СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № 17АП-9051/2021(10)-АК

Дело № А60-43148/2020

14 ноября 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 ноября 2022 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 14 ноября 2022 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Л.М. Зарифуллиной, судей Т.В. Макарова, Л.В. Саликовой, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1,  

при участии в судебном заседании: 

в режиме веб-конференции посредством использования информационной  системы «Картотека арбитражных дел»:  

конкурсный управляющий должника - ФИО2, паспорт,  от заинтересованного лица с правами ответчика индивидуального  предпринимателя ФИО3 – ФИО4, паспорт,  доверенность от 28.07.2021,  

в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле не  явились, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены  надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения  информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте  Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,  

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного  управляющего должника общества с ограниченной ответственностью  «Медснаб-групп» ФИО2  

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 13 сентября 2022 года  

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о признании недействительной сделки по  перечислению должником в адрес индивидуального предпринимателя ФИО3 за период с 24.01.2017 по 22.03.2018 денежных средств в  общей сумме 4 455 699,00 рублей и применении последствий ее  

 

недействительности,  

вынесенное судьей М.Ю. Грабовской в рамках дела № А60-43148/2020 

о признании общества с ограниченной ответственностью «Медснаб-групп»  (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),  

заинтересованное лицо с правами ответчика индивидуальный предприниматель  ФИО3,  

установил:

28.08.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило  заявление общества с ограниченной ответственностью «Зеринг ПМ» (далее –  ООО «Зеринг ПМ») о признании общества с ограниченной ответственностью  «Медснаб-групп» (далее – ООО «Медснаб-групп», должник) несостоятельным  (банкротом), которое определением от 04.09.2020 принято к производству суда,  возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.12.2020  (резолютивная часть определения объявлена 16.12.2020) указанное заявление  признано обоснованным, в отношении ООО «Медснаб-групп» введена  процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден  ФИО2 (далее – ФИО2), являющийся членом  саморегулируемой организации арбитражных управляющих «Дело».  

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения  опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 6(6968) от 16.01.2021, стр.169.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области 01.06.2021  (резолютивная часть от 25.05.2021) процедура наблюдения в отношении ООО  «Медснаб-групп» прекращена, должник признан несостоятельным (банкротом),  в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным  управляющим утвержден ФИО2  

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного  производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 100(7062) от 11.06.2021,  стр.44.  

01.06.2021 в Арбитражный суд Свердловской области поступило  заявление конкурсного управляющего должника ФИО2 о признании  недействительными сделок по перечислению денежных средств в пользу  индивидуального предпринимателя ФИО3 (далее – ИП  ФИО3) за период с 24.01.2017 по 22.03.2018 в общей сумме 4 455 699,00  рублей, применении последствий их недействительности в виде взыскания с  ФИО3 в пользу ООО «Медснаб-групп» 4 455 699,00 рублей.  

Определением от 08.06.2021 указанное заявление принято к производству  суда; к участию в обособленном споре в качестве заинтересованного лица с  правами ответчика привлечена ФИО3  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.09.2022  (резолютивная часть от 23.08.2022) в удовлетворении заявления конкурсного  

 

управляющего ФИО2 о признании сделки недействительной и  применении последствий ее недействительности отказано.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный  управляющий должника ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в  которой просит определение суда от 13.09.2022 отменить, заявление  конкурсного управляющего должника о признании сделок недействительными  удовлетворить.  

Заявитель жалобы указывает на то, что судом не дана оценка доводу  конкурсного управляющего о том, что за весь период выписки по счету  ответчика (с 01.01.2017 по 31.12.2017) отсутствуют какие-либо денежные  операции ФИО3 по хозяйственным сделкам с третьими лицами (кроме  ООО «Медснаб-групп»); поступления на счет ФИО3 осуществлялись  только со счета должника (ООО «Медснаб-групп»); все поступившие на  расчетный счет ответчика денежные средства были им либо израсходованы на  бытовые нужды, о чем свидетельствуют безналичные оплаты через терминалы,  поименованные банком как MCDONALDS, DONERKEBAB, AZS, US POLO,  ARMANI DJIANS, LEROY MERLIN, APTEKA24, MEGAMART, OKEY,  DOCHKI-SYNOCHKI и тому подобное, либо сняты наличными через  банкоматы, либо переведены на другие счета ответчика. ФИО3 в 2017  году фактически не осуществляла никакой хозяйственной  (предпринимательской) деятельности. Спорные денежные средства выведены  со счета должника в пользу и в личных интересах ответчика. Судом не дана  оценка доводу конкурсного управляющего в том, что представленные  ответчиком договоры купли-продажи оборудования с ООО «УМС-Групп» от  10.04.2017, 29.05.2017, 19.07.2017, а также приходно-кассовые ордера № 2 от  10.04.2017, № 4 от 29.05.2017, № 12 от 19.06.2017 являются  сфальсифицированными. Во всех случаях в качестве доказательства оплаты  товара по указанным договорам ФИО3 ссылается только на приходно-кассовые ордера; цена каждой сделки превышает 500 тыс. рублей, что не  соответствует установленному законом порядку проведения наличных расчетов  между организациями и предпринимателями. Участники оспариваемых сделок  (ИП ФИО3 и ООО «УМС-групп») являются аффилированными лицами, в  связи с чем, не лишены возможности представить дополнительные  доказательства, раскрывающие все обстоятельства оспариваемых сделок, в том  числе обстоятельства, предшествующие заключению ФИО3 договоров  купли-продажи оборудования с ООО «УМС-групп» от 10.04.2017, 29.05.2017,  19.07.2017 (выбор поставщика, переписка по согласованию и заключению  договоров); способы поставки товара по этим договорам (транспортные  накладные, договоры с перевозчиками); экономическая целесообразность для  должника в покупке у ФИО3 спорного оборудования и несения расходов  в сумме 4 585 747,00 рублей при общем обороте средств по расчетному счету в  сумме 10 315 738,96 рубля, то есть 44% годового оборота, при неисполненных  обязательствах должника в размере 20 268 043,81 рубля перед ООО «Зеринг  

 

ПМ», а также судьба этого оборудования; происхождение товара у общества  «УМС-групп». ФИО3 не могла приобрести у ООО «УМС-групп» 2017  году какое-либо оборудование, в том числе заключить с ним договоры купли-продажи оборудования от 10.04.2017, 29.05.2017, 19.07.2017, на которые она  ссылается, так как ООО «УМС-групп» фактически прекратило хозяйственную  деятельность не позднее 20.05.2015, тем самым ФИО3 не поставляла  никакого оборудования в адрес должника (ООО «Медснаб-Групп»). Полагает,  что с учетом вышеизложенных доводов конкурсного управляющего, суд первой  инстанции имел возможность проверить достоверность доказательств,  представленных ответчиком. Судом не дана оценка доводу конкурсного  управляющего в том, что ФИО3 фактически не оказывала услуги  складирования и хранения товара по адресу: 

<

...>, так как данное помещение является жилым (квартирой) и использовалось  ООО «Медснаб-групп» самостоятельно в качестве зарегистрированного места  его нахождения; указанная квартира не могла быть использована в качестве  складского помещения. Транспортные накладные не подтверждают забор груза  именно с этого адреса, в них указан адрес регистрации должника. По мнению  апеллянта, ФИО3 в спорный период фактически не осуществляла  никакую предпринимательскую деятельность, не закупала у общества «УМС- Групп» и не передавала должнику ООО «Медснаб-групп» какое-либо  оборудование, не оказывала должнику услуги хранения и услуги поверки  оборудования, полученные от должника денежные средства потратила на  личные нужды.  

