ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-95665/2017

21 июня 2023 года

г. Санкт-Петербург

/з.5

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 июня 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  21 июня 2023 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова 

судей А.Ю. Слоневской, И.Ю. Тойвонена

при ведении протокола судебного заседания секретарем В.В. Лысаком

при участии: 

финансовый управляющий ФИО1

представитель ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 19.11.2021 г.

представитель ФИО4 – ФИО5  по доверенности от 29.03.2021 г.

от иных лиц: не явились, извещены

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-15602/2023, 13АП-16044/2023) финансового управляющего ФИО1 и ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.04.2023 г. по делу № А56-95665/2017/з.5, принятое

по заявлениям (ходатайствам) финансового управляющего ФИО1 о включении в конкурсную массу имущества, ограничении исполнительского иммунитета и утверждении Положения об условиях и порядке предоставления замещающего жилья

 

заинтересованное лицо - ФИО2

 

третьи лица: ФИО6 и ФИО7

по делу о несостоятельности (банкротстве) граждан ФИО8 (дата и место рождения: 02.08.1950, Оренбургская область р-н Оренбургский с. Донгузская, ИНН 

<

***>, дата смерти 24.10.2021) и  ФИО7 (дата и место рождения: 18.11.1951, с. Ташла, Троицкого р-а Оренбургской области, ИНН 

<

***>, дата смерти 11.10.2021) 

установил:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 23.03.2018 г. (резолютивная часть оглашена 22.03.2018 г.) по настоящему делу, вынесенным по заявлению (принято к производству суда (возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве)) определением от 01.02.2018 г.) ФИО8 (далее – должник--1, ФИО8), последний признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО9 (после смены фамилии – ФИО1) Екатерина Владимировна (далее – управляющий, ФИО1), а определением арбитражного суда от 15.03.2022 г. арбитражный суд перешел к рассмотрению настоящего дела с применением правил параграфа 4 главы 10 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). 

Кроме того, решением арбитражного суда от 09.02.2020 г. (резолютивная часть оглашена 23.01.2020 г.) по делу А56-31639/2019, вынесенным по заявлению (принято к производству суда (возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве)) определением от 06.09.2019 г.) ФИО7 (супруга должника-1, далее – должник-2, ФИО7), последняя также признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим также утверждена ФИО1, а определением от 04.04.2022 г. суд перешел к рассмотрению дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 с применением правил параграфа 4 главы 10 Закона о банкротстве. 

Определением арбитражного суда от 03.08.2022 г. настоящее дело (№ А56-95665/2017) объединено с делом № А56-31639/2019 с присвоением делу номера А56-95665/2017. 

При этом, в ходе процедуры, а именно - 06.06.2022 г. – управляющий в рамках дела № А56-95665/2017 обратилась в арбитражный суд с заявлением о включении в конкурсную массу должника-1 (впоследствие – с учетом уточнения – в конкурсную массу ФИО8 и ФИО7) земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: г. Оренбург, 

<

...>; данному обособленному спору присвоен номер № А56-95665/2017/з.5, а определением арбитражного суда от 23.08.2022 г. к участию в нем в качестве заинтересованного лица привлечена ФИО2 (далее – ФИО2).

Кроме того, 26.11.2022 г. управляющий обратилась в арбитражный суд с ходатайством об ограничении исполнительского иммунитета в отношении указанного жилого дома и утверждении Положения об условиях и порядке предоставления замещающего жилого помещения; данному спору присвоен номер № А56-95665/2017/з.6; определением арбитражного суда от 07.02.2023 г. споры № А56-95665/2017/з.5 и № А56-95665/2017/з.6 объединены в одно производство с присвоением объединенному обособленному спору № А56-95665/2017/з.5, и этим же определением суд привлек к участию в споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6 и ФИО7 (далее – соответственно, ФИО6 и ФИО7), а определением суда от 17.04.2023 г. в удовлетворении всех заявленных управляющим требований отказано.

