предмет залога; в свою очередь, банк, предъявив исполнительный лист к исполнению, реализовал предоставленное ему законом право на исполнение судебного акта в установленном законом принудительном порядке и в установленные законом сроки.

Кроме того, как следует из материалов дела, возражая в отношении заявленных требований, ФИО1 обратилась в суд с ходатайством об исключении из конкурсной массы спорной квартиры, мотивируя его тем, что квартира является единственным жильем для нее и шестерых членов ее семьи и не является ипотечной.

Вместе с тем, признавая требования общества «Уралтрансбанк» обоснованными и включая их в третью очередь реестра требований кредиторов должника в качестве обеспеченных залогом вышеупомянутой квартиры, суды обеих инстанций исходили из следующего.

Особенности учета и удовлетворения требований кредиторов третьей очереди по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, определяются статьей 138 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя» (далее – постановление Пленума № 58) указано, что суд при установлении требований кредитора проверяет, возникло ли право залогодержателя в установленном порядке (имеется ли надлежащий договор о залоге, наступили ли обстоятельства, влекущие возникновение залога в силу закона), не прекратилось ли оно по основаниям, предусмотренным законодательством, имеется ли у должника заложенное имущество в натуре (сохраняется ли возможность обращения взыскания на него).

В абзаце 4 пункта 1 постановления Пленума № 58 разъяснено, что если заложенное имущество выбыло из владения залогодателя, в том числе в результате его отчуждения, но право залога сохраняется, то залогодержатель вправе реализовать свое право посредством предъявления иска к владельцу имущества. В этом случае суд отказывает кредитору в установлении его требований в деле о банкротстве как требований, обеспеченных залогом имущества должника.

В данном случае, исследовав доводы и возражения лиц, участвующих в настоящем деле о банкротстве, оценив представленные с их стороны доказательства, установив, что требование кредитора подтверждено вступившим в законную силу судебным актом, подтверждающим наличие, основание и размер задолженности в заявленной сумме, залог в отношении спорной квартиры не прекращен, обоснованных доводов об обратном не представлено (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), сведения об утрате заложенного имущества или о невозможности обращения на него взыскания отсутствуют, суды сделали выводы о том, что требования банка являются обоснованными и подлежат включению в реестр требований кредиторов должника как обеспеченные залогом спорного имущества, указав также на то, что факт приобретения спорной квартиры не за счет заемных денежных средств по кредитному договору с банком в данном конкретном случае правового значения не имеет, так как должник, получая заем на значительную сумму, согласилась в обеспечение возвратности денежных средств предоставить в залог банку квартиру, которая для нее и членов ее семьи является единственным пригодным для проживания местом жительства, и не является основанием, препятствующем обращению на него взыскания в случае нарушения условий кредитного договора, более того, получение кредита для лечения тяжелобольной матери не является правовым основанием для отказа в удовлетворении заявления об обращении взыскания на предмет залога.

При рассмотрении спора должником также заявлено ходатайство о снижении неустойки по статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Применяя пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О).  

Учитывая фактические обстоятельства данного конкретного дела, в том числе тот факт, что залоговое имущество (квартира) является достаточно ликвидным активом, исходя из того, что неустойка по своей природе носит компенсационный характер, является способом обеспечения исполнения обязательства, она не должна приводить к неосновательному обогащению; степень соразмерности заявленной кредитором неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, оценка указанного критерия относится к исключительной компетенции суда, принимая во внимание, что кредитором ко включению в реестр заявлена неустойка в размере 46 362 068 руб. 92 коп. при наличии неисполненного обязательства по оплате основного долга в размере 11 800 000 руб., суды первой и апелляционной инстанций, основываясь на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех обстоятельств дела и представленных доказательств, пришли к выводу о том, что начисленная заявителем неустойка является чрезмерной и подлежит уменьшению на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации до 13 806 429 руб. 43 коп.

Отказывая в удовлетворении ходатайства должника об исключении из конкурсной массы предмета залога – квартиры, являющейся единственным пригодным для проживания должника и членов ее семьи жилым помещений, суды руководствовались следующим. 

Из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Перечень имущества, на которое не может быть обращено взыскание, определен пунктом 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в число которого входит жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением.

Необходимость обеспечения баланса интересов кредиторов и должника-гражданина требует защиты прав последнего путем не только соблюдения минимальных стандартов правовой защиты, отражающих применение мер исключительно правового принуждения к исполнению должником своих обязательств, но и сохранения для него и лиц, находящихся на его иждивении, необходимого уровня существования, с тем, чтобы не оставить их за пределами социальной жизни (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12 июля 2007 года № 10-П).

В соответствии с пунктом 1 статьи 334 Гражданского процессуального кодекса Российской в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя).

