№ 09АП-8012/2023

Дело № А40-151614/21

г. Москва

07 апреля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 марта 2023 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 07 апреля 2023 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи С.А. Назаровой,

судей Ж.Ц. Бальжинимаевой, А.А. Комарова, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и представителя  ответчиков на определение Арбитражного суда города Москвы от 12.01.2023 по делу № А40-151614/21, о привлечении контролирующих лиц ООО «Инжстрой» ФИО3, ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в части размера взыскиваемых с ФИО3, ФИО4 и ФИО5 в конкурсную массу ООО «Инжстрой» денежных средств, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Инжстрой.

при участии в судебном заседании:

от к/у ООО «Инжстрой» - ФИО6 по дов. от 23.09.2022

Иные лица не явились, извещены. 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 19.10.2021 должник ООО «Инжстой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО7 (ИНН 

<

***>, номер в сводном реестре арбитражных управляющих 20295, адрес направления корреспонденции: 115598, г. Москва, а\я 16), являющаяся членом СРО «ААУ «Паритет», о чем опубликовано сообщение в газете «Коммерсантъ» №199 от 30.10.2021.

09.08.2022 поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении: ФИО3 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «Инжстрой» и взыскании 756 259 194,14 руб. в пользу ООО «Инжстрой»;  ФИО4 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «Инжстрой» на сумму 756 259 194,14 руб.; - ФИО5 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «Инжстрой» на сумму 756 259 194,14 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.01.2023 привлечены контролирующие лица ООО «Инжстрой» ФИО3, ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, взысканы солидарно с ответчиков в конкурсную массу ООО «Инжстрой» денежные средства в размере 443 483 832 руб.; в остальной части требований конкурсному управляющему отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 (кредитор) и представитель ответчиков обратились с апелляционными жалобами в Девятый арбитражный апелляционный суд, в обоснование ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права.

ФИО2 (кредитор) в  апелляционной жалобе просит изменить судебный акт в  части размера и взыскать с ответчиков  в конкурсную массу 756  259 194,14 рублей.  

Представитель ответчиков, действующий на основании доверенности, в апелляционной  жалобе просит отменить судебный акт и отказать в  удовлетворении требований в полном  объеме, в  обоснование ссылаясь на  недоказанность  оснований  для привлечения  ответчиков к  ответственности. 

Представитель  конкурсного управляющего в судебном заседании  возражал против удовлетворения  апелляционных  жалоб.

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежаще.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. 

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность определения, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

            Согласно статье 32 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 N 127- ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" дела о банкротстве граждан рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Как усматривается из уточненного заявления, в качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылается на совершение должником в период с 01.01.2015г. по 31.12.2016г. налогового правонарушения, повлекшего объективное банкротство ООО «Инжстрой».

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017г. № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017г., производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010г. № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в период совершения действий.

При этом, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Принимая во внимание заявленные конкурсным управляющим основания для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции  пришел к выводу о том, что в рассматриваемом случае подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ. 

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно. 

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019г. № 305-ЭС19-10079, тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013г. № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013г. № 134-ФЗ.

Пунктом 16 Постановления № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

 Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. 

Судом  первой инстанции установлено, что ИФНС России № 7 по г. Москве на основании решения от 21.10.2019г. № 12/РО/08 проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и уплаты всех налогов и сборов за период с 01.01.2015г. по 31.12.2016, по итогам которой составлен акт выездной проверки № 12/А/06 от 22.05.2019г. и принято решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 21.10.2019 № 12/РО/08 на основании статьи 101 НК РФ в виде штрафа в размере 404 784 510 руб. 11 коп. 

Данное решение уполномоченного органа вступило в силу и являлось основанием при рассмотрении его требований для включения в реестр требований кредиторов. 

Частью 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в  отношении  ООО «Инжстрой», ФИО3 в период с 13.01.2015г. по 24.10.2021г. являлся единоличным исполнительным органом должника, а в период с 24.10.2021 по настоящее время является единственным участником (доля 100%) должника. 

С указанными обстоятельствами, ФИО3, отнесен в контролирующему  должника лицу  в   исследуемый период. 