До начала судебного заседания от ФИО3 поступил отзыв на  апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без  изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что  выписка по счету ответчика за период с 01.01.2017 по 31.12.2017 была  проанализирована судом, данному доказательству была дана оценка. В  материалы дела представлены налоговые декларации за 2016-2017гг., согласно  которым сторона осуществляла неоднократные закупки медицинского  оборудования у ООО «УМС-Групп» в 2016-2017 годах, включая и третьих лиц.  В материалах дела имеются РКО (ПКО), как факт оплаты медицинского  оборудования за наличные денежные средства у ООО «УМС-групп», снятие  наличных денежных средств с расчетного счета ИП ФИО3 осуществляла  для своей обычной финансово-хозяйственной деятельности, в том числе с  целью приобретения оборудования у ООО «УМС-Групп» для последующей  реализации должнику. Довод конкурсного управляющего о том, что ФИО3 не осуществляла никакой предпринимательской деятельности, не нашел  своего подтверждения, так как ФИО3 документально подтвердила свою  деятельность как декларациями, сведениями о движении денежных средств по  расчетным счетам, доказательств обратного конкурсным управляющим не  представлено. Доводы конкурсного управляющего об аффилированности не  имеют правового значения, поскольку в рамках исполнения условий договора  

 

обязательства фактически исполнены и по рыночной стоимости. ИП ФИО3 вернула излишне оплаченные денежные средства ООО «Медснаб-групп»  по договору купли-продажи, с одной стороны, как и ООО «Медснаб-групп»  фактически получило в свое распоряжение медицинское оборудование от ООО  «УМС-Групп» с наценкой 10%, которое в рамках конкурсного производства  было передано конкурсному управляющему ФИО2 с другой стороны.  Все представленные в материалы дела документы в оригиналах и копиях  являются подлинными, приняты и рассмотрены судом; в удовлетворении  заявления о фальсификации конкурсному управляющему было правомерно  отказано. Оплата за товар произведена наличными денежными средствами,  доказательств отсутствия оплаты, или того, что оплата со стороны ИП ФИО3 не могла быть произведена наличными денежными средствами, со  стороны конкурсного управляющего не представлено. Из представленных  выписок по счету за период 2016-2018 гг. следует, что ФИО3  аккумулировала наличные денежные средства и могла расплатиться с ООО  «УМС-Групп». Реальность сделок подтверждается наличием подписанного  сторонами договора, фактом оплаты, наличием самого товара, который был  передан конкурсному управляющему ФИО5 (далее –  ФИО5). Экономическая целесообразность спорных сделок доказана со  стороны ФИО3 Закупаемая продукция ТМ Soring у ИП ФИО3 в  2017 году была необходима обществу для исполнения своих обязательств по  поставке третьим лицам, в ходе своей обычной финансово-хозяйственной  деятельности. ООО «Медснаб-групп» в 2017 году являлось единственным  торговым представителем ТМ Soring на территории Урала, Сибири и Дальнего  Востока. Тем самым общество в период судебных разбирательств с ООО  «Зеринг ПМ» вынуждено было обратиться к ИП ФИО3 для закупки  аналогичной продукции Soring к себе на склад. Однако, и в дальнейшем  исполнение с ООО «Медснаб-групп» дистрибьюторского соглашения с 2018  года приостановлено, что не позволило стороне реализовывать продукцию  Soring третьим лицам в силу того, что общество не могло представлять  гарантийные талоны на оборудование Soring, выдаваемые и подтверждаемые  ООО «Зеринг ПМ», в результате чего полученное по сделкам с ИП ФИО3  имущество по прежнему не реализовано и подлежит включению в конкурсную  массу. Неплатежеспособность должника на момент совершения сделок  конкурсным управляющим не доказана. Довод о том, что ООО «УМС-групп»  не могло поставить оборудование, так как налоговым органом приняло  решение об исключении данного юридического лица не состоятелен, так как  фактически ООО «УМС-групп» продолжило свою деятельность вплоть до  04.10.2017. В выписке из ЕГРЮЛ указано, что ООО «УМС-групп» обратилось в  ИФНС по Кировскому району с заявлением лица, чьи права затрагиваются  исключением юридического лица из ЕГРЮЛ, на основании которого решение  об исключении было отозвано ИФНС и общество продолжило свою  деятельность. Довод конкурсного управляющего о том, что общество  

 

прекратило хозяйственную деятельность 20.05.2015, не состоятелен и не  подтвержден материалами дела. Судом первой инстанции проверено заявление  конкурсного управлюящего должника о фальсификации доказательств и  правомерно отклонено. По договору складского хранения от 01.01.2018  оказаны и оплачены услуги, что подтверждается имеющимися в материалах  дела документами (акты, счета, платежные поручения). Кроме того, суду  представлены экспедиторские документы, подтверждающие вывоз  медицинского оборудования в адрес контрагентов должника, фотографии  хранения товарно-материальных ценностей. Индивидуальный  предприниматель имеет право использовать свое жилое помещение для  осуществления своей предпринимательской деятельности, это не запрещено  законом. Данное помещение (часть помещения) использовалось в качестве  складского помещения для эффективной логистики – при отправке конечному  покупателю по поручению ООО «Медснаб-групп». ООО «Медснаб-групп»  было зарегистрировано какое-то время по месту нахождения его единоличного  исполнительного органа, что не противоречит законодательству.  

