АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-9318/2023

Дело № А55-14637/2022

г. Казань

27 ноября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 ноября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 ноября 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Мельниковой Н.Ю., 

судей Гильмановой Э.Г., Желаевой М.З.,

при участии представителей:

истца  – ФИО1 по доверенности, ФИО2 по доверенности,

ответчика – ФИО3 по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу  публичного акционерного общества «Тольяттиазот»

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2023

по делу № А55-14637/2022

по исковому заявлению публичного акционерного общества «Тольяттиазот» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Интеркон» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании,

по искам общества с ограниченной ответственностью «Интеркон» к публичному акционерному обществу «Тольяттиазот» о признании недействительными односторонних отказов, зачетов,

УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество «Тольяттиазот» (далее – ПАО  «Тольяттиазот», истец) обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Интеркон» (далее - ответчик) о взыскании неустоек и штрафов по договорам № 19-04526Т от 25.06.2019, № 19-05357Т от 02.12.2019, № 19-05500Т от 25.12.2019,                     № 16-02510Т от 17.06.2016, № 21-08211Т от 13.08.2021, № 20-05849Т от 10.03.2020, № 20-06682Т от 29.07.2020, № 19-05227Т от 30.11.2019,                    № 21-08453Т от 14.09.2021, № 20-06641Т от 09.07.2020, № 20-06386Т от 05.06.2020, № 16-02634Т от 06.07.2016, № 19-05199Т от 08.11.2019,                   № 21-08807Т от 29.10.2021, № 20-06636Т от 08.07.2020 в размере 187 612 174 руб. 90 коп. (с учетом объединения определением суда от 01.12.2022 дел в одно производство и принятого судом изменения размера и предмета исковых требований в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ).

Ответчик предъявил к истцу встречные исковые требования               (с учетом объединения определением суда от 01.12.2022 дел в одно производство и принятого судом изменения размера и предмета исковых требований в соответствии со статьей 49 АПК РФ):

- признать недействительным односторонний отказ ПАО №Тольяттиазот» от договора подряда № 19-04526Т от 25.06.2019 на основании пункта 13.1 договора, выраженный в письме от 02.03.2022                      № И-2022-ГД/20-1132, признать договор подряда № 19-04526Т от 25.06.2019 расторгнутым на основании пункта  13.3 договора и статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации;

- признать недействительной сделку одностороннего зачета, выраженную в письме от 28.03.2022 № И-2022-ГД/20-1772, по зачету обязательств ПАО «Тольяттиазот» перед ООО «Интеркон» по оплате фактически выполненных работ по договору подряда № 19-04526Т от 25.06.2019 на сумму 5 983 651,84 руб. в счет обязательств ООО «Интеркон» перед ПАО «Тольяттиазот» по оплате штрафных санкций по договору подряда от 25.06.2019 № 19-04526Т на сумму 32 921 200,58 руб.;

- признать недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 19-05357Т от 02.12.2019 на основании пункта 13.1 договора, выраженного в письме № И-2022-ГД/20-1134 от 02.03.2022, признать договор подряда № 19-05357Т от 02.12.2019 расторгнутым на основании пункта 13.3 договора и статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации;

- признать недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 19-05500Т от 25.12.2019 на основании пункта 13.1 договора, выраженного в письме № И-2022-ГД/20-1131 от 02.03.2022, признать договор подряда № 19-05500Т от 25.12.2019 расторгнутым на основании пункта  13.3 договора и статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации;

- признать недействительной сделку одностороннего зачета, выраженную в письме № И-2022-ГД/20-1968 от 31.03.2022, по зачету обязательств ПАО «Тольяттиазот» перед ООО «Интеркон» по оплате фактически выполненных работ по договору подряда № 19-05500Т от 25.12.2019 в размере 1 996 771,64 руб. в счет частичного погашения неустойки на сумму 4 612 585,02 руб.;

- признать недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 16-02510Т от 17.06.2016 на основании пункта 13.1 договора, выраженный в письме № И-2022-ГД/20-1133 от 02.03.2022, признать договор подряда № 16-02510Т от 17.06.2016 расторгнутым на основании пункта  13.3 договора и статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации;

- признать недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 21-08211Т от 13.08.2021 на основании пункта 13.1 договора, выраженный в письме № И-2022-ГД/20-1082 от 01.03.2022, признать договор подряда № 21-08211Т от 13.08.2021 расторгнутым на основании пункта  13.3 договора и статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации;

- признать недействительной сделку одностороннего зачета, выраженную в письме № И-2022-ГД/30-2440 от 13.04.2022, по зачету обязательств ПАО «Тольяттиазот» перед ООО «Интеркон» по оплате фактически выполненных работ по договору подряда № 20-05849Т от 10.03.2020 в размере 533 265,18 руб. в счет частичного погашения неустойки на сумму 3 166 532 руб.;

- признать недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 20-06682Т от 29.07.2020 на основании пункта 13.1 договора, выраженный в письме № И-2022-ГД/26-2677 от 20.04.2022, признать договор подряда № 20-06682Т от 29.07.2020 расторгнутым на основании пункта 13.3 договора и статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации;

- признать недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 19-05227Т от 30.11.2019 на основании пункта 13.1 договора, выраженный в письме №И-2022-ГД/26-2675 от 20.04.2022, признать договор подряда № 19-05227Т от 30.11.2019 расторгнутым на основании пункта 13.3 договора и статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации;

- признать недействительной сделку одностороннего зачета, выраженную в письме № И-2022-ГД/30-2442 от 13.04.2022, по зачету обязательств ПАО «Тольяттиазот» перед ООО «Интеркон» по оплате выполненных работ по договору № 19-05227Т от 30.11.2019 в размере 1 245 874,64 руб. и по части выполненных работ по договору № 21-08214Т от 09.07.2021 в размере 713 705,50 руб. в счет погашения части неустойки по договору в размере 11 678 36,33 руб.;

- признать недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 21-08453Т от 14.09.2021 на основании пункта 13.1 договора, выраженный в письме №И-2022-ГД/26-2672 от 20.04.2022, признать договор подряда № 21-08453Т от 14.09.2021 расторгнутым на основании пункта 13.3 договора и статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации;

- признать недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 20-06641Т от 09.07.2020 на основании пункта 13.1 договора, выраженный в письме № И-2022-ГД/20-1083 от 01.03.2022, признать договор подряда № 20-06641Т от 09.07.2020 расторгнутым на основании пункта  13.3 договора и статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации;

- признать недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 20-06386Т от 05.06.2020 на основании пункта 13.1 договора, выраженный в письме № И-2022-ГД/26-2673 от 20.04.2022, признать договор подряда № 20-06386Т от 05.06.2020 расторгнутым на основании пункта  13.3 договора и статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации;

- признать недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда №16-02634Т от 06.07.2016 на основании пункта 13.1 договора, выраженный в письме № И-2022-ГД/26-2674 от 20.04.2022;

- признать недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 19-05199Т от 08.11.2019 на основании пункта 13.1, выраженный в письме № И-2022-ГД/26-2676 от 20.04.2022;

- признать недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 21-08807Т от 29.10.2021 на основании пункта 13.1 договора, выраженный в письме № И-2022-ГД/20-1129 от 02.03.2022, признать договор подряда № 21-08807Т от 29.10.2021 расторгнутым на основании пункта  13.3 договора и статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации;

- признать недействительной сделку одностороннего зачета, выраженную в письме от 11.04.2022 № И-2022-ГД/20-2318, по зачету обязательств ПАО «Тольяттиазот» перед ООО «Интеркон» по оплате фактически выполненных работ по договору подряда № 21-08403Т от 10.08.2021 на сумму 10 186 825,32 руб. в счет обязательств ООО «Интеркон» перед публичным акционерным обществом по оплате штрафных санкций по договору подряда № 19-04526Т от 25.06.2019 на сумму 26 937 548,74 руб.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 25.04.2023 с ООО «Интеркон» в пользу ПАО «Тольяттиазот» взыскана неустойка в сумме 93 806 087 руб. 45 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 200 000 руб.

В удовлетворении требований ООО «Интеркон» отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2023 решение Арбитражного суда Самарской области от 25.04.2023 отменено. По делу принят  новый судебный акт. Первоначальные требования удовлетворены  частично. Взыскано с ООО «Интеркон» в пользу ПАО «Тольяттиазот» пени в размере 13 853 522 руб. 39 коп., расходы по уплате государственной пошлины в  размере  52 030 руб.  В остальной части  первоначальные исковые требования  оставлены без удовлетворения.

