ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-13603/2021

22 июня 2024 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена 13 июня 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  22 июня 2024 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Тарасовой М.В., 

судей Серебровой А.Ю., Тойвонена И.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Байшевой А.А.,  

 

при участии:

от ФИО1 – представителя ФИО2 (доверенность от 02.05.2023), 

конкурсного управляющего ФИО3 (паспорт, посредством использования системы веб-конференции), 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ИП ФИО1 (регистрационный номер 13АП-8037/2024) на определение Арбитражного суда Калининградской области от 02.02.2024 по делу №А21-13603/2021 (судья Емельянова Н.В.), принятое одновременно по заявлению ФИО1 о намерении погасить требования кредиторов и по заявлению конкурсного управляющего об установлении стимулирующего вознаграждения в размере 30% от суммы требований кредиторов, погашенных ФИО1, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Евростройком», 

 

установил:

определением Арбитражного суда Калининградской области (далее – арбитражный суд) от 31.01.2022 принято к производству заявление Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Калининградской области о признании ООО «Евростройком» несостоятельным (банкротом) как отсутствующего должника.

Решением арбитражного суда от 30.08.2022 ООО «Евростройком» признано несостоятельным (банкротом) как отсутствующий должник, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

В арбитражный суд 10.11.2023 обратился ИП ФИО1 с заявлением о намерении удовлетворить требования кредиторов должника в полном объеме в течение 20 рабочих дней с момента вынесения арбитражным судом соответствующего определения путем внесения соответствующей суммы на расчетный счет должника.

В свою очередь, 27.12.2023 конкурсный управляющий обратился с заявлением об установлении стимулирующего вознаграждения в размере 30% от суммы требований кредиторов, погашенных ФИО1, что составляет 4 043 475,92 рублей (принято в рамках обособленного спора №39).

Протокольным определением арбитражного суда от 29.01.2024 оба заявления объединены для совместного рассмотрения.

Определением от 02.02.2024 арбитражный суд:

- удовлетворил заявление ИП ФИО1 о намерении погасить требования кредиторов в деле о банкротстве ООО «Евростройком» в размере 13 478 253,08 рублей; 

- предписал ФИО1 перечислить 13 478 253,08 рублей на счет должника в двадцатидневный срок с момента изготовления определения суда в полном объеме; 

- в случае погашения требований кредиторов конкурсному управляющему предписано  представить отчет по делу; 

- назначил дату проведения судебного заседания по результатам погашения на 28.02.2024; 

- установил конкурсному управляющему ФИО3 стимулирующее вознаграждение в размере 30% от суммы требований кредиторов, заявленных к погашению ИП ФИО1, в размере 4 043 475,92 рублей.

Не согласившись с определением от 02.02.2024 в части установления стимулирующего вознаграждения конкурсного управляющего, ИП ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит в указанной части судебный акт отменить и отказать конкурсному управляющему в удовлетворении требований.

В обоснование жалобы ее податель ссылается на то, что ранее обращался в суд с заявлением о намерении погасить задолженность ООО «Евростройком» перед уполномоченным органом, которое было принято определением суда от 18.04.2023. Погашение было произведено, но в связи с ошибкой, допущенной в реквизитах платежа, денежные средства налоговым органом были возвращены. В удовлетворении заявления ФИО1 о намерении погасить требования по обязательным платежам было отказано в связи с их погашением иным лицом. Апеллянт обращает внимание, что указанные действия никак не были связаны с подачей конкурсным управляющим заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Консолидированная позиция конкурсного управляющего по вопросу о привлечении к субсидиарной ответственности поступила в суд только 20.12.2023, тогда как заявление апеллянта о намерении погасить требования кредиторов поступило раньше – 10.11.2023. Податель жалобы настаивает на том, что привлечение его к субсидиарной ответственности не повлечет для него больших негативных последствий, чем добровольное погашение реестровых требований. Основания для привлечения ФИО1 к ответственности не бесспорны, контролирующим должника лицом в рамках закона последний не является. Иные доводы, изложенные судом первой инстанции, касающиеся оспоренных с ФИО1 сделок, об истребовании у него имущества, правового значения для установления стимулирующего вознаграждения не имеют. Апеллянт полагает недопустимым установление в обжалуемом судебном акте его статуса как контролирующего должника лица. Податель жалобы ссылается на некачественную и неэффективную работу конкурсного управляющего. Доказательств того, что намерение погасить требования кредиторов вызваны исключительно подачей конкурсным управляющим заявления о субсидиарной ответственности, не представлено.

