ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-9187/2023

11 сентября 2024 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена 27 августа 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 сентября 2024 года.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего С.В. Изотовой,

судей М.В. Балакир, М.А. Ракчеевой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании при участии:

от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 13.12.2022),

от ООО «Протезка» генерального директора ФИО3,

от ООО «Лидер-Протезирование» представитель не явился,

от ФИО4 представитель не явился,

от ФИО5 представитель не явился,

от ФИО6 представитель не явился,

апелляционную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда  Калининградской области от  29.02.2024 по делу № А21-9187/2023  (судья  М.Н. Надежкина) по иску:

ФИО2 (Литовская Республика) 

к обществу с ограниченной ответственностью «Лидер-Протезирование» (236010, Калининградская область, Калининград, ул. В. Дубинина, д. 35, кв. 2; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

ФИО4 (Калининградская область), 

третьи лица: 

ФИО5 (Калининградская область), 

ФИО6 (Калининградская область), 

о признании недействительной сделки и применении последствий недействительности сделки,

установил:

участник общества с ограниченной ответственностью «Протезка» (далее – ООО «Протезка») ФИО2 обратился к обществу с ограниченной ответственностью «Лидер-Протезирование» (далее – Общество), ФИО4 с иском с учетом его уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  о признании недействительными сделки, заключенной между Обществом и ООО «Протезка», поименованной как «договор ПП/2023», договора займа от 01.03.2023 № ПП/2023, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с Общества 5 757 130 руб. 

Решением от 29.02.2024 в иске отказано.

Не согласившись с указанным решением, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, исковые требования удовлетворить.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что суд первой инстанции неправильно квалифицировал договор как договор залога, не дал оценки основаниям перечисления денежных средств, полученные якобы в залог протезы были реализованы ответчиком еще до передачи денежных средств, из представленных товарных накладных не следует, что передаются части для изготовления протезов, идентичность каждого протезно-ортопедического изделия, указанного в накладных, имеющихся в материалах настоящего дела, и переданных гражданам подтверждается материалами дела, Общество по итогам 2022 года имело отрицательные бухгалтерские показатели, что подтверждается сведениями, имеющимися в открытом доступе, согласно выписке о движении денежных средств по счету Общества следует, что у Общества до апреля 2023 не имелось денежных средств для выдачи займа, до 17.04.2023 единственным работником Общества являлся генеральный директор, материалами дела подтверждается перевод ФИО4 и ФИО5 бизнеса в Общество в целях причинения убытков ООО «Протезка» и истцу, после получения доступа к банковским документам ООО «Протезка» истцом установлен факт фальсификации документов, а именно отсутствие платежного поручения от 16.06.2023 с назначением платежа «Оплата по договору № ПП/2023 Сумма 1 998 450-00 без налога (НДС)», имело место платежное поручение от 16.06.2023 № 25 с  назначением платежа «Оплата по договору поставки от 24.03.2023 за товар согласно спецификациям. Сумма 1 998 450-00 без налога (НДС)», суд первой инстанции не учел специфику  деятельности по изготовлению протезов, из анализа выписки по счету ООО «Протезка» следует, что негативные финансовые последствия наступили в результате передачи денежных средств генеральному директору ФИО4, бывшему участнику ФИО5, бывшему генеральному директору ООО «Протезка» ФИО7 на общую сумму 13 150 000 руб. в период с февраля по август 2023 года.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО4 полагает апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению, указывает, что истец злоупотребляет своими правами, представленный истцом договор сторонами не заключался, что подтверждается письменными пояснениями бывших участников ООО «Протезка» и пояснительной запиской ФИО8, довод истца о мнимости договора займа опровергается тем, что платежными поручениями от 16.06.2023 № 334 перечислена сумма займа на основании указанного договора займа, истец не обосновал, взыскивает ли он реальный ущерб или упущенную выгоду, расчет истца основан исключительно на его предположениях, истец произвел подмену понятия готового протезно-ортопедического изделия на набор комплектующих.

