СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-14379/2022(12,13)-АК

Дело №А60-29553/2021

17 мая 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 мая 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 мая 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Саликовой Л.В.,

судей                                Гладких Е.О., Даниловой И.П., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Зверевой Е.С., 

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

заявителя жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Перфектариум» ФИО1, на основании определения Арбитражного суда Свердловской области от 08.02.2023 по делу№А60-29553/2021;

от заявителя жалобы - лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, ФИО2: ФИО3, доверенность от 25.05.2022, паспорт; 

от лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, ФИО4: ФИО5, доверенность от 18.05.2023, паспорт;

от конкурсного кредитора общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное предприятие «ГорРемСтрой»: ФИО6, доверенность от 20.07.2023, паспорт; 

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились; 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, ФИО2  и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Перфектариум» ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 04 марта 2024 года

об удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам должника и о приостановлении производства по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности в части размера субсидиарной ответственности ФИО2 до окончания расчетов с кредиторами;

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4;

о частичном удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО1 о взыскании с ФИО2 в пользу должника убытков в сумме 1 524 612,79 руб.,

вынесенное в рамках дела №А60-29553/2021

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Перфектариум» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

третье лицо:  Межрегиональное Управление федеральной службы по финансовому мониторингу по Уральскому федеральному округу (ИНН 

<

***>),

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.06.2021

принято к производству заявление общества с ограниченной ответственности «ГрандКран» (далее  - ООО «ГрандКран») о признании общества с ограниченной ответственностью «Перфектариум» (далее – ООО «Перфектариум», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.08.2021 

заявление ООО «ГрандКран» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7, член ассоциации арбитражных управляющих «Евразия».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «КоммерсантЪ» от 31.07.2021 №134(7096).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 22.12.2021 ООО «Перфектариум» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО7

Публикация о введении в отношении должника конкурсного производства произведена в газете «КоммерсантЪ» от 15.01.2022 №6.

28.03.2022 конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором, с учетом принятого в дальнейшем в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнения требований, просил привлечь бывшего руководителя ООО «Перфектариум» ФИО2  (далее – ФИО2), а также фактически контролировавшего должника лица ФИО4 (далее – ФИО4) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании положений статьи 61.11, 61.12. Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В этот же день от конкурсного управляющего также поступило заявление о взыскании с бывшего руководителя ФИО2 убытков в размере 2 278 392,36 руб. (с учетом уточнения размера требований, принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ).

Определением арбитражного суда от 01.04.2022 заявления конкурсного управляющего о привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности и к гражданско-правовой ответственности в виде убытков объединены в одно производство для совместного рассмотрения; назначено судебное заседание по проверке обоснованности указанных заявлений.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 08.11.2022 производство по обособленному спору было приостановлено до вступления в законную силу судебного акта, вынесенного по итогам рассмотрения по существу заявления (требования) общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное предприятие «ГорРемСтрой» (далее – ООО «СМП «ГорРемСтрой») о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности по договору подряда от 09.09.2019 №5907 (Высоцкого дом 5), и по договору подряда от 18.05.2020 №6486 (Золотой).

Определением арбитражного суда от 03.02.2023 ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, таковым определением арбитражного суда от 08.02.2023 утвержден ФИО1, член союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Дело».

Определением арбитражного суда от 27.04.2023 производство по обособленному спору было возобновлено. Этим же определением в порядке статьи 46 АПК РФ к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве соответчика привлечен ФИО4

Определением арбитражного суда от 15.08.2023 в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Межрегиональное Управление федеральной службы по финансовому мониторингу по Уральскому федеральному округу.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.03.2024 требования конкурсного управляющего удовлетворены частично; установлено наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям, предусмотренным статьями 61.11., 61.12. Закона о банкротстве. Производство по заявлению в части определения размера ответственности привлеченного лица приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. Этим же определением с ФИО2 в пользу ООО «Перфектариум» взыскано 1 524 612,79 руб. убытков. В удовлетворении требований в остальной части отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО7 и ФИО2 обратились с апелляционными жалобами.

