ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Ленина, дом 145, Чита, 672007,  http://4aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №А19-7221/2019

г. Чита

31 марта 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 марта 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 31 марта 2025 года

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей Н. И. Кайдаш, А. В. Гречаниченко, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания А.Н. Норбоевым,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  ФИО1, ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 02 ноября 2022 года по делу №А19-7221/2019, принятое по обособленному спору по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Ангара» ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «Автолайн» о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

по делу по заявлению Иркутского публичного акционерного общества энергетики и электрификации о признании общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Ангара» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664005, 

<

...>) несостоятельным (банкротом).

В состав суда, рассматривающего настоящее дело, входили: председательствующий судья Н.А. Корзова, судьи О.А. Луценко, Н.И. Кайдаш.

Определением председателя третьего судебного состава Четвертого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2025 произведена замена судьи Луценко О.А. на судью Гречаниченко А.В.

В судебное заседание 26.03.2025 в Четвертый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 04 июня 2019 года в отношении общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Ангара» (далее – ООО УК «Ангара», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО4.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 18 декабря 2019 года ООО УК «Ангара» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

Конкурсный управляющий ООО УК «Ангара» ФИО4 06.06.2022 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Автолайн» (далее – ООО «Автолайн», ответчик) о признании недействительными сделками платежей, совершенных ООО УК «Ангара» в пользу ООО «Автолайн»; применении последствий недействительности сделки в виде обязания ООО «Автолайн»  возвратить перечисленные денежные средства в конкурсную массу ООО УК «Ангара».

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 02 ноября 2022 года (в редакции определения об исправлении опечатки от 24.11.2022) заявление удовлетворено в полном объеме, признаны недействительными платежи, совершенные обществом с ограниченной ответственностью УК «Ангара» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Автолайн» за период с 12.01.2016 по 22.06.2018,  в общем размере 1 683 416 руб.

Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Автолайн» в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью УК «Ангара» денежных средств в сумме 1 683 416 руб.

Взыскана с общества с ограниченной ответственностью «Автолайн» в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 6 000 руб.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО1, ФИО2, ФИО3 обжаловали его в апелляционном порядке. Заявители в апелляционной жалобе выражают несогласие с определением суда первой инстанции, указывая, что учитывая наличие между учредителями должника и ответчика родственных связей, ООО УК «Ангара» являлось аффилированным лицом по отношению к ООО «Автолайн» в период с 12.01.2016 по 22.06.2018.

Непривлечение ФИО2, ФИО3, ФИО1 к участию в деле в качестве третьих лиц и вынесение обжалуемого определения представляет собой существенное нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, влекущее безусловную отмену судебного акта.

Оспариваемые сделки совершены между заинтересованными лицами.

Следовательно, являясь аффилированным лицом, ответчик должен был располагать информацией о финансовом состоянии должника на момент совершения оспариваемых сделок. Как следствие, ФИО2, ФИО3, ФИО1, являясь лицами, контролирующими деятельность должника и ответчика,  незаконно не привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц: обжалуемым определением по настоящему делу затрагиваются права и обязанности заявителей жалобы, поскольку в зависимость от результата рассмотрения дела поставлен вопрос о привлечении данных лиц к ответственности, в том числе за причинение убытков двум обществам и его участникам.

В дополнительных пояснениях заявители апелляционной жалобы представили документацию, имеющую отношение к спорным платежам и заявили о пропуске срока исковой давности.

С учетом указанных обстоятельств, просят определение отменить, принять по делу новый судебный акт.

Конкурсный управляющий ФИО4 и конкурсный кредитор ПАО «Иркутскэнерго» в отзывах на апелляционную жалобу считают обжалуемый судебный акт законным и обоснованным, апелляционную жалобу -  не подлежащей удовлетворению, а производство по апелляционной жалобе – подлежащим прекращению ввиду пропуска срока на оспаривание судебного акта и отсутствия статуса лиц, участвующих в деле, в особенности – у ФИО3. Относительно дополнительных документов конкурсный управляющий полагает, что они не отражают реальности совершенных сделок и спорных перечислений, а доводы о пропуске срока исковой давности не могут быть учтены судом апелляционной инстанции, поскольку он не переходил к рассмотрению спора по правилам, предусмотренным для суда первой инстанции.

26.10.2023 от конкурсного управляющего ООО УК «Ангара» поступило ходатайство о прекращении производства по апелляционной жалобе. Данное ходатайство учитывается судом апелляционной инстанции как позиция стороны о необходимости прекращения производства по апелляционной жалобе, и учтена при принятии итогового судебного акта, о чем отмечено в протоколе судебного заседания от 20.03.2024.

20.03.2024 от ФИО2 поступило ходатайство об истребовании документов у Службы государственного жилищного надзора Иркутской области.  Протокольным определением от 20.03.2024 апелляционным судом отказано в удовлетворении ходатайства об истребовании данного доказательства, поскольку материалы спора содержат достаточное количество доказательств для разрешения дела по существу.

20.03.2024 от ФИО2 поступило ходатайство о переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции.

20.03.2024 от конкурсного управляющего ООО КУ «Ангара» поступили возражения на ходатайство ФИО2 о переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции.

Протокольным определением от 20.03.2024 апелляционным судом отказано в удовлетворении ходатайства о переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, поскольку указанные заявителем обстоятельства не являются основанием для удовлетворения ходатайства.

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 26 марта 2024 года определение Арбитражного суда Иркутской области от 02 ноября 2022 года по делу №А19-7221/2019 отменено, принят по делу новый судебный акт.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Ангара» ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «Автолайн» о признании недействительными сделками платежей, совершенных обществом с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Ангара» в пользу 31 общества с ограниченной ответственностью «Автолайн» в общей сумме 1 683 416 рублей, отказано.

Взыскана с общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Ангара» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 6 000 рублей.

Взысканы с общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Ангара» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1, ФИО2, ФИО3 3 000 рублей судебные расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции.

Постановлением Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа 31 июля 2024 года постановление Четвёртого арбитражного апелляционного суда от 26 марта 2024 года по делу №А19-7221/2019 отменено, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Четвёртый арбитражный апелляционный суд.

Кассационный суд,  отменяя судебный акт суда апелляционной инстанции,  указал, что доводы конкурсного управляющего не были учтены судом апелляционной инстанции, им не дана правовая оценка. 

Приведенные в ходатайстве о восстановлении процессуального срока ФИО2, ФИО1 доводы о том, что об оспариваемом судебном акте они не знали до момента его представления конкурсным управляющим в рамках другого обособленного спора 19.06.2023, поскольку они не являлись участниками настоящего обособленного спора, не могли быть учтены судом апелляционной инстанции, учитывая, что обжалуемое определение о признании недействительной сделкой платежей, совершенных должником в пользу ООО «Автолайн», вынесено Арбитражным судом Иркутской области 02.11.2022 и размещено в публичном доступе на информационном ресурсе «Картотека Арбитражных дел» 03.11.2022, следовательно, ФИО2, ФИО1, проявляя должную степень осмотрительности, могли узнать об обжалуемом судебном акте не позднее названной даты и своевременно подготовить апелляционную жалобу.

Суд округа также полагает ошибочными выводы суда апелляционной инстанции о возникновении у ФИО3 (участник ООО «Автолайн» - ответчика), указывающей себя в качестве контролирующего лица должника, права на обжалование определения от 02.11.2021, поскольку в отношении нее в установленном порядке требование о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не предъявлено.

