ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru

адрес веб-сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-10966/2020

Дело № А40-217037/19

г. Москва

26 июня 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июня 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 26 июня 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.С. Гарипова, 

судей И.М. Клеандрова, Р.Г. Нагаева

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу 

ООО «Мед Инвест» 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 30 января 2020 года 

по делу № А40-217037/19, принятое судьей А.Н. Васильевой, 

об отказе во включении в реестр требований кредиторов ООО «Техника и автоматика» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, юридический адрес: 115184, 

<

...>, оф.№ 57/1, эт.3) требования ООО «Мед Инвест» в размере 115.571.400 рублей

при участии в судебном заседании:

от ООО «Мед Инвест» - ФИО2 дов от 18.03.2020,

к/у ООО «Техника и автоматика» - ФИО3 (Решение АСгМ от 06.03.2020),

к/у ООО «РГС АКТИВЫ»  - ФИО4 (Решение АСгМ от 07.11.2018),

Иные лица не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.10.2019 в отношении должника - ООО «Техника и автоматика» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 12.10.2019 №187.

22.10.2019 (согласно штампу канцелярии) в Арбитражный суд города Москвы поступило требование ООО «Мед Инвест» о включении задолженности в размере 115.571.400 рублей в реестр требований кредиторов должника.

Представитель кредитора требование поддержал.

Представитель кредитора-заявителя возражал против удовлетворения требования кредитора.

Временный управляющий возражал против удовлетворения требования кредитора.

Представитель должника не возражал против удовлетворения требования кредитора.

Арбитражный суд города Москвы определением от 30.01.2020, руководствуясь статьями 32, 100, 134-137, 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст. 170 ГК РФ:

Требование общества с ограниченной ответственностью «Мед Инвест» признал необоснованным,

Отказал во включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Техника и автоматика» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, юридический адрес: 115184, 

<

...>, оф. №57/1, эт.3) требования общества с ограниченной ответственностью «Мед Инвест» в размере 115.571.400 рублей.

Не согласившись с принятым определением, заявитель подал апелляционную жалобу, в которой просит его отменить и удовлетворить требований.

В обоснование своей позиции заявитель апелляционной жалобы указывает, что наличие задолженности подтверждено с учетом списания акций со счета депо заявителя и их зачисления на счет депо должника, не исполнившего обязательств по оплате стоимости.

Анкета юридического лица (ООО «РГС Активы») не является надлежащим доказательством аффилированности лиц и не относимо к ООО «Мед Инвест».

Не доказано, что ФИО5 является бенефициарным владельцем сторон сделки.

То обстоятельство, что ФИО5 был генеральным директором заявителя до 03.10.2018, не подтверждает. Что сделка заключена в его интересах.

Письма СУ ФСБ не обладают признаками преюдиции и содержат лишь мнение стороны обвинения.

Не доказано, что воля сторон договора была направлена на несоздание соответствующих правовых последствий.

Дальнейшая реализация должником акций не влечет вывод о мнимости договора между заявителем и должником. 

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель заявителя апелляционной жалобы поддержал ее доводы и требования, конкурсный управляющий должника и конкурсный управляющий ООО «РГС АКТИВЫ» возражали против ее удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого определения проверены по доводам жалобы в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ. 

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей участвующих в деле лиц, считает, что оснований для отмены определения Арбитражного суда города Москвы не имеется. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, требование ООО «Мед Инвест» о включении в реестр требований кредиторов Должника основано на задолженности, возникшей из договора купли-продажи акций от 25.08.2017 № 2508/2017-1.

ООО «РГС АВТИВЫ» и временным управляющим заявлены возражения против удовлетворения заявления о включении требований ООО «Мед Инвест» в реестр требований кредиторов должника, поскольку основано на мнимой сделке, совершенной при злоупотреблении сторонами своими правами.

Принимая судебный акт, суд первой инстанции исходил из следующего.

В п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дела о банкротстве" разъяснено, что при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве, суда следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношение которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющие обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Требование о включении в реестр задолженности по договору купли-продажи по своей правовой природе аналогично исковому требованию о взыскании долга по соответствующему виду договора, за тем исключением, что в первом случае в отношении ООО «Техника и автоматика» проводятся процедуры несостоятельности.

Нахождение ООО «Техника и автоматика» в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

В связи с этим основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N35).

Договором № 2508/2017-1 купли-продажи акций от 25.08.2017 года предусмотрено, что ООО «Мед Инвест» обязуется передать, а ООО «Техника и автоматика» обязуется уплатить цену в сумме 115.571.400 рублей 00 копеек за ценные бумаги:

Эмитент: ПАО СК «Росгосстрах» Ценные бумаги: Акция обыкновенная Государственный регистрационный номер: 1-03-10003-Z Номинальная стоимость 1 шт.: 0,04 (Ноль 4/100) рублей РФ Количество: 275 100 000 шт. Цена за 1 шт.: 0-42 (Ноль целых 42 сотых) рублей РФ.