Конкурсный управляющий ФИО7 в своей апелляционной жалобе не соглашается с выводами суда в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4, а также в части снижения размера убытков, которые подлежат взысканию с ФИО2 В обоснование своей позиции указывает на то, что суд первой инстанции неправомерно принял во внимание представленные ФИО2 в подтверждение обоснованности перечисления в пользу третьих лиц денежных средств на общую сумму 514 150 руб. документы. Полагает, что представленная указанным лицом таблица о совершенных платежах на сумму 514 150 руб. не может быть принята в качестве доказательства по делу, поскольку содержащиеся в ней сведения не подтверждены надлежащими первичными документами (вообще отсутствуют какие-либо доказательства выполнения каких-либо услуг получателями денег к выгоде именно должника). Помимо этого, обращает внимание на то, что в ходе рассмотрения настоящего спора в суде первой инстанции ФИО4 были даны пояснения, согласно которым он осуществлял свою деятельность в ООО «Перфектариум» в отношении взаимодействия с поставщиками и подрядчиками, то есть фактически он определял, кому и сколько необходимо оплачивать. Также он указывал на то, что несмотря на незначительный размер заработной платы по штатному расписанию (15 000 руб.), у них с ФИО2 была договоренность о том, что ФИО4 участвует в прибыли после реализации проектов с заказчиком ООО «СМП «ГорРемСтрой». С учетом изложенного, считает доказанным то, что в ООО «Перфектариум» ФИО4 осуществлял не только функции наемного работника, а руководил действиями должника (особенно в период нахождения ФИО2 в г.Екатеринбурге с апреля 2020 года и планировал получить соразмерное вознаграждение по результатам исполнения договоров с ООО «СМП «ГорРемСтрой»). Вышеперечисленные обстоятельства необоснованно были проигнорированы судом первой инстанции. 