В отзыве на апелляционную жалобу Общество также полагает апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению, указывает, что доводы истца о том, что Обществом деятельность не ведется, не соответствует действительности, не доказана вероятность причинения значительного ущерба единственному участнику в случае непринятия обеспечительных мер, требования к ФИО4 не конкретизированы.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО6 просит оставить решение без изменения, указывает, что действия истца и его представителя направлены на рейдерский захват ООО «Протезка», вовлечение в конфликт участников ООО «Протезка» и Общества есть ничто иное как проявление недобросовестной конкуренции, суд первой инстанции обоснованно квалифицировал спорный договор как договор займа.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО5 против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, указывает, что ООО «Протезка» являлось прибыльным предприятием  благодаря эффективной работе генерального  директора ФИО4, истец в деятельности ООО «Протезка» фактически участия не принимал, настоящий иск и другие иски поданы истцом в целях захвата ООО «Протезка», полагает решение законным и обоснованным.

В судебном заседании представитель ФИО2 и ООО «Протезка» поддержал апелляционную жалобу, указал, что ответчиками была реализована схема по выводу активов ООО «Протезка» посредством реализации Обществом изготовленных ООО «Протезка» протезов от имени Общества путем создания формального документооборота.

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения представителя ФИО2 и ООО «Протезка», суд  апелляционной инстанции установил следующее.

Как следует из материалов дела, на основании товарных накладных от 24.03.2023 № 51, 52, 27.03.2023 № 54, 55, 29.03.2023 № 56, 57, 04.04.2023 № 61, 06.04.2023 № 62, 13.04.2023 № 64, 18.04.2023 № 66, 24.02.2023 № 68, 21.04.2023 № 69, 25.04.2023 № 70  ООО «Протезка» передало Обществу товар – протезы на общую сумму 3 530 000 руб.

Основанием поставки в товарных накладных указан договор от 01.03.2023 № ПП/2023.

Впоследствии указанные протезы были реализованы Обществом гражданам на общую сумму 5 757 130 руб.

Ссылаясь на то, что договор от 01.03.2023 № ПП/2023 является сделкой с заинтересованностью, в результате ее совершения ООО «Протезка» причинен ущерб, истец обратился в суд с настоящим иском.

Установив, что указанное имущество передано в залог в обеспечение обязательств ООО «Протезка» по договору займа от 01.03.2023 № ПП/2023 исполненному 16.06.2023, суд первой инстанции в иске отказал.

Проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает сама корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ). 

Лицо, уполномоченное выступать от имени корпорации, также является представителем корпорации при рассмотрении названных требований наряду с предъявившим их участником корпорации. 

В случае оспаривания участником заключенных корпорацией сделок, предъявления требований о применении последствий их недействительности или о применении последствий недействительности ничтожных сделок, ответчиком является контрагент корпорации по спорной сделке. 

В соответствии с абзацем шестым пункта 1 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 45  Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах) сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации): 

являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; 

являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; 

занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица. 

Для целей настоящей статьи контролирующим лицом признается лицо, имеющее право прямо или косвенно (через подконтрольных ему лиц) распоряжаться в силу участия в подконтрольной организации и (или) на основании договоров доверительного управления имуществом, и (или) простого товарищества, и (или) поручения, и (или) акционерного соглашения, и (или) иного соглашения, предметом которого является осуществление прав, удостоверенных акциями (долями) подконтрольной организации, более 50 процентами голосов в высшем органе управления подконтрольной организации либо право назначать (избирать) единоличный исполнительный орган и (или) более 50 процентов состава коллегиального органа управления подконтрольной организации. Подконтрольным лицом (подконтрольной организацией) признается юридическое лицо, находящееся под прямым или косвенным контролем контролирующего лица. 

В обоснование заинтересованности генерального директора  ФИО4  в совершении указанной сделки истец ссылается на наличие между нею и генеральным директором Общества ФИО6 фактических брачных отношений.

Наличие между ФИО4 и ФИО6 фактических брачных отношений, воспитание совместных несовершеннолетних детей само по себе не является признаком аффилированности, исходя из диспозиции статьи 45 Закона об обществах, однако может учитываться судом при оценке добросовестности при совершении ответчиками оспариваемой сделки.