Дополнительным соглашением №1 от 18.10.2018 года к Договору №2508/2017-1 купли-продажи акций от 25.08.2017 года срок оплаты ООО «Техника и автоматика» пенных бумаг продлен до 31 декабря 2019 года.

25 августа 2017 года компания ООО «Мед Инвест» выполнило свои обязательства по Договору №2508/2017-1 купли-продажи акций от 25.08.2017 года перед ООО «Техника и автоматика», что подтверждается Выпиской со счета депо клиента об операциях.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 19.04.2019 по делу № А40-179477/18-174-240 признана недействительной сделка по внесению ООО «РГС Активы» на основании протокола № 2/2017 общего собрания участников ООО «Техника и автоматика» от 24.05.2017 г. дополнительного вклада в добавочный капитал ООО «Техника и Автоматика» именных обыкновенных бездокументарных акций ПАО СК «Росгосстрах» (государственный регистрационный номер выпуска 1-03-10003-Z). Суд определил применить последствия недействительности сделки: обязать ООО «Техника и Автоматика» возвратить ООО «РГС Активы» именные обыкновенные бездокументарные акции ПАО СК «Росгосстрах» выпуска 01-03-10003Z в количестве 5 500 000 шт., взыскать с ООО Техника и Автоматика» в пользу ООО «РГС Активы» действительную стоимость именных обыкновенных бездокументарных акций ПАО СК «Росгосстрах» выпуска 01-03-10003Z в количестве 15 044 421 034,114 шт. в размере 6 439 012 202,60 руб.

Кроме того, в рамках дела о банкротстве ООО «РГС Активы» конкурсным управляющим ООО «РГС Активы» подано заявление о признании недействительными сделок, заключенных между ООО «РГС Активы» и компанией Диксенор Трейдинг Лимитед,  по  отчуждению  18  563  шт. паев  ЗПИФ  недвижимости  «Невский»  в  пользу Диксенор Трейдинг Лимитед. Указанное заявление принято определением Арбитражного суда г.Москвы от 21.06.2019 по делу № А40-179477/18-174-240.

По факту совершения указанных сделок возбуждено уголовное дело №11807007701000029 в отношении ФИО5 (бывшего владельца ООО «РГС Активы»). Постановлениями СУ ФСБ России от 25.05.2018 и от 11.02.2019 ООО «РГС Активы» признано потерпевшим, постановлениями СУ ФСБ России от 22.01.2019 и от 06.03.2019 - признано гражданским истцом по обозначенным двум эпизодам.

Следственным управлением ФСБ России в рамках уголовного дела №11807007701000029, возбужденного в отношении ФИО5, установлено следующее:

«В целях совершения хищения вверенного ему имущества ФИО5 не позднее 20 января 2017 года осведомил ФИО6 и иных соучастников о разработанной им преступной схеме, направленной на хищение 18 563 шт. паев ЗПИФ недвижимости «Невский» из активов управляемого им как генеральным директором ООО «РГС Активы» при непосредственном использовании так же подконтрольного ему (ФИО5) финансового брокера ООО ФК «РГС Инвестиции» (ИНН 

<

***>, 

<

...>, с июня 2018 года переименовано в ООО «Индивидуальные инвестиции»), в котором с депозитарного счета владельца ООО «РГС Активы» на депозитарный счет приобретателя - подконтрольной ФИО5 компании «Диксенор Трейдинг Лимитед» (DIXENOR TRADING Limited, Республика Кипр) в дальнейшем фактически был осуществлен переход права собственности на указанные паи ЗПИФ.

В соответствии с достигнутыми с ФИО5 преступными договоренностями на ФИО6 были возложены обязанности по подготовке необходимой документации и бухгалтерской отчетности в целях обеспечения преступных действий всех участников организованной группы таким образом, чтобы скрыть факт выбытия из распоряжения подконтрольных ФИО5 компаний, в т.ч. руководимой им ООО «РГС Активы», их ликвидного имущества. Одновременно ФИО6 являлась лицом, на которое от кипрской компании «Тройсандс Холдингс Лимитед», а фактически ФИО5 была выдана доверенность № 2-2015 от 02 марта 2015 года на право представления интересов компании на территории Российской Федерации. Она же, ФИО6, действуя по указанию ФИО5, осуществляя в рамках заключенного с ФИО5 договора бухгалтерское обслуживание ООО «РГС Активы», по его указанию осуществляла руководство финансово-хозяйственной и договорной деятельностью подконтрольных ФИО5 кипрских компаний «Тройсандс Холдинге Лимитед» и «Диксенор Трейдинг Линитед», печати которых хранила на своем рабочем месте в офисном здании по адресу: г. Москва, ФИО7, д. 13, стр. 19, имея при этом электронный доступ к расчетным счетам данных кипрских компаний. Указанная преступная схема позволяла ФИО5 через подконтрольных ему ФИО6 и номинальных директоров указанных кипрских компаний формально разорвать с ними (компаниями) свою юридическую связь в целях придания видимости законности своих действий от имени ООО «РГС Активы»».