Встречные исковые требования  удовлетворены. Признан недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда от 25.06.2019 № 19-04526Т на основании пункта  13.1 договора, выраженный  в письме от 02.03.2022 № И-2022-ГД/20-1132. Признан договор подряда от 25.06.2019 № 19-04526Т расторгнутым на основании пункта  13.3 договора и статьи  717 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Признана недействительной сделка одностороннего зачета, выраженную в письме от 28.03.2022 № И-2022-ГД/20-1772, по зачету обязательств ПАО «Тольяттиазот» перед  ООО «Интеркон» по оплате фактически выполненных работ по договору подряда № 19-04526Т от 25.06.2019 на сумму 5 983 651,84 руб. в счет обязательств ООО «Интеркон»  перед ПАО «Тольяттиазот» по оплате штрафных санкций по договору подряда от 25.06.2019 № 19-04526Т на сумму 32 921 200,58 руб.

Признан недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда от 02.12.2019 № 19-05357Т на основании пункта 13.1 договора, выраженного  в письме от 02.03.2022 № И-2022-ГД/20-1134. Признан договор подряда от 02.12.2019                      № 19-05357Т расторгнутым на основании пункта  13.3  договора и статьи  717 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Признан недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда от 25.12.2019 № 19-05500Т на основании пункта  13.1 договора, выраженного в письме № И-2022-ГД/20-1131 от 02.03.2022. Признан договор подряда от 25.12.2019 № 19-05500Т расторгнутым на основании пункта  13.3  договора и статьи  717 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Признана недействительной сделка одностороннего зачета, выраженная в письме № И-2022-ГД/20-1968 от 31.03.2022, по зачету обязательств ПАО «Тольяттиазот»  перед ООО «Интеркон»  по оплате фактически выполненных работ по договору подряда № 19-05500Т от 25.12.2019 в размере 1 996 771,64 руб. в счет частичного погашения неустойки на сумму 4 612 585,02 руб.

Признан недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 16-02510Т от 17.06.2016 на основании пункта  13.1 договора, выраженный в письме от 02.03.2022                 № И-2022-ГД/20-1133, признан договор подряда № 16-02510Т от 17.06.2016 расторгнутым  на основании пункта  13.3  договора и статьи  717 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Признан недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 21-08211Т от 13.08.2021 на основании пункта  13.1 договора, выраженный в письме № И-2022-ГД/20-1082 от 01.03.2022, признан договор подряда № 21-08211Т от 13.08.2021 на основании пункта  13.3  договора и статьи  717 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Признана недействительной сделкой одностороннего зачета, выраженная в письме № И-2022-ГД/30-2440 от 13.04.2022, по зачету обязательств ПАО «Тольяттиазот» перед ООО «Интеркон»  по оплате фактически выполненных работ по договору подряда № 20-05849Т от 10.03.2020 в размере 533 265,18 руб. в счет частичного погашения неустойки на сумму 3 166 532 руб.

Признан недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 20-06682Т от 29.07.2020  на основании пункта 13.1 договора, выраженный в письме от 20.04.2022             № И-2022-ГД/26-2677, признан договор подряда № 20-06682Т от 29.07.2020 расторгнутым на основании пункта  13.3  договора и статьи  717 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Признан недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 19-05227Т от 30.11.2019 на основании пункта  13.1  договора, выраженный в письме №И-2022-ГД/26-2675 от 20.04.2022,  признан договор подряда № 19-05227Т от 30.11.2019 расторгнутым на основании пункта  13.3  договора и статьи  717 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Признана недействительной сделка одностороннего зачета, выраженная в письме № И-2022-ГД/30-2442 от 13.04.2022, по зачету обязательств ПАО «Тольяттиазот»  перед  ООО «Интеркон» по оплате выполненных работ по договору № 19-05227Т от 30.11.2019 в размере 1 245 874,64 руб. и по части выполненных работ по договору № 21-08214Т от 09.07.2021 в размере 713 705,50 руб. в счет погашения части неустойки по договору в размере 11 678 136,33 руб.

Признан недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 21-08453Т от 14.09.2021 на основании пункта 13.1  договора, выраженный в письме № И-2022-ГД/26-2672 от 20.04.2022, признань Договор подряда № 21-08453Т от 14.09.2021 расторгнутым на основании пункта  13.3  договора и статьи  717 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Признан недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 20-06641Т от 09.07.2020 на основании пункта 13.1 договора, выраженный в письме № И-2022-ГД/20-1083 от 01.03.2022, признать договор подряда № 20-06641Т от 09.07.2020 расторгнутым на основании на основании пункта  13.3  договора и статьи  717 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Признан недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 20-06386Т от 05.06.2020 на основании пункта  13.1 договора, выраженный в письме № И-2022-ГД/26-2673 от 20.04.2022, признан договор подряда № 20-06386Т от 05.06.2020 расторгнутым на основании пункта  13.3  договора и статьи  717 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Признан недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 16-02634Т от 06.07.2016 на основании пункта  13.1 договора, выраженный в письме № И-2022-ГД/26-2674 от 20.04.2022.

Признан недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 19-05199Т от 08.11.2019 на основании пункта 13.1, выраженный  в письме № И-2022-ГД/26-2676 от 20.04.2022.

Признан недействительным односторонний отказ ПАО «Тольяттиазот» от договора подряда № 21-08807Т от 29.10.2021 на основании пункта 13.1 договора, выраженный в письме от 02.03.2022                 № И-2022-ГД/20-1129, признан договор подряда № 21-08807Т от 29.10.2021  расторгнутым на основании пункта  13.3  договора и статьи  717 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Признана недействительной сделкой одностороннего зачета, выраженная в письме от 11.04.2022 № И-2022-ГД/20-2318, по зачету обязательств ПАО «Тольяттиазот»  перед  ООО «Интеркон»  по оплате фактически выполненных работ по договору подряда № 21-08403Т от 10.08.2021 на сумму 10 186 825,32 руб. в счет обязательств ООО «Интеркон»  перед публичным  акционерным  обществом по оплате штрафных санкций по договору подряда № 19-04526Т от 25.06.2019 на сумму 26 937 548,74 руб.

Не согласившись с постановлением арбитражного апелляционного суда ПАО «Тольяттиазот» обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить, оставить в силе решение арбитражного суда по основаниям, изложенным в жалобе.

В частности заявитель кассационной  жалобы не согласен с выводами арбитражного суда апелляционной инстанции и оценкой  доказательств, указывает, что согласен с  выводами  арбитражного  суда  первой инстанции.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 12.09.2023 принята к производству кассационная жалоба ПАО  «Тольяттиазот», судебное заседание назначено на 17.10.2023                       на 09 час. 40 мин.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 17.10.2023 (состав суда: председательствующий судья Мельникова Н.Ю., судьи Гильманова Э.Г., Сабиров М.М.) на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение кассационной жалобы ПАО «Тольяттиазот» отложено на 07.11.2023 на 10 час. 20 мин.

В связи с нахождением на дату рассмотрения кассационной жалобы судьи Сабирова М.М. в отпуске определением Арбитражного суда Поволжского округа от 03.11.2023 произведена его замена на судью Желаеву М.З.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 07.11.2023 (состав суда: председательствующий судья Мельникова Н.Ю., судьи Гильманова Э.Г., Желаева М.З.) на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение кассационной жалобы ПАО «Тольяттиазот» отложено на 23.11.2023 на 16 час. 00 мин.

От ООО «Интеркон» поступил отзыв, с учетом дополнений,  на кассационную жалобу, считает, что  оснований для удовлетворения  кассационной жалобы не имеется.

От ПАО «Тольяттиазот» поступили возражения на отзыв.

До  рассмотрения кассационной жалобы по существу истец   указал, что изменился тип акционерного  общества  - из  публичного акционерного  общества в  акционерное  общество.

Просит считать истцом  по делу  акционерное общество   «Тольяттиазот».

Судом кассационной инстанции  указанное  ходатайство удовлетворено, считать истцом  по делу  акционерное общество   «Тольяттиазот».

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы,  заслушав представителей истца и ответчика, проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) правильность применения судом  апелляционной инстанций   норм материального и процессуального права, суд округа приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы ввиду следующего.