К участию в деле о банкротстве должника в качестве контролирующего лица в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 34 Закона о банкротстве, ФИО3 не привлекалась. С соответствующим ходатайством в суд первой инстанции не обращалась, раскрывая свой статус контролирующего лица, в том числе по мотиву того, что она является выгодоприобретателем по оспариваемым платежам. Установление у заявителя статуса контролирующего лица на стадии апелляционного обжалования им судебного акта, принятого в рамках обособленного спора, участником которого он не является, №А19-7221/2019 минуя установленный порядок, нормами Закона о банкротстве и АПК РФ не предусмотрено.

Суд округа также обратил внимание на то, что судом апелляционной инстанции фактически не рассмотрен вопрос о пропуске шестимесячного пресекательного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 259 АПК РФ на апелляционное обжалование определения от 02.11.2022 с учетом обращения заявителей в суд с апелляционной жалобой 20.07.2023.

В ходе нового рассмотрения спора определением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 03 октября 2024 года на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание было отложено, ФИО1, ФИО2, ФИО3 было предложено представить доказательства обоснованности пропуска шестимесячного срока, о необходимстти соблюдения которого указано кассационной инстанцией, при представлении пояснений и доказательств учесть выводы суда кассационной инстанции о том:

-           что срок на апелляционное обжалование определения Арбитражного суда Иркутской области от 02.11.2022 истек 02.12.2022; апелляционная жалоба ФИО2, ФИО1, ФИО3 подана 20.07.2023, то есть с пропуском срока;

-           ФИО2 и ФИО1 на дату принятия обжалуемого определения от 02.11.2022 являлись ответчиками в рамках спора о привлечении их к субсидиарной ответственности. Право на обжалование судебных актов, затрагивающих интересы ФИО2 и ФИО1 как лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, возникло с даты принятия к производству заявления о привлечении их к субсидиарной ответственности, то есть с 16.10.2020. Таким образом, заявители с учетом правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда РФ от 16.11.2021 № 49-П, имели возможность обратиться в суд с апелляционной жалобой на определение от 02.11.2022 о признании оспариваемых сделок недействительными в установленный законом срок;

-           обжалуемое определение о признании недействительной сделкой платежей, совершенных должником в пользу ООО «Автолайн», вынесено Арбитражным судом Иркутской области 02.11.2022 и размещено в публичном доступе на информационном ресурсе «Картотека Арбитражных дел» 03.11.2022, следовательно, ФИО2, ФИО1, проявляя должную степень осмотрительности, могли узнать об обжалуемом судебном акте не позднее названной даты и своевременно подготовить апелляционную жалобу;

-           судом апелляционной инстанции фактически не рассмотрен вопрос о пропуске шестимесячного пресекательного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 259 АПК РФ на апелляционное обжалование определения от 02.11.2022 с учетом обращения заявителей в суд с апелляционной жалобой 20.07.2023.

С учетом чего ФИО1, ФИО2 апелляционный суд предлагал представить:

-           исчерпывающие доказательства принятия ими разумных и достаточных мер по установлению (выявлению)  всех обособленных споров, способных оказать влияние на размер субсидиарной ответственности, начиная с 16.10.2020;

-           пояснить, какие материалы дела им были предоставлены для ознакомления при подаче ходатайств в суд первой инстанции (данные, как минимум, о двух из таких ходатайств размещены в картотеке арбитражных дел);

-           пояснить,  как осуществлялся мониторинг картотеки арбитражных дел с целью выявления наличествующих споров; в чем их должная степень осмотрительности.

От лиц, участвующих в споре, поступили письменные пояснения.

26.03.2025 от ФИО1, ФИО2 и ФИО3 поступили дополнительные пояснения, в которых заявлено ходатайство об отложении судебного заседания для обжалования постановления Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 31.07.2024. Протокольным определением от 26.03.2025  отказано в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания, ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

Выполняя указания суда кассационной инстанции, апелляционный суд установил следующее.

Заявители апелляционной жалобы ФИО1 и ФИО2 указывают на наличие у них статуса лиц, контролировавших деятельность  должника и взаимосвязанного с ним ответчика по спору, однако, на дату возбуждения производства по делу о банкротстве должника ФИО1 и ФИО2 такой статус утратили.

В соответствии с частью 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в применимой на дату подачи апелляционной жалобы редакции) определения, которые выносятся арбитражным судом при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) и обжалование которых предусмотрено названным Кодексом и иными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), отдельно от судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, могут быть обжалованы в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение десяти дней со дня их вынесения.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в  п. 35.1 постановления № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», часть 3 статьи 223 АПК РФ предусматривает порядок, допускающий возможность обжалования судебных актов в суд апелляционной инстанции в течение десяти дней со дня их вынесения; в рамках этого порядка возможно также и дальнейшее обжалование судебных актов в кассационной и надзорной инстанциях.

Данный порядок распространялся на определения, обжалование которых предусмотрено АПК РФ и иными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), отдельно от судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу (часть 3 статьи 223 АПК РФ).

Таким образом, законодателем был установлен сокращенный срок для обжалования определений, которые выносятся арбитражным судом при рассмотрении дел о банкротстве - десять дней со дня вынесения, в целях соблюдения принципа оперативности процесса о банкротстве, особенно характерного для этой категории дел и определяемого необходимостью защиты прав и интересов многих лиц, участвующих в деле о  банкротстве.

Согласно части 2 статьи 176 и части 1 статьи 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации срок на подачу апелляционной жалобы исчисляется с даты изготовления арбитражным судом первой инстанции судебного акта в полном объеме.

В соответствии с частью 3 статьи 113 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в сроки, исчисляемые днями, не включаются нерабочие дни.

Арбитражным судом определение по настоящему спору принято 02 ноября 2022 года, последним днем для подачи апелляционной жалобы являлось 17 ноября 2022 года (с учетом праздничных и выходных дней).

Апелляционная жалоба от 19.07.2023 направлена в суд первой инстанции 20.07.2023, о чем свидетельствует почтовое отправление с почтовым идентификатором  № 80299985637646, т.е. с нарушением установленного срока на обжалование.

В  силу разъяснений, приведенных в  пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" (далее - Постановление N 12),  при решении вопроса о восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы следует принимать во внимание, что данный срок может быть восстановлен в пределах шестимесячного срока, установленного частью 2 статьи 259 АПК РФ. Восстановление срока по истечении указанных шести месяцев не производится, если ходатайство подано участвовавшим в деле лицом, которое было извещено надлежащим образом о судебном разбирательстве в суде первой инстанции.

В то же время лицам, не участвующим в деле, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт, либо лицам, не принимавшим участия в судебном разбирательстве по причине ненадлежащего извещения их о времени и месте заседания, срок подачи жалобы может быть восстановлен судом по ходатайству данного лица, если ходатайство подано не позднее шести месяцев со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав или законных интересов обжалуемым судебным актом (часть 2 статьи 259 АПК РФ) (абзац второй пункта 14 Постановления N 12).

Апелляционная жалоба подана с пропуском шестимесячного срока, который истек 17.05.2023 (если исчислять его с 17.11.2022), тогда как жалоба направлена в суд первой инстанции 20.07.2023.

У контролирующих должника лиц есть право использовать процессуальные возможности, предоставленные пунктом 4 статьи 34 Закона о банкротстве.

Так, в пункте 4 данной статьи указано, что на основании мотивированного ходатайства контролирующего должника лица арбитражный суд выносит определение о привлечении указанного лица к участию в деле о банкротстве. Данное определение может быть обжаловано.

С момента вынесения определения, указанного в абзаце первом настоящего пункта, контролирующее должника лицо вправе участвовать в деле о банкротстве при рассмотрении вопросов, решение которых может повлиять на привлечение его к ответственности, а также на размер такой ответственности, в том числе обжаловать принятые по данным вопросам судебные акты. Подача ходатайства о привлечении к участию в деле о банкротстве не является признанием заявившим его лицом вины в совершении действий и (или) бездействии, влекущих привлечение его к ответственности.

