АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № Ф09-7538/21 

Екатеринбург 28 декабря 2022 г. Дело № А60-31963/2020 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 декабря 2022 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 28 декабря 2022 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе:  председательствующего Столяренко Г.М.,  

судей Плетневой В.В., Савицкой К.А. 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Зеленой С.А.  рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и финансового управляющего ФИО2  на определение Арбитражного суда Свердловской области от 17.03.2022 по  делу № А60-31963/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 15.10.2022 по тому же делу.  

В судебном заседании приняли участие: 

представитель ФИО1 – ФИО3 (доверенность  от 16.09.2022) – посредством веб-конференции;  

представитель финансового управляющего ФИО2 – ФИО4  (доверенность от 23.12.2021);  

конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью  «Офорт-К» (далее – общество «Офорт-К», должник) ФИО5;  

ФИО6; ФИО7. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о  времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, в том числе публично,  путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского  округа, в судебное заседание не явились.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 10.09.2020  общество «Офорт-К» признано несостоятельным (банкротом), в отношении  него открыто конкурсное производство с применением предусмотренных  Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) правил банкротства  застройщиков, конкурсным управляющим утвержден ФИО5  

Конкурсный управляющий ФИО5 обратился в Арбитражный суд  

Свердловской области с заявлением о признании недействительной сделки –  расходных операций по выдаче обществом «Офорт-К» наличных денежных  средств ФИО1 в размере 77 522 905 руб. и применении последствий ее  недействительности.  

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих  самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены  ФИО6, ФИО8, общество с  ограниченной ответственностью «ТранспортТрейд» (далее – общество  «ТранспортТрейд»), общество с ограниченной ответственностью  «СнабСМУ-3» (далее – общество «СнабСМУ-3»).  

Определением суда первой инстанции от 17.03.2022 заявление  удовлетворено частично, признаны недействительными расходные операции по  выдаче обществом «Офорт-К» ФИО1 денежных средств в сумме  48 816 905 руб., применены последствия недействительности сделки в виде  взыскания с ФИО1 в пользу общества «Офорт-К» указанной суммы, в  удовлетворении требований в остальной части отказано.  

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 15.10.2022 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.  

В кассационных жалобах ФИО1 и финансовый управляющий его  имуществом ФИО2 просят определение суда первой инстанции и  постановление суда апелляционной инстанции отменить в части  удовлетворения иска, ссылаются на несоответствие выводов судов  фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.  Кассаторы указывают на отсутствие в деле доказательств  неплатежеспособности должника в спорный период. Ссылка судов на  неустойчивое финансовое положение общества «Офорт-К» и отсутствие у него  оборотных средств является необоснованной, судами не учтено, что данное  общество входит в группу компаний «СМУ-3», для установления  действительного финансового состояния должника судам надлежало  исследовать и оценить принципы распределения денежных потоков внутри  группы и финансовое положение группы в целом. По мнению кассаторов,  также является необоснованной ссылка судов на наличие у должника  неисполненных денежных обязательств перед обществом с ограниченной  ответственностью «УралконсультСтрой» (далее – общество  «УралконсультСтрой») как на признак неплатежеспособности должника.  Судами не учтено, что работы, выполненные данным лицом в 2018 году,  должником оплачены, а сумма долга в размере 2 250 000 руб. сформировалась в  2019 году. В постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 22.08.2022 по настоящему делу установлено, что на конец 2018 года  должник признаков неплатежеспособности не имел; из решения Арбитражного  суда Свердловской области о признании должника банкротом следует, что  должник перестал исполнять обязательства перед кредиторами и  уполномоченным органом, начиная с февраля – марта 2019 года. ФИО1  и финансовый управляющий ФИО2 указывают, что в период совершения  оспариваемых операций у должника не было неисполненных обязательств  

перед кредиторами, в четвертом квартале 2018 года Альфа-Банком была  рефинансирована ссудная задолженность должника перед МТС-Банком,  зафиксированы 100 % источники финансирования строительства жилого дома,  проанализировано финансовое состояние должника как застройщика и всей  группы компаний «СМУ-3», которое признано удовлетворительным, проведен  полный аудит проекта строительства. Схема финансирования состояла в том,  что помимо банковского кредитного финансирования, необходимо было  вкладывать собственные денежные средства, в связи с чем ФИО1  предоставлял должнику денежные средства по договорам займа для целей  реализации проекта строительства жилого комплекса «Да Винчи», займы  израсходованы на погашение кредита и процентов по кредиту, оплату  страховых взносов для регистрации договоров долевого участия, прочие  расходы, которые не входили в стоимость строительства, утвержденную  банком. Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела содержит  выводы об отсутствии в действиях ФИО1 составов преступлений,  предусматривающих хищение или растрату имущества должника.  

