ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А55-28538/2017

г. Самара

25 сентября 2020 г.

Резолютивная часть постановления объявлена 22 сентября 2020 года

Постановление в полном объеме изготовлено 25 сентября 2020 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Серовой Е.А.,

судей Мальцева Н.А., Селиверстовой Н.А.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

от конкурсного управляющего ПАО НКБ «Радиотехбанк» - ФИО2 по доверенности от 07.05.2019г.,

от ФИО3 - ФИО4 по доверенности от 12.03.2020г.,

от финансового управляющего ФИО5 - лично, паспорт,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2

апелляционную жалобу конкурсного управляющего ПАО НКБ «Радиотехбанк»

на определение  Арбитражного суда Самарской области от 13 июля 2020 года, принятое по заявлению ПАО «Радиотехбанк» о включении требования в реестр требований кредиторов

и заявлению финансового управляющего ФИО5 о признании сделок недействительными

в рамках дела № А55-28538/2017

О несостоятельности (банкротстве)  ФИО6, 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 10.11.2017 возбуждено производство по делу №А55-28538/2017 о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.12.2017 в отношении гражданина ФИО6 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО7, член Ассоциации «Первая Саморегулируемая Организация Арбитражных Управляющих».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 30.07.2018 ФИО7 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего гражданина -должника: ФИО6.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 12.09.2018 финансовым управляющим утвержден ФИО8, член Саморегулуриемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих».

Решением Арбитражного суда Самарской области от 23.05.2019 (резолютивная часть) ФИО6, признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО8.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.10.2019 арбитражный управляющий ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего. Финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Публичное акционерное общество «Радиотехбанк» обратилось в суд с заявлением от 24.04.2019 вх.№77860 о включении в реестр требований кредиторов ФИО6 в размере 3 152 000 руб., как обеспеченное залогом имущества должника.

Финансовый управляющий ФИО8 обратился в суд с заявлениями о признании сделок недействительными (с учетом уточнения).

Определениями Арбитражного суда Самарской области объединены в одно производство заявления публичного акционерного общества «Радиотехбанк» о включении в реестр требований кредиторов должника и заявления финансового управляющего ФИО8 о признании договора сделок недействительными.

Определением Арбитражного суд Самарской области от 18.11.2019 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: ФИО9, общество с ограниченной ответственностью «Группа компаний «ЮНИТ».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 13 июля 2020 года отказано в удовлетворении заявления публичного акционерного общества «Радиотехбанк» об установлении требований кредитора в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6, в размере 3 152 000 руб., как обеспеченного залогом имущества должника, в редакции дополнительных пояснений от 13.05.2020 вх. №87476.

Заявление финансового управляющего удовлетворено.

Признан недействительным договор залога автотранспортных средств от 27.07.2017 №727 -А2, заключенный между публичным акционерным обществом «Радиотехбанк» и ФИО6, в редакции дополнительных соглашений от 24.04.2018, 19.06.2018.

Применены последствия недействительности сделки.

Признано недействительным дополнительное соглашение от 29.08.2018 №747-А2/6/ к договору залога автотранспортных средств от 27.07.2017 № 727-А2, заключенное между публичным акционерным обществом «Радиотехбанк» и ФИО6.

Применены последствия недействительности сделки.

Не согласившись с принятым судебным актом, ПАО «Радиотехбанк» в лице конкурсного управляющего обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Самарской области от 13 июля 2020 года, удовлетворить заявление о включении требования в реестр, отказать в удовлетворении заявлений финансового управляющего.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ПАО НКБ «Радиотехбанк» апелляционную жалобу поддержал.

Представитель ФИО3 и финансовый управляющий ФИО5 возражали против удовлетворения апелляционных жалоб по основаниям представленных отзывов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения  судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции, в связи со следующим.

ПАО «Радиотехбанк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (Банк) обратилось в Арбитражный суд Самарской области с требованием о включении в реестр требований кредиторов ФИО6 (Должник) в состав кредиторов третьей очереди требования в размере 3 152 000 руб. как обеспеченного залогом по договору залога автотранспортных средств от 21.07.2017 №747-А2.

В заявлении Банк указал, что между Банком (Кредитор) и ООО «Продпромторг» (Заемщик) заключены договоры об открытии кредитных линий от 24.04.2018 №832 с лимитом задолженности в сумме 30 000 000 руб., от 19.07.2018 №865 с лимитом задолженности 10 000 000 руб., от 24.08.2018 №880 с лимитом задолженности 5 000 000 руб., от 29.08.2018 №885 с лимитом задолженности 10 000 000 руб.