Кроме того, статья 61.15 Закона о банкротстве дополнена положениями, предоставляющими лицу, привлекаемому к субсидиарной ответственности, право участвовать в деле о банкротстве при рассмотрении иных вопросов, помимо привлечения его к ответственности, если их решение может повлиять на привлечение его к ответственности, а также на размер такой ответственности.

В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

На правовое положение контролирующего лица в связи с этим влияют два ключевых обстоятельства: 1) совокупный размер требований кредиторов к должнику и 2) объем конкурсной массы. Разница между двумя названными величинами и составляет размер ответственности контролирующего лица. Соответственно, контролирующему лицу должны быть предоставлены полномочия тем или иным образом влиять на две указанные величины, так как они ему объективно противопоставляются.

Статья 42 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ), предоставляя лицам, не участвовавшим в деле, о правах и об обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, право обжаловать этот судебный акт, а также оспорить его в порядке надзора по правилам, установленным данным Кодексом, обеспечивает возможность судебной защиты прав таких лиц.

С учетом правовых позиций, изложенных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2021 года N 49-П, федеральный законодатель дополнил статью 34 Закона о банкротстве положениями, прямо предусматривающими право контролирующего должника лица участвовать в деле о банкротстве при рассмотрении вопросов, решение которых может повлиять на привлечение его к ответственности, а также на размер такой ответственности, в том числе обжаловать принятые по данным вопросам судебные акты (пункт 4). Эти положения согласно пункту 3 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2022 года N 452-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" применяются, в том числе к делам о банкротстве, производство по которым возбуждено до дня вступления данного Федерального закона в силу.

Опираясь на выводы, к которым пришел Конституционный Суд Российской Федерации в названном выше Постановлении, судебная практика исходит из того, что контролирующему лицу, в отношении которого в рамках дела о банкротстве рассматривается вопрос о его привлечении к субсидиарной ответственности, должно быть обеспечено право на судебную защиту посредством рассмотрения компетентным судом его возражений относительно обоснованности требования кредитора, оспаривания сделок. В частности контролирующему лицу, в отношении которого в установленном порядке предъявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности, право на судебную защиту должно быть предоставлено в аналогичном объеме: такое лицо вправе вступить в дело в качестве третьего лица согласно статье 51 АПК РФ, а в случае, когда по делу уже вынесен судебный акт, которым спор разрешен по существу, - вправе обжаловать решение суда в апелляционном, кассационном порядке применительно к статье 42 данного Кодекса (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 6 марта 2023 года N 303-ЭС22-22958 и от 25 августа 2023 года N 303-ЭС21-21101).

Следовательно, лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (равно как и лицо, указывающее себя в качестве контролирующего лица), вправе обжаловать решение (определение)  суда, влияющее на размер его субсидиарной ответственности.

Апелляционная жалоба такого лица на решение (определение) суда, не вступившее в законную силу, подлежит рассмотрению применительно к правилам статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а на судебный акт, по которому уже было вынесено постановление суда апелляционной инстанции, -  применительно к правилам о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам (глава 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) в суде апелляционной инстанции.

При этом само по себе такое рассмотрение не является рассмотрением апелляционной жалобы лица, не участвовавшего в деле, о правах и об обязанностях которого арбитражный суд принял судебный акт либо пересмотром по вновь открывшимся обстоятельствам, судом апелляционной инстанции лишь по аналогии (часть 5 статьи 3 АПК РФ) применяются соответствующие правила, которые в то же время не препятствуют представлению новых доказательств.

В таком случае у суда апелляционной инстанции не возникает оснований для перехода к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции в порядке части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционный суд исходит из того, что контролирующее должника лицо, выбрав активную защиту своих прав в связи с возникновением обособленного спора по заявлению о привлечении его ко взысканию убытков, не может быть лишено возможности на обращение в суд с апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции о признании недействительными сделками платежей, в осуществлении которых оно принимало участие (принимало решение об их перечислении),  со ссылкой на отсутствие статуса основного участника дела о банкротстве в соответствии с положениями статьи 34 Закона о банкротстве.

Доказанность отсутствия признаков недействительности у сделок означает отказ в удовлетворении заявления, что, как следствие, приведет к уменьшению размера возможной ответственности контролирующих должника лиц.

Иного способа защиты у контролирующего должника лица в рассматриваемом случае не имеется.

По общему правилу, право на обжалование судебных актов, затрагивающих интересы ФИО2 и ФИО1 как лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, должно возникнуть с даты принятия к производству заявления о привлечении их к субсидиарной ответственности, то есть с 16.10.2020, но это не означает, что с этого же момента они автоматически являются осведомленными обо всех судебных актах, принятых в рамках всех обособленных споров, с учетом следующих фактических обстоятельств.

Из выписок из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО УК «Ангара», электронные версии которых размещены в картотеке арбитражных дел в карточке настоящего дела о банкротстве, следует, что контролирующими лицами общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Ангара» (учредителями) были:

ФИО1 с размером доли в уставном капитале 70% (350 000 руб.) в период с 01.08.2011 по 10.12.2018;

ФИО2 с размером доли в уставном капитале 54 000 руб. в период с 01.08.2011 по 10.12.2018.

Производство по делу о банкротстве ООО УК «Ангара» возбуждено 27.03.2019, то есть к указанному времени ФИО1 и ФИО2 участниками должника не являлись, поэтому о возбуждении производства по делу не извещались (и не должны были извещаться ввиду утраты статуса лиц, контролировавших деятельность должника).

11.09.2020  конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих лиц общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Ангара» к субсидиарной ответственности. Заявление содержало требования о привлечении  контролирующих лиц общества, включая ФИО1 и ФИО2, к субсидиарной ответственности по статьям 9 и 61.12 Закона о банкротстве (за необращение в суд с заявлением о банкротстве должника).

Определением от 16.10.2020 заявление принято к производству, однако, оснований полагать, что именно с указанной даты у ответчиков возникла обязанность по отслеживанию судебных актов, не имеется, так как совершение сделок в перечне заявленных требований ответчикам не вменялось, сделки в судебном порядке еще не оспаривались.

В судебных актах об отложении судебного разбирательства по спору  о привлечении  контролирующих лиц общества к субсидиарной ответственности от 16.11.2020, 14.12.2020, 21.01.2021, 15.02.2021, 15.03.2021 отмечено о неявке ответчиков ФИО1 и ФИО2 в заседание и об отсутствии их извещения (определения от 21.01.2021, 15.02.2021).

Начиная с 08.04.2021 (после ознакомления 31.03.2021 с материалами дела) представитель ФИО1 и ФИО2 стал принимать участие в споре.

06.06.2022 в суд поступило заявление конкурсного управляющего о признании   недействительными сделками платежей, совершенных ООО УК «Ангара» в пользу ООО «Автолайн», на общую сумму 1 683 416 руб., в период с 12.01.2016 по 22.06.2018. 14.06.2022 суд принял к рассмотрению данное заявление конкурсного управляющего.

