; № 09АП-58970/2023

Дело № А40-274826/19

г. Москва

10 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 октября 2023 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 10 октября 2023 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Л. Головачевой,

судей Ж.Ц. Бальжинимаевой, А.А. Комарова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО7 и ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 28.07.2023 об оставлении без удовлетворения жалобы ФИО7 на бездействие арбитражного управляющего и о взыскании убытков и заявление о признании сделок недействительными, о прекращении производства по жалобе ФИО3, об установлении размера субсидиарной ответственности по обязательствам АНО «НАЦИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНТР ПОДДЕРЖКИ ЛЕСНЫХ ПРОГРАММ» в размере 16 113 796, 18 руб. в отношении ФИО2 и 10 373 435, 18 руб. в отношении ФИО3, ФИО4 и ФИО7, вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АНО «НАЦИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНТР ПОДДЕРЖКИ ЛЕСНЫХ ПРОГРАММ»

 

при участии в судебном заседании:                        

от к/у ФИО5 – ФИО6, по дов. от 17.05.23,

Иные лица не явились, извещены. 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 19.08.2020 АНО «НАЦИОНАЛЬНЫИ? ЦЕНТР ПОДДЕРЖКИ ЛЕСНЫХ ПРОГРАММ» признано несостоятельным (банкротом). В отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника утверждена арбитражныи? управляющии? ФИО5 Михаи?ловна.

Конкурсныи? управляющии? обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарнои? ответственности контролировавших должника лиц - ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО7? Л.В. и ФГУП «Рослесинфорг». 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.05.2021 заявление управляющего удовлетворено в части, признаны доказанными основания для привлечения к ответственности ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО7? Л.В., производство по обособленному спору в части установления размера ответственности указанных лиц приостановлено до окончания расчетов с кредиторами; требование в отношении ФГУП «Рослесинфорг» оставлено без удовлетворения. 

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2021 определение суда первои? инстанции отменено в части признания доказанными основании? для привлечения к ответственности ФИО3, ФИО4 и ФИО7? Л.В., требование управляющего в этои? части оставлено без удовлетворения; в остальнои? части судебныи? акт оставлен без изменения. 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 04.10.2021 постановление апелляционного суда отменено в части отказа в привлечении к ответственности ФИО3, ФИО4 и ФИО7? Л.В., в этои? части оставлено в силе определение Арбитражного суда города Москвы; в остальнои? части акты судов первои? и апелляционнои? инстанции? оставлены без изменения. 

Определение Верховного Суда РФ от 30.12.2021 № 305-ЭС21-25414(1,2) в передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании Судебнои? коллегии по экономическим спорам Верховного Суда России?скои? Федерации отказано. 

Таким образом, вступившими в законную силу судебными актами к субсидиарнои? ответственности привлечены директор должника - ФИО2 и члены правления - ФИО3, ФИО4 и ФИО7 за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве; директор должника - ФИО2 – также за непередачу документов бухгалтерского учета и (или) отчетности конкурсному управляющему. 

В связи с окончанием расчетов с кредиторами конкурсныи? управляющии? обратился в суд с заявлением об установлении размера субсидиарнои? ответственности привлеченных лиц. 

При этом 09.03.2022 и 20.01.2022 в Арбитражныи? суд города Москвы поступили жалоба ФИО7? Л.В. на бездеи?ствия конкурного управляющего, содержащая требование о взыскании убытков с управляющего, и заявление о признании недеи?ствительными сделками договоров аренды от 19.10.2017 № 4/ЦС с соглашением о пролонгации и от 27.11.2017 № 5/ЦС (определением от 13.05.2022 обособленные споры объединены в одно производство для совместного рассмотрения). 

Также, 28.01.2022 в Арбитражныи? суд города Москвы поступила жалоба ФИО3 на бездеи?ствия конкурного управляющего, содержащая требование об отстранении конкурсного управляющего. 

Определением Арбитражныи? суд города Москвы от 08.07.2022 жалоба ФИО7? Людмилы Владимировны на бездеи?ствие арбитражного управляющего и о взыскании убытков и заявление о признании сделок недеи?ствительными оставлены без удовлетворения; жалоба ФИО3 на бездеи?ствие конкурсного управляющего с ходатаи?ством об отстранении конкурсного управляющего оставлена без удовлетворения; установлен размер субсидиарнои? ответственности по обязательствам АНО «НАЦИОНАЛЬНЫИ? ЦЕНТР ПОДДЕРЖКИ ЛЕСНЫХ ПРОГРАММ» в размере 16 113 796, 18 руб. в отношении ФИО2 и 10 373 435, 18 руб. в отношении ФИО3, ФИО4 и ФИО7? Людмилы Владимировны. 

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда № 09АП-67798/2022 от 22.11.2022 и постановлением № 09 АП-58596/2022, № 09АП-55180/2022 от 23.11.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2022 по делу № А40-274826/19 оставлено без изменении?. 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 16.03.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2022 и постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022 и от 23.11.2022 по делу № А40-274826/19 отменены, обособленныи? спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражныи? суд города Москвы. 

Определением от 06.04.2023 Арбитражный суд города Москвы объединил в одно производство для совместного рассмотрения ходатаи?ство конкурсного управляющего об установлении размера субсидиарнои? ответственности, жалобу ФИО7? Людмилы Владимировны на бездеи?ствие арбитражного управляющего и взыскании убытков с конкурсного управляющего Арслановои? Л.М. в размере 23 040 735,7 руб. и заявление ФИО7? Людмилы Владимировны о признании недеи?ствительными сделками договоров аренды от 19.10.2017 № 4/ЦС и от 27.11.2017 № 5/ЦС с соглашениями о пролонгации, заключенных между должником и ООО «Центр Сити» и применении последствии? недеи?ствительности сделок, жалобу ФИО3 на бездеи?ствие конкурсного управляющего с ходатаи?ством об отстранении конкурсного управляющего. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.07.2023 в удовлетворении ходатаи?ства ФИО7? Людмилы Владимировны о выделении требовании? в отдельное производство отказано; жалоба ФИО7? Людмилы Владимировны на бездеи?ствие арбитражного управляющего и о взыскании убытков и заявление о признании сделок недеи?ствительными оставлена без удовлетворения; производство по жалобе ФИО3 прекращено; установлен размер субсидиарнои? ответственности по обязательствам АНО «НАЦИОНАЛЬНЫИ? ЦЕНТР ПОДДЕРЖКИ ЛЕСНЫХ ПРОГРАММ» в размере 16 113 796, 18 руб. в отношении ФИО2 и 10 373 435, 18 руб. в отношении ФИО3, ФИО4 и ФИО7? Людмилы Владимировны. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО7 и ФИО2 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение Арбитражного суда города Москвы от 28.07.2023отменить в части оставления без удовлетворения жалобы ФИО7? Л.В. на бездеи?ствие арбитражного управляющего, о взыскании убытков и заявления о признании сделок недеи?ствительными, а также в части установления размера субсидиарнои? ответственности, принять в данной части новый судебный акт. В обоснование отмены судебного акта заявители апелляционных жалоб ссылаются на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, неполное исследование обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов, изложенных в обжалуемом судебном акте, обстоятельствам дела.