От учредителя (участника) ООО «Медснаб-групп» ФИО6 (далее – ФИО5) поступил отзыв на апелляционную жалобу, в  котором просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу –  без удовлетворения. Ссылается на то, что ИП ФИО3 в материалы дела  представлены налоговые декларации за 2016-2017гг., согласно которым  сторона осуществляла неоднократные закупки медицинского оборудования у  ООО «УМС-Групп» в 2016-2017гг., включая третьих лиц. В материалы дела  поступили представленные в свое время ИП ФИО3 в ИФНС по Верх- Исетскому району налоговые декларации за 2016-2017гг., согласно которым  вышеуказанные реализации также отражены в полном объеме. Имущество по  сделкам, заключенным между должником и ИП ФИО3 (договор купли-продажи от 16.05.2017, от 20.06.2017, от 24.08.2017), фактически передано  конкурсному управляющему для последующего пополнения конкурсной массы.  Тем самым представленные в материалы дела доказательства не могут  свидетельствовать о том, что имущество ИП ФИО3 у ООО «УМС-групп»  не приобреталось, как и не может свидетельствовать о том, что имущество ИП  ФИО3 по договорам купли-продажи медицинского оборудования от  24.08.2017, от 20.06.2017, 16.05.2017 в адрес должника не поступало и (или)  указывало бы на мнимость сделки. Стороны исполнили все взятые на себя  обязательства, включая фактическую передачу имущества, которое находится  по настоящее время в распоряжении конкурсного управляющего. Материалами  дела подтвержден факт хранения товарно-материальных ценностей на объекте  недвижимости, принадлежащем заинтересованному лицу ИП ФИО3  Согласно представленным в материалы дела товарно-транспортным  накладным, покупателям медицинского оборудования отгружался товар  именно с адреса, установленного по договору хранения, доказательства  обратного отсутствуют. Иных складских помещений, которые мог использовать  

 

должник ООО «Медснаб-групп» в своей предпринимательской деятельности,  при годовых объемах закупок медицинского оборудования в 2017 году (более  32 000 000,00 рублей), не выявлено и в материалы дела не представлено.  Поскольку конкурсным управляющим наличие у должника признаков  неплатежеспособности не доказано, денежные средства причислены  заинтересованному лицу в счет исполнения договоров купли-продажи и  хранения, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии  совокупности доказательств достаточных для признания оспариваемой сделки  недействительной.  

От ФИО5 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором  просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения. Указывает на то, что между должником и заинтересованным  лицом заключены договоры купли-продажи медицинского оборудования от  24.08.2017 на сумму 666 000,00 рублей, от 01.11.2017 на сумму 220 000,00  рублей, от 20.06.2017 на сумму 740 000,00 рублей, от 08.05.2017 на сумму  

650 000,00 рублей. В материалы дела представлены акты приема-передачи к  указанным договорам, согласно которым должник принял медицинское  оборудование в отсутствие претензий, ввиду чего платежными поручениями   № 1105 от 16.05.2017 на сумму 650 000,00 рублей, № 1168 на сумму 76 000,00  рублей, № 1169 от 29.08.2017 на сумму 760 000,00 рублей, № 1188 от 09.11.2017  на сумму 219 000,00 рублей, № 75 от 08.11.2017 на сумму 220 000,00 рублей  произвел оплату приобретенного товара. Между должником и  заинтересованным лицом 01.01.2018 заключен договор складского хранения,  согласно которому поклажедатель передает, а хранитель принимает на  ответственное хранение в складском помещении хранителя продукцию.  Заинтересованным лицом представлены счета и акты, что свидетельствует о  хранении товарно-материальных ценностей на объекте недвижимости,  принадлежащем заинтересованному лицу. Имущество, переданное ИП ФИО3 в адрес ООО «Медснаб-групп» во исполнение спорных договоров купли-продажи медицинского оборудования, в настоящее время находится в  распоряжении конкурсного управляющего, что подтверждается актом приема- передачи от 10.09.2021, подписанным бывшим генеральным директором  (назначенным и снятым с должности в 2020 году) ООО «Медснаб-групп» в  лице ФИО5 и конкурсным управляющим ФИО2 Доводы  конкурсного управляющего о том, что ИП ФИО3 фактически не  осуществляла никакую предпринимательскую деятельность, не закупала у ООО  «УМС-групп» и не передавала должнику (ООО «Медснаб-групп») какое-либо  оборудование, не оказывала должнику услуги хранения и услуги поверки  оборудования, полученные от должника денежные средства потратила на  личные нужды, являются несостоятельными и противоречат материалам дела.  

В судебном заседании в режиме веб-конференции конкурсный  управляющий должника ФИО2 доводы апелляционной жалобы  поддержал, просил определение суда отменить, заявленные требования –  

 

удовлетворить.  

Представитель заинтересованного лица с правами ответчика ФИО3  с доводами апелляционной жалобы не согласилась по основаниям, изложенным  в отзыве, просила определение суда оставить без изменения, апелляционную  жалобу – без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о  времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное  заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является  препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.  

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции  проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со  статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела и установлено судом из выписки по  расчетному счету должника № 40702810502270000094, открытому в ПАО Банке  «Финансовая Корпорация Открытие», за период с 24.01.2017 по 22.03.2018 с  расчетного счета ООО «Медснаб-групп» произведены платежи в пользу ИП  ФИО3 в общей сумме 4 455 699,00 рублей с указанием в назначении  платежа «оплата по счету», «оплата по основному счету» и другие.  

Ссылаясь на то, что на момент совершения оспариваемых сделок  должник отвечал признакам неплатежеспособности, сделки совершены в  отношении заинтересованного к должнику лица, в отсутствие встречного  предоставления, в результате совершения сделок причинен вред  имущественным правам кредиторов должника, сделки являются мнимыми,  сторонами был создан формальный документооборот, фактически ФИО3  не осуществляла предпринимательскую деятельность все поступившие  ответчику денежные средства были израсходованы им на личные нужды,  конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился в арбитражный  суд с заявлением о признании недействительной сделкой перечисление  должником за период с 24.01.2017 по 22.03.2018 в пользу ИП ФИО3  денежных средств в общей сумме 4 455 699,00 рублей применительно к  положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК  РФ, применении последствий недействительности сделки.  

При рассмотрении настоящего обособленного спора заинтересованным  лицом с правами ответчика ФИО3 заявлено о пропуске конкурсным  управляющим должника срока исковой давности для оспаривания сделок.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой  инстанции исходил из недоказанности наличия совокупности всех условий для  признания оспариваемых сделок недействительными по указанным  конкурсным управляющим основаниям. При этом, суд отклонил заявление  заинтересованного лица с правами ответчика о пропуске срока исковой  давности, указав на то, что конкурсный управляющий обратился с  рассматриваемым заявлением в пределах срока исковой давности.  

 

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив доводы  апелляционной жалобы, отзывов на нее, представленные в материалы дела  доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, заслушав  лиц, участвующих в судебном заседании, проверив правильность применения  арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм  процессуального права, не находит оснований для отмены (изменения)  обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.  