К указанной дате (14.06.2022)  по спору  о привлечении  контролирующих лиц общества к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим представлены уточнения требований (размещены в электронном виде в картотеке арбитражных дел):

от 20.01.2021 о привлечении   учредителей должника к ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве, поскольку они должны были знать о возрастании кредиторской задолженности, но   не приняли мер по взысканию дебиторской задолженности, по предотвращению дальнейшего роста обязательств должника над стоимостью его активов (оснований по сделкам не заявлено);

от 05.08.2021 об уточнении круга ответчиков, в котором управляющий приходит к выводу, что фактическими конечными бенефициарами ООО УК «Ангара» являются ФИО5 и ФИО1, которые несмотря на размеры долей иными способами определяли деятельность должника, основания ответственности применительно к указанным ответчикам оставались прежними;

от 18.01.2022 об уточнении требований, в котором управляющий применительно к ответчикам уточняет требования и указывает, что последним днем срока на созыв внеочередного общего собрания участников должника для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом является 10.08.2017, но учредителями не было никаких мер по обращению в суд с заявлением о признании ООО УК «Ангара» несостоятельным (банкротом); отмечает, что была обнаружена документация о согласовании дополнительных стимулирующих выплат линейным работникам и руководителям (директор, заместитель директора, главный бухгалтер). Указанные выплаты согласовывались и утверждались непосредственно ФИО2, поэтому он является лицом, осуществляющим полный контроль за деятельностью ООО УК «Ангара» (оснований по сделкам не заявлено);

от 13.04.2022 об уточнении круга ответчиков, в котором управляющий просит привлечь в качестве ответчика по настоящему обособленному спору ФИО7 Андреевича;

от 21.04.2022 о дополнении оснований требованием о привлечении к субсидиарной ответственности по подп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве ответчика ФИО6; указано также, что непринятие мер по взысканию дебиторской задолженности ФИО7 явилось необходимой причиной банкротства должника, иных оснований не заявлено;

от 30.11.2022 о дополнении оснований требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, в котором указано, что  причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Конкурсный управляющий отмечает, что определением суда от 02.11.2022 заявление конкурсного управляющего было удовлетворено, признаны недействительными платежи, совершенные ООО УК «Ангара» в пользу ООО «Автолайн» за период с 12.01.2016 по 22.06.2018 в общем размере 1 683 416 руб.

В указанном определении суд пришел к выводу, что в период совершения оспариваемых платежей учредителями должника (ООО УК «Ангара») являлись ФИО1, ФИО2, а учредителем ответчика (ООО «Автолайн») - ФИО3 Учитывая наличие между учредителями должника и ответчика родственных связей, ООО УК «Ангара» являлось аффилированным лицом по отношению к ООО «Автолайн» в период с 12.01.2016 по 22.06.2018.

В качестве доказательства отправки уточнения от 30.11.2022 остальным участникам процесса в картотеке арбитражных дел размещен скриншот электронной почты, из которого не усматривается, что данное уточнение направлено кому-либо из ответчиков по спору, но указан электронный адрес их представителя. Между тем исчерпывающих доказательств фактической отправки и получения данного отправления нет.

Таким образом, вплоть до 30.11.2022 у ФИО1, ФИО2 как лиц, к которым предъявлены требования о субсидиарной ответственности,  не было вообще никаких оснований полагать, что могут быть на рассмотрении суда споры по сделкам, которые имеют отношение к предъявленным к ним претензиям, так как ни о каких сделках с их участием до 30.11.2022 управляющий в рамках спора о субсидиарной ответственности не заявлял.

Более того, в оспариваемом определении от  02.11.2022 об удовлетворении заявления конкурсного управляющего  о  признании  недействительными платежей, совершенных ООО УК «Ангара» в пользу ООО «Автолайн», сделаны выводы о наличии между учредителями сторон по спорным сделкам родственных связей, поэтому ООО УК «Ангара»  являлось аффилированным лицом по отношению к ООО «Автолайн» в период с 12.01.2016 по 22.06.2018 через ФИО1 и  ФИО2

При этом   ФИО1 и  ФИО2 не только не были привлечены к участию в споре, но и не извещались о нем ни судом первой инстанции, ни конкурсным управляющим, в отличие, например,  от спора по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Структура» об оспаривании сделки, где определением от 16.05.2024 к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены, в том числе, ФИО1, ФИО2, ФИО3 и общество с ограниченной ответственностью «Структура».

Поскольку  мотивировочная часть оспариваемого определения от 02.11.2022   содержит выводы об аффилированности ФИО1 и  ФИО2 по отношению к должнику и другому участнику спора (ответчику  - ООО «Автолайн»), указанные лица подлежали привлечению к участию в настоящем споре.

В таком случае у ФИО1 и  ФИО2 имелась бы возможность представить пояснения и документы в подтверждение обоснованности совершенной сделки на стадии рассмотрения спора  суде первой инстанции. Однако, они были лишены такой возможности.

Между тем экстраординарный порядок оспаривания в рассматриваемом случае исключает необходимость перехода к рассмотрению спора по правилам, предусмотренным для суда первой инстанции, о чем отмечено выше.

Подводя итог вышесказанному, апелляционный суд констатирует:

ФИО1 и  ФИО2 не были извещены об основном деле о банкротстве ввиду отсутствия у них статуса контролирующих лиц должника к дате возбуждения производства по делу о банкротстве ООО УК «Ангара»  (27.03.2019);

до 30.11.2022 у ФИО1, ФИО2 как лиц, к которым предъявлены требования о субсидиарной ответственности, не было вообще никаких оснований полагать, что могут быть на рассмотрении суда споры по сделкам, которые имеют отношение к предъявленным к ним претензиям, так как ни о каких сделках с их участием до 30.11.2022 управляющий не заявлял, требований в составе субсидиарной ответственности не предъявлял;

ввиду отсутствия убедительных доказательств отправки уточнения требований в адрес  ФИО1, ФИО2 от 30.11.2022, их доводы о том, что узнали они о наличии настоящего спора только 19.06.2023,  не опровергнуты, поскольку отправление от 30.11.2022 на адрес электронной почты представителя ФИО1 и  ФИО2 представитель  не подтверждает, тогда как отправление от конкурсного управляющего от 19.06.2023 с вложением в нем определения от 02.11.2022 представитель ФИО8 не оспаривает (картотека арбитражных дел: 19.06.2023 11:47 МСК), и иных доказательств их уведомления о настоящем споре нет;

платежи со счета  ООО УК «Ангара» в пользу ООО «Автолайн» были совершены в  период с 12.01.2016 по 22.06.2018, то есть в период наличия у ФИО1 и  ФИО2 статуса контролирующих лиц должника, и суд сделал вывод об их аффилированности, поэтому они подлежали привлечению к участию в настоящем споре в качестве третьих лиц.

Апелляционный суд исходит из того, что, даже предположив, что ФИО1 и  ФИО2 должны были каждодневно и ежечасно мониторить картотеку арбитражных дел, предполагая, что к ним в любой момент предъявят какие-либо требования (что само по себе является правовым нонсенсом), данные мероприятия были бы весьма затруднительны, так как суд потратил значительное количество времени на поиски в картотеке арбитражных дел соответствующей информации, имея при этом полный доступ к электронным документам и системе поиска, тогда как лица, не привлеченные к участию в деле, не обладающие полным доступом к электронным инструментам и навыками поиска, конечно же столкнутся со сложностями в ориентировании и поиске. В карточке электронного дела уже 41 страница и  большое количество документов.

В этой связи ФИО1 и  ФИО2, не являясь учредителями   должника на дату возбуждения дела о банкротстве юридического лица, не могут считаться осведомленными о деле о банкротстве, и к ним не применяется правило о первом извещении (генеральном извещении о деле).

В настоящее время высшей судебной инстанцией сформулированы аналогичные правовые подходы об извещении контролирующих лиц должника в пунктах 8, 35, 39 и 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации».

По общему правилу статьи 51 АПК РФ ФИО1 и  ФИО2 подлежали привлечению к участию в настоящем споре в качестве третьих лиц и извещению о настоящем споре, чего сделано не было, однако, ответственность за подобные ошибки суда первой инстанции не  может быть возложена  на заявителей апелляционной жалобы.