Представитель конкурсного управляющего в судебном заседании возражал против удовлетворения апелляционных жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционные жалобы рассматриваются в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, учтя позицию суда округа, изложенную в постановлении от 16.03.2023, суд апелляционной инстанциине находит оснований для отмены или изменения определения арбитражного суда в обжалуемой части, принятого в соответствии с законодательством РФ и обстоятельствами дела, и удовлетворения апелляционных жалоб, исходя из следующего.

Отклоняя ходатайство ФИО7? Л.В. о выделении требовании? в отдельное производство, суд первой инстанции, учтя положения статьи 130 АПК РФ, исходил из того, обстоятельства, позволяющее сделать вывод, что выделение требовании? в отдельное производство приведет к более эффективному рассмотрению обособленного спора, отсутствуют.

Также суд первой инстанции, приняв во внимание положения статей 143-144 АПК РФ, не усмотрел правовых оснований для приостановления производства по обособленному спору.

Прекращая производство по жалобе ФИО3, суд первой инстанции, учтя положения статьи 150 АПК РФ, исходил из того, что определение Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2022, принятое в части жалобы ФИО3, вступило в законную силу, поскольку оно не было обжаловано ФИО3 ни в апелляционную, ни в кассационную инстанции.

В части прекращения производства по жалобе ФИО3 судебный акт суда первой инстанции не обжалуется, оснований для его проверки у апелляционного суда отсутствуют.

Обращаясь в суд с заявлением и жалобои?, ФИО7 ссылается на недеи?ствительность договоров аренды № 4/ЦС от 19.10.2017 и № 5/ЦС от 27.11.2017 по основаниям статьи 170 ГК РФ, на незаконное бездеи?ствие конкурсного управляющего по оспариванию этих договоров по основаниям статеи? 10, 168 и 170 ГК РФ, а равно судебного акта от 28.05.2019 по делу № А40-81681/19-41-746 о взыскании задолженности по договорам и не заявления ходатаи?ства о снижении неустои?ки, непринятие мер по истребованию удерживаемых арендодателем депозитных платежеи? по договорам аренды, непринятие мер по возврату в конкурсную массу денежных средств, перечисленных должником в 2017 и 2018 годах в пользу иных лиц на сумму 8 503 381 руб. в счет выплаты заработнои? платы, командировочных и хозяи?ственных расходов, оплату работ, оказание услуг и т.д. 

Наличие у должника неисполненных обязательств перед ООО «Центр Сити» по договорам аренды № 4/ЦС от 19.10.2017 и № 5/ЦС от 27.11.2017, установленных вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 28.05.2019 по делу № А40-81681/19-41-746 (с АНО «Центр лесных программ» в пользу ООО «Центр Сити» взысканы 15 104 837 руб., в том числе: 1 700 000 руб. аренднои? платы по договору аренды от 19.10.2017 № 4/ЦС (задолженность признана в гарантии?ном письме от 30.07.2018), и 5 024 250 руб. неустои?ки, начисленнои? за период с 15.11.2017 по 01.03.2019; 1 987 903 руб. аренднои? платы по договору аренды от 27.11.2017 № 5/ЦС (задолженность признана в гарантии?ном письме от 30.07.2018), и 6 392 684 руб. неустои?ки, начисленнои? за период с 11.12.2017 по 01.03.2019; а также 98 524 руб. судебных расходов по уплате государственнои? пошлины), явилось основанием для введения в отношении должника процедуры наблюдения определением от 17.01.2020.

Отклоняя вышеуказанные требования ФИО7, суд первой инстанции исходил из следующего.

Как указано судом выше, наличие у должника неисполненных обязательств перед ООО «Центр Сити» по договорам аренды № 4/ЦС от 19.10.2017 и № 5/ЦС от 27.11.2017 установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 28.05.2019 по делу № А40-81681/19-41-746. 

Суд первой инстанции, учтя положения статей 16, 69 АПК РФ, указал, что преюдициально установленные обстоятельства не подлежат доказыванию вновь, не могут быть повторно исследованы и пересмотрены судом. 

Реализация конкурсным управляющим права на обжалование судебного акта не влечет автоматическои? отмены судебного акта и не может быть основана на предположениях. Суд апелляционнои? инстанции должен располагать доказательствами, очевидно свидетельствующими о нарушении истцом и ответчиком закона и направленности их деи?ствии? на создание мнимых правоотношении? и мнимои? кредиторскои? задолженности. 

Таких доказательств суду не представлено. 

Доказательств в подтверждение того обстоятельства, что должник не занимал спорные помещения, являющиеся предметом договоров аренды № 4/ЦС от 19.10.2017 и № 5/ЦС от 27.11.2017, не использовал спорные помещении? в своеи? деятельности, не представлено. 

Наличие или отсутствие арендных отношении? само по себе не препятствует арендодателю права требования взыскания платы за фактическое пользование помещениями даже в отсутствие договорных отношении? как неосновательного обогащения.

Доказательства наличия злоупотребления правом не представлены.

Судом первой инстанции также не установлены доказательства, подтверждающие совершение оспариваемых сделок с целью прикрыть другую либо в ущерб юридическому лицу. 

Учитывая изложенное, суд первой инстанции не усмотрел в оспариваемои? сделке признаков для признания ее недеи?ствительнои? на основании статеи? 10, 168, 170 ГК РФ. 

Указывая на определение Арбитражного суда города Москвы от 11.05.2021 по настоящему делу, суд первой инстанции отметил следующее.

Так, судом исходя из проведенного конкурсным управляющим анализа финансово - экономическои? деятельности должника, сделан вывод о том, что признаки неплатежеспособности должника возникли как минимум с 19.02.2018, при том, что должник, не прекращая арендные правоотношения, арендовал дорогостоящие помещения большои? площадью и в большом количестве при отсутствии собственного капитала и финансирования. 

В частности, должником были заключены с два договора аренды офисных помещении?: договор аренды № 4/ЦС от 19.10.2017 и 5/ЦС от 27.11.2017. 

По договору № 4/ЦС от 19.10.2017 должник арендовал шесть помещении? на 6 этаже здания по адресу ул. Поварская, 10, стр.1, Москва, общеи? площадью 142,6 кв.м., срок аренды с 01.12.2017 по 31.10.2018. Арендная плата по данному договору составляла 425 000 руб. в месяц. Кроме того, должник был обязан в срок до 24.10.2017 разместить на сче?те субарендодателя депозит 850 000 руб., обеспечивающии? арендные платежи арендатора за два месяца в случае просрочки им аренднои? платы. 

Последнии? плате?ж от должника поступил 13.04.2018, которым была закрыта задолженность за апрель 2018. 

