АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

ул. Красная ул., д.8, г.Кемерово, 650000

E-mail: info@kemerovo.arbitr.ru, 

www.kemerovo.arbitr.ru

тел. (384-2) 45-10-16

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

МОТИВИРОВАННОЕ 

РЕШЕНИЕ

по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства

Дело № А27-10401/2021

город Кемерово

04 августа 2021 года

Решение (резолютивная часть решения) принято 26 июля 2021 года                                                                     

Мотивированное решение изготовлено 04 августа 2021 года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Останиной В.В.,

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по иску Компании «РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.» («ROI VISUAL Co., Ltd.»), Республика Корея, город Сеул

к Индивидуальному предпринимателю ФИО1, пгт.Новый Городок, город Белово,  Кемеровская область (ОГРНИП 304420216100033, ИНН 

<

***>)

о взыскании 140 000 руб. (20 000 руб. за нарушение исключительного права на товарный знак №1 213 307 («ROBOCAR POLI»), 20 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)», 20 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)»,  20 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)», 20 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)», 20 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (MARK) (Робокар Поли (Марк)», 20 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (BUCKY) (Робокар Поли (Баки)), а также судебных издержек в размере стоимости вещественного доказательства (товара, приобретённого у ответчика) – 260 руб., стоимости почтовых отправлений (претензий и иска) – 439 руб. 54 коп.,

у с т а н о в и л:

Компания «РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.» («ROI VISUAL Co., Ltd.») обратилась в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании 140 000 руб., в том числе в том числе 20 000 руб. за нарушение исключительного права на товарный знак №1 213 307 («ROBOCAR POLI»), 20 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)», 20 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)»,  20 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)», 20 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)», 20 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (MARK) (Робокар Поли (Марк)», 20 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (BUCKY) (Робокар Поли (Баки)), 

Также истец просит взыскать с ответчика судебные издержки в размере стоимости вещественного доказательства (товара, приобретённого у ответчика) – 260 руб., стоимости почтовых отправлений (претензий и иска) – 439 руб. 54 коп.               

Определением от 02.06.2021 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства, установлены сроки представления документов по делу – до 28.06.2021, до 20.07.2021.  По ходатайству истца к материалам дела приобщены дополнительные документы, диск и вещественное доказательство – игрушка (вертолет в упаковке).

От истца 28.06.2021 поступили письменные пояснения во исполнение определения суда от 02.06.2021.

В отзыве на иск от 29.06.2021 ответчик исковые требования не признал, указал, что спорный товар был представлен в одном экземпляре, детские игрушки составляют около 1% от общего ассортимента, находящегося в торговой точке. Товарооборот не большой, площадь торговой точки составляет 5 кв.м. Стоимость спорного товара превышает заявленный истцом ко взысканию размер компенсации.  Ответчик одна воспитывает несовершеннолетнего ребенка. Правонарушение не носило грубый характер. В связи с изложенным, указанный размер компенсации противоречит принципу разумности и подлежит снижению до 500 руб. 

Кроме того, ответчик указал, что полномочия представителя истца – иностранного юридического лица на участие в Российском арбитражном процессе не оформлены надлежащим образом.  В доверенности, выданной в порядке передоверия для представления интересов иностранной компании из Республики Корея отсутствуют личные документы иностранного юридического лица, выписки из законодательства Республики Корея, документы государственных органов Республики Корея, подтверждающих, что Ли Донг Ву имеет право действовать от имени истца и выдавать от имени компании доверенности с правом передоверия.

Истцом не представлено документального подтверждения того, что товарному знаку №1213307 представлена правовая охрана на территории Российской Федерации. 

В материалы дела 26.07.2021 от истца поступили возражения на отзыв ответчика, согласно которым истец исковые требования поддержал в полном объеме, изложил пояснения по доводам ответчика, содержащимся в отзыве.

В соответствии с  резолютивной частью решения арбитражного суда от 26.07.2021 исковые требования удовлетворены частично. С ИП ФИО1 в пользу Компании «РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.» («ROI VISUAL Co., Ltd.») взыскано 119 000 руб. (17 000 руб. за нарушение исключительного права на товарный знак №1 213 307 («ROBOCAR POLI»), 17 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)», 17 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)»,  17 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)», 17 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)», 17 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (MARK) (Робокар Поли (Марк)», 17 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (BUCKY) (Робокар Поли (Баки)),  4 420 руб. государственной пошлины, 594 руб. 61 коп. судебных издержек. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Вещественное доказательство №1865 (игрушка (вертолет в упаковке)) признано подлежащим уничтожению после истечения срока хранения настоящего дела.

В арбитражный суд 28.07.2021 от ответчика поступило ходатайство об изготовлении мотивированного решения по делу.

При принятии решения по настоящему делу судом установлено следующее.

Как следует из имеющихся материалов дела, стороны о рассмотрении настоящего дела извещены надлежащим образом, что подтверждается материалами дела.

Рассмотрев дело по имеющимся документам, осмотрев вещественное доказательство, ознакомившись с видеозаписью процесса закупки товара, суд пришел к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению частично.

Как следует из искового заявления, 24.07.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: Кемеровская область, пгт. Новый Городок, ул. Пржевальского, 20 предлагался к продаже и был реализован товар, стоимостью 260 руб.

В обоснование исковых требований истец ссылается на то, что на спорном товаре имеются обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 1 213 307 («ROBOCAR POLI»), а также с изображениями произведений изобразительного искусства - изображением персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)», изображением персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)»,  изображением персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)», изображением персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)», изображением персонажа «ROBOCAR POLI (MARK) (Робокар Поли (Марк)», изображением персонажа «ROBOCAR POLI (BUCKY) (Робокар Поли (Баки)).

Как следует из пояснений истца, при заключении договора купли-продажи в выдаче чека было отказано, покупателю сообщено об отсутствии чеков.

В целях установления продавца спорного товара представителем истца был сделан соответствующий  запрос в налоговый орган с целью проведения проверки в данной торговой точке на соблюдение положений действующего законодательства.

