Арбитражный суд Пермского края

Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

г.Пермь      

03.04.2023                                                                             №А50-25104/2022

 

Резолютивная часть решения объявлена 27.03.2023

Решение в полном объеме изготовлено 03.04.2023

 

Арбитражный суд Пермского края в составе судьи Лаптевой М.М. при ведении протокола судебного заседания секретарем судьи Щукиной А.М., рассмотрев в открытом судебном заседании  дело 

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Спецстрой» (628263, Ханты-Мансийский автономный округ, 

<

...>. 5г; ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

к Государственному казенному учреждению Пермского края «Управление капитального строительства Пермского края» (614990, 

<

...>; ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

о признании недействительным соглашения о расторжении государственного контракта на выполнение работ по строительству объекта  и применении последствий его недействительности

с привлечением третьих лиц:

- Прокуратура Пермского края (614990, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

- Министерство строительства Пермского края (614000, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>),

- общество с ограниченной ответственностью "Специализированный застройщик "ДОМ.59" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 618409, Пермский края, г. Березники, б-р. Строгановский, д.16), 

 

при участии в судебном заседании: 

от истца (посредством веб-конференции): ФИО1, доверенность от 05.07.2022, паспорт, диплом; ФИО2, доверенность от 05.07.2022, паспорт, диплом; 

от ответчика: ФИО3, доверенность  от 20.12.2021, предъявлен паспорт, диплом; 

от третьего лица, Министерства строительства Пермского края: ФИО4, доверенность от 20.01.2023, паспорт, диплом; ФИО5, доверенность от 27.01.2023, паспорт, диплом; 

от третьего лица, Прокуратуры Пермского края: ФИО6, удостоверение №302962 от 09.01.2023; 

от третьего лица, ООО «Специализированный застройщик "ДОМ.59»: ФИО7, доверенность от 20.02.2023, паспорт, диплом;  

 

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью «Спецстрой» (истец) обратилось в Арбитражный суд Пермского края с исковым заявлением к Государственному казенному учреждению Пермского края «Управление капитального строительства Пермского края»  (ответчик), содержащим следующие требования: 

1)      признать недействительной сделкой соглашение от 31.08.2022 о расторжении государственного контракта от 21.09.2019 №1/2019-СМР, заключенного между истцом и ответчиком; 

2)      применить последствия недействительности сделки путем возвращения сторон государственного контракта в первоначальное положение, существовавшее до соглашения от 31.08.2022 о расторжении контракта.  

В качестве правового основания иска истец ссылается на положения ст.10, ст.168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

Ответчик с исковыми требованиями не согласен по основаниям, изложенным в письменном отзыве с дополнениями. 

Третьи лица поддерживают позицию ответчика. 

По результатам исследования материалов дела арбитражным судом установлено следующее. 

Между ГКУ ПК «УКС Пермского края» (заказчик) и ООО «Спецстрой» (подрядчик) заключен государственный контракт от 21.09.2019 №1/2019-СМР на выполнение работ по строительству объекта «Городская клиническая поликлиника г.Пермь». 

Идентификационный код закупки: 182 5902293717 590601001 0025 001 0000 414. 

Источник финансирования: бюджет Пермского края (п.3.2. контракта). 

Цена контракта – 438 754 070 руб. 70 коп. (п.3.1. контракта). 

Срок выполнения работ: начало – не позднее 7 календарных дней с даты заключения государственного контракта; продолжительность работ – 884 дня (т.е. 22.06.2021). 

На основании дополнительного соглашения от 05.08.2021 срок выполнения работ продлен до 31.03.2022. 

На основании дополнительного соглашения от 28.04.2022 срок выполнения работ продлен до 30.08.2022. 

На основании дополнительного соглашения от 04.08.2022 цена контракта увеличена до 523 510 075 руб. 35 коп. 

08.09.2022 государственный заказчик разместил в Единой информационной системе закупок сведения о расторжении контракта на основании соглашения о расторжении от 31.08.2022. 

Представленный в материалы дела экземпляр соглашения о расторжении контракта содержит подписи и оттиски печати сторон, датирован 31.08.2022. 

Письмами от 13.09.2022 и 30.09.2022 заказчик потребовал возвратить объект строительства, передать исполнительную документацию. 

По акту от 16.11.2022 строительная площадка возвращена заказчику. 

На основании государственного контракта от 20.12.2022 №21/СМР/2022 объект строительства передан новому подрядчику – ООО «Специализированный застройщик Дом.59». 

Истец факт действительного подписания им соглашения о расторжении контракта, которое было опубликовано ответчиком 08.09.2022, не отрицает, однако полагает, что проставив на соглашении о расторжении дату 31.08.2022 и опубликовав его без уведомления подрядчика 08.09.2022, заказчик действовал недобросовестно, без разумного и отвечающего ст.10 ГК РФ мотива прекращения отношений с истцом, а действия ответчика привели к нарушению прав истца на участие в качестве подрядчика в строительстве объекта и получение предусмотренной контрактом полной оплаты за весь объем работ по нему. 

Оценив в порядке ст.71 АПК РФ материалы дела, арбитражный суд приходит к следующим выводам. 

Согласно ч.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п.3, п.4 ст. 1 ГК РФ).

В силу абзаца первого п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей: каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц.

Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является не столько достижение правовой цели совершаемой сделки, сколько намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

В абз. 3 п. 1 постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случае несоблюдения запрета, установленного в п.1 ст.10 ГК РФ, суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно п. 1 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. 10 и 168 ГК РФ (п.7 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2015), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015).

Частью 2 ст.166 ГК РФ предусмотрено, что требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (ч.3 ст.166 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что при заключении контракта подрядчик обязался выполнить работы в течение 884 дней, то есть не позднее  22.06.2021.