ФИО2 в своей апелляционной жалобе, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, а также на нарушение судом норм материального и процессуального права, не соглашается с выводами суда в части наличия оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности и взыскания с него убытков в размере 2 278 392,36 руб. В обоснование своей позиции приводит доводы о недоказанности того, что полное погашение требований кредиторов должника стало невозможным вследствие совершения ФИО2 недобросовестных действий (бездействий), равно как и наличие причинно-следственной связи между его действиями (бездействтиями) и наступлением негативных последствий для должника, повлекших его банкротство. Полагает, что в основе несостоятельности (банкротства) ООО «Перфектариум» лежат иные обстоятельства, связанные с тем, что принятая руководителем должника стратегия ведения бизнеса была добросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов. Считает, что в результате удержания ООО «СМП «ГорРемСтрой» переданных должником документов, подтверждающих объемы выполненных работ, и уклонения от принятия данных работ, их оплаты ООО «Перфектариум» был причинен ущерб, поскольку в последующем должник не смог оплатить работы и оказанные услуги своим контрагентам. Таким образом, в рассматриваемом случае невозможность погашения требований кредиторов за поставленные строительные материалы, аренду строительной техники связана исключительно с принятием ООО «СМП «ГорРемСтрой» решения не принимать выполненные должником работы, соответственно, не возвращать подписанные документы, подтверждающие факт выполнения работ, при том, что предвидеть наступление данных событий ФИО2 не имел возможности, так как взаимоотношения с данным контрагентом были длительными и ранее уклонения от принятия и оплаты работ с его стороны не было. Обращает внимание на то, что обязательства ООО «Перфектариум» перед контрагентами не были исполнены только в отношении объектов, где заказчиком выступало ООО «СМП «ГорРемСтрой». Также податель жалобы полагает недоказанным наличие условий для привлечения его к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), утверждая, что в данном случае судом первой инстанции не был установлен момент возникновения у ФИО2 данной обязанности. Не соглашается с определенной конкурсным управляющим датой возникновения у должника признаков объективного банкротства (29.02.2020), поскольку, по состоянию на указанную дату задолженность перед контрагентами была незначительной (так, в частности, по состоянию на 29.02.2020 размер задолженности перед ООО «ГрандКран» составил 22 242 руб. по договору от 13.12.2019 №ГКН/50; перед обществом с ограниченной ответственностью «Универсальная производственно-строительная компания» (далее – ООО «Универсальная производственно-строительная компания») размер задолженности по состоянию на 12.11.2020 составил 71 100 руб. по договору от 14.09.2020; перед обществом с ограниченной ответственностью «ТК «Универсал» (далее – ООО «ТК «Универсал») - в размере 97 100 руб. по договору об организации перевозок от 01.09.2020 №59/ТУ; перед обществом с ограниченной ответственностью ТД «УРАЛ ХОЛДИНГ» (далее – ООО ТД «УРАЛ ХОЛДИНГ») – в размере 167 420,46 руб. по договору от 06.02.2020 №ТД УХ-15/20; перед обществом с ограниченной ответственностью «Проопалубка» (далее – ООО «Проопалубка») - в размере 21 620 руб. по договору поставки строительного оборудования от 11.09.2020 №Е66; перед обществом с ограниченной ответственностью «Сервис-М» (далее – ООО «Сервис-М») - в размере 166 000 руб. по договору на оказание услуг спецтехники от 01.08.2020). С учетом изложенного, полагает, что вывод суда первой инстанции о возникновении объективного банкротства и неисполнения обязанности ФИО2 по подаче заявления о признании должника банкротом после 29.02.2020 является ошибочным. Поясняет, что заявление о признании должника банкротом не подавалось ФИО2 в арбитражный суд, в связи с принятием им мер для получения денежных средств за выполненные для ООО «СМП «ГорРемСтрой» работы. Указывает на то, что в период с января по октябрь 2020 года между ООО «Перфектариум» и ООО «СМП «ГорРемСтрой» были подписаны КС на сумму 10 925 943 руб., при этом, со стороны ООО «Перфектариум» выполнены работы, КС по которым не были подписаны заказчиком, еще на сумму 6 915 430 руб.; возникновение после февраля 2020 года задолженности перед такими кредиторами, как ООО «Проопалубка», ООО ТД «УРАЛ ХОЛДИНГ», ООО «ГрандКран» не свидетельствуют о том, что должник автоматически стал отвечать признакам неплатежеспособности; кроме того, материалами дела подтверждается и конкурсным управляющим не отрицается, что в спорный период времени у должника имелись права требования (дебиторская задолженность) к ООО «СМП «ГорРемСтрой», обществу с ограниченной ответственностью «СК «УЮТ» (далее – ООО «СК «УЮТ»),  обществу с ограниченной ответственностью «Капитель» (далее – ООО «Капитель»), что не может свидетельствовать о наличии признаков неплатежеспособности. Отмечает, что ООО «Перфектариум» производило предварительные расчеты и исходило из того, что полученных от ООО «СМП «ГорРемСтрой» за выполненные работы денежных средств будет достаточно для полного расчета с контрагентами (кредиторами), а также останется прибыль, при этом, поняв, что ООО «СМП «ГорРемСтрой» уклоняется от возврата подписанных документов и оплаты выполненных работ, ФИО2 в целях недопущения дальнейшего увеличения задолженности перед кредиторами в конце октября 2020 года принял решение остановить выполнение работ; новых обязательств с сентября 2020 года ООО «Перфектариум» на себя не принимало. Помимо этого, ответчик полагает недоказанным наличие оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности за непередачу имущества должника конкурсному управляющему. Считает необоснованным вывод суда первой инстанции о том, что конкурсному управляющему не было передано имущество должника, отраженное в бухгалтерской отчетности ООО «Перфектариум» по состоянию на 31.12.2020, поскольку, во-первых, в материалах дела отсутствуют и управляющим не предоставлены доказательства,  подтверждающие наличие у должника какого-либо имущества, за исключением выносных площадок, стоимостью 141 66,66 руб., а также электрогенератора, стоимостью 44 491,67 руб.; во-вторых, судом первой инстанции необоснованно не приняты во внимание доводы ФИО2 о том, что все строительные материалы, отраженные в бухгалтерском балансе, были