Последнее определение обжаловано в апелляционном порядке управляющим и кредитором ФИО4 (далее – кредитор, ФИО4); в жалобах их податели просят определение отменить полностью, разрешить вопрос по существу (удовлетворив требования управляющего в полном объеме), мотивируя жалобы (с учетом их консолидированной позиции) неполным выяснением судом первой инстанции имеющих значение для дела обстоятельств, и настаивая на недоказанности материалами дела характеристик жилого дома по адресу: г. Оренбург, 

<

...> (далее – Жилой дом, Дом), как единственного пригодного для проживания наследника должников - ФИО2 - жилого помещения - с учетом результатов осмотра Дома, отсутствия сведений о доходах у нее на территории г. Оренбурга и Оренбургской области, а также ее семейном положении (наличии зарегистрированного брака), при том, что в силу сформулированных Верховным Судом РФ подходов сама по себе регистрация по гражданина по тому или иному адресу не свидетельствует о его фактическом (преимущественном) проживании по этому адресу.

В этой связи, по мнению управляющего, суд не дал оценки всем имеющимся доказательствам, а также рассмотрел дело в отсутствие истребованных, но не полученных доказательств.

Кроме того, управляющий в своей жалобе полагает не применимым к спорному Дому исполнительский иммунитет - в силу отнесения его к роскошному жилью и возможности его реализации, с учетом ее экономической целесообразности, а именно: площади Дома (значительно превышающей социальную ному обеспечения граждан жилыми помещениями), имеющихся в нем удобств и характеристик (отделки и оборудования), сделанной самим управляющим его оценки и покрытия за счет этого как стоимости приобретения замещающего жилья и соответствующих издержек, так и требований кредиторов (при отсутствии прямого законодательного регулирования порядка такого приобретения и необходимости в этой связи исходить из позиций Конституционного Суда РФ  в постановлениях № 11-П от 14.05.2012 г. и 15-П от 26.04.2021 г., а также Верховного Суда РФ, согласно определению № 303-ЭС20-18761 от 26.07.2021 г.), как настаивает управляющий и на недобросовестности наследников должников, что, в частности выразилось, в сообщении недостоверных данных о зарегистрированных в Доме лицах.

ФИО4 в своей жалобе, также настаивая на применении в данном споре правовых подходов, сформулированных Конституционным Судом РФ в указанных выше постановлениях (о возможности обращения взыскания на единственное принадлежащее гражданину (должнику и членам его семьи) пригодное для проживания жилое помещение в случае отнесения его к роскошному), ссылается, кроме того (помимо прочего), на то, что суд не дал оценки фактам отказа других наследников должников (помимо ФИО2) от принятия наследства (что, по мнению апеллянта, свидетельствует об отсутствии у них нуждаемости в жилом помещении) и выдачи ФИО2 ее паспорта в г. Москве, что является косвенным доказательством ее регистрации и проживания именно в г. Москве.

В заседании апелляционного суда управляющий и представитель кредитора поддержали доводы своих жалоб; представитель ФИО2 возражал против их удовлетворения, однако, при этом, мотивированного (письменного) отзыва не представив.

Иные лица, участвующие в споре, и в частности – другие третьи (заинтересованные) лица (ФИО6 и ФИО7) позиций (отзывов/возражений) по рассматриваемым жалобам не представили; в заседание не явились; вместе с тем, о месте и времени судебного разбирательства они считаются извещенными, в т.ч. в силу части 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее – АПК РФ) с учетом разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, содержащихся в пункте 5 постановления от 17.02.2011 г. № 12, и при соблюдении требований абзаца второго части 1 статьи 121 АПК РФ, в связи с чем и в соответствии с частью 3 статьи 156 данного Кодекса дело (жалобы) рассмотрено без их участия при отсутствии также с их стороны каких-либо ходатайств с обоснованием невозможности явки в судебное заседание.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения в порядке, предусмотренном статьями 223, 266, 268 и 269 АПК РФ, апелляционный суд пришел к следующим выводам:

Как установлено управляющим в ходе процедуры, в наследственную массу ФИО8 и ФИО7 входит земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу г. Оренбург, 

