ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула                                                                                                      Дело № А54-7973/2020 20АП-3484/2024

Резолютивная часть постановления объявлена   30.07.2024

Постановление изготовлено в полном объеме    06.08.2024

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего   судьи Девониной И.В.,  судей   Волковой Ю.А., Макосеева И.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Брагиной Ю.В., 

при участии в судебном заседании: от ООО ПКФ «Орбита»  – представителя ФИО1 (паспорт, доверенность от 06.10.2021),

рассмотрев в открытом судебном заседании  апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «ФПК «ОРБИТА» - ФИО2 на определение Арбитражного суда Рязанской области от 06.05.2024 по делу № А54-7973/2020, вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ООО «ФПК «ОРБИТА» ФИО2 к ответчику – ООО «Производственно-коммерческая фирма «ОРБИТА» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании недействительным договора купли-продажи 01/О от 03.07.2017 по отчуждению фасовочно-упаковочной машины ДМП25 и применении последствий недействительности сделки, 

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Финансово-Промышленная Компания «ОРБИТА» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью "Финансово-Промышленная Компания "ОРБИТА" (далее по тексту - ООО "ФПК "ОРБИТА", должник) в связи с наличием непогашенной задолженности по уплате обязательных платежей на общую сумму 3 827 307 руб. 56 коп.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 11.03.2021 заявление принято к производству, назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 23.11.2021 (резолютивная часть объявлена 16.11.2021) заявление Федеральной налоговой службы признано обоснованным, в отношении ООО "Финансово-Промышленная Компания "ОРБИТА" введена процедура банкротства - наблюдение. Временным управляющим ООО "ФПК "ОРБИТА" утвержден ФИО2, являющийся членом Союза арбитражных управляющих "Авангард".

Сообщение о введении процедуры наблюдения опубликовано в газете "Коммерсантъ" 04.12.2021.

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 12.07.2022 (резолютивная часть объявлена 05.07.2022) ООО "Финансово-Промышленная Компания "ОРБИТА" признано несостоятельным (банкротом) и в отношении должника открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете "Коммерсантъ" 23.07.2022.

22.03.2023 через электронную систему подачи документов "Мой Арбитр" конкурсный управляющий ООО "ФПК "ОРБИТА" ФИО2 обратился в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением, в котором просит: 1) признать недействительной сделку - договор купли-продажи 01/О от 03.07.2017 по отчуждению фасовочно-упаковочной машины ДМП25 стоимостью 18 200 000 руб.; 2) применить последствия недействительности сделки, возвратив в собственность ООО "ФПК "ОРБИТА" фасовочно-упаковочную машину ДМП25 стоимостью 18 200 000 руб.; 3) в случае отсутствия возможности исполнитель обязательство в натуре, взыскать с ООО "ПКФ "Орбита" денежные средства в размере 18 200 000 руб.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 06.05.2024 суд в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО "Финансово-Промышленная Компания "ОРБИТА" к ответчику – ООО "Производственно-коммерческая фирма "ОРБИТА" о признании недействительным договора купли-продажи 01/О от 03.07.2017 по отчуждению фасовочно-упаковочной машины ДМП25 и применении последствий недействительности сделки отказал.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ООО «ФПК «ОРБИТА» - ФИО2 обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить.

В обоснование своей позиции заявитель ссылается на то, что отчуждение предмета спора должником было совершено в отсутствие равноценного встречного предоставления со стороны ответчика, так как отсутствует подтверждение перечисления суммы, установленной накладной.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

От ООО Производственно-Коммерческая Фирма «Орбита» поступил отзыв на апелляционную жалобу, приобщенный к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ. 

От конкурсного управляющего ООО «ФПК «Орбита» ФИО2 поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие. 

Представитель ООО Производственно-Коммерческая Фирма "Орбита" возражал против доводов апелляционной жалобы. 

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения указанной информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представители участвующих в деле лиц не явились.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным кодексом с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности.