Финансовый управляющий ФИО2 в своей кассационной жалобе  также указывает на то, что суды не дали надлежащей правовой оценки доводам  о мнимости расходной операции по выдаче 24.05.2018 из кассы должника  ФИО1 денежных средств в сумме 12 045 820 руб.; считает, что с  учетом определения Арбитражного суда Свердловской области от 10.08.2021  по настоящему делу об отказе во включения требования ФИО9 в реестр требований кредиторов, следовало признать доказанным  факт отсутствия в кассе должника денежных средств в указанном размере.  Финансовый управляющий ссылается на наличие в обжалуемом постановлении  суда апелляционной инстанции противоречивых выводов, с одной стороны при  исследовании признаков неплатежеспособности должника суд апелляционной  инстанции признал факт длительного финансирования деятельности должника  бенефициаром ФИО1, с другой стороны сделал вывод об отсутствии  надлежащих доказательств получения должником от ФИО1 денежных  средств. Между тем, как полагает финансовый управляющий, в материалы дела  представлено достаточно доказательств выдачи займа ФИО1  (кассовая книга за период 2016 – 2019 г., договоры займа, расчетные операции  по счетам должника), считает, что судами не исследованы в полном объеме  обстоятельства расходования должником полученных денежных средств, не  приняты во внимание пояснения ФИО1 относительно порядка  финансирования строительства жилого дома, о том, что экономический смысл  заключения договоров займа состоял во временном привлечении денежных  средств для покрытия затрат по проекту строительства, в дальнейшем  полученные заемные денежные средства компенсировались денежными  средствами, полученными за счет кредитных средств, предоставленных  банками; судом апелляционной инстанции не оценен представленный  ФИО6 анализ использования заемных денежных средств.  

ФИО6 представлен отзыв, в котором она поддерживает доводы  кассационных жалоб.  

В отзыве на кассационные жалобы участники строительства жилого  комплекса «Да Винчи» просят судебные акты оставить без изменения,  кассационные жалобы – без удовлетворения, считают выводы судов  правильными, основанными на совокупной оценке установленных  обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, указывают на то, что по  договору от 01.09.2016 должник уступил права на все помещения в жилом  комплексе генеральному дольщику – обществу «ТранспортТрейд» и получил  банковское финансирование, которое с учетом поступивших денежных средств  от дольщиков превысило проектную стоимость строительства, однако дом  оказался построенным только частично, обязательства перед подрядчиками и  поставщиками строительства остались невыполненными, реестр требований  кредиторов составляет 560 млн руб., тогда как в строительство было вовлечено  только 234 млн руб., имеются достаточные доказательства вывода денежных  средств должника, ФИО1 не раскрыл полную финансово-экономическую деятельность общества «Офорт-К», не раскрыл причины  имущественного кризиса и потребность в предоставлении личных займов;  считают, что вся группа компаний «СМУ-3» была подготовлена к  преднамеренному банкротству, к концу 2018 года имело место серьезное  отставание от графика строительства, финансирование строительства  осуществлялось только банками и участниками строительства, ФИО1  займов должнику не предоставлял, руководство должника создавало  фиктивный документооборот и искусственную задолженность, маскировало  изъятие денежных средств от участников строительства из кассы договорами  займа.  

Приложенные к отзыву дополнительные доказательства (отчет по  результатам мониторинга, схема организации строительства, проектная  документация) к материалам дела не приобщены, поскольку в силу статьи 286  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исследование и  оценка доказательств не входит в компетенцию суда округа. Фактическому  возврату на бумажном носителе вышеуказанные документы не подлежат,  поскольку представлены в электронном виде через систему «Мой Арбитр».  