<

...>, а обращаясь в суд с рассматриваемыми требованиями, она указала (а кредитор ФИО4 ее поддержала), что сведения, подтверждающие, что жилой дом и земельный участок являются единственным пригодным для проживания местом для единственного наследника должников - ФИО2, отсутствуют; при том, что жилой дом состоит из 4 этажей, имеет 470 кв.м., его размер значительно превышает нормативы предоставления жилья на человека по Оренбургской области (18 кв.м.); в этой связи, по мнению управляющего (кредитора), указанное имущество подлежит включению в конкурсную массу, в т.ч. в силу его отнесения к роскошному - ввиду значительной площади, превышающей разумно достаточные для удовлетворения потребности в жилище, а управляющим также разработано положение об условиях и порядке предоставления замещающего жилого помещения, в соответствии с которым спорное имущество подлежит реализации по цене 22 329 701 руб., и за счет его продажи предусматривается покупка лицам, проживающим совместно с наследником, замещающего жилья из расчета 18 кв.м. на каждого члена семьи (при невозможности, как пояснил кредитор, покупки замещающего жилья из средств кредитора, а также – согласно пояснениям управляющего, отсутствия в конкурсной массе иного имущества, за счет которого может быть приобретено замещающее жилое помещение).

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

При этом, в силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона, а согласно пункту 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 названной статьи, а в пункте 7 статьи 223.1 Закона о банкротстве сформулированы условия, при которых наследственное имущество, являющееся единственным жильем для наследника, не может быть включено в конкурсную массу умершего гражданина-наследодателя. 

В частности, в соответствии с абзацами третьим и пятым данного пункта, в конкурсную массу не включается жилое помещение (его части), если по истечении срока принятия наследства такое имущество является единственным пригодным для постоянного проживания помещением для наследника, и по смыслу упомянутых положений в ситуации, когда вошедшее в состав наследства имущество является единственным пригодным для постоянного проживания наследника, оно подлежит исключению из конкурсной массы в деле о банкротстве наследственной массы, при том, что в рамках настоящего спора осуществляется банкротство наследственной массы, а не наследника, и отличительной чертой банкротства наследственной массы является то, что в рамках этого дела аккумулируются все имущество, вошедшее в наследство (даже если наследники уже вступили в наследство), и все долги наследодателя, то есть банкротство осуществляется так, как если бы наследодатель был жив; соответственно наследник не может уклониться от исполнения обязательств наследодателя, поскольку долги наследодателя при банкротстве наследственной массы погашаются не наследниками, а посредством банкротных процедур. 

Также в силу положений абзаца второго части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) не может быть обращено взыскание на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в названном абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание, а в силу разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 г. № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее - Постановление № 48), исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ).

Вместе с тем, в развитие данных норм, Конституционный Суд Российской Федерации (далее – КС РФ) в постановлении от 14.05.2012 г. № 11-П разъяснил, что исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен не для того, чтобы в любом случае сохранить за гражданином-должником принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение, а для того, чтобы, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, гарантировать гражданину-должнику и членам его семьи уровень обеспеченности жильем, необходимый для нормального существования (абзац первый пункта 4 мотивировочной части постановления), а в постановлении от 26.04.2021 г. № 15-П «По делу о проверке конституционности положений абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 3 статьи 213.25 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 15-П) КС РФ сформулировал, что со вступления в силу данного постановления абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ в дальнейшем не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, указанные в нем, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета. 

В частности, как полагал КС РФ в этих постановлениях применительно к институту исполнительского иммунитета к единственному жилью, сами по себе правила об исполнительском иммунитете не исключают возможность ухудшения жилищных условий должника и членов его семьи; ухудшение жилищных условий не может вынуждать должника помимо его воли к изменению поселения, то есть предоставление замещающего жилья должно происходить, как правило, в пределах того же населенного пункта; отказ в применении исполнительского иммунитета не должен оставить должника и членов его семьи без жилища, пригодного для проживания, площадью по крайней мере не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма; отказ от исполнительского иммунитета должен иметь реальный экономический смысл как способ удовлетворения требований кредиторов, а не быть карательной санкцией за неисполненные долги или средством устрашения должника. 

Таким образом, исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен для гарантии гражданину-должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, однако он не носит абсолютный характер; исполнительский иммунитет не предназначен для сохранения за гражданином-должником принадлежащего ему на праве собственности жилого помещения в любом случае; в применении исполнительского иммунитета суд может отказать в случае, если доказано, что ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением либо создана должником со злоупотреблением правом, либо сложилась объективно, но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания. 