Согласно ответу  МРИ ФНС России №3 по Кемеровской области №10-17/08503@  от 10.09.2019 налоговый орган сообщил о проведении проверки торгового отдела «Уютные штучки» по адресу: пгт. Новый городок, ул. Пржевальского, 20, входе которой было установлено, что деятельность в данном отделе осуществляет ИП ФИО1 (ИНН 

<

***>).

В подтверждение факта предложения спорного товара к продаже и обстоятельств заключения договор розничной купли – продажи, истцом представлен диск с видеозаписью процесса закупки товара, а также приобщен к материалам дела в качестве вещественного доказательства проданный товар (игрушка (вертолет в упаковке)).

Кроме того, согласно решению Арбитражного суда Кемеровской области от 27.02.2020 по делу №А27-27883/2019 судом удовлетворены требования Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации «Беловский» (реализующего задачи и функции органов внутренних дел на территории Беловского и Краснобродского городских округов) о привлечении ИП ФИО1  (ОГРНИП 304420216100033, ИНН 

<

***>) к административной ответственности за совершение административного правонарушения предусмотренного  частью 2 статьи 14.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и назначить наказание в виде в виде предупреждения.

Как следует из указанного решения, 20.08.2019 сотрудниками ОЭБ и ПК МО МВД России «Беловский» в результате проведения оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка», по адресу: 

<

...>, был установлен факт реализации  ИП ФИО1 игрушек (пазл с наименованием «Барбоскины» - 1шт.;  «Robocar Poli» - 1 шт.,; кукла «LQL» - 1 шт.; кукла «Сказочный патруль» - 1 шт.,) с нанесенными изображениями, сходными до степени смешения с официально зарегистрированными товарными знаками. 

Вышеуказанная продукция была снабжена ценниками и предложена к продаже для неопределенного круга лиц.

Продукция с признаками контрафактности была изъята сотрудниками административного органа в порядке, предусмотренном статьей 27.10 КоАП РФ (протокол осмотра от 20.08.2019).

01.08.2019  было вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования, вынесено постановление о назначении исследования.

Изъятые товары были направлены на исследование специалисту - эксперту ФИО2, АНО «Центр независимой экспертизы и досудебных исследований» 

<

...>, кор 1, пом. 213.

Согласно справке об исследовании от 11.09.2019 №91/19 в ходе исследования  было установлено, что ИП ФИО1 реализовывала продукцию с нанесенными изображениями, сходными до степени смешения, с товарными знаками, исключительные права на которые принадлежат компании МГА Энтертеймент, Инк., компании РОИ ВИЖУАЛ КО., ЛТД.,  ООО «Ноль плюс медиа».

Согласно информации представителя правообладателей товарных знаков директора некоммерческого партнерства «Красноярск против пиратства» ФИО3 от 13.09.2019г. исх. № 153/19, №154/19,  №155/19 следует, что изъятые у ИП ФИО1 товары содержат обозначения, тождественные товарным знакам «L.O.L. SURPRISE!», «Robocar Poli», «Сказочный патруль».

Правообладатели указанных товарных знаков никаких договоров или соглашений с ИП ФИО1 не заключали, и никаких прав на использование товарных знаков компании (в том числе на реализацию и хранение продукции) не передавали.

По результатам административного расследования 01.10.2019 был составлен протокол №42 АП 194038 об административном правонарушении. 

Продукция, изъятая согласно протоколу осмотра помещений, территорий от 20.08.2019 признана подлежащей уничтожению.

В обоснование исковых требований в отношении указанного товара истец ссылается на то, что на данном товаре имеются обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 1 213 307 («ROBOCAR POLI»), а также с изображениями произведений изобразительного искусства - изображением персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)», изображением персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)»,  изображением персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)», изображением персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)», изображением персонажа «ROBOCAR POLI (MARK) (Робокар Поли (Марк)», изображением персонажа «ROBOCAR POLI (BUCKY) (Робокар Поли (Баки)), что подтверждается  представленной истцом  фотографией спорного товара, изъятого в ходе проведения ОРМ, приложенной к справке об исследовании №91/19 от 11.09.2019. 

Ссылаясь на то, что, осуществляя реализацию спорных товаров, ответчик нарушил принадлежащие Компании «РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.» («ROI VISUAL Co., Ltd.») исключительные права на товарный знак №1 213 307, на изображения произведений изобразительного искусства, истец претензией №54440, 61688 обратился к ответчику с требованием оплатить компенсацию за нарушение исключительных прав и возместить понесенные истцом расходы на приобретение контрафактного товара, почтовые расходы. 

Поскольку ответчиком оплата компенсации в добровольном порядке не произведена, указывая на то, что приобретенные товары являются контрафактными, истец, обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Судом установлено, что Компания «РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.» («ROI VISUAL Co., Ltd.») является действующим юридическим лицом, коммерческая деятельность которого зарегистрирована 22.05.2004 за номером 110111-3015339 и идентификационным номером 211-87-50168.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

В пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 №23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» (далее – Постановление Пленума ВС РФ №23) указано, что из взаимосвязанных положений пункта 9 части 1 статьи 126, части 1 статьи 253, части 3 статьи 254 АПК РФ следует, что в случае, когда истцом или ответчиком является иностранное лицо, к исковому заявлению прилагается документ, подтверждающий нахождение лица под юрисдикцией иностранного государства, его организационно-правовую форму, правоспособность и содержащий сведения о том, кто от имени юридического лица обладает правомочиями на приобретение гражданских прав и принятие гражданских обязанностей. Такой документ определяется на основании личного закона иностранного лица (например, выписка из торгового реестра страны происхождения).

Пунктом 19 Постановления Пленума ВС РФ №23 предусмотрено, что юридический статус иностранного юридического лица подтверждается, как правило, выпиской из официального торгового реестра страны происхождения. Юридический статус иностранных лиц может подтверждаться иными эквивалентными доказательствами юридического статуса, признаваемыми в качестве таковых законодательством страны учреждения, регистрации, основного места осуществления предпринимательской деятельности, гражданства или места жительства иностранного лица.