На основании дополнительных соглашений от 05.08.2021 и от 28.04.2022  срок выполнения работ дважды продлевался - до 31.03.2022 и до 30.08.2022 соответственно.

Из имеющихся в деле объяснений ФИО8, занимающего должность генерального директора  ГКУ ПК «УКС Пермского края», данных ОЭБ и ПК Управления МВД России г.Перми 20.09.2022, следует, что спорное соглашение о расторжении контракта поступило к нему в апреле-мае 2022 года; в соглашении была поставлена подпись доверительного управляющего ООО «Спецстрой» ФИО9 и печать организации ООО «Спецстрой». В соглашении о расторжении контракта дата не стояла. Данное соглашение о расторжении контракта было заключено с целью гарантии выполнения работы со стороны ООО «Спецстрой». После подписания соглашения о расторжении государственного контракта оно хранилось у ФИО8 В августе 2022 года от ООО «Спецстрой» поступило письмо, в котором подрядчик предлагал заключить дополнительное соглашение о продлении срока сдачи объекта до конца 2022 года. В связи с неоднократными продлениями государственного контракта, а также тем, что срок до декабря 2022 года является необоснованным и долгим, также не было гарантии о завершении строительства в указанные ООО «Спецстрой» сроки, ФИО8 принял решение о расторжении контракта, дал указание сотрудникам официально зарегистрировать соглашение о расторжении и датировать его 31.08.2022.

Как указано выше, истец факт действительного подписания им соглашения о расторжении контракта, которые впоследствии опубликовано заказчиком 08.09.2022, не отрицает, равно как и не отрицает, что подписание соответствующего соглашения происходило в апреле-мае 2022 года, то есть непосредственно после подписания соглашения от 28.04.2022 о продлении срока выполнения работ до 30.08.2022.

Принимая во внимание хронологический период подписания соглашения о расторжении, а также содержание дополнительного соглашения от 28.04.2022, арбитражный суд полагает, что при подписании спорного соглашения истец действовал своей волей и в своем интересе, знал (не мог не знать) о причинах создания и подписания соответствующего документа, а также знал (не мог не знать) о правовых последствиях существования соглашения о расторжения, в частности, в случае неисполнения подрядчиком своих обязательств.

Наличие на стороне истца порока воли при подписании спорного соглашения материалами дела не подтверждено; соответствующих доказательств истцом не представлено.

Свидетельств того, что после подписания в апреле-мае 2022 года соглашения о расторжении контракта истец предпринимал меры по его прекращению, заявлял о порочности соответствующего соглашения, требовал возврата подписанных экземпляров, в материалах дела не содержится, в связи с чем подлежат отклонению доводы истца о том, что своими действиями по исполнению контракта стороны фактически прекратили действие соглашения о расторжении.

Далее из материалов дела следует, что письмом от 23.08.2022 №03-01-817 заказчик уведомил подрядчика о том, что зафиксировано сокращение темпов выполнения работ по контракту, готовность объекта по состоянию на 22.08.2022 составляет 80,18%, в то время как срок выполнения работ истекает 31.08.2022; в названном письме заказчик также указал, что в случае ненадлежащего исполнения контракта им будет инициирована процедура расторжения контракта.

Таким образом, вопреки доводам истца, заказчик в письменном виде предупредил подрядчика о последствиях нарушения установленного срока выполнения работ.

Ответным письмом от 30.08.2022 подрядчик сообщил, что по контракту на остатках числятся позиции оборудования, имеющие длительный срок поставок (60-90 дней поставки) и требующие 100% предоплаты, в связи с чем просил рассмотреть возможность продления сроков завершения работ по объекту до 20.12.2022.

Доказательств того, что по состоянию на дату окончания срока выполнения работ по контракту (30.08.2022) подрядчик исполнил свои обязательства в полном объеме, не представлено.

Принимая во внимание совокупность вышеприведенных обстоятельств, арбитражный суд не усматривает предусмотренных ст.10, ст.168 ГК РФ оснований для признания соглашения о расторжении контракта недействительной сделкой.

Несмотря на то, что подписание соглашения о расторжении договора на будущее в системе действующего правового регулирования не является обычным поведением хозяйствующих субъектов, арбитражный суд полагает, что применительно к обстоятельствам рассматриваемого дела, учитывая, что при подписании соответствующего соглашения стороны находились в равных условиях (у каждой из сторон имелся объем неисполненных обязательств, равно как и объем взаимных требований друг к другу), вышеуказанное действие не может быть оценено как недобросовестное поведение одной стороны по отношению к другой (ст.10 ГК РФ).

Не установлено оснований для оценки действий заказчика в качестве недобросовестных и на момент опубликования соглашения о расторжении в информационной системе, поскольку из материалов дела следует и истцом по существу не оспаривается, что к указанной дате работы по контракту не завершены и, учитывая письмо подрядчика от 30.08.2022, не могли быть завершены.

Доводы истца о том, что опубликовав соглашение о расторжении контракта, заказчик ограничил право истца на получение оплаты за выполненные работы, арбитражным судом отклонены, поскольку прекращение договора (контракта) не лишает прав истца на получение оплаты за работы, фактически выполненные к моменту прекращения контракта.

Таким образом, исковые требования удовлетворению не подлежат.

Согласно ч.2 ст.168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд, среди прочего, распределяет судебные расходы. 

В связи с отказом в удовлетворении иска расходы истца на оплату государственной пошлины по иску относятся на него (ст.ст.102, 110 АПК РФ).  

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать. 

Решение может быть обжаловано порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.

 

Судья                                                                                      М.М. Лаптева