В отзыве конкурсный управляющий возражает против отмены судебного акта, полагая его законным и обоснованным.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании представитель подателя жалобы поддержал изложенные в ней доводы; конкурсный управляющий возражал по основаниям, указанным в отзыве.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили.

Законность и обоснованность определения в обжалуемой части проверены в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156, части 5 статьи 268 АПК РФ.

Как следует из материалов электронного дела, размещенных в Картотеке арбитражных дел, и установлено судом первой инстанции, 20.02.2023 конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО5 в связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов, ввиду непередачи документации конкурсному управляющему; совершением подозрительных сделок с имуществом должника; а также за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Впоследствии 02.08.2023 в арбитражный суд конкурсным управляющим направлено ходатайство о привлечении ФИО1 в качестве соответчика по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, в котором изложены основания для признания наличия у ФИО1 статуса контролирующего должника лица, а также для привлечения его в качестве соответчика, 

Определением арбитражного от 02.08.2023 ФИО1 привлечен в качестве соответчика по требованиям конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. 

Затем 10.11.2023 ФИО1 обратился в суд с заявлением о намерении погасить требования кредиторов в деле о банкротстве ООО «Евростройком» (то есть спустя 3 месяца после подачи конкурсным управляющим ходатайства и привлечения судом ФИО1 в качестве соответчика).

В период с 28.03.2016 и по 30.08.2021 участником должника с долей в уставном капитале в размере 55% являлась ФИО6 (ИНН 

<

***>).

Из истребованных у органа, занимающегося учетом объектов недвижимости, документов следует, что ФИО6 является супругой ФИО1, поскольку в материалы дела представлено нотариальное согласие ФИО6, выданное своему супругу - ФИО1 на отчуждение ряда объектов недвижимости.

Указанные выше обстоятельства были также установлены судом в ходе рассмотрения заявления конкурсного управляющего к ФИО1 о признании сделки недействительной (определение арбитражного суда от 22.12.2023 по обособленному спору № А21-13603/2021-32).

Судом первой инстанции установлено, что конкурсным управляющим в рамках дела о банкротстве ООО «Евростройком» были поданы заявления об оспаривании сделок по отчуждению следующего имущества: транспортное средство (KIA QLE (SPORTAGE), 2017 года выпуска, идентификационный номер (VIN): 

