АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А70-4392/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 19 мая 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 мая 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоДерхо Д.С.,

судейФИО10 а С.Д.,

ФИО1

при ведении судебного заседания с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Автоматизированные Системы Связи» на решение от 16.09.2021 Арбитражного суда Тюменской области (судья Мингалева Е.А.) и постановление от 03.11.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Веревкин А.В., Бодункова С.А., Еникеева Л.И.) по делу № А70-4392/2021 по иску общества с ограниченной ответственностью «Северное волокно» (625001, 

<

...>, строение 6, офис 38, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Автоматизированные Системы Связи» (625008, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании денежных средств.

В судебном заседании приняли участие представители: общества с ограниченной ответственностью «Автоматизированные Системы Связи» – ФИО2 по доверенности от 23.07.2021; лица, представляющего интересы участников общества с ограниченной ответственностью «Северное волокно» в деле о банкротстве – ФИО3 по доверенности от 20.08.2021.

Суд установил:

общество с ограниченной ответственностью «Северное волокно» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Автоматизированные Системы Связи» (далее – компания) о взыскании 19 556 364 руб. 31 коп. неосновательного обогащения.

Решением от 16.09.2021 Арбитражного суда Тюменской области исковые требования удовлетворены, с компании в пользу общества взыскано 19 555 764 руб. 32 коп. неосновательного обогащения, распределены судебные расходы.

Постановлением от 03.11.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда принят отказ общества от апелляционной жалобы, производство по ней прекращено, решение от 16.09.2021 Арбитражного суда Тюменской области оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, компания обратилась в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить решение и постановление, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В кассационной жалобе указано на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального и процессуального права. По мнению заявителя, неосновательное обогащение компании за счет общества материалами дела не подтверждено; во всех платежных поручениях о перечислении спорных денежных сумм обществом приведены ссылки на идентификационные характеристики договоров, во исполнение которых произведены платежи; указание на авансовый характер оплаты, напротив, отсутствует; платежи носили длительный и систематический характер, что свидетельствует о наличии встречного исполнения обязательств со стороны ответчика или как минимум заключенных договоров, во исполнение которых осуществлялась оплата. Компания отмечает, что обществом не представлено сведений о наличии каких-либо претензий, переписки сторон, свидетельствующей о длительном неисполнении ответчиком обязательств по договорам, ссылка на которые содержится в платежных поручениях, соответственно, договоры компанией исполнены, встречное исполнение произведено. Ответчик указывает также, что: на момент возникновения и реализации рассматриваемых хозяйственных связей директором компании являлось заинтересованное лицо (ФИО4, состоящий в родстве с бенефициарами общества); после поступления денежных средств на банковский счет компании ФИО4 обеспечил их транзит на счета физических лиц – бенефициаров общества; после прекращения своей деятельности в качестве руководителя компании в результате состоявшегося восстановления корпоративного контроля ФИО4 не передал ответчику документы о финансово-хозяйственной деятельности юридического лица за период совершения спорных экономических операций, что затруднило компании доступ к доказательствам; одновременно с этим общество 04.09.2020 осуществило имущественное вложение в уставной капитал общества с ограниченной ответственностью «Информационная магистраль» (далее – общество «Информационная магистраль») на сумму 19 555 764 руб. 32 коп., полностью соответствующую цене иска в настоящем споре; поскольку в качестве основания для приобретения такого имущества при вложении в уставный капитал общества «Информационная магистраль» истец привел ссылки на реквизиты договоров, идентичные указанным в платежных поручениях, имеются разумные основания полагать, что указанные сделки между обществом и компанией были заключены и исполнены; судом апелляционной инстанции необоснованно отказано ответчику в приобщении дополнительных доказательств в подтверждение приведенных выше юридически значимых обстоятельств.

Определением от 24.01.2022 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа (резолютивная часть объявлена 20.01.2022) приостановлено производство по рассмотрению кассационной жалобы компании на решение от 16.09.2021 Арбитражного суда Тюменской области и постановление от 03.11.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А70-4392/2021 до вынесения окончательного судебного акта по заявлению компании о пересмотре решения от 16.09.2021 Арбитражного суда Тюменской области по делу № А70-4392/2021 по вновь открывшимся обстоятельствам.

В суд округа 08.04.2022 поступило заявление общества о возобновлении производства по рассмотрению кассационной жалобы компании на решение от 16.09.2021 Арбитражного суда Тюменской области и постановление от 03.11.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А70-4392/2021.