В соответствии с пунктом 25 Информационного письма Президиума ВАС РФ №158 от 09.07.2013 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел с участием иностранных лиц» степень актуальности представленной информации нужно оценивать с учетом всей совокупности обстоятельств дела. Суд принимает во внимание, в частности, время, необходимое для осуществления консульской легализации или проставления апостиля, доставки документов с территории иностранного государства на территорию Российской Федерации, перевода документов и его удостоверения.

Согласно пункту 24 Постановления Пленума ВС РФ №23 по общему правилу, документы, подтверждающие юридический статус иностранного лица и право на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности, должны быть получены не ранее чем за тридцать дней до обращения истца в арбитражный суд (пункт 9 части 1 статьи 126 АПК РФ), за исключением случаев, когда такие документы требуют консульской легализации или проставления апостиля.

Положениям статьи 75 АПК РФ предусмотрено, что к представляемым в арбитражный суд письменным доказательствам, исполненным полностью или в части на иностранном языке, должны быть приложены их надлежащим образом заверенные переводы на русский язык. 

В соответствии со статьей 81 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате от 11.02.1993 №4462-1 нотариус свидетельствует верность перевода с одного языка на другой, если нотариус владеет соответствующими языками. Если нотариус не владеет соответствующими языками, перевод может быть сделан переводчиком, подлинность подписи которого свидетельствует нотариус. 

В подтверждение юридического статуса Компании истцом в материалы дела представлена копия свидетельства о регистрации компании (юридическое лицо – плательщик налогов) №8687-762-0749-66 от 03.05.2021, номер Компании 110111-3015339, с апостилем от 04.05.2021,  и нотариально удостоверенным переводом на русский язык. 

Согласно указанному свидетельству Компания «РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.» («ROI VISUAL Co., Ltd.») является действующей организацией Республики Кореи с регистрационным номером 110111-3015339 и идентификационным номером 211-87-50168. Кроме того, указана дата начала коммерческой деятельности – 19.05.2004 (дата регистрации – 22.05.2004), вид коммерческой деятельности – информация и коммуникации/ оптоворозничная торговля, а также предмет коммерческой деятельности – производство видеоматериалов и кинофильмов, другое книгоиздательство.

Свидетельство выдано уполномоченным органом и может быть проверено на официальном сайте государственной налоговой службы (www.hometax.go.kr).

Кроме того, представленное свидетельство о государственной регистрации истца было выдано главой налогового отдела района Кангнам, подлинность подписи, печати/штампа которого удостоверены апостилем от 04.05.2021, что соответствует требованиям Конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов от 05.10.1961, членами которой являются Россия и Республика Корея. 

Апостиль подтверждает подлинность подписи официального лица Республики Корея, осуществившего заверение, печати или штампа, которыми скреплен прилагающийся официальный документ, выданный официальным лицом Республики Корея. Апостиль проставлен компетентным органом государства, в котором этот документ был совершен: Министерством иностранных дел (http://www.mofa.go.kr/www/index.do). 

Более того, проверить подлинность апостиля можно на официальном сайте: https://www.apostille.go.kr/index.do. 

Временно исполняющей обязанности нотариуса г. Москвы ФИО4 была засвидетельствована подлинность подписи, сделанной переводчиком свидетельства о государственной регистрации от 03.05.2021 ФИО5, а также удостоверена личность переводчика, осуществившего перевод данного свидетельства.

Согласно данному свидетельству в качестве представителя компании (регистрационный номер компании (резидента) указан Ли Донг Ву (1 10l 1 1-3015339).

В соответствии с пунктом 20 Постановления Пленума ВС РФ №23 при проверке полномочий представителей иностранных лиц в арбитражном процессе судам надлежит учитывать, что лица, имеющие полномочия действовать от имени юридического лица без доверенности, а также полномочия на доверенности от имени юридического лица, определяются по личному закону иностранного юридического лица (подпункт 6 пункта 2 статьи 1202 ГК РФ).

С учетом того, что к полномочиям представителя иностранного лица для ведения дела в государственном суде в силу пункта 4 статьи 1217.1 ГК РФ применяется право страны, где проводится судебное разбирательство, объем полномочий представителя на ведение дела в арбитражном суде Российской Федерации, исходя из подпункта 1 пункта 5 статьи 1217.1 ГК РФ, определяется на основании статьи 62 АПК РФ.

Форма доверенности на участие представителя иностранного лица в арбитражном суде Российской Федерации подчиняется праву страны, применимому к самой доверенности (пункт 1 статьи 120.9 ГК РФ), то есть праву Российской Федерации (пункт 4 статьи 1217.1 ГК РФ). Однако доверенность не может быть признана недействительной вследствие несоблюдения формы, если не нарушены требования права страны выдачи доверенности (пункт 1 статьи 1209 ГК РФ) и требования статьи 61 АПК РФ.

В соответствии с пунктом 41 Постановления Пленума ВС РФ №23 доверенность от имени иностранного лица, выданная на территории иностранного государства, не является официальным документом и, по общему правилу, не требует обязательного удостоверения в виде консульской легализации или проставления апостиля, если не содержит отметок официальных органов иностранного государства.

При этом суд в случае сомнений в отношении подлинности подписи, статуса лица, подписавшего доверенность, вправе запросить дополнительные доказательства, подтверждающие полномочия лица, участвующего в деле. К числу таких доказательств может быть отнесена выданная иностранным лицом своему представителю нотариально удостоверенная доверенность с проставленным апостилем или легализационной надписью консульского должностного лица. Аналогичная позиция изложена в пункте 27 Обзора суда №158.

В силу пункта 1 статьи 185 ГК РФ доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами. 

В соответствии с частью 1 статьи 187 ГК РФ лицо, которому выдана доверенность, должно лично совершать те действия, на которые оно уполномочено. Оно может передоверить их совершение другому лицу, если уполномочено на это доверенностью, а также, если вынуждено к этому силой обстоятельств для охраны интересов выдавшего доверенность лица и доверенность не запрещает передоверие.

В соответствии с доверенностью от 01.10.2020, выданной Компания «РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.» («ROI VISUAL Co., Ltd.») в г.Сеул (Республика Корея), представителем организации является Ассоциация специалистов по обороту и защите интеллектуальной собственности «БРЕНД». 