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела  о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия  граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или  прекращение гражданских прав и обязанностей.  

На основании пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный  управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника  заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о  применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных  или исполненных должником.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление  об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд  внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по  своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета  кредиторов.  

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об  оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий  дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве  должника.  

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской  Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем  Федеральном законе.  

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63)  разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут  оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых  обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником  денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в  собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение  

 

обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление  отступного и т.п.); действия по исполнению судебного акта, в том числе  определения об утверждении мирового соглашения; перечисление взыскателю  в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации  имущества должника.  

В соответствии абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о  банкротстве сделка, совершенная должником в течение года до принятия  заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления,  может быть признана арбитражным судом недействительной при  неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в  том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в  худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при  которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением  обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или  иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного  должником имущества или осуществленного им иного исполнения  обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного  исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств  такого встречного исполнения обязательств.  

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет  признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение  обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества  или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно  превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств,  определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения  обязательств.  

Как разъяснено в пунктах 8, 9 постановления Пленума ВАС РФ от  23.12.2010 № 63 неравноценное встречное исполнение обязательств другой  стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и  (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для  должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в  сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.  

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть  оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают  равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения  было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества,  достаточного для осуществления им встречного исполнения.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если  такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о  признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в  

 

результате ее совершения был причинен вред имущественным правам  кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к  моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что  другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо  если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов  должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была  совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо  направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю  (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников)  должника, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость  переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных  сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет  двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для  кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости  активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности  должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки  или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без  уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или  после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил  правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или  иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством  Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения  должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности  были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения  сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование  и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику  об определении судьбы данного имущества.  

В пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63  разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве надлежит исходить из следующего.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до  принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого  заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств,  указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие  иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности,  недобросовестности контрагента), не требуется.  

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным  исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за  один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть  

 

признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта  6 постановления Пленума ВАС РФ № 63).  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 постановления  Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  предусматривает возможность признания недействительной сделки,  совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов (подозрительная сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному  основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с  целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате  совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в)  другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления  Пленума ВАС РФ № 63).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Согласно пункту 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в  силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что  другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным  лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об  ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует  иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве  под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника  и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также  иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых  действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате  возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества.  

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле,  должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание  своих требований и возражений.  

Согласно части 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает  относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в  отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их  совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом  наряду с другими доказательствами (часть 4 статьи 71 АПК РФ).  

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято  к производству определением арбитражного суда от 04.09.2020, оспариваемые  

 

платежи на сумму 4 455 699,00 рублей совершены в период с 24.01.2017 по  22.03.2018, то есть в пределах трехлетнего периода подозрительности,  определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Предъявляя требования об оспаривании платежей, конкурсный  управляющий ссылался на наличие у должника признаков  неплатежеспособности на момент их совершения.  

В частности, конкурсный управляющий указал на следующие  обстоятельства.  

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы  от 16.03.2018 по делу № А40-118226/17 с ООО «Медснаб-групп» в пользу ООО  «Зеринг ПМ» взыскана задолженность по дистрибьюторскому соглашению   № 19-П-Д-ИНВ в размере 20 268 043,81 рубля, неустойка в размере 2 026 804,00  рублей, а также расходы по оплате госпошлины в размере 134 474,00 рублей.  

Как установлено указанным решением арбитражного суда, согласно п.  15.1 соглашения от 12.02.2016 оно действует до 31.12.2016. Во исполнение  указанного соглашения ответчиком от истца получен товар на сумму  20 268 043,81 рубля, что подтверждается указанными в иске двусторонними  товарными накладными: товарной накладной № 82 от 31.03.2016, товарной  накладной № 83 от 31.03.2016, товарной накладной № 84 от 31.03.2016, товарной  накладной № 86 от 31.03.2016, товарной накладной № 140 от 30.05.2016,  товарной накладной № 201 от 19.07.2016, товарной накладной № 288 от  30.09.2016, товарной накладной № 287 от 30.09.2016, товарной накладной № 289  от 30.09.2016, товарной накладной № 21 от 28.01.2016, товарной накладной   № 290 от 30.09.2016, товарной накладной № 292 от 30.09.2016, товарной  накладной № 293 от 30.09.2016, товарной накладной № 419 от 27.12.2016,  товарной накладной № 422 от 29.12.2016, товарной накладной № 423 от  29.12.2016, товарной накладной № 424 от 29.12.2016.  

В соответствии с условиями п. 5.2 договора оплата производится путем  внесения дистрибьютором 50% предоплаты и окончательным расчетом после  приемки товара в течение 20 дней. Как установлено, последняя накладная о  получении товара подписана 29.12.2016.  

Следовательно, по условиям соглашения окончательный расчет за товар  должен быть произведен не позднее 18.01.2017. Указанный товар ответчиком в  установленные сроки не оплачен. В адрес ООО «Медснаб-групп» 23.05.2017  направлена досудебная претензия с требованием произвести оплату  задолженности, которая должником также не исполнена.  

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ООО  «Зеринг ПМ» в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Медснаб- групп» несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Свердловской области 21.12.2020  требование ООО «Зеринг ПМ» в размере 22 416 321,81 рубя, в том числе  20 268 043,81 рубля основного долга, 2 026 804,00 рублей неустойки,  

 

121 474,00 рублей государственной пошлины, включено в третью очередь  реестра требований кредиторов должника.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий,  данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о  банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на  момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6  Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков  неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью  имущества понимается превышение размера денежных обязательств и  обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью  имущества (активов) должника.  

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части  денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей,  вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность  денежных средств предполагается, если не доказано иное.  

В рассматриваемом случае приведенные конкурсным управляющим  сведения о прекращении исполнения должником обязательств перед  кредитором сами по себе не свидетельствуют о том, что у должника на момент  совершения спорных платежей, совершенных в период имелись признаки  неплатежеспособности.  

В судебно-арбитражной практике выработан устойчивый подход  относительно того, что сам по себе факт наличия у должника обязательств  перед кредиторами не является основанием для вывода о  неплатежеспособности должника. Предъявление требований в исковом порядке  еще не означает, что они будут удовлетворены судом, а в случае если они будут  удовлетворены - не означает, что у должника недостаточно средств для  погашения таких требований. Неплатежеспособность не может  отождествляться с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору.  

