АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СТАВРОПОЛЬСКОГО  КРАЯ

ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А63-8899/2017

г. Ставрополь

28 мая 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 21 мая 2019 года

                                                  Мотивированное решение изготовлено 28 мая 2019 года

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Гладских Н.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании исковое заявление 

акционерного общества «Ставропольские городские электрические сети», г. Ставрополь, ОГРН 

<

***>

к закрытому акционерному обществу «Краевой клинический диагностический центр», г. Ставрополь, ОГРН 

<

***>,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований на предмет спора,

 публичное акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Северного Кавказа», ОГРН 

<

***>, г. Пятигорск,

публичное акционерное общество «Ставропольэнергосбыт», г. Ессентуки, ОГРН 

<

***>,

об истребовании из чужого владения у ЗАО «Краевой клинический диагностический центр» имущества, принадлежащего АО «Горэлектросеть» на праве собственности:  2ГКТП – 1600кВа10-0,4 кВ, расположенного по адресу: г. Ставрополь, Западный обход, 64 в 526 кв., с диспетчерским наименованием РП №38, кадастровый номер 26:12:010906:494,

при участии представителей сторон:

от истца – ФИО2 по доверенности от 09.01.2019, 

от ответчика - ФИО3 по доверенности от 23.06.2018,

 от третьего лица ПАО «Ставропольэнергосбыт»  – ФИО4  по доверенности от 29.12.2018, 

в отсутствие ПАО «МРСК Северного-Кавказа», надлежаще извещенного о дате и времени рассмотрения дела,  

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Ставропольские городские электрические сети», г. Ставрополь (далее – истец, общество) обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением к закрытому акционерному обществу «Краевой клинический диагностический центр», г. Ставрополь (далее – ответчик, центр, ЗАО «ККДЦ»),  третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований на предмет спора,  публичное акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Северного Кавказа», ОГРН 

<

***>, г. Пятигорск, публичное акционерное общество «Ставропольэнергосбыт», г. Ессентуки, ОГРН 

<

***>, об истребовании  из чужого (незаконного) владения у ЗАО «Краевой клинический диагностический центр»  имущества,  принадлежащего АО «Горэлектросеть» на праве собственности:  2ГКТП – 1600кВа10-0,4 кВ, расположенного  по адресу: г. Ставрополь, Западный обход, 64 в 526 кв., с диспетчерским наименованием РП №38, кадастровый номер 26:12:010906:494.

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 25.12.2017, оставленным без изменения постановлением от 10.04.2018 Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении требований обществу  отказано. 

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 30.07.2018 решение суда первой инстанции и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ставропольского края.

Основанием для направления дела на новое рассмотрение явилось ограничение предмета доказывания при рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанций, которое могло повлечь принятие ошибочных судебных актов.

При новом рассмотрении суду необходимо  учесть имеющие преюдициальное значение для сторон выводы суда, содержащиеся в решении по делу А63-7535/2015, о том, что спорное имущество не является объектом незавершенного строительства, на который зарегистрировано право собственности ответчика, и является движимым имуществом. 

Суду также  необходимо учесть, что в соответствии с договором  технологического присоединения №5101, заключенным между сторонами, целью строительства сетевой организацией объектов электросетевого хозяйства при осуществлении мероприятий по технологическому присоединению является последующее оказание услуг по передаче электрической энергии,  отсутствие  в договоре условий о передаче сетевой организацией заявителю какого-либо результата работ, отсутствие  оснований  возникновения права собственности на спорный объект у ответчика,  при наличии в  акте разграничения балансовой принадлежности электросетей и эксплутационной ответственности, подписанном сторонами данных, что спорный  объект находится на балансе общества, граница раздела балансовой принадлежности электросетей между сторонами устанавливается на наконечниках КЛ-0.4кВ(ВВГ4х50мм)в РУ-0,4кВ  РП-38р.14.

Суды не дали оценку первичным документам, представленным истцом в качестве доказательств  возникновения права собственности на спорный объект (договор подряда от 01.06.2009 № 18/ТП, акт осмотра электроустановки от 22.08.2012 № 13.6-17-А35-8928, разрешение на допуск в эксплуатацию энергоустановки от 22.08.2012 № 13.6-17-А35-8928, акт о приемке выполненных работ за июль 2012 года, справка о стоимости выполненных работ и затрат от 31.07.2012,  проектная  документация).

Определением суда от 15.04.2019 рассмотрение  дела отложено в судебное разбирательство на 21.05.2019.

В судебном заседании установлено, что 3-е лицо ПАО «МРСК Северного-Кавказа» не явилось.

Представитель истца в судебном заседании поддержал заявленные требования и просил суд  удовлетворить их, поскольку ответчик не доказал факт проектирования и создания им спорного объекта в составе имущественного комплекса, факт надлежащей эксплуатации и обслуживания спорного объекта, несения бремени его содержания. В проектной документации, разрешениях на строительство, выданных ответчику до ввода спорного объекта в эксплуатацию, содержатся сведения об объекте с иными индивидуальными признаками и техническими характеристиками, чем объект спора. 

В представленных письменных  пояснениях, в судебном заседании  представитель ответчика просил отказать обществу в удовлетворении заявленных требований, представил дополнительные документы, которые приобщены к материалам дела,  заявил  о  пропуске истцом срока исковой давности по истребованию спорного имущества, на избрание истцом ненадлежащего способа защиты права.

Представитель истца возражал в отношении доводов ответчика и его заявлений о пропуске срока исковой давности, об избрании ненадлежащего способа защиты права, представил письменные пояснения и доказательства в подтверждение своих возражений.

Заявленные требования истцом мотивированы тем, что спорное имущество, принадлежащее ему на праве собственности, зарегистрировано за ответчиком (свидетельство о государственной регистрации права собственности от 17.02.2015 №26/26/001-26/001/202/2015-5), которое как движимое имущество поставлено у общества на баланс (электрооборудование РП-38) и предоставлялось в аренду ПАО «МРСК Северного Кавказа».

