СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск                                                                                              Дело № А45-8953/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 марта 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 21 марта 2024 года

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе судьи Кривошеиной С. В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 (№07АП-10187/2023(2)) на решение от 21.02.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-8953/2023 (судья А.А. Богер), рассмотренному в порядке упрощенного производства, по исковому заявлению PUMA SE (Пума СЕ), Германия, к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН 

<

***>), г. Новосибирск, о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки №№ 480708, № 582886 в размере 100 000 рублей, стоимости контрафактного товара в размере 200 рублей, почтовых расходов в размере 144 рублей 62 копеек, стоимость выписки из ЕГРИП в размере 200 рублей, 

 

У С Т А Н О В И Л:

PUMA SE (Пума СЕ) (далее – истец, компания) обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН 

<

***>), г. Новосибирск (далее – ответчик, предприниматель, ИП ФИО2), о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки №№ 480708, № 582886 в размере 100 000 рублей, стоимости контрафактного товара в размере 200 рублей, почтовых расходов в размере 144 рублей 62 копеек, стоимость выписки из ЕГРИП в размере 200 рублей.

Настоящее дело в соответствии с главой 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассмотрено в порядке упрощенного производства.

Решением суда от 21.02.2024 исковые требования удовлетворены частично, с  ИП ФИО2 в пользу PUMA SE (Пума СЕ) взыскана компенсация за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 480708, № 582886 в размере 50 000 рублей; расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 000 рублей, почтовые расходы в размере 72 рубля 31 копейку; стоимость контрафактного товара в размере 100 рублей; в остальной части исковых требований - отказано. 

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ответчик обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что судом первой инстанции не исследовался вопрос о сходствах и различиях оригинальных и контрафактных товаров. Суд также не учел, что стороны не конкурируют на одном и том же рынке; доказательств того, что правообладатель из-за контрафактных товаров напрямую теряет клиентов, готовых купить оригинальную продукцию, не представлено. Суд не учел незначительный объем (одна единица товара) и низкую стоимость реализованного ответчиком товара, отсутствие сведений о понесенных истцом значительных убытков, исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, а также руководствуясь абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), что могло послужить основанием о наличии оснований для снижения размера компенсации за нарушение исключительных прав до 5 000 рублей за проданный объект интеллектуальной собственности.

Также апеллянтом заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы, в обоснование которого указано, что копию судебного акта не получал, о решении узнал по месту работы 13.11.2023.

Отзыв в материалы дела не поступал.

На основании части 1 статьи 266, части 2, 3 статьи 156 АПК РФ суд рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие представителей лиц, участвующих  в деле.

Рассмотрев ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока, суд апелляционной инстанции посчитал его подлежащим удовлетворению.

В соответствии с частью 3 статьи 259 АПК РФ ходатайство о восстановлении срока подачи апелляционной жалобы рассматривается арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 117 настоящего Кодекса.

В силу части 2 статьи 117 АПК РФ арбитражный суд восстанавливает пропущенный процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными и если не истекли предусмотренные статьей 259  Кодекса предельно допустимые сроки для восстановления.

Судом апелляционной инстанции принято во внимание, что первоначально апеллянт обратился с жалобой в суд апелляционной инстанции 28.11.2023, однако ввиду отсутствия ходатайства о восстановлении пропущенного процессуального срока, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 264 АПК РФ апелляционная жалобы была возвращена предпринимателю с указанием на часть 5 статьи 264 АПК РФ.

Принимая во внимание обстоятельства, изложенные в ходатайстве апеллянта, оценив в соответствии с требованиями статьи 71 АП КРФ представленные им доказательства, апелляционный суд, руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 2 АПК РФ, согласно которому обеспечение доступности правосудия в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности является одной из основных задач судопроизводства в арбитражных судах, считает возможным признать причины пропуска срока обращения апеллянта в арбитражный апелляционный суд уважительными и восстановить пропущенный им срок на подачу апелляционной жалобы.

 Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, вещественные доказательства (шапка), в том числе видеозапись покупки товара, приобщенные к материалам дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Как следует из материалов дела, Компания PUMA SE (Пума СЕ) является правообладателем товарных знаков, зарегистрированных в том числе в отношении товаров 18, 25, 28 классов МКТУ – в т.ч. сумки спортивные, дорожные, хозяйственные, рюкзаки; одежда, в том числе спортивная и для отдыха, обувь, включая спортивную, головные уборы (далее — товарные знаки).