Между тем, убедительных доказательств, свидетельствующих о том, что  в период совершения оспариваемых сделок ООО «Медснаб-групп» не могло  исполнять свои текущие обязательства, в материалах настоящего  обособленного спора не имеется (статья 65 АПК РФ).  

Наличие у должника на момент совершения оспариваемых перечислений  признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества,  недостаточности денежных средств для расчетов с кредиторами, конкурсным  управляющим не доказано.  

Таким образом, вопреки доводам конкурсного управляющего должника,  материалами дела не подтверждено наличие у должника признаков  неплатежеспособности на момент совершения спорных перечислений.  

 

При этом, наличие признаков неплатежеспособности на момент  совершения сделки не является безусловным основанием для признания ее  недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве либо об отказе  в удовлетворении.  

Для признания сделки недействительной по заявленным основаниям  требуется доказать причинение вреда кредиторам должника оспариваемой  сделкой, а также установить совокупность условий, для квалификации сделки в  качестве недействительной, причинившей вред имущественным правам  кредиторов должника и осведомленности стороны сделки о цели совершения  указанной сделки.  

В пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63  разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении  сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она  признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала  или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных  обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя  разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота  осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов,  свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех  обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение  должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине  невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное  кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по  банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность  кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом  (пункт 12 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).  

Согласно положениям статьи 19 Закона о банкротстве  заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо,  которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135- ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо,  которое является аффилированным лицом должника.  

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому  лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в  совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный  орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер)  должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей  в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве  или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в  зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или  имевшее в течение указанного периода возможность определять действия  

 

должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце  втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей  статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником  сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих  видах юридических лиц.  

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными  лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг,  родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их  родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.  

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о  банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только  через подтверждение аффилированности юридической (в частности,  принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие),  но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может  свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности,  заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях,  недоступных обычным (независимым) участникам рынка  

Из материалов дела следует, что ООО «Медснаб-групп»  зарегистрировано в качестве юридического лица в 2014 году, единственным  учредителем должника является ФИО5  

Решением единственного учредителя общества № 2 от 06.05.2020 ФИО5 назначен на должность генерального директора общества (решение № 3 от  23.06.2020 ФИО5 освобожден от указанной должности).  

Согласно сведениям из отдела ЗАГС, заинтересованное лицо с правами  ответчика ФИО3 является матерью ФИО5  

Кроме того, согласно сведениям из отдела ЗАГС, ФИО5 и ФИО5 имеют совместного ребенка.  

Таким образом, ФИО3 является заинтересованным по отношению к  должнику лицом в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве  

Однако, вопреки доводам конкурсного управляющего должника, наличие  признаков аффилированности между сторонами сделки само по себе не  является основанием для признания сделки недействительной и не  свидетельствует о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов,  а также об отсутствии реального экономического интереса в совершении  сделки.  

Как следует из материалов дела, в качестве назначения платежей при  осуществлении оспариваемых перечислений денежных средств в сумме  4 455 699,00 рублей, совершенных в период с 24.01.2017 по 22.03.2018, было  указано «оплата по счету», «оплата по основному счету» и др.  

В подтверждение обоснованности оспариваемых перечислений в  материалы дела представлены заключенные между ООО «Медснаб-групп»  (покупатель) и ИП ФИО3 (продавец) договоры купли-продажи  

 

медицинского оборудования от 24.08.2017 на сумму 666 000,00 рублей, от  01.11.2017 на сумму 220 000,00 рублей, от 20.06.2017 на сумму 740 000,00  рублей, от 08.05.2017 на сумму 650 000,00 рублей.  

По условиям указанных договоров продавец обязуется передать в  собственность покупателя в срок, предусмотренный в договоре, а покупатель  обязуется принять оборудование и уплатить за него цену, предусмотренную в  договоре.  

Поставка товара ИП ФИО5 в адрес должника подтверждается  представленными в материалы дела актами приема-передачи к указанным  договорам, согласно которым должник принял медицинское оборудование в  отсутствие претензий.  

Оплата приобретенного товара подтверждена платежными поручениями   № 1105 от 16.05.2017 на сумму 650 000,00 рублей, № 1168 на сумму 76 000,00  рублей, № 1169 от 29.08.2017 на сумму 760 000,00 рублей, № 1188 от 09.11.2017  на сумму 219 000,00 рублей, № 75 от 08.11.2017 на сумму 220 000,00 рублей.  

Согласно пояснениям заинтересованного лица с правами ответчика  ФИО3, медицинское оборудование приобреталось у ООО «УМС-групп».  Это было обусловлено тем, что в период судебных разбирательств между ООО  «Медснаб-групп» и ООО «Зеринг ПМ» по спорам, возникшим из обязательств  по дистрибьюторскому соглашению, его действие приостановлено, в связи с  чем, должник обратился к ответчику с просьбой о закупке аналогичного товара  у ООО «УМС-групп», в целях выполнения обязательств перед третьими  лицами.  

В подтверждение указанных обстоятельств ФИО3 представлены в  материалы дела договоры купли-продажи оборудования от 29.05.2017,  19.07.2017, 10.04.2017, заключенные между ООО «УМС-групп» (продавец) и  ИП ФИО3 (покупатель), спецификации к ним, акты приема-передачи.  

Оборудование, указанное в спецификациях к договорам купли-продажи,  заключенным с ООО «УМС-групп», было продано в дальнейшем ИП ФИО3 должнику.  

Согласно пояснениям учредителя (участника) должника ФИО5, с  2016 года ИП ФИО3 предоставляла услуги складирования, хранения  товарно-материальных ценностей ООО «Медснаб-групп», а также проводила  предпродажную подготовку (поверка, документация), отгрузку третьим лицам-контрагентам ООО «Медснаб-групп». ООО «Медснаб-групп» обязано  ежемесячно закупать медицинское оборудование к себе на склад у ООО  «Зеринг ПМ» для дальнейшей реализации третьим лицам. Закупка  осуществлялась в рамках взятых на себя обязательств по дистрибьюторским  соглашениям, заключенными в 2016-2017гг. Согласно условиям  дистрибьюторского соглашения № 19-П-Д-ИНВ от 12.02.2016, дистрибьютор  обязан: произвести в 2016 году закупку товаров у продавца, объемом более  500 000 евро, согласно выставленным коммерческим предложениям и  фактическому приобретению на основании них товара, с учетом  

 

представляемых продавцом скидок. На протяжении 2016 года ООО «Медснаб- групп» силами экспедиторской компании ООО «Сити Рапид» со склада ООО  «Зеринг ПМ» с адреса 

<

...> неоднократно  вывозилось медицинское оборудование в адрес ИП ФИО3 (

<

...>, что подтверждается экспедиторскими  документами (ответ по запросу ФИО5 от ООО «Сити Рапид» по  отправлениям, осуществляемые в 2016 году). В 2017 году между ООО «Зеринг  ПМ» и ООО «Медснаб-групп» было заключено дистрибьюторское соглашение  5-П-Д-ИНВ от 17.01.2017, согласно условиям которого дистрибьютор обязан  произвести в 2017 году закупку товаров у продавца, объемом более 500 000  (пятьсот тысяч) евро, согласно выставленным коммерческим предложениям и  фактическому приобретению на основании них товара, с учетом  представляемых продавцом скидок. Должник пролонгировал сотрудничество с  ИП ФИО3 на 2017 год на предоставление услуг хранения, складирования  товарно-материальных ценностей ООО «Медснаб-групп». С адреса ФИО3 товарно-материальные ценности неоднократно вывозились в адрес  контрагентов ООО «Медснаб-групп».  