Согласно протоколу осмотра документов за 14-16 января 2019 года, по адресу 

<

...> (там же, где и обнаружены печати компаний ДИКСЕНОР ТРЕЙДИНГ ЛИМИТЕД, РГС АССЕТС ЛИМИТЕД, РГС ХОЛДЕР ЛИМИТЕД, ООО «Техника и Автоматика», ХС КЭПИТАЛ ИНВЕСТМЕНТС ЛИМИТЕД и иных компаний) обнаружены документы, которые подтверждают фактическую аффилированность компаний ДИКСЕНОР ТРЕЙДИНГ ЛИМИТЕД и ООО «Техника и автоматика», а также их подконтрольность ФИО5

Так, были обнаружены, в частности: уведомления от 10.01.2018 и 12.03.2018 ООО ФК «РГС Инвестиции» в адрес Диксенор Трейдинг Лимитед о поступлении на лицевой счет доходов по ценным бумагам, копии документов о приеме сотрудников в компанию Диксенор Трейдинг Лимитед, различные договоры и акты, одной из сторон которых является Диксенор Трейдинг Лимитед, а другой - иные компании, чьи печати также были найдены у ФИО6; также были обнаружены документы, содержащие сведения о ключах, логинах и паролях систем Клиент-банка (сертификаты электронных ключей Диксенор Трейдинг Лимитед) и иные документы.

Указанные печати и документы не могли находиться у лиц, не связанных корпоративно с поименованными выше компаниями. 

Приведенные обстоятельства подтверждают установленную следственными органами подконтрольность компании Диксенор Трейдинг Лимитед ФИО5 посредством ФИО6

Согласно информационным выпискам из ЕГРЮЛ, генеральным директором ООО «МЕД-ИНВЕСТ» до 03.10.2018 являлся ФИО5 

Кроме того, с 2014 года и до настоящего времени мажоритарным владельцем долей в уставном капитале ООО «МЕД-ИНВЕСТ» является подконтрольная ФИО5 кипрская компания ХС Ассетс Лимитед (HS ASSETS LIMITED, регистрационный номер: НЕ 219097, прежнее наименование: RGS ASSETS LIMITFD).

Между тем, ФИО5 также является бенефициарным владельцем ООО «Техника и автоматика» ввиду следующего.

HS CAPITAL INVESTMENTS LIMITED (ХС КАПИТАЛ ИНВЕСТМЕНТС ЛИМИТЕД) (регистрационный номер НЕ 324560), подконтрольная ФИО5 кипрская компания, является владельцем 99,95% долей в ООО «Техника и автоматика».

Факт владения ФИО5 ООО «Техника и автоматика» посредством косвенного владения ХС КАПИТАЛ ИНВЕСТМЕНТС ЛИМИТЕД, а также факт владения ФИО5 ООО «МЕД-ИНВЕСТ» посредством ХС АССЕТС ЛИМИТЕД подтвержден документами, представленными конкурсному управляющему ООО «РГС Активы» - ООО «Индивидуальные инвестиции» - депозитарием, в котором у ООО «РГС Активы» открыт счет депо.

Так, анкетами юридического лица (ООО «РГС Активы») (раздел «Сведения об аффилированных лицах») на 29.04.2017, 29.04.2016 подтверждается, что ФИО5 является конечным и единственным владельцем ХС КАПИТАЛ ИНВЕСТМЕНТС ЛИМИТЕД ввиду того, что:

ФИО5 является единственным акционером РГС КОМПЭНИ ЛИМИТЕД (в н.в. - ХС КОМПЭНИ ЛИМИТЕД, рег.ном. НЕ 339285);

РГС КОМПЭНИ ЛИМИТЕД является единственным акционером РГС ХОЛДИНГС ЛИМИТЕД (в н.в. - ХС ХОЛДИНГС ЛИМИТЕД, рег.ном. НЕ 277403);

РГС ХОЛДИНГС ЛИМИТЕД является единственным акционером РГС АССЕТС ЛИМИТЕД (в н.в. ХС АССЕТС ЛИМИТЕД, рег.ном. НЕ 219097);

РГС АССЕТС ЛИМИТЕД является единственным акционером РГС КЭПИТАЛ ИНВЕСТМЕНТС ЛИМИТЕД (в н.в. - ХС КАПИТАЛ ИНВЕСТМЕНТС ЛИМИТЕД).

Соответствующие анкеты подписаны непосредственно ФИО5 

Из изложенного следует, что ООО «Техника и автоматика», ХС КАПИТАЛ ИНВЕСТМЕНТС ЛИМИТЕД, ООО «МЕД-ИНВЕСТ», РГС АССЕТС ЛИМИТЕД, являются подконтрольными ФИО5 организациями, действующими в его интересах.