Пунктом 17 Постановления Пленума №63 разъяснено, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

Пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве предусмотрено, что конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

Обращаясь с заявлением об оспаривании сделки должника, конкурсный управляющий указывал на то, что между ООО «ФПК «Орбита» и ООО "ПКФ "Орбита" был заключен Договор купли-продажи 01/О от 03.07.2017, согласно которому ООО "ФПК "ОРБИТА" передавало в собственность ООО "ПКФ "Орбита" фасовочно-упаковочную машину ДМП25 стоимостью 18 200 000 руб. В подтверждение совершения данной сделки имеется товарная накладная №477 от 03.07.2017.

По мнению конкурсного управляющего должника, сделка совершена в период подозрительности до 10 лет до принятия заявления о признании должника банкротом – 11.03.2021; при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, так как отсутствует подтверждение перечисления суммы, установленной товарной накладной, а также ООО «ПКФ «Орбита» является дебитором должника по настоящему делу; на момент совершения сделки должник имел неисполненные обязательства перед ПАО «Сбербанк России» по договору конструктору №ЕД8606/0054/0056083 от 03.11.2016, Гарантийным Фондом Рязанской области по договору поручительства №8606КЕВ1150U1O0GL1WZ3Z от 27.12.2017; генеральным директором ООО «ПКФ «Орбита» является ФИО3, бывший генеральный директор должника по настоящему делу, из чего следует полная информированность о состоянии хозяйственной деятельности сторон спора; сделка заключена с целью причинения вреда кредиторам должника.

Указывая на данные обстоятельства, принимая во внимание, что сделка выходит за пределы трехлетнего срока подозрительности для оспаривания по специальным основаниям Закона о банкротстве, конкурсный управляющий на основании общих норм - статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи 01/О от 03.07.2017 и применении последствий недействительности указанной сделки.

Исходя из разъяснений, содержащихся в абзаце 4 пункта 9 постановления Пленума № 63, в случае оспаривания сделки по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Если же сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления) (абзац третий пункта 9 Постановления № 63).

Как установлено судом первой инстанции, оспариваемая сделка совершена 03.07.2017, то есть в срок более трех лет до принятия судом заявления о признании должника банкротом – 11.03.2021, в связи с чем данная сделка не может быть оспорена по специальным основаниям как пункта 1, так и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий ООО "ФПК "ОРБИТА" оспаривал сделку по общим основаниям, предусмотренным положениями статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик в суде первой инстанции заявил о пропуске заявителем срока исковой давности.

В соответствии со статьей 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда лицо, не являющееся стороной сделки, узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 ГК РФ) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

В силу статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Поскольку конкурсным управляющим заявлены требования о признании сделки недействительной на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности составляет три года.

Арбитражным управляющим должника ФИО2 утвержден определением от 16.11.2021 (резолютивная часть определения о введении процедуры наблюдения).

Принимая во внимание, что с заявлением о признании сделки недействительной конкурсный управляющий обратился 22.03.2023 (посредством системы «Мой арбитр»), суд пришел к обоснованному выводу о том, что срок исковой давности для оспаривания указанной сделки по общим основаниям, установленным нормами статей 10, 168, 170 ГК РФ, не истек.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Из упомянутой нормы следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лица, уполномоченного по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Исходя из пункта 3 названной статьи о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

В силу правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, которая изложена в постановлении от 13.09.2011 №1795/11, для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

С целью квалификации спорных сделок в качестве недействительных, совершенных с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении упомянутых сделок (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Таким образом, злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки. Бремя доказывания указанного обстоятельства относится на заявителя - конкурсного управляющего должника.

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

На основании частей 1 и 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, что фасовочно-упаковочная машина ДМП25 приобретена обществом «ФПК «ОРБИТА» по накладной №37 от 29.09.2014 у ООО «Меридиан» по цене 18 200 000 руб.