Указанная доверенность на имя Ассоциации «БРЕНД», нотариально заверена квалифицированным нотариусом юридической и нотариальной конторы «Ханми» - Ким Чоль Ги. 

Согласно пункту 1 статьи 26 Закона о нотариате в Республике Корея при совершении нотариальных действий подготавливаемые нотариусом документы излагаются на корейском языке, однако по просьбе клиента документ также может быть изложен на иностранном языке (совместно с корейским), при этом указанные требования распространяются исключительно на документы, подготавливаемые самим нотариусом (т.е. не распространяются на текст удостоверяемого документа). 

Представленное нотариальное удостоверение выполнено на корейском и английском языках, что соответствует вышеуказанным требованиям. 

Согласно статье 2 Закона о нотариате в Республике Корея в полномочия нотариуса в числе прочего входит удостоверение документа, подписанного частным лицом. При этом в соответствии с пунктами 1, 2 статьи 27 вышеуказанного Закона о нотариате нотариус при осуществлении своих полномочий должен достоверным способом (надлежащим образом) удостоверить личность лица, обратившегося к нему, а также его полномочия. 

Таким образом, при нотариальном удостоверении доверенности, выданной истцом в лице генерального директора Ли Донг Ву на имя Ассоциации «БРЕНД», нотариусом были проверены полномочия Ли Донг Ву на выдачу доверенности и установлена его личность, в противном случае нотариусом не было бы выдано нотариальное свидетельство. 

Следовательно, полномочия Ли Донг Ву при выдаче им доверенности от 01.10.2020 были проверены и достоверность информации удостоверена государственным нотариусом Республики Корея, подлинность подписи, печати/штампа которого удостоверена апостилем от 01.12.2020, что соответствует требованиям Конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов от 05.10.1961. 

Аутентичность текста на русском языке тексту на английском и корейском языках доверенности от 01.10.2020 засвидетельствована переводчиком ФИО5, подлинность подписи переводчика удостоверена нотариусом г. Москвы ФИО6 от 09.12.2020. 

Принимая во внимание, что указанная доверенность, апостиль и нотариально удостоверительные подписи сопровождаются надлежащим образом заверенным переводом на русский язык, данное обстоятельство исключает необходимость доказывать соответствие содержания доверенностей и их формы российской праву.

Кроме того, данная доверенность содержит возможность передоверия: «Настоящая доверенность даёт право выдавать соответствующую доверенность третьим лицам (в том числе физическим и юридическим) в порядке передоверия». 

Реализуя указанную возможность, 11.01.2021 Компанией «РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.» («ROI VISUAL Co., Ltd.») в лице Ассоциации «БРЕНД» была выдана доверенность серии 77 АГ №5425501, в том числе на имя АНО «Защита Интеллектуальных Прав Красноярск Против Пиратства», с правом представлять интересы истца на территории России во всех судах судебной системы Российской Федерации, в том числе в арбитражных судах Российской Федерации. В указанной доверенности также предусмотрено право подписания искового заявления и предъявление его в суд. 

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, ФИО3 является директором АНО «Защита Интеллектуальных Прав Красноярск Против Пиратства». 

При изложенных обстоятельствах, оснований для признания полномочий представителей истца неподтверждёнными у суда не имеется.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем товарного знака №1 213 307 «ROBOCAR POLI» на территории Российской Федерации в отношении товаров 18, 25, 28 классов МКТУ. 

В Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от 28.06.1989 и протоколом к нему, внесена запись о регистрации за Компанией товарного знака в виде стилизованного изображения логотипа «ROBOCAR POLI» от 26.04.2013, что подтверждено свидетельством Всемирной организации интеллектуальной собственности № 1 213 307. 

Товарный знак № 1 213 307 (логотип «ROBOCAR POLI») имеет правовую охрану, в том числе в отношении 28 класса Международной классификации товаров и услуг (далее - МКТУ), включающего такие товары, как «игрушки». 

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Мадридского соглашения о международной регистрации знаков от 14.04.1891, участником которого является РФ, с момента регистрации, произведенной в Международном бюро в соответствии с положениями статей 3 и 3-ter, в каждой заинтересованной договаривающейся стране данного соглашения знаку предоставляется такая же охрана, как если бы данный товарный знак был заявлен там непосредственно. 

Таким образом, товарные знаки, зарегистрированные в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков, обладают охраноспособностью на территории Российской Федерации, как если бы они были зарегистрированы на территории РФ непосредственно. 

В материалы дела представлена копия выписки из Международного реестра товарных знаков о регистрации товарного знака № 1 213 307 (логотип «ROBOCAR POLI»), к которому приложен нотариально удостоверенный перевод на русский язык. Сведения о регистрации товарного знака № 1 213 307 размещены в режиме свободного доступа на официальном сайте Всемирной организации интеллектуальной собственности: http://www.wipo.int/madrid/monitor/en/index.jsp. Срок правовой охраны данного товарного знака установлен до 26.04.2023. 

Допустимость использования сведений, размещенных на общедоступных Интернет-сайтах, в качестве доказательств при разрешении споров о защите исключительных прав подтверждается судебной практикой (постановления Суда по интеллектуальным правам от 02.08.2016 по делу № А40-70071/2013, от 22.07.2016 по делу № А56-17314/2015). 

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что Компания является правообладателем товарного знака № 1 213 307, которому предоставляется охрана на территории Российской Федерации. 

Также Компания «ROI VISUAL Co., Ltd.» («РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.») обладает исключительными правами на следующие объекты авторского права - произведения изобразительного искусства: 

- изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)», что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права №С-2011-010950-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016;

 - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)», что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права №С-2011-010951-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016;

 - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)», что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права №С-2011-010952-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016,

 - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)», что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права №С-2011-010953-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016;

- изображение персонажа «ROBOCAR POLI (MARK) (Робокар Поли (Марк)», что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права №С-2016-004045, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 17.02.2016;

- изображение персонажа «ROBOCAR POLI (BUCKY) (Робокар Поли (Баки)), что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права №С-2016-004046, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 17.02.2016.

Пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. 

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если названным Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. 

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными названным Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом. 

Пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ предусмотрено, что на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое

свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

Товарный знак служит средством индивидуализации производимых товаров, позволяет покупателю отождествлять маркированный товар с конкретным производителем, вызывает определенное представление о продукции.

Согласно статье 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак

(правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2

данной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Следует отметить, что в силу подпункта 3 пункта  3 статьи  1492 ГК РФ заявка на товарный знак должна содержать перечень товаров, в отношении которых испрашивается государственная регистрация товарного знака и которые сгруппированы по классам Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (МКТУ).

В силу пункта 2 статьи 1481 ГК РФ свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

Следовательно, товар, его этикетка и упаковка рассматриваются как один объект. Неправомерное нанесение товарного знака на этикетку или упаковку товара является нарушением исключительных прав на товарный знак в отношении не упаковки, а самого этого товара.             В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, к которым в том числе относятся произведения изобразительного искусства – рисунки. Они обладают признаками оригинальности (уникальности, неповторимости), индивидуальными характеристиками, созданными в результате творческой деятельности конкретного автора (художника), и в 5 отношении них существует возможность их использования как самостоятельных объектов интеллектуальной собственности. 

Согласно пункту 3 статьи 1259 ГК РФ авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме. 

Для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей (пункт 4 статьи 1259 ГК РФ). 

В силу пункта 3 статьи 1228 ГК РФ исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный творческим трудом, первоначально возникает у его автора. Это право может быть передано автором другому лицу по договору, а также может перейти к другим лицам по иным основаниям, установленным законом.

Авторские права распространяются на часть произведения, на его название, на персонаж произведения, если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и отвечают требованиям, установленным пунктом 3 настоящей статьи (пункт 7 статьи 1259 ГК РФ).

Поскольку, согласно пункту 3 названной статьи, охране подлежат произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, то под персонажем следует понимать часть произведения, содержащую описание или изображение того или иного действующего лица в форме (формах), присущей (присущих) произведению: в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме и других. 

В пункте 82  Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10 от 23.04.2019 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что охрана авторским правом персонажа произведения предполагает, в частности, что только автору или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать персонаж любым способом, в том числе путем его воспроизведения или переработки (подпункты 1 и 9 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1259 ГК РФ аудиовизуальное произведение, частью которого является персонаж (персонажи), и произведение изобразительного искусства (рисунки) являются самостоятельными объектами правовой охраны. 

В рамках рассматриваемого дела истцом заявлены требования о взыскании компенсации именно за произведения изобразительного искусства (как самостоятельные объекты интеллектуальной собственности), а не за аудиовизуальное произведение или образы персонажей.

Самостоятельный характер данных объектов интеллектуальных прав подтверждается представленными в материалы дела документами - свидетельствами на произведения и товарный знак.

В каждом из указанных документов имеется изображение объекта интеллектуальной собственности, которое является узнаваемым, в том числе в силу специфики стилистического изображения, цветовой гаммы, индивидуальных особенностей конкретного изображения - детали «образа» и т.д.

Также, в представленных свидетельствах указана ссылка на статью 53 Закона о защите интеллектуальной собственности, согласно которой регулируется регистрация авторских прав на произведения, что дополнительно свидетельствует о том, что каждый заявленный объект интеллектуальной собственности носит самостоятельный характер и не является частью аудиовизуального произведения.

Согласно абзацу 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Кроме того, в соответствии с пунктом 60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» требование о взыскании компенсации носит имущественный характер. Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 ГК РФ).

В связи с указанным, использование ответчиком каждого объекта интеллектуальной собственности является самостоятельным нарушением исключительных прав истца на соответствующие объекты.

Кроме того, пунктом 63 Постановления Пленума ВС РФ №10  предусмотрено, что, если имеется несколько принадлежащих одному лицу результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение, товарный знак и наименование места происхождения товара, товарный знак и промышленный образец, компенсация за нарушение прав на каждый объект определяется самостоятельно.

Следовательно, каждое произведение изобразительного искусства - изображение персонажа рассматривается судом как самостоятельный результат интеллектуальной деятельности. Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

Согласно статье 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных этим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 названного Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя 7 из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения. 

В данном случае истец, полагая, что нарушены его права на товарный знак №1 213 307, а также на произведения изобразительного искусства обратился в арбитражный суд с требованием о взыскании 140 000 руб. компенсации.

В подтверждение факта продажи товаров именно ответчиком в спорной торговой точке, расположенной по адресу: Кемеровская область, пгт. Новый Городок, ул. Пржевальского, 20, истцом представлен ответ налогового органа от 10.09.2019, решение суда от 27.02.2020 по делу №А27-27883/2019.

Факт продажи спорных товаров ответчиком не оспорен, доказательств обратного не представлено.

Кроме того, в подтверждение осуществления деятельности в данной торговой точке по указанному адресу ИП ФИО1 представлен договор аренды №349/19 от 09.06.2017 заключенный на неопределенный срок.

Из представленной истцом видеозаписи усматривается факт реализации продавцом 24.07.2019 в торговой точке спорного товара. Следовательно, полномочия лица на осуществление данной сделки купли-продажи данного товара явствует из обстановки совершения сделки, что соответствует положениям статьи 182 ГК РФ. 

Доказательств ведения торговли иными лицами от его имени, ответчик в процессе рассмотрения дела в соответствии со статьей 65 АПК РФ не представил. 

Как следует из законодательства Российской Федерации, сложившейся судебной практики, субъекты прав на средства индивидуализации могут прибегать к соразмерной самозащите. В качестве одного из способов такой самозащиты, как правило, используется осуществление видеозаписи процесса закупки товара, являющегося контрафактным, что соответствует позиции Верховного Суда РФ, изложенной в пункте 10 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», включающего в самозащиту как воздействие на имущество нарушителя, так и воздействие лица на свое собственное или находящееся в его законном владении имущество.

При воспроизведении видеозаписи закупки товара судом не установлено прерывание записи, элементов монтажа.

Указанная видеозапись отражает процесс приобретения конкретного товара, обстоятельства передачи покупателю конкретного предмета, который визуально похож на товар, представленный в дело, обстоятельства не выдачи кассовых либо иных чеков. 

