ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-8436/2021

Дело № А41-4807/20

28 июня 2021 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июня 2021 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 28 июня 2021 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Епифанцевой С.Ю.,

судей Семикина Д.С., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 12 февраля 2021 года по делу № А41-4807/20 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Дорожно – строительная фирма «Ковчег», 

при участии в заседании: согласно протоколу судебного заседания;

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 27.02.2020 по делу №А41- 4807/20 ООО ДСФ «Ковчег» признан банкротом, в отношении ООО ДСФ «Ковчег» открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3.

Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительной сделкой перечисление денежных средств в размере 4350000 руб. от 22.02.2017 с расчетного счета должника в АО «Первый инвестиционный Банк» на счет ФИО2. Просил применить последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника денежные средства в размере 4350000 руб. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 12.02.2021 перевод 22.02.2017 денежной суммы в размере 4350000 руб. с расчетного счета ООО ДСФ «Ковчег» в АО «Первый инвестиционный Банк» на счет ФИО2 с назначением платежа «выплата дивидендов согласно Решению от 16.02.2017» признан недействительной сделкой; применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО2 возвратить полученное в конкурсную массу ООО ДСФ «Ковчег» путем перечисления денежных средств в сумме 4350000 руб. на расчетный счет должника.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой в Десятый арбитражный апелляционный суд, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, отказать в удовлетворении заявленных требований. 

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами ст. ст. 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на сайте http://kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции, на основании следующего.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным процессуальным законодательством, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных должником.

В обоснование заявленных требований заявитель ссылается на то, что 22.02.2017 с расчетного счета должника, открытого в АО «Первый инвестиционный Банк», на счет ФИО2 были перечислены денежные средства в сумме 4350000 руб.

Полагая, что данные платежи являются недействительными, поскольку совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из доказанности факта причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в результате совершения оспариваемых сделок.

Обжалуя определение суда первой инстанции, заявитель жалобы указал на несогласие с выводами суда первой инстанции о наличии признаков неплатежеспособности должника на момент совершения спорных платежей, а также о том, что оспариваемые платежи являются сделками, совершенными с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Арбитражный апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции об удовлетворении требований законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению, на основании следующего.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.10 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из материалов дела, производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено определением Арбитражного суда Московской области от 31.01.2020. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.10 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления закреплено, что согласно абзацам второму-пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В соответствии с абзацем 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно заявлению конкурсного управляющего вышеуказанная сумма денежных средств перечислена в пользу заинтересованного по отношению к должнику лица с назначением платежа ««выплата дивидендов согласно Решения от 16.02.2017». 

В обоснование заявленных требований, конкурсный управляющий должника ссылается на то, что на момент совершения спорного перечисления ФИО2 являлся единственным участником и генеральным директором должника, в подтверждение чего заявителем представлено решение Арбитражного суда г. Москвы от 23.01.2018 по делу № А40-173696/17-115-2655.

В соответствии с п. 2 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-юридическому лицу признаются также руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делуо банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника. 

Таким образом, оспариваемая сделка совершена в отношении заинтересованного лица. 

В соответствии с абзацем 35 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3) (и подтвержденной судебной практиком Арбитражного суда Московского округа – постановления суда округа от 30.06.2020, 14.07.2020 по делу № А40-49455 /2018) наличие обязательств должника, которые не были исполнены впоследствии, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период совершения оспариваемой сделки; при этом не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего её в компетентные органы. 

В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности. 

Исходя из вышеуказанного решения суда от 23.01.2018, судом в мотивировочной части установлена мнимость ряда субподрядных договоров, то есть еще в 2016 у должника имелись неисполненные обязательства перед бюджетом, соответственно ФИО2 знал, либо должен был знать о наличии признаков неплатежеспособности общества, в котором, как отмечено выше, являлся руководителем; признаки неплатежеспособности должника в момент совершения оспариваемой сделки объективно существовали. Таким образом, недоказанность причинения вреда имущественным правам кредиторов судом исключается, поскольку в результате оспариваемой сделки уменьшено имущество должника, что объективно является доказательством причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Таким образом,  указанные действия должника имели целью причинить вред имущественным правам кредиторов и в результате совершения сделки такой вред был причинен, поскольку из состава имущества ООО «ДСФ «Ковчег» выбыли средства, за счет которых могли быть удовлетворены имевшие место на момент совершения сделки обязательства перед кредиторами. 

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона знала о цели должника причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Принимая во внимание то обстоятельство, что на момент совершения сделки ФИО2 являлся генеральным директором должника, следовательно, согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что ФИО2 знал и должен был знать о цели к моменту совершения оспариваемой сделки. 

Учитывая вышеуказанное, суд первой инстанции обосновано пришёл к выводу о доказанности совокупности условий, необходимых для признания недействительной сделкой перевода 22.02.2017 денежной суммы в размере 4350000 руб. с расчетного счета должника в АО «Первый инвестиционный Банк» на счет ФИО2 с назначением платежа «выплата дивидендов согласно Решения от 16.02.2017» на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах.

В соответствии со статьей 61.6 Закона о банкротстве кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно пришёл к выводу об обязании ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника денежные средства в размере 4350000 руб. путем перечисления на расчетный счет должника.

С учетом изложенного, апелляционной суд приходит к выводу о том, что доводы, приведенные заявителем в апелляционной жалобе, являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции.

Нарушений норм процессуального права, влекущих в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловную отмену обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 12 февраля 2021 года по делу № А41-4807/20 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области. 

Председательствующий

С.Ю. Епифанцева

Судьи

Д.С.  Семикин

Н.В.  Шальнева