Конкурсным управляющим ООО «РГС Активы» также был направлен запрос в адрес ПАО «РГС Банк», по результатам рассмотрения которого конкурсному управляющему ООО «РГС Активы» было передано досье на ООО «Инвестиционная компания «Т.А.Р.Г.Е.Т. Капитал» (генеральным директором которого на момент совершения сделки по купле-продаже акций была ФИО6), из которого следует, что бенефициаром указанной компании является ФИО5

Депозитарием, через который производились операции по перечислению акций в рамках договора купли-продажи акций, выступало ООО «Индивидуальные инвестиции» (ИНН: 

<

***>, прежнее наименование ООО «ФК «РГС Инвестиции»). 

Как указано в списке аффилированных лиц ООО «Индивидуальные инвестиции» по состоянию на 04.05.2018 ФИО5 с 10.12.2009 является аффилированным по отношению к ООО «Индивидуальные инвестиции» лицом.

Вместе с тем, ФИО6 так же являлась на момент совершения сделки по купле-продаже акций аффилированным по отношению к ООО «Индивидуальные инвестиции» лицом: ФИО6 являлась генеральным директором ООО «ИК «Т.А.Р.Г.Е.Т. КАПИТАЛ», единственным участником которого являлась компания РГС КАПИТАЛ ЛИМИТЕД, владевшая, в свою очередь, на момент совершения сделки по купле-продаже акций, 100% долей в ООО «Индивидуальные инвестиции».

Учитывая объективную сложность получения кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении группы лиц, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на предъявившего требование кредитора, ссылающегося на независимый характер его отношений с должником.

Как следует из выписки со счета депо № 5145/2307 от 31.12.2017 за период с 01.01.2017 по 31.12.2017 в состав пакета акций ПАО СК «Росгосстрах» в количестве 15.625.000.000 шт., которые 25.08.2017 ООО «Техника и автоматика» реализовало в пользу Банка «Траст» (ПАО), входили, в частности, акции, полученные ООО «Техника и автоматика»:

в количестве 15 049 921 206 шт. от ООО «РГС Активы» на основании протокола №2/2017 от 24.05.2017 общего собрания участников ООО «Техника и автоматика», на котором было принято решение о внесении вклада в добавочный капитал ООО «Техника и автоматика» в названном размере;

в количестве 275 170 000 шт. от ООО «РГС Мед-Инвест» (произошла смена наименования на ООО «Мед-Инвест», ИНН: 

<

***>) по договору купли-продажи акций;

в количестве 63 000 000 шт. от Диксенор Трейдинг Лимитед по договору купли-продажи акций № 2508/2017-2 от 25.08.2017.

Акции в названном размере поступили на счет депо ООО «Техника и автоматика» от ООО «РГС Активы» 22.08.2017, от ООО «Мед-Инвест» и Диксенор Трейдинг Лимитед - 25.08.2017. 

Акции в размере 15 625 000 000 шт. были реализованы ООО «Техника и автоматика» в пользу Банка «Траст» (ПАО) тем же днем - 25.08.2017, что дополнительно подтверждается выпиской из ПАО Московская Биржа, предоставленной Банком «Траст» (ПАО).

Из обстоятельств дела следует, что операции по передаче в пользу ООО «Техника и автоматика» акций носят транзитный характер, поскольку их отчуждение с ООО «Техника и автоматика» в пользу Банка «Траст» (ПАО) произошло в день, когда акции были консолидированы в размере 15 625 000 000 шт., то есть в пределах нескольких дней с момента их поэтапного зачисления на счет ООО «Техника и автоматика» (с 22.08.2017 по 25.08.2017).

Кроме того, получив от компаний ООО «МЕД-ИНВЕСТ» и Диксенор Трейдинг Лимитед акции ПАО СК «Росгосстрах», в тот же день ООО «Техника и автоматика» произвело их отчуждение в пользу Банка «Траст» (ПАО). 

Вырученные денежные средства ООО «Техника и автоматика» направило на покупку векселей АО «АЛЬФА-БАНК». 

После того, как ООО «Техника и автоматика» были выручены денежные средства, полученные от АО «АЛЬФА-БАНК» в счет оплаты векселей, предъявленных ООО «Техника и автоматика» к погашению, они были направлены на приобретение еврооблигаций. 

Указанные еврооблигации были переданы в заем компании Диксенор Трейдинг Лимитед по договору займа ценных бумаг № 2712/2017 от 27.12.2017 (далее - «договор займа еврооблигаций»). 

Указанные еврооблигации были реализованы компанией Диксенор Трейдинг Лимитед, выручка от реализации поступила на специальный брокерский счет Диксенор Трейдинг Лимитед.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о взаимосвязанном характере всех названных сделок.

При этом определением суда от 20.12.2019 отказано во включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Техника и автоматика» требования Компании Диксенор трейдинг лимитед (DIXENOR TRADING LIMITED) в размере 24.129.000 рублей.

До настоящего времени ООО «Техника и автоматика» не получило встречного исполнения по договору займа еврооблигаций за переданные в пользу Диксенор Трейдинг Лимитед ценные бумаги. 

Таким образом, конечным выгодоприобретателем от всей цепочки сделок формально является Диксенор Трейдинг Лимитед (фактически -ФИО5). 

Таким образом, заключая сделку по покупке акций, ООО «Техника и автоматика» не преследовало цель извлечения прибыли. Указанные обстоятельства свидетельствуют о мнимом характере операций с ценными бумагами. 