Заявлений о фальсификации представленных истцом доказательств ответчиком при рассмотрении настоящего дела в соответствии со статьей 161 АПК РФ заявлено не было.

В связи с указанным, суд приходит к выводу о том, что представленная истцом видеозапись закупки товара произведена в целях самозащиты гражданских прав, не требует дополнительного законодательного регулирования, и в силу статьи 493 ГК РФ свидетельствует о заключении сторонами 24.07.2019 розничного договора купли-продажи.

Факт нарушения ответчиком исключительных прав истца 20.08.2019 подтвержден решением Арбитражного суда Кемеровской области от 27.02.2020 по делу №А27-27883/2019.

Частью 2 статьи 69 АПК РФ предусмотрено, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Установленные решением суда от 27.02.2020 по делу №А27-27883/2019 обстоятельства ИП ФИО1 не оспаривались, судебный акт не обжаловался и  вступил в законную силу.

Таким образом, в рассматриваемом случае установленные решением суда от 27.02.2020 по делу №А27-27883/2019 обстоятельства имеют преюдициальное значение для настоящего спора.

Доказательств наличия у ответчика права использования указанного товарного знака, произведений изобразительного искусства в материалы дела не представлено.

В силу пункта 2 части 2 статьи 1270 ГК РФ использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности распространение произведения путем продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляров.

В соответствии с пунктом 7 Информационного письма Президиума ВАС РФ №122 от 13.12.2007 действия лица по распространению контрафактных экземпляров произведения образуют самостоятельное нарушение исключительных прав. При этом сам по себе факт приобретения этих экземпляров у третьих лиц не свидетельствуют об отсутствии вины лица, их перепродающего.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 №28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» абзац 3 пункта 3.2. отражено, что лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, - с тем чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты – должно получить необходимую информацию от своих контрагентов.

Документального подтверждения принятия ответчиком мер по получению необходимой информации о спорном товаре в материалы дела не представлено.

Как следует из разъяснений Президиума ВАС РФ, указанных при рассмотрении дела №А40-82533/2011, предпринимательская деятельность осуществляется с учетом рисков и возможных негативных последствий, ей присущих. 

Исходя из изложенного, действия ответчика по хранению, предложению к продаже и продаже спорных товаров без получения соответствующих права использования указанного товарного знака является нарушением исключительных прав истца.

Как следует из положений пункта 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10 от 23.04.2019 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Исходя из изложенного, при сравнении товарного знака, исключительные права на который зарегистрированы за Компанией «ROI VISUAL Co., Ltd.» («РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.») с обозначениями, содержащимися на товарах, очевидно, что они имеют изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком, правообладателем которого является истец. Для констатации этого нет оснований для обращения к специальным познаниям и назначения судом экспертиз любого вида. 

Кроме того, при визуальном осмотре и сравнении обозначений, изображённых на товарах, приобретённых и изъятых у ответчика, с персонажами, исключительные права на которые принадлежат истцу, установлено их визуальное сходство: графическое и объёмное изображение, расположение отдельных частей персонажей совпадает, цветовая гамма персонажей соответствует. Визуальное и графическое сходство охраняемых изображений персонажей с обозначениями, содержащимися на реализованном ответчиком товаре, позволяют ассоциировать сравниваемые объекты один с другим и сделать вывод об их сходстве до степени смешения. 

Данные обстоятельства ответчиком не оспариваются, доказательств обратного не представлено.

В связи с указанным, суд приходит к выводу, что приобретённый у ответчика 24.07.2019 товар обладает всеми признаками контрафактности, поскольку имеет сходство по визуальным характеристикам, однако, на указанном товаре отсутствуют сведения о правообладателе персонажей – Компания «ROI VISUAL Co., Ltd.» («РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд»).

Факт контрафактности изъятого у ответчика 20.08.2019 товара подтверждается решением суда от 27.02.2020 по делу №А27-27883/2019.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пунктах 59, 61, 62 Постановления №10 компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

Согласно статье 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя  из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения. 

В силу пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252 ГК РФ).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Обязанность определить размер компенсации и выявить обстоятельства для ее снижения в пределах, установленных ГК РФ, с учетом фактических обстоятельств дела, возложена на суд, что нашло свое отражение в постановлении Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 №28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» (пункты 3.2., 4). 

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. 

Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 ГК РФ).

Оценив представленных в дело доказательства, суд пришел к выводу о том, что истцом подтвержден факт нарушения ответчиком его исключительных прав на товарный знак № 1 213 307 («ROBOCAR POLI»), а также на изображения произведений изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)», изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)»,  изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)», изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)», изображение персонажа «ROBOCAR POLI (MARK) (Робокар Поли (Марк)», изображение персонажа «ROBOCAR POLI (BUCKY) (Робокар Поли (Баки)).   

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Применительно к Постановлению Конституционного суда Российской Федерации №28-П от 13.12.2016 бремя доказывания факта многократного превышения размера компенсации размеру причиненных убытков возложено на ответчика.

В ходе рассмотрения настоящего дела ответчиком заявлено о снижении подлежащего взысканию размера компенсации до 500 руб. в связи с несоразмерностью заявленной суммы компенсации допущенному нарушению.

Сторона, заявившая о необходимости снижения компенсации, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры. 

В отзыве на иск от 29.06.2021 ответчик указал, что спорный товар был представлен в одном экземпляре, детские игрушки составляют около 1% от общего ассортимента, находящегося в торговой точке. Площадь торговой точки составляет 5 кв.м. Стоимость спорного товара превышает заявленный истцом ко взысканию размер компенсации.  Ответчик одна воспитывает несовершеннолетнего ребенка. Правонарушение не носило грубый характер. 

Проанализировав изложенные ответчиком доводы в их совокупности, суд учитывает, что низкая стоимость контрафактного товара по данной категории дел не имеет юридического значения. Споры, связанные с защитой интеллектуальных прав, обусловлены не стоимостью самих товаров, а стоимостью договоров авторского заказа, в том числе, на создание дизайна каждого персонажа, придание им оригинального облика.

Помимо прочего, от использования контрафактного товара страдают интересы не только правообладателей, но и потребителей, поскольку те вводятся в заблуждение при покупке, полагая, что приобретают качественный и лицензионный товар.