При этом, в первом случае суд вправе применить к должнику предусмотренные законом последствия злоупотребления, а именно - отказать в применении исполнительского иммунитета к упомянутому объекту (пункт 2 статьи 10 ГК РФ); во втором же случае суд должен разрешить вопрос о возможности (как минимум потенциальной) реализации жилья должника на торгах с таким расчетом, чтобы за счет вырученных от продажи жилого помещения средств должник и члены его семьи могли бы быть обеспечены замещающим жильем, а требования кредиторов были бы существенно погашены, при том, что замещающее жилье должно быть предоставлено в том же (как правило) населенном пункте и не меньшей площадью, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ) от 07.10.2021 г. № 304-ЭС21-9542 (1,2) по делу №А27-17129/2018). 

Кроме того, позиция ВС РФ по судебному утверждению условий и порядка предоставления замещающего жилья и прочим практическим вопросам ограничения исполнительского иммунитета к единственному жилью изложена в определении от 26.06.2021 г. № 303-ЭС20-18761, где помимо прочего указано, что для оценки рыночной стоимости жилья, имеющего, по мнению кредиторов, признаки излишнего, необходимо и предпочтительно проведение судебной экспертизы; кроме того, судебной оценке подлежит стоимость замещающего жилья и издержки конкурсной массы по продаже существующего помещения и покупке необходимого, а как указано в Постановлении № 15-П, в процедуре несостоятельности (банкротства) замещающее жилое помещение может быть предоставлено гражданину - должнику кредитором в порядке, который установит суд, при том,  что такой кредитор в соответствии с положениями пункта 1 статьи 2 ГК РФ, приобретая замещающее жилье для должника, принимает на себя риски того, что выручка от продажи имеющегося у банкрота жилого помещения не покроет его расходы на приобретение замещающего, например, вследствие изменения конъюнктуры рынка недвижимости, а столь значимый вопрос - о приобретении замещающего жилья отдельным кредитором за свой счет (с последующей компенсацией затрат за счет конкурсной массы) либо финансовым управляющим за счет выручки от продажи существующего имущества должника, разрешаемый судом в отсутствие прямого законодательного регулирования на основании Постановления № 15-П, должен предварительно выноситься на обсуждение собрания кредиторов применительно к правилам о принятии собранием решения об обращении в арбитражный суд с ходатайством о введении реализации имущества гражданина (абзац пятый пункта 12 статьи 213.8 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 6 ГК РФ), которое созывается финансовым управляющим по собственной инициативе либо по требованию кредитора или должника; на этом собрании свое мнение могут высказать каждый из кредиторов, должник, финансовый управляющий и иные заинтересованные лица (в том числе, относительно наличия у существующего жилья признаков излишнего, об экономической целесообразности его реализации для погашения требований кредиторов, об условиях, на которых кредитор (собрание кредиторов) готовы предоставить (приобрести) замещающее жилье, а также о требованиях, которым такое замещающее жилье должно соответствовать); указанное обсуждение предваряет последующую передачу на рассмотрение арбитражного суда, в производстве которого находится дело о банкротстве, заинтересованными лицами (финансовым управляющим, кредитом, должником) вопроса об ограничении исполнительского иммунитета путем предоставления замещающего жилья; арбитражный же суд утверждает условия и порядок предоставления замещающего жилья и по результатам рассмотрения названного вопроса выносит определение применительно к положениям пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве. 

В данном случае, судом первой инстанции установлено, что ФИО8 состоял в браке с ФИО7; земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу г. Оренбург, 

<

...>, являлись совместной собственностью супругов; иного имущество, подлежащее реализации у должников не выявлено. 

Наследником же указанного имущества выступает дочь должников - ФИО2; другие наследники написали отказ от принятия наследства в ее пользу; свидетельство о праве на наследство нотариусом не выдано по причине судебных споров в рамках настоящего дела (ответ нотариуса от 03.08.2022 № 531), и как ссылается ФИО2, указанное имущество является единственным жильем, пригодным для постоянного ее проживания, в связи с чем указанное имущество обладает исполнительским иммунитетом в соответствии со статьей 446 ГПК РФ. 