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной  инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как следует из материалов дела, общество «Офорт-К» зарегистрировано в  качестве юридического лица 28.02.2003. Основным видом деятельности  общества является строительство жилых и нежилых зданий.  

Обществу «Офорт-К» для осуществления комплексного многоэтажного  строительства многоквартирного жилого дома Министерством строительства и  развития инфраструктуры Свердловской области выдано разрешение на  строительство жилого дома по адресу: 

<

...> в 50 метрах на восток от ориентира дом № 64 (жилой  комплекс «Да Винчи»).  

Общество «Офорт-К» привлекало денежные средства граждан и  юридических лиц для долевого строительства многоквартирных домов в  

соответствии с Федеральным законом от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в  долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов  недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты  Российской Федерации».  

Общество «Офорт-К» принятые на себя обязательства перед участниками  долевого строительства по передаче жилых помещений (квартир) в  установленные сроки не выполнило. Дом до настоящего времени не сдан.  

Определением суда от 07.07.2020 в отношении общества «Офорт-К»  возбуждено дело о банкротстве.  

Судами установлено и лицами, участвующими в деле, не оспаривается,  что ФИО1 является бенефициаром группы компаний «СМУ-3», в  состав которой входит и общество «Офорт-К».  

Конкурсным управляющим ФИО5 в ходе проведения  процедуры банкротства установлено, что по расходным кассовым ордерам в  период с 26.07.2017 по 05.09.2019 ФИО1 из кассы общества  «Офорт-К» выдано 72 660 905 руб. наличных денег, а именно:  

26.07.2017 выдано 4 750 000 руб., 31.07.2017 – 320 000 руб., 14.12.2017 – 4 436 974 руб., 29.01.2018 – 6 334 000 руб., 07.03.2018 – 6 630 057 руб., 28.03.2018 – 2 000 000 руб., 14.05.2018 – 100 000 руб., 

24.05.2018 – 10 697 342 руб. В данных документах основанием выдачи  денежных средств указан договор займа от 18.08.2016.  

24.05.2018 выдано 1 348 477 руб., 29.05.2018 – 350 000 руб., 14.06.2018 – 600 000 руб., 

26.07.2018 – 1 930 000 руб. В данных документах основанием выдачи  денежных средств указан договор займа от 29.08.2016.  

26.07.2018 выдано 5 767 522 руб. по договору займа от 29.08.2016 № 1. 

05.10.2018 выдано 23 844 000 руб. с указанием на возврат основного  долга по договору беспроцентного займа от 06.06.2018 № 24-ОФ.  

23.04.2019 выдано 2044 руб. в подотчет. 

05.09.2019 выдано 31 938 руб. с указанием на выплату по ведомости  заработной платы.  

Кроме того, за пределами трехлетнего срока до возбуждения дела о  банкротстве 23.05.2017 ФИО1 было выдано 4 862 000 руб. по договору  займа от 18.08.2016.  

Ссылаясь на то, что документов, подтверждающих обоснованность  расходных операций, не имеется, денежные средства получены  ФИО1, являющимся бенефициаром группы компаний «СМУ-3», в  которую входит общество «Офорт-К», где ФИО1 с мая 2019 года  являлся руководителем, финансовое положение общества в течение всего  оспариваемого периода 2017 – 2019 г. являлось неудовлетворительным, изъятие  

из кассы денежных средств, в том числе внесенных участниками долевого  строительства, причинило вред кредиторам, поскольку безосновательно  уменьшило имущественную массу должника и повлекло приостановление  строительства жилого комплекса, конкурсный управляющий ФИО5  обратился в суд с настоящим заявлением о признании вышеуказанных  расходных операций по выдаче денежных средств ФИО1  недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 10.03.2021 по  делу № А60-33949/2020 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом),  в отношении его имущества введена процедура реализации.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.05.2021  финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2  

ФИО1 и финансовый управляющий ФИО2, возражая  против заявленных в рамках настоящего дела требований, указывали, что  деньги получены ответчиком на законных основаниях – ранее ФИО1  предоставлял займы обществу «Офорт-К» по договорам от 18.08.2016,  от 29.08.2016, от 06.06.2018, получение спорной суммы не причинило вред  кредиторам, поскольку до совершения оспариваемых операций у должника не  имелось признаков неплатежеспособности.  