При этом на указанную дату у должника уже имелась задолженность по неустои?ке в размере 289 750 руб. по договору № 4/ЦС от 19.10.2017. После этои? даты задолженность начала расти ежемесячно на сумму аренднои? платы 425 000 руб. и неустои?ки. Кроме того, у должника до 24.10.2017 была обязанность внести по договору № 4/ЦС от 19.10.2017 депозит на сумму 850 000 руб., что сделано не было. 

Согласно условиям второго договора аренды № 5/ЦС от 27.11.2017 должник арендовал пять помещении? на 6 этаже здания по адресу ул. Поварская, 10, стр.1, Москва, общеи? площадью 145 кв.м, срок аренды с 11.12.2017 по 30.11.2018. Арендная плата по данному договору составляла 425 000 руб. в месяц. Кроме того, должник был обязан в срок до 11.12.2017 разместить на сче?те субарендодателя депозит 425 000 руб., обеспечивающии? арендные платежи арендатора за 1 месяц в случае просрочки им аренднои? платы. 

По состоянию на 19.02.2018 у должника имелась задолженность на сумму 367 555 руб. по неустои?ке, начисленнои? за периодические просрочки аренднои? платы за периоде 11.12.2017 по 18.02.2018. 

Таким образом, должник, арендовав одиннадцать помещении? в Центральном административном округе города Москвы, должен был иметь возможность оплачивать высокую арендную плату и иметь для этого соответствующую обеспеченность активами, что не установлено в ходе анализа финансового состояния должника и движения денежных средств по его счетам. 

Размер выявленных активов должника составлял 752 731 руб. 

В связи с чем разумныи? руководитель предпринял бы соответствующие мероприятия по расторжению договоров аренды. 

В силу специфики организационно-правовои? формы и документов, предоставленных в распоряжении конкурсного управляющего, единственным источником финансирования деятельности должника в анализируемыи? арбитражным управляющим период являлись средства единственного участника ФГБУ «РОСЛЕСИНФОРГ», к которому должник обращался за финансированием неоднократно в связи с отсутствием у него собственного капитала (доказательства прилагаются). 

Согласно имеющемся в распоряжении арбитражного управляющего банковским выпискам ФГБУ «РОСЛЕСИНФОРГ» осуществляло должнику финансовую помощь, что также свидетельствует о наличии признаков неплате?жеспособности у Должника. 

Таким образом, должником при наличии признаков неплате?жеспособности, как минимум с 19.02.2018 не прекращались договорные отношения с арендодателем, арендовались дорогостоящие площади в большом количестве в центральнои? части города при отсутствии собственного капитала и стороннего финансирования. 

После 19.02.2018 у должника возникли обязательства на сумму 15 104 837 руб. согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 28.05.2019 по делу № А40- 81681/2019. 

Бездеи?ствия руководителя должника при наличии договорнои? неустои?ки в размере 1 % в день, подписание договоров аренды нежилых помещении? от с явно завышенными штрафными санкциями, гарантии?ное письмо о признании задолженности (указано в решение от 28.05.2019 по делу № А40-81681/2019), не принятие мер к участию в арбитражном процессе по делу № А40-81681/2019, не обжалования решения суда первои? инстанции могут свидетельствовать о недобросовестном поведении сторон договоров аренды. Так деи?ствия (бездеи?ствие) руководителя должника направлено на причинение некоммерческои? организации значительных убытков, а деи?ствия арендодателя - на извлечение выгоды за счет некоммерческои? организации от явно несоразмерных штрафных санкции? последствиям нарушения обязательств. 

Заключение договоров в соответствии с пунктом 3.3.3 Устава АНО «Национальныи? центр поддержки лесных программ» относится к исключительным полномочиям генерального директора, а потому именно он должен нести ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение договоров. 

Обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве руководителями должника исполнено не было. 

С учетом наличия кредиторскои? задолженности и отсутствием возможности для ее погашения к контролирующего должника лица возникла обязанность по обращению в арбитражныи? суд с заявлением о банкротстве должника, что исполнено не было. 

В силу прямого указания положении? пункта 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» при неисполнении руководителем должника, ликвидационнои? комиссиеи? в установленныи? срок обязанности по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве решение об обращении в суд с таким заявлением должно быть принято органом управления, к компетенции которого отнесено разрешение вопроса о ликвидации должника (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве). 

В настоящем случае полномочия принятия вопроса о ликвидации должника прямо предоставлены Правлению должника в соответствии с пунктом 3.2.1, подпунктом 6 пункта 3.2.3 Устава должника. 

Так, из положении? подпункта 6 пункта 3.2.3 Устава должника прямя следует, что к исключительнои? компетенции Правления относится принятие решения о ликвидации Центра. 

Таким образом, с учетом положении? пункта 3.1 Закона о банкротстве, пункта 13 Постановления № 53 и подпункта 6 пункта 3.2.3 Устава должника, члены правления в количестве трех человек - ФИО3, ФИО4 и ФИО7, также не исполнили принятои? на себя обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве. 

Обращает на себя внимание и то обстоятельство, что в силу положении? подпунктов 2 и 10 пункта 3.2.3 Устава должника и исключительнои? компетенции Правления относится определение приоритетных направлении? деятельности должника, принципов формирования и использования его имущества; утверждение годового отчета и бухгалтерскои? (финансовои? отчетности). 

Таким образом, члены Правления, выполняя возложенные на них задачи по определению порядка использования имуществом и утверждение бухгалтерскои? (финансовои?) отчетности, не могли не быть осведомлены о заключе?нных договорах аренды № 4/ЦС от 19.10.2017 и 5/ЦС от 27.11.2017, из условиях, в том числе, согласованных штрафных санкциях за неисполнение обязательств по оплате аренднои? платы. 

Таким образом, заключению и исполнению договоров аренды № 4/ЦС от 19.10.2017 и 5/ЦС от 27.11.2017 судом дана оценка применительно к обстоятельствам возникновения признаков неплатежеспособности и наличия основании? для привлечения к субсидиарнои? ответственности. 

Невыполнение Правлением, осведомленным о заключении спорных договоров, а также о признаках неплате?жеспособности в силу полномочии? Устава (пункты 6 и 10 статьи 3.2.3 Устава), обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов должника информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Такое поведение повлекло за собои? принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворить требования новых кредиторов, и, как следствие, возникновение у кредиторов должника убытков. 

В судебнои? практике и доктрине упомянут принцип estoppel, направленныи? на предотвращение непоследовательного процессуального поведения лиц, участвующих в деле, которое рассматривается как проявление недобросовестности лица и направленное на извлечение собственнои? выгоды из такого поведения. 

С учетом вышеизложенных фактических обстоятельств судом первой инстанции установлена недобросовестность членов Правления, привлеченных к субсидиарнои? ответственности, применительно к материальному отношению, которое стало основанием для обращения в суд. 