В этой связи судом по материалам дела установлено отсутствие доказательств наличия иного недвижимого имущества, закрепленного на праве собственности за должниками, наследником должников и членами их семьи (других дочерей должников - ФИО6 и ФИО7); спорный жилой дом введен в эксплуатацию в 2004 г., что подтверждается представленной в материалы спора справкой, право собственности оформлено в 2005 г., земельный участок передан ФИО8 (должнику-1) в бессрочное постоянное пользование 05.05.1993 г., с последующим оформлением права собственности в 2005 г., а из решения Ленинского районного суда г. Оренбурга от 17.11.2017 г. по делу № 2-4726/2017 следует, что спорное имущество является единственно пригодным для проживания (должников), и сведений о том, что у ФИО8 и ФИО7 имеется иное имущество, не установлено. 

Также, как отметил суд, ходатайств о назначении судебной оценочной экспертизы (т.е., как это предусмотрено в приведенных выше правовых позициях КС РФ и ВС РФ) управляющим в рамках настоящего спора не заявлялось; вместе с тем, ей проведена самостоятельная оценка спорного имущества, о чем в материалы спора представлено решение об оценке от 10.10.2022 г., согласно которому стоимость спорного имущества жилого дома и земельного участка составляет 22 329 701 руб.; однако, из представленных в материалы спора доказательств следует, что жилая площадь дома - 184,7 кв.м., кадастровая стоимость дома составляет 11 447 141 руб. 06 коп., при том, что применительно к указанной в Постановлении № 15-П позиции проверке подлежит вопрос наличия/отсутствия факта существенного (кратного) превышения размера спорного жилья над нормами предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания. 

В этой связи ВС РФ указал, что под роскошным жильем понимается недвижимость, явно превышающая уровень, достаточный для удовлетворения разумной потребности гражданина-должника и членов его семьи в жилище (определение ВС РФ от 29.10.2020 г. № 309-ЭС20-10004), а помимо критериев, которые позволяли бы определить жилое помещение как явно превышающее по своим характеристикам указанный уровень (площадь помещения - общая и жилая, его конструктивные особенности, рыночная стоимость и т.д.), федеральный законодатель должен предусмотреть порядок обращения взыскания на него, требующий выявления того, является ли данное помещение единственно пригодным для проживания собственника и членов его семьи, и гарантирующий им возможность удовлетворения разумной потребности в жилище, а также уточнить для целей данного регулирования перечень лиц, подпадающих под понятие «совместно проживающие с гражданином-должником члены его семьи» (постановление КС РФ от 14.05.2012 г. № 11-П). 

Применительно к изложенному суд первой инстанции по настоящему спору также отметил, что практические подходы относительно распространения исполнительского иммунитета в отношении единственного жилья претерпели трансформацию (от абсолютного к условному); таким образом, результат разрешения настоящего спора зависит от наличия/отсутствия в рассматриваемом случае реального экономического смысла в реализации единственного жилья с предоставлением замещающего жилого помещения как способа удовлетворения требований кредиторов, ввиду чего при исследовании соотвесттвующих обстоятельств необходимо установить и дать оценку размеру превышения стоимости спорного имущества над размером расходов, необходимых для приобретения замещающего жилья, обеспечивающего минимальный уровень обеспеченности жильем, необходимый для нормального существования должника, а следовательно, по мнению суда, ходатайство управляющего о включении указанного имущества в конкурсную массу в данном случае удовлетворению не подлежит, при том, что в ряде случаев предусмотрена возможность продажи единственного жилья должников, в частности при признании его роскошным; вместе с тем, как обратил внимание суд, даже если применить положения Постановления № 15-П по аналогии, то в процедуре несостоятельности (банкротства) замещающее жилое помещение может быть предоставлено гражданину - должнику кредитором в порядке, который установит суд, и такой кредитор в соответствии с положениями пункта 1 статьи 2 ГК РФ, покупая замещающее жилье для должника, принимает на себя риски того, что выручка от продажи имеющегося у банкрота жилого помещения не покроет его расходы на приобретение замещающего, например, вследствие изменения конъюнктуры рынка недвижимости. 