Истец считает, что ответчик пользуется и владеет спорным имуществом незаконно, что послужило основанием для заявленного иска. 

Исследовав материалы дела, доводы, возражения сторон, документы  3-х лиц, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

             Из материалов дела судом установлено, что ЗАО «ККДЦ» был предоставлен земельный участок для строительства филиала Краевого клинического диагностического центра по адресу: г. Ставрополь, Западный обход, 64 в 529 квартале, выдано разрешение на строительство от 07.04.2010 № RU 26309000. 

Согласно проектной документации на территории указанного земельного участка должна быть произведена застройка комплекса торгово-офисных зданий краевого клинического диагностического центра, состоящего из: здания диагностического центра (4054 кв.м.) (номер по генплану -1), лабораторного комплекса (номер по генплану – 2), трансформаторной подстанции (первоначально – 24 кв.м, впоследствии – 38 кв.м.) (номер по генплану – 4), здания котельной (номер по генплану – 5). 

Для электроснабжения торгово-офисных зданий краевого клинического диагностического центра 11.11.2011 общество (сетевая организация) и ЗАО «ККДЦ» заключили договор № 5101 об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям (далее - договор № 5101), по условиям которого сетевая организация принимает на себя обязательства по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств центра, в том числе по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства (включая их проектирование, строительство, реконструкцию) к присоединению энергопринимающих устройств, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики с учетом максимальной мощности присоединяемых энергопринимающих устройств центра в размере 497 кВт. ЗАО «ККДЦ»  обязалось оплатить расходы на технологическое присоединение. 

На основании указанного договора ЗАО «ККДЦ» были выданы технические условия № 004776 от 11.11.2011, являющиеся приложением №1 и неотъемлемой частью договора.

Согласно техническим условиям сетевая организация  обязана была выполнить мероприятия по строительству РП типа РПК – 2Т, построенную РП подключить путем прокладки кабелей и подключения последних вразрез кабелей от ПС «Центральная» до РП-8.  

Во исполнение условий договора истец обязан был осуществить фактическое присоединение энергопринимающих устройств ЗАО «ККДЦ» к электрическим сетям, осуществить фактическую подачу напряжения и составить при его участии  акт о технологическом присоединении, акт о разграничении балансовой принадлежности сетей и акт разграничения эксплуатационной ответственности сетей(п.6).

 Мероприятия, которые должны были быть выполнены ответчиком, включали обязанность  подключить объект кабелями от проектируемого РП, обеспечить учет электроэнергии, а также осуществить оплату по договору на условиях 100% предоплаты в течение 30 дней с даты заключения договора.

Пунктом 10 договора установлен размер платы за технологическое присоединение, составляющий 11 381 288,47 руб. Во исполнение своих обязательств по договору ответчиком была своевременно оплачена истцу  сумма в размере 11 381 288,47 руб., что подтверждается платежным поручением № 1020 от 14.11.2011. 

Пунктом 13 договора на технологическое присоединение № 5101 от 11.11.2011 установлено, что ЗАО «ККДЦ»  несёт балансовую и эксплуатационную ответственность в границах своего участка, до границ участка заявителя балансовую и эксплуатационную ответственность несет сетевая организация.

Во исполнение договора общество с привлечением третьего лица (ОАО «Ставропольэлектросеть») выполнило работы по строительству трансформаторной подстанции 2ГКТП-1600 кВа10-0,4 кВ, что подтверждается договором подряда от 01.06.2009 № 18/ТП, актом приемки законченного строительством объекта № 163, локальным сметным расчетом и справкой о стоимости выполненных работ (7 499 872,08 руб.).

По результатам осмотра электроустановки МТУ Ростехнадзора обществу выданы акт осмотра электроустановки и разрешение на допуск в эксплуатацию энергоустановки от 22.08.2012 № 13.6-17-8928.

За ответчиком зарегистрировано право собственности на сооружение электроэнергетики: трансформаторная подстанция 2БКТП - 1600кВ поз.4 по ГП, кадастровый номер 26:12:010906:760, расположенное по адресу 

<

...>, о чем сделана запись 26:12:010906:760-26/001/2017-1 от 24.10.2017. Ранее присвоенный государственный учетный номер как на объект незавершенного строительства со степенью готовности 90% - 26:12:010906:494.

Уведомлением от 14.12.2016 за № 872 зарегистрированы изменения в уставе о смене наименования ОАО «Ставропольэнергоинвест» на акционерное общество «Ставропольские городские электрические сети», сокращенное наименование АО «Горэлектросеть». 

Общество,  считая, что по не зависящим от него обстоятельствам спорный объект (движимое имущество), принадлежащий ему на праве собственности, выбыл из его владения в результате  незаконных действий ответчика, обратилось в суд с заявленным иском.

В соответствии со статьей 11 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статьей 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Способы защиты гражданских прав предусмотрены статьей 12 ГК РФ, к числу таких способов относится, в частности, восстановление положения, существовавшего до нарушения права и пресечение действия, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Под способами защиты гражданских прав понимаются закрепленные законом материально-правовые меры принудительного характера, посредством которых производится восстановление (признание) нарушенных (оспариваемых) прав.

Таким образом, избранный способ защиты в случае удовлетворения требований истца должен привести к восстановлению его нарушенных или оспариваемых прав. 

Согласно статье 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - постановление №10/22), применяя статью 301 ГК РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен.

В соответствии с пунктом 36 постановления №10/22 и со статьей 301 ГК РФ лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество,  находящееся во владении ответчика.

Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Таким образом, к числу юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению судом при рассмотрении виндикационного иска, относятся наличие права собственности истца на истребуемое имущество; наличие спорного имущества в натуре и нахождение его у ответчика; незаконность владения ответчиком спорным имуществом; отсутствие между истцом и ответчиком отношений обязательственного характера по поводу истребуемого имущества.

Предметом виндикационного иска является индивидуально-определенная вещь, отличающаяся от вещей, определенных родовыми признаками, конкретными и только ей присущими характеристиками.

Собственник индивидуально-определенной вещи, истребующий ее из чужого незаконного владения, обязан указать на те признаки, которые позволили бы выделить эту вещь из иных однородных вещей, принадлежащих к одному и тому же виду.

Виндикационный иск не подлежит удовлетворению при отсутствии хотя бы одного из перечисленных признаков.

На основании ст. 9 АПК РФ каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств.

Ответчик полагает, что право собственности на спорный объект возникло у него в силу условий заключенного между обществом и центром договора № 5101 технологического присоединения к электрическим сетям.

 Данный довод отклоняется судом исходя из следующего.

  Договор технологического присоединения подпадает под регулирование специальных норм, закрепляющих правила подключения к системам энергоснабжения (статья 26 Федерального закона «Об электроэнергетике» (далее - Закон об электроэнергетике) и Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утв. постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861).

  Согласно предмету договора технологического присоединения (раздел 1 договора), соответствующего положениям ч.1 ст.26 Федерального закона «Об электроэнергетике», по договору об осуществлении технологического присоединения сетевая организация принимает на себя обязательства по реализации мероприятий, необходимых для осуществления такого технологического присоединения, в том числе мероприятий по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства, включая их проектирование и строительство, к присоединению энергопринимающих устройств. 

При этом ни Законом «Об электроэнергетике», ни Правилами № 861 не предусмотрено, что осуществление ряда мероприятий заявителем в рамках технологического присоединения, включая внесение платы за технологическое присоединение,  влечет за собой переход права собственности к заявителю на объекты электросетевого хозяйства, которые сетевая организация проектирует и строит в целях технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителя к своим сетям.

 По определению статьи 3 Закона об электроэнергетике территориальная сетевая организация - это коммерческая организация, которая оказывает услуги по передаче электрической энергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, не относящихся к единой национальной (общероссийской) электрической сети, а в случаях, установленных данным Федеральным законом, - с использованием объектов электросетевого хозяйства или части указанных объектов, входящих в единую национальную (общероссийскую) электрическую сеть, и которая соответствует утвержденным Правительством Российской Федерации критериям отнесения владельцев объектов электросетевого хозяйства к территориальным сетевым организациям.

Обязательство по совершению действий, указанных в статье 3 Закона об электроэнергетике, возникает у сетевой организации в силу статьи 26 этого Закона по договору об осуществлении технологического присоединения и состоит в реализации определенных мероприятий, необходимых для осуществления технологического присоединения.

Как следует из пункта 10 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861, договор на оказание услуг по передаче электрической энергии не может быть заключен ранее заключения договора об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств (энергетических установок) юридических и физических лиц к электрическим сетям.

Пункт 3 Правил № 861 обязывает сетевую организацию выполнить в отношении любого обратившегося к ней лица мероприятия по технологическому присоединению, а пункт 6 этих Правил устанавливает обязательность заключения для сетевой организации договора об осуществлении технологического присоединения.

По сути, услуга по осуществлению сетевой организацией мероприятий по технологическому присоединению к ее электрическим сетям в отрыве от услуги по передаче электрической энергии, оказываемой этой сетевой организацией, самостоятельного значения не имеет. При этом данная услуга может быть оказана только сетевой организацией, к электрическим сетям которой потребитель намерен подключить принадлежащие ему энергопринимающие устройства.

Передача электрической энергии неразрывно связана с технологическим присоединением к электрическим сетям, мероприятия по технологическому присоединению к электрической сети осуществляются непосредственно с целью последующей передачи электрической энергии для потребителя (технологическое присоединение является обязательной составной частью единого технологического процесса по оказанию услуг по передаче электрической энергии). Возможность заключения договора на передачу электроэнергии обусловлена необходимостью заключения обязательного для сетевой организации договора на технологическое присоединение.

Таким образом, учитывая цель строительства сетевой организацией объектов электросетевого хозяйства при осуществлении мероприятий по технологическому присоединению в виде последующего оказания услуг по передаче электрической энергии с использованием таких объектов, а также отсутствие в заключенном сторонами договоре № 5101 условий о передаче сетевой организацией центру какого-либо результата работ, основания возникновения  права собственности на спорный объект у ответчика отсутствовали.

Вышеуказанный вывод суда согласуется с правовой позицией ВАС РФ содержащейся в решении от 12.08.2011 № ВАС-9742/11, согласно которой «…из Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии к электрическим сетям следует, что на сетевую организацию возлагается не только обязанность по осуществлению собственно мероприятий по технологическому присоединению энергопринимающих устройств к электрическим сетям, но и целого ряда подготовительных мероприятий, необходимых для осуществления такого технологического присоединения, включая усиление существующей электрической сети в связи с присоединением новых мощностей (строительство новых линий электропередачи, подстанций, увеличение сечения проводов и кабелей, замена или увеличение мощности трансформаторов, расширение распределительных устройств, модернизация оборудования, реконструкция объектов электросетевого хозяйства, установка устройств регулирования напряжения для обеспечения надежности и качества электрической энергии).

В силу пункта 2 статьи 23.2 Закона об электроэнергетике затраты на проведение мероприятий по технологическому присоединению, в том числе расходы сетевой организации на строительство и (или) реконструкцию необходимых для технологического присоединения объектов электросетевого хозяйства, включаются в расходы сетевой организации, учитываемые при установлении тарифов на услуги по передаче электрической энергии и (или) платы за технологическое присоединение».   