До привлечения к субсидиарнои? ответственности у членов Правления должника, в чьи исключительные полномочия входило определение порядка использования имуществом и утверждение бухгалтерскои? (финансовои?) отчетности, не возникало вопросов по целесообразности и правомерности заключения и исполнения должником договоров аренды № 4/ЦС от 19.10.2017 и 5/ЦС от 27.11.2017. 

Исходя из позиции заявителя, основаннои? на сформированнои? судебно-арбитражнои? практике, предоставляющеи? лицам, привлекаемым к субсидиарнои? ответственности, право на реализацию ряда полномочии? конкурсного управляющего и кредиторов в деле о банкротстве в целях уменьшения размера субсидиарнои? ответственности и заинтересованности в должном формировании и расходовании конкурснои? массы, члены Правления не были лишены своевременнои? возможности реализации своих прав на заявление возражении? при рассмотрении как обоснованности заявления о признании должника банкротом, так и оспаривания сделки до установления судом основании? и обстоятельств для привлечения к субсидиарнои? ответственности. 

Таким образом, суд первой инстанциирасценил процессуальное поведение привлеченного к субсидиарнои? ответственности лица ничем иным, кроме как направленным на извлечение собственнои? выгоды из своего же недобросовестного поведения. 

Относительно доводов о не обращении конкурсного управляющего в суд с апелляционнои? жалобои? на решение Арбитражного суда города Москвы от 28.05.2019 по делу № А40-81681/2019 и ходатаи?ством о восстановлении процессуального срока, в том числе, в целях снижения неустои?ки, обращает на себя внимание то обстоятельство, что реализация конкурсным управляющим права на обжалование судебного акта не влечет автоматическои? отмены судебного акта и не может быть основана на предположениях. 

Суд должен располагать доказательствами, очевидно свидетельствующими о нарушении истцом и ответчиком закона и направленности их деи?ствии? на создание мнимых правоотношении? и мнимои? кредиторскои? задолженности. 

Из разъяснении? Высшего Арбитражного Суда России?скои? Федерации, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках», следует, что при решении вопроса о восстановлении пропущенного срока подачи жалобы арбитражному суду следует оценивать обоснованность доводов лица, настаивающего на таком восстановлении, в целях предотвращения злоупотреблении? при обжаловании судебных актов и учитывать, что необоснованное восстановление пропущенного процессуального срока может привести к нарушению принципа правовои? определенности и соответствующих процессуальных гарантии?. 

При решении вопроса о восстановлении процессуального срока судам следует соблюдать баланс между принципом правовои? определенности и правом на справедливое судебное разбирательство, предполагающим вынесение законного и обоснованного судебного решения, с тем, чтобы восстановление пропущенного срока могло иметь место лишь в течение ограниченного разумными пределами периода и при наличии существенных объективных обстоятельств, не позволивших заинтересованному лицу, добивающемуся его восстановления, защитить свои права. 

Таких доказательств в материалы спора не представлено. 

Доказательств наличия у конкурсного управляющего соответствующих документов, позволивших бы перспективно оспорить судебныи? акт, с учетом установленного судом в рамках настоящего дела факта непередачи конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и (или) отчетности (определение от 11.05.2021) не представлено. 

Кроме того, определением судом конкретного размера неустои?ки не является выводом суда о применении нормы материального права. 

В связи с чем доводы о непринятии мер по оспариванию судебного акта сводятся к предположениям. 

Относительно доводов о неоспариванииплатежеи? должника и неприятия мер по формированию конкурснои? массы, непринятия мер по взысканию обеспечительного депозита по договорам аренды и осмотра и инвентаризации имущества должника в арендуемых помещениях. 

В соответствии с правовои? позициеи?, изложеннои? в Определении Судебнои? коллегии по экономическим спорам Верховного Суда России?скои? Федерации от 23.08.2019 № 304-ЭС15-2412 (19), положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурснои? массы в тои? или инои? форме. 

В целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением деи?ствующего в своем интересе и в своеи? выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота. Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественнои? массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительнои?. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условии? для ее аннулирования не имеется. 

Необходимо также учитывать, что кроме стоимостных величин при квалификации сделки во внимание должны приниматься и все обстоятельства ее совершения, указывающие на возможность получения взаимнои? выгоды сторонами, то есть суд должен исследовать контекст отношении? должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным (определение Судебнои? коллегии по экономическим спорам Верховного Суда России?скои? Федерации от 15.02.2019 № 305-ЭС18- 8671 (2). 

В силу правовых подходов, сформулированных в определении Судебнои? коллегии по экономическим спорам Верховного Суда России?скои? Федерации от 30.07.2020 № 310-ЭС18-12776(2), гражданское законодательство основывается на презюмируемои? разумности деи?ствии? участников гражданских правоотношении?. 

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этои? сторонои? заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта даннои? стороны, тои? ситуации, в которои? она находится, существа правового регулирования заключеннои? ею сделки, сложившеи?ся практики взаимодеи?ствия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах. 

Суд первой инстанции согласился с конкурсным управляющим в том, что, следуя логике ФИО7? Л.В., конкурсныи? управляющии? должен был оспаривать перечисления должника в пользу его же работников, в отсутствии у него документов должника, в том числе базы 1С - бухгалтерия, трудовых договоров намеренно скрываемых от него исполнительном органом должника, в «отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и деи?ствительныи? оборот» (постановление Арбитражного суда Московского округа от 04.10.2021) при «отсутствии текущего и систематического контроля за деятельностью генерального директора Центра», располагая лишь выписками по счету, предоставленными ему кредитными учреждениями по критериям известным, по- видимому только ФИО7? Л.В., или же все платежи подряд. 

Таким образом, ФИО7 перекладывает на конкурсного управляющего наступление неблагоприятных последствии? в связи с непередачеи? бывшим генеральным директором должника документации. 

Платежи в пользу ФИО8, ФИО2 и других лиц осуществлялись с назначением платежа «На выплату заработнои? платы», «Хозяи?ственные расходы», «Выплаты социального характера», «Командировочные расходы». При этом ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 - работники должника, что также подтверждает в своих процессуальных документах ФИО7 Денежные средства расходовались на выплату им заработнои? платы так и выдавались на хозяи?ственные нужды. 

Довод ФИО7? Л.В. о том, что платежи в адрес указанных лиц в 2017 году, якобы нецелевым образом потрачены, противоречит материалам дела. 

Если обратиться к балансу за 2017, то дебиторская задолженность у должника отсутствует. Денежные средства выдавались подотчетным лицам не безосновательно, поскольку единственныи? учредитель должника предоставил временному управляющему авансовые отче?ты о целевом расходовании средств, подтверждающие, что денежные средства расходовались на нужды должника, а именно, осуществлялся ремонт помещении?, закупались строительные материалы. 

Такие документы в материалы дела предоставлялись, что подтверждает единственныи? учредитель в дополнении № 1 к отзыву на заявление конкурсного управляющего о привлечении контролирующих к субсидиарнои? ответственности. Авансовые отчеты № 7 от 30.03.2018 с приложениями на 5 листах приложены к дополнению № 1. 