В обоснование заявления общество указывает на вынесение 08.04.2022 резолютивной части постановления Восьмого арбитражного апелляционного суда, в соответствии с которой определение от 14.02.2022 Арбитражного суда Тюменской области об отказе в пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам по делу № А70- 4392/2021 оставлено без изменения.

Определением от 11.04.2022 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа назначено судебное заседание для разрешения вопроса о возможности возобновления производства по кассационной жалобе компании. 

Общество и конкурсный управляющий обществом представили в суд округа отзывы, в которых просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, полагая их обоснованными и законными.

В судебном заседании представитель компании на требованиях кассационной жалобы настаивал в полном объеме по изложенным в ней основаниям.

Представитель участников общества в деле о банкротстве поддержал позицию, изложенную в отзыве общества на кассационную жалобу.

Проверив в соответствии со статьями 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд кассационной инстанции полагает решение и постановление подлежащими отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

Из материалов настоящего дела и обстоятельств, установленных судами при рассмотрении дел № А70-380/2018, А70-21896/2020 (статья 69 АПК РФ, пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», далее – Постановление № 13), усматривается следующее.

В период с 17.06.2020 по 03.07.2020 общество перечислило на счет компании денежные средства на общую сумму 19 555 764 руб. 32 коп., в том числе: 10 000 000 руб. на основании платежного поручения от 17.06.2020 № 438 с указанием в назначении платежа «оплата по договору купли-продажи от 10.06.2020 № 1-06/20 (далее – договор № 1-06/20) за оптические волокна»; 1 223 183 руб. 34 коп. на основании платежного поручения от 17.06.2020 № 439 с указанием в назначении платежа «оплата по договору № 1-06/20 за оптические волокна»; 5 800 000 руб. на основании платежного поручения от 03.07.2020 № 466 с указанием в назначении платежа «оплата по договору купли-продажи № 2-06/20 от 03.07.2020» (далее – договор № 2-06/20); 2 532 580 руб. 97 коп. на основании платежного поручения от 03.07.2020 № 467 с указанием в назначении платежа «оплата по договору № 2-06/20 за оптические волокна»; 0,01 руб. на основании платежного поручения от 03.07.2020 № 497 с указанием в назначении платежа «оплата по договору № 2-06/20 за оптические волокна».

На момент совершения указанных платежей единоличным исполнительным органом ответчика являлся ФИО4, избранный в этом качестве внеочередным общим собранием участников компании, где от имени ФИО5 (с долей участия в уставном капитале 70%), находящегося в процедуре личного банкротства в деле А70-380/2018, действовал финансовый управляющий ФИО6

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 11.09.2020 по делу № А70-380/2018 по жалобе ФИО5 признаны незаконными действия финансового управляющего ФИО6 по избранию ФИО4 директором компании; судом установлено, что ФИО4 является родственником кредиторов ФИО5, а именно, зятем ФИО7 (участника общества) и ФИО8 (единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Сибэнерго» – участника общества); после назначения на должность директора компании ФИО4 за счет средств возглавляемого им юридического лица (ответчика в настоящем деле) погасил требования кредиторов ФИО5 (ФИО7, ФИО8 и ФИО9 – единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Омега» –  участника общества) путем перечисления им денежных средств в общей сумме 20 702 399 руб. 67 коп. платежами от 17.06.2020, 03.07.2020, 19.08.2020. Кроме того, судом отмечено, что из платежного поручения от 17.06.2020 № 439 следует, что между компанией и обществом заключен договор № 1-06/20 по поводу реализации оптических волокон на сумму 1 223 183 руб. 34 коп., при этом стороны являются конкурентами на рынке электросвязи и проводных технологий, то есть компания не только выплатила без правовых оснований денежные средства в пользу родственников ФИО4 (ФИО8 и ФИО7), но и продала имущество в пользу общества – контролируемой ими организации.

Постановлением от 20.07.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда с ФИО4 в пользу компании денежные средства в общей сумме 20 702 399 руб. 67 коп. взысканы в качестве убытков.

В настоящем деле общество указало, что перечисление в период с 17.06.2020 по 03.07.2020 денежных средств в пользу компании на общую сумму 19 555 764 руб. 32 коп. произведено в отсутствие правовых и фактических оснований, поскольку договоры № 1-06/20, 2-06/20 не заключены (не подписаны), соглашение об условиях сделок сторонами не достигнуто, поставка товара не произведена, что свидетельствует о возникновении на стороне ответчика неосновательного обогащения, которое подлежит возврату. 

