ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Москва

29.05.2019

                       Дело № А40-4760/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 27 мая 2019 года 

Полный текст постановления изготовлен 29 мая 2019 года 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Е.А. Зверевой, Д.В. Каменецкого, 

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Майвер» - ФИО1, по доверенности от 27.05.2019, срок 1 год,

рассмотрев 27.05.2019 в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО2 

на определение от 26.12.2018

Арбитражного суда города Москвы

вынесенное судьей Э.В. Мироненко, 

на постановление от 14.03.2019

Девятого арбитражного апелляционного суда

принятое судьями О.И. Шведко, М.С. Сафроновой, П.А. Порывкиным, 

о признании недействительным договора купли – продажи недвижимого имущества от 27.03.2015, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Майвер», 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 06.12.2017 должник – ООО «Майвер» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3 

Конкурсный управляющий должника ООО «Майвер» обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительной сделкой договора купли – продажи недвижимого имущества от 27.03.2015, заключенного между ООО «Майвер» и ФИО2.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2018, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2019, признан недействительным договор купли – продажи недвижимого имущества от 27.03.2015, заключенный между  ООО «Майвер» и ФИО4, а также с ФИО4 в пользу ООО «Майвер» взысканы 6 000 руб. госпошлины. 

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО4 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2018 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2019 и принять по делу новый судебный акт. 

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.  

В силу абзаца 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщен отзыв, согласно которому конкурсный управляющий должника возражает против доводов кассационной жалобы, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ООО «Майвер» возражал против доводов кассационной жалобы по мотивам, изложенным отзыве на нее. 

Заявитель кассационной жалобы, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не явился в суд кассационной инстанции, своих представителей не направил, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в его отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что в соответствии с договором купли-продажи недвижимого имущества от 27.03.2015 ООО «Майвер» (продавец) передает в собственность ФИО2 (покупатель), а покупатель обязуется принять и оплатить следующее имущество: земельный участок, кадастровый номер: 76:19:010102:151, назначение объекта недвижимости: мастерские автосервиса, виды разрешенного использования объекта недвижимости: земли населенных пунктов, площадь: 1046 кв. м.

Согласно п. 1.2. указанного договора общая цена имущества составляет 1 359 800 руб.

В соответствии с п. 2.2.1 покупатель обязуется уплатить за имущество указанную в договоре цену в течение трех календарных дней со дня подписания договора в безналичном порядке путем перевода всей цены на расчетный счет продавца или иным способом, не запрещенным действующим законодательством.

Согласно п. 2.3 договора, покупатель считается исполнившим свои обязательства по оплате приобретенного имущества с момента зачисления на банковский счет продавца цены имущества, указанной в п. 1.2 договора купли-продажи.

Запись о государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость к покупателю внесена в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним 04.06.2015.

Оспаривая указанную сделку по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, по статье 10 и пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, управляющий указывал, что должник на дату совершения спорной сделки имел неисполненные обязательства перед иными кредиторами, был неплатежеспособен, а также то, что сделка была безвозмездной, так как нет доказательств получения денежных средств должником, в результате чего из конкурсной массы должника выбыло ликвидное имущество. Кроме того, управляющий ссылался на то, что ФИО4 не имел финансовой возможности оплатить предмет купли-продажи, а после приобретения недвижимости, произвел его отчуждение  в пользу родственника Акопяна А.С., то есть управляющий полагает, что изначально у ответчика не было цели приобрести и оплатить предмет покупки, в связи с чем сделка мнимая (притвораня).

Так суды установили, что оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку заявление о признании ООО «Майвер» несостоятельным (банкротом) принято Арбитражным судом города Москвы к производству 22.01.2016, а оспариваемая сделка совершена 27.03.2015.