Истцу стало известно, что в торговой точке - павильон в переходе метро Заельцовская, по адресу: 

<

...>, предлагается к продаже и реализуется продукция, незаконно индивидуализированная товарными знаками рег. № 480708, № 582886, шапка с изображением пумы и надписью PUMA на квадратике серого цвета стоимостью 200 рублей.

В указанной торговой точке истцом была осуществлена проверочная закупка товара, незаконно индивидуализированного товарным знаком, что подтверждается чеком от 05.09.2022. 

Процесс осмотра торговой точки и закупки товара фиксировался посредством ведения видеозаписи на основании статей 10, 12 ГК РФ. 

Исходя из информации, указанной на кассовом чеке (ИНН 

<

***>), лицом, осуществляющим реализацию индивидуализированной товарными знаками продукции, является ФИО2. 

Истец не давал своего разрешения ответчику на использование принадлежащих ему исключительных прав на товарные знаки. Товар, реализованный ответчиком, а также товары, предлагаемые ответчиком к продаже, не вводились в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с согласия истца.

Полагая, что ответчик должен возместить размер компенсации за использование принадлежащих истцу прав, истец после направления претензии, которая оставлена без ответа, обратился в суд с настоящим иском.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из доказанности факта нарушения ответчиком исключительного права истца на объекты интеллектуальной собственности, исходя из требований разумности и справедливости, учитывая конкретные обстоятельства дела, счел возможным взыскать компенсацию за нарушение исключительных имущественных прав в размере 50 000 рублей за нарушение исключительных прав истца на товарные знаки № 480708, № 582886.

Рассмотрев материалы дела повторно, суд апелляционной инстанции считает выводы суда обоснованными, апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение. 

Согласно пункту 1 статьи 1259 ГК РФ произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, в частности литературные произведения, произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства, относятся к объектам авторских прав. Производные произведения, представляющие переработку другого произведения, также в силу части 2 статьи 1259 ГК РФ относятся к объектам авторских прав. 

Применительно к положениям пункта 2 статьи 1270 ГК РФ незаконное использование произведения (его части) может выражаться, в частности, в безосновательном (т.е. без согласия правообладателя) воспроизведении произведения, его переработке, а также распространении произведения (его части) путем продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляра.

В силу статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В соответствии со статьей 1482 ГК РФ в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (часть 1 статьи 1515 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», а также положениями статьи 494 ГК РФ использованием исключительных прав является предложение к продаже (продажа) товара, совершенное лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу.

В силу статьи 493 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428 ГК РФ), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

С учетом вышеприведенных норм права, а также части 2 статьи 65 АПК РФ, по иску о защите исключительных прав на товарный знак подлежат установлению, в частности, обстоятельства использования ответчиком товарного знака истца или обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, в отношении товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован принадлежащий истцу товарный знак.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 10) для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Анализ спорного товара и признаков изображения товарных знаков истца №480708, №582886 позволяют суду прийти к выводу о наличии сходства до степени смешения каждого из заявленных товарных знаков, размещенного на товаре, реализованным ответчиком. 

При таких обстоятельствах суд пришел к верному выводу о наличии в действиях ответчика факта нарушения исключительных прав истца на два товарных знака №480708, №582886.

Доказательств, опровергающих указанный вывод, ответчиком не представлено.

Совокупностью представленных истцом доказательств подтвержден факт продажи контрафактного товара, в том числе видеозаписью процесса продажи, кассовым чеком.

Представленная в материалы дела видеозапись подтверждает факт приобретения спорного товара в торговой точке ответчика. 

Видеозапись закупки осуществлена истцом в порядке статей 12, 14 ГК РФ в целях защиты собственных прав и приобщена к материалам дела в порядке статьи 64 АПК РФ как доказательство, содержащее сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. Относимость и достоверность представленных истцом доказательств (чек, видеозапись) ответчиком в установленном законом порядке не опровергнута, контрдоказательства не представлены (статьи 65 АПК РФ).

Таким образом, осуществив продажу спорного товара, ответчик нарушил исключительные права правообладателя на товарные знаки, поскольку материалами дела не подтверждается, что истец давал свое разрешение ответчику на использование принадлежащих ему товарных знаков, равно как и не представлены доказательства, подтверждающие наличие у ответчика прав на введение в гражданский оборот посредством розничной купли-продажи товара с товарными знаками истцов.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о доказанности факта реализации ответчиком товара, исключительные права на который принадлежат истцам.