Возражая против удовлетворения требований общества, компания в ходе производства по делу: раскрыла структуру управления общества и его связь с ФИО4; настаивала на том, что договоры № 1-06/20, 2-06/20 заключены и исполнены продавцом, который фактически лишен вырученных от продажи имущества денежных средств вследствие их вывода ФИО4 на счета аффилированных с ним лиц; представила незаверенные копии договоров № 1-06/20, 2-06/20, а также бухгалтерский баланс общества по состоянию на 31.12.2020, содержащий указание на произведенные финансовые вложения в сумме 19 556 000 руб. (сопоставимой с заявленной к взысканию оплатой); указала, что общество 04.09.2020 произвело вложение в уставный капитал общества «Информационная магистраль» на сумму 19 555 764 руб. 32 коп., что тождественно цене иска и свидетельствует о получении истцом исполнения по договорам № 1-06/20, 2-06/20; заявила о затруднениях в доступе к документам о финансово-хозяйственной деятельности компании ввиду неисполнения ФИО4 обязанности по передаче документов, востребованных с него в судебном порядке в рамках дела № А70-250/2021 (включая оригиналы документов – оснований поступления денежных средств от общества в размере 10 000 000 руб. – 17.06.2020; 1 223 183 руб. 34 коп. – 17.06.2020; 5 800 000 руб. – 03.07.2020; 2 532 580 руб. 37 коп. – 03.07.2020, 32 698 руб. – 09.09.2020, а именно, договоры № 1-06/20, 2-06/20, акты приема передачи к ним).

Разрешая исковые требования общества, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 307, 1102, 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), исходил из доказанности факта перечисления обществом денежных средств в пользу компании на сумму 19 555 764 руб. 32 коп., отсутствия со стороны ответчика встречного предоставления и возникновения в связи с этим неосновательного обогащения, подлежащего возврату.

Проверив сделанное обществом заявление о фальсификации копий договоров № 1-06/20, 2-06/20, суд первой инстанции исключил их из числа доказательств, отметив непредставление по требованию суда оригиналов указанных документов, а также отсутствие иных достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих факты наличия у ответчика и передачи истцу спорного имущества.

Доводы ответчика об аффилированности участников спорных отношений на момент возникновения рассматриваемых обязательств, а также о том, что денежные средства, поступившие от общества на счета компании, в последующем перечислены в пользу физических лиц – бенефициаров общества, судом первой инстанции расценены как не имеющие правового значения для существа спора.

При обжаловании решения суда в апелляционном порядке компания в дополнение к ранее заявленным обстоятельствам: сослалась на письмо межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 14 по Тюменской области от 22.10.2021 и предоставленный налоговым органом акт приема-передачи имущества от 13.08.2020, подтверждающие, по утверждению апеллянта, что в уставный капитал общества «Информационная магистраль» вложено принадлежащее обществу имущество (оптические волокна), приобретенное по договорам № 1-06/20, 2-06/20 за 19 555 764 руб. 32 коп., оплата которых произведена в полном объеме; заявила ходатайство о приобщении дополнительных доказательств к материалам дела.

Апелляционный суд, дополнительно руководствуясь статьями 8, 506, 454, 487 ГК РФ, правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.05.2018 № 309-ЭС17-21840, с выводами суда первой инстанции согласился в полном объеме, не усмотрев предусмотренных статьей 268 АПК РФ оснований для приобщения к материалам дела дополнительных доказательств и указав, что: непередача бывшим руководителем ответчика документов компании в полном объеме не свидетельствует о том, что документы, подтверждающие передачу встречного эквивалентного предоставления со стороны ответчика на сумму спорных платежей, существуют; доводы подателя жалобы о том, что истец получил от ответчика исполнение по спорным платежам и 04.09.2020 осуществил вложение результата в уставный капитал общества «Информационная магистраль», основаны на предположениях; добросовестность и разумность действий лиц, представляющих компанию, по распоряжению спорными денежными средствами, полученными от общества, не имеет правового значения для рассмотрения настоящего спора, при этом участник компании в интересах указанного юридического лица в рамках дела № А70-21896/2020 реализовал право взыскание с бывшего руководителя компании убытков, причиненных ответчику, связанных с распоряжением денежными средствами, полученными от общества.

Между тем судами не учтено следующее.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26.02.2018 № 10-П, содержащееся в главе 60 ГК РФ правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц.

