Арбитражный суд Краснодарского края 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А32-13299/2025

г. Краснодар

17 октября 2025 года

Резолютивная часть решения от 17 июля 2025 года

Полный текст судебного акта изготовлен 17 октября 2025 года

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Глущенко О.В. 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Азимовой А.В., 

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению 

ООО "МонтажТехСтрой", Краснодарский край, г. Краснодар (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

к ООО "ТЕХИНВЕСТ", Краснодарский край, г. Краснодар (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

третье лицо: временный управляющий ООО "МонтажТехСтрой" ФИО1

о взыскании задолженности по договору аренды спецтехники без экипажа,

при участии:

стороны: не явились, уведомлены,

УСТАНОВИЛ:

ООО "МонтажТехСтрой", Краснодарский край, г. Краснодар (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к  ООО "ТЕХИНВЕСТ", Краснодарский край, г. Краснодар (далее – ответчик) о взыскании задолженности по договору аренды спецтехники без экипажа от 01.07.2023 г. № МТС-23-30890 за период с 01.07.2023 г. по 31.07.2023 г. в размере 2 040 000 руб.

Стороны, уведомленные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения спора, в судебное заседание не явились. От истца поступила правовая позиция на отзыв ответчика.

Спор рассматривается в порядке ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в отсутствии лиц, участвующих в деле, по имеющимся материалам дела.

Суд, исследовав материалы дела, изучив все представленные документальные доказательства и оценив их в совокупности, пришел к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, между истцом (арендодатель) и ответчиком (арендатор) заключен договор аренды спецтехники без экипажаот 01.07.2023 г. № МТС-23-30890, по условиям которого арендодатель предоставляет арендатору за плату во временное владение и пользование специальную технику в соответствии с актом приема-передачи специальной техники, являющимся неотъемлемым приложением к настоящему договору, в котором указаны: название, марка, модель, другие характеристики специальной техники, без оказания услуг по управлению и её технической эксплуатации (Приложение № 1 – форма акта приема-передачи специальной техники).

Список передаваемой специальной техники, а также стоимость аренды, указаны в приложении № 2 к настоящему договору. 

В соответствии с п. 3.1 договора арендная плата вносится до начала очередного периода (1 месяц) пользования арендованной спецтехникой. Обязанность арендатора по уплате арендной платы возникает с даты подписания сторонами акта приема-передачи спецтехники.

В соответствии с п. 9.2 договора настоящий договор действует с момента подписания договора до 31.12.2023 г.

Между сторонами договора подписан акт приема-передачи спецтехникиот 01.07.2023 г.

Однако за время действия аренды спецтехники арендатор произвел арендные платежи не в полном объеме. В связи с чем, за арендатором образовалась задолженность за период с 01.07.2023 г. по 31.07.2023 г. в размере 2 040 000 руб.

В целях досудебного урегулирования спора истец направил в адрес ответчика претензию МТС/ПРТ-188/2024 от 16.12.2024 г. с требованием оплатить задолженность.

Оставление ответчиком претензии без исполнения послужило основанием для обращения истца в суд с настоящими исковыми требованиями.

Принимая решение по настоящему спору, суд исходил из следующего.

Согласно части 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданское права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, из договоров.

Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными статьей 12 ГК РФ, а также иными способами, предусмотренными законом. Способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права истца. 

В соответствии со статьей 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение или во временное пользование. 

Согласно пункту 1 статьи 614 ГК РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом. При этом размер, порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды. 

Согласно статье 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе. 

В соответствии со статьей 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. 

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права (пункт 1, пункт 2). 

В подтверждение заявленных требований, истцом представлено:

- договор аренды спецтехники без экипажа от 01.07.2023 г. № МТС-23-30890;

- подписанный ответчиком без возражений акт приема-передачи спецтехники от 01.07.2023 г.;

- подписанный ответчиком без возражений УПД от 31.07.2023 г. № 2712.

Возражая против заявленных требований, ответчик сослался на п. 2.3.2 дополнительного соглашения № 1/1 от 14.07.2023 г., по условиям которого арендатор производит текущий ремонт техники в счет арендной платы, в случае если поломка вызвана по независимым от арендатора причинам, представил УПД: № 143 от 31.03.2024 г. на сумму 728 512 руб., № 290 от 30.06.2024 г. на сумму 31 702,40 руб., № 291 от 30.06.2024 г. на сумму 26 500 руб., № 289 от 31.05.2024 г. на сумму 65 370,54 руб., № 288 от 30.04.2024 г. на сумму 434 887,80 руб.