С 1 января 2011 года в состав платы за технологическое присоединение допускается включать расходы на строительство объектов электросетевого хозяйства от существующих объектов электросетевого хозяйства до присоединяемых энергопринимающих устройств и (или) объектов электроэнергетики.

Таким образом, строительство объектов электроэнегетики от существующих объектов электросетевого хозяйства сетевой организации до присоединяемых энергопринимающих устройств центра было осуществлено сетевой организацией в целях создания технической возможности  присоединения объекта ответчика к электрическим сетям.

При этом в силу положений Закона об электроэнергетике в состав платы за технологическое присоединение подлежала включению инвестиционная составляющая на покрытие расходов, связанных с развитием существующей инфраструктуры в виде строительства объектов электросетевого хозяйства.

По договору технологического присоединения общество обязалось присоединить энергопринимающее оборудование центра мощностью 497 кВт к своим сетям, а ЗАО «ККДЦ»  обязалось  оплатить расходы общества на технологическое присоединение.

   Целью данного договора являлось физическое подключение объекта ответчика к распределительным сетям истца в пределах заявленной единовременной мощности.

Правовой интерес и воля сторон при заключении договора технологического присоединения направлены на обеспечение построенного объекта электрической энергией. В данном случае для заказчика не имеет правового значения поступление в его собственность вновь созданных электрических сетей.

В качестве доказательств права собственности на спорную 2БКТП истцом представлены документы: 

- копия подрядного договора № 18/ТП от 01.06.2009, заключенного между АО «Горэлектросеть» (Заказчик) и ОАО «Ставропольэлектросеть» (исполнитель),

- копия локально - сметного расчета на строительство 2ГКТП – 1600кВа 10-0,4кВ на сумму  7 499 872,08 руб.,

- копия акта о приемке выполненных работ (КС-2 к договору № 18/ТП от 01.06.2009) на сумму 7 499 872,08 руб.,

- копия инвентарной карточки № 4000938 от 31.12.2012 о постановке на баланс электрооборудования РП-38 стоимостью 6 386 380, 32 руб.,

- копия договора аренды № 405/2008 от 29.10.2008 и дополнительного соглашения № 11 от 02.07.2013, по которым истец передал в аренду филиалу ПАО «МРСК Северного Кавказа» - «Ставропольэнерго» имущество: электрооборудование РП-38, стоимостью 6 386 380, 32 руб.

Расчет платы за технологическое присоединение, внесенной ответчиком, произведен в соответствии с п. 3.2 постановления РТК от 28.04.2011 № 28/3, исходя из стоимости за 1 кВт присоединяемой мощности, данная плата не связана непосредственно с приобретением объектов электроэнергетики, спорный объект создан обществом на основании возмездного договора подряда, заключенного им с ОАО «Ставропольэлектросеть», обществом представлены документы в обоснование расчетов по указанному договору подряда.

Доводы ответчика о финансировании им строительства спорного объекта подлежат отклонению в связи с тем, что ответчик внес плату за технологическое присоединение из расчета его потребности в мощности размером 497 кВт (следует из условий договора №5101), однако мощность спорного объекта составляет 3200 кВа.

Рассмотрев подписанные сторонами акты технологического присоединения  и разграничения балансовой принадлежности электросетей и эксплуатационной ответственности от 24.07.2013,  суд приходит к следующему выводу.

Из содержания данных документов следует, что в рамках договора технологического присоединения от 04.02.2013 № 6130 обществом было осуществлено технологическое присоединение к своим электрическим сетям энергопринимающих устройств ответчика мощностью 95 кВт по адресу: Западный обход,64 в соответствии с техническими условиями №005932. Максимальная мощность 95 кВт была выделена центру обществом в рамках ранее выданных технических условий № 004776, являющихся неотъемлемой часть договора № 5101.

 Одним из существенных условий договора об осуществлении технологического присоединения является порядок разграничения балансовой принадлежности электрических сетей и эксплуатационной ответственности сторон (подпункт «г» пункта 16 Правил № 861).

Мероприятия по технологическому присоединению включают в себя выполнение технических условий заявителем и сетевой организацией (подпункт «г» пункта 18 Правил № 861).

Правила № 861 распределяют обязанности по исполнению технических условий следующим образом: мероприятия в пределах границ участка, на котором расположены энергопринимающие устройства заявителя, осуществляются заявителем, а мероприятия до границы участка заявителя, включая урегулирование отношений с иными лицами, осуществляются сетевой организацией (пункт 16.3, подпункт «а.2» пункта 25, подпункт «г» пункта 25.1 Правил), если иное не предусмотрено соглашением сторон.

В процессе технологического присоединения сторонами спора 24.07.2013 составлены документы о технологическом присоединении и разграничении балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности, согласно которым РУ 0,4 кВ РП-38 принадлежит истцу и обслуживается также истцом.

 Ответчику принадлежат и им обслуживаются КЛ 0,4 кВ от спорного объекта до энергопринимающего устройства  его объекта ЗАО «ККДЦ», за присоединением которых к электрическим сетям он обратился в сетевую организацию. Граница балансовой принадлежности сторонами установлена в РУ 0,4 кВ РП-38.

Согласно Правилам № 861 акт разграничения балансовой принадлежности электросетей (акт разграничения границ балансовой принадлежности сторон, акт разграничения балансовой принадлежности электрических сетей) - документ, составленный собственниками объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств), определяющий границы балансовой принадлежности.

С учетом того, что технические условия №005932 были  выданы центру  обществом в рамках ранее выданных технических условий №004776, являющихся неотъемлемой частью договора № 5101, а также положений Правил № 861 относительно порядка составления акта разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности, следует, что принадлежность спорного объекта обществу была  определена сторонами (т.е. собственниками объектов электроэнергетики) в рамках правоотношений по технологическому присоединению энергопринимающих устройств центра к электрическим сетям общества.