Суд первой инстанции, рассмотрев обособленный спор, сделал вывод о  том, что оснований для признания недействительной сделки по выдаче  23 844 000 руб. (дата операции 05.10.2018) не имеется, так как ответчик  возвратил полученные средства путем перечисления на расчетный счет  общества «Офорт-К» в тот же день. Также суд не усмотрел оснований для  применения ко всем платежам положений статей 10, 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации и признания недействительной операции по выдаче  23.05.2017 денежных средств в сумме 4 862 000 руб. В названной части  определение суда первой инстанции не обжалуется.  

При этом судом первой инстанции установлены основания для признания  в порядке пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительными  расходных операций по выдаче обществом «Офорт-К» ФИО1  денежных средств в сумме 48 816 905 руб. Судом апелляционной инстанции  определение суда в данной части поддержано.  

Проверив законность судебных актов в указанной части по доводам,  изложенным в кассационных жалобах, суд округа оснований для отмены  определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной  инстанции не усматривает.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если  такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о  признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в  результате ее совершения был причинен вред имущественным правам  кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к  

моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что  другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо  если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов  должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник  отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и  сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.  

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных  с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной по  вышеуказанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо  доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была  совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в  результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об  указанной цели должника к моменту совершения сделки.  

Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела,  определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц,  участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами  материального права (часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации).  

При принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и  доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих  требований и возражений, в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации. Арбитражный суд оценивает доказательства по  своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном,  объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле  доказательств; оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого  доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь  доказательств в их совокупности.  

Суды первой и апелляционной инстанций при рассмотрении настоящего  обособленного спора установили, что операции по выдаче ФИО1  наличных денег в сумме 48 816 905 руб. совершены в период  подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  в пользу аффилированного лица, что участниками процесса не оспаривается.  

Далее судами на основании анализа финансовой и хозяйственной  деятельности должника сделан вывод о том, что в спорный период общество  «Офорт-К» находилось в неустойчивом, нестабильном финансовом положении  и бесконтрольное изъятие из кассы должника денежных средств в значительной  сумме причинило вред кредиторам должника, жилой дом не был достроен,  несмотря на финансирование строительства кредитными организациями в  соответствии с планом строительства и имеющейся проектной документацией.  

В кассационных жалобах ФИО1 и финансовый управляющий  ФИО2 приводят доводы об отсутствии специальных оснований  недействительности оспариваемых сделок по той причине, что в спорный  период у общества «Офорт-К» не имелось признаков неплатежеспособности  или недостаточности имущества, отсутствие названных признаков  свидетельствует о недоказанности цели причинения вреда кредиторам.  

Вместе с тем, из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым  предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые  могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для  признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом  предложении пункта.  

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков  неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения  сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не  блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве  подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам  кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих  основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации). Соответствующая правовая позиция изложена в определении  Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4).  

 В данном случае суды, признавая сделки недействительными, исходили  из совокупности установленных обстоятельств, свидетельствующих о  совершении платежей в пользу заинтересованного лица в целях причинения  вреда независимым кредиторам должника.  

Судами установлено, что группа компаний «СМУ-3» в целом и общество  «Офорт-К» в частности осуществляли свою деятельность в сфере жилищного  строительства, которое велось на кредитные средства банков и привлеченные  средства участников строительства.  

Финансирование строительства жилого комплекса «Да Винчи» было  организовано через генерального дольщика – общество «ТранспортТрейд»  путем его кредитования вначале МТС-Банком (кредитное соглашение  от 01.09.2016 № 0062-09-1/16-К), далее – Альфа-Банком путем  рефинансирования ранее возникшего кредитного долга (кредитное соглашение  от 30.10.2018 № 01WO4L). Полученные в рамках последнего кредитного  соглашения денежные средства в сумме 105 390 986 руб. были направлены на  погашение задолженности перед МТС-Банком, 143 611 986 руб. выдано  обществу «ТранспортТрейд» для оплаты по договорам долевого участия с  застройщиком.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.12.2020 по  делу № А60-31164/2020 общество «ТранспортТрейд» признано  несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное  производство.  