Положения пункта 12 статьи 16 Закона о банкротстве  (в редакции Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», далее  - Закона №107-ФЗ), предусматривающие право на пересмотр судебного акта, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование кредитора, по вновь открывшимся обстоятельствам, в том числе по инициативе контролирующих должника лиц, а также сменившие механизм экстраординарного обжалования аналогичного судебного акта, предусмотренный пунктом 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», применяются к заявлениям, поданным после дня вступления в силу Закона № 107-ФЗ, независимо от даты введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, то есть к заявлениям, поданным после 29.05.2024 (пункт 2 статьи 3 Закона № 107-ФЗ).

В рассматриваемом случае обращение заявителей с апелляционной жалобой состоялось до 29.05.2024 (определение о принятии жалобы от 29.09.2023), поэтому жалоба  рассматривается  судом апелляционной инстанции по правилам экстраординарного обжалования, предусмотренного пунктом 24  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Гарантией для  ФИО1 и  ФИО2  как лиц, не участвующих в деле о банкротстве, не привлеченных   в качестве непосредственных участников обособленного спора по требованию о признании сделки недействительной и не извещенных о таком споре,  является возможность восстановления судом первой инстанции пропущенного процессуального срока, предусмотренного статьей 312 АПК РФ. 

В силу части 1 статьи 312  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявление о пересмотре вступившего в законную силу судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам подается лицами, участвующими в деле, в арбитражный суд, принявший данный судебный акт, в срок, не превышающий трех месяцев со дня появления или открытия обстоятельств, являющихся основанием для пересмотра судебного акта.

Исходя из абзаца 2 пункта 12 статьи 16 Закона о банкротстве предусмотренный процессуальным законодательством срок на подачу заявления об отмене судебного акта по правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам исчисляется с момента, когда указанные лица узнали или должны были узнать о нарушении их прав и законных интересов данным судебным актом.

Таким образом, трехмесячный срок на подачу заявления о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам подлежит исчислению с момента осведомленности заявителя о принятом судебном акте, что само по себе исключает возможность констатации судом пропуска заявителем установленного срока.

В настоящем случае датой, с которой заявители узнали о принятом судебном акте, является 19.06.2023, поэтому обращение в апелляционный суд 20.07.2023 состоялось в пределах трехмесячного срока, предусмотренного статьей 312 АПК РФ.

В этой связи производство по апелляционной жалобе ФИО1, ФИО2, прекращению не подлежит

Относительно апелляционной жалобы ФИО3 апелляционный суд учитывает указания суда кассационной инстанции, изложенные выше, исходит из того, что в отношении нее в установленном порядке требование о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не предъявлено, поэтому    производство по апелляционной жалобе ФИО3 подлежит  прекращению.

Ввиду того, что заявители ФИО1, ФИО2 не были привлечены к участию в споре, оснований считать их пропустившими срок на обжалование судебного акта, не имеется, в том числе и применительно к правовой позиции, сформулированной  в  Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2021 года N 49-П. Тем не менее, выполняя указания суда кассационной инстанции, протокольным определением от 26.03.2025 апелляционный суд восстановил срок на обжалование.

Как указывает конкурсный управляющий в заявлении и следует из материалов дела, в период с 12.01.2016 по 22.06.2018 с расчетного счета  должника произведены платежи в пользу ООО «Автолайн» в общей сумме 1 683 416 руб., с назначением платежа: «Оплата за услуги автотранспорта по Договору», «Оплата за вывоз ТБО», «Оплата по договору», «Оплата за услуги транспорта по счету», «Оплата за мусорный бак по счету», «Автоуслуги по акту», «Оплата согласно договора», «Оплата по сф», «Оплата за автотранспортные услуги согласно договора». Первичные документы, подтверждающие реальность услуг и работ, за которые была произведена оплата, у конкурсного управляющего отсутствуют. Кроме того, оспариваемые перечисления совершены должником в пользу аффилированного лица. В связи с чем, конкурсный управляющий просит признать недействительными сделками платежи, совершенные ООО УК «Ангара» в пользу ООО «Автолайн», на общую сумму 1 683 416 руб.

В качестве правового основания для оспаривания сделок-платежей конкурсный управляющий  ссылается на положения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), поскольку в отсутствие оснований для перечислений  считает совершенные платежи мнимыми сделками, совершенными со злоупотреблением правом.

По данным банковских выписок по расчетным счетам должника, ООО УК «Ангара» в пользу ООО «Автолайн» произведены следующие платежи:

- с расчетного счета №

<

***>, открытого в Банке ВТБ (ПАО): 12.01.2016           на сумму 71 520,00 руб., назначение платежа Оплата за услуги автотранспорта по Договору, счет 1118 от 30.11.15г.; 18.05.2016 на сумму 60 000,00 руб., назначение платежа Оплата за услуги автотранспорта по Договору за апрель 2016г.; 02.06.2016 на сумму 10 000,00 руб., назначение платежа Оплата за вывоз ТБО по счету 7179 от 10.05.2016; 06.06.2016 на сумму 15 000,00 руб., назначение платежа Оплата по договору; 15.06.2016 на сумму 25 000,00 руб., назначение платежа Оплата за услуги автотранспорта по Договору за 2016г.; 27.06.2016 на сумму 20 000,00 руб., назначение платежа Оплата за автотранспортные услуги по счету 86 от 29.02.16г.; 20.07.2016 на сумму 30 000,00 руб., назначение платежа Оплата за услуги транспорта по счету 86 от 29.02.16г.; 04.08.2016 на сумму 50 000,00 руб., назначение платежа Оплата за услуги автотранспорта по счету 405 от 31.05.16г.; 12.08.2016 на сумму 70 000,00 руб., назначение платежа Оплата за услуги автотранспорта по счету 601 от 31.07.16г.; 16.09.2016 на сумму 8 440,00 руб., назначение платежа Оплата за мусорный бак по счету 715 от 13.09.16г.; 16.09.2016 на сумму 100 000,00руб., назначение платежа Оплата автотранспортных услуг по Договору б/н от 01.12.2015г. за 2016г.; 13.10.2016 на сумму 50 000,00 руб., назначение платежа Оплата по договору  б/н от 01.12.15г. автотранспортные услуги; 19.10.2016 на сумму 50 000,00 руб., назначение платежа Оплата за автотранспортные услуги по Договору б/н от 01.12.15г.; 07.11.2016 на сумму 50 000,00 руб., назначение платежа Оплата за услуги автотранспорта по Договору по счету 905 от 31.10.16г.; 15.11.2016 на сумму 30 640,00 руб., назначение платежа Оплата за услуги автотранспорта по Договору по счету 905 от 31.10.16г.; 21.11.2016 на сумму 30 000,00 руб., назначение платежа Оплата за автотранспортные услуги по Договору б/н от 01.12.15г. за 2016г.; 25.11.2016 на сумму 40 000,00руб., назначение платежа Оплата за автотранспортные услуги по Договору б/н от 01.12.15г. за 2016г.; 20.02.2017 на сумму 100 000,00 руб., назначение платежа Оплата согласно договора от 01.12.2015 (автотранспортные услуги); 21.03.2017 на сумму 66 240,00 руб., назначение платежа Оплата согласно договора от 01.12.2015 (автотранспортные услуги); 24.03.2017 на сумму 81 600,00 руб., назначение платежа Оплата по сф № 937 от 30.11.2016 (автотранспортные услуги согласно договора от 01.12.2015); 06.04.2017 на сумму 68 640,00 руб., назначение платежа Оплата по сф №190 от 28.02.2017 (автотранспортные услуги согласно договора от 01.12.2015); 10.04.2017 на сумму 80 640,00 руб., назначение платежа Оплата по сф №905 от 28.02.2017 (автотранспортные услуги согласно договора от 01.12.2015); 19.05.2017 на сумму 11 880,00 руб., назначение платежа Оплата по сф 447 от 30.04.2017 (автотранспортные услуги согласно договора от 01.12.2015); 08.06.2017 на сумму 19 373,20 руб., назначение платежа Оплата по сч 360 от 30.04.2017 (автотранспортные услуги согласно договора от 01.12.2015); 09.06.2017 на сумму 11 880,00 руб., назначение платежа Оплата по сч 447 от 30.04.2017 (автотранспортные услуги согласно договора от 01.12.2015); 15.11.2017 на сумму 10 000,00 руб., назначение платежа Оплата за автотранспортные услуги согласно договора от 01.12.2015; 21.12.2017 на сумму 156 052,80руб., назначение платежа Оплата за автотранспортные услуги согласно договора от 01.12.2015 акт 1248 от 31.10.2017; 27.12.2017 на сумму 61 440,00 руб., назначение платежа Оплата по счету № 1248 от 31.10.2017 за автоуслуги KIA BONGO В181АА; 21.02.2018 на сумму 34 560,00руб., назначение платежа Оплата за автотранспортные услуги согласно договора от 01.12.2015 акт11 от 31.01.2018; 29.03.2018 на сумму 100 000,00руб., назначение платежа Оплата за автотранспортные услуги согласно договора от 01.12.2015; 18.05.2018 на сумму 13 500,00руб., назначение платежа Оплата за автотранспортные услуги согласно договора от 01.12.2015 акт 387 от 30.04.2018; 25.05.2018 на сумму 70 000,00руб., назначение платежа Оплата за автотранспортные услуги согласно договора от 01.12.2015; 19.06.2018 на сумму 8 400,00руб., назначение платежа Оплата за автотранспортные услуги согласно договора от 01.12.2015 акт 68 от 31.01.2018;