Кроме того, в соответствии с пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» невозможность квалификации сделки в качестве сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, не препятствует признанию судом такой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ, а также по другим основаниям.

Согласно пункту 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Согласно пункту 92 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее - представитель). 

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. 

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. 

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам). 

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации). 

Сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации). 

Таким образом, для удовлетворения заявленных требований необходимо установить, что в результате совершения оспариваемой сделки истцу причинен явный ущерб, о чем ответчик знал или должен был знать, либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителей сторон сделки в ущерб интересам Общества. 

Пункт 2 статьи 174 ГК РФ не связывает недействительность сделки с такими обстоятельствами, как «несоответствие сделки экономическим интересам стороны», если только такое несоответствие не носит характера явного ущерба. 

Как указано выше, на основании товарных накладных от 24.03.2023 № 51, 52, 27.03.2023 № 54, 55, 29.03.2023 № 56, 57, 04.04.2023 № 61, 06.04.2023 № 62, 13.04.2023 № 64,  18.04.2023 № 66, 24.02.2023 № 68, 21.04.2023 № 69, 25.04.2023 № 70 ООО «Протезка» передало Обществу товар – протезы на общую сумму 3 530 000 руб.

Основанием поставки в товарных накладных указан договор от 01.03.2023 № ПП/2023.

Как следует из договора от 01.03.2023 № ПП/2023, копия которого представлена истцом, стороны заключили указанный договор с целью совместного взаимодействия, направленного на повышение эффективности финансово-хозяйственной деятельности каждого их хозяйствующих обществ.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчики указывают, что представленный истцом договор сторонами не заключался, между ООО «Протезка» и Обществом 01.03.2023  заключен договор займа № ПП/2023, по условиям которого  Общество передает ООО «Протезка»  беспроцентный заем в размере 1 998 450 руб. на срок до 01.08.2023.

По условиям договора обязательство заемщика по возврату займа обеспечивается передачей продукции ООО «Протезка» на хранение Обществу, передача имущества в обеспечение принятого обязательства по возврату займа оформляется товарными накладными, при невозврате суммы займа в срок, указанный в договоре, продукция ООО «Протезка» переходит в собственность Общества.

В силу пункта 7.1 договора долговое обязательство   ООО «Протезка» перед Обществом в размере суммы займа считается исполненным в полном объеме  с момента перехода права собственности на переданное в обеспечение обязательства имущества к Обществу.

На основании пункта 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Таким образом, согласно новой редакции статьи 807 ГК РФ стороны могут заключать договоры займа как по модели реального договора, так и  по модели консенсуального договора, когда заимодавец не выдает предмет займа заемщику, а лишь принимает на себя обязательство по его выдаче. 

Представленный договор займа заключен по модели реального договора, тогда как денежные средства в размере 1 998 450 руб. перечислены, как указывают ответчики,  ООО «Протезка» 16.06.2023, после реализации Обществом продукции, переданной ему ООО «Протезка» в обеспечение исполнения обязательства по возврату займа.

Кроме того, как следует из выписки, представленной Сбербанком  по запросу суда, 16.06.2023 на счет ООО «Протезка»  от Общества поступило 1 998 450 руб. с назначением платежа «оплата по договору поставки от 24.03.2023 за товар согласно спецификации», указанный договор в материалы дела не представлен, равно как и не представлены доказательства исполнения этого договора; указанный договор предметом настоящего дела не является.

При таких обстоятельствах несостоятелен вывод суда первой инстанции о реальности заемных отношений, сделанный исключительно на основании доводов ответчика о перечислении Обществом денежных средств на счет ООО «Протезка» без установления фактических отношений сторон.

Поскольку денежные средства по договору займа ООО «Протезка» не передавались, указанный договор займа не является заключенным.

Поскольку правовые последствия недействительности и незаключенности договора займа в данном случае будут идентичны, суд считает возможным удовлетворить требование истца о признании договора займа недействительным.

Кроме того, определением от 07.03.2024 по делу № А21-15084/2024 производство по иску Общества к ООО «Протезка» о взыскании 1 998 450 руб. по договору займа прекращено в связи с отказом истца от иска. 