доставлены на строительные объекты и использованы при выполнении строительных работ; в - третьих, учитывая, что строительство велось в основном из давальческого сырья, которое одновременно передавалось от заказчика ООО «Перфектариум», а затем его субподрядчикам, то эти операции и отражались в бухгалтерском учете. Обращает внимание на то, что в Акте о приемке выполненных работ по форме КС-2 и справке о стоимости работ по форме КС-3 отражаются сведения о материалах подрядчика, использованных при проведении работ, при этом, отражение материалов заказчика не является обязательным, так как они не влияют на стоимость работ и не входят в их объем, следовательно,  учитывая, что ООО «СМП «ГорРемСтрой» работы не приняло, списать запасы ООО «Перфектариум» не могло. Полагает, что часть запасов могла быть списана после принятия ООО «СМП «ГорРемСтрой» работ на объекте «Золотой» в процедуре конкурсного производства, однако конкурсным управляющим этого сделано не было, корректировка в бухгалтерскую отчетность не внесена. Кроме того, считает ошибочным вывод суда о непередаче бывшим руководителем должника запасов, находившихся у ООО «Перфектариум» на конец 2020 года и в первом полугодии 2021 года, в размере 12 005 тыс.руб., отмечая, что, в связи с неподписанием ООО «СМП «ГорРемСтрой» КС на суммы 6 915 433 руб. и на 3 745 558,77 руб., при том что работы были выполнены должником либо привлеченными им лицами  (субподрядчиками) в полном объеме, данные суммы выполненных, но не принятых работ, а также стоимость материалов и услуг, используемых для выполнения работ ориентировочно на сумму 1 485 696 руб., была отражена в запасах. Выводы суда первой инстанции о том, что стоимость непринятых работ и материалов не могла быть учтена в составе запасов, сделаны без учета ФСБУ 5/2019 «Запасы», зарегистрированного в Минюсте России 25.03.2020 №7837п. По мнению апеллянта, какие-либо некорректные проводки влекут лишь необходимость исправления ошибки в бухгалтерском учете (ПБУ-ПБУ 22/2010 «Исправление ошибок в бухгалтерском учете и отчетности», утвержденный Приказом Минфина от 28.06.2010 №63н);  международный стандарт финансовой отчетности (IAS) 37 «Оценочные обязательства, условные обязательства и условные активы» определяет условный актив как возможный актив, который возникает из прошлых событий и наличие которого будет подтверждено только наступлением или ненаступлением одного или нескольких будущих событий, в наступлении которых нет уверенности и которые не полностью находятся под контролем организации. Считает, что даже некорректное отражение активов в бухгалтерской отчетности должника за 2020 год не может рассматриваться как непередача (сокрытие) имущества, влекущее существенные затруднения при проведении процедур банкротства, а, следовательно, являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ответчика; в нарушение требований статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим не предоставлено каких-либо доказательств, подтверждающих то, что неправильное отражение сведений в бухгалтерской отчетности привело к затруднительности мероприятий конкурсного производства. Поясняет, что стоимость непереданного имущества в виде стоимости двух выносных площадок и электрогенератора является несущественной, доказательства сокрытия данного имущества ФИО2 в материалы дела представлено не было; в настоящее время данное имущество  находится на объектах строительства, конкурсный управляющий каких-либо мер по возврату данного имущества не предпринимал. Кроме того, полагает, что отсутствуют основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за совершение сделок, повлекших неплатежеспособность должника, отмечая, что факта признания двух сделок должника по перечислению денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Армада» (далее – ООО «Армада») и индивидуального предпринимателя ФИО8 (далее – ИП ФИО8) недействительными недостаточно для вывода о том, что данные сделки повлекли неплатежеспособность должника; какая-либо причинно-следственная связь между заключением признанных недействительными сделок и банкротством ООО «Перфектариум» отсутствует, конкурсным управляющим доказательств обратного не приведено, равно как и не приведено каких-либо обоснований связи сделок с банкротством должника. Указывает на то, что объекты для ООО «СМП «ГорРемСтрой» были построены и введены в эксплуатацию, при этом, признание совершенных должником сделок недействительными стало возможным, в связи с отсутствием (не предоставлением) ответчиками надлежащих доказательств выполнения работ, которые были оплачены должником; если принять во внимание, что на дату совершения спорных перечислений в пользу ООО «Армада» и ИП ФИО8 стоимость активов должника составляла 15 565 000 руб., то сумма оспоренных платежей (2 371 668,88 руб.) составляет не более 15,23%, таким образом, спорные сделки не могут быть признаны необходимой причиной банкротства должника без установления дополнительных обстоятельств. Признавая доказанным наличие оснований взыскания с бывшего руководителя должника убытков в размере 1 524 612,79 руб., суд первой инстанции необоснованно не учел разъяснения, данные в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53). Кроме того, размер убытков в виде балансовой стоимости, отраженной в бухгалтерской отчетности должника по состоянию на 31.12.2020, не может считаться документально подтвержденным размером. В данном случае, с учетом срока полезного использования имущества, стоимость выносных площадок по состоянию на 22.12.2021 (дату открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства) не могла быть больше 99 166,66 руб., а стоимость электрогенератора - не более 38 930,21 руб.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего ФИО1 и Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Дело»» поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу ФИО2, согласно которым просят определение суда в обжалуемой им части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Ко дню судебного заседания от ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1, в котором он просил определение суда в обжалуемой им части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании конкурсный управляющий ФИО1 и представитель ФИО2 доводы своих апелляционных жалоб поддержали в полном объеме, на отмене определения суда в обжалуемых ими частях настаивали, против удовлетворения апелляционных жалоб друг друга возразили. 