Арбитражные  суды  первой и апелляционной  инстанций  установили, что между ПАО «Тольяттиазот» (заказчик) и ООО «Интеркон» (подрядчик) заключены следующие договоры подряда:               № 19-04526Т от 25.06.2019, № 19-05357Т от 02.12.2019, № 19-05500Т от 25.12.2019, № 16-02510Т от 17.06.2016, № 21-08211Т от 13.08.2021, № 20-05849Т от 10.03.2020, № 20-06682Т от 29.07.2020, № 19-05227Т от 30.11.2019, № 21-08453Т от 14.09.2021, № 20-06641Т от 09.07.2020, № 20-06386Т от 05.06.2020, № 16-02634Т от 06.07.2016, № 19-05199Т от 08.11.2019, № 21-08807Т от 29.10.2021, № 20-06636Т от 08.07.2020 (далее – договоры), которые по своей правовой природе являются договорами строительного подряда, в связи с чем к правоотношениям сторон по данным договорам подлежат применению нормы главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

По условиям данных договоров подрядчик обязался выполнить различные строительные работы в соответствии с условиями договоров, а заказчик обязался принять и оплатить данные работы в соответствии с условиями договоров.

Согласно пункту 10.6.2. договоров, в случае, если подрядчик допустит любое из нарушений, перечисленных в пункте 13.1. договора, что повлекло за собой отказ заказчика от исполнения договора, то подрядчик обязан выплатить штраф в размере 10% от стоимости работ в течение 5 рабочих дней с даты получения от заказчика уведомления об отказе от исполнения договора.

Пунктом 10.6.7. договоров (за исключением договора № 16-02510Т от 17.06.2016) предусмотрено, что за нарушение сроков выполнения работ подрядчик обязан уплатить заказчику пени в размере 0,1% от стоимости работ за каждый день просрочки.

Пунктом 10.6.7. договора № 16-02510Т от 17.06.2016 установлено, что за нарушение сроков выполнения работ подрядчик обязан уплатить заказчику пени в размере 0,1% от общей стоимости договора за каждый день просрочки, но не более 10% общей стоимости договора. Днем получения дохода по предъявленной неустойке считается день признания неустойки виновной стороной размера неустойки или день вступления в законную силу решения суда о взыскании неустойки с виновной стороны.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика пени за нарушение сроков выполнения работ в соответствии с пунктом 10.6.7. договоров и штрафов в соответствии с пунктом 10.6.2. договоров, связанных с односторонним отказом истца от договоров на основании пункта 13.1. договоров, в связи с нарушением сроков выполнения работ.

Общая рассчитанная истцом сумма пеней и штрафов составляет 208 145 983 руб. 33 коп.

Путем заявлений о зачете на основании пунктов 3.7. договоров                  № 19-04526Т от 25.06.2019, № 19-05500Т от 25.12.2019, № 20-05849Т от 10.03.2020, № 19-05227Т от 30.11.2019 истцом произведено удержание части причитающихся к оплате истцом ответчику сумм за выполненные последним работы по различным договорам подряда в счет оплаты части неустойки в размере 20 660 093 руб. 48 коп.

С учетом произведенных зачетов и уточнения первоначальных исковых требований истцом заявлена к взысканию сумма пени и штрафов в размере 187 612 174 руб. 90 коп.

Ответчик возражал против удовлетворения первоначальных исковых требований по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление и дополнениях к нему, письменных позициях по делу, а также в исковых заявлениях о признании недействительными односторонних отказов истца от договоров и произведенных истцом зачетов.

Принимая решение о частичном удовлетворении первоначальных исковых требований, суд первой инстанции согласился с доводами истца, однако пришел к выводу, что в целях соблюдения баланса интересов сторон, с учетом размера долга, продолжительности периода начисления неустойки и возможных финансовых потерь для каждой из сторон, заявленная истцом сумма штрафных санкций явно несоразмерна и не соответствует последствиям нарушения обязательства в части не исполнения условий спорных договоров, в связи с чем счел возможным по заявлению ответчика снизить размер неустойки на основании статьи 333 ГК РФ до 93 806 087 руб. 45 коп., отказав в остальной части первоначальных исковых требований.

Отказывая в удовлетворении встречных исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что ответчиком были существенно нарушены требования к сроку выполнения работ, в связи с чем произведенные истцом односторонние зачеты встречных однородных требований на основании пункта 3.7. договоров и статьи 410 ГК РФ и односторонние отказы от договоров на основании пункта 13.1. договоров и статьи 715 ГК РФ являются правомерными, в связи с чем оснований для признания их недействительными не имеется, равно как и не имеется оснований для признания договоров расторгнутыми на основании пункта 13.3. договоров и статьи 717 ГК РФ.

Арбитражный  суд  апелляционной инстанции с указанными выводами арбитражного суда первой  инстанции  не согласился в силу  следующих  установленных  обстоятельств.

Арбитражный  суд апелляционной  инстанции, оценив представленные  доказательства, установил,  что по договорам                       № 16-02634Т от 06.07.2016 и № 19-05199Т от 08.11.2019 к моменту заявления истцом одностороннего отказа от договоров на основании пункта 13.1. договоров все работы были выполнены в полном объеме. Доказательств обратного истцом суду не представлено. При этом односторонний отказ заказчика от исполнения договоров связан с ненадлежащим исполнением подрядчиком своих обязательств по договорам.

При рассмотрении кассационной  жалобы  представители  истца не  смогли пояснить  на какую сумму, какие  работы  и в каком  объемы  не выполнены  по каждому из указанных выше  договоров. Материалы арбитражного дела  не содержат  доказательств  не выполнения работ по данным договорам, как  не содержат обоснованного  пояснения  по факту  не выполнения объемов  и видов  работ.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 408 ГК РФ надлежащее исполнение прекращает обязательство.

Из пункта 2 статьи 715 ГК РФ следует, что если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Пунктами 13.1. и 13.1.3. договоров предусмотрено, что заказчик вправе отказаться от исполнения договора в случае нарушения конечного срока выполнения работ более чем на 30 календарных дней.

Как установлено пунктом 1 статьи 450.1 ГК РФ, предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным (пункт 2 статьи 450.1 ГК РФ).

Согласно пункту 4 статьи 450.1 ГК РФ сторона, которой настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором предоставлено право на отказ от договора (исполнения договора), должна при осуществлении этого права действовать добросовестно и разумно в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Таким образом, арбитражный  суд апелляционной  инстанции  пришел к  выводу, что  с момента выполнения подрядчиком работ, его обязательства по договорам в данной части прекращаются.

Качество и  объем выполненных работ истцом  в  установленном законом порядке не оспорены.

Нормами действующего гражданского законодательства и условиями договоров не предусмотрена возможность одностороннего отказа заказчика от договора подряда после выполнения подрядчиком работ и предъявления результата работ к приемке, в связи с чем обязательства сторон нельзя признать прекратившимися вследствие одностороннего отказа заказчика.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 №54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее – Постановление № 54) даны соответствующие разъяснения не только о правовых последствиях отказа от договора, но и о необходимости учета баланса интересов сторон договора при осуществлении одной из них такого права.

Так, в пункте 12 Постановления № 54 указано, что если односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение его условий совершены тогда, когда это не предусмотрено законом, иным правовым актом или соглашением сторон или не соблюдены требования к их совершению, то по общему правилу такой односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение его условий не влекут юридических последствий, на которые они были направлены.

В пункте 14 Постановления № 54 разъяснено, что при осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства или односторонний отказ от его исполнения она должна действовать разумно и добросовестно, учитывая права и законные интересы другой стороны (пункт 3 статьи 307, пункт 4 статьи 450.1                    ГК РФ). Нарушение этой обязанности может повлечь отказ в судебной защите названного права полностью или частично, в том числе признание ничтожным одностороннего изменения условий обязательства или одностороннего отказа от его исполнения (пункт 2 статьи 10, пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

В пунктах 50 и 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) разъяснено, что по смыслу статьи 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Согласно пункту 2 статьи 154 ГК РФ односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны. Если односторонняя сделка совершена, когда законом, иным правовым актом или соглашением сторон ее совершение не предусмотрено или не соблюдены требования к ее совершению, то по общему правилу такая сделка не влечет юридических последствий, на которые она была направлена.

Таким образом, действия истца по одностороннему отказу от исполнения договоров по своей юридической природе являются сделкой, а потому на них распространяются требования гражданского законодательства к сделкам вообще, и в частности о возникновении и осуществлении гражданских прав (статья 8 ГК РФ), о форме сделки (статьи 158 - 165 ГК РФ), о недействительности сделок (статья 166-168 ГК РФ).

При таких обстоятельствах, арбитражный суд апелляционной  инстанции  пришел к  выводу, что поскольку односторонние отказы истца от договоров № 16-02634Т от 06.07.2016 и № 19-05199Т от 08.11.2019, выраженные в письмах № И-2022-ГД/26-2674 от 20.04.2022 и                                № И-2022-ГД/26-2676 от 20.04.2022, совершены тогда, когда это не предусмотрено законом, иным правовым актом или соглашением сторон (после выполнения подрядчиком работ и предъявления результата работ к приемке), такие отказы являются недействительными в соответствии со статьей 168 ГК РФ, а требования ответчика в данной части подлежат удовлетворению.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы. Указанные в договоре подряда начальный, конечный и промежуточные сроки выполнения работы могут быть изменены в случаях и в порядке, предусмотренных договором.