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорной продукции, в деле не имеется. Осуществляя ее продажу без согласия правообладателя, ответчик нарушил исключительные права последнего.

Согласно абзаца 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

К лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, связанную с использованием результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, права на которые им не принадлежат, предъявляются повышенные требования, невыполнение которых рассматривается как виновное поведение. 

Соответственно, лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, - с тем, чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты - должно получить необходимую информацию от своих контрагентов об отсутствии нарушения исключительных прав; обратное свидетельствует о неразумности его поведения.

Конституционный суд РФ в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П указал на то, что лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, - с тем, чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты - должно получить необходимую информацию от своих контрагентов.

Соответственно, ответчик мог самостоятельно предпринять меры по проверке сведений о товарных знаках. 

В соответствии с пунктами 1, 5 статьи 1233 ГК РФ доказательством лицензионной продукции может являться лицензионный договор между правообладателем и поставщиком. 

Таким образом, ответчик мог уже на этапе приобретения товара выяснить обстоятельства, при которых разрешал или не разрешал правообладатель осуществлять реализацию спорного объекта тем лицам, которые реализовали товар ответчику.

Кроме того, на лицензионном товаре содержатся сведения о правообладателе и лицензиате. На спорных товарах такие сведения отсутствуют.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Истцом представлены выписки из реестра товарных знаков Всемирной организации интеллектуальной собственности  в отношении каждого из спорных товарных знака, соответственно, довод ответчика о неподтверждении истцом права на указанные товарные знаки является необоснованным, противоречащим материалам дела.

Кроме того, наличие у правообладателя исключительных прав на товарные знаки удостоверяется данными о товарных знаках, внесенными в международный реестр товарных знаков Всемирной организации интеллектуальной собственности  (https://www.wipo.int/madrid/monitor/en/index.jsp).

Соответственно, ответчик мог самостоятельно проверить информацию о зарегистрированных товарных знаках истца.

Следовательно, лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, может быть привлечено к ответственности за нарушение интеллектуальных прав применительно к пункту 3 статьи 1250 ГК и при отсутствии его вины. Для рассмотрения настоящего спора не имеет правового значения вопрос о том, были ли проверены ответчиком сведения о принадлежности истцу исключительных прав на товарные знаки или нет.

Ответчик не был лишен возможности реализовывать лицензионную продукцию, однако предпринимателем был реализован именно контрафактный товар. В материалы дела ответчиком не представлено доказательств попыток проверить партию товара на контрафактность, что свидетельствует о грубом характере нарушения. 

Предприниматель, являясь субъектом предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог и должен был осуществлять проверку закупаемой им продукции на предмет незаконного использования интеллектуальной собственности, и принимать меры по недопущению к реализации контрафактной продукции.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется путем предъявления требований, указанных в настоящем пункте.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Гражданского кодекса Российской Федерации для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. 

В случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных статьями 1250, 1252, 1253 ГК РФ, вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты, в том числе компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения (статья 1301 ГК РФ). 

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 59 постановления № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Абзацем третьим пункта 3 статьи 1250 ГК РФ определено, что, если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Ответственность за незаконное использование товарного знака установлена в пункте 4 статьи 1515 ГК РФ, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В силу положений пунктов 60, 61 постановления № 10 требование о взыскании компенсации носит имущественный характер. Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 ГК РФ).

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Если имеется несколько принадлежащих одному лицу результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение и проч., компенсация за нарушение прав на каждый объект определяется самостоятельно (пункт 63 постановления № 10).

Истец просит взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки №480708, № 582886, в размере 100 000 рублей.

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. 

При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем 2 статьи 1301 ГК РФ. 

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. 

При определении размера компенсации суд, учитывая, что ответчиком не доказано, что размер компенсации многократно превышает причиненные истцу убытки, равно как и не доказан тот факт, что правонарушение не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер. 

Вместе с тем, оценив представленные в материалы дела доказательства, однако учитывая то обстоятельство, что ответчик ранее не привлекался к ответственности за нарушение исключительных прав правообладателей (доказательств обратного суду не представлено), учитывая также имеющиеся сведения о том, что ответчик является субъектом малого предпринимательства, что следует из Единого реестра субъектов малого предпринимательства, находящегося в общедоступных сведениях на сайте Федеральной налоговой службы, заявленный истцом размер компенсации является значительным, а также исходя из требований разумности и справедливости, учитывая конкретные обстоятельства дела, суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании компенсации за нарушение исключительных имущественных прав в общей сумме 50 000 рублей за нарушение исключительных прав истца на товарные знаки № 480708, № 582886, т.е. по 25 000 рублей за каждое нарушение исключительных прав - на каждый товарный знак, учитывая, что ответчиком совершен факт реализации одного товара, тем самым снизив заявленный истцом размер компенсации, удовлетворив требования истца частично.