<

***>) (определением арбитражного суда от 14.08.2023 сделка признана недействительной в рамках спора №А21-13603/2021-9); квартира с кадастровым номером 39:15:132505:1051 (определением арбитражного суда от 30.10.2023 сделка признана недействительной в рамках спора №А21-13603/2021-6); нежилые помещения с кадастровыми номерам 39:15:132505:893 и 39:15:132505:894 (спор №А21-13603/2021-7); машино-места с кадастровыми номерами 39:15:132505:921, 39:15:132505:922, 39:15:132505:923, 39:15:132505:918, 39:15:132505:919, 39:15:132505:920, 39:15:132505:968, 39:15:132505:969, 39:15:132505:972, 39:15:132505:971, 39:15:132505:967 (спор №А21-13603/2021-5); нежилое помещение с кадастровым номером 39:15:132505:880 (спор №А21-13603/2021-8); машино-места с кадастровыми номерами 39:15:132505:911, 39:15:132505:912 и 39:15:132505:924) (спор №А21-13603/2021-10); нежилое помещение с кадастровым номером 39:15:132505:886 (спор №А21-13603/2021-17); нежилые помещения с кадастровыми номерами 39:15:132505:946, 39:15:132505:947, 39:15:132505:949, 39:15:132505:950, 39:15:132505:951, 39:15:132505:952, 39:15:132505:954, 39:15:132505:955, 39:15:132505:982, 39:15:132505:983, 39:15:132505:929, 39:15:132505:933, 39:15:132505:934 (спор №А21-13603/2021-19); квартира с кадастровым номером 39:15:132505:834) (спор №А21-13603/2021-20); квартира с кадастровым номером 39:15:132505:829) (спор №А21-13603/2021-21); нежилые помещения с кадастровыми номерами 39:15:132505:964 и 39:15:132505:965 (спор №А21-13603/2021-22); нежилые помещения с кадастровыми номерами 39:15:132505:987 и 39:15:132505:988 (спор №А21-13603/2021-23); нежилые помещения с кадастровыми номерами 39:15:132505:956, 39:15:132505:957, 39:15:132505:958, 39:15:132505:960, 39:15:132505:961 (сделка с ФИО1, спор №А21-13603/2021-24); нежилые помещения с кадастровыми номерами 39:15:132505:962 и 39:15:132505:963 (спор №А21-13603/2021-25); нежилое помещение с кадастровым номером 39:15:132505:876 (сделка с ФИО1, спор №А21-13603/2021-26); квартира с кадастровым номером 39:15:132505:1064 (сделка с ФИО1, спор №А21-13603/2021-27); квартира с кадастровым номером 39:15:132505:1057 (сделка с ФИО1) (А21-13603/2021-35); квартира с кадастровым номером 39:15:132505:1055 (сделка с ФИО1) (спор №А21-13603/2021-33); квартира с кадастровым номером 39:15:132505:858 (сделка с ФИО1, спор №А21-13603/2021-34); квартира с кадастровым номером 39:15:132505:853 (сделка с ФИО1, спор №А21-13603/2021-32); машино-место с кадастровым номером 39:15:132505:991 (спор №А21-13603/2021-29); о признании недействительными сделками банковских операций по снятию ФИО4 денежных средств со счета должника на общую сумму 4 122 200 рублей (спор №А21-13603-18/2021); о признании недействительным договора займа от 24.09.2020 №001/09/2020, заключенного между должником и ООО «Ангора» (ФИО1 является генеральным директором и 100% участником данного общества, спор №А21-13603/2021-16); о признании недействительным договора купли-продажи ценных бумаг от 25.02.2020, заключенного между должником и ФИО7 (спор №А21-13603/2021-28). 

Также, конкурсным управляющим были поданы соответствующие исковые заявления о возврате задолженности и уплате процентов по договорам займа: дело №А40-76463/2023 о взыскании денежных средств с ООО «Ангора»; дело №А21-3365/2023 о взыскании денежных средств с ООО «АЗ-Строй»; дело №А21-3036/2023 о взыскании денежных средств с ООО «Паритет»; дело №2-3675/2023 (Ленинградский районный суд г. Калининграда) о взыскании денежных средств с ФИО4 

Кроме того, 12.09.2023 конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением к ИП ФИО1 об обязании возвратить нежилые помещения (кадастровые номера 39:15:132505:882, 39:15:132505:883, 39:15:132505:884, 39:15:132505:885, 39:15:132505:889, 39:15:132505:890, 39:15:132505:891, 39:15:132505:895, 39:15:132505:888) в конкурсную массу должника (дело №А21-11339/2023). 

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что в результате его активных действий по наполнению конкурсной массы, в том числе путем предъявления требований к ИП ФИО1 и подачи заявления о привлечении его соответчиком по спору о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, обратился в арбитражный суд с заявлением об установлении дополнительного стимулирующего вознаграждения.

Согласно пункту 3.1 статьи 20.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) арбитражный управляющий имеет право на получение дополнительного стимулирующего вознаграждения в виде процентов в связи с привлечением к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих должника, зависящего от результатов работы и реального вклада управляющего в конечный результат.

Право на получение такого вознаграждения возникает у арбитражного управляющего, в том числе, в случае взыскания денежных средств в конкурсную массу в результате исполнения судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности.