 Исходя из общих правил доказывания, коррелирующих с принципом состязательности и равноправия сторон (статьи 9, 65 АПК РФ), каждая сторона представляет доказательства в подтверждение своих требований и возражений.

При этом следует учитывать, что в общеисковом процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств, применим обычный стандарт доказывания, который может быть поименован как «разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей» (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600). 

Он предполагает вероятность удовлетворения требований истца при представлении им доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска. 

Представление суду утверждающим лицом подобных доказательств, не скомпрометированных его процессуальным оппонентом, может быть сочтено судом достаточным для вывода о соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора. 

При этом опровергающее лицо вправе оспорить относимость, допустимость и достоверность таких доказательств, реализовав собственное бремя доказывания.

Материалами дела подтверждается и сторонами не оспаривается, что с момента создания ООО «Протезка» являлось производителем протезов.

Общество до 21.08.2023 деятельность по изготовлению протезов не осуществляло.

Согласно представленному в материалы дела перечню штатных сотрудников Общества до 21.08.2023 в его штате  состояли только два сотрудника – генеральный директор ФИО6 и главный бухгалтер ФИО9, Общество не имело сотрудников, необходимых для производства работ по изготовлению протезов, доказательства иного Общество не представило.

Доказательства несения Обществом каких-либо расходов на изготовление протезов либо по продвижению их на рынок в материалы дела не представлены.

Согласно размещенной в открытом доступе на сайте nalog.bo.ru налоговой отчетности Общества по состоянию на 31.12.2022  у Общества имелись запасы на сумму 30 000 руб., финансовые активы на сумму 14 000 руб., денежные средства 1 000 руб.

При таких обстоятельствах истец с разумной степенью достоверности доказал, что работы по изготовлению протезов фактически выполняло ООО «Протезка» (центр убытков),  тогда как денежные средства от их реализации путем создания формального документооборота ФИО4 и ФИО6 выводились на счет Общества (центр прибыли).

Суд апелляционной инстанции также  соглашается с оценкой судом первой инстанции  представленного в материалы дела договора от 25.12.2022 и пояснений ответчика, изложенными им в отзыве от 26.02.2024. 

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения (пункт 93 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации № 25).

В обоснование убыточности для ООО «Протезка» оспариваемых сделок истец ссылается на  отсутствие встречного предоставления со стороны Общества, а равно представило документы, подтверждающие цены, по которым аналогичные изделия реализовывались ООО «Протезка» конечным потребителям.

При таких обстоятельствах истец доказал убыточность для ООО «Протезка» оспариваемых сделок.

На основании пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. 

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статья 167 ГК РФ). 

Поскольку  товар реализован конечным потребителям, возврат его в натуре невозможен, с Общества в пользу ООО «Протезка» подлежат взысканию денежные средства, вырученные ответчиком от реализации названного товара. 

В соответствии с пунктом 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», при применении подпункта 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации следует иметь в виду, что использованное в нем для целей исчисления государственной пошлины понятие спора о признании сделки недействительной охватывает как совместное предъявление истцом требований о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, так и предъявление истцом любого из данных требований в отдельности.

 В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела в суде первой и апелляционной инстанции с ООО «Лидер-Протезирование» в пользу ФИО2 подлежат взысканию 15 000 руб.

Руководствуясь статьями 269 - 271 АПК РФ, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Калининградской области от 29.02.2024 по делу № А21-9187/2023  отменить.

Признать недействительными сделки, заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «Лидер-Протезирование» и обществом с ограниченной ответственностью «Протезка», поименованную как «договор ПП/2023», договор займа от 01.03.2023 № ПП/2023, применить последствия  недействительности сделки в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Лидер-Протезирование»  в пользу общества с ограниченной ответственностью «Протезка» 5 757 130 руб. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Лидер-Протезирование»  в пользу ФИО2  15 000 руб. судебных расходов по иску и апелляционной жалобе.

Возвратить ФИО2 из федерального бюджета 28 096 руб. уплаченной государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

С.В. Изотова

Судьи

 

М.В. Балакир

 М.А. Ракчеева