Представитель ФИО4 против позиции конкурсного управляющего возражал по мотивам, изложенным в отзыве; просил определение суда в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Представитель конкурсного кредитора ООО «СМП «ГорРемСтрой» с позицией, изложенной в апелляционной жалобе конкурсного управляющего согласился; просил определение суда в обжалуемой части отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить; против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО2 возражал. 

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб надлежащим образом. В силу статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ООО «Перфектариум» зарегистрировано соответствующим налоговым органом 07.12.2009, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) внесена запись о регистрации данного юридического лица за основным государственным регистрационным номером 

<

***>. Основным видом экономической деятельности предприятия являлось выполнение строительных и  отделочных работ. 

Руководителем ООО «Перфектариум» с момента его регистрации и до открытия в отношении конкурсного производства (15.12.2021) являлся ФИО2, он же являлся единственным учредителем (участником) должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.06.2021 на основании заявления ООО «ГрандКран» возбуждено настоящее дело о банкротстве ООО «Перфектариум».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.08.2021

в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7

Решением этого же суда от 22.12.2021 ООО «Перфектариум» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО1 (определение арбитражного суда от 08.02.2023). 

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий в обоснование доводов о наличии оснований для привлечения ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве сослался на совершение указанными лицами действий (сделок), которые явились причиной неплатежеспособности должника и последующего признания его несостоятельным (банкротом). Кроме того, в качестве действий, влекущих ответственность указанных лиц, заявитель также сослался на искажение данных бухгалтерского учета, а также сокрытие имущества должника.

Помимо этого, конкурсный управляющий также просил привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, ссылаясь на то, что обстоятельства, влекущие обязанность обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, возникли, начиная с 29.02.2020, поскольку именно после указанной даты у должник появились объективные признаки неплатежеспособности, о чем ФИО2 как руководителю должно было быть известно, вместе с тем, установленная Законом о банкротстве обязанность по своевременной подаче в суд заявления о признании ООО «Перфектариум» несостоятельным (банкротом) им исполнена не была.

Кроме того, конкурсный управляющий просил привлечь ФИО2 к гражданско-правовой ответственности в виде убытков в размере 2 278 392,36 руб., возникших в результате перечисления с расчетных счетов ООО «Перфектариум» в пользу указанного лица либо выдачи под отчет в отсутствие оправдательных первичных документов денежных средств на общую сумму 1 852 604,46 руб. и непередачи имущества должника (двух выносных площадок, стоимостью 141 666 руб. и электрогенератора Ресанта, стоимостью 44 491,67 руб. (всего на сумму 186 158,33 руб.)).