Так, согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством (подпункт 3 статьи 1103 ГК РФ). При этом правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 ГК РФ).

Из приведенных норм материального права следует, что приобретенное либо сбереженное за счет другого лица без каких-либо на то оснований имущество является неосновательным обогащением и подлежит возврату, в том числе, когда такое обогащение является результатом поведения самого потерпевшего. При этом в целях определения лица, с которого подлежит взысканию неосновательное обогащение, необходимо установить не только сам факт приобретения или сбережения таким лицом имущества без установленных законом оснований, но и то, что именно ответчик является неосновательно обогатившимся за счет истца и при этом отсутствуют обстоятельства, исключающие возможность взыскания с него неосновательного обогащения (пункт 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

По делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019).

Исходя из общих правил доказывания, коррелирующих с принципом состязательности и равноправия сторон (статьи 9, 65 АПК РФ), каждая сторона представляет доказательства в подтверждение своих требований и возражений и реализует указанную процессуальную обязанность с учетом подлежащего применению в конкретном споре стандарта доказывания.

Обычный стандарт доказывания («разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей») применим в процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-186005) и предполагает признание обоснованными требований истца или возражений ответчика при представлении ими доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание таких требований и возражений.

В случаях, когда процессуальные возможности участвующих в деле лиц заведомо неравны (что характерно, в частности, для споров, осложненных банкротным элементом), цели справедливого, состязательного процесса достигаются перераспределением судом между сторонами обязанности по доказыванию значимых для дела обстоятельств.

В результате такого перераспределения слабая сторона представляет в обоснование требований и возражений минимально достаточные для подтверждения своей позиции доказательства, принимаемые судом при отсутствии их опровержения другой стороной спора, которая, в свою очередь, реализует бремя доказывания по повышенному стандарту, что предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств требований и возражений. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором. Изучению подлежит сама возможность исполнения сделок, лежащих в основе оспариваемого притязания, в связи с чем должен быть проведен анализ всей производственной цепочки, реальности, экономической целесообразности сделок, а также их фактической исполнимости, исходя из количества и физических свойств товара, характера услуг, реального наличия денежных средств и пр. (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»; пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016; определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2016 № 305-ЭС16-12960 и др.).

Если же кредитор и должник фактически или юридически аффилированы, то к требованию кредитора применим еще более строгий стандарт доказывания, а именно, кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга (высокий стандарт доказывания «достоверность за пределами разумных сомнений»).

Тесная экономическая либо иная социальная связь позволяет аффилированному кредитору и должнику настолько внешне безупречно документально подтвердить мнимое обязательство, что независимые кредиторы в принципе не в состоянии опровергнуть это представлением иных документов. Поэтому суд должен провести настолько требовательную проверку соответствия действительности обстоятельств, положенных в основание притязаний аффилированного кредитора, насколько это возможно для исключения любых разумных сомнений в обоснованности его требования, когда все альтернативные возможности объяснения причин возникновения представленных доказательств являются чрезвычайно маловероятными.

Такая проверка должна быть еще строже, чем при использовании стандарта «ясные и убедительные доказательства», то есть суд для удовлетворения требований не только должен провести анализ, свойственный предыдущему стандарту, убедившись в реальности хозяйственных операций, но и углубиться в правовую природу отношений сторон, изучив их характер, причины возникновения, экономический смысл, поведение сторон в предшествующий период и сопоставить установленное с их доводами.

Степень совпадения обстоятельств, выясненных судом в результате подобного скрупулезного анализа, с обстоятельствами, положенными утверждающим лицом (аффилированным кредитором) в основание притязаний, для вывода об их обоснованности должна быть крайне высока, а само совпадение отчетливо.

Сказанное следует из многочисленной судебной практики Верховного Суда Российской Федерации (определения от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784, от 18.09.2017 № 301-ЭС15-19729(2), от 25.09.2017 № 309-ЭС17-344(2), от 11.10.2017 № 304-ЭС15-193723(3), от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533, от 08.05.2019 № 305-ЭС18-25788(2) и пр.).

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, однако такая оценка не может быть произведена произвольно и с нарушением закона. Каждое доказательство суд должен оценить не только в отдельности, но также в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами (пункт 9 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020).

По смыслу правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 28.03.2019 № 305-ЭС18-17629(2), учитывая объективную сложность получения контрагентами отсутствующих у них прямых доказательств в условиях аффилированности процессуальных оппонентов, чьими действиями (бездействием) определено содержание материально-правового отношения, судами при проверке аргументов сторон о наличии либо отсутствии значимого для дела фактического обстоятельства должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств. 