Доказательств заключения между сторонами лицензионных или иных договоров на передачу исключительных прав на указанные произведения не представлено.

Как следует из разъяснений, изложенных судом по интеллектуальным правам в  Постановлении от 17.11.2017 по делу №А39-3447/2016, документальное подтверждение обстоятельств наличия у предпринимателя несовершеннолетних детей и кредитных договоров (обязательств) само по себе, безотносительно сведений о доходах Предпринимателя, не может однозначно свидетельствовать о тяжелом материальном положении последнего.

Кроме того, судом установлено, что согласно сведениям, размещенным в информационной системе «Картотека дел», в производстве Арбитражного суда Кемеровской области имеется иное дело (№А27-14948/2018) к ИП ФИО1 по иску иного правообладателя о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав.  

Как следует из сведений, размещенных на сайте ФНС России, ИП ФИО1 (ИНН 

<

***>) была представлена мера поддержки в виде моратория на банкротство. 

Согласно представленной в материалы дела выписки из ЕГРИП, ФИО1 на момент совершения правонарушения обладала статусом индивидуального предпринимателя, основным видом деятельности которого являлось – торговля розничная прочая в неспециализированных магазинах (47.19).  

Суд отмечает, что сложная экономическая ситуация, которая сложилась в силу введения ограничительных мер в период противодействия новой коронавирусной инфекции, объективно повлияла на финансовое состояние ответчика. Учитывая, что Российская Федерация приняла широкий круг мер, направленных на поддержку и защиту малого и среднего бизнеса, суд при принятии решения по настоящему делу не может игнорировать  соответствующие обстоятельства (признание государством факта снижения уровня доходов предпринимателей и необходимости их поддержки).

Суд учитывает, что в соответствии с пунктом 64 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10 положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации (далее - при множественности нарушений). 

Однако, как следует из положений Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 №40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» Конституционным Судом Российской Федерации сформулированы следующие правовые позиции о том, что взыскание компенсации за нарушение интеллектуальных прав, будучи штрафной санкцией, преследующей в том числе публичные цели пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности, является тем не менее институтом частного права, которое основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (пункт 1 статьи 1 ГК РФ) и в рамках которого защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться так, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота, т.е. с соблюдением требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на осуществление прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3, Конституции Российской Федерации).

Отсутствие у суда, столкнувшегося с необходимостью применить на основании прямого указания закона санкцию, явно - с учетом обстоятельств конкретного дела - несправедливую и несоразмерную допущенному нарушению, возможности снизить ее размер ниже установленного законом предела подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду.

В силу положений пункта 3 статьи 1252 ГК РФ компенсация за нарушение исключительного права может взыскиваться и сверх убытков, но лишь при наличии таковых. Будучи мерой гражданско-правовой ответственности, она имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

Соответственно, компенсация может быть больше (в умеренных пределах), чем цена, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав. 

Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 №2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

Развивая выраженные в Постановлении от 13.12.2016 №28-П позиции о правовой природе компенсации за нарушение исключительного права и о необходимости находить баланс интересов участников соответствующих правоотношений, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13.02.2018 №8-П отметил следующее: если при рассмотрении конкретного дела будет выявлено, что применимые нормы ставят одну сторону (правообладателя) в более выгодное положение, а в отношении другой предусматривают возможность неблагоприятных последствий, то суд обязан руководствоваться критериями обеспечения равновесия конкурирующих интересов сторон и соразмерности назначаемой меры ответственности.

Сформулированные в названном Постановлении правовые позиции имеют общий (универсальный) характер в том смысле, что должны учитываться не только при применении тех же самых норм Гражданского кодекса Российской Федерации, которые стали непосредственным предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации, и лишь в контексте идентичных обстоятельств дела, но и в аналогичных ситуациях. 

Оценка сопоставимости условий использования с обстоятельствами нарушения должна осуществляться судом, рассматривающим конкретное дело, а правовое регулирование не должно препятствовать нахождению баланса интересов правообладателя и индивидуальных предпринимателей - ответчиков, притом что поиск такого баланса оказывается затруднен при формальном подходе к сопоставимости.

Отсутствие у суда правомочия снизить размер компенсации может повлечь в этом случае - вразрез с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации о необходимости учета фактических обстоятельств дела и вопреки требованиям справедливости и разумности - явную несоразмерность налагаемой на ответчика имущественной санкции ущербу, причиненному истцу, и тем самым нарушение баланса их прав и законных интересов, которые, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13.12.2016 №28-П, защищаются статьями 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации и соблюдение которых гарантируется основанными на этих статьях принципами гражданско-правовой ответственности в сфере предпринимательской деятельности.

Конституционным Судом Российской Федерации указано, что впредь до внесения в гражданское законодательство изменений, вытекающих из Постановлений 13.12.2016 №28-П, 24.07.2020 №40-П, суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной Гражданским кодексом Российской Федерации величины.

При определении размера компенсации судом учтено, что реализация спорного товара не относится к основным видам деятельности ответчика, нарушение не носит грубый характер, затруднительное финансовое состояние ответчика, вызванное обстоятельствами от него не зависящими (падение уровня дохода в связи с введением ограничительных мер).

Исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, руководствуясь статьями 1229, 1259, 1263, 1270, 1484, 1515 ГК РФ, разъяснениями, содержащимися в пункте 62 Постановления Пленума ВС РФ №10, правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 №40-П, исходя из принципов разумности и справедливости, восстановительного характера компенсации, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, принимая во внимание характер правонарушения, в том числе с учетом установления судом двух фактов нарушения, взыскание истцом компенсации за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации,  а также степень вины нарушителя, суд приходит к выводу о том, что исковые требования о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав подлежат удовлетворению в размере 119 000 руб., то есть по 8 500 руб. за каждый факт нарушения с учетом двух произведенных закупок ((8 500 руб. х 7)х2). 

В остальной части исковые требования относительно нарушения ответчиком прав истца удовлетворению не подлежат.

Оснований для снижения заявленной ко взысканию компенсации ниже минимального предела судом не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ, пунктами 2, 10, 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» судебные расходы подлежат отнесению на ответчика.