Особенности определения стимулирующего вознаграждения при удовлетворении требований кредиторов за счет денежных средств, поступивших в конкурсную массу в результате привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, установлены абзацами вторым, третьим пункта 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве. Арбитражный управляющий имеет право на получение 30 процентов от поступившей в конкурсную массу суммы (абзац первый пункта 64 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление №53).

Размер стимулирующего вознаграждения арбитражного управляющего по его заявлению устанавливается определением суда, рассматривающим дело о банкротстве, на основании которого соответствующая сумма подлежит перечислению управляющему.

При этом согласно абзацу пятому пункта 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве размер стимулирующего вознаграждения может быть снижен судом или в его выплате может быть отказано. Данное правило о снижении размера вознаграждения применяется, в частности, если будет установлено, что положительный результат в виде реального поступления денежных средств в конкурсную массу достигнут совместными действиями как арбитражного управляющего и привлеченных им специалистов, так и иных участвующих в деле о банкротстве лиц. В выплате стимулирующего вознаграждения может быть отказано, если арбитражный управляющий, привлеченные им специалисты не предпринимали меры, направленные на поиск контролирующих должника лиц и выявление их активов, занимали пассивную позицию в споре (в том числе не представляли доказательства, на основании которых контролирующее лицо привлечено к ответственности, не заявляли необходимые доводы и ходатайства), противодействовали привлечению лиц, контролирующих должника, к ответственности прямо либо косвенно (в частности, стремились привлечь к ответственности только номинального руководителя и освободить от ответственности фактического).

На основании изложенных правовых норм и фактических обстоятельств дела суд первой инстанции посчитал, что обращение ФИО1 в суд с заявлением о намерении погасить все требования кредиторов вызвано активными действиями конкурсного управляющего, предъявлением им требований о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

При указанных обстоятельствах суд определил стимулирующее вознаграждение конкурсного управляющего в максимальном размере, предусмотренном пунктом 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве, - 30 процентов от суммы, которая должна поступить в конкурсную массу при удовлетворении заявления ФИО8 о намерении погасить требования кредиторов, что составило 4 043 475,92 рублей. 

Возражения ФИО8, суть которых продублирована в апелляционной жалобе, отклонены судом первой инстанции в результате подробного анализа деятельности конкурсного управляющего и хронологии поступления в суд заявлений и ходатайств по настоящему делу.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовую позицию конкурсного управляющего в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Податель жалобы просит фактически лишить конкурсного управляющего стимулирующего вознаграждения, утверждая, что причинно-следственная связь между его намерением погасить реестровую задолженность и действиями конкурсного управляющего по обращению в суд с заявлением о привлечении апеллянта к субсидиарной ответственности отсутствует.

С указанными доводами невозможно согласиться.

Из мотивировочной части обжалуемого определения следует, что аналогичные возражения ФИО8, приведенные в апелляционной жалобе, получили исчерпывающую оценку со стороны суда первой инстанции.

Хронологически заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО8 соответчиком поступило в суд первой инстанции до того, как апеллянт обратился с ходатайством о намерении погасить требования кредиторов, что подтверждается материалами дела. 

Направление конкурсным управляющим «консолидированной позиции» после 10.11.2023 правового значения не имеет, поскольку названный документ является развернутыми пояснениями инициатора спора в порядке статьи 81 АПК РФ. 

Факты попыток ФИО8 погасить задолженность по обязательным платежам верно квалифицированы судом первой инстанции как его желание наиболее быстрым способом прекратить/завершить производство по делу, что потенциально могло пресечь в дальнейшем оспаривание конкурсным управляющим сделок, в том числе с самим ФИО8, и предъявление к нему требований.

Как верно указывает конкурсный управляющий и суд, ФИО8 не раскрыл истинную причину своих намерений погасить реестровую задолженность, настаивая на отсутствие взаимосвязи с требованием о привлечении его к субсидиарной ответственности.