Дополнительно на недобросовестность ООО «Мед Инвест», его взаимосвязанность с должником свидетельствует нехарактерное для обычного участника оборота поведение сторон в отношении заявленного требования.

Как следует из представленных кредитором документов, первоначальный срок уплаты покупной цены по договору купли-продажи акций (п. 2.2.1.) - 31.12.2017.

В надлежащий срок должником обязательства исполнены не были, несмотря на то, что остатки денежных средств на его счетах позволяли осуществить оплату. Вплоть до 20.01.2018 исходящий остаток денежных средств на счете превышал 60 000 000,00 руб., а до 20.12.2017 - 300 000 000,00 руб.

При этом и сам кредитор не предпринимал мер по принудительному взысканию задолженности, бездействовал в течение периода просрочки, а 18.10.2018, когда просрочка составляла более 10 месяцев, предоставил должнику отсрочку платежа более чем на год.

Указанные действия указывают на нестандартные условия взаимоотношений между должником и кредитором, незаинтересованность обеих сторон в создании действительных правовых последствий (оплате приобретенных акций), создании подконтрольной кредиторской задолженности на случай банкротства должника.

Таким образом, сделка по купле-продаже акций, на которой ООО «МЕД-ИНВЕСТ» основывает свое требование, является мнимой, поскольку:

является частью цепочки взаимосвязанных сделок по операциям с ценными бумагами;

операции с ценными бумагами носит транзитный характер (акции ПАО СК «Росгосстрах» перечислены со счетов депо ООО «МЕД-ИНВЕСТ» и компании Диксенор Трейдинг Лимитед на счет депо ООО «Техника и автоматика» и списаны со счета депо ООО «Техника и автоматика» в целях последующей реализации в сумме с иными поступившими акциями в один день; в результате цепочки сделок с ценными бумагами денежные средства, вырученные от их реализации, вернулись в компанию Диксенор Трейдинг Лимитед);

сделка совершена в противоправных интересах бенефициарного владельца ООО «МЕД-ИНВЕСТ», компании Диксенор Трейдинг Лимитед и ООО «Техника и автоматика» по легализации денежных средств, то есть со злоупотреблением правом и в обход закона;

сделка совершена без намерения создать соответствующие правовые последствия, характерные для сделки по купле-продаже ценных бумаг, на что указывает, в частности, бездействие сторон по взаимному взысканию задолженности друг с друга;

сделка совершена в отсутствие экономической целесообразности для ООО «Техника и автоматика» и является убыточной;

сделка нарушает имущественные интересы ООО «Техника и автоматика» и его кредиторов.

Действия должника и кредитора несовместимы с задачами института банкротства, противоправны и не подлежат судебной защите. Ввиду того, что противоправная цель создания искусственной кредиторской задолженности скрывается сторонами сделки, ее наличие устанавливается судом по совокупности косвенных признаков.

С учетом положений ст. 10 ГК РФ суд первой инстанции пришел к выводу, что действия кредитора по подаче заявления о включении требования в реестр требований кредиторов должника подлежат квалификации как совершенные с противоправной целью создания искусственной кредиторской задолженности, уменьшения в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

Таким образом, требование кредитора о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника признано необоснованным и не подлежащим включению в реестр требований кредиторов должника.

Апелляционный суд не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и для отмены определения по доводам апелляционной жалобы, которые были предметом рассмотрения суда первой инстанции и мотивированно им отклонены.

Суд первой инстанции, делая вывод об аффилированности заявителя и должника, обоснованно исходил из совокупности имеющихся в материалах дела доказательств, в том числе материалов уголовного дела и Анкет юридического лица, предоставленных депозитарием.

Так, суд первой инстанции правильно указал, что поскольку противоправная цель создания искусственной кредиторской задолженности скрывается сторонами сделки, ее наличие устанавливается судом по совокупности косвенных признаков.

Доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции и доказательства, имеющиеся в материалах дела, заявитель (ссылаясь на их несоответствие фактическим обстоятельствам), не представил. Из этого следует, что таких доказательств нет.

Судом установлено, что операции по передаче в пользу ООО «Техника и автоматика» акций носят транзитный характер, должник в результате совершения цепи сделок не получил встречного предоставления.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что сделка по купле-продаже акций, на которой ООО «МЕД-ИНВЕСТ» основывает свое требование, является мнимой, поскольку:

является частью цепочки взаимосвязанных сделок по операциям с ценными бумагами;

операции с ценными бумагами носят транзитный характер (акции ПАО СК «Росгосстрах» перечислены со счетов депо ООО «МЕД-ИНВЕСТ» и компании Диксенор Трейдинг Лимитед на счет депо ООО «Техника и автоматика» и списаны со счета депо ООО «Техника и автоматика» в целях последующей реализации в сумме с иными поступившими акциями в один день; в результате цепочки сделок с ценными бумагами денежные средства, вырученные от их реализации, вернулись в компанию Диксенор Трейдинг Лимитед);

сделка совершена в противоправных интересах бенефициарного владельца ООО «МЕД-ИНВЕСТ», компании Диксенор Трейдинг Лимитед и ООО «Техника и автоматика» по легализации денежных средств, то есть со злоупотреблением правом и в обход закона;

сделка совершена без намерения создать соответствующие правовые последствия, характерные для сделки по купле-продаже ценных бумаг, на что указывает, в частности, бездействие сторон по взаимному взысканию задолженности друг с друга;

сделка совершена в отсутствие экономической целесообразности для ООО «Техника и автоматика» и является убыточной;

сделка нарушает имущественные интересы ООО «Техника и автоматика» и его кредиторов.