Судом первой инстанции установлено, что к моменту совершения сделки должник имел следующие неисполненные обязательства: перед АКБ «ИНВЕСТТОРГБАНК» (ПАО): обязательства по кредитному договору № 

<

***> кк-225 от 28.12.2011 не исполнялись с 01.01.2015, в том числе 332 300 000 основного долга, 26 215 731, 94 руб. задолженности по процентам за пользование займом с 01.10.2014 по 25.05.2016; обязательства по кредитному договору 

<

***> кл-66 от 31.05.2013 не исполнялись с 01.04.2015, в том числе 84 000 000 руб. основного долга, 8 023 559,17 руб. проценты за пользование кредитом с 01.03.2015 по 25.05.2016; обязательства по договору поручительства от 09.08.2013, в обеспечение исполнения обязательств ООО «Петрол Систем Иваново» по кредитному договору № 

<

***> от 30.10.2012 не исполнялись с 27.11.2014, в том числе 110 000 000 руб. основного долга, 10 709 275, 47 руб. проценты за пользование кредитом по состоянию на 08.02.2016; обязательства по договору поручительства от 25.10.2012, в обеспечение исполнения обязательств ООО «Петрол Систем Иваново» по кредитному договору 

<

***> от 11.10.2011 не исполнялись с 01.10.2014, в том числе 50 000 000 руб. основного долга, 6 294 882, 51 руб. процентов за пользование кредитом по состоянию на 08.02.2016; МИФНС № 2 по Владимирской области: неисполненные обязательства по уплате обязательных платежей по налогам на имущество, земельному налогу в размере 992 808, 91 руб. за период с 01.10.2013 по 31.12.2015, штрафам, пеням в размере 99 314, 52 руб. за период с 01.04.2014 по 05.04.2016; ИФНС России № 36 по г. Москве: неисполненные обязательства по уплате обязательных платежей по налогам на имущество, налогам на прибыль организации, НДС, земельному налогу, штрафам, пеням за период с 4 кв. 2012 по 4 кв. 2015; Администрацией города Иванова: обязательства по договору аренды земельного участка №0 2-4644 от 03.06.2005 не исполнялись с 01.01.2014, в том числе 35 190, 52 руб. основного долга, 17 726, 69 руб. пени; АО «ВОКБАНК»: обязательства по кредитному договору № 

<

***> от 26.06.2013 не исполнялись с 01.08.2015, в том числе 49 713 000 руб. основного долга, 3 527 142, 76 руб. процентов за пользование кредитом с 01.08.2015 по 31.01.2016; обязательства по кредитному договору № 

<

***> от 15.01.2015 с ООО «Петрол Систем Иваново» не исполнялись с 01.08.2015, в том числе 159 990 500 руб. основного долга, 11 286 037, 13 руб. процентов за пользование кредитом с 01.08.2015 по 31.01.2016 (обеспечены по договору ипотеки с ООО «Майвер» от 15.01.2015) согласованная стоимость ипотеки - 17 820 000 руб.; обязательства по кредитному договору № 

<

***> от 10.04.2014 с ООО «Петрол Систем Иваново» не исполнялись с 01.08.2015 (обеспечены договорами ипотеки с ООО «Майвер» от 18.04.2014, согласованная стоимость ипотеки - 13 600 000 руб., а также договором ипотеки от 29.04.2014, согласованная стоимость ипотеки 18 400 000 руб.); ООО «Петрол Систем Иваново»: обязательства по договору возмездной уступки прав аренды земельного участка № УП 142 от 03.03.2014 не исполнялись с 01.01.2015; Администрацией муниципального образования город Собинка: обязательства по договору от 09.07.2010 № 173-ПС аренды земельного участка не исполнены с 20.10.2013; Комитетом по управлению муниципальным имуществом администрации Гороховецкого района: обязательства по договору аренды находящегося в государственной собственности земельного участка от 18.05.2010 № 91 не исполнены за период 10.10.2012.

Во исполнение определения суда первой инстанции от 20.06.2018 конкурсным управляющим в материалы дела представлена таблица кредиторов ООО «Майвер» с приложением первичных документов, подтверждающих задолженность в указанные периоды. 