Пункт 1 статьи 2 Федерального закона 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее – Закон об ипотеке) предусматривает, что ипотека может быть установлена в обеспечение обязательства по кредитному договору, по договору займа или иного обязательства, в том числе обязательства, основанного на купле-продаже, аренде, подряде, другом договоре, причинении вреда, если иное не предусмотрено Федеральным законом.

Нормы главы XIII Закона об ипотеке не предусматривают каких-либо оснований для освобождения жилых домов и квартир, являющихся предметом ипотеки (залога), от обращения взыскания.

Пункт 1 статьи 78 Закона об ипотеке содержит положения о том, что обращение залогодержателем взыскания на заложенные жилой дом или квартиру и реализация этого имущества являются основанием для прекращения права пользования ими залогодателя и любых иных лиц, проживающих в таких жилом доме или квартире, при условии, что такие жилой дом или квартира были заложены по договору об ипотеке либо по ипотеке в силу закона в обеспечение возврата кредита или целевого займа, предоставленных банком или иной кредитной организацией либо другим юридическим лицом на приобретение или строительство таких или иных жилого дома или квартиры, их капитальный ремонт или иное неотделимое улучшение, а также на погашение ранее предоставленных кредита или займа на приобретение или строительство жилого дома или квартиры.

Исходя из системного толкования указанных положений в их взаимосвязи, по договору об ипотеке (залоге) может быть заложено имущество, в том числе жилое помещение (его часть), принадлежащее на праве собственности залогодателю, и на него может быть обращено взыскание, независимо от того, является ли оно единственным пригодным для постоянного проживания помещением для залогодателя и членов его семьи или не является.

Должник, будучи осведомленным о возможности обращения взыскания на квартиру, передаваемую в залог, при заключении соответствующего договора должен оценивать риск наступления соответствующих последствий в случае неисполнения своих обязательств.

Более того, часть 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации содержит исключение из общего правила, взыскание по исполнительным документам может быть обращено на единственное пригодное для постоянного проживания помещение в случае, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

С учетом изложенного, суды первой и апелляционной инстанций отказали в ходатайстве ФИО1 об исключении квартиры с кадастровым номером 66:41:0401033:1336 в г. Екатеринбурге из конкурсной массы, отметив, что наличие в спорном жилом помещении ряда иных зарегистрированных лиц, относящихся к членам семьи должника, отсутствие в материалах дела согласия органов опеки и попечительства на исключение данной квартиры из конкурсной массы (с точки зрения соблюдения прав и законных интересов детей), соответствие данной квартиры установленным жилищным законодательством требований для проживания в ней указанного выше состава семьи, наличие у матери должника инвалидности в связи с онкологическим заболеванием, сами по себе не являются достаточным основанием для исключения спорного жилья из состава массы, с учетом обстоятельств данного конкретного спора. 

Судами также отмечено, что в судебном заседании по рассмотрению обоснованности заявления ФИО1 о признании ее банкротом, судом представителю должника были разъяснены последствия включения требований залогового кредитора в настоящем деле о банкротстве в виде возможности обращения взыскания на спорное жилье для погашения требования; представитель должника, в свою очередь, пояснила, что указанные последствия ее доверителю известны и понятны.

Кроме того, суды отметили, что должник в деле о банкротстве не лишен возможности заключения мирового соглашения или инициирования вопроса об утверждении плана реструктуризации долга в отношении единственного жилья, обремененного залогом, по условиям которого взыскание на данное имущество не обращается, при этом залогодатель не освобождается от исполнения обязательства перед залоговым кредитором по завершении процедуры банкротства (ипотека сохраняется без применения правил пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве) в суде первой инстанции. По условиям подобного соглашения погашение обеспеченного обязательства не может осуществляться за счет иного имущества должника, на которое претендуют другие кредиторы. 

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела находит выводы судов первой и апелляционной инстанций правильными, соответствующими конкретным фактическим обстоятельствам рассматриваемого спора и основанными на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами при рассмотрении дела и могли повлиять на законность судебных актов, выводов судов не опровергают, о нарушении ими при принятии обжалуемых судебных актов норм праване свидетельствуют, касаются фактических обстоятельств дела и доказательственной базы по спору, тогда как переоценка таковых выходит за рамки компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных нормами статей 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а потому является недопустимой (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»); мнение заявителя жалобы о том, что приведенные им обстоятельства и доказательства судам следовало оценить иным образом, о нарушении при принятии обжалуемых судебных актов норм права не свидетельствует, в связи с чем, не может служить основанием для отмены определения и постановления.

Нарушений норм материального и (или) процессуального права, которые могли бы повлечь изменение или отмену судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 24.10.2023 по делу № А60-68947/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                             В.В. Плетнева 

 

Судьи                                                                          Н.А. Артемьева 

 

                                                                                    Н.В. Шершон