В отношении иных подозрительных сделок должника, описанных временным управляющим в финансовом анализе, конкурсныи? управляющии? пояснил, что одна сделка оспорена с ООО «ВБХ», второе юридическое лицо ООО «Холдинг оптимальныи? ресурс» было ликвидировано налоговым органом в декабре 2018 года, а АНО в сфере развития популяризации культуры и спорта получило от должника благотворительныи? взнос (сделка не подразумевает встречное исполнение). 

При этом, как уже указано выше, при принятии судебного акта о привлечении к субсидиарнои? ответственности суд также пришел к выводу о доказанности основании? для привлечения контролирующего лица должника - генерального директора ФИО2 к субсидиарнои? ответственности по основаниям статьи 61.11 Закона о банкротстве – за непередачу документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством России?скои? Федерации. 

Определением от 17.01.2020 о введении в отношении должника процедуры наблюдения суд обязал руководителя должника не позднее пятнадцати днеи? с даты утверждения временного управляющего предоставить временному управляющему перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения; акт приема-передачи предоставить в суд. 

Решением от 19.08.2020 о признании должника банкротом суд также обязал руководителя должника в течение трех днеи? с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати и штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему; акт приема-передачи представить в суд. 

Определение и решение руководителем должника проигнорированы, доказательств их исполнения суду спустя полтора после введения в отношении должника первои? процедуры банкротства не представлено. 

Временным управляющим для принудительного исполнения был получен в арбитражном суде и направлен в службу судебных приставов исполнительныи? лист. 

В связи с непередачеи? документов конкурсныи? управляющии? не имеет документации в виде всех заключенных договоров должником, и всех взаиморасчетов по ним, а также сведении? об имуществе должника, что существенно затруднило процедуру банкротства, препятствовало пополнению конкурснои? массы за счет, в том числе, взыскания дебиторскои? задолженности. 

Указанные обстоятельства установлены судом и послужили основанием для привлечения лица к субсидиарнои? ответственности. 

Суду не представлено доказательств в подтверждение предоставления в распоряжение конкурсного управляющего документов, позволяющих установить месторасположение имущества должника, а равно и идентифицировать имущество как имущество должника. 

Кроме того, о каком именно имуществе идет речь в жалобе, не конкретизировано.

Доводы жалобы в этои? части документально не подтверждены.Заявление подобных доводов судом расценено как перекладывание на конкурсного управляющего ответственности за недобросовестное и не соответствующее положениям Закона о банкротстве бездеи?ствие руководителя должника. 

Фактические обстоятельства исполнения сторонами обязательств по договорам аренды 4/ЦС и 5ЦС уже были предметом рассмотрения арбитражного суда в рамках обособленного спора о привлечении контролирующих должника лиц, в том числе и заявительницы жалобы к субсидиарнои? ответственности. 

Так, согласно определению от 11.05.2021 арбитражным судом было установлено, что «Кроме того, у должника до 24.10.2017 была обязанность внести по договору № 4/ЦС от 19.10.2017 депозит на сумму 850 000 руб., что сделано не было». 

Согласно условиям второго договора аренды №5/ЦС от 27.11.2017 должник арендовал пять помещении? на 6 этаже здания по адресу ул. Поварская, 10, стр.1, Москва, общеи? площадью 145 кв.м, срок аренды с 11.12.2017 по 30.11.2018. Арендная плата по данному договору составляла 425 000 руб. в месяц. Кроме того, должник был обязан в срок до 11.12.2017 разместить на сче?те субарендодателя депозит 425 000 руб., обеспечивающии? арендные платежи арендатора за 1 месяц в случае просрочки им аренднои? платы.». 

Расчеты по депозитным платежам предоставлялись конкурсным управляющим в материалы обособленного спора по привлечению ФИО7? Л.В. к субсидиарнои? ответственности, что ФИО7 не оспаривает. 

На основании данных расчетов была определена дата наступления объективного банкротства.

Какие-либо возражения по расчетам ФИО7? Л.В. не предъявлялись. 

Конкурсныи? управляющии? обязан принять все необходимые деи?ствия для розыска имущества должника. Между тем в материалах дела имеется письмо арендодателю должника ООО «Центр Сити» о месте нахождения мебели, в котором указано об отсутствии сведении? о месте нахождения мебели и офиснои? техники должника. Руководитель должника какие-либо сведения о месте нахождения мебели и офиснои? техники управляющему не предоставил, за что и был привлече?н к субсидиарнои? ответственности 

В определении Арбитражного суда города Москвы о привлечении к субсидиарнои? ответственности ФИО7 суд указал, что в связи с не передачеи? документов конкурсныи? управляющии? не имеет документации в виде всех заключенных договоров должником, и всех взаиморасчетов по ним, а также сведении? об имуществе должника, что существенно затруднило процедуру банкротства, препятствовало пополнению конкурснои? массы за счет, в том числе, взыскания дебиторскои? задолженности. 

Согласно правовои? позиции, изложеннои? в определении Верховного Суда России России?скои? Федерации от 16.10.2017 № 302-ЭС17-9244, отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. 

Одним из доводов ФИО7? Л.В., по которым конкурсныи? управляющии? должна была оспорить договора аренды – наличие ареста на здание, в котором должник арендовал помещения. 

При этом ФИО7, вменяя данное бездеи?ствие конкурсному управляющему, не приводит фактов того, что конкурсныи? управляющии? мог знать об этом факте, учитывая отсутствие добросовестного сотрудничества Правления и генерального органа с арбитражным судом и утвержденным управляющим. 

Спустя месяц после вынесения Верховным судом России?скои? Федерации определения от 30.12.2021 об отказе в передаче кассационных жалоб ФИО7? Л.В. и ФИО3 на Постановление Арбитражного суда Московского округа от 04.10.2021 о привлечении ФИО7? Л.В. к субсидиарнои? ответственности ФИО7 04.02.2022 направила требование конкурсному управляющему об оспаривании сделки должника. 

Данное требование не содержало какои? либо ссылки на арест здания. ФИО7? Л.В. предложено конкурсному управляющему оспорить договоры аренды по общегражданским основаниям (статьи 10, 168, 170 ГК РФ). 

09.03.2022 ФИО7 самостоятельно обратилась в арбитражныи? суд с заявлением о признании договоров аренды недеи?ствительными сделками. 

16.03.2022 Арбитражныи? суд города Москвы принял заявление ФИО7? Л.В. и назначил судебное заседание на 27.04.2022. 

27.04.2022 в ходе судебного заседания представитель ФИО7? Л.В. представил в арбитражныи? суд дополнения к заявлению об оспаривании договоров аренды с ООО «ЦентрСити», в котором было изложено такое основание, как наличие ареста, из чего можно сделать вывод о том, что ФИО7 знала об этом обстоятельстве задолго, поскольку является контролирующим должника лицом и лицом, осведомленном о заключении договоров, как отмечено судом кассационнои? инстанции при вынесении постановления о привлечении ее? субсидиарнои? ответственности. 