Таким образом, фактические обстоятельства наличия либо отсутствия аффилированности (взаимозависимости) признаются судебной практикой юридически значимыми для уяснения согласованной (истинной) воли таких субъектов и направленности их материально-правового интереса в хозяйственном обороте для цели защиты прав и законных интересов третьих лиц, в том числе, для поднятия «корпоративной вуали» (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.04.2012 № 16404/11) и правильного определения предмета доказывания, поскольку установление таких фактов предопределяет необходимость дополнительной проверки не только реального осуществления сторонами хозяйственных операций, но и наличия либо отсутствия сокрытых корпоративных целей и интересов, не совпадающих по своей правовой и экономической сути с формальной структурой документально оформленных фактов хозяйственной жизни и неправовым образом противопоставленных добросовестным контрагентам.

Учитывая приведенную выше конструкцию кондикционного иска, в ходе производства по настоящему делу общество должно было доказать (по стандарту «за пределами разумных сомнений», с раскрытием реальной схемы экономических взаимоотношений, цели и конечных результатов совершения каждой хозяйственной операции) факт реального пополнения имущественной сферы компании за счет общества (в конкретном, несомненно подтвержденном объеме), приведшей к приобретению или сбережению ответчиком (с оставлением в своем распоряжении) определенных материальных благ за счет истца. Такое приобретение должно иметь состоявшийся итог, конкретный имущественный эквивалент, реальную потребительскую ценность. При этом подлежащее судебной защите обязательство из неосновательного обогащения не может носить искусственно срежиссированный характер и полагать своей единственной целью достижение аффилированными лицами заранее согласованного положительного результата в ущерб интересам добросовестного контрагента.

Таким образом, при разрешении настоящего спора, учитывая раскрытые компанией и зафиксированные вступившими в законную силу судебными актами обстоятельства: заинтересованности ФИО4; совершения им в период руководства компанией действий, причинивших ущерб ответчику и состоящих в выводе денежных средств со счетов компании в пользу участников корпоративной структуры общества (своих родственников); наличия у компании объективных затруднений в доступе к прямым доказательствам содержания финансово-хозяйственных операций, совершенных в юридически значимый период, судам следовало поставить на обсуждение сторон и скрупулезно исследовать любые, включая косвенные доказательства, на которые ссылался ответчик, для цели установления наличия либо отсутствия реального встречного предоставления со стороны компании в пользу общества в виде передачи имущества (оптического волокна) на спорную сумму, в том числе, по договорам № 1-06/20, 2-06/20, ссылки на которые содержатся в платежных поручениях (для чего, в частности, проверить наличие либо отсутствие у компании такого имущества в спорный период, обстоятельства поступления его в распоряжение общества, момент и основания приобретения, а также последующего отчуждения). 

В случае, если по итогу такого тщательного разбирательства будет достоверно установлено отсутствие встречного предоставления со стороны компании, исследованию и оценке подлежит суть операций по перечислению спорных денежных средств истцом и обстоятельства распоряжения ответчиком соответствующими финансовыми ресурсами (в условиях, когда компания находилась под управлением ФИО4) для цели исключения транзитного характера платежей (создания видимости обязательств из неосновательного обогащения получателя платежей с одновременным возвратом денежных средств обществу или контролирующим его лицам), в том числе, применительно к обстоятельствам, ранее установленным в делах № А70-380/2018, А70-21896/2020.

Такие требования процессуального закона и правовые позиции высших судебных инстанций судами не учтены, необходимая для разрешения спора совокупность фактических обстоятельств не исследована и не установлена.

Суд первой инстанции неправомерно исключил из числа юридически значимых факты: аффилированности общества и компании на момент совершения спорных хозяйственных операций (через директора ФИО4); заинтересованности ФИО4 вследствие наличия родственных отношений с кредиторами ФИО5 (и одновременно – участниками структуры корпоративного управления обществом) – ФИО7 и ФИО8; юридической и экономической судьбы денежных средств, поступивших от общества на счета компании; наличия у ответчика объективных затруднений в доступе к доказательствам о собственной финансово-хозяйственной деятельности за период исполнения ФИО4 обязанностей единоличного исполнительного органа.