По договору купли-продажи 01/О от 03.07.2017 ООО "ФПК "ОРБИТА" произвело отчуждение фасовочно-упаковочной машины ДМП25 в собственность ООО "ПКФ "Орбита" по цене 18 200 000 руб. В подтверждение совершения данной сделки представлена подписанная сторонами товарная накладная №477 от 03.07.2017.

В соответствии с положениями статьи 506 Гражданского кодекса Российской Федерации поставщик, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязан передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности.

Согласно пункту 1 статьи 516 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями.

Возражая по заявленным требованиям, ответчик указывал на то, что сделка исполнялась сторонами, ООО «ПКФ «Орбита» производилась оплата по договору купли-продажи 01/О от 03.07.2017.

Конкурсный управляющий должника в результате анализа выписки по счету ООО «ФПК «ОРБИТА» в ПАО Сбербанк № 0702810453000004258 выявил поступление денежных средств по оспариваемому договору в общем размере 1 915 000 руб., в том числе по платежным поручениям №207 от 02.04.2018 на сумму 500 000 руб., №255 от 26.04.2018 на сумму 340 000 руб., №453 от 10.07.2018 на сумму 915 000 руб., №679 от 19.10.2018 на сумму 70 000 руб., №36 от 17.01.2019 на сумму 90 000 руб.

Таким образом, судом первой инстанции установлена реальность правоотношений сторон, а также поступление на счет должника встречного исполнения по сделке.

В силу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с указанными физическими лицами в отношениях, определенных пунктом 3 данной статьи (супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга).

Согласно пункту 7 постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В соответствии с абзацем 4 пункта 12 Постановления № 63 при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Презумпция осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника на момент совершения сделки распространяется лишь на аффилированных должнику лиц. Однако при оспаривании такой сделки в отношении ответчика, чья заинтересованность (юридическая либо фактическая) к должнику не доказана, суду необходимо установить достаточные обстоятельства, позволяющие констатировать такую осведомленность у ответчика (причем именно на момент совершения спорной сделки, а не после ее исполнения).

Из представленных уполномоченным органом сведений установлено, что с момента создания единственным учредителем (участником) ООО «ФПК «ОРБИТА» и с 02.12.2010 по 21.02.2018 - руководителем являлся ФИО3. С 24.08.2010 по настоящее время ФИО3 является руководителем ООО «ПКФ «Орбита», с 03.04.2007 он являлся участником ООО «ПКФ «Орбита» с долей уставного капитала в размере 33%, а с 13.03.2014 по настоящее время – 100%.

Таким образом, в период совершения оспариваемой сделки (03.07.2017) участником и директором как ответчика, так и должника являлся ФИО3.

Учитывая изложенное, следует первой инстанции правомерно признал доказанным факт аффилированности должника и ответчика.

Вместе с тем, сам по себе факт заключения сделки с аффилированным лицом не свидетельствует о намерении сторон причинить вред другим лицам, если правоотношения между сторонами строились на рыночных условиях.

В данном случае явный выход сторон сделки за пределы рыночных условий конкурсным управляющим в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказан, условия договора о цене надлежащими документальными доказательствами не оспорены.

При этом доказательствами, представленными в дело, не подтверждено, что на дату совершения сделки - 03.07.2017 ООО «ФПК «ОРБИТА» обладало признаками неплатежеспособности. Неисполненных обязательств перед кредиторами, вопреки утверждению конкурсного управляющего должника, по состоянию на 03.07.2017 не имелось.

Конкурсным управляющим также в апелляционной жалобе не приведены сведения и доказательства о наличии в период совершения спорной сделки признаков неплатёжеспособности должника.

Кроме того, учитывая, что конкурсный управляющий обратился в суд с оспариванием спорной сделки по гражданским основаниям, обстоятельства, указанные при оспаривании сделок по банкротным основаниям не доказываются.

Согласно ответу ПАО «Сбербанк России» по договору-конструктору №ЕД8606/0054/0056083 от 03.11.2016 первоначальная дата просрочки по исполнению обязательств (комиссия за ведение счета) – 31.10.2019.