Из заявления ФИО7? Л.В. не ясно в чем состоит злоупотребление правом, учитывая, что арендодатель передал имущество в аренду, а должник его принял, пользовался и осуществлял перечисления средств за аренду. 

Уголовныи? арест не является препятствием для сдачи имущества в аренду, что подтверждается, в том числе, пунктом 94 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положении? раздела I части первои? Гражданского кодекса России?скои? Федерации», определением Верховного Суда РФ от 25.09.2017 № 308-ЭС17-12660 по делу № А20-891/15, определением Верховного Суда РФ от 17.07.2020 № 309-ЭС20-10301 по делу №А60-14636/2019. 

Из постановления Басманного раи?онного суда не следует, что арест запрещает заключать сделки по аренде имущества, а равно, что сдаваемое в аренду имущество подлежит изъятию у собственника на ответственное хранение. 

Таким образом, посредством предъявления заявления по настоящему спору ФИО7 фактически имеет намерение отменить судебныи? акт по требованиям кредитора в не предусмотренном законодательством порядке. 

Договоры аренды являлись предметом рассмотрения судов по делу № А40-81681/19-41-746, а также по настоящему делу о банкротстве. 

Как следует из обстоятельств, установленных в том числе, по делу № А40-81681/19-41-746 о взыскании арендных платежеи? в пользу ООО «Центр Сити», должник осуществлял использование предоставленных в аренду помещении?, несмотря на наличие ареста, в том числе оплачивал аренду, выдавал гарантии?ные письма и пр. 

Какие-либо препятствия, вызванные арестом для использования помещении? должником по целевому назначению, отсутствовали. 

Доказательств обратного не представлено. 

Суд первой инстанции согласился с конкурсным управляющим в том, что ФИО7? Л.В. допущено злоупотребление правом, что является основанием для отказа в удовлетворении ее жалобы и заявления о признании сделки недеи?ствительнои?. 

Злоупотребление правом выражено в следующем: 

с момента заключения договоров аренды (19.10.2017 и 27.11.2017) и вплоть до даты привлечения ФИО7? Л.В. к субсидиарнои? ответственности, органы управления должника не оспаривали аренду и никакого интереса в отношении проблемного финансового состояния не проявляли. Должник, в лице органов его управления пользовался арендованным имуществом, частично осуществлял погашение арендных платежеи? и признавал существование арендных правоотношении? с ООО «Центр Сити»; 

договоры аренды были заключены под контролем ФИО7? Л.В., поскольку, будучи членом Правления должника, она не могла не знать о существовании договоров аренды, но не возражала относительно арендных правоотношении?; 

ни в рамках дела № А40-81681/19-41-746 о взыскании с должника арендных платежеи?, ни при рассмотрении требовании? ООО «Центр Сити» к должнику в рамках настоящего дела о банкротстве, ФИО7? Л.В. какие-либо возражения относительно аренды не предъявлялись; 

Кроме того, арбитражным судом в рамках обособленного спора о привлечении ФИО7? Л.В. к субсидиарнои? ответственности установлено, что учредитель должника - ФГБУ «Рослесинфорг» непосредственно финансировал должника, в том числе финансировал расходы по аренде помещении?. 

Непосредственным же руководителем ФГБУ «Рослесинфорг» был ФИО3, являющии?ся одновременно и Председателем Правления должника. Иными словами, само Правление не только знало о наличии данных договоров и условиях, прописанных в данных Договорах, но и способствовало их заключению. 

По сути договоры аренды напрямую касаются основнои? производственнои? деятельности должника, и членам Правления не могло не быть известно о них. 

Таким образом, условия договоров аренды должны были быть знакомы ФИО7? Л.В. Несогласие с их условиями, а также оспаривание уже после привлечения ее к субсидиарнои? ответственности вследствие, в том числе, неисполнения условии? этих самых договоров, является недобросовестным поведением. 

Также необходимо отметить, что должнику предоставлялись денежные средства на оплату арендных платежеи? непосредственно учредителем ФГБУ «Рослесинфорг», какие либо уведомления об отказе от исполнения договоров, а также просьбы арендатора об обеспечении приемки арендуемых помещении? в связи с односторонним расторжением договоров, телеграммы с просьбои? в связи с расторжением договора обеспечить явку уполномоченного представителя арендодателя для подписания акта приема-передачи (возврата) помещения и другие конклюдентные деи?ствия предусмотренные обычаями делового оборота арендатором не направлялись арендодателю. 

Кроме того, согласно определению Арбитражного суда города Москвы о включении в Реестр требовании? кредиторов от 17.01.2020 требования конкурсного кредитора ООО «Центр Сити» признаны гарантии?ным письмом должника от 30.07.2018. Также установлено, что договор аренды № 4/ЦС был заключе?н должником 19.10.2017, а договор 5/ЦС 27.11.2017, т.е. во время осуществления своих полномочии? Правлением должника, в том числе полномочии? ФИО7? Л.В. 

Как установлено в ходе обособленного спора о привлечении к субсидиарнои? ответственности (постановление Арбитражного суда Московского округа страница 14) члены Правления знакомы с одним из отче?тов Должника от 31.10.2017. Договор аренды № 4/ЦС был заключе?н Должником 19.10.2017, т.е. Правление в полном составе было знакомо с условиями договора. 

Сторона, подтвердившая каким-либо образом деи?ствие договора (сделки), не вправе ссылаться на его (ее) незаключенность (недеи?ствительность, мнимость), что влечет за собои? в целях пресечения необоснованных процессуальных нарушении? потерю права на возражение (правило эстоппель). 

В обособленном споре о привлечении ее? к субсидиарнои? ответственности ФИО7 не опровергла обстоятельств того, что именно она и другие лица, а не кто-то другои?, принимали управленческие решения в отношении должника, в том числе одобряли заключение договоров аренды помещении?. 

С учетом вышеизложенных обстоятельств судом первой инстанции не установлено основании? для вывода о несоответствии деи?ствии? конкурсного управляющего законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностеи?); факта несоответствия этих деи?ствии? требованиям разумности и добросовестности. 

Заявителем не доказана совокупность обстоятельств, при которых наступает ответственность конкурсного управляющего для возложения на него гражданско-правовои? ответственности в виде возмещения убытков. Поскольку не доказан факт ненадлежащего исполнения обязанностеи? конкурсным управляющим, то требование о взыскании с него убытков также не подлежит удовлетворению. 

Приведенные доводы, в том числе, о дате объективного банкротства, сводятся к переоценке выводов вступивших в законную силу судебных актов. 

Обращение заявителя в суд с настоящими заявлениями и жалобами направлено ни на что иное, нежели чем на предоставление заявителю ничем не предусмотреннои? и противоречащеи? принципу правовои? определенности возможности неоднократного рассмотрения дела в суде первои? инстанции с представлением новых доказательств и приведением новых доводов в опровержение и переоценку выводов и обстоятельств, установленных вступившими в законную силу судебными актами, прошедшими все инстанции арбитражного судопроизводства, правом на предъявление и заявление которых заявитель не воспользовался в отсутствие на то уважительных причин. 