- с расчетного счета №

<

***>, открытого в АО «АЛЬФА-БАНК»: 24.07.2018 на сумму 12 750,00руб., назначение платежа Автоуслуги по акту №623 от 30.06.2018г., договор б/н от 01.12.15г.Сумма 12750-00Без налога (НДС); 24.08.2018 на сумму 12 750,00руб., назначение платежа Автоуслуги по акту №747 от 31.07.2018г., договор б/н от 01.12.15г.Сумма 12750-00Без налога (НДС); 20.09.2018 на сумму 10 000,00руб., назначение платежа Автоуслуги по акту №694 от 31.07.2018г., договор б/н от 01.12.15г. частично. Сумма 10000-00Без налога (НДС);

- с расчетного счета № 

<

***>, открытого в ПАО Сбербанк: 08.11.2017 на сумму 8 550,00 руб., назначение платежа Оплата по договору за вывоз и утилизацию ТБО Сумма 8550-00; 22.06.2018 на сумму 34 560,00 руб., назначение платежа Оплата за автотранспортные услуги согласно договора от 01.12.2015г., акт №11 от 31.01.2018г.

Факт перечисления ООО «Автолайн» денежных средств в общей сумме 1 683 416 руб. за период с 12.01.2016 по 22.06.2018 подтверждается представленными в материалы дела документами и ответчиком не оспорен.

Из выписок из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ) следует, что по состоянию на 30.06.2018 учредителями  ООО УК «Ангара»  являлись ФИО1 (размер доли 70%, запись в ЕГРЮЛ содержащая сведения об учредителе внесена 01.08.2011), ФИО2 (размер доли 10,8%, запись в ЕГРЮЛ содержащая сведения об учредителе внесена 01.08.2011). Учредителем ООО «Автолайн» по состоянию на 01.01.2021 является ФИО3 (размер доли 100%, запись в ЕГРЮЛ, содержащая сведения об учредителе, внесена 18.08.2011).

Определением Арбитражного суда Иркутской области  от 20.07.2020 по делу № А19-7221/2019  при рассмотрении требования ООО «ГИС» о включении в реестр требований ООО УК «Ангара» установлено, что    ФИО1 до 04.12.2018 являлась учредителем ООО УК «Ангара», продала долю в уставном капитале ООО УК «Ангара» 04.12.2018.

Ввиду того, что  оспариваются платежи за период с  12.01.2016 по 22.06.2018,  в период совершения оспариваемых платежей учредителями должника являлись ФИО1, ФИО2, а учредителем ответчика - ФИО3.

Из представленного в материалы дела 10.10.2022 ответа Службы записи актов гражданского состояния, усматривается, что ФИО3 и ФИО2 состоят в браке с 23.08.1980 и имеют общего ребенка ФИО1 (ранее – ФИО9) Ингу Сергеевну.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что исковые требования обоснованы и подлежат удовлетворению, поскольку  установил факт аффилированности должника и ответчика по спору, учитывая наличие между учредителями должника и ответчика родственных связей.

Суд указал, что на момент совершения платежей у должника имелись неисполненные обязательства с наступившим сроком исполнения перед кредитором ПАО «Иркутскэнерго», которые впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Иркутской области от 04.06.2019 (в размере 10 145 495 руб.19 коп., данная задолженность образовалась с декабря 2016 года по июль 2018 года).

Сославшись на статьи 10, 168 и 170 Гражданского кодекса РФ суд первой инстанции указал, что спорные платежи являются мнимой сделкой, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, так как конкурсный управляющий не обладает  первичными    документами,    подтверждающими   оказание услуг/выполнение работ; доказательствами, подтверждающими фактическое оказание услуг/выполнение работ для нужд ООО УК «Ангара». В переданных конкурсному управляющему документах договоры между должником и ООО «Автолайн» об оказании услуг/выполнении работ отсутствуют.

Факт непередачи конкурсному управляющему договоров (и/или иных соглашений), подтверждающих наличие между должником и ООО «Автолайн» реальных  отношений, усматривается из представленного конкурсным управляющим  акта приема-передачи документов от 24.12.2019.

Суд первой инстанции исходил из того, что в рассматриваемом случае ответчиком ООО «Автолайн» в материалы дела доказательства реальности и возмездности совершенных сделок по перечислению денежных средств не представлены.

Доказательств невозможности предоставления документов либо их утраты материалы дела также не содержат.

Между тем данные выводы суда первой инстанции сделаны без учета следующих обстоятельств.

На основании разъяснений, указанных в пункте 4 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061 по делу N А46-12910/2013, от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034 по делу N А12-24106/2014).

В рассматриваемом случае оснований полагать, что спорные платежи за период с 27.03.2016  по 22.06.2018 выходят за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, не имеется.

По правилам главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ (далее – Закона о банкротстве) могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) – разъяснения, содержащиеся в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Поскольку  заявление о признании должника  несостоятельным (банкротом) принято к производству 27.03.2019, то платежи, осуществленные  в период с 27.03.2016  по 22.06.2018, совершены в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, поэтому сделка  должна быть проверена на предмет недействительности по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Платежи за период с 12.01.2016 по 26.03.2016 совершены за пределами трехлетнего периода подозрительности, но в этот период оспаривается только платеж  от 12.01.2016 на сумму 71 520  рублей, осуществленный в качестве оплаты за услуги автотранспорта по договору, счет № 1118 от 30.11.2015, других платежей в период с 12.01.2016 по 26.03.2016 не оспаривается, все остальные совершены после 27.03.2016.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Из разъяснений, приведенных  в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), следует, что в силу пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учётом пункта 7 настоящего Постановления).

В соответствии с правовой позицией, указанной в пункте 6 Постановления № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершённых должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Спорные платежи за период с 27.03.2016  по 22.06.2018 не выходят за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, поэтому они могли быть оспорены только по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как правильно установлено судом первой инстанции, на даты совершения спорных платежей у должника имелись признаки неплатежеспособности, поскольку имелась неоплаченная задолженность, подтвержденная судебными актами и в последующем включенная в реестр требовании кредиторов должника, перед  ПАО «Иркутскэнерго» .