Истцом заявлено о взыскании судебных издержек в размере 260 руб. стоимости товара, приобретенного у ответчика 24.07.2019, 439 руб. 54 коп. почтовых расходов.

Указанные расходы в соответствии со статьей 106 АПК РФ относятся к судебным издержкам и подлежат распределению с учетом положений статьи 110 АПК РФ.

В подтверждение несения расходов на оплату стоимости указанного товара истцом представлена видеозапись процесса закупки товара,   в подтверждение несения почтовых расходов – почтовая квитанция от 14.04.2021 (отправитель – АНО «Красноярск против пиратства»).  

Как следует из содержания доверенности №77 АГ 5425501 от 11.01.2021  Компания «РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.» («ROI VISUAL Co., Ltd.») в лице Ассоциации «БРЕНД» представило АНО «Красноярск против пиратства» полномочия оплачивать от имени доверителя государственную пошлину и иные сборы, оплачивать полученные выписки из ЕГРИП, оплачивать отправку почтовой корреспонденции, совершать иные действия, направленные на сбор доказательств нарушения прав доверителя (фото и/или видеофиксация нарушения, приобретение (оплата) товара, обладающего признаками контрафактности). 

Суд отмечает, что в дело представлен приобретенный у ответчика товар, полномочия лица, осуществившего закупку товара, истцом одобрены. 

В связи с изложенным, дополнительного выяснения полномочий лица, осуществившего приобретение товара не требуется.

Суд учитывает, что в соответствии со статьей 65 АПК РФ каждая из сторон имеет право пользоваться любыми предусмотренными арбитражным процессуальным законодательством Российской Федерации правами в целях подтверждения своей позиции по рассматриваемому делу.

Реализация процессуальных прав в этой связи не может оцениваться судом с точки зрения оценки обоснованности (необоснованности) судебных расходов связанных с осуществлением представителем действий по подготовке процессуальных документов, доказательств в обоснование позиции стороны по делу.

В связи с изложенным, суд признает факт несения истцом судебных издержек документально подтвержденным, доводы ИП ФИО1 об отсутствии правовых оснований для взыскания с ответчика судебных расходов - необоснованными.

С учетом частичного удовлетворения судом заявленных требований, на ответчика  относится 4 420 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, 594 руб. 61 коп. судебных издержек. Остальная часть судебных расходов и издержек относится на истца.

В рассматриваемом случае судебные расходы распределены судом в соответствии со статьей 110 АПК РФ в связи с полным удовлетворением исковых требований. 

Заявление истца о распределении судебных расходов в соответствии со статьей 111 АПК РФ удовлетворению не подлежит.

В соответствии с частью 1 статьи 111 АПК РФ в случае, если спор возник вследствие нарушения лицом, участвующим в деле, претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора, предусмотренного федеральным законом или договором, в том числе нарушения срока представления ответа на претензию, оставления претензии без ответа, арбитражный суд относит на это лицо судебные расходы независимо от результатов рассмотрения дела.

Само по себе поведение ответчика, выразившееся в отсутствие ответа на претензию истца, не является достаточным для применения части 1 статьи 111 АПК РФ.

При применении указанной нормы права следует установить наличие причинно-следственной связи между указанным поведением ответчика и фактом предъявления иска в суд. В настоящем случае истец не обосновал наличие причинно-следственной связи между таким поведением ответчика и фактом обращения в суд.

По смыслу указанной нормы права суд возлагает на лицо, нарушившее обязательный досудебный порядок, негативные последствия в виде отнесения судебных расходов, в случае, если судебный спор возник именно вследствие данного нарушения.

Вместе с тем, само по себе бездействие ответчика по досудебному урегулированию спора с неизбежностью не влечет вывода о злоупотреблении последним своими правами и, соответственно, о наличии оснований для отнесения на него всех судебных расходов.

В рассматриваемом деле настоящий спор возник по инициативе истца. Оснований полагать, что, даже получив ответ на претензию с указанием на ее необоснованность, истец отказался бы от защиты своих прав посредством подачи иска в суд, не имеется.

Следовательно, отсутствует причинно-следственная связь между бездействием ответчика, выразившемся в отсутствии ответа на претензии истца, и возникновением судебного спора, в связи с чем часть 1 статьи 111 АПК РФ к отношениям сторон неприменима.

Учитывая положения, предусмотренные в пункте 4 статьи 1252 ГК РФ, суд считает, что вещественное доказательство (игрушка (вертолет в упаковке)) обладает признаками контрафактного товара. 

В связи с чем, в соответствии со статьей 80 АПК РФ товар (вещественное доказательство) подлежит уничтожению по истечении срока хранения дела.

Руководствуясь статьями  1229, 1252, 1259, 1270, 1301, 1481, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 9, 65, 80, 110, 111, 180, 181  227, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

р е ш и л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу Компании «РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.» («ROI VISUAL Co., Ltd.») 119 000 руб. (17 000 руб. за нарушение исключительного права на товарный знак №1 213 307 («ROBOCAR POLI»), 17 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)», 17 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)»,  17 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)», 17 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)», 17 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (MARK) (Робокар Поли (Марк)», 17 000 руб. за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (BUCKY) (Робокар Поли (Баки)),  4 420 руб. государственной пошлины, 594 руб. 61 коп. судебных издержек.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Вещественное доказательство №1865 (игрушка (вертолет в упаковке)) уничтожить после истечения срока хранения настоящего дела.

Решение подлежит немедленному исполнению.

Лица, участвующие в деле, по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, вправе в течение пяти дней со дня размещения решения, принятого в порядке упрощенного производства, на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», подать заявление о составлении мотивированного решения арбитражного суда.

Решение вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

В случае составления мотивированного решения арбитражного суда, такое решение вступает в законную силу по истечении срока, установленного для подачи апелляционной жалобы.

Решение арбитражного суда первой инстанции по результатам рассмотрения дела в порядке упрощенного производства может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда - со дня принятия решения в полном объеме.

Апелляционная жалоба подается через принявший решение в первой инстанции арбитражный суд.

Судья   В.В. Останина