В силу пункта 1 статьи 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Таким образом, ответчик не может отвечать по обязательствам, предшествующим заключению договора.

Даже если стороны, устанавливая в дополнительном соглашении обязанность согласовать уже истекшие сроки выполнения подрядных работ, имели в виду применение условий заключенного договора к отношениям, возникшим до его заключения (пункт 2 статьи 425 ГК РФ), то это означает согласие сторон принять и оплатить на условиях договора фактически выполненные подрядчиком до заключения договора работы, но не о возникновении непосредственной обязанности по выполнению работ ответчиком ранее заключения договора.

Исследовав и оценив обстоятельства исполнения договоров                         № 16-02510Т от 17.06.2016, № 20-05849Т от 10.03.2020, № 19-05227Т от 30.11.2019, № 20-06641Т от 09.07.2020, № 19-05199Т от 08.11.2019 с учетом дополнительных соглашений к ним, суд апелляционной  инстанции установил, что стороны, уже после истечения сроков окончания работ, путем заключения дополнительных соглашений вносили изменения в объемы работ, порядок выполнения работ, наименование и качество материалов, подлежащих применению, что предполагает дополнительное время для выполнения работ, при этом никаких изменений в сроки окончания производства работ сторонами не вносилось, что очевидно делало невозможным выполнение их ответчиком в установленные первоначальные сроки. О чем  истец  не мог  не знать.

Так, по договору № 16-02510Т от 17.06.2016 работы должны быть выполнены в срок до 01.09.2017, а дополнительное соглашение № 2 заключено 28.03.2019; по договору №20-05849Т от 10.03.2020 работы должны быть выполнены в срок до 03.10.2020, а дополнительное соглашение № 1 заключено 23.03.2021; по договору № 19-05227Т от 30.11.2019 работы должны быть выполнены в срок до 16.08.2020, а дополнительное соглашение № 1 заключено 12.10.2020; по договору                    № 20-06641Т от 09.07.2020 работы должны быть выполнены в срок до 11.10.2020, а дополнительные соглашения № 1 и № 2 заключены 19.10.2020 и 27.10.2020; по договору № 19-05199Т от 08.11.2019 работы должны быть выполнены в срок до 01.03.2020, а дополнительное соглашение № 1 заключено 13.05.2020.

В данном  случае истец имел реальную возможность отказаться от договоров ранее,  а не содействовать увеличению  срока выполнения  работ,  не  заключая  дополнительных соглашений. Тем не  менее,  истец  рассчитывал  получить  результат работ по договору,  по обоюдному  соглашению изменения  условия  таких договоров.  

Заключение дополнительных соглашений исключает возможность выполнения работ в изначально установленные договорами сроки и свидетельствует о том, что срок окончания производства работ сторонами не согласован.

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило эстоппель: когда участник спора может лишиться права выдвигать возражения).

Таким поведением является в частности поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

В силу международного принципа «эстоппель», который признается Конституцией Российской Федерации (статья 15), сторона лишается права ссылаться на возражения в отношении ранее совершенных действий и сделок, а также принятых решений, если поведение свидетельствовало о его действительности. Главная задача принципа эстоппель - не допустить, чтобы вследствие непоследовательности в своем поведении сторона получила выгоду в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

Таким образом, не подлежат судебной защите права лица, допустившего осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017) указывает, что сторона, подтвердившая каким-либо образом действие договора, не вправе ссылаться на незаключенность этого договора («эстоппель»).

Согласно пункту 5 статьи 450.1 ГК РФ в случаях, если при наличии оснований для отказа от договора (исполнения договора) сторона, имеющая право на такой отказ, подтверждает действие договора, в том числе путем принятия от другой стороны предложенного последней исполнения обязательства, последующий отказ по тем же основаниям не допускается.

Данное правило вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ). Гражданское законодательство направлено на защиту прав добросовестных участников гражданско-правовых отношений, на законность, стабильность и предсказуемость развития этих отношений.

Оценив указанные обстоятельства, арбитражный суд  апелляционной  инстанции пришел к выводу, что отказы истца от договоров № 16-02510Т от 17.06.2016, № 19-05227Т от 30.11.2019, № 20-06641Т от 09.07.2020, № 19-05199Т от 08.11.2019, выраженные в письмах № И-2022-ГД/20-1133 от 02.03.2022, № И-2022-ГД/26-2675 от 20.04.2022, № И-2022-ГД/20-1083 от 01.03.2022, № И-2022-ГД/26-2676 от 20.04.2022, по пункту 13.1. договоров являются недействительными, а требования истца о взыскании штрафа на основании пункта 10.6.2. договоров не подлежащими удовлетворению в размере 4 095 912 руб. 96 коп. по договору № 16-02510Т от 17.06.2016 и в размере 586 514 руб. 56 коп. по договору № 20-06641Т от 09.07.2020.

Кроме того, суд апелляционной инстанции принял во внимание, что с учетом заявления ответчика о пропуске срока исковой давности требование истца о взыскании неустойки по договору №16-02510Т от 17.06.2016, начисленной с 01.09.2017 на основании пункта 10.6.7. договора, предъявлено с пропуском срока исковой давности, установленного статьей 196 ГК РФ с учетом положений статьи 207 ГК РФ.

В абзацах втором и третьем пункта 1 Постановления № 25 разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно абзацу 5 пункта 1 Постановления № 25, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

По договору подряда обязанности подрядчика по своевременному выполнению работ корреспондирует соответствующая обязанность заказчика по своевременному финансированию выполненных работ.

Не допускается осуществление своих прав лишь с целью извлечения необоснованной выгоды из своего положения.

Истцом фактически дважды заявлено требование о взыскании штрафных санкций за несвоевременное выполнение работ по договорам подряда, а именно требование о взыскании пени по пункту 10.6.7. договоров и штрафа по пункту 10.6.2. договоров.

Арбитражный суд апелляционной инстанции, оценив  представленные доказательства, пришел  к выводу, что несвоевременное выполнение работ по некоторым договорам подряда было вызвано действиями самого истца, например, в виде отказа в согласовании замены поставщиков материалов, определенных самим истцом, либо поздним согласованием изменений объема и стоимости работ – некоторые дополнительные соглашения подписывались после окончания установленного договором срока на выполнение работ без его изменения.

Арбитражным  судом апелляционной инстанции установлено и сторонами не оспаривалось, что на момент заявления об одностороннем отказе от договоров истец имел неисполненное обязательство перед ответчиком по оплате уже выполненных и принятых работ на значительную сумму более сорока миллионов руб.

Об одностороннем отказе от договоров истец уведомил ответчика после получения от ответчика уведомления о приостановлении работ по всем договорам подряда.

Истцом не представлено доказательств того, что невыполненные по договорам подряда работы имели для него потребительскую ценность - были в последующем выполнены им самостоятельно, либо с привлечением третьих лиц.

При указанных обстоятельствах арбитражный суд апелляционный   инстанции согласился с доводом ответчика о том, что в действиях истца по одностороннему отказу от договоров подряда содержатся признаки злоупотребления правом и реальной целью отказов было не замена недобросовестного подрядчика с целью восстановления нарушенного права, а начисление  неустойки (штрафа), сопоставимой по своему размеру со стоимостью неоплаченных истцом работ.

Установив  указанные  обстоятельства, оценив доводы  участников спора, арбитражный суд апелляционной  инстанции, руководствуясь статьями 10, 168 ГК РФ,  пришел  к выводу  о наличии оснований для  удовлетворения требований ответчика о признании недействительными отказов от договоров № 19-04526Т от 25.06.2019, № 19-05357Т от 02.12.2019, № 19-05500Т от 25.12.2019, № 21-08211Т от 13.08.2021, № 20-06682Т от 29.07.2020, № 21-08453Т от 14.09.2021, № 20-06386Т от 05.06.2020, № 21-08807Т от 29.10.2021, выраженных в письмах                   № И-2022-ГД/20-1132 от 02.03.2022, № И-2022-ГД/20-1134 от 02.03.2022, № И-2022-ГД/20-1131 от 02.03.2022, № И-2022-ГД/20-1082 от 01.03.2022, №И-2022-ГД/26-2677 от 20.04.2022, № И-2022-ГД/26-2672 от 20.04.2022, № И-2022-ГД/26-2673 от 20.04.2022, № И-2022-ГД/20-1129 от 02.03.2022, как заявленных по пункту 13.1. договоров.