При принятии судебного акта о привлечении к субсидиарнои? ответственности суд первой инстанции также пришел к выводу о доказанности основании? для привлечения контролирующих лиц должника - генерального директора ФИО2 к субсидиарнои? ответственности по основаниям статьи 61.11 Закона о банкротстве – за непередачу документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством России?скои? Федерации, генерального директора ФИО2 и членов правления ФИО3, ФИО4 и ФИО7 по основаниям статьи 61.12 Закона о банкротстве за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве.

Учтя положения статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве, пункта 19 постановления Пленума ВАС РФ № 53, суд первой инстанции указал следующее.

Являясь контролирующим должника лицом, ФИО7 самоустранилась от решения вопросов, входящих в ее компетенцию по контролю за деятельностью контролируемого лица, проявила халатность, на что указал Арбитражныи? суд Московского округа в постановлении по спору о привлечении ФИО7? Л.В. к субсидиарнои? ответственности. 

В результате такого поведения контролирующих должника лиц должник признан банкротом. 

Если бы должник своевременно обратился в арбитражныи? суд с заявлением о своем банкротстве, то неустои?ки не начислялись бы, поскольку с даты введения процедуры наблюдения приостанавливаются санкции за неисполнение обязательств. 

Довод о том, что суд первои? инстанции неправильно определил дату (19.02.2018), после которои? у Правления наступила обязанность по подачи заявления о признании должника банкротом, касается спора об обстоятельствах привлечения к субсидиарнои? ответственности, которыи? разрешен судами ранее. 

Довод в отношении переноса даты наступления объективного банкротства в связи с необходимостью провести собрание в десятидневныи? срок (до 15.06.2018) не согласуется с Уставом должника, поскольку в нем отсутствуют соответствующие нормы о том, что высшим органом управления является Общее собрание. 

Согласно уставу высшим органом должника является Правление (п. 3.2.1 Устава), состоящее из трех человек – работников Учредителя. Необходимость проведения какого либо собрания для целеи? подачи заявления о банкротстве в таком случае не требуется, поскольку оно может быть проведено в течении рабочего дня, например, в обеденныи? перерыв. 

Бремя доказывания отсутствия причиннои? связи между невозможностью удовлетворения требовании? кредитора и нарушением обязанности, предусмотреннои? пунктом 1 настоящеи? статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах) (стр. 8 Постановления Арбитражного суда Московского округа от 04.10.2021). 

Таким образом, размер субсидиарнои? ответственности по обязательствам должника подлежит определению в размере 16 113 796, 18 руб. в отношении ФИО2 и 10 373 435, 18 руб. в отношении ФИО3, ФИО4 и ФИО7? Людмилы Владимировны. 

Апелляционный суд соглашатеся с выводами суда первой инстанции.

ФИО2 в своей апелляционной жалобе указал, что суд первой инстанции не учел при рассмотрении объединенного дела факта уплаты должником, т.е. непосредственно самим ФИО2 двух депозитных платежей в пользу Арендодателя, данный довод заявлялся ФИО7 в своей жалобе на конкурсного управляющего и при рассмотрении заявления об установлении размера субсидиарной ответственности ФИО7 Данный факт, полагает он, влияет на размер субсидиарной ответственности других лиц – ФИО7 и других членов Правления. Размер своей ответственности он не оспаривает, поскольку он привлечен по другим основаниям (за не передачу документов).

Апелляционный суд отклоняет данный довод апеллянта.

Расчеты по определению даты наступления объективного банкротства предоставлялись конкурсным управляющим в материалы обособленного спора по привлечению ФИО7 к субсидиарной ответственности. На основании данных расчетов была определена дата наступления объективного банкротства. Какие-либо возражения по расчетам не предъявлялись. Все платежи в данном расчете были отражены и судом первой инстанции проверены.

11.05.2021 Арбитражный суд Московского округа привлек ФИО2 к субсидиарной ответственности.

В мотивировочной части определения Арбитражного суда города Москвы от 11.05.2021 указано:«Ответчики ФИО2, ФИО4 и ФИО7 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания уведомлены надлежащим образом. Заявление рассмотрено в порядке статей 123, 156 АПК РФ.».

Кроме того, в решении по делу о взыскании арендных платежей от 18.02.2022 (исковое производство) по делу № А40-81681/19-41-74 изложено: «Принимая во внимание, что со дня принятия обжалуемого судебного акта прошло 3 года, суд в мотивированном решении ограничивается указанием на то, что при рассмотрении дела, исследовав письменные доказательства, в том числе договоры аренды от 19.10.2017 № 4/ЦС и от 27.11.2017 № 5/ЦС, гарантийное письмо ответчика от 30.07.2018, проверив расчет истца, суд посчитал установленными обстоятельства, на которые сослался истец в исковом заявлении, и на основании ст. 309, 329, 330, 614 Российской Федерации иск удовлетворил.»

В соответствии с п.2.1.1 Договоров аренды Депозит может быть использован Арендодателем для возмещения убытков, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением Арендатором своих обязательств по настоящему Договору.

Довод ФИО7 о том, что суд первой инстанции незаконно увеличил размер субсидиарной ответственности членов правления и руководителя до 26 487 231,2 руб. вместо размера субсидиарной ответственности, определяемой по нормам Закона о банкротстве (п. 11 ст. 61.11, п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве) не основан на нормах материального права.

В определении Верховного суда Российской Федерации от 30.12.2021 по № 305-ЭС21-25414 (1,2) указано: «Отменяя постановление апелляционного суда в обжалуемой части, Арбитражный суд Московского округа руководствовался статьями 9 и 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и исходили из того, что суд первой инстанции пришел к правильному выводу о доказанности заявителем оснований для привлечения членов правления должника к субсидиарной ответственности в связи с неподачей в суд заявления о банкротстве управляемой ими организации».

Согласно п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве «Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Если обратиться к вступившему в силу определению Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2022, принятому по жалобе ФИО3 на конкурсного управляющего, то в нем в резолютивной части определен размер:«….установить размер субсидиарной ответственности по обязательствам АНО «НАЦИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНТР ПОДДЕРЖКИ ЛЕСНЫХ ПРОГРАММ» в размере 16 113 796, 18 руб. в отношении ФИО2 и 10 373 435, 18 руб. в отношении ФИО3, ФИО4 и ФИО7.»

Денежные средства 10 373 435, 18 руб. в полном объеме добровольно уплачены солидарным должником ФИО3 в пользу кредитора и уполномоченного органа.

В случае полного или частичного удовлетворения требования кредитора лицом, привлеченным к ответственности, в соответствующей сумме уменьшается размер требования этого кредитора к должнику, лицу, предоставившему обеспечение, иным лицам, к которым может быть предъявлено требование в соответствии с настоящей главой. (абз.3. п. 6 ст. 61.17 Закона о банкротстве).