Таким образом, с учетом представленных в материалы дела доказательств, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что задолженность перед указанными кредиторами возникла задолго до совершения оспариваемой сделки, и на момент совершения оспариваемой сделки должник прекратил исполнять денежные обязательства ввиду недостаточности средств, то есть обладал признаками неплатежеспособности.

Кроме того, суд первой инстанции согласился с доводами конкурсного управляющего о том, что в результате заключения оспариваемого договора, из конкурсной массы должника выбыло имущество на сумму 1 359 800 руб., что привело к частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих денежных требований в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве). При этом заключение договора купли-продажи недвижимого имущества от 27.03.2015 не было связано с хозяйственной деятельностью должника, не повлекло за собой получение должником какой-либо имущественной или иной выгоды, а наоборот оспариваемая сделка была направлена на ухудшение платежеспособности должника, а также на нарушение очередности удовлетворения требований, а исполнение договора привело к уменьшению конкурсной массы.

Так судом первой инстанции установлено, что согласно условиям договора купли-продажи недвижимого имущества от 27.03.2015, в частности п. 2.2.1 договора, покупатель обязуется уплатить за имущество, указанную в настоящем договоре цену (1 359 800 руб.) в течение трех календарных дней со дня подписания настоящего договора в безналичном порядке путем перевода всей цены на расчетный счет продавца или иным способом, не запрещенным действующим законодательством.

В соответствии с п. 2.2.5 договора покупатель обязуется оплатить все расходы, связанные с исполнением действий и формальностей, указанных в п. 2.1.2, 2.2.4 договора, в том числе возместить продавцу все произведенные расходы, с учетом п. 2.3 настоящего договора.

Исходя из положений п. 2.3 договора, покупатель считается исполнившим свои обязательства по оплате приобретаемого имущества с момента зачисления на банковский счет продавца цены имущества, указанной в п. 1.2 договора.

Так судом первой инстанции из анализа выписки по расчетному счету ООО «Майвер» установлено, что оплата по договору купли-продажи недвижимого имущества от 27.03.2015 от ФИО2 не поступала, при этом, отклонены доводы ответчика о том, что договор купли-продажи не является безвозмездным, поскольку факт исполнения договора со стороны ответчика подтвержден расписками о получении денежных средств представителем по доверенности ООО «Майвер» ФИО5, а также ФИО6, которая была назначена ответственным лицом за передачу денежных средств по данной сделке, так как ООО «Петролеум Плюс 33» являлось арендатором у ООО «Майвер» земельного участка, на котором расположена АЗС № 3. 06.05.2015 ООО «Майвер» выдало справку ответчику о том, что обязательство по оплате оспариваемого договора купли-продажи исполнено в полном объеме.

В качестве подтверждения оплаты по договору ФИО4 в материалы дела представлены следующие документы: расписка ФИО6, управляющей АЗК 3 ООО «Петролеум Плюс 33» от 08.10.2014 на сумму 200 000 руб. в качестве назначения указано: «обеспечительный платеж по договорукупли-продажи № ПДКП-7603 от 22.09.2014»,  расписка ФИО6, управляющей АЗК 3 ООО «Петролеум Плюс 33» от 12.11.2014 на сумму 25 000 руб. в качестве назначения указано: «для оплаты услуг МУП «Ярославское предприятие по геодезии и землеустройству»,  расписка ФИО6, управляющей АЗК 3 ООО «Петролеум Плюс 33» от 20.02.2015 на сумму 24 800 руб. в качестве назначения указано: «на расходы, связанные с разделом земельного участка»,  расписка ФИО6, управляющей АЗК 3 ООО «Петролеум Плюс 33» от 09.04.2015 на сумму 50 000 руб. в качестве назначения указано: «для оплаты госпошлины»,  расписка ФИО5 от 06.05.2015 на сумму 1 060 000 руб. в счет оплаты за земельный участок в 

<

...>.