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При этом, судом первой инстанции верно учтены правовые подходы, сформулированные в судебной практике, о том, что аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами. Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При предоставлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056 (6) по делу №А12-45751/2015).

Между сторонами спорных платежей  имеется аффилированность, о чем отмечено выше, и на чем настаивают заявители апелляционных жалоб.

При наличии у должника непогашенной перед кредитором  задолженности, наличии аффилированности между сторонами,  должник перечислил на счет ООО «Автолайн» спорные денежные средства без каких-либо правовых оснований, что в отсутствие оправдательных документов, по общему правилу,  действительно свидетельствует о причинении вреда имущественным правам кредиторов, и преднамеренном выводе денежных средств должника в преддверии его банкротства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления  с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. В связи с этим доводы конкурсного управляющего о мнимости сделок и злоупотреблении их сторонами правом заслуживали тщательной проверки.

Так, исходя из доводов конкурсного управляющего о наличии признаков мнимости сделок и их направленности на вывод активов должника в период до возбуждения производства по делу о банкротстве, для подтверждения реального волеизъявления должника на перечисление в пользу ответчика  денежных средств по реальному договору  оценке подлежали доказательства существования между сторонами договорных отношений, во исполнение которых направлены денежные средства,  фактическое осуществление исполнения договора, последующее расходование поступивших денежных средств.

Как отмечено выше, конкурсный управляющий настаивал, что  с расчетного счета должника  в пользу ответчика  под видом оплаты обязательств должника по договору осуществлен вывод денежных средств в общей сумме   1 683 416  рублей.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий выбрал модель оспаривания сделок, указывая  на мнимость   совершенных   платежей с расчетного счета должника.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», стороны мнимой  сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Мнимый характер сделки заключается в том, что у участников мнимой сделки отсутствует действительное волеизъявление на создание соответствующих ей правовых последствий, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения, но создают видимость таких правоотношений для иных участников гражданского оборота. Совершая сделку для вида, ее стороны правильно оформляют необходимые документы, однако фактические правоотношения из договора между сторонами мнимой сделки отсутствуют.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки обе стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, то есть порочность воли каждой из ее сторон. При этом для установления воли сторон оценке подлежит вся совокупность отношений сторон, в том числе обстоятельства, при которых заключалась сделка, а также действия сторон по ее исполнению.

Исходя из принципа состязательности, суд, осуществляя руководство арбитражным процессом, должен правильно распределить бремя доказывания фактических обстоятельств на процессуальных оппонентов, в том числе принимая во внимание их материально-правовые интересы.

Так, конкурсный управляющий, будучи истцом по обособленному спору, объективно заинтересован (статья 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) в признании его требования обоснованным, в связи с чем на него должна быть возложена первичная обязанность подтвердить факт совершения должником сделки, по которой в период подозрительности произошло отчуждение актива должника, подлежащего включению в конкурсную массу.

На лицо же, имеющее противоположные материальные интересы и не желающее, чтобы требование заявителя было установлено, исходя из его правовой позиции по спору, может быть возложено бремя по доказыванию наличия встречного предоставления, эквивалентного активу должника, полученному в период подозрительности.

Подобное распределение бремени доказывания соотносится с процессуальными правилами, изложенными в части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Учитывая сформированные в судебной практике вышеприведенные подходы, принимая  во внимание доводы конкурсного управлявшего о мнимости спорных платежей, в предмет исследования необходимо включить вопрос о реальности хозяйственных операций и предложить ответчику  представить доказательства реальности их существования, исходя из того, что данной вопрос не мог вызывать затруднений, поскольку каждое из соответствующих действий подлежало оформлению.

В материалах спора имеются два почтовых конверта, свидетельствующие о том, что судебная корреспонденция ответчиком не была получена ввиду истечения срока хранения.

Определениями от 14.06.2022,  от 12.07.2022, от 22.09.2022 суд первой инстанции предлагал ответчику представить только отзыв на заявление. Однако, эти определения не получены ответчиком.

Суд первой инстанции вынес определение от 12.07.2022 об истребовании доказательств из органов записи актов гражданского состояния Иркутской области  в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3, позволяющих установить факт их аффилированности с должником и ответчиком по спору.

Получив 10.10.2023 ответ из органов записи актов гражданского состояния Иркутской области  в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3, суд первой инстанции в судебном заседании 27.10.2023 принял резолютивную часть обжалуемого определения, не привлекая указанных лиц к участию в споре, не истребуя от них доказательств,  несмотря на то, что  к указанной дате велось судебное разбирательство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ООО УК «Ангара»  ФИО4 к ФИО6, ФИО10, ФИО1, ФИО2, ФИО11, ФИО7, ООО «Структура» о привлечении этих лиц как контролирующих должника к субсидиарной ответственности, в том числе за совершение оспариваемых платежей.

С учетом указанного, заявители апелляционной жалобы лишены были возможности представления доказательств в материалы настоящего обособленного спора.

13.12.2023 от ФИО1, ФИО2, ФИО3 в апелляционный суд поступили пояснения к апелляционной жалобе с приложениями, поименованными как: копия договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Автолайн» от 31.12.2020; реестр актов и платежей, связанных с оказанием услуг ООО УК «Ангара» со стороны ООО «Автолайн», копии документов подтверждающих наличие возможности и реальности оказания услуг ООО УК «Ангара» со стороны ООО «Автолайн».

Протокольным определением от 13.12.2023 пояснения с приложениями приобщены к материалам спора на основании части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Апелляционный суд находит  представленные доказательства исчерпывающим подтверждением реальности хозяйственных операций между должником и ответчиком в силу следующего.

Спорные платежи осуществлены в пользу ответчика за оказанные услуги автотранспорта по вывозу мусора (твердых бытовых отходов -  ТБО).

Факты реального оказания услуг подтверждаются копиями первичных документов (актами, счетами, платежными поручениями и т.д.).

Факты наличия возможности  оказания услуг у ООО «Автолайн» по вывозу мусора автотранспортом ответчика подтверждаются копиями акта осмотра, свидетельств о регистрации транспортных средств и оборотно-сальдовой ведомостью.

Хранение документации ООО «Автолайн» осуществлялось единоличным исполнительным органом общества. Документация в полном объеме передана 31.12.2020 новому собственнику общества ФИО12 (покупателю доли).

При этом хранение документации ООО УК «Ангара» осуществлялось генеральным директором общества ФИО6, и именно он должен был передать ее конкурсному управляющему ФИО4

Факт отчуждения доли в уставном капитале общества означает отсутствие необходимости обязывать  ООО «Автолайн» в лице заявителей апелляционной жалобы представить оригиналы актов об оказанных услугах и путевых листов, приобщенных к материалам дела 13.12.2023, а также с учетом того, что хозяйственные операции отражены в оборотно-сальдовой ведомости.

Кроме того, видами деятельности должника являлись управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе, сбор, обработка и утилизация  отходов.

Апелляционный суд учитывает, что на сайте МинЖКХ (некоммерческий общественный инициативный проект повышения общественной осведомлённости в области функционирования управляющих компаний и ТСЖ) отражены данные о том, что ООО УК «Ангара» с 10.04.2015 являлась управляющей компанией многоквартирными домами, поэтому обязано было осуществить вывоз мусора, для чего заключен соответствующий договор  с ответчиком.

В отчете конкурсного управляющего отражена информация о том, что по состоянию на 04.06.2020 в управлении должника находится 17 домов. Ведется работа с органами местного самоуправления по вопросу передачи домов в ведение иных управляющих компаний, в качестве временных.