Ответчиком не предоставлено доказательств в обоснование существенного изменения обстоятельств, влекущих перемену принадлежности спорного объекта после составления акта разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности от 24.07.2013, в том числе доказательств передачи спорного объекта ЗАО «ККДЦ».

Суд отклоняет как  несостоятельные доводы ответчика о том, что он не владеет таким объектом, как «РП №38», «электрооборудование РП №38», поскольку из имеющихся в материалах дела доказательств установлено, что ответчиком указанное наименование спорного объекта (РП №38) использовалось в рамках правоотношений с иными лицами. Так, 01.12.2016 ответчик заключил с ООО «Ставропольская сетевая компания» договор на оперативное и техническое обслуживание  спорного объекта №01/12-1 (т.2 л.130), в пункте 1.1 которого указано, что центр владеет распределительным пунктом № 38 (2 трансформатора), расположенным по адресу ул. Западный обход, 64.

Ответчиком зарегистрировано право собственности на предмет спора как на недвижимое имущество, которое неразрывно связано с земельным участком, которым он владеет на праве   договора аренды.  

Согласно пункту 1 статьи 130 ГК РФ к недвижимым вещам относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства. К недвижимым вещам относятся также подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания. Законом к недвижимым вещам может быть отнесено и иное имущество. Вещь является недвижимой либо в силу своих природных свойств (абзац первый пункта 1 статьи 130 ГК РФ), либо в силу прямого указания закона, что такой объект подчинен режиму недвижимых вещей (абзац второй пункта 1 статьи 130 ГК РФ).

 Осуществление государственной регистрации прав на вещь не является обязательным условием для признания ее объектом недвижимости (пункт 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ»).

Аналогичным образом следует относиться и к значению кадастрового учета в целях признания объекта недвижимой вещью.

Таким образом, при разрешении вопроса о признании вещи недвижимостью независимо от осуществления кадастрового учета или государственной регистрации права собственности на нее следует устанавливать наличие у вещи признаков, способных относить ее в силу природных свойств или на основании закона к недвижимым объектам.

В соответствии с п.10.2 Градостроительного кодекса Российской Федерации некапитальные строения, сооружения - строения, сооружения, которые не имеют прочной связи с землей и конструктивные характеристики которых позволяют осуществить их перемещение и (или) демонтаж и последующую сборку без несоразмерного ущерба назначению и без изменения основных характеристик строений, сооружений (в том числе киосков, навесов и других подобных строений, сооружений). Сооружение объекта не требует получения разрешения на строительство в соответствии со ст.51 Градостроительного кодекса РФ.

Согласно ст. 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации строительство, реконструкция объектов капитального строительства осуществляются на основании разрешения на строительство.

При рассмотрении дела установлено, что  спорный объект возведен по заказу истца  подрядной организацией ОАО «Ставропольэлектросеть»  по договору подряда от 01.06.2009 № 18/ТП, принят по акту приемки законченного строительством объекта. Обратное ответчиком не доказано.

В разрешении на строительство № RU 26309000-251-c от 07.04.2010, представленном ответчиком в материалы дела,   данные  о спорном объекте отсутствуют.

В разрешении на строительство № RU 26309000 - 00072-с от 16.02.2012 имеются данные о разрешенном строительстве трансформаторной подстанции с техническими характеристиками БКТП 2х1000 кВ, тогда как предметом спора является 2ГКТП - 1600кВа10-0,4 кВ, то есть объект с иными индивидуальными признаками и техническими характеристиками.

Иные разрешения на строительство выданы ответчику после ввода в эксплуатацию спорного объекта  22.08.2012.

Таким образом, в материалах дела отсутствует разрешение на строительство спорного объекта в качестве объекта капитального строительства, выданное в установленном порядке до ввода спорного объекта в эксплуатацию.

Спорный объект был допущен в эксплуатацию государственным органом энергетического надзора 22.08.2012.

 В отношении спорного объекта в рамках дела  №А63-7535/2015 была проведена судебная строительно-техническая экспертиза. Данным экспертным заключением установлено отсутствие прочной связи с землей спорного объекта в силу его мобильности, обеспечивающей возможность его передислокации (перемещения), а также то, что спорный объект требует минимальных трудозатрат и времени при  монтаже, демонтаже и перебазировке.  Принимая во внимание заключение экспертов, суд пришел  к выводу о том, что спорное имущество не является объектом незавершенного строительства, на который зарегистрировано право собственности ответчика, и является движимым имуществом.

Судебные акты по вышеуказанному  делу вступили в законную силу и выводы, содержащиеся в них, имеют преюдициальное значение для сторон в рассматриваемом деле.

Иная оценка судами доказательств по рассматриваемому делу без учета оценки, данной судами тем же доказательствам по ранее рассмотренному делу, в котором участвовали те же лица, противоречит части 2 статьи 69 АПК РФ, в соответствии с которой обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, у спорного объекта отсутствует прочная связь с землей, т.е. основной признак недвижимой вещи в силу природных свойств (абзац первый пункта 1 статьи 130 ГК РФ).

В связи с вышеизложенным совокупность обстоятельств и доказательств                          (отсутствие прочной связи с землей спорного объекта, подтвержденное проведенной экспертизой, отнесение объекта к движимому имуществу вступившим в законную силу решением суда, имеющим силу преюдиции, стоимость строительных работ, выполненных в отношении спорного объекта (согласно акту выполненных работ КС-2 от 31.07.2012 стоимость строительных работ составила тридцать две тысячи девятьсот два рубля 51 коп.) указывает на то, что спорный объект является движимым имуществом, в связи с чем суд отклоняет доводы ответчика об отнесении спорного объекта к недвижимому имуществу и наличии его неразрывной связи с земельным участком, которым ответчик владеет на праве аренды.        