В то же время, в соответствии с правовой позицией ВС РФ в определении от 26.07.2021 г. № 303-ЭС20-18761, в процедуре банкротства не исключается и возможность приобретения замещающего жилья финансовым управляющим за счет выручки от продажи имущества должника, находящегося в наличии; в этом случае в целях обеспечения права должника и членов его семьи на жилище, гарантированного частью 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации, условия сделок купли-продажи должны быть сформулированы таким образом, чтобы право собственности должника на имеющееся у него жилое помещение прекращалось не ранее возникновения права собственности на замещающее жилье, а также допускать возможность прекращения торгов по продаже излишнего жилья при падении цены ниже той, при которой не произойдет эффективное пополнение конкурсной массы (с учетом затрат на покупку замещающего жилья), а столь значимый вопрос о приобретении замещающего жилья отдельным кредитором за свой счет (с последующей компенсацией затрат за счет конкурсной массы) либо финансовым управляющим за счет выручки от продажи существующего имущества должника, разрешаемый судом в отсутствие прямого законодательного регулирования на основании Постановления № 15-П, должен, как указано выше, разрешаться с учетом приведенных выше правил (ограничений/условий).

Таким образом, как полагал суд, даже в отсутствие возражений со стороны должников по продаже их имущества финансовый управляющий обязан был принять меры по приобретению должникам замещающего жилья, при том, что Закон не предусматривает возможности применения компенсационных мер после отчуждения единственного жилья должников, поскольку такая продажа осуществлена со злоупотреблением права статья 10 ГК РФ, а отчуждение объекта, являющегося единственным пригодным для проживания имуществом должника, не допускается, и торги, проведенные с нарушением указанного положения, не могут быть признаны законными. 

Равным образом, по мнению суда, отсутствуют в материалах спора и доказательства злоупотребления со стороны должников при приобретении спорной недвижимости; в частности, управляющим не представлено доказательств того, что должники, зная о наличии неисполненных обязательств перед кредитором, умышленно создали ситуацию, вследствие которой спорное недвижимое имущество получило статус единственного жилого помещения, при том, что данное имущество являлось единственным жильем, пригодным для постоянного проживания, должников и является таким для наследника и членов ее семьи (доказательств обратного в материалы спора не представлено), как отметил суд и то, что продажа единственного жилья, пригодного для постоянного проживания, не может быть карательной санкцией за неисполненные долги или средством устрашения должника, учитывая, что в реестр требований кредиторов должника включено требование единственного кредитора ФИО4; оценочная стоимость жилого дома и земельного участка, согласно данным управляющего, составляет 22 329 701 руб.; диапазон цен на замещающее жилье составляет от 3 300 000 - 5 800 000 руб.; издержки связанные с продажей имущества – 163 353 руб. 75 коп., с приобретением замещающего жилья – 7 000 руб., пополнение конкурсной массы составит ориентировочно 17 796 014 руб. 25 коп., а размер непогашенных требований кредитора ФИО4 составляет 11 041 823 руб. 17 коп.

Вместе с тем, по мнению суда, представленное экономическое обоснование продажи недвижимости не учитывает интересы наследника должника, так разница между размером требований кредиторов и предполагаемым размером поступивших в конкурсную массу денежных средств составляет 6 754 191 руб. 08 коп., при том, что, как повторился суд, покупка замещающего жилья должна производиться за счет средств кредитора либо финансовым управляющим за счет выручки от продажи существующего имущества должника, а не спорных объектов недвижимости; в противном случае таким порядком продажи имущества будут нарушены права наследника должника и членов его семьи, при отсутствии, при этом, доказательств участия в собрании кредиторов заинтересованных лиц наследника и членов семьи, зарегистрированных в спорном доме.

Апелляционный суд не усматривает оснований для пересмотра выводов суда в последней части – отсутствия условий для утверждения предложенного управляющим порядка приобретения замещающего жилья, поскольку его положения противоречит механизму такого приобретения, предложенному ВС РФ (актуальному на данный момент) с учетом соответствующих подходов КС РФ, изложенных в постановлениях № 11-П и 15-П, и в частности – он предусматривает продажу принадлежащего наследнику жилого помещения до приобретения (предоставления ему и другим – возможно приживающим в нем - лицам) замещающего жилья, что потенциально не только лишает их возможности проживания (жилого помещения) с момента продажи имеющегося жилья до момента приобретения замещающего, но с высокой долей вероятности может повлечь вообще оставление их без жилья, при том, что указанные выше подходы (механизм приобретения замещающего жилья) КС РФ и ВС РФ связанные с этим риски (приобретение замещающего жилья (понесение затрат на это) с возможным отсутствием покупателя на имеющееся (роскошное) жилье) возлагают в первую очередь на кредитора, а не на должника (проживающих в помещении лиц), в связи с чем управляющий (кредитор) в данном случае не лишен впоследствие права еще раз инициировать вопрос о разработке и утверждении (собранием кредиторов и судом, в т.ч. с учетом мнения иных заинтересованных лиц) соответствующего положения, изложенные подходы.