Апеллянт отмечает, что вывод суда об аффилированности Должника и Заявителя жалобы не подтвержден материалами дела, так как единственным допустимым доказательством аффилированности юридических лиц могут быть выписки из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении сторон сделки.

Указанный довод основан на неверном толковании действующих правовых норм и правоприменительной практики. Так, определением № 308-ЭС16-1475 от 15.06.2016 по делу № А53-885/2014 Верховный Суд Российской Федерации (далее также - «ВС РФ») ввел в правоприменительную практику понятие «фактическая аффилированность», позволяющее судам в случае отсутствия формально-юридических связей между лицами устанавливать фактический характер таких правоотношений.

Так, ВС РФ указал, что доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежности лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности при этом не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Согласно правовой позиции ВС РФ, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 28.03.2019 N 305-ЭС18-17629(2) по делу N А40-122605/2017, учитывая объективную сложность получения кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении группы лиц, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также - «АПК РФ») бремя доказывания обратного переходит на предъявившего требование кредитора, ссылающегося на независимый характер его отношений с должником».

Судом первой инстанции быть приняты во внимание в совокупности все представленные доказательства фактической и юридической аффилированности Должника и Заявителя жалобы. Так, аффилированность указанных лиц подтверждается следующими фактами:

- согласно информационным выпискам из ЕГРЮЛ, генеральным директором Заявителя жалобы до 03.10.2018 являлся ФИО5 С 2014 года и до настоящего времени мажоритарным владельцем долей в уставном капитале Заявителя жалобы является подконтрольная ФИО5 кипрская компания;

- факт владения ФИО5 Должником и Заявителем апелляционной жалобы подтвержден документами, представленными конкурсному управляющему ООО «РГС Активы» - ООО «Индивидуальные инвестиции» - депозитарием, в котором у ООО «РГС Активы» открыт счет депо;

- ФИО5 при помощи соучастников была реализована преступная схема, направленная на легализацию вывода активов из нескольких подконтрольных ФИО5 компаний посредством совершения мнимой цепочки сделок, одним из элементов которой является Договор купли-продажи акций, что было установлено органами следствия.

Тот факт, что ФИО5 являлся конечным бенефициарным владельцем Должника, подтверждается, в частности, и тем, что, согласно протоколу осмотра документов за 14-16 января 2019 года, на рабочем месте подконтрольного ФИО5 лица (ФИО6) в офисном здании по адресу 

<

...> были обнаружены печати и документы Должника и иных подконтрольных ФИО5 компаний, которые не могли находиться у лиц, не связанных корпоративно с поименованными выше компаниями (стр. 4 Определения);

- операции по передаче в пользу Должника акций носили транзитный характер (акции поэтапно зачислялись на счет депо Должника, в том числе посредством заключения Договора купли-продажи акций с Заявителем жалобы, в целях последующей консолидированной реализации в один день; в результате цепочки сделок с ценными бумагами денежные средства, вырученные от их реализации, вернулись в другую подконтрольную ФИО5 компанию.

От имени аффилированных компаний выступал один представитель по доверенности - ФИО8: она является лицом, подавшим апелляционную жалобу от имени Заявителя жалобы; ранее она также представляла интересы Должника (постановление Арбитражного суда Московского округа от 28.11.2019 по делу № А40-179477/18-174-240) и ФИО9, являющегося братом ФИО5, в рамках иного обособленного спора (определение Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2020 по делу № А40-179477/18-174-240).

Заявитель апелляционной жалобы является лицом, участвующим в деле, и имеет права, предусмотренные ст. 41 АПК РФ, в том числе ему принадлежит право представлять доказательства в обоснование своей позиции. При этом доказательства, опровергающие факт аффилированности Должника и Заявителя жалобы, не были представлены ни Заявителем жалобы, ни Должником.

Как отмечал ВС РФ в определении от 16.10.2017 № 306-КГ17-14502 по делу № А06-6304/2016, «согласно статьям 9 и 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений; лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Риск наступления последствий несовершения процессуальных действий по представлению в суд доказательств, подтверждающих обстоятельства, на которые ссылается сторона как на основание своих требований и возражений, лежит на этой стороне. Последствием непредставления в суд доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона, является принятие судебного решения не в пользу этой стороны».