Обязательства перед Гарантийным Фондом Рязанской области по договору поручительства №8606КЕВ1150U1O0GL1WZ3Z от 27.12.2017, а также требования иных кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов должника, возникли после заключения оспариваемого договора. Иное заявителем не доказано.

Само по себе наличие обязательств перед кредиторами не подтверждает надлежащим образом наличие неплатежеспособности должника на дату совершения сделки.

Из сведений, размещенных на сайте Федеральной службы судебных приставов следует, что на дату совершения сделки возбужденные исполнительные производства в отношении ООО «ФПК «ОРБИТА» отсутствовали, анализ картотеки судебных дел также свидетельствует об отсутствии судебных актов о взыскании с ООО «ФПК «ОРБИТА» каких-либо задолженностей.

Согласно сведениям, указанным в бухгалтерском балансе должника по состоянию на 31.12.2017 его активы превышали размер кредиторской задолженности. Кредиторская задолженность (строка 1520) составляла 2 260 000 руб. при стоимости активов (строка 1600) – 60 149 000 руб., из них стоимость основных средств (строка 1150) – 2 989 000 руб., что свидетельствует о стабильном состоянии должника, наличии возможности исполнять принятые на себя обязательства. Доказательств иного в материалы дела не представлено.

В определении Верховного Суда РФ от 17.12.2020 № 305-ЭС20-12206 изложена правовая позиция, согласно которой в преддверии банкротства должник, осознавая наличие у него кредиторов (по требованиям как с наступившим, так и ненаступившим сроком исполнения), может предпринимать действия, направленные либо на вывод имущества, либо на принятие фиктивных долговых обязательств перед доверенными лицами в целях их последующего включения в реестр.

Обозначенные действия объективно причиняют вред настоящим кредиторам, снижая вероятность погашения их требований.

В деле о банкротстве негативные последствия от такого поведения должника могут быть нивелированы посредством конкурсного оспаривания (статьи 61.2, 213.32, 189.40 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), направленного на приведение конкурсной массы в состояние, в котором она находилась до совершения должником противоправных действий, позволяющее кредиторам получить то, на что они вправе справедливо рассчитывать при разделе имущества несостоятельного лица.

Следовательно, конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия либо с большой долей вероятности могли возникнуть в обозримом будущем. При отсутствии кредиторов как таковых намерение причинить им вред у должника возникнуть не может. Иное поведение в такой ситуации абсурдно.

Согласно определению Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2022 № 310-ЭС22-7258, при отсутствии у спорной сделки признаков вреда, вопросы аффилированности сторон, осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника и иные составные элементы подозрительности не имеют правового значения.

В данном конкретном случае суд первой инстанции обосновано пришел к выводу, что конкурсным управляющим должника в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлены надлежащие доказательства, подтверждающие, что в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Судом первой инстанции также отмечено, что при отсутствии специальных оснований недействительности сделки, установленных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, нормы о злоупотреблении правом могут быть применены, только если сделка имеет пороки, выходящие за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11).

Правовая позиция конкурсного управляющего при оспаривании сделки по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сводится к тому, что спорная сделка совершена в отсутствие равноценного встречного исполнения, с намерением причинить вред кредиторам должника, привела к уменьшению конкурсной массы при осведомленности контрагента о финансовом состоянии должника. Указанные обстоятельства охватываются критериями подозрительной сделки, подлежащей оспариванию по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при том, что обстоятельств, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим при рассмотрении настоящего обособленного спора суду не приведено, судом такие обстоятельства (исходя из имеющихся материалов обособленного спора, доводов и пояснений участников процесса) также не установлены.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 особо обращено внимание на недопустимость квалификации сделок с предпочтением или подозрительных сделок как ничтожных, в целях обхода правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам.

Иной подход может привести к тому, что оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможности для обхода сокращенного срока исковой давности и периода подозрительности, установленных для оспоримых сделок, что явно не соответствует воле законодателя.