Решением № 12/РО/08 от 21.10.2019г. ИФНС России № 7 по г. Москве о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесенным по результатам выездной налоговой проверки ООО «Инжстрой» установлено, что ФИО5 и ФИО8 являясь в разные периоды времени руководителями и участниками ООО «Интертехпроект» (ИНН 

<

***>), ЗАО «Интертехпроект» (ИНН 

<

***>) и ООО «Интертехпроект» (ИНН 

<

***>). 

Указанные организации являлись единственными заказчиками ООО «Инжстрой», т.е. ООО «Инжстрой» являлось финансово подконтрольной организацией. Кроме того, показаниями свидетелей подтверждено, что ФИО5 и ФИО4 давали обязательные для исполнения указания ООО «Инжстрой» и оказывали влияние на деятельность ООО «Инжстрой» по заключению договоров. 

В ходе проверки установлены факты, свидетельствующие о фиктивном заключении договоров между ООО «Инжстрой» с контрагентами с целью получения необоснованной налоговой экономии в виде завышения расходов, уменьшающих сумму доходов от реализации и вычетов по НДС с целью минимизации налоговых обязательств (абзац 8 страница 51 Решения). 

Пунктом 3 части 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» в пункте 7 разъясняет следующее: «7. Предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности. Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки».

 С учетом изложенных  выше обстоятельств,  и фактов, выявленных  в результате налоговой проверки, суд  первой инстанции признал доказанным факт того, что ФИО5 и ФИО4 являются контролирующими должника лицами на основании пункта 3 части 4 статьи 61.10. Закона о банкротстве, поскольку извлекали выгоду из незаконного или недобросовестного поведения ООО «Инжстрой».

 При этом, судом первой  инстанции учтено, что контроль и извлечение выгоды ФИО5 и ФИО4 также подтверждается иными судебными актами вступившими в законную силу. 

Так, согласно постановлению Арбитражного суда Московского округа от 24.12.2019г. по делу № А40-229328/17 принятому в рамках рассмотрения требований ООО «Инжстрой», установлено наличие внутригрупповых отношений между сторонами сделки и, как следствие, общности хозяйственных интересов участников спорных отношений, о котором заявлял независимый кредитор, позволит дать надлежащую оценку добросовестности действий, как ответчика, так и должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017г. № 306- ЭС16-20056 (6) по делу № А12-45752/2015). 

Установив, что единственным участником ООО «Интертехпроект» является ООО «МоксНЭТ» (ИНН 

<

***>); 09.03.2011г. ООО «Мокснэт» и ФИО9 совместно учреждено ООО «Видеолюкс Сиайэс» (ИНН 

<

***>) (распределение уставного капитала: 91,80% - ООО «Мокс-НЭТ», 8,2% - ФИО9), при этом ФИО9 с 09.03.2011г. являлся единоличным исполнительным органом указанного юридического лица; с 03.05.2012г. ООО «Мокс-НЭТ» и ФИО9 также являются совладельцами долей в уставном капитале ООО «Видеолюкс» (ИНН 