Вопреки доводам кассационных жалоб судами исследованы пояснения  ответчика том, что для строительства жилого дома использовались заемные  

средства, предоставленные должнику ФИО1 по договорам займа  от 18.08.2016 № 32-ОФ, от 29.08.2016 № 1 (20-ОФ), от 06.06.2018 № 24-ОФ,  которые ответчик потом возвращал себе оспариваемыми расходными  кассовыми операциями.  

ФИО1 указывал на то, что банки контролировали целевое  расходование выданных денежных средств, поэтому для покрытия процентов  по кредитам, любых затрат по проекту, не вошедших в стоимость проекта,  утвержденную банком, требовалось привлечение собственных средств – займов  самого ФИО1, иных юридических лиц, входящих в состав его группы  компаний, и в ситуациях, когда банк по каким-то причинам задерживал выдачу  транша, затраты на строительство финансировались за счет указанных  собственных средств, а затем после поступления кредитных средств  производилась их компенсация; экономический смысл заключения договоров  займа – это временное привлечение денежных средств для покрытия затрат по  проекту строительства.  

Проанализировав данные пояснения, суды признали, что общество  «Офорт-К» не имело свободных оборотных средств для покрытия кассовых  разрывов и оплаты расходов, не вошедших в утвержденную стоимость проекта  при открытии кредитных линий, и бенефициар группы компаний вынужден  был осуществлять финансовую поддержку своим предприятиям путем  предоставления личных займов, кроме того, отметили, что по состоянию на  15.08.2018 должник имел просроченную задолженность перед обществом  «УралконсультСтрой», которая не была погашена и включена в реестр  требований кредиторов, приняли во внимание выполненный конкурсным  управляющим финансовый анализ деятельности должника, согласно которому  финансовое состояние должника являлось неудовлетворительным.  Совокупность данных доказательств позволила судам сделать вывод о том, что  должник в спорном периоде испытывал необходимость в денежных средствах,  осуществлял свою деятельность во многом за счет кредитных средств и  находился в крайне нестабильном финансовом состоянии. Оснований полагать,  что ситуация исправилась на момент совершения оспариваемых операций, не  имеется, у группы компаний «СМУ-3» существовали кредитные обязательства  – вначале перед МТС-Банком, потом перед Альфа-Банком, имелись  обязательства перед участниками строительства, данные обязательства  оказались неисполненными, требования по этим обязательствам включены в  денежный реестр, а также в реестр требований о передаче жилых помещений.  ФИО1 не мог не знать о неудовлетворительном экономическом  состоянии своих предприятий и поэтому не имел разумных ожиданий  относительно того, что кредитные обязательства будут исполнены, презумпция  цели причинения вреда в результате совершения оспариваемых сделок им в  нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации не опровергнута. Кризисная ситуация, как правило,  возникает не одномоментно, ей предшествует период снижения прибыльности,  который переходит в стадию объективного банкротства. ФИО1,  являющийся бенефициаром вышеуказанной группы компаний, не представил  

доказательств того, что в преддверии банкротства каждого участника группы  имелась реальная возможность исполнения кредитных обязательств, которая  была утрачена в относительно короткий промежуток времени.  

Доводы кассационной жалобы финансового управляющего ФИО2  о недостоверности ряда представленных доказательств, о разной их оценке  судами применительно к обстоятельствам внесения и выдачи денежных  средств, являются несостоятельными.  

Судами в целях проверки доводов и возражений сторон исследованы  кассовые книги должника, приходные кассовые ордера, договоры займа,  пояснения участника строительства ФИО10 о необоснованности  отражения в кассовой книге операций по выдаче ему денежных средств. По  мнению данного лица, его фамилия была использована в целях внесения  недостоверных записей в кассовую книгу для изъятия денежных средств из  кассы должника и выведения необходимого значения при подведении итогов  кассовых операций, соответственно, записи в кассовой книги о расходовании  денежных средств не отражают реальные хозяйственные операции.  