Вместе с тем, суд первой инстанции посчитал, что указанные документы являются не относимыми и недопустимыми доказательствами, не могут подтверждать факт оплаты по договору купли-продажи, так как вопреки условиям п. 2.3 договора (покупатель считается исполнившим свои обязательства по оплате приобретаемого имущества с момента зачисления на банковский счет продавца цены имущества) ФИО4, передал деньги третьим лицам, а не перевел их на расчетный счет ООО «Майвер».

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что на запрос конкурсного управляющего в налоговый орган с просьбой представить справку о доходах физического лица (форма 2-НДФЛ), налоговую декларацию по НДФЛ (форма 3-НДФЛ) за 2013 - 2015 гг. инспекция согласно письму от 24.04.2018 представила конкурсному декларацию по налогу на доходы физических лиц формы 3 -НДФЛ за 2014 год, согласно которой доходы ответчика за 2014 г. составили 50 000 руб.; сведения о доходах за 2015-2017 гг. у инспекции отсутствуют, что свидетельствует о том, что и доходы за указанный период у ответчика отсутствуют. 

Определением от 07.09.2018 суд первой инстанции обязал ответчика представить сведения о доходах за 2012 -2015 гг., налоговые декларации по форме 2-НДФЛ, вместе с тем указанное определение ответчиком не исполнено.

Таким образом, судом первой инстанции сделан вывод о том, что ответчик не располагал денежными средствами, необходимыми для исполнения обязательств по спорному договору.

Кроме того, судом первой инстанции, отклонены доводы отзыва ответчика о том, что ФИО7 (родной брат законной супруги ФИО4) предоставил в долг денежную сумму на покупку земельного участка и представленные в материалы дела расписка о получении ответчиком от ФИО4 суммы займа в размере 1 135 000 руб. и декларация по форме 3-НДФЛ в отношении ФИО4, согласно которой его доходы за период за 2014 г. составляли 1 655 000 руб., за 2015 г. составляли 182 000 руб. признаны не допустимыми доказательствами, поскольку согласно п. 2.5 договора покупателем для приобретения имущества не использованы кредитные денежные, или иные заемные средства.

Справка от 06.05.2015, выданная ответчику должником, о том, что обязательство по оплате оспариваемого договора купли-продажи исполнено в полном объеме, также признан ненадлежащим доказательством. 

Таким образом, судом первой инстанции сделан вывод о том, что оспариваемая заявителем сделка совершена безвозмездно, соответственно в результате заключения оспариваемого договора, из конкурсной массы должника выбыло имущество по цене 1 359 800 руб., что привело к частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих денежных требований в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Кроме того, судом первой инстанции указано, что в рассматриваемом случае другая сторона не могла не осознавать безвозмездный характер данной сделки, более того, ответчик и не планировал оплачивать предмет договора купли-продажи, поскольку судом установлено, что ФИО4 не располагал денежными средствами, необходимыми для исполнения обязательств по договору купли-продажи недвижимого имущества, а также суд первой инстанции установил, что не оплатив стоимость реализуемой должником недвижимости, ФИО4 произвел ее дальнейшее отчуждение в собственность ФИО7 по договору купли-продажи недвижимого имущества от 11.05.2017 по цене 240 000 руб.

При этом как установлено судом первой инстанции продажа земельного участка Акопяну А.А. по цене в четыре раза меньше, чем денежная сумма, предоставленная им ФИО4 в долг, для покупки этого участка экономически не обоснована.

Таким образом, на основании изложенного суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности наличия совокупности оснований для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, суд первой инстанции пришел к выводу, что к оспариваемой сделке подлежат применению нормы статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку она совершена в условиях злоупотребления правом со стороны ФИО2 и должника ООО «Майвер».

Так судом первой инстанции установлено, что в результате заключения оспариваемого договора произошло безвозмездное отчуждение ликвидного имущества должника, подлежащего реализации в целях удовлетворения требований кредиторов в процедуре банкротства; на момент совершения сделки должник обладал признаками неплатежеспособности; в результате оспариваемой сделки причинен вред имущественным правам кредиторам должника, что прямо указывают на недобросовестное поведение сторон при ее совершении, в связи с чем, в связи с выявленным злоупотреблением к оспариваемой сделке подлежит применению пункта  2 статьи  10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С указанными выводами суда первой инстанции согласился суд апелляционной инстанции, при этом отклонив доводы апелляционной жалобы. 