Вместе с тем, апелляционный суд не может согласиться с отказом в удовлетворении требований управляющего в остальной части: включения спорных земельного участка и Жилого дома в конкурсную массу и об ограничении исполнительского иммунитета в отношении этого дома, поскольку в силу общих норм Закона о банкротстве в конкурсную массу принадлежит включению все имущество должника (в данном случае – входящее в наследственную массу), а в случае наличия оснований для его исключения (отказа во включении) и силу принципа распределения бремени доказывания (часть 1 статьи 65 АПК РФ) обязанность доказывания таких обстоятельств возлагается на заинтересованных в этом лиц, т.в. в данном случае – на наследника должника и иных проживающих в Доме лиц.

Однако в рамках настоящего спора третьи (заинтересованные) лица безусловных доказательств наличия оснований для отказа во включении имущества в конкурсную массу не представили, а именно – не доказали как то, что Жилой дом является для них единственным пригодным жилым помещением, так и то, что он не относится к категории роскошных (с учетом приведенных управляющим и кредитором его характеристик: общей площади (470 кв.м.), этажности (2 этажа с подвалом и мансардой), материалов конструкции (монолит/кирпич), отделки, наличия оборудования (удобств и степени благоустройства) и - соответственно - рыночной стоимости - 22 329 701 руб.).

В этой связи суд исходит из совокупности материалов дела, и в частности – отсутствия доказательств регистрации всех заинтересованных (третьих) лиц в спорном помещении (поскольку этот факт подтверждается, прежде всего, представленной ими домовой книгой и не отражен в данных регистрационного учета, ведущегося уполномоченными на то государственными органами – подразделениями органов внутренних дел по вопросам миграции, при отсутствии также сведений и регистрации по месту временного пребывания и т.п.), отсутствия (опять же у всех них) иных зарегистрированных прав на иные жилые помещения и сведений о семейном положении (в целях выяснения факта обеспечения или необеспечения жильем за счет супругов и т.д.), а равно и отсутствия с их стороны (в т.ч.на уточняющий вопрос апелляционного суда) раскрытия обстоятельств, где они проживали и работали ранее (а равно работают и на данный момент) и в связи с чем (при каких обстоятельствах, по каким мотивам, с какой целью) они избрали в качестве нового места жительства спорный Дом (без относительно к факту смерти их родителей и открытия наследства), что с высокой степенью вероятности может свидетельствовать, что избранная ими позиция обусловлена целью создания видимости отнесения Дома к единственному имеющемуся у них и пригодному для проживания жилью и – тем самым - распространения на него исполнительского иммунитета.

Таким образом, апелляционная коллегия признает обжалуемое определение, как принятое в этой части при неполном исследовании фактических обстоятельств (материалов) дела и – как следствие –  несоответствии изложенных в нем выводов этим обстоятельствам (материалам) и неправильном применении норм материального права, подлежащим частичной отмене с принятием в этой  части нового судебного акта – об удовлетворении - в силу изложенного - заявленных управляющим требований в соответствующей части и с оставлением определения в остальной части – без изменения, а апелляционных жалоб – без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 112, 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.04.2023 г. по делу № А56-95665/2017/з.5 отменить в части. 

Принять в этой части новый судебный акт.

Требования финансового управляющего ФИО1 удовлетворить частично.

Включить в конкурсную массу ФИО8 и ФИО7 земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: г. Оренбург, 

<

...>. 

Ограничить исполнительский иммунитет в отношении жилого дома, расположенного по адресу: г. Оренбург, 

<

...>.

В остальной части (отказа в удовлетворении ходатайства об утверждении Положения об условиях и порядке предоставления замещающего жилого помещения) определение оставить без изменения, а требования финансового управляющего и апелляционные жалобы финансового управляющего ФИО1 и ФИО4 - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

 

А.Ю. Слоневская

 

И.Ю. Тойвонен