В связи с недействительностью данных отказов от договоров суд апелляционной инстанции не установил  оснований  для  удовлетворения требований истца о взыскании штрафов на основании пункта 10.6.2. договоров: в размере 4 014 780 руб. 56 коп. по договору № 19-04526Т от 25.06.2019; в размере 4 684 639 руб. 75 коп. по договору № 19-05357Т от 02.12.2019; в размере 639 695 руб. 40 коп. по договору № 19-05500Т от 25.12.2019; в размере 2 580 727 руб. 91 коп. по договору № 21-08211Т от 13.08.2021; в размере 1 005 875 руб. 40 коп. по договору № 21-08807Т от 29.10.2021.

Статьей 717 ГК РФ установлено, что, если иное не предусмотрено договором подряда, заказчик может в любое время до сдачи ему результата работы отказаться от исполнения договора, уплатив подрядчику часть установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора. Заказчик также обязан возместить подрядчику убытки, причиненные прекращением договора подряда, в пределах разницы между ценой, определенной за всю работу, и частью цены, выплаченной за выполненную работу.

Пунктом 13.3. договоров установлено, что при отсутствии оснований, предусмотренных подпунктами пункта 13.1. договора, а также иных оснований для отказа заказчика от исполнения договора, предусмотренных действующим законодательством, заказчик вправе отказаться от исполнения договора до сдачи ему результата работ в соответствии со статьей 717 ГК РФ, уплатив подрядчику часть стоимости работ пропорционально части работ, выполненных до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора.

Таким образом, законодатель предоставил заказчику право на односторонний отказ от договора, не увязывая это право с выполнением либо невыполнением своих обязательств подрядчиком.

Истец считает отношения по всем договорам с ответчиком прекращенными, договоры расторгнутыми, продолжать правоотношения с ответчиком по указанным договорам истец не намерен.

Тем самым истец подтвердил свое волеизъявление на прекращение отношений с ответчиком по всем договорам.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной  инстанции   пришел к выводу, что требования ответчика о признании договоров                        № 16-02510Т от 17.06.2016, № 19-05227Т от 30.11.2019, № 20-06641Т от 09.07.2020, № 19-04526Т от 25.06.2019, № 19-05357Т от 02.12.2019, № 19-05500Т от 25.12.2019, № 21-08211Т от 13.08.2021, № 20-06682Т от 29.07.2020, № 21-08453Т от 14.09.2021, № 20-06386Т от 05.06.2020, № 21-08807Т от 29.10.2021 расторгнутыми по пункту 13.3. договоров и статьи 717 ГК РФ подлежат удовлетворению.

Из разъяснений, изложенных в абзаце втором пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» (далее – Постановление № 35), следует, что в соответствии со статьей 310 и пунктом 3 статьи 450 ГК РФ односторонний отказ от исполнения договора, когда такой отказ допускается законом (например, статья 328, пункт 2 статьи 405, статья 523 ГК РФ) или соглашением сторон, влечет те же последствия, что и расторжение договора по соглашению его сторон или по решению суда, и к ним подлежат применению правовые позиции, сформулированные в настоящем постановлении.

Пунктом 10 Постановления № 35 предусмотрено, что если к моменту расторжения договора, исполняемого по частям, поставленные товары, выполненные работы, оказанные услуги, в том числе по ведению чужого дела (по договору комиссии, доверительного управления и т.п.), не были оплачены, то взыскание задолженности осуществляется согласно условиям расторгнутого договора и положениям закона, регулирующим соответствующие обязательства. При этом сторона сохраняет право на взыскание долга на условиях, установленных договором или законом, регулирующим соответствующие договорные обязательства, а также права, возникшие из обеспечительных сделок, равно как и право требовать возмещения убытков и взыскания неустойки по день фактического исполнения обязательства (пункты 3 и 4 статьи 425 ГК РФ).

Учитывая расторжение договоров подряда по инициативе заказчика, последний должен был уплатить подрядчику сумму задолженности за выполненные работы в силу положений статей 309, 310, 702, 711, 717, 740 ГК РФ не позднее даты, с которой соответствующий договор подряда прекратил свое действие.

Факт подписания истцом актов выполненных работ, по которым произведен зачет, свидетельствует об отсутствии замечаний в отношении работ, выполненных подрядчиком, на момент подписания указанных документов.

При оценке правомерности удержания неустойки суд апелляционной  инстанции пришел  к следующим выводам.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6                  «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» (далее – Постановление № 6), обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором (пункт 1 статьи 407 ГК РФ). Перечень оснований прекращения обязательств не является закрытым, поэтому стороны могут в своем соглашении предусмотреть не упомянутое в законе или ином правовом акте основание прекращения обязательства и прекратить как договорное, так и внедоговорное обязательство, а также определить последствия его прекращения, если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства (пункт 3 статьи 407 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 21 Постановления № 6, по смыслу пункта 3 статьи 407 ГК РФ стороны вправе согласовать порядок прекращения их встречных требований, отличный от предусмотренного статьей 410 ГК РФ, например, установив их автоматическое прекращение, не требующее заявления одной из сторон, либо предусмотрев, что совершение зачета посредством одностороннего волеизъявления невозможно и обязательства могут быть прекращены при наличии волеизъявления всех сторон договора, то есть по соглашению между ними (статья 411 ГК РФ).

Статьей 746 ГК РФ установлено, что оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда. При отсутствии соответствующих указаний в законе или договоре оплата работ производится в соответствии со статьей 711 данного Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 711 ГК РФ, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок.

Согласно пунктов 3.7. договоров № 19-04526Т от 25.06.2019,                      № 19-05500Т от 25.12.2019, № 20-05849Т от 10.03.2020, № 19-05227Т от 30.11.2019, при любом платеже в пользу подрядчика заказчик вправе производить удержание сумм, причитающихся уплате подрядчиком заказчику в соответствии с условиями договоров.

Стороны по обоюдному согласию избрали такой порядок прекращения (частичного прекращения) обязательства заказчика по оплате работ, как удержание суммы неустойки, в случае просрочки их выполнения подрядчиком и не урегулирования предъявленной в связи с допущенным нарушением претензии.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2018 № 304-ЭС17-14946 выражен правовой подход о том, что прекращение договора подряда порождает необходимость соотнесения взаимных предоставлений сторон по этому договору и определения завершающей обязанности одной стороны в отношении другой.

С учетом  толкования условий договоров о праве заказчика на удержание неустойки из стоимости выполненных работ с целью осуществления окончательного взаиморасчета сторон по договору, действие которого прекращено в связи с односторонним отказом заказчика от его исполнения, суд  апелляционной инстанции пришел к выводу о неправомерности удержания денежных средств в размере 20 660 093 руб. 48 коп. и недействительности зачетов по договору № 19-04526Т от 25.06.2019 на сумму 5 983 651 руб. 84 коп., в соответствии с письмом от 28.03.2022 № И-2022-ГД/20-1772, по договору № 19-05500Т от 25.12.2019 в размере 1 996 771 руб. 64 коп., в соответствии с письмом № И-2022-ГД/20-1968 от 31.03.2022, по договору № 20-05849Т от 10.03.2020 в размере 533 265 руб. 18 коп., в соответствии с письмом               № И-2022-ГД/30-2440 от 13.04.2022, по договорам № 19-05227Т от 30.11.2019 в размере 1 245 874 руб. 64 коп. и № 21-08214Т от 09.07.2021 в размере 713 705 руб. 50 коп., в соответствии с письмом № И-2022-ГД/30-2442 от 13.04.2022, по договору № 21-08403Т от 10.08.2021 на сумму 10 186 825 руб. 32 коп., в соответствии с письмом от 11.04.2022                          № И-2022-ГД/20-2318, в связи со следующим.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2018 № 305-ЭС17-17564, удержание, предусмотренное условиями договора, относящееся к порядку расчетов, не может быть квалифицировано как зачет требований заказчика против требований подрядчика в рамках одного и того же договора подряда (статья 410 ГК РФ).

Аналогичный правовой подход содержится и в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.06.2012 № 1394/12.

Таким образом, суд  апелляционной инстанции пришел к выводу, что  предусмотренное пунктом 3.7. договоров условие об уменьшении платежей, причитающихся подрядчику, на сумму встречных требований заказчика, возникших ввиду ненадлежащего исполнения подрядчиком обязательств по договору, относится к порядку расчетов и не может быть квалифицировано в качестве зачета в том смысле, который придается данному понятию в статье 410 ГК РФ.