<

***>) (распределение уставного капитала: 91,80% - ООО «Мокс-НЭТ», 8,2% - ФИО9), при этом ФИО9 с 21.10.2009г. являлся также единоличным исполнительным органом указанного юридического лица; таким образом, ФИО9 и ООО «Мокс-НЭТ» (единственный участник должника) являлись соучредителями и совладельцами долей в уставном капитале двух юридических лиц, при этом ФИО9 являлся также единоличным исполнительным органом указанных организаций; в то же время, ФИО3 - брат ФИО9, является единственным участником и единоличным исполнительным органом ООО «Инжстрой»; ФИО10 - племянник ФИО3, являющегося единоличным исполнительным органом и владельцем 100% уставного капитала ООО «Инжстрой», занимал в ООО «Интертехпроект» должность руководителя проекта, суды пришли к правомерному выводу о том, что должник и включающийся кредитор являлись аффилированнными лицами. 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 02.08.2019г. по делу № А40-229328/17, которым ФИО4 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Интертехпроект», установлено, что между ООО «МГ-Финанс» и ООО «Инжстрой договор уступки прав (цессии) 01-2802/17 от 28.02.2017г., по которому ООО «Инжстрой» уступило ООО «МГФинанс» права требования с ООО «Интертехпроект» сумму равную задолженности ООО «МГ-Финанс» перед ООО «Интертехпроект» (21 602 586, 95 руб.), при этом, ООО «Инжстрой» с ООО «МГ-Финанс» не потребовало уплаты стоимости за уступленное права в размере 21 602 586, 95 руб., таким образом, стороны не стремились к созданию соответствующих правовых последствий.  ООО «МГ-Финанс» направило ООО «Интертехпроект» уведомление о зачете встречных однородных требований от 28.02.2017г., в котором под роспись был ознакомлен генеральный директор ООО «Интртехпроект» ФИО4 Таким образом, между ООО «МГ-Финанс» и ООО «Интертехпроект» был совершен зачет встречных однородных требований, однако, на дату проведения зачета существовала задолженность, срок погашения которой уже наступил, перед другими кредиторами ООО «БВТ», ООО «Терра», ООО «Группа Изотерма», ООО «СервисПампс», которые не получили удовлетворение своих требований, а также вышеуказанная сумма не поступила в конкурсную массу должника, чем был причинен вред имущественным правам кредиторам, включенным в реестр требования кредиторов ООО «Интертехпроект». С учетом вышеизложенных обстоятельств, суд пришел к выводу о том, что оспариваемые сделки привели к уменьшению возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Исходя из анализа обстоятельств, подлежащих исследованию при рассмотрении вышеуказанных обособленных споров, следует, что оспариваемые сделки, были совершены в период исполнения обязанностей контролирующего должника лица - ФИО4. 

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2019г. по делу № А40- 229328/17 установлено, что между ООО «Инжстрой» и ООО «Интертехпроект» в рамках настоящего дела реальное выполнение ООО «Инжстрой» работ для ООО «Интертехпроект» и связанное с этим наличие у ООО «Инжстрой» каких-либо обоснованных требований к ООО «Интертехпроект» подтверждено не было. С учетом этого действия ФИО4, направленные на погашение реально существующей задолженности ООО «МГ-Финанс» перед должником по договорам займа, путем ее зачета в счет требований ООО «Интертехпроект» к должнику, фактическое наличие и обоснованность которых в рамках судебной проверки подтверждены не были, не могут быть признаны разумными, добросовестными и соответствующими интересам должника. С учетом фактического отсутствия какого-либо встречного представления, которое в результате совершенных сделок получило бы ООО «Интертехпроект», указанные сделки являлись существенно убыточными для должника. Таким образом, в результате проведения спорных зачетов должник лишился своего актива (реально существующей дебиторской задолженности), но не приобрел взамен какого-либо равноценного актива ООО «МГ-Финанс», сделка совершена безвозмездно, в отношении заинтересованного лица, и на дату совершения спорной сделки ООО «Интертехпроект» отвечало признакам неплатежеспособности (у должника имелись неисполненные обязательства, которые должник не смог исполнить ни на тот момент, ни впоследствии, и которые в дальнейшем были включены в реестр требований кредиторов должника).

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 31.03.2022г. по делу № А40- 139270/2020, в рамках рассмотрения требований ООО «Инжстрой» также установлено,  что ООО «Интертехпроект» и ООО «Инжстрой» контролируются одной группой лиц и, фактически, входят в одну группу компаний. Факт аффилированности и подконтрольности ООО «Инжстрой» ФИО4 установлен и иными судебными актами. 

Таким образом, судом  верно применены  положения ст. 69 АПК РФ, и учтен установленным факт того, что должник входит в одну группу с рядом компаний, учрежденных обществом «Мокс-НЭТ», имеющих бенефициарами ФИО5 и ФИО4 

В силу положений абзац. 1 ст. 1080 Гражданского кодекса лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных судебная практика учитывает согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (абзац первый пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53)).

Как ранее, так и в настоящее время к такой ответственности подлежало привлечению лицо, осуществляющее фактический контроль над должником (независимо от юридического оформления отношений) и использовавшее властные полномочия во вред кредиторам, то есть своими действиями приведшее его к банкротству. Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием юридических признаков аффилированности (пункт 3 постановления № 53).