В материалы дела представлены ответы от ООО «Сити Рапид» по  отправлениям товаров со склада ООО «Зеринг ПМ» на адрес ИП ФИО3,  а также экспедиторские документы.  

Как пояснила учредитель (участник) должника ФИО5, ООО  «Медснаб-групп» в своей предпринимательской деятельности большей частью  занимался реализацией и продвижением медицинского оборудования  производства SORING. С целью осуществления предпринимательской своей  деятельности сторона проводила закупку медицинского оборудования у  единственного официального представителя производителя медицинской  техники SORING на территории РФ - ООО «Зеринг ПМ» со скидкой до 45% от  прайсовой стоимости. В мае 2017 года в адрес ООО «Медснаб-групп»  поступила досудебная претензия о взыскании задолженности за поставленный в  адрес ООО «Медснаб-групп» товар. Товар фактически в адрес и распоряжение  ООО «Медснаб-групп» не поступал. На основании указанной претензии  отгрузка медицинского оборудования силами ООО «Зеринг ПМ» была  прекращена в полном объеме, до полного закрытия сформировавшейся  задолженности перед кредитором за 2017 год. С июня 2017 года по август 2018  года между ООО «Зеринг ПМ» и ООО «Медснаб-групп» проходили судебные  разбирательства, в рамках дела № А40-118226/2017. В связи со сложившейся  ситуацией ООО «Медснаб-групп» не имело возможности пополнять складские  остатки медицинским оборудованием производства SORING с целью  исполнения обязательств, а также с целью осуществления дальнейших продаж  третьим лицам. В связи с чем, ООО «Медснаб-групп» вынуждено было  производить закупку медицинского оборудования производства SORING у  третьих лиц. ООО «Зеринг ПМ» в мае 2017 года осуществил информирование  своих официальных дистрибьюторов о том, что отгрузка в адрес ООО  

 

«Медснаб-групп» медицинского оборудования прекращена в силу  сформировавшейся задолженности, и ссылаясь на пункт 2.1.8 рамочного  дистрибьюторского соглашения. Сотрудничество с ИП ФИО3 на  протяжении с 2016 года являлось экономически обоснованным, стороны  фактически исполняли все взятые на себя обязательства в полном объеме, что  подтверждается материалами дела. С июня 2018 года сотрудничество с ИП  ФИО3 было прекращено.  

Из материалов дела следует, что 01.01.2018 между должником  (поклажедатель) и ИП ФИО3 (хранитель) заключен договор складского  хранения, по условиям которого поклажедатель передает, а хранитель  принимает на ответственное хранение в складском помещении хранителя  продукцию, именуемую в дальнейшем «товар».  

Пунктом 1.2.1 указанного договора установлено краткое описание товара:  медицинское оборудование.  

Адрес места хранения товара: 

<

...> (пункт  1.3.2 договора складского хранения).  

Согласно пункту 4.1 договора за услуги по ответственному хранению  товара поклажедатель выплачивает хранителю сумму согласно  представленному счету.  

В подтверждение оказания услуг по указанному договору ФИО3  представлены в материалы дела счет № 033 от 13.04.2017, акт от 20.04.2017 на  сумму 5 300,00 рублей, счет от 22.03.2018, акт от 22.03.2018 на сумму 5 750,00  рублей, счет от 14.03.2018, акт от 14.03.2018 на сумму 5 350,00 рублей, счет от  22.03.2018, акт от 22.03.2018 в размере 28 750,00 рублей, счет от 22.03.2018, акт  от 22.03.2018 в размере 21 450,00 рублей, счет от 22.03.2018, акт от 22.03.2018 в  размере 17 300,00 рублей, счет от 22.03.2018, акт от 22.03.2018 в размере  15 350,00 рублей.  

Как установлено судом, согласно представленным в материалы дела  товарно-транспортным накладным, покупателям медицинского оборудования  отгружался товар именно с адреса, установленного по договору хранения,  доказательств обратного не представлено.  

Таким образом, основаниями оспариваемых платежей в общем размере  4 455 699,00 рублей, совершенных в период с 24.01.2017 по 22.03.2018, в пользу  ИП ФИО3, являлись конкретные правоотношения сторон, что в силу  положений гражданского законодательства предполагает их возмездный  характер.  

Доказательства того, что спорные платежи не основаны на таких  правоотношениях, а денежные средства были перечислены ошибочно, не  представлены.  

С учетом указанного, вывод суда первой инстанции о том, что сторонами  оспариваемой сделки раскрыт ее экономический смысл, является  обоснованным.  

 

Вопреки доводам апеллянта, судом первой инстанции на основе оценки  имеющихся доказательств по делу установлено, что оспариваемые платежи  были осуществлены в рамках хозяйственных правоотношений по поставке  медицинского оборудования.  

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к  обоснованному выводу о том, что причинение вреда имущественным правам  кредиторов должника в результате совершения оспариваемых сделок не  установлено.  

Поскольку совокупность необходимых обстоятельств для признания  оспариваемых платежей, совершенных в период с 24.01.2017 по 22.03.2018с  расчетного счета должника в пользу ИП ФИО3 в размере 4 455 699,00  рублей, недействительными не доказана, суд первой инстанции правомерно  отказал в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим должника  требований о признании данных сделок недействительными применительно к  положениям пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Кроме того, конкурсный управляющий должника ссылается на то, что  вышеуказанные платежи недействительны и по общегражданским основаниям,  предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 постановления ВАС  РФ от 23.12.2010 № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований  оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по  себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой  допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются  осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред  другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное  заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление  правом).  

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников  гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока  не доказано иное.  

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая  требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не  устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных  последствий нарушения.  