В качестве документов в обоснование возникновения и наличия права собственности на спорный объект истцом представлены: проектная документация; техническая документация по сдаче-приемке электромонтажных работ; паспорт комплектной трансформаторной подстанции; акт формы КС-14; платежные поручения об оплате работ по договору подряда №18-ТП от 01.06.2009 с актом сверки  расчетов; однолинейная схема электроснабжения; копия договора подряда  № 18/ТП от 01.06.2009, копия локально - сметного расчета на строительство 2ГКТП – 1600кВа 10-0,4кВ на сумму 7 499 872,08 руб., копия акта о приемке выполненных работ (КС-2 к договору № 18/ТП от 01.06.2009) на сумму 7 499 872,08 руб., инвентарная карточка № 4000938 от 31.12.2012 о постановке на баланс электрооборудования РП 38 стоимостью 6 386 380,32 руб.; акт осмотра электроустановки от 22.08.2012, разрешение на допуск электроустановки в эксплуатацию от 22.08.2012 № 13.6-17-8928, акт технологического присоединения от 24.07.2013, с актом разграничения балансовой принадлежности электросетей и эксплуатационной ответственности сторон, справки об уплате налогов в период с 2012 по 2018 гг. 

В качестве документов в обоснование возникновения и наличия права собственности на спорный объект ответчиком представлены: проектная документация, разрешения на строительство, выписка из балансовой ведомости по объекту строительства трансформаторная подстанция по адресу: г. Ставрополь, Западный обход, 64 с указанием стоимости объекта 11 444 157, 14 руб., документы в подтверждение оплаты налогов в период  2017-2018 гг.

Предметом спора является 2ГКТП - 1600кВа10-0,4 кВ, тогда как ответчиком представлена проектная документация на  БКТП 2х1000 кВа. Согласно представленному ответчиком проекту «Трансформаторная подстанция 41.03.01-2011-КР 9 Том 4.9» данная  проектная документация разработана на основании технических условий № 01/162 от 18.08.2011, выданных ответчику Ставропольским  МУП «Горэлектросеть». 

 В связи с вышеизложенным суд критически оценил доводы ответчика  в части  представленной указанной проектной документации, как доказательства оснований возникновения права собственности на спорный объект.

Разрешение на ввод объекта в эксплуатацию от 10.10.2017 № 26-309000-733-2016 также  не может быть принято судом в качестве  доказательств возникновения права собственности ответчика на спорный объект по следующим основаниям.

Согласно акту осмотра №13.6-17-А35-8928 от 22.08.2012 и разрешению на допуск в эксплуатацию энергоустановки № 13.6-17-8928 от 22.08.2012 уполномоченного федерального органа государственного энергетического надзора (МТУ Ростехнадзора) спорный объект введен в эксплуатацию 22.08.2012 и осуществлял энергоснабжение объекта ответчика в рамках договора энергоснабжения от 24.07.2015 № 616352 (установлено в рамках дела №А63-11850/2017 с участием сторон, судебные акты вступили в силу).

Выполнение строительных работ объекта капитального строительства, принадлежащего ответчику, осуществляло ООО «Альянс Групп» на основании договора строительного подряда №06/02 от 06.02.2015 (установлено в рамках дела №А63-11850/2017 с участием сторон, судебные акты вступили в силу).

Таким образом, на момент начала работ по строительству объекта, на которое ответчиком было получено разрешение на строительство, спорный объект уже был введен в эксплуатацию истцом и с его использованием истец осуществлял деятельность по передаче электрической энергии.

Предоставляя разрешение на ввод объекта в эксплуатацию от 10.10.2017                              № 26-309000-733-2016, ответчик не пояснил, на каком основании спорный объект введен в эксплуатацию повторно.

Исследовав предоставленные сторонами в материалы дела документы,  суд приходит к выводу о доказанности истцом факта создания спорного объекта электроэнергетики с целью использования в своей деятельности в качестве сетевой организации для технологического присоединения энергопринимающих устройств и последующего оказания услуг по передаче электрической энергии.

В соответствии с п.1 ст. 218 ГК РФ право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом. 

Согласно ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. 

В материалах дела отсутствуют доказательства передачи спорного объекта от общества центру, равно как и доказательства наличия у истца указанных обязательств.

В силу статьи 209 ГК РФ  собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

С целью установления обстоятельств  владения сторонами спорным объектом судом установлено следующее. 

Истец принял спорный объект по акту выполненных работ от ОАО «Ставропольэлектросеть»  02.07.2012 (акты формы КС-2, КС-3 от 02.07.2012) и ввел его в эксплуатацию с участием органа государственного энергетического надзора 22.08.2012 (акт ввода в эксплуатацию от 22.08.2012).

24 июля 2013 года между истцом и ответчиком составлен и подписан акт разграничения балансовой принадлежности электросетей, граница раздела балансовой принадлежности электросетей между сторонами устанавливается на наконечниках КЛ-0,4кВ (ВВГ4х50мм) в РУ-0,4кВ РП-38р.14.

23 декабря 2013 года письмом № 01-01/342 ответчик сообщил истцу, что спорный объект ему на баланс не передан.

Судом также исследован  договор аренды имущества №405/2008 от 29.10.2008, заключенный между АО «Ставропольэнергоинвест» (арендодатель) переименовано 14.12.2016 в АО «Ставропольские городские электрические сети») и ПАО «МРСК Северного Кавказа» (арендатор). Согласно  акту  приема - передачи  от 29.10.2008 имущество (приложение №1 к договору аренды) было получено арендатором без замечаний, в технически исправном, удовлетворительном состоянии, позволяющем использовать его по назначению. 

Из условий вышеуказанного договора  в редакции  доп.соглашений,  подписанных к нему, актов приема-передачи имущества к договору следует, что 

<

...>  была предметом аренды, переданным арендатору.