В ситуации, когда независимые кредиторы представили серьезные доказательства и привели убедительные аргументы по поводу того, что именно указанным ими образом выстраивались отношения внутри группы, контролируемой одним и тем же лицом, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального набора документов (текста договора и платежных поручений) в подтверждение реальности отношений. Он должен с достаточной полнотой раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся не только заключения и исполнения самой сделки, но и оснований дальнейшего внутригруппового перенаправления денежных потоков. Нежелание аффилированного кредитора представить дополнительные доказательства, находящие в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, в силу статей 9 и 65 АПК РФ должно рассматриваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым, гражданским процессом. На практике это означает, что суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том, числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

При этом следует учесть, что если кредитор и должник являются аффилироваными лицами, то к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе, повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения ВС РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6), от 11.09.2017 N 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)")».

Согласно правовой позиции, изложенной в определении ВС РФ от 28.03.2019 г. N 305-ЭС18-17629(2), «по смыслу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума ВС РФ от. 12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением. контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве ", необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным, образом определять действия подконтрольных организаций. Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности.

Однако конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния. Его отношения с подконтрольными обществами не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

В такой ситуации судам следовало проанализировать поведение лиц, которые, по мнению подателя жалобы, входили в одну группу. О наличии их подконтрольности единому центру, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же липу и т.д.

Учитывая объективную сложность получения кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы  о возникновении группы лиц, в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на предъявившего требование кредитора, ссылающегося на независимый характер его отношений с должником».

При наличии соответствующих возражений в целях опровержения доводов об аффилированности кредитор, обратившийся с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов должника, должен раскрыть своего конечного бенефициара. Так, ВС РФ при рассмотрении одного из дел указывал: «При этом обществу "Астория" не составляло труда раскрыть своего конечного бенефициара. Таких действий оно не совершило, несмотря на существо возражений, заявленных по его требованию» (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28.03.2019 N 305-ЭС18-17629(2) по делу N А40-122605/2017).

Таким образом, действуя добросовестно, Заявитель жалобы должен был раскрыть конечного бенефициара, представить доказательства реальности проведения переговоров относительно предоставления отсрочки исполнения обязательства, заключения договора между Заявителем жалобы и Должником, согласования его условий и иные доказательства, подтверждающие независимый и реальный характер взаимоотношений по спорной цепочке сделок.

Довод апелляционной жалобы о том, что предоставления им двух выписок со счетов депо Должника достаточно для признания наличия задолженности доказанным фактом, не опровергает возражений, заявленных в связи с ничтожностью сделки, направленной на вывод активов с сохранением фактического контроля над соответствующими активами за ФИО5

Кроме того, в обоснование своей позиции Заявитель жалобы приводит ссылки на судебную практику, сформированную по результатам рассмотрения споров с другими фактическими обстоятельствами. Так, в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации (далее также - «ВС РФ») от 31.01.2019 №304-ЭС17-21966(3) № А45-27225/2016 и определении ВС РФ от 09.07.2019 № 304-ЭС17-21966(8) по тому же делу ВС РФ по результатам исследования фактических обстоятельств дела пришел к выводу о притворности совершенной сторонами сделки. При этом Определением установлен мнимый характер Договора купли-продажи акций (стр. 3 Определения).

Ссылка Заявителя жалобы на то, что «материалы, полученные в рамках уголовного дела №11807007701000029, возбужденного в отношении ФИО5» и подтверждающие фактическую аффилированность указанных компаний (постановление о привлечении ФИО5 в качестве обвиняемого и постановление о признании ООО «РГС Активы» потерпевшим, протокол осмотра документов за 14-16 января 2019 года), не имеют преюдициального значения, не препятствует суду рассматривать, оценивать и учитывать сведения о фактических обстоятельствах, изложенные в таких постановлениях.

Так, согласно ст. 68 АПК РФ, обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 64 АПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в законном порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. В качестве доказательств допускаются в том числе письменные и вещественные доказательства, иные документы и материалы.

Согласно ч. 1, 2 ст. 75 АПК РФ, письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, договоры, акты, справки, деловая корреспонденция, иные документы, выполненные в форме цифровой, графической записи или иным способом, позволяющим установить достоверность документа. К письменным доказательствам относятся также протоколы судебных заседаний, протоколы совершения отдельных процессуальных действий и приложения к ним.

Так, указанные выше документы были получены в законном порядке: 31.05.2019 заверенные надлежащим образом копии материалов уголовного дела № 1180700770100029 были направлены в адрес представителя потерпевшего ООО «РГС Активы» в ответ на его запрос от 29.05.2019, что подтверждается письмом СУ ФСБ за исх. № 000029 от 31.05.2019; 11.04.2019 в адрес представителя потерпевшего в ответ на соответствующий запрос было направлено письмо СУ ФСБ за исх. № 6/2-000029 от 11.04.2019.

Следует учитывать также правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного суда Российской Федерации, в соответствии с которыми в арбитражном процессе в качестве доказательств могут использоваться не только приговор суда по уголовному делу, но и другие доказательства, полученные в уголовно-процессуальном порядке, при условии их относимости и допустимости.

Так, в постановлении Президиума ВАС РФ от 24.06.2014 N 3159/14 по делу N А05-15514/2012 указано следующее: «В силу части 4 статьи 69 АПК РФ одним из оснований, освобождающих от доказывания, является вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу, который обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным, лицом.