Согласно пункту 12 Постановления № 54 если односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение его условий совершены тогда, когда это не предусмотрено законом, иным правовым актом или соглашением сторон или не соблюдены требования к их совершению, то по общему правилу такой односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение его условий не влекут юридических последствий, на которые они были направлены.

Арбитражным  судом  апелляционной инстанции установлено, что истец произвел начисление пени, исходя из общей стоимости работ по договорам. При этом истец считает, что из буквального толкования пунктов 1.1., 2.1., 10.6.2., 10.6.7. договоров следует, что стороны согласовали наименование всех ремонтных работ, указанных в приложениях № 1 к договорам, единым термином «Работы» (написание с заглавной буквы). Стороны применили термин «Работы», т.е. все работы, предусмотренные приложениями № 1 к договорам, следовательно, пени в размере 0,1% необходимо рассчитывать от стоимости всех работ, предусмотренных приложениями № 1 к договорам.

По мнению ответчика, расчет пени произведен истцом в нарушение статьи 431 ГК РФ и пункта 10.6.7. договоров, так как пени по данному пункту должны рассчитываться от стоимости невыполненных работ и в зависимости от периода просрочки, а не от общей стоимости работ по договорам, как это сделано истцом.

Ответчик указал, что между истцом и ответчиком заключались договоры № 16-02510Т от 17.06.2016, № 16-02696Т от 05.07.2016,                        № 19-04354Т от 26.04.2019, по условиям которых пени за нарушение сроков выполнения работ подлежали расчету от общей стоимости договора (но не более 10%), поэтому в иных договорах подразумевался расчет соответствующей пени от стоимости невыполненных работ за соответствующий период.

Ответчиком представлен контррасчет суммы пени по первоначальному иску (т. 6, л.д. 111-165; т. 9, л.д. 10; т. 10).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», при толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Истец  не отрицал факта, что между ним и ответчиком длительное время  заключались  рамочные договоры, в том числе  и в части условий  о начислении неустойки (штрафа).

При этом,  суд апелляционной инстанции установил, что ряд договоров  предусматривал прямое  указание  на начисление неустойки от всей  стоимости работ  по договору.

В пункте 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» (далее – Постановление № 16) разъяснено, что при разрешении споров, возникающих из договоров, в случае неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора, в том числе исходя из текста договора, предшествующих заключению договора переговоров, переписки сторон, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев, а также последующего поведения сторон договора (статья 431 ГК РФ), толкование судом условий договора должно осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

При этом условие, касающееся юридической ответственности, его содержание должны определенно указывать на признаки состава правонарушения и не допускать двоякого толкования. В противном случае спорное условие должно толковаться в пользу лица, привлекаемого к ответственности.

Данная правовая позиция изложена в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.08.2019 № 305-ЭС19-8124, от 15.10.2019 № 305-ЭС19-12786, от 09.07.2020 № 305-ЭС20-5261, от 24.02.2022 № 305-ЭС21-22419.

Арбитражный суд апелляционной инстанции установил, что в рассматриваемом случае начисление неустойки от общей стоимости работ по договору, фактически превышающей размер неисполненного обязательства, приводит к явной несоразмерности суммы неустойки последствиям нарушения обязательства (Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.06.2013 № 1396/12, от 29.10.2013 № 5870/13, от 15.07.2014 № 5467/14).

Принимая во внимание, что в данном случае проекты договоров были подготовлены и формулировка условия пунктов 10.6.7. договоров была предложена истцом, в указанных договорах отсутствует указание о начисление неустойки на всю  стоимость работ по договору, в отличие  от иных договоров, заключенных  между сторонами и где  имелось прямое указание  о таком  начисление, толкование судом спорных условий договоров должно осуществляться в пользу ответчика.

В связи с чем, исходя из буквального толкования условий пункта 10.6.7. договоров с учетом приведенных разъяснений, суд апелляционной инстанции пришел  к выводу, что расчет пени за нарушение сроков выполнения работ должен производится от стоимости невыполненных работ, а не от всей стоимости договора, что свидетельствует о несоблюдении истцом требований к совершению соответствующих зачетов.

В соответствии со статьей 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. Кредитор не вправе требовать уплаты неустойки, если должник не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

При таких обстоятельствах,  суд апелляционной  инстанции пришел  к выводу, что в  данном  споре правомерным будет являться  начисление истцом неустойки за нарушение сроков выполнения работ от стоимости невыполненных работ, так как начисление пени на всю стоимость договоров противоречит компенсационной природе неустойки.

По договорам № 19-04526Т от 25.06.2019, № 20-06682Т от 29.07.2020, № 19-05227Т от 30.11.2019 стоимость работ определена как максимально возможная цена договора, что свидетельствует о том, что конечная стоимость этих работ не согласована сторонами и могла составлять как указанную сумму, так и меньшую.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что невыполненные ответчиком работы были выполнены истцом самостоятельно, либо с привлечением иного подрядчика, истцом не представлено.

В этой связи суд апелляционной  инстанции пришел  к выводу о неправомерности представленного истцом расчета неустойки, поскольку разница между выполненными работами и максимальной ценой работ по договорам истцом документально не обоснована.

Также  суд апелляционной  инстанции принял во внимание, что актом комиссии истца от 09.01.2020 по договору № 19-05227Т от 30.11.2019 из порученных в рамках договора работ по 101 помещению истцом были оставлены работы только по 34 помещениям, то есть  истец  уменьшил объем  работ, который ответчик должен  был выполнить. Стоимость работ устанавливалась исходя из единичных расценок за соответствующие виды работ. После составления указанного акта стоимость работ не могла составлять указанную в договоре цену 21 156 044 руб. 07 коп. исходя  из волеизъявления  самого истца  об уменьшении объема  работ.

При этом истцом  не представлено доказательств, что оставленный  им объем  работ по цене  сопоставим  с ранее заявленным им  объемом.

По договорам № 16-02510Т от 17.06.2016, № 20-05849Т от 10.03.2020, № 19-05227Т от 30.11.2019, № 20-06641Т от 09.07.2020, № 19-05199Т от 08.11.2019, как указано выше, сторонами не согласован срок окончания производства работ после внесения существенных изменений в условия договоров путем заключения сторонами дополнительных соглашений, что делало невозможным соблюдение ответчиком первоначального срока выполнения работ.

В связи с  чем, а также оценки  поведения  самого истца, суд апелляционной  инстанции пришел  к  выводу, что данное обстоятельство свидетельствует, что ответчик не может нести предусмотренную пунктом 10.6.7. договоров ответственность за нарушение сроков выполнения работ по этим договорам и требования истца о взыскании пени по договорам № 16-02510Т от 17.06.2016, № 20-05849Т от 10.03.2020, № 19-05227Т от 30.11.2019, № 20-06641Т от 09.07.2020, № 19-05199Т от 08.11.2019 не подлежат удовлетворению.

Суд апелляционной инстанции также  установил, что по договору № 21-08453Т от  4.09.2021 истец в соответствии с условиями раздела 1 приложения № 4 к договору не передал ответчику разрешительную документацию на производство работ, после передачи которой начинал течение срок выполнения работ.

В частности, истец не передал ответчику разрешение на производство работ от Министерства лесного хозяйства, охраны окружающей среды и природопользования Самарской области, о чем ответчик неоднократно заявлял требования в письмах № 371 от 29.10.2021, № 388 от 23.11.2021, № 417 от 10.12.2021, вплоть до приостановления производства работ по всем объектам истца 28.12.2021.

При  таких обстоятельствах,  суд апелляционной  инстанции пришел  к выводу, что ответчик также не может нести ответственность за нарушение сроков выполнения работ в данной части и требования истца о взыскании пени, предусмотренной пунктом 10.6.7. по договору                           № 21-08453Т от 14.09.2021, удовлетворению не подлежат.

Ответчиком в суде первой инстанции заявлено ходатайство о применении статьи 333 ГК РФ, исходя из недобросовестного поведения истца, несоразмерности заявленных истцом требований допущенным ответчиком нарушениям.

По смыслу статей 329, 330 ГК РФ неустойка как способ обеспечения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором.

Более того, правила статьи 10 ГК РФ не исключают квалификации судом в качестве злоупотребления правом требования о взыскании неустойки в той ее части, которая является очевидно чрезмерной, при установлении судом этого факта на основании возражений привлекаемого к ответственности лица (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.2014 №4231/14).

Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О, Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17                   «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», Постановлением Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 13.01.2011 № 11680/10, Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», установлены критерии несоразмерности неустоек, а также сформирована практика рассмотрения и применения судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21.12.2000 № 263 и сформировавшейся при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 ГК РФ, при применении данной нормы суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности (неустойкой) и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

В Информационном письме от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др. Предусмотренное законом право суда уменьшать неустойку не может расцениваться как направленное на умаление воли сторон договора. Предоставляя суду право уменьшить размер неустойки, закон не определяет критерии и пределы ее соразмерности. Определение несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства осуществляется судом по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 69, 70, 71, 73, 74, 75, 77 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7), подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

По смыслу статей 332, 333 ГК РФ, установление в договоре максимального или минимального размера (верхнего или нижнего предела) неустойки не являются препятствием для снижения ее судом.

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. 

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Поскольку в рассматриваемом случае предусмотренная пунктом 10.6.7. договоров неустойка установлена за ненадлежащее исполнение неденежного обязательства (нарушение сроков выполнения работ), то с учетом абзаца второго пункта 76 Постановления № 7 в данном случае допускается возможность ее снижения ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 ГК РФ.

Арбитражный  суд апелляционной инстанции установил, что условия договоров, при наличии ответственности ответчика за ненадлежащее исполнение своих обязательств, не предусматривают какую-либо ответственность истца перед ответчиком за допущенные истцом нарушения условий договоров, что свидетельствует о диспаритетности размера пени, предусмотренной пунктом 10.6.7. договоров, и недобросовестном поведении истца.

Более того, истец, начиная с первых нарушений ответчиком сроков выполнения работ по договорам в 2017 году, не обращался в суд за взысканием соответствующей пени и продолжал заключать с ответчиком новые договоры вплоть до 29.10.2021 (договор №21-08807Т от 29.10.2021), тем самым аккумулируя сумму пени с целью предъявления соответствующих требований при накоплении задолженности самого истца перед ответчиком за выполненные последним работы.

В соответствии с правовой позицией Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащейся в пункте 9 Постановления № 16, в тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 Кодекса о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

Согласно пункту 8 Постановления № 16 в случаях, когда будет доказано, что сторона злоупотребляет своим правом, вытекающим из условия договора, отличного от диспозитивной нормы или исключающего ее применение, либо злоупотребляет своим правом, основанным на императивной норме, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает этой стороне в защите принадлежащего ей права полностью или частично либо применяет иные меры, предусмотренные законом.

Оценив представленные в материалы дела доказательства,  поведение  самого истца, принимая во внимание очевидную диспаритетность договорной неустойки, а также учитывая, что начисление неустойки на общую сумму обязательств без учета надлежащего исполнения части обязательств противоречит принципу юридического равенства, а доказательств наличия каких-либо существенных негативных последствий для истца, вызванных нарушением ответчиком обязательств по договорам, не представлено, арбитражный  суд апелляционной  инстанции пришел к  выводу, что установленная договорами неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательств и подлежит снижению в соответствии со статьей 333 ГК РФ до двукратной учетной ставки Банка России, действовавшей в соответствующий период, исчислив ее по правилам статьи 395 ГК РФ.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд апелляционной  инстанции пришел  к выводу  об удовлетворении требований о взыскании неустойки в следующем порядке.

По договору № 19-04526Т от 25.06.2019 период просрочки окончания работ начинается с 04.03.2020. По актам КС-2, подписанным сторонами в период с 30.07.2019 по 28.01.2020 на сумму 6 292 759 руб. 05 коп., просрочка выполнения работ судом апелляционной  не установлена и нет оснований для начисления пени в порядке пункта 10.6.7. договора,  требования истца в данной части отклонены.

По актам КС-2, подписанным сторонами в период с 05.03.2020 по 01.03.2022 на сумму 24 098 157 руб. 26 коп., суд признал верным произведенный ответчиком расчет пени в порядке пункта 10.6.7. договора от стоимости невыполненных работ в соответствующие периоды просрочки, что составляет 8 773 413 руб. 20 коп. (4637,74 + 44 157,58 + 94 562,18 + 292 372,95 + 199 285,69 + 903 033,57 + 277 941,21 + 742 389,94 + 1 132 015,27 + 773 379,54 + 1 644 719,81 + 2 664 917,72).

Начисление пени на сумму 9 756 889 руб. 28 коп., составляющую разницу между максимальной ценой договора в размере 40 147 805 руб. 59 коп., и стоимостью выполненных работ в размере 30 390 916 руб. 31 коп., суд признал неправомерным, так как истцом данная сумма пени документально не подтверждена.

Ответчиком по данному договору представлен контррасчет, заявлено ходатайство о применении статьи 333 ГК РФ, исходя из правил статьи 395 ГК РФ, и сумма пени за периоды просрочки рассчитана в размере 1 263 608 руб. 15 коп. (760,29 + 7238,95 + 15 502,00 + 43 365,24 + 28 132,31 + 120 870,22 + 36 176,25 + 95 559,55 + 151 043,26 + 105 833,11 + 247 835,02 + 411 291,95).

По договору № 19-05357Т от 02.12.2019 период просрочки окончания работ начинается с 17.05.2020.

По актам КС-2, подписанным сторонами в период с 02.03.2020 по 13.05.2020 на сумму 9 130 375 руб. 57 коп., просрочка выполнения работ судом не установлена, как не установлено  основание для начисления пени в порядке пункта 10.6.7. договора, требования истца в данной части отклонены.

По актам КС-2, подписанным сторонами в период с 17.05.2020 по 27.07.2021 на сумму 28 628 235 руб. 26 коп., суд признал верным произведенный ответчиком расчет пени в порядке пункта 10.6.7. договора от стоимости невыполненных работ в соответствующие периоды просрочки на сумму 5 705 209 руб. 66 коп. (33 702,64 + 125 220,07 + 394 315,49 + 1 230 087,28 + 626 632,50 + 665 341,22 + 237 387,79 + 357 307,39 + 225 467,60 + 1 809 747,68).

Стоимость невыполненных работ на дату отказа истца от договора составила 9 087 786 руб. 69 коп., суд признал верным произведенный ответчиком расчет пени в порядке пункта 10.6.7. договора, на сумму 5 952 500 руб. 28 коп. 

Ответчиком по данному договору представлен контррасчет, заявлено ходатайство о применении статьи 333 ГК РФ, исходя из правил статьи 395 ГК РФ, и сумма пени за периоды просрочки рассчитана в размере 1 634 265 руб. 18 коп. (5064,60 + 17 635,32 + 50 534,59 + 157 524,84 + 76 593,13 + 80 923,42 + 28 775,72 + 43 228,86 + 27 619,37 + 228 077,10 + 918 288,23).

По договору № 19-05500Т от 25.12.2019 период просрочки окончания работ начинается с 25.04.2020.

По актам КС-2, подписанным сторонами в период с 25.04.2020 по 01.11.2021 на сумму 3 309 032 руб. 69 коп., суд признал верным произведенный ответчиком расчет пени в порядке пункта 10.6.7. договора от стоимости невыполненных работ в соответствующие периоды просрочки, на сумму 1 449 238 руб. 16 коп. (80 489,12 + 1 368 749,04).

Стоимость невыполненных работ на дату отказа истца от договора составила 3 087 561 руб. 28 коп., суд признал верным произведенный ответчиком расчет пени в порядке пункта 10.6.7. договора, на сумму 2 090 278 руб. 99 коп.

Ответчиком по данному договору представлен контррасчет, заявлено ходатайство о применении статьи 333 ГК РФ, исходя из правил статьи 395 ГК РФ, и сумма пени за периоды просрочки рассчитана в размере 521 087 руб. 20 коп. (11 250,43 + 187 557,91 + 322 278,86).

По договору № 20-06682Т от 29.07.2020 период просрочки окончания работ начинается с 01.11.2020.

По актам КС-2, подписанным сторонами в период с 01.11.2020 по 03.12.2021, а также работам подтвержденным истцом актами осмотра результатов работ на сумму 67 498 858 руб. 73 коп., суд признал верным произведенный ответчиком расчет пени в порядке пункта 10.6.7. договора от стоимости невыполненных работ в соответствующие периоды просрочки на сумму 16 959 374 руб. 58 коп. (194 664,94 + 224 288,75 + 1 050 323,09 + 383 014,17 + 2 527 553,58 + 1 754 495,19 + 99 856,41 + 474 574,56 + 2 497 609,64 + 7 425 288,09 + 327 706,16).

По актам КС-2 № 22 от 01.04.2022 на сумму 1 149 102,32 руб., № 23 от 01.04.2022 на сумму 1 418 006,77 руб., которые ответчиком были направлены истцу, но истцом не рассмотрены, заявленный истцом в иске период просрочки с 01.11.2020 по 14.04.2022 идентичен периоду, заявленному ответчику, поэтому сумма пени составляет 1 360 567,82 руб.