Установив возмездность оспариваемой сделки, наличие встречного исполнения, реальность правоотношений по договору купли-продажи, отсутствие доказательств причинения вреда кредиторам, а также очевидного отклонения от добросовестного и разумного поведения, оснований для вывода о злоупотреблении правом при совершении сделки и применения статей 10 и 168 ГК РФ у суда первой инстанции не имелось.

Также из заявления следует, что оспаривая сделку (договор купли-продажи), заявитель ссылается на статью 170 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из конструкции правовой нормы, предусмотренной статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, является порочность воли каждой из ее сторон, и отсутствие намерений создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

Пунктом 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что судам следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Следовательно, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. В силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ).

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.05.2011 № 17020/10 указано, что данная норма (статья 170 ГК РФ) применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

При рассмотрении вопроса о мнимости договора и документов, подтверждающих его исполнение, суд не должен ограничиваться проверкой наличия и соответствия документов установленным формальным требованиям закона, а необходимо принимать во внимание иные документы первичного учета и доказательства.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 88 названного постановления Пленума).

При доказывании притворного характера договора как сделки, совершенной с пороком воли, характеризующимся несовпадением волеизъявления и подлинной воли сторон, необходимо подтвердить, что воля обеих сторон была направлена именно на совершение прикрываемой сделки.

Обращаясь с заявлением о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, заявитель в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для сторон, а также представить доказательства направленности воли сторон на совершение именно прикрываемой сделки.

При этом исполнение (полное или частичное) договора одной из сторон свидетельствует об отсутствии оснований для признания договора притворной сделкой.

Судом первой инстанции правомерно установлено, что в рассматриваемом случае в материалах дела доказательства наличия в действиях участников сделки недобросовестности и цели достижения других правовых последствий отсутствуют. Напротив, сторонами договора были совершены необходимые действия, направленные на создание соответствующих правовых последствий, возникающих из сделки купли-продажи; материалы дела содержат достаточные доказательства реальности правоотношений.

В настоящем случае сторонами договора купли-продажи от 03.07.2017 согласовано условие о стоимости имущества, то есть спорный договор является возмездным. Стороны исполняли договор купли-продажи - оборудование передано продавцом покупателю и, хоть и частично, но оплачено покупателем.

Судом первой инстанции отмечено, что покупателем является юридическое лицо, в спорный период осуществлявшее предпринимательскую деятельность, основным видом деятельности которого согласно выписке из ЕГРЮЛ является торговля оптовая фармацевтической продукцией (код ОКВЭД 46.46), дополнительным видом деятельности является производство медицинских инструментов и оборудования (код ОКВЭД 32.5).

При рассмотрении настоящего спора заявителем не представлены доказательства того, что у ответчика было намерение получить оборудование от должника безвозмездно, также как и не представлено доказательств того, что должник имел намерение передать имущество в дар ответчику, либо существовала иная "схема" мнимых договорных отношений, направленных на достижение какой-либо неправомерной цели.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции обосновано пришел к выводу о том, что действительная воля сторон была направлена на достижение правовых последствий, характерных для договора купли-продажи. Обратное конкурсным управляющим в нарушение статьи 65 АПК РФ не доказано. В этой связи основания для признания спорного договора мнимым или притворным у суда первой инстанции отсутствовали.

В силу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку отсутствуют основания признания сделки недействительной, в применении последствий недействительности судом первой инстанции правомерно отказано.

Довод апелляционной жалобы, что отчуждение предмета спора должником было совершено в отсутствие равноценного встречного предоставления со стороны ответчика, так как отсутствует подтверждение перечисления суммы, установленной накладной отклоняется как необоснованный и противоречащий материалам дела. 

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.

Государственная пошлина по апелляционной жалобе в размере 3 000 руб., в уплате которой предоставлялась отсрочка, подлежит взысканию с ООО «ФПК «ОРБИТА» в порядке статьи 110 АПК РФ в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Рязанской области от 06.05.2024 по делу                     № А54-7973/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ООО «ФПК «ОРБИТА» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

Судьи

 

И.В. Девонина

Ю.А. Волкова

И.Н. Макосеев