 Как указала Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 31.08.2020г. № 305-ЭС19-24480, при ином недопустимом подходе бенефициары должника в связи с подконтрольностью им документооборота организации имели бы возможность в одностороннем порядке определять субъекта субсидиарной ответственности выгодным для них образом и уходить от ответственности. 

Таким образом, подтверждение факта контроля над должником не всегда должно сопровождаться исключительно представлением прямых доказательств, в том числе исходящими от бенефициара документами, в которых содержатся явные указания, адресованные должнику и кредитору, относительно их деятельности. 

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016г., материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания при рассмотрении обособленных споров в рамках дела о банкротстве. 

Процесс доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, предполагающих наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, а на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска. 

В настоящее время Законом № 266-ФЗ введены презумпции (предусмотренные пунктом 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве)), которые предназначены для облегчения доказывания одного основания привлечения к субсидиарной ответственности, то есть для прямого вывода о том, что именно действия (бездействие) контролирующего должника лица повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов, а также прямого вывода о том, что при наличии выгоды на стороне третьего лица от недобросовестных действий должника именно он является контролирующим лицом. 

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53) разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства. 

Согласно пункту 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции до ФЗ № 99-ФЗ) если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам. 

В соответствии со ст. 2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции 134-ФЗ, контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника). 

Под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. 

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения доводов о существовании между лицами формально юридических связей, позволяющих ответчику в силу закона либо иных оснований (например, учредительных документов) давать такие указания, а также путем приведения доводов о наличии между лицами фактической аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного структурирования корпоративных связей (в том числе с использованием офшорных организаций) или иным способом скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу осуществления контроля над должником (Определение Верховного суда РФ от 06.08.2018г. № 308-ЭС17-6757 (2,3). 

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. 

Пунктом 56 Постановления № 53 разъяснено, что материалы проведенных в отношении должника или его контрагентов мероприятий налогового контроля, документы, полученные в ходе производства по делам об административных правонарушениях и уголовным делам, могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается заявитель, предъявивший требование о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности. Такие материалы не имеют для суда заранее установленной силы и подлежат оценке наряду с другими доказательствами (статьи 71 , 75 и 89 АПК РФ). 

В рассматриваемо  случае, решением № 12/РО/08 от 21.10.2019г. ИФНС России № 7 по г. Москве о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которое вынесено по результатам выездной налоговой проверки ООО «Инжстрой», установлены факты совершения ООО «Инжстрой» притворных сделок. В частности выводы совершения ООО «Инжстрой» притворных сделок установлены: абзац 5 страница 48, абзац 1 страница 50, абзац 4 страница 56, абзац 1 страница 57, абзац 5 страница 57, абзац 7 страница 58., где указано: «Установленные в ходе проверки факты и обстоятельства свидетельствуют о создании ООО «Инжстрой» формального документооборота и получении Обществом необоснованной налоговой экономии путем отражения в составе расходов, учитываемых для целей налогообложения операций с … с целью минимизации налоговых обязательств, что подтверждается минимальной налоговой нагрузкой ООО «Инжстрой»». 

Указанным Решением № 12/РО/08 от 21.10.2019г. также установлено (абзац 6 страница 57): «Таким образом, в результате проведенных контрольных мероприятий установлено наличие у контрагентов ООО «Инжстрой», описанных в п. 2.2.2-2.2.6. 2.3.1-2.3.5 Решения признаков фирм - «однодневок» …». 

На странице 68 рассматриваемого Решения № 12/РО/08 от 21.10.2019г. суммирован общий размер доначисленных налогов, пени, налоговых санкций, который составил сумму 404 784 510 руб. 11 коп. Доначисление указанной суммы явилось прямым следствием совершения ООО «Инжстрой» притворных сделок с фирмами – «однодневками». 

Как следует из данных бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Инжстрой» (приложение 3) на 31.12.2018г. балансовая стоимость активов (код строки 1600) составляла 630 912 000 руб. Отсюда следует, что вред причиненный совершением ООО «Инжстрой» притворных сделок с фирмами – «однодневками» составил более 50% балансовой стоимости активов общества, а значит является существенным. 