Таким образом, ответственность перед кредиторами ФИО7 в настоящее время равна нулю, а вопрос определения размера её ответственности детально разобран и определен в судебном акте, вступившем в законную силу.

СсылкаФИО7 надело № А40-41674/21-125-277 об отказе ООО «Центр Сити» во взыскании аренды не имеет значения для настоящего спора, поскольку в немрассмотрены иные фактические обстоятельства.

Напротив, в рамках настоящего дела имеется решение по делу № А40-81681/19-41-746 на основании которого возбуждено дело о банкротстве должника, которым установлено право ООО «Центр Сити» на взыскание аренды с должника.

Между тем, настоящее дело о банкротстве возбуждено на основании решения Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-81681/19-41-746 от 28.05.2019.

В рамках данного дела требования ООО Центр Сити о взыскании арендных платежей были удовлетворены.

Конкурсный управляющий обращает внимание, что решение, на которое ссылается ФИО7 было вынесено спустя два года после взыскания ООО «Центр Сити» задолженности с должника и на момент возбуждения дела о банкротстве, а равно на момент взыскания задолженности по аренде с должника, эти обстоятельства установлены не были

Приведённое заявительницей дело № А40-41674/21-125-277 не может быть принято во внимание, также и в связи с тем, что, поскольку договор аренды с арендодателем (Фонд содействия комплексной реабилитации участников боевых действий спецслужб «Долина Бельбек» был заключён 27.03.2019, а права ООО «Центр Сити» на сдачу в аренду помещения появились только с 31.03.2019 (согласно соглашению между ООО «Сити Холдинг» и ООО «Центр Сити»), что и послужило основанием для отказа в удовлетворении искового заявления.

Кроме того, должник не участвовал в рамках дела № А40-41674/21-125-277, что в соответствии со ст.69 АПК РФ также свидетельствует о невозможности применения решения по данному делу в рамках настоящего обособленного спора.

Решение по второму делу № А40-10648/23-85-85, на которое ссылается апеллянт вынесено в полном объеме уже после вынесения арбитражным судом обжалуемого определения. Обстоятельства данного дела в суде первой инстанции апеллянтом не излагались и не были известны суду первой инстанции. Данное решение в законную силу не вступило и обжаловано, что следует из картотеки арбитражных дел.

Решение по делу № А40-10648/23-85-85 основывается на решении по делу № А40-41674/21-125-277, в котором, в свою очередь, основанием для отказа было то, что Арендодатель не имел право сдавать в аренду помещения, поскольку право на сдачу помещений у него самого еще не возникло из-за несоответствия дат заключения договора передачи прав арендодателя и даты договора аренды.

Довод ФИО7 о том, что у собственника помещения не было права на передачу помещений опровергается в том числе решением по делу о взыскании арендных платежей от 18.02.2022 по делу № А40-81681/19-41-74: «Принимая во внимание, что со дня принятия обжалуемого судебного акта прошло 3 года, суд в мотивированном решении ограничивается указанием на то, что при рассмотрении дела, исследовав письменные доказательства, в том числе договоры аренды от 19.10.2017 № 4/ЦС и от 27.11.2017 № 5/ЦС, гарантийное письмо ответчика от 30.07.2018, проверив расчет истца, суд посчитал установленными обстоятельства, на которые сослался истец в исковом заявлении, и на основании ст. 309, 329, 330, 614 Российской Федерации иск удовлетворил.»

Как следует из обстоятельств, установленных по делу № А40-81681/19-41-746 о взыскании арендных платежей в пользу ООО «Центр Сити», должник владел помещениями. Факт владения вещью может подтверждаться как непосредственным постоянным физическим контактом, так и без такового. Помещения по акту приема-передачи были переданы Должнику. Следовательно, владение Должником осуществлялось.

Из постановления Басманного районного суда не следует, что арест ограничивает обязательственные права собственника помещения, в том числе передавать право владения другому лицу. Не содержится в судебном акте и предписание об изъятии здания у собственника и передачи его на ответственное хранение.

Посредством предъявления настоящего заявления ФИО7 имеет намерение отменить судебный акт по требованиям кредитора в не предусмотренном законодательством порядке, минуя стадию обжалования.

Договоры аренды являлись предметом рассмотрения судов по делу № А40-81681/19-41-746, а также по настоящему делу о банкротстве.

Довод ФИО7 о том, что «Арендодатель не предпринимал меры по взысканию задолженности», не соответствует материалам дела № А40-81681/19. Такое требование предъявлялось должнику 16.07.2018.

Довод ФИО7 «об отсутствии постоянной финансовой возможности вносить плату за аренду помещения в центре Москвы» не свидетельствует о том, что Арендодатель был осведомлен о неплатежеспособности Арендатора. Стороны аффилированными лицами не являются.

Довод апеллянта об отсутствии права на оспаривание договоров аренды неоснован на нормах права и обстоятельствах настоящего спора.

Согласно ст. 10 Федерального закона от 12.01.1996 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях»: «Крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения предварительного согласия на ее совершение, может быть признана недействительной в соответствии со статьей 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации по иску автономной некоммерческой организации, ее учредителей (учредителя) или членов (члена) коллегиального высшего органа управления, если будет доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии предварительного согласия на совершение такой сделки учредителей (учредителя) или коллегиального высшего органа управления.

Таким образом, ФИО7, могла оспорить договоры, в случае отсутствия такого одобрения со стороны Правления этих договоров аренды.

Если обратиться к уставу Должника, то Правление наделено правом образования органов некоммерческой организации и досрочное их прекращение. (п.п. 9 п. 3.2.3). Таким образом, в случае несогласия с заключенными договорами ФИО7 имела возможность инициировать процедуру отстранения генерального директора от занимаемой должности, направить требования Председателю Правления о необходимости отстранения генерального директора.

Довод ФИО7 в поддержку ФИО2 о том, что суд в мотивировочной части сделал вывод о виновности ФИО2 наряду с членами Правления в неподаче заявления о признании должника банкротом, ещё раз свидетельствует о фактической заинтересованности ФИО7 и ФИО2 и все её доводы о виновности только генерального директора ФИО2 в доведении до банкротства должника несостоятельны.

Резолютивная часть определения содержит правильные выводы относительно виновности лиц, привлеченных к ответственности и их размер.

Довод ФИО7 о нарушении прав второго кредитора – уполномоченного органа не может быть принят во внимание, поскольку в рамках дела о банкротстве право на заявление возражений относительно требований кредиторов, в том числе посредством обжалования решения суда, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование, возникает у кредитора с момента принятия его требований к рассмотрению арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве (пункт 51 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019). Каких-либо заявлений об оспаривании сделок уполномоченный орган не подавал.

Иные доводы заявителей апелляционных жалоб не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 28.07.2023 по делу А40-274826/19 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО7 и ФИО2–без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                       Ю.Л. Головачева 

Судьи:                                                                                               Ж.Ц. Бальжинимаева

                                                                                                          А.А. Комаров