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах,  связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным  Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из  недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК  РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов  кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может  быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела  

 

о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных  интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной  массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества  должника третьим лицам.  

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением  правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением  пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на  причинение вреда третьим лицам.  

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении  сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки  (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным  лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер,  при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.  

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной,  совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо  установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии  факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в  заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума  ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными  судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или  недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого  участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы  другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой  информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность  участников гражданских правоотношений и разумность их действий  предполагаются, пока не доказано иное.  

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка,  совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей  правовые последствия, ничтожна.  

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут придать ей  требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие действия  (формальное исполнение), что само по себе не препятствует квалификации  такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.  

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим  установлению при рассмотрении вопроса о квалификации той или иной сделки  мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки  намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 86 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О  

 

применении судами некоторых положений раздела 1 части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что  стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное  исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое  имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного  управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив  контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным  образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной  регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не  препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта  1 статьи 170 ГК РФ.  

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная  лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые  последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от  недобросовестности участников гражданского оборота.  

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели  достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не  совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть,  например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед  другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и  участия в распределении имущества должника либо для создания  искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или  имущества должника.  

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной  цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не  имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав  и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным  для квалификации сделки как ничтожной.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих  ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все  документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому  факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем  анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений  сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности  согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие  требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле,  и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).  

В рассматриваемом случае, учитывая, что основаниями для  осуществления спорных перечислений являлись конкретные правоотношения  сторон в рамках договора поставки, оснований полагать, что оспариваемые  сделки были совершены для вида, без намерения создать соответствующие  правовые последствия, волеизъявление сторон сделок не соответствовало их  внутренней воле, являлись мнимыми, не имеется.  

 

Доказательства, свидетельствующие о том, что при осуществлении  оспариваемых сделок стороны действовали исключительно с намерением  причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, а также  о мнимости спорных сделок, совершения их без намерения создать  соответствующие правовые последствия, в материалы дела не представлены.  

Вопреки доводам апеллянта, в материалы дела не представлено  доказательств того, что целью совершения спорного договора являлось  причинение вреда имущественным правам кредиторов и должника.  

Суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для признания  оспариваемых сделок по перечислению денежных средств со счетов должника  в пользу ИП ФИО3 в размере 4 455 699,00 рублей, совершенных в период  с 24.01.2017 по 22.03.2018, недействительными применительно и к положениям  статей 10, 168, 170 ГК РФ, как совершенных со злоупотреблением правом  ввиду отсутствия доказательств, свидетельствующих о том, что стороны  действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в  обход закона с противоправной целью, без намерения создать соответствующие  правовые последствия.  

При этом, конкурсным управляющим должника не доказано наличие  пороков, выходящих за пределы оснований оспаривания подозрительных  сделок по основаниям, установленным главой III.1 Закона о банкротстве.  

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание недоказанность  того, что взаимоотношения между сторонами носили формальный характер,  причинения совершением оспариваемых сделок вреда имущественным правам  кредиторов, намерения сторон причинить вред другому лицу, действий в обход  закона с противоправной целью, признаков злоупотребления правом при  заключении оспариваемой сделки, мнимости правоотношений, оснований для  признания платежей недействительными сделками применительно к  положениям статей 10, 168, 170 ГК РФ судом не установлено, в связи с чем, суд  первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных  конкурсным управляющим должника требований.  

Выводы суда первой инстанции, сделанные по результатам рассмотрения  обособленного спора, основаны на правильном определении юридически  значимых обстоятельств, которым дана надлежащая правовая оценка.  

С учетом вышеуказанного, доводы апеллянта о том, что ФИО3 в  2017 году фактически не осуществляла никакой хозяйственной  (предпринимательской) деятельности, спорные денежные средства выведены со  счета должника в пользу и в личных интересах ответчика; ФИО3  фактически не оказывала услуги складирования и хранения товара по адресу: 

<

...>, так как данное помещение является  жилым (квартирой) и использовалось ООО «Медснаб-групп» самостоятельно в  качестве зарегистрированного места его нахождения, указанная квартира не  могла быть использована в качестве складского помещения; ФИО3 в  спорный период фактически не осуществляла никакую предпринимательскую  

 

деятельность, не закупала у общества «УМС-групп» и не передавала должнику  ООО «Медснаб-групп» какое-либо оборудование, не оказывала должнику  услуги хранения и услуги поверки оборудования, полученные от должника  денежные средства потратила на личные нужды, отклоняются, как  необоснованные.  

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что судом первой  инстанции не дана оценка доводу конкурсного управляющего в том, что  представленные ответчиком договоры купли-продажи оборудования с ООО  «УМС-Групп» от 10.04.2017, 29.05.2017, 19.07.2017, а также приходно-кассовые ордера № 2 от 10.04.2017, № 4 от 29.05.2017, № 12 от 19.06.2017  являются сфальсифицированными, отклоняются.  

Согласно части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение  для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на  основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с  подлежащими применению нормами материального права.  

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает  доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на  всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании  имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость,  допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также  достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.  Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в  результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем  сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит  оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие  доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.  

Право на обращение в арбитражный суд с письменным заявлением о  фальсификации доказательства, представленного лицом, участвующим в деле,  предусмотрено частью 1 статьи 161 АПК РФ.  

Согласно пункту 3 части 1 статьи 161 АПК РФ суд проверяет  обоснованность заявления о фальсификации доказательств, если лицо,  представившее это доказательство, заявило возражения относительно его  исключения из числа доказательств по делу.  

В силу указанных норм права, если лицо, участвующее в деле, обратится  в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации  доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: 1)  разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; 2) исключает  оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа  доказательств по делу; 3) проверяет обоснованность заявления о  фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство,  заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по  делу.  

 

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные  федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о  фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует  другие доказательства или принимает иные меры.  

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 39  постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 «О  применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  при рассмотрении дел в суде первой инстанции», в силу части 1 статьи 161  АПК РФ в случае обращения лица, участвующего в деле, с письменным  заявлением о фальсификации доказательства, представленного другим лицом,  участвующим в деле, суд разъясняет уголовно-правовые последствия такого  заявления, исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его  представившего, из числа доказательств по делу и, если лицо, представившее  это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа  доказательств по делу, проверяет обоснованность заявления о фальсификации  доказательства (в том числе назначает экспертизу, истребует другие  доказательства или принимает иные меры). При этом способ проведения  проверки достоверности заявления о фальсификации определяется судом.  