Учитывая характер допущенного правонарушения и исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, принимая во внимание то, что ответчик допустил нарушение исключительных прав, действия по заключению лицензионного договора ответчиком не предприняты, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что размер определенной к взысканию компенсации является разумным и справедливым.

При этом суд апелляционной инстанции, поддерживая выводы суда первой инстанции, не находит правовых оснований для снижения определенного судом размера компенсации ниже низшего предела (как просит ответчик) по следующим основаниям.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении от 13.12.2016 № 28-П, суд, при определенных условиях, может снизить размер компенсации ниже низшего предела, установленного статьей 1301 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика, и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Поэтому следует учитывать, что в соответствии с приведенными правовыми позициями снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев. При этом обязанность доказывания обстоятельств, соответствующих этим критериям, возлагается именно на ответчика.

Таким образом, при установлении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 1 статьи 1301 ГК РФ, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления от 13.12.2016 № 28-П), и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика, подтвержденным соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформулирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017.

Вместе с тем в ходе рассмотрения настоящего дела, ответчиком не представлялись в суд доказательства, свидетельствующие о наличии фактических обстоятельств, соответствующих названным критериям. 

Снижение судом размера компенсации ниже пределов, установленных статьей 1252 ГК РФ, неосновательно освобождает ответчика от риска наступления последствий непредоставления доказательств, нарушая тем самым принципы равноправия сторон и состязательности судебного процесса. Компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенция совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного произвольного снижения размера компенсации со стороны суда. 

Кроме того, само по себе ходатайство ответчика о снижения размера компенсации ниже низшего предела, в отсутствие документов, подтверждающих реальный доход предпринимателя в спорный период и в момент рассмотрения дела в суде, не являются достаточными доказательствами, свидетельствующими о наличии оснований для снижения компенсации.

Таким образом, в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ ответчиком в материалы дела не представлены соответствующие доказательства о неспособности ответчика удовлетворить требования истца в отношении нарушения исключительных прав последнего.

Таким образом, в рамках настоящего спора отсутствуют основания для снижения размера компенсации в соответствии с Постановлением Конституционного суда РФ № 28-П от 13.12.2016.

Согласно пункту 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, то есть на ответчике лежала обязанность предпринять все меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц при осуществлении им предпринимательской деятельности.

Соответственно, как ранее изложено, ответчик мог самостоятельно предпринять меры по проверке сведений о возможном нарушении исключительных прав истца на товарных знаки, однако таких мер предпринято не было.

Учитывая характер допущенного правонарушения и исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, принимая во внимание то, что ответчик допустил нарушение исключительных прав, действия по заключению лицензионного договора ответчиком не предприняты, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что размер заявленной к взысканию компенсации является разумным и справедливым.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного снижения компенсации со стороны суда.

Требование о взыскании судебных расходов рассмотрено в соответствии со статьями 101, 106, 110, 112 АПК РФ. В указанной части доводов апелляционная жалоба не содержит.

Ссылка на то, что истцу надлежит отказать в защите прав на товарные знаки, так как он является резидентом страны, которая признана недружественной по отношению к Российской Федерации, подлежит отклонению, поскольку указанное обстоятельство не может являться основанием для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности за нарушение исключительных прав правообладателей спорных товарных знаков, предусмотренной гражданским законодательством Российской Федерации.

С учетом изложенного, оснований для отмены решения суда первой инстанции, установленных статьей 270 АПК РФ, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины в апелляционной инстанции, согласно статье 110 АПК РФ и подпункту 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием оснований для удовлетворения апелляционной жалобы относятся на ее подателя.

            Руководствуясь  пунктом 1 статьи 269, статьями 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд   

 

                                               П О С Т А Н О В И Л:

восстановить срок на подачу апелляционной жалобы индивидуального предпринимателя ФИО2.

             Решение от 21.02.2024  Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-8953/2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

   Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области только по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

 

 

Судья                                                              С. В. Кривошеина