Начисление пени на сумму 3 886 982 руб. 18 коп., составляющую разницу между максимальной ценой договора в размере 73 952 950 руб. и стоимостью выполненных работ в размере 70 065 967 руб. 82 коп., суд признал неправомерным, так как истцом данная сумма документально не подтверждена.

Ответчиком по данному договору представлен контррасчет, заявлено ходатайство о применении статьи 333 ГК РФ, исходя из правил статьи 395 ГК РФ, и сумма пени за периоды просрочки рассчитана в размере 2 602 948 руб. 38 коп. (22 604,54 + 26 055,36 + 122 078,73 + 44 536,11 + 301 532,55 + 236 342,41 + 14 153,94 + 67 914,54 + 366 077,90 + 1 088 334,17 + 48 129,32 + 265 188,81).

По договору № 20-06386Т от 05.06.2020 период просрочки окончания работ начинается с 19.10.2020.

Акты КС-2 по договору между сторонами не подписаны, верным является период просрочки с 19.10.2020 по 13.04.2022, поэтому сумма пени в порядке пункта 10.6.7. договора составляет 623 747 руб. 96 коп. (1 150 826,49 х 542 х 0,1%).

Ответчиком по данному договору представлен контррасчет, заявлено ходатайство о применении статьи 333 ГК РФ, исходя из правил статьи 395 ГК РФ, однако расчет произведен за неверный период.

При расчете пени по правилам статьи 395 ГК РФ от стоимости договора 1 150 826 руб. 49 коп., она составит сумму 120 084 руб. 50 коп., в соответствии со следующим расчетом:

 

Задолженность

с

по

дней

Ставка

Формула

Проценты

1 150 826,49 р.

19.10.2020

31.12.2020

74

4,25

1 150 826,49 x 74 x 4.25% /366

9 888,93 р.

1 150 826,49 р.

01.01.2021

21.03.2021

80

4,25

1 150 826,49 x 80 x 4.25% /365

10 720,03 р.

1 150 826,49 р.

22.03.2021

25.04.2021

35

4,50

1 150 826,49 x 35 x 4.5% /365

4 965,90 р.

1 150 826,49 р.

26.04.2021

14.06.2021

50

5,00

1 150 826,49 x 50 x 5% /365

7 882,37 р.

1 150 826,49 р.

15.06.2021

25.07.2021

41

5,50

1 150 826,49 x 41 x 5.5% /365

7 109,90 р.

1 150 826,49 р.

26.07.2021

12.09.2021

49

6,50

1 150 826,49 x 49 x 6.5% /365

10 042,14 р.

1 150 826,49 р.

13.09.2021

24.10.2021

42

6,75

1 150 826,49 x 42 x 6.75% /365

8 938,61 р.

1 150 826,49 р.

25.10.2021

19.12.2021

56

7,50

1 150 826,49 x 56 x 7.5% /365

13 242,39 р.

1 150 826,49 р.

14.02.2022

27.02.2022

14

9,50

1 150 826,49 x 14 x 9.5% /365

4 193,42 р.

1 150 826,49 р.

28.02.2022

10.04.2022

42

20,00

1 150 826,49 x 42 x 20% /365

26 484,77 р.

1 150 826,49 р.

11.04.2022

13.04.2022

3

17,00

1 150 826,49 x 3 x 17% /365

1 608,00 р.

Сумма основного долга: 1 150 826,49 р.

Сумма процентов: 120 084,50 р.

 

По договору № 16-02634Т от 06.07.2016 период просрочки окончания работ начинается с 01.12.2020.

По актам КС-2, подписанным сторонами в период с 18.10.2018 по 01.09.2020 на сумму 97 695 525 руб. 48 коп., просрочка выполнения работ судом не установлена, требования истца в данной части отклонено.

 По актам КС-2, подписанным сторонами в период с 02.12.2020 по 17.08.2021 на сумму 48 945 367 руб. 50 коп., суд признал верным произведенный ответчиком расчет пени в порядке пункта 10.6.7. договора от стоимости невыполненных работ в соответствующие периоды просрочки на сумму 5 546 125 руб. 75 коп. (45 772,14 + 135 755,91 + 3 378 321,01 + 350 410,27 + 1 635 866,42).

Ответчиком по данному договору представлен контррасчет, заявлено ходатайство о применении статьи 333 ГК РФ, исходя из правил статьи 395 ГК РФ, и сумма пени за периоды просрочки рассчитана в размере 697 354 руб. 66 коп. (5315,07 + 16 541,72 + 414 041,98 + 45 312,94 + 216 142,95).

По договору № 21-08807Т от 29.10.2021 период просрочки окончания работ начинается с 22.01.2022.

Акты КС-2 по договору между сторонами не подписаны, верным является период просрочки с 22.01.2022 по 21.02.2022.

Расчет пени истца суд признал неверным, так как истец произвел расчет пени по каждому из 9 этапов работ от общей стоимости договора, что противоречит положениям договора и компенсационной природе неустойки, так как при таком подходе на ответчика 9 раз накладывается ответственность за одно и то же нарушение.

Суд принял расчет пени по пункту 10.6.7. договора, произведенный ответчиком, в сумме 321 880 руб. 13 коп.

Ответчиком по данному договору представлен контррасчет, заявлено ходатайство о применении статьи 333 ГК РФ, исходя из правил статьи 395 ГК РФ, и сумма пени за периоды просрочки рассчитана в размере 74 820 руб. 59 коп.

По договору № 20-06636Т от 08.07.2020 ответчиком возражений не заявлено, о применении статьи 333 ГК РФ не заявлялось, в связи с чем требования истца о взыскании пени в порядке пункта 10.6.7. договора удовлетворены на сумму 25 185 руб. 07 коп.

Исходя из установленных выше обстоятельств, оценки доказательств и доводов  сторон в их совокупности, арбитражный  суд апелляционной  инстанции пришел  к выводу, что  правомерно заявленная истцом неустойка (пени) по пункту 10.6.7. договоров в общей сумме 48 807 521 руб. 60 коп. по заявлению ответчика подлежит снижению на основании статьи 333 ГК РФ с учетом применения судом двукратной учетной ставки Банка России, действовавшей в соответствующий период, в связи с чем первоначальные исковые требования  удовлетворению частично сумме 13 853 522 руб. 39 коп. ((1 263 608,15 + 1 634 265,18 + 521 087,20 + 2 602 948,38 + 120 084,50 + 697 354,66 + 74 820,59) х 2 + 25 185,07).

В остальной части первоначальные исковые требования признаны  судом  апелляционной инстанцией необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

При рассмотрении настоящего спора арбитражный суд апелляционной инстанции за рамки заявленных требований как по  первоначальному заявленному иску, так и  по встречному иску не выходил,  оценил  доводы  и возражения участников  спора, а также  оценивал условия  договоров на которые ссылались  истец  и ответчик.

Арбитражный  суд апелляционной инстанции при рассмотрении данного спора  установил, что предметом  настоящего спора  не является  взыскание  денежных средств за невыполненные ответчиком  работы или  выполненные некачественно.

В  данном случае  предметом  спора  являлась неустойка (штраф), начисленная  истцом  по договорам в связи с нарушением  ответчиком  сроков выполнения работ, т.е. за не исполнение не денежного обязательства.

При этом, истцом не представлено доказательств, что  невыполненный объем работ ответчиком  выполняли  иные лица или сам истец, что результат невыполненных работ имел для  него существенное значение. Указанное может   свидетельствовать, что истцом    не понесены  материальные  или иные потери  в связи с  действиями  ответчика.

При рассмотрении настоящего спора арбитражный  суд апелляционной инстанции  в полном  объеме оценил представленные доказательства и доводы  сторон, установил все  существенные обстоятельства по делу.

Суд кассационной инстанции в  силу положений  статьи 286                    АПК РФ не вправе  переоценивать выводы  суда  апелляционной инстанции в  части применения  положений статьи  333 ГК РФ, в связи с  тем,  что основания  для снижения неустойки и размер  является  оценкой  суда  апелляционной инстанции.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку указанные в кассационной жалобе доводы не опровергают законность и обоснованность принятого по делу постановления и правильности выводов суда апелляционной инстанции, а свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судом апелляционной инстанции обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом апелляционной инстанции фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемого судебного акта судом апелляционной инстанции нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, кассационной инстанцией не установлено. Нормы материального права применены правильно.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

считать истцом по делу - акционерное общество «Тольяттиазот».

Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2023 по делу № А55-14637/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                   Н.Ю. Мельникова

 

Судьи                                                                          Э.Г. Гильманова

 

                                                                                     М.З. Желаева