Между тем, вышеуказанные возражения ответчика, отклоняются судом как необоснованные ввиду следующего.

Представленные ответчиком УПД свидетельствуют об оказании услуг по ремонту спецтехники за период с марта 2024 года по июнь 2024 г.

Вместе с тем, в рамках настоящего дела истцом заявлено о взыскании задолженности по арендной плате за период с 01.07.2023 г. по 31.07.2023 г.

При этом, согласно условиям п. 3.1 договора арендная плата вносится до начала очередного периода (1 месяц) пользования арендованной спецтехникой. Обязанность арендатора по уплате арендной платы возникает с даты подписания сторонами акта приема-передачи спецтехники. Между сторонами договора подписан акт приема-передачи спецтехники от 01.07.2023 г.

Таким образом, обязанность по оплате аренной платы за июль 2023 года возникла у ответчика еще в 2023 году, то есть поломка техники в 2024 году не может повлиять на арендную плату, которая подлежала оплате еще в 2023 году.

В связи с чем, у суда отсутствует возможность отнесения представленных УПД за ремонтные работы, проведенные в 2024 году, к спорной задолженности, возникшей в 2023 году.

Кроме того, как указывает ответчик, на момент передачи спецтехники по договору отсутствовали документы, подтверждающие ее регистрацию в Государственном реестре опасных производственных объектов и Реестре заключений экспертизы промышленной безопасности. В связи с чем, последний был лишен возможности пользоваться спецтехникой до момента внесения соответствующих сведений в указанные реестры.

В обоснование данных доводов ответчиком представлены: 

- уведомление Северо-Кавказского Управления Ростехнадзораот 09.02.2024 г. № УС.30.130309.24 о внесении изменений в государственный реестр опасных производственных объектов в отношении опасного производственного объекта «Участок механизации» рег. №А30-07975-0001;

- уведомление Северо-Кавказского Управления Ростехнадзораот 25.03.2024 г. № ТУ.УВ.30.115602.24 о внесении заключения экспертизы промышленной безопасности на «Кран стреловой GR-700EX зав. № 547475, рег. № 52169» в реестр заключений экспертизы промышленной безопасности с присвоением регистрационного номера 30-ТУ-05841-2024.

Относительно данного довода ответчика, суд отмечает следующее.

Правовые, экономические и социальные основы обеспечения безопасной эксплуатации опасных производственных объектов определяет Федеральный законот 21.07.1997 N 116-ФЗ "О промышленной безопасности опасных производственных объектов" (далее - Закон N 116-ФЗ).

Положения этого Закона распространяются на все организации независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности, осуществляющие деятельность в области промышленной безопасности опасных производственных объектов на территории Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 9 Федерального закона N 116-ФЗ организация, эксплуатирующая опасный производственный объект, обязана: соблюдать положения данного закона, других федеральных законов, принимаемых в соответствии с ними нормативных правовых актов Президента Российской Федерации, нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации, а также федеральных норм и правил в области промышленной безопасности; иметь лицензию на осуществление конкретного вида деятельности в области промышленной безопасности, подлежащего лицензированию.

Согласно пункту 5 Постановления Правительства РФ N 1371 "О регистрации объектов в государственном реестре опасных производственных объектов" юридическим лицам независимо от организационно-правовой формы, индивидуальным предпринимателям, осуществляющим эксплуатацию опасных производственных объектов, необходимо представлять в установленном порядке Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору и федеральным органам исполнительной власти, сведения необходимые для формирования и ведения государственного реестра опасных производственных объектов.

В государственном реестре на основе единых методологических и программно-технологических принципов с использованием современных компьютерных технологий накапливается, анализируется и хранится систематизированная информация о зарегистрированных опасных производственных объектах и об организациях и индивидуальных предпринимателях, эксплуатирующих эти объекты (п. 2 постановления)

Согласно пункту 2 Административного регламента (Приказ Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору N 140 от 08.04.2019) заявителями (на предоставление государственной услуги) являются юридические лица, индивидуальные предприниматели, осуществляющие эксплуатацию опасных производственных объектов на праве собственности или ином законном основании, то есть из смысла вышеуказанных норм понятно, что в реестр опасных производственных объектов подлежат внесению только эксплуатирующие эти объекты организации.