В обеспечение исполнения обязательств по указанным договорам, между Банком и должником заключен договор залога автотранспортных средств от 21.07.2017 №747-А2.

Дополнительным соглашением от 29.08.2018 №747-А2/6/ к договору залога автотранспортных средств от 21.07.2017 №747-А2 Банк и должник изменили пункт 1.1. договора залога, указав при этом, что Предмет залога №1 и Предмет залога №2 предоставляются в обеспечение обязательств Заемщика по договорам об открытии кредитных линий от 25.09.2017 №780, от 11.10.2017 №788, от 24.04.2018 №832, от 19.07.2018 №865, от 24.08.2018 №880, от 29.08.2018 №885.

Основанием для заявления требований в реестр требований кредиторов должника Банк указал на неисполнение основным Заемщиком обязательств по четырем кредитным договорам об открытии кредитных линий от 24.04.2018 №832, от 19.07.2018 №865, от 24.08.2018 №880, от 29.08.2018 №885. 

Согласно расчету кредитора задолженность по указанным договорам по состоянию на 09.04.2019 составила 54 396 975 руб. 68 коп.

Полагая, что договор залога автотранспортных средств от 21.07.2017 №747-А2 и дополнительное соглашение от 29.08.2018 №747-А2/6/ недействительны по основаниям части 2 ст. 61.3 Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)», ст. 173.1 Гражданского кодекса РФ, финансовый управляющий обратился с настоящим заявлением в суд.

Из материалов дела следует, 21.07.2017 между ПАО Нижегородский коммерческий банк «Радиотехбанк» (Залогодержатель) и ФИО6 (Залогодатель) заключен договор залога автотранспортных средств от №747-А2, в соответствие с условиями которого Залогодатель передает в залог автомобиль Land Rover Range Rover, год выпуска 2012, идентификационный номер SALLMAMH4CA382243, двигатель 448DT0018206, государственный регистрационный номер 

<

***> залоговая стоимость 1 336 000 руб. (Предмет залога №1) и автомобиль Porshe Cayenne Diesel, год выпуска 2012, идентификационный номер WP1ZZZ92ZCLA33620, двигатель № CRC 052669, государственный регистрационный номер 

<

***> залоговая стоимость 1 816 000 руб. (Предмет №2) в обеспечение исполнения обязательств по договору об открытии кредитной линии №747 от 22.06.2017, также Предмет залога №2 в обеспечение исполнения обязательств по договору об открытии кредитной линии №760 от 21.07.2017. Общая стоимость предметом залога 3 152 000 руб.

Таким образом, договор залога автотранспортных средств от 21.07.2017 в первоначальной редакции обеспечивал обязательства Заемщика только по двум договорам об открытии кредитной линии от 22.06.2017 № 747 и от 21.07.2017 №760.

Согласно заявлению Банка, о включении в реестр требований кредиторов должника, требования в связи с неисполнением обязательств из договоров об открытии кредитной линии от 22.06.2017 № 747 и от 21.07.2017 № 760 к ФИО6 как к Залогодателю не заявляются.

В соответствии с ч.1 ст.334 Гражданского кодекса РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя). Залог между залогодателем и залогодержателем возникает на основании договора. В случаях, установленных законом, залог возникает при наступлении указанных в законе обстоятельств (залог на основании закона) (ч.1 ст.334.1 ГК РФ). Права залогодержателя в отношениях с залогодателем возникают с момента заключения договора залога, если иное не установлено договором, настоящим Кодексом и другими законами (ч. 1 ст. 341 ГК РФ). Прекращение основного обязательства влечет прекращение обеспечивающего его обязательства, если иное не предусмотрено законом или договором (ч. 4 ст. 329 ГК РФ).

Поскольку, требования, основанные на неисполнении договоров об открытии кредитной линии от 22.06.2017 №747 и от 21.07.2017 №760, Банком не предъявлены, следовательно требования Банка к должнику как Залогодателю основаны не на первоначальной редакции договора залога от 21.07.2017.

В силу акцессорной природы залогового обязательства, для существования у кредитора права залогодержателя, необходимо, чтобы долг по основному обязательству на дату заявления требований к залогодателю также существовал. Прекращение основного обязательства влечет за собой прекращение акцессорного обязательства.