Вместе с тем другие доказательства, полученные в уголовно-процессуальном порядке, могут быть использованы в арбитражном, процессе для установления наличия или отсутствия обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, при условии их относимости и допустимости (часть 1 статьи 64, статьи 67 и 68 АПК РФ)».

По результатам рассмотрения указанного дела суд отметил: «В рассматриваемом, случае показания, данные правоохранительным органам, относимы к настоящему спору, они являются допустимыми с точки зрения содержания и способа получения».

В Определении от 01.03.2011 N 273-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью "Амрита" на нарушение конституционных прав и свобод рядом положений статей 39, 146, 167 Налогового кодекса Российской Федерации и статьи 73 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" Конституционный Суд Российской Федерации указал: «Другие доказательства, полученные в уголовно-процессуалъном порядке, могут, быть использованы в арбитражном процессе для установления наличия или отсутствия обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле при условии, что арбитражный суд признает их относимыми и допустимыми. При этом разрешение вопросов об относимости и допустимости представленных сторонами доказательств, а также их оценка являются прерогативой арбитражного суда».

Таким образом, в материалах дела имеются достаточные доказательства фактической аффилированности Заявителя жалобы и Должника. При этом Заявителем апелляционной жалобы доказательства, опровергающие факт аффилированности, не представлены.

Довод апелляционной жалобы о том, что судом были применены нормы материального права о правовом регулировании мнимых сделок, не подлежащие применению при разрешении данного дела, является необоснованным.

Так, в обоснование своей позиции Заявитель жалобы указывает: «для признания сделки мнимой необходимо установить отсутствие результатов ее исполнения и направленность воли сторон на невозникновение никаких правовых последствий». 

Указанные обстоятельства были установлены судом первой инстанции.

В частности, как было установлено судом первой инстанции, помимо факта аффилированности Заявителя жалобы и Должника, о мнимом характере Договора купли-продажи акций свидетельствуют следующие обстоятельства дела:

- операции по передаче в пользу Должника акций носили транзитный характер (акции поэтапно зачислялись на счет депо Должника, в том числе посредством заключения Договора купли-продажи акций с Заявителем жалобы, в целях последующей консолидированной реализации в один день; в результате цепочки сделок с ценными бумагами денежные средства, вырученные от их реализации, вернулись в другую подконтрольную ФИО5 компанию;

- заключая Договор купли-продажи акций, Заявитель жалобы не преследовал цель извлечения прибыли, о чем свидетельствует нетипичное для обычных участников оборота поведение: Должником обязательства по уплате денежных средств исполнены не были (при этом остатки денежных средств на его счетах позволяли осуществить оплату), а Заявитель жалобы не предпринимал мер по взысканию задолженности, бездействуя в течение долгого периода времени (10 месяцев), после чего заключил с Должником соглашение об отсрочке платежа более чем на год.

Подобные обстоятельства указывают на незаинтересованность обеих сторон в создании действительных правовых последствий (оплате приобретенных акций).

Выводы суда первой инстанции согласуются с правовой позицией ВС РФ, выраженной им в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»: «следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним».

Принимая во внимание, что Заявитель жалобы и Должник являются подконтрольными ФИО5 организациями, контроль за ценными бумагами сохранился у их бенефициарного владельца.

Таким образом, конкурсным управляющим ООО «РГС Активы» представлены достаточные доказательства в подтверждение мнимости Договора купли-продажи акций, на котором Заявитель апелляционной жалобы основывает свои требования. 

Указанный договор является мнимым ввиду следующего:

1. Является частью цепочки взаимосвязанных сделок по операциям с ценными бумагами;

2. Операции с ценными бумагами носят транзитный характер (акции ПАО СК «Росгосстрах» перечислены со счета депо Заявителя апелляционной жалобы на счет депо Должника и списаны со счета депо Должника в целях последующей реализации в сумме с иными поступившими акциями в один день; в результате цепочки сделок с ценными бумагами денежные средства, вырученные от их реализации, вернулись к конечному бенефициару Должника и Заявителя апелляционной жалобы);

3. Сделка совершена в противоправных интересах бенефициарного владельца Заявителя апелляционной жалобы и Должника по легализации денежных средств, то есть со злоупотреблением правом и в обход закона;

4. Сделка совершена без намерения создать соответствующие правовые последствия, характерные для сделки по купле-продаже ценных бумаг, на что указывает, в частности, бездействие стороны по взысканию задолженности;

5. Сделка совершена в отсутствие экономической целесообразности для Должника и является убыточной;

6. Сделка нарушает имущественные интересы Должника и его кредиторов.

Указанные обстоятельства были установлены судом первой инстанции.

Таким образом, фактические обстоятельства дела судом первой инстанции в определении установлены верно, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 30.01.2020 по делу № А40-217037/19 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «Мед Инвест» – без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа. 

Председательствующий судьяВ.С. Гарипов

Судьи:Р.Г. ФИО10

И.М. Клеандров

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.