Из части 1 статьи 3 Закона N 116-ФЗ следует, что требования промышленной безопасности - это условия, запреты, ограничения и другие обязательные требования, содержащиеся в настоящем Федеральном законе, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, а также в нормативных технических документах, которые принимаются в установленном порядке и соблюдение которых обеспечивает промышленную безопасность.

Статьей 9 Закона N 116-ФЗ установлены требования промышленной безопасности к эксплуатации ОПО, в том числе обязанность организации соблюдать положения Закона N 116-ФЗ, других федеральных законов, принимаемых в соответствии с ними нормативных правовых актов Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации, а также федеральных норм и правил в области промышленной безопасности. 

Таким образом, из указанных норм следует, что лицами, осуществляющими эксплуатацию ОПО, являются собственники, арендаторы ОПО либо организации, осуществляющие непосредственную эксплуатацию ОПО на ином законном праве.

Из системного толкования приведенных норм следует, что опасный производственный объект должен быть зарегистрирован в реестре ОПО и эксплуатирующая ОПО организация должна иметь правоустанавливающие документы на данный объект, в качестве которых могут являться договор аренды или иной договор между собственником и эксплуатирующей организацией, положения которого устанавливают правовую ответственность эксплуатирующей организации при эксплуатации опасного производственного объекта.

Иное противоречит целям и задачам нормативного регулирования деятельности, связанной с эксплуатацией опасных производственных объектов, и приводит к неограниченному игнорированию требований специального закона, что недопустимо. 

На основании изложенного, суд полагает, что с момента заключения спорного договора аренды спецтехники ответчик является эксплуатирующей ОПО организацией, в связи с чем, на стороне последнего возникла обязанность по предоставлению в установленном порядке Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору и федеральным органам исполнительной власти, сведений, необходимых для формирования и ведения государственного реестра опасных производственных объектов.  

Суд также считает необходимым отметить, что акт приема-передачи спецтехники от 01.07.2023 г. подписан ответчиком без возражений и замечаний.

Доказательств направления в адрес истца запросов о предоставлении соответствующей документации, подтверждающей регистрацию спорной спецтехники в Государственном реестре опасных производственных объектов и Реестре заключений экспертизы промышленной безопасности, а также претензий о невозможности использования спорной спецтехники ответчиком не представлено.

Кроме того, из анализа условий договора аренды спецтехники без экипажа от 01.07.2023 г. № МТС-23-30890 следует, что договором не предусмотрена обязанность арендодателя предоставить указанные документы.

С учетом выше установленного, поскольку факт передачи ответчику арендованного транспортного средства подтвержден материалами дела и отсутствуют доказательства внесения последним арендных платежей за спорный период, требования истца о взыскании арендных платежей в размере 2 040 000 руб. являются обоснованными.

В связи с чем, исковые требования о взыскании основной задолженности за период с 01.07.2023 г. по 31.07.2023 г. в размере 2 040 000 руб. подлежат удовлетворению в полном объеме.

Расходы по оплате госпошлины в порядке ст. 110 АПК РФ подлежат взысканию с ответчика в доход федерального бюджета с учетом предоставленной отсрочки оплаты госпошлины при принятии искового заявления.

Руководствуясь статьями 65, 70, 110, 156, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ООО "ТЕХИНВЕСТ", Краснодарский край, г. Краснодар(ИНН: 2308182406, ОГРН: 1112308008493) в пользу ООО "МонтажТехСтрой", Краснодарский край, г. Краснодар (ИНН: 2312175169, ОГРН: 1102312018005) задолженность по договору аренды спецтехники без экипажа от 01.07.2023 г. № МТС-23-30890 за период с 01.07.2023 г. по 31.07.2023 г. в размере 2 040 000 руб.

Взыскать с ООО "ТЕХИНВЕСТ", Краснодарский край, г. Краснодар(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) в доход федерального бюджета РФ госпошлину в размере 86 200 руб.

Данное решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца со дня его принятия, в арбитражный суд кассационной инстанции - в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, если такое решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья О.В. Глущенко