По ч.1 ст.342 ГК в случаях, если имущество, находящееся в залоге, становится предметом еще одного залога в обеспечение других требований (последующий залог), требования последующего залогодержателя удовлетворяются из стоимости этого имущества после требований предшествующих залогодержателей.

Из материалов дела следует, 24.04.2018 дополнительным соглашением к договору залога №747-А2/4/17708 стороны залогового обязательства изменили предмет договора залога, указав, что предметами залога №1 и 2 обеспечиваются требования из договоров об открытии кредитной линии от 22.06.2017 №747 и от 21.07.2017 №760, от 25.09.2017 №780, от 11.10.2017 №788, от 24.04.2018 №832.

19.07.2018 дополнительным соглашением к договору залога №747-А2/4/17708 стороны залогового обязательства изменили предмет договора залога, указав, что Предметами залога №1 и 2 обеспечиваются требования из договоров об открытии кредитной линии от 25.09.2017 №780, от 11.10.2017 №788, от 24.04.2018 №832, от 19.07.2018 №865.

29.08.2018 дополнительным соглашением к договору залога №747-А2/6/ стороны залогового обязательства изменили предмет договора залога, указав, что предметами залога №1 и 2 обеспечиваются требования из договоров об открытии кредитной линии от 25.09.2017 №780, от 11.10.2017        №788, от 24.04.2018 №832, от 19.07.2018 №865, от 24.08.2018 №880 и от 29.08.2018 №885.

Таким образом, в отношении объектов залога соглашениями сторон установлена вертикальная множественность залогов. Это залоги с разным старшинством, установленные в пользу одного и того же залогодержателя в обеспечение возврата разных кредитов.

Старшинство залогов при этом определяется моментом возникновения залога, который определяется в зависимости от вида заложенного имущества. Применительно к настоящему спору, учитывая, что объектами залога выступили автомобили, которые на момент заключения договоров залога находились в собственность залогодателя, каждый из залогов возник в момент заключения договора залога.

В соответствии со ст.153 ГК РФ сделками признаются действия граждан, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Оспариваемые соглашения заключены сторонами с целью изменения объема обязательств Банка по договору залога, в связи с чем по смыслу ст. 153 ГК РФ они являются сделками и могут быть оспорены.

Поскольку требования, основанные на неисполнении договоров открытия кредитных линий от 25.09.2017 №780, от 11.10.2017 №788 банком не заявлялись, следовательно, право банка на обеспечение залогом автомобилей возникло:

- в обеспечение обязательств из договора об открытии кредитной линии от 24.04.2018 №832 - 24 апреля 2018 в день заключения дополнительного соглашения к договору залога от 24.04.2018 №747-А2/4/17708;

- в обеспечение обязательств из договора об открытии кредитной линии от 19.07.2018 №865 - 19.07.2018 в день заключения дополнительного соглашения к договору залога от 19.07.2018 №747 - А2/4/17708;

- в обеспечение обязательств из договоров об открытии кредитной линии от 24.08.2018 №880 и от 29.08.2018 № 885 в день заключения дополнительного соглашения к договору залога от 29.08.2018 №747-А2/6/.

При этом, как правильно указано судом первой инстанции, залог автомобилей как обеспечение по договору от 24.04.2018 №832 не мог возникнуть ранее 24.04.2018, даты возникновения основного обязательства, аналогично в отношении залогов автомобилей как обеспечение по договорам от 19.07.2018 №865, от 24.08.2018 №880 и от 29.08.2018 №885.

Финансовый управляющий обращаясь с настоящим заявлением, просил признать недействительными договоры залога автотранспортных средств в редакции дополнительных соглашений от 24.04.2018, от 19.07.2018, 29.08.2018 по основаниям ч. 5 ст. 213.11 Закона о банкротстве, ст. 173.1 Гражданского кодекса РФ, ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с ч.5 ст.213.11 Закона о банкротстве в ходе реструктуризации долгов гражданина он может совершать только с выраженного в письменной форме предварительного согласия финансового управляющего сделки или несколько взаимосвязанных сделок по приобретению, отчуждению или в связи с возможностью отчуждения прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет более чем пятьдесят тысяч рублей, недвижимого имущества, ценных бумаг, долей в уставном капитале и транспортных средств.