Апелляционный суд допущенные нарушения не устранил, не восполнил пробел в исследовании значимых для дела обстоятельств, обусловленный, в том числе, неправильным распределением бремени их доказывания; напротив, отказал в приобщении к материалам дела новых доказательств, не оценив по правилам статьи 268 АПКРФ наличие у компании уважительных причин непредставления их в суд первой инстанции, вытекающих из отмеченных выше и подтвержденных судебным актом по делу № А70-250/2021 затруднений в доступе к доказательствам и невыполнения судом первой инстанции задач подготовки дела к судебному разбирательству (часть 1 статьи 133 АПК РФ, пункты 5 - 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2006 № 65 «О подготовке дела к судебному разбирательству»), связанных с определением характера спорного правоотношения и подлежащего применению законодательства, единообразного толкования и применения норм материального права и норм процессуального права, принятия мер к эффективному руководству процессом.

Также суд апелляционной инстанции: ошибочно указал на отсутствие правового значения для настоящего спора обстоятельств добросовестности и разумности действий лиц, представлявших компанию, по распоряжению спорными денежными средствами, полученными от общества; необоснованно сослался в подтверждение подобного суждения на взыскание с ФИО4 в пользу компании в рамках дела № А70-21896/2020 убытков, причиненных ответчику распоряжением полученными от общества финансовыми ресурсами. Такими выводами апелляционная коллегия фактически приравняла юридический и экономический эффект от взыскания в настоящем споре 19 556 364 руб. 31 коп. с компании в пользу общества (без надлежащей поверки реальной правовой и хозяйственной природы таких платежей, как основания для возникновения кондикционного обязательства) к надежде на последующее получение компанией эквивалентной денежной суммы от физического лица, осуществлявшего обязанности руководителя ответчика, в рамках исполнения судебного акта по иному делу. 

На самом деле эти обстоятельства и правовые состояния не тождественны и не взаимообусловлены (в том числе потому, что сам факт вступления в законную силу судебного акта о взыскании с ФИО4 причиненных компании убытков не обуславливает неосновательное обогащение компании, заявленное к взысканию в настоящем деле).

В силу приведенных выше обстоятельств допущенные судами нарушения правил оценки доказательств, предусмотренных статьями 65, 67, 68, 71 АПК РФ, повлекли неполное исследование всех существенных обстоятельств спора, которые входят в предмет исследования и установления судом, исходя из предмета и основания исковых требований (статьи 6, 8, 9, 168, 170 АПК РФ).

Указанные нарушения норм права не могут быть устранены судом кассационной инстанции, поскольку для этого требуется установление фактических обстоятельств дела посредством исследования и оценки доказательств. Указанными полномочиями суд кассационной инстанции в силу требований статьи 287 АПК РФ не наделен, в связи с этим обжалуемые судебные акты согласно пункту 3 части 1 статьи 287, части 1 статьи 288 АПК РФ подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, устранить отмеченные недостатки, установить все фактические обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения данного спора, привлечь к участию в деле ФИО4, а при необходимости и иных лиц, чьи права и законные интересы могут быть затронуты судебными актами, исследовать и оценить в совокупности все имеющиеся в материалах дела и дополнительно представленные сторонами доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, с учетом стандарта доказывания, подлежащего применению исходя из субъектного состава участвующих в деле лиц, поставить на обсуждение сторон и тщательно исследовать любые, включая косвенные, доказательства для цели установления наличия либо отсутствия реального встречного предоставления со стороны компании в пользу общества в виде передачи имущества (оптического волокна) на спорную сумму, в том числе, по договорам № 1-06/20, 2-06/20, ссылки на которые содержатся в платежных поручениях (для чего, в частности, проверить наличие либо отсутствие у компании такого имущества в спорный период, обстоятельства поступления его в распоряжение общества, момент и основания приобретения, а также последующего отчуждения); при отсутствии такого встречного предоставления – проверить и оценить суть операций по перечислению спорных денежных средств истцом и обстоятельства распоряжения ими ответчиком (в условиях, когда компания находилась под управлением ФИО4) для цели исключения транзитного характера платежей (создания видимости обязательств из неосновательного обогащения получателя платежей с одновременным возвратом денежных средств обществу или контролирующим его лицам), с учетом установленных обстоятельств разрешить спор при правильном применении норм материального и процессуального права, распределить судебные расходы, включая государственную пошлину за подачу кассационной жалобы.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 288, 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 16.09.2021 Арбитражного суда Тюменской области и постановление от 03.11.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А70-4392/2021 отменить. Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тюменской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Д.С. Дерхо

СудьиС.Д. ФИО10

ФИО1