Суд кассационной инстанции Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.   

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Из пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве следует, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта  3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы Ш.1 могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

Согласно подпункту 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» по правилам главы III. 1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств, в том числе действия по исполнению определения об утверждении мирового соглашения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 Постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В рассматриваемом случае судами установлено и подтверждается материалами дела, что сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

Согласно пункту 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» причинение вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В данном случае судами установлено и подтверждается материалами дела, что к моменту совершения сделки должник имел неисполненные обязательства, задолженность перед которыми возникла задолго до совершения оспариваемой сделки, и на момент совершения оспариваемой сделки должник прекратил исполнять денежные обязательства ввиду недостаточности средств, то есть обладал признаками неплатежеспособности.

Согласно абзацу 5 пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу пункта 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» причинение вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иным обстоятельством, предусмотренным абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является факт того, что оспариваемая заявителем сделка была совершена безвозмездно.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», определено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона по сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с разъяснениями пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В рассматриваемом случае подозрительная сделка (договор от 27.03.2015) была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом (определение от 22.01.2016), соответственно, для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В рассматриваемом случае с учетом представленных в материалы дела доказательств суды обеих инстанций пришли к правомерному выводу о доказанности конкурсным управляющим наличия совокупности оснований для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Помимо этого сделка оспаривалась конкурсным управляющим как заключенная со злоупотреблением правом по основанию, предусмотренному статьей 10 Гражданским кодексом Российской Федерации. 

Согласно пункту 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Абзацы 2 - 4 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25«О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»  разъяснено, что согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. 

В соответствии с пунктом 1 статьи  9  Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзаца 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, нормы пунктов 1 и 2 статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающие запрет злоупотребления правом в любых формах и правовые последствия злоупотребления правом, направлены на реализацию принципа, закрепленного в ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации (определения от 18 января 2011 года № 8-О-П, от 22 марта 2012 года № 489-О-О, от 17 июля 2014 года № 1808-О).

В пункте 1 постановления Пленума от 23.06.2015  № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» Верховный Суд Российской Федерации разъяснил, что добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Злоупотребление правом может быть вызвано такими действиями лица, в результате которых другая сторона не могла реализовать принадлежащие ей права.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с пунктом 7 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). 

Исходя из правовой позиции коллегии судей Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 09.08.2016 № 21-КГ16-6 нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной. 

Аналогичная позиция изложена в пункте 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Непосредственной целью санкции, содержащейся в статье 10  Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления.

Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, ссылающегося на соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.

Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика (п. 5 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Таким образом, на основании изложенного с учетом представленных в материалы дела доказательств суды пришли к правомерному выводу о том, что  оспариваемый договор купли-продажи недвижимого имущества, был совершен с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, а также с целью вывести спорное имущество от судебного взыскания и недопущения попадания его в конкурсную массу, поэтому действия, совершенные должником и ответчиком в рассматриваемой сделке, свидетельствуют о злоупотреблении правом согласно статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В рассматриваемом случае установленные судами и подтвержденные материалами дела обстоятельства совершения сделки прямо указывают на недобросовестное поведение сторон при ее совершении, в связи с чем, в связи с чем суды пришли к правомерному выводу о том, что выявленным злоупотреблением к оспариваемой сделке подлежит применению пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы не опровергают законность и обоснованность принятых по делу судебных актов и правильности выводов судов, а свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку. Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. 

Суды обеих инстанций правильно применили нормы материального права, не допустив нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта. 

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем приходит к выводу, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней основаниям не имеется. 

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 27.12.2018 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2019 по делу №А40-4760/16 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий-судьяЕ.Л. Зенькова  

Судьи: Е.А. Зверева 

                                                                  Д.В. Каменецкий