Согласно ч.1 ст. 61.1 Закона банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Законе.

В соответствии с нормой ст. 173.1 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абз.2 п.2 ст.166 ГК РФ). При этом не требуется доказывания наступления указанных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье 173.1, п.1 статьи 174 ГК РФ, когда нарушение прав и охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствии согласия, предусмотренного законом, или нарушении ограничения полномочий представителя или лица, действующего от имени юридического лица без доверенности (абз.2 п.71 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как указано в абз.2 п. 37 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» на основании пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ указанные сделки, совершенные без необходимого в силу закона согласия финансового управляющего, могут быть признаны недействительными по требованию финансового управляющего, а также конкурсного кредитора или уполномоченного органа, обладающих необходимым для такого оспаривания размером требований, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в абз.4 п.7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. Согласно абз.2 п.3 ст.28 Закона о банкротстве сведения о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей. 

В связи с этим при наличии таких публикаций в случае оспаривания на основании п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве сделок, совершенных после этих публикаций, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности».

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с п.4 ст.1 ГК никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно абз.6 п.5 ст.213.11 Закона о банкротстве с даты введения реструктуризации долгов гражданина он не вправе совершать безвозмездные для гражданина сделки.

Оспариваемые сделки совершены в период проведения процедур банкротства в отношении ФИО6

Доказательств наличия согласия финансового управляющего на совершении сделок материалы дела не содержат.

Кроме того, дополнительные соглашения к договору залога автотранспортных средств от 24.04.2018, 19.07.2018 и от 29.08.2018 отвечают требованиям ч.2 ст.61.3 Закона о банкротстве (сделка с предпочтением без учета недобросовестности контрагента).

По ч.2 ст.61.3 Закона о банкротстве может быть оспорена сделка, которая влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности, при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки (в качестве таких сделок могут рассматриваться, в частности, сделки по установлению залога по ранее возникшим требованиям), сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение 1 месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в п.1 ст.61.3 Закона о банкротстве, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных п.3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента),  не требуется  (пункт  11  Постановления Пленума ВАС  РФ  №  63).  Состав недействительности сделок с предпочтением, определенный п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве, по сути, является формальным (Определение ВС РФ от 18.07.2016 № 304-ЭС15-2412(16) по делу № А27-472/2014.)

Как указано в Определении ВС РФ от 22.03.2017 № 304-ЭС17-1552 по делу № А27-12177/2015, при оспаривании сделки по основанию п.2 ст. 61.3 Закона о банкротстве законодателем, по сути, установлена неопровержимая презумпция недобросовестности контрагента должника (объективно вмененная осведомленность о факте неплатежеспособности должника).

Согласно информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, в реестр требований кредиторов включены требования ФИО3-Х. М., ФИО10

Из обособленных споров по рассмотрению требований кредиторов следует, что задолженность перед указанными кредиторами существовала на момент совершения оспариваемых сделок.

Согласно положениям ч.2 ст.167 ГК РФ и ч.1 ст.61.6 Закона о банкротстве последствием недействительности сделки является возврат имущества, в том случае, если оно было передано или изъято по сделке. 

Поскольку заключение договоров залога повлекло регистрацию соответствующего обременения в электронном реестре единой информационной системы нотариата, и ПАО «Радиотехбанк» подано заявление о включении требований в реестр требований кредиторов должника как обеспеченных залогом, учитывая разъяснения, изложенные в п.52 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о применении последствий недействительности сделок в виде признания обременения отсутствующим.

Доводы Банка о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности по оспариванию залогов, возникших на основании дополнительных соглашений от 24.04.2018, 19.07.2018, 29.08.2018 правомерно отклонены судом первой инстанции как несостоятельные.

Согласно ч.2 ст.181 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункту 32Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63«О  некоторых  вопросах,  связанных  с  применением главы III.I Федерального закона  «О несостоятельности (банкротстве)» срок исковой давности для обращения в суд с заявлением об оспаривании сделки составляет один год.

В силу ч.1 ст.200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как указано в абз.2 п.32 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Из материалов дела следует, финансовый управляющий утвержден решением Арбитражного суда Самарской области от 23.05.2019 (резолютивная часть). 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.10.2019 арбитражный управляющий ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего. Финансовым управляющим утвержден ФИО5.