Дополнительным соглашением  № 11 от 02.07.2013 к договору аренды имущества от  № 405/2008 истец передал его во временное пользование  ПАО «МРСК Северного Кавказа». Согласно условиям данного договора (п. 3.2.7, п.1.1) арендатор обязан обеспечить беспрепятственный доступ истца к объектам аренды, имущество передается во временное пользование. Имущество используется арендатором для оказания услуг по передаче электрической энергии и закрепляется за структурным подразделением Ставропольские электрические сети филиала ОАО «МРСК Северного Кавказа» - «Ставропольэнерго». При этом  ПАО «МРСК Северного Кавказа»  не вправе присоединять к полученным электрическим сетям абонентов (дополнительное соглашение № 13 к договору аренды № 405/2008).

11 марта 2015 года в адрес общества поступило письмо истца от 05.03.2015                       № 01-01/127, в котором он сообщил о регистрации им права собственности на спорный объект.

28 марта 2015 года согласно представленным в материалы дела протоколам №№117, 118, 119, 120 ПАО «МРСК Северного Кавказа» проводило лабораторные испытания в РП-38 по адресу Западный обход № 64.

26 июня 2015 года согласно акту осмотра ТП и РП, ПАО «МРСК Северного Кавказа» осуществило  осмотр спорного объекта.

26 июня 2015 года истец совместно с органом государственного энергетического надзора ввел в эксплуатацию кабельные линии 10 кВ от спорного объекта до                   РП-39 (акт осмотра электроустановки и разрешение на допуск в эксплуатацию энергоустановки Кавказского управления Ростехнадзора от 26.06.2015).  

Из представленной сторонами  переписки   судом установлено следующее.                

Письмом от 01.04.2016 № 01-01/127 ответчик обратился к истцу с просьбой передать ему проектную и рабочую документацию, принципиальную электрическую схему спорного объекта, документы на ввод объекта в эксплуатацию.

11 апреля 2016 года в адрес истца от ответчика поступило письмо от 08.04.2016                    № 01-01/135, в котором ответчик просил истца осуществить присоединение принадлежащих ему КЛ 0,4 кВ от РП 38.

19 мая 2016 года в адрес генерального директора ПАО «МРСК Северного Кавказа» Депутатом ГД РФ ФИО5 направлено письмо от 19.05.2016 № ВГ-30, из содержания которого следует, что спорный объект истцом ответчику не передан.

10 августа 2016 года ответчик отказал в доступе к спорному объекту представителям истца и ПАО «МРСК Северного Кавказа» (акт от 10.08.2016).

02 декабря 2016 года письмом № 01-01/403 ответчик обратился в адрес главного инженера филиала ПАО «МРСК Северного Кавказа» - «Ставропольэнерго»,  предлагая отключить спорный объект от энергоснабжения для изменения схемы электроснабжения.

Письмом от 07.12.2016 № 03-06/3151 руководитель Ставропольских электрических сетей  филиала ПАО «МРСК Северного Кавказа» - «Ставропольэнерго» сообщил главному инженеру филиала ПАО «МРСК Северного Кавказа» - «Ставропольэнерго» о том, что указанные действия должны быть согласованы с собственником спорного объекта – ОАО «Ставропольэнергоинвест» (истец).

Согласно Правилам технической эксплуатации электроустановок потребителей, утв. Приказом Минэнерго России от 13.01.2003 № 6, эксплуатацию электроустановок должен осуществлять подготовленный электротехнический персонал, владелец электроустановки обязан обеспечить своевременное и качественное проведение ее технического обслуживания (не реже одного раза в год).  

При этом доступ в помещение трансформаторной подстанции, согласно требованиям постановления Минтруда РФ от 05.01.2001 № 3 «Об утверждении Межотраслевых правил по охране труда (правил безопасности) при эксплуатации электроустановок», Правил по охране труда при эксплуатации электроустановок, утв. Приказом Минтруда России от 24.07.2013 № 328н (п.п. 3.1, 3.2), разрешается только лицам с группой по электробезопасности не менее IV, при наличии соответствующего удостоверения.

Сетевые организации являются специальными субъектами розничного рынка электроэнергии, осуществляющими деятельность по передаче электрической энергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, обслуживаемых подготовленным электротехническим персоналом.

Правомочие владения как одно из правомочий собственника означает физическое обладание имуществом, а также отношение к имуществу как своему. Правомочие пользования включает извлечение полезных свойств имущества с сохранением его целевого назначения (Обзор судебной практики Верховного Суда РФ №3 (2018) от 14.11.2018 Судебная коллегия по гражданским делам).

01 декабря 2016 года ответчик заключил с ООО «Ставропольская сетевая компания» договор № 01/12-1 на оперативное и техническое обслуживание  распределительного пункта № 38 (2 трансформатора), расположенного по адресу 

<

...>.

Собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором (ст. 210 ГК РФ).

Ответчик в нарушение  статьи 65 АПК РФ  документально не  подтвердил  и  не доказал, что в целях осуществления правомочий владения объектом высокого напряжения он с момента его создания приобрел (имел) право доступа в спорный объект в соответствии с требованиями энергобезопасности, осуществлял обязательства по его надлежащей эксплуатации, надлежаще нес бремя его содержания, в том числе в виде оплаты потерь электроэнергии, возникших в спорном объекте.

Передача электрической энергии от источника к конечному потребителю неизбежным образом связана с потерей части мощности и энергии в системе электроснабжения.

Потери электроэнергии в трансформаторах — один из видов технических потерь электроэнергии, обусловленных особенностями физических процессов, происходящих при передаче энергии.

В соответствии со  статьёй 26 пункт 4 абзац 3 Закона «Об электроэнергетике»  сетевая организация или иной владелец  электросетевого хозяйства, к которым в надлежащем порядке технологически присоединены энергопринимающие устройства или объекты электроэнергетики, обязан оплачивать стоимость потерь, возникающих на находящихся в его собственности объектах электросетевого хозяйства.