При этом апелляционный суд принимает во внимание, что признание недействительными всех поименованных в обжалуемом судебном акте сделок должника с ФИО8 и ООО «Ангора» (участником и руководителем которого является апеллянт), истребование у ФИО8 всех объектов недвижимости очевидно привело бы к большим материальным потерям подателя жалобы нежели погашение реестровой задолженности ООО «Евростройком» и одномоментное прекращение производства по делу на этом основании. В качестве оснований для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности указано, в том числе, и совершение существенно убыточных для должника сделок, бенефициаром которых ответчик является, под влиянием контролирующих лиц. 

В связи с этим апелляционная коллегия не может согласиться с доводом апеллянта, что привлечение его к субсидиарной ответственности не повлекло бы для него больших негативных последствий, чем добровольное погашение реестровых требований. В данном случае дальнейшее производство по делу в целом, выполнение конкурсным управляющим мероприятий по оспариванию сделок, взысканию с ФИО8 денежных средств и истребование у него имущества, а также одновременное привлечение указанного лица к субсидиарной ответственности, очевидно, повлекло бы для апеллянта существенные финансовые и временные потери, превышающие его материальные издержки, вызванные желанием на данном этапе процедуры банкротства удовлетворить требования всех кредиторов. 

Суд первой инстанции объективно оценил объем проделанной конкурсным управляющим работы и его вклад в то, чтобы контролирующее должника лицо, к числу которых обоснованно отнесен и ФИО8, изъявило желание добровольно погасить задолженность без продолжения процедуры банкротства в последующем. 

Следует принять во внимание, что длительность процедуры банкротства отражается и на объеме текущих требований должника, относящихся к первой очереди удовлетворения, - размере вознаграждения управляющего и его расходах, связанных с процедурой. 

В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Следовательно, чем быстрее будет завершена процедура банкротства, тем меньший объем составят требования кредиторов по текущим платежам, а значит, меньше и размер субсидиарной ответственности.  

При таких обстоятельствах апелляционный суд допускает, что мотивы обращения ФИО8 с заявлением о намерении погасить требования кредиторов могут быть вызваны и тем, чтобы не допустить ситуации, при которой объем его субсидиарной ответственности в случае удовлетворения заявления конкурсного управляющего значительно увеличился его промедлением в вопросе нивелирования негативных последствий своей деятельности для должника.

Стимулирующее вознаграждение арбитражного управляющего является специальной мерой, закрепленной в законодательстве о банкротстве, мотивирующей арбитражного управляющего к подаче заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности и принятию активных действий по доказыванию оснований для привлечения к такой ответственности, итоговым результатом которых является поступление в конкурсную массу денежных средств.

Соответственно уменьшение суммы такого вознаграждения (равно как и лишение конкурсного управляющего стимулирующих процентов) допустимо лишь в тех случаях, если заявленная к взысканию сумма явно несоразмерна объему работы, выполненной арбитражным управляющим в целях достижения главной цели конкурсного производства, либо поступление денежных средств в конкурсную массу не обусловлено действиями арбитражного управляющего.

Иной подход, при котором допускается произвольное уменьшение суммы стимулирующего вознаграждения, противоречит назначению данного института, поскольку приводит к утрате реального содержания гарантии получения денежного поощрения, лишая тем самым арбитражного управляющего права справедливо рассчитывать на получение дополнительных выплат при наступлении условий, прямо закрепленных положениями Закона о банкротстве.

Таким образом, конкретный размер вознаграждения относится к судебному усмотрению и определяется с учетом сложности, длительности рассмотрения дела, иных имеющих значение обстоятельств.

Оценив и исследовав по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы обособленного спора доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об обоснованности установления ФИО3 стимулирующего вознаграждения в полном размере (30%), что составляет 4 043 475,92 рублей.

Доводы жалобы являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, выводов суда не опровергают, по существу сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, и просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Апелляционный суд, соглашаясь с выводами суда, полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены верно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. 

Нарушений судом норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено.

При таком положении дел апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда  Калининградской области от 02.02.2024 по делу №А21-13603/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

М.В. Тарасова

Судьи

А.Ю. Сереброва

 И.Ю. Тойвонен