При таких обстоятельствах,  суд  первой  инстанции пришел к правильному выводу  о том, что имеют место обстоятельства причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения ответчиками нескольких сделок должника, что согласно подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве является доказательством действий контролирующего должника лица, которые влекут субсидиарную ответственность на основании пункта 1 статьи 61.11. Закона о банкротстве - за невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица. 

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. 

Определяя размер  ответственности, и не соглашаясь с  заявленной управляющим суммой, суд  первой  инстанции исходил из следующего.

Определением от 01.02.2022 в реестр требований кредиторов должника включено требование ООО «Интертехпроект» (ИНН 

<

***>) в общем размере 312 775 362 руб. 14 коп. 

При этом, судом ранее установлено, что ООО «Интертехпроект» входит в одну группу компаний с ООО «Инжстрой» и в силу ст. 19 Закона о банкротстве является аффилированным к должнику лицом. 

В соответствии со ст. 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

В соответствии с абз. 3 п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица. 

При указанных обстоятельствах, суд первой  инстанции пришел к правильному выводу, что  в  данном случае размер  ответственности составит 443 483 832 руб. (756 259 194 руб. 14 коп. - 312 775 362 руб. 14 коп.).

Доводы жалобы ФИО11  подлежат отклонению как  основанные  на ошибочном толковании норм права. 

Обстоятельство  введения решением Арбитражного суда города Москвы от 01.02.2018 по делу А40-229328/2017 в отношении ООО «Интертехпроект» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) конкурсного производства, подтвержденность требования вступившими  в законную силу  судебными актами по делу №А40-177136/18, по делу № А40-229328/17, и включение в третью очередь погашения требований кредиторов должника (не субординирована), в рассматриваемом случае не исключают возможность применения абз. 3 п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, так как требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит именно независимым от должника кредиторам, является исключительно их средством защиты.

Наличие определения Арбитражного суда города Москвы от 05.03.2022 по делу №А40-151614/2021 о процессуальном правопреемстве ООО «Интертехпроект» на ФИО2 в связи с  заключением договора о приобретении права требования на торгах, правового значения в данном случае не имеет, поскольку аффилированность правопредшественника  подтверждена,  и требование  по характеру не может трансформироваться в независимое при правопреемстве. 

Доводы жалобы представителя  ответчиков подлежат отклонению, как направленные  на  переоценку доказательств. Тогда для иной оценки, чем приведено судом первой инстанции, апелляционный суд не  усматривает.

Бремя доказывания судом первой инстанции распределено верно, с учетом  обстоятельств, установленных решением налогового органа о привлечении Общества к  ответственности, которые  ответчиками не  опровергнуты.

Ссылки представителя ответчиков в апелляционной жалобе на данные бухгалтерского баланса по состоянию на 31 декабря 2015 года,  на 31 декабря 2016 года, и на 31 декабря 2017 года, и того, что задолженность перед уполномоченным органом в конкретный период времени с учетом масштабов деятельности должника не привела к негативным последствиям для должника, а как следствие к не могло привести к его банкротству, апелляционным  судом не могут быть отнесены к  числу оснований  для освобождения  ответчиков  от ответственности, поскольку решением уполномоченного органа установлена неуплата налогов (2 кв. 2015 г. - 9 557 730,00      руб., 3 кв. 2015г. - 22 391 964, 00 руб., 4 кв. 2015 г. - 30 538 662, 00 руб., 1 кв. 2016 г. - 34 936 438,00 руб., 2 кв. 2016 г. - 14 967 479 руб.), и требования  налогового органа остаются непогашенными в  связи с  недостаточностью имущества  должника.  

Принимая во внимание  установленные  по делу  обстоятельства, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд первой инстанции правильно определил правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установил все существенные для дела обстоятельства.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе представителем ответчиков, фактически свидетельствуют о несогласии с установленными судом обстоятельствами и оценкой доказательств, и направлены на их переоценку. 

Принимая  во внимание установленные по делу обстоятельства, оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 12.01.2023 по делу № А40- 151614/21 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:                                                     С.А. Назарова

Судьи:                                                                                                          Ж.Ц. Бальжинимаева

                                                                                                          А.А. Комаров