Письмом от 04.03.2019 № 017-3/2397 ПАО «Ставропольэнергосбыт» сообщило истцу о том, что по договору энергоснабжения № 616530 от 09.06.2014, заключенному гарантирующим поставщиком электроэнергии с ЗАО «Краевой клинический диагностический центр», потери, возникающие в трансформаторной подстанции по адресу: 

<

...> (диспетчерское наименование РП 38), при расчетах за электроэнергию потребителем (т.е. ответчиком)  не оплачивались.

Доводы ответчика об избрании истцом ненадлежащего способа защиты права в связи с наличием между сторонами отношений обязательственного характера подлежат отклонению ввиду следующего.

Статья 1 (п. 1) ГК РФ к числу основных начал гражданского законодательства относит, в частности, необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты, а абзац третий ст. 12 ГК РФ устанавливает такой способ защиты гражданских прав, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017)»).

Таким образом, действующее законодательство прямо предусматривает, что заявление требования о восстановлении положения, существовавшего до нарушения права, и пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, может быть использовано конкретным субъектом в качестве способа защиты его нарушенного права.

Истец, обращаясь в суд с соответствующим требованием, должен доказать наличие у него принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса и факта его нарушения ответчиком, а также то обстоятельство, что избранный способ защиты приведет к восстановлению нарушенных прав.

Имущество может быть истребовано из чужого незаконного владения, если отсутствуют обязательственные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки (п.34 постановления №10/22).

Судом установлено, что между сторонами спора отсутствуют отношения, связанные с применением последствий недействительности сделок. 

Судом также установлено, что по инициативе ЗАО «ККДЦ» договор № 5101 расторгнут в одностороннем порядке.  Письмом от 12.10.2016 № 01-01/336, поступившим в адрес общества 12.10.2016, ЗАО «ККДЦ» уведомило общество о расторжении договора в одностороннем порядке.

По смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (п.3 постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора»).

Таким образом, на момент рассмотрения спора судом договорные отношения между сторонами спора отсутствуют, истцом избран надлежащий способ защиты права, который приведет к восстановлению нарушенного права.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, представленные сторонами, третьими лицами  в материалы дела документы, их   доводы, возражения, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, а также из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности, установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного разрешения спора,  руководствуясь положениями действующего законодательства,  суд    считает, что истец  в  рамках  требований закона документально  обосновал и  подтвердил   право собственности на истребуемое  имущество, представил  доказательства, свидетельствующие о наличии у него  законного титула на индивидуально определенную истребуемую  вещь, а также  незаконности владения ответчиком спорным имуществом.

На основании изложенного требования общества об истребовании из чужого (незаконного) владения у ЗАО «Краевой клинический диагностический центр» имущества, принадлежащего АО «Горэлектросеть» на праве собственности: 2ГКТП - 1600кВа10-0,4 кВ, расположенного по адресу: г. Ставрополь, Западный обход, 64 в 526 кв., с диспетчерским наименованием РП №38, кадастровый номер 26:12:010906:494 подлежат  удовлетворению. 

Заявление ответчика о пропуске обществом срока исковой давности  судом отклонено как не соответствующее положениям статьи 200 ГК РФ и правовой позиции, изложенной в пункте 57 постановления №10/22.

Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года. В силу статьи 200 ГК РФ, по общему правилу, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются законом.

Иск направлен на оспаривание зарегистрированного за ответчиком права собственности на спорный объект, истребование имущества из чужого незаконного владения.

Согласно пункту 57 постановления № 10/22 течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП. 

Право собственности на спорный объект было зарегистрировано ответчиком 17.02.2015, он уведомил истца о данном факте 11.03.2015. 

Истцу и третьему лицу (ПАО «МРСК Северного Кавказа») отказано ответчиком в доступе к спорному объекту 10.08.2016  (см. акт).

 Таким образом,  суд считает, что в рамках  длящихся  спорных отношений сторон  по заявленному сооружению, принятых судебных актов,  истцу стало известно  из уведомления ответчика от 11.03.2015 о нарушении его права собственника, при этом в результате действий ответчика он был лишен фактического владения спорным объектом путем отказа в доступе к данному объекту с 10.08.2016. Следовательно, иск предъявлен истцом в пределах срока исковой давности.

В соответствии со ст.110 АПК РФ расходы по госпошлине относятся на ответчика в  связи с удовлетворением заявленных требований. 

Руководствуясь статьями 65, 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

                                              РЕШИЛ:

исковые требования акционерного общества «Ставропольские городские электрические сети», г. Ставрополь, ОГРН 

<

***> удовлетворить.

Истребовать из чужого владения у ЗАО «Краевой клинический диагностический центр» имущество: трансформаторную подстанцию 2БКТП – 1600кВа10-0,4 кВ, расположенную по адресу: г. Ставрополь, Западный обход, 64 в 526 кв., с диспетчерским наименованием РП №38, кадастровый номер 26:12:010906:494, передать по акту приема-передачи указанное сооружение акционерному обществу «Ставропольские городские электрические сети», г. Ставрополь, ОГРН 

<

***>.

Взыскать с ЗАО «Краевой клинический диагностический центр», г. Ставрополь, ОГРН 

<

***> в пользу акционерного общества «Ставропольские городские электрические сети» государственную пошлину в размере 6 000 руб.

Выдать акционерному обществу «Ставропольские городские электрические сети», г. Ставрополь, ОГРН 

<

***> справку на возврат из федерального бюджета излишне оплаченной пошлины в размере 48 931, 90 руб. (платежное поручение №428 от 07.04.2017).

Исполнительные  листы выдать после вступления решения суда в законную силу.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок со дня вступления его в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                                                         Н.В. Гладских