В материалы настоящего обособленного спора представлены исчерпывающие  сведения, включая данные   бухгалтерского учета, с отражением операций по договору, акты выполненных работ и доказательства осуществления  перевозок мусора ответчиком,  путевые листы, выдаваемые ООО «Автолайн» водителям для осуществления перевозок, содержащие данные о наряд-заказах и адресах, по которым осуществлялся вывоз мусора (маршруты движения, включая указание на ООО «УК Ангара» и дома по ул. Грязнова и др. ), отчеты об использовании топлива.

Представлены доказательства того, что отраженные в документах транспортные средства принадлежат ответчику по данным регистрационного учета и паспортам транспортных средств.

При таких обстоятельствах апелляционный  суд приходит к выводу о том, что представленными в материалы дела доказательствами подтверждена реальность фактического выполнения работ ответчиком, в т. ч. доказательства обладания ООО «Автолайн» необходимой техникой.

Доводы заявителей апелляционной жалобы  о том, что спорные платежи  осуществлены в качестве оплаты за фактически оказанные услуги, совершенные в процессе обычной хозяйственной деятельности, являются обоснованными, что исключает возможности их квалификации в качестве мнимых сделок.

Кроме того, сами по себе платежи осуществлены реально, списаны  с расчетного счета должника, поступили ответчику, нет информации о транзитном их характере, то есть собственно перечисления как юридический факт состоялись, и оснований полагать их мнимыми (то есть фактически не осуществленными), не имеется.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Вместе с тем реальный характер оказанных услуг исключает основания для квалификации платежей как притворных  сделок.

Следовательно, остается возможность квалификации спорных платежей только по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так как при наличии у должника непогашенной перед кредитором  задолженности, наличии аффилированности между сторонами,  должник перечислил на счет ООО «Автолайн» спорные денежные средства, что может  свидетельствовать о причинении вреда имущественным правам кредиторов, и преднамеренном выводе денежных средств должника в преддверии его банкротства, но при доказанности наличия совокупности того, что:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

Доказательства того, что фактом перечисления спорных денежных средств в сумме 1 611 896 рублей (в трехлетний период) при наличии данных об активах должника, превышающих значение 20 000 000 рублей,  причинен вред  имущественным правам кредиторов, в материалы спора не представлены.

В картотеке арбитражных дел  16.06.2020 10:04 МСК в электронном виде конкурсным управляющим размещен план работы с дебиторской задолженностью населения, имеется информация о поступлениях денежных средств от взыскания задолженности.

Более того, конкурсный управляющий и не оспаривает перечисления по специальным основаниям, очевидно полагая отсутствие таковых при  наличии существенной реальной ко взысканию дебиторской задолженности более 20 000 000 рублей (как отражено в бухгалтерском балансе и анализе финансовой состояния должника - размещены в картотеке арбитражных дел   11.09.2020 04:16 МСК).

Несмотря на то, что платеж в сумме 71 520 рублей от 12.01.2016 совершён за пределами трехлетнего периода подозрительности, основания полагать его совершенным со злоупотреблением правом также отсутствуют по приведенным выше основаниям.

Помимо указанного, заявители апелляционной жалобы отмечают о пропуске срока исковой давности.

При этом вопреки утверждениям конкурсного управляющего и конкурсного кредитора, они имеют на это право в силу той правовой конструкции, которая приведена в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2021 года N 49-П, так как то обстоятельство, что федеральный законодатель дополнил статью 34 Закона о банкротстве положениями, прямо предусматривающими право контролирующего должника лица участвовать в деле о банкротстве при рассмотрении вопросов, решение которых может повлиять на привлечение его к ответственности, а также на размер такой ответственности, позволяет ему использовать такой инструмент защиты как заявление о пропуске срока исковой давности.

Заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Резолютивной частью решения, объявленной 12.12.2019 (полный текст от 18.12.2019), должник  признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО4, который был временным управляющим в процедуре наблюдения.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» приведены  разъяснения о том, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

По правилам статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Такие сроки, в частности, установлены по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности, который согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет один год.

Срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения, о чем приведены разъяснения в пункте 32 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В рассматриваемом случае   датой начала течения срока исковой давности будет являться 12.12.2019 - дата объявления резолютивной части решения об утверждении конкурсного управляющего, для которого годичный срок исковой давности истек 12.12.2020.

Заявление о признании сделки недействительной подано конкурсным управляющим 06.06.2022, то есть со значительным  пропуском годичного срока исковой давности.

Потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к среднему профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.

При изложенных обстоятельствах конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением об оспаривании сделки с пропуском годичного срока исковой давности, что является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовая позиция, указанная в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности")).

Доводы   о том, что имеются основания для признания сделки недействительной на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по данному основанию не истек, отклоняются апелляционным судом, так как законодательство в принципе пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки, о чем указано выше.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886, от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069).

В силу изложенного, заявление конкурсного  управляющего по данному обособленному спору по общим основаниям ГК РФ могло быть признано поданным в установленные сроки только в том случае, если бы он доказал наличие пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В этой связи доводы о необходимости применения к оспариваемой сделке, не имеющей иных недостатков, общих положений о ничтожности, направлены на обход правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам, что является недопустимым.

Отсутствуют основания и для признания сделок мнимыми, о чем указано выше.

В этой связи заявленные требования удовлетворению не подлежат.

Учитывая вышеизложенное, определение суда первой инстанции подлежит отмене на основании пункта 1   части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела).

Определение суда первой инстанции  надлежит  отменить. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказать.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 19  постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

На основании подпункта 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина по спорам о признании сделок недействительными составляет 6 000 руб.

При обращении в арбитражный суд с заявлением о признании сделки недействительной, конкурсным управляющим государственная пошлина в сумме 6 000 руб. не оплачена, предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 24 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», судебные расходы арбитражного управляющего, связанные с рассмотрением заявления об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, осуществляются за счет средств должника (пункты 1 и 2 статьи 20.7 Закона о банкротстве).

Такие судебные расходы, понесенные арбитражным управляющим из собственных средств, подлежат возмещению ему в последующем за счет средств должника.

При удовлетворении судом заявления арбитражного управляющего об оспаривании сделки понесенные судебные расходы взыскиваются с другой стороны оспариваемой сделки в пользу должника, а в случае отказа в удовлетворении заявления - с должника в пользу другой стороны оспариваемой сделки.

Исходя из результатов рассмотрения спора и положений статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, расходы по уплате государственной пошлины по иску, а также за апелляционное рассмотрение,  относятся на должника.

При частичном удовлетворении требования неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку (например, требования о присуждении компенсации за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок), расходы по уплате государственной пошлины в полном объеме взыскиваются с противоположной стороны по делу.

При обращении в арбитражный суд с заявлением о признании сделки недействительной, конкурсным управляющим государственная пошлина в сумме 6 000 руб. не оплачена, предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины.

Следовательно, по правилам части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с  общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Ангара» в доход федерального бюджета надлежит взыскать  государственную пошлину в размере 6 000 рублей.

Кроме того, надлежит взыскать с общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Ангара» в пользу ФИО1, ФИО2 3 000 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в  общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

В удовлетворении ходатайства ФИО3  о восстановлении пропущенного процессуального срока на апелляционное обжалование отказать.

Прекратить производство по апелляционной жалобе ФИО3  на определение Арбитражного суда Иркутской области от 02 ноября 2022 года по делу №А19-7221/2019.

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 02 ноября 2022 года по делу №А19-7221/2019 отменить, принять по делу новый судебный акт.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Ангара» ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «Автолайн» о признании недействительными сделками платежей в общей сумме 1 683 416 рублей, совершенных обществом с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Ангара» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Автолайн», отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Ангара» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>):

в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 рублей за рассмотрение дела в суде первой инстанции;

в пользу ФИО1, ФИО2 3 000 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                        Н.А. Корзова

Судьи                                                                                      А.В. Гречаниченко

Н.И. Кайдаш