ФИО6 не является основным должником Банка, следовательно, финансовый управляющий не мог обладать сведениями об исполнении основным заемщиком кредитных обязательств, в обеспечение которых предоставлялись залоги.

Оспариваемые сделки заключены в период действия установленного законом запрета на совершение должником любых сделок с транспортными средствами без предварительного письменного согласия финансового управляющего. До даты заявления Банком требования о включении его требований к Залогодателю в реестр требований кредиторов (24.04.2019) финансовый управляющий не знал о том, что соглашения о залоге были заключены. 

Доказательств, подтверждающих, что финансового управляющего уведомляли стороны договора залога о заключении соглашений материалы дела не содержат.

Из ответа Нотариальной палаты Самарской области от 19.11.2019 следует, что в Реестр уведомлений о залоге движимого имущества 20.10.2017 внесена запись о возникновении залога в отношении имущества ФИО6 VIN:WP1ZZZ92ZCLA33620, а 19.03.2018 в отношении имущества, VIN:SALLMAMH4CA382243, WP1ZZZ92ZCLA33620 в пользу ПАО «Радиотехбанк».

При этом уведомления о залоге от 20.10.2017 и 19.03.2018 содержат запись об основании залога: договор залога автотранспортных средств от 21.07.2017 №747-А2(2), срок исполнения обязательства до 11.10.2018.

Как следует из материалов дела, срок исполнения обязательства до 11.10.2018 установлен только по договору об открытии кредитной линии от 11.10.2017 №788, требования из обеспечения которого банк залогодателю не заявлял.

Таким образом, в Реестре уведомлений о возникновении залога движимого имущества банк не размещал сведения о залогах транспортных средств, принадлежащих ФИО6, на основании дополнительных соглашений к договору залога от 24.04.2018, 19.07.2018, 29.08.2018.

Из ответа Управления Министерства внутренних дел по городу Самара от 13.01.2018 №54/17/239 следует, что в разделе Карточка АМТС, находящегося под ограничением, в отношении объектов залога 09.01.2018 зарегистрирован запрет на регистрационные действия, наложенный судебным приставом ФИО11, залоги не зарегистрированы.

Кроме того, должник документы по оспариваемой сделке финансовому управляющему не передавал.

Таким образом, до 24.04.2019 - даты заявления Банка о включении требования в реестр требований кредиторов ФИО6 финансовый управляющий не располагал информации о совершении оспариваемых сделок.

Доводы ПАО НКБ «Радиотехбанк» о том, что кредиты по договорам от 24.04.2018 №832, от 19.07.2018 №865, от 24.08.2018 №880, от 29.08.2018 №885 предоставлялись для рефинансирования ранее выданных кредитов, по которым также предоставлялось обеспечение в виде залогов тех же транспортных средств правомерно не приняты судом первой инстанции во внимание, поскольку в соответствии с пунктами 1.2. и 2.1. договоров об открытии кредитных линий, кредиты носили целевой характер. В соответствии с п.3.1.1. договоров Заемщик обязуется использовать кредит по целевому назначению и обеспечить банку возможность контролировать целевое использование кредита.

В соответствии с п. 2.1. кредитного договора от 24.04.2018 №832, от 19.07.2018 №865, от 24.08.2018 № 880, от 29.08.2018 № 885 цель кредитования: пополнение оборотных средств, в том числе расчеты с контрагентами, оплата налоговых платежей, выплата заработной платы.

Кредитные досье ООО «Продпромторг» содержат сведения о том, что денежные средства по кредитным договорам были направлены заемщиком на приобретение продовольственных и хозяйственных товаров.

Таким образом, поскольку заявление финансового управляющего о признании сделок недействительными удовлетворено, требование ПАО «Радиотехбанк», основанное на указанных сделках правомерно оставлено судом первой инстанции без удовлетворения.

Доводы заявителя жалобы основаны на иной оценке установленных судом первой инстанции обстоятельств, что само по себе не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

C позиции изложенных обстоятельств суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделав правильные выводы по существу требований заявителя, а потому определение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 13 июля 2020 года, принятое по заявлению ПАО «Радиотехбанк» о включении требования в реестр требований кредиторов и заявлению финансового управляющего ФИО5 о признании сделок недействительными в рамках дела № А55-28538/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                            Е.А. Серова

 

Судьи                                                                                                         Н.А. Мальцев

 

Н.А. Селиверстова