Проанализировав данные доказательства, выписки по счетам должника,  установив, что общество «Офорт-К» вносило поступившие якобы от  ФИО1 денежные средства на свои счета как средства, поступившие по  договорам долевого участия в строительстве и иным сделкам (о чем подробно  изложено в судебных актах), приняв во внимание, что часть денежных средств  незамедлительно перечислялись подконтрольным ответчику лицам, в частности  обществу «ТранспортТрейд» с назначением платежа «Оплата за ФИО1  по договору займа от 01.09.2016», при отсутствии каких-либо пояснений о сути  таких операций, заключив, что бухгалтерский учет общества в период,  предшествующий банкротству, не соответствовал принципам прозрачности,  достоверности и проверяемости, отдельные бухгалтерские операции  совершались для решения каких-то иных задач, не связанных с правильным  отражением активов и пассивов должника, документооборот в целом не  отражал действительное содержание хозяйственных операций, в большей части  служил для оформления перемещения денежных средств внутри группы  компаний, основания выдачи денежных средств из кассы не коррелируют с  основаниями внесения их на счет, документы, подтверждающие основания  совершения ряда операций не представлены, целесообразность некоторых  операций не раскрыта, при том, что лицом, ответственным за достоверность и  правильность ведения бухгалтерского учета являлся именно руководитель  должника, суды обоснованно заключили, что в такой ситуации нельзя считать  безусловно доказанным предоставление ФИО1 должнику займов за  счет личных средств и в размере, соотносимом с полученными впоследствии из  кассы должника денежными средствами.  

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в  арбитражном суде кассационной инстанции», переоценка судом кассационной  инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными  

судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие  обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки  доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности  каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи  доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации), не допускается.  

С учетом данных разъяснений у суда кассационной инстанции оснований  для иных выводов применительно к вопросу внесения ФИО1  денежных средств в кассу общества «Офорт-К» и их расходования не имеется.  Как уже было указано, суды в полном объеме исследовали представленные в  дело доказательства, доводы и возражения сторон. В результате оценки  представленных доказательств суды пришли к выводу о том, что презумпция  цели причинения вреда кредиторам ответчиком не опровергнута, в том числе  по причинам, находящимся в сфере его контроля, ведение бухгалтерского учета  таким образом, что обстоятельства хозяйственной жизни общества не могут  быть проверены и достоверно установлены, возлагает на лиц, ответственных за  такое ведение бухгалтерского учета, риск наступления неблагоприятных  последствий.  

Финансовый управляющий ФИО2 указал в кассационной жалобе на  то, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.08.2021  по настоящему делу отказано в удовлетворении требования ФИО9 о  включении требования в реестр требований кредиторов должника. В данном  определении установлено, что 24.05.2018 в кассе должника не имелось  наличных денежных средств в сумме 12 млн руб., соответственно, по мнению  финансового управляющего, кассовая операция по выдаче 24.05.2018  ФИО1 12 045 820 руб. является мнимой.  

Данный довод правомерно отклонен судом апелляционной инстанции на  том основании, что в рамках вышеуказанного обособленного спора  исследовался вопрос о наличии у кредитора финансовой возможности внести  денежные средства в вышеуказанном размере, каких-либо выводов об  отсутствии 24.05.2018 в кассе должника денежных средств определение  Арбитражного суда Свердловской области от 10.08.2021 не содержит. Кроме  того, получение денежных средств не отрицается самим ФИО1,  который оспаривает предъявленный ему иск по иным мотивам.  Соответствующая сумма могла находиться в кассе в силу других оснований, не  связанных с внесением денег названным кредитором. При установленной  судами недостоверности сведений бухгалтерской документации иных выводов  не может быть сделано.  

Приведенные заявителями в кассационных жалобах доводы выводы  судов не опровергают и не свидетельствуют о нарушении ими норм права,  связаны с переоценкой доказательств, что выходит за пределы полномочий  суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 – 288  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для  отмены судебных актов на основании части 4 статьи 288 Арбитражного  

процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной  инстанции не установлено.  

С учетом изложенного оснований для удовлетворения кассационных  жалоб не имеется, определение суда первой инстанции и постановление суда  апелляционной инстанции отмене не подлежат.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 17.03.2022 по делу   № А60-31963/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 15.10.2022 по тому же делу оставить без изменения,  кассационные жалобы ФИО1 и финансового  управляющего ФИО2 – без удовлетворения.   

 Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Г.М. Столяренко 

Судьи В.В. Плетнева  

 К.А. Савицкая