В порядке статьи 161 АПК РФ подлежат рассмотрению заявления,  мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть  совершением действий, выразившихся в подделке формы доказательства:  изготовление документа специально для представления его в суд (например,  несоответствие времени изготовления документа указанным в нем датам) либо  внесение в уже существующий документ исправлений или дополнений  (например, подделка подписей в документе, внесение в него дополнительного  текста). В силу части 3 статьи 71 АПК РФ не подлежат рассмотрению по  правилам названной статьи заявления, касающиеся недостоверности  доказательств (например, о несоответствии действительности фактов,  изложенных в документе).  

Исходя из положений части 1 статьи 64, части 2 статьи 65, статьи 67 АПК  РФ не подлежит рассмотрению заявление о фальсификации, которое заявлено в  отношении доказательств, не имеющих отношения к рассматриваемому делу, а  также если оно подано в отношении документа, подложность которого, по  мнению суда, не повлияет на исход дела в связи с наличием в материалах дела  иных доказательств, позволяющих установить фактические обстоятельства.  

Из материалов дела следует, что при рассмотрении настоящего  обособленного спора в суде первой инстанции конкурсным управляющим  должника было заявлено письменное ходатайство о фальсификации следующих  документов:  

- договора купли-продажи медицинского оборудования от 01.11.2017,  заключенного между ООО «Медснаб-групп» (продавец) и ИП ФИО3  (покупатель);  

 

- информационного письма ИП ФИО3 без даты и номера о  расторжении договора купли-продажи от 01.11.2017 и возврате 220 000,00  рублей;  

- договора купли-продажи медицинского оборудования от 24.08.2017,  заключенного между ООО «Медснаб-групп» (покупатель) и ИП ФИО3  (продавец);  

- акта приема-передачи от 04.09.2017 к договору договор купли-продажи  медицинского оборудования от 24.08.2017;  

- письма ООО «Медснаб-групп» от 11.09.2017 № 2-34/09 о сверке  расчетов с ИП ФИО3;  

- договора купли-продажи медицинского оборудования от 20.06.2017,  заключенного между ООО «Медснаб-групп» (покупатель) и ИП ФИО3  (продавец);  

- счета ИП ФИО3 от 23.06.2017 № 75; 

- акта приема-передачи от 26.06.2017 к договору договор купли-продажи  медицинского оборудования от 26.06.2017;  

- договора купли-продажи медицинского оборудования от 08.05.2017,  заключенный между ООО «Медснаб-групп» (покупатель) и ИП ФИО3  (продавец);  

- счета ИП ФИО3 от 16.05.2017 № 49; 

- акт приема-передачи от 16.05.2017 к договору договор купли-продажи  медицинского оборудования от 08.05.2017;  

- договора складского хранения от 01.01.2018, заключенного между ООО  «Медснаб-групп» (поклажедатель) и ИП ФИО3 (хранитель);  

- счета ИП ФИО3 на поверку ТМЦ от 13.04.2017 № 33, от  09.03.2017 № 20, 15.03.2017 № 21, 15.03.2017 № 22, 22.03.2017 № 27, 22.03.2017   № 29, 16.02.2017 № 14, 09.03.2017 № 18,  

- актов оказанных услуг о поверке ТМЦ от 20.04.2017 № б/н, 12.03.2017  б/н, 14.03.2017 б/н, 15.03.2017 б/н, 21.03.2017 б/н, 03.04.2017 б/н, 05.04.2017  б/н, 10.04.2017 б/н, 17.02.2017 б/н, 09.03.2017 б/н, 10.03.2017 б/н;  

- счета ИП ФИО3 за хранение ТМЦ от 13.04.2017 № 34, от  22.03.2017 № 25, от 18.03.2017 № 21, 16.02.2017 № 14, 09.03.2017 № 19,  22.03.2017 № 28, 15.04.2017 № 29, 13.04.2017 № 33, 22.03.2017 б/н, 14.03.2018  б/н, 22.03.2018 б/н, 22.03.2018 б/н., 22.03.2018 б/н, 22.03.2018 б/н, 10.01.2017   № 14;  

- актов оказанных услуг хранения ТМЦ от 22.04.2017 № б/н, от 26.03.2017  б/н, от 11.03.2017 б/н, 18.03.2017 б/н, 18.02.2017 б/н, 19.02.2017 б/н, 13.04.2017  б/н, 15.04.2017, 19.04.2017 б/н, 22.03.2018 б/н, 10.02.2017 б/н, 14.03.2018,  22.03.2018 б/н, 22.03.2018 б/н, 22.03.2018, 22.03.2018 б/н;  

- квитанций к приходным кассовым ордерам ООО «УМС-групп» № 12 от  19.07.2017, № 4 от 29.05.2017, № 2 от 10.04.2017;  

- договорв купли-продажи оборудования между ООО «УМС-групп» и ИП  ФИО3 от 10.04.2017, 29.05.2017, 19.07.2017.  

 

Как установлено судом, подлинные документы, о фальсификации  которых заявлено конкурсным управляющим должника, представлены суду на  обозрение и приобщены к материалам дела.  

Проанализировав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства,  исходя из приведенных конкурсным управляющим доводов о фальсификации,  суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленного  ходатайства о фальсификации доказательств ввиду отсутствия процессуальных  оснований.  

Апелляционный суд полагает, что все обстоятельства, имеющие  существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены  правильно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с  требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и  сделанных на их основании выводов у суда апелляционной инстанции не  имеется.  

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат фактов, которые  не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении  дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по  существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо  опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом  апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену  оспариваемого определения.  

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная  жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с принятым  судебным актом и в целом направлены на переоценку доказательств при  отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом  апелляционной инстанции.  

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в  соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или  изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.  

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является  законным и обоснованным. В удовлетворении апелляционной жалобы следует  отказать.  

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда  подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном  подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской  Федерации.  

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной  жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со  статьей 110 АПК РФ, поскольку в удовлетворении жалобы отказано.  

Поскольку определением арбитражного апелляционного суда от  11.10.2022 конкурсному управляющему должника ФИО2 предоставлена  отсрочка уплаты государственной пошлины по апелляционной жалобе,  государственная пошлина подлежит взысканию с должника в доход  

 

федерального бюджета.  

Руководствуясь статьями 104, 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый  арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 13 сентября  2022 года по делу № А60-43148/2020 оставить без изменения, апелляционную  жалобу – без удовлетворения.  

Взыскать за счет конкурсной массы должника общества с ограниченной  ответственностью «Медснаб-групп» в доход федерального бюджета  государственную пошлину по апелляционной жалобе 3 000,00 рублей.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.  

Председательствующий Л.М. Зарифуллина  

Судьи Т.В. Макаров 

 Л.В. Саликова