Рассмотрев требования конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1,2,4 статей 61.11. и статьи 61.12. Закона о банкротстве, а также о наличии оснований для  привлечения указанного лица к ответственности в виде убытков на сумму 1 524 612,79 руб., не установив совокупности условий, необходимых для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4, в связи с отсутствием у последнего статуса контролирующего должника лица. Поскольку расчеты с кредиторами не завершены, производство по настоящему обособленному спору приостановлено.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, отзыва на них, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены вынесенного судебного акта, в связи со следующим.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Применительно к рассматриваемому случаю,  ввиду периода времени, к которому относятся обстоятельства, с которыми конкурсный управляющий связывает ответственность контролировавших должника лиц (неподача заявления о признании должника банкротом; совершение действий, в результате чего был причинен существенный вред кредиторам должника) настоящий спор должен быть разрешен с применением положений главы III.2 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, которая вступила в законную силу с 30.07.2017). 

В качестве одного из оснований для привлечения ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывал на недостоверность данных бухгалтерского учета должника и сокрытие принадлежащего ему имущества. 

Согласно подпунктам 2 и  4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в случае, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; а также в случае, когда документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами (пункт 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В силу положений статей 6, 7 и 9 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон о бухгалтерском учете) экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с указанным федеральным законом, если иное не установлено данным федеральным законом; бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации; каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом; ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Обязанность хранения документов общества установлена и положениями статьи 51 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью).

В абзаце 2 пункта 24 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 разъяснено, что арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

По смыслу законодательства о банкротстве, наличие документов у руководителя презюмируется. Бремя опровержения указанной презумпции лежит на ответчике, который должен мотивировать отсутствие конкретного документа бухгалтерского, налогового, статистического, кадрового контроля, кассовой дисциплины.

Как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 №305-ЭС19-10079).

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

В данном случае в качестве обстоятельств, формирующих опровержимую презумпцию затруднительности проведения процедур банкротства вследствие не передачи документации должника, конкурсный управляющий сослался на непередачу ему документов, раскрывающих сведения об имуществе должника, отраженном в разделе «запасы» бухгалтерского баланса, а также в отношении имеющейся у организации дебиторской задолженности.

При рассмотрении настоящего спора судом установлено и материалами дела подтверждено, что согласно сведениям бухгалтерской отчетности ООО «Перфектариум» по состоянию на 31.12.2020 на балансе должника числились активы на сумму 15 565 000 руб., в том числе: 166 000 руб. внеоборотные материальные активы, 12 005 000 руб. запасы, 22 000 руб. денежные средства, 3 372 000 руб. финансовые и другие оборотные активы. Пассивы должника составляли  15 565 000 руб., в том числе: 269 000 руб. капитал и резервы и 15 297 000 руб.  кредиторская задолженность.

При этом, по сравнению с 2019 годом размер запасов должника по состоянию на 31.12.2020 значительно увеличился (с 1 619 000 руб. до 12 005 000 руб.).

По итогам проведенных конкурсным управляющим мероприятий по розыску имущества было установлено, что должник не являлся учредителем каких-либо обществ, недвижимое имущество на балансе не имеет.

Запасы на сумму 12 005 000 руб. конкурсному управляющему переданы не были. 

Каких-либо уточнений данных бухгалтерского баланса не производилось.

Достоверность сведений, отраженных в бухгалтерском балансе по состоянию на 31.12.2020 относимыми и допустимыми доказательствами не опровергнута.

Правомерность выбытия (отсутствия) запасов на сумму 12 005 000 руб. после составления бухгалтерского баланса должника за 2020 год и до открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства ФИО2 не подтверждена.

Согласно полученной управляющим от бывшего руководителя должника справке в качестве актива у должника числилось следующее имущество: 

- выносная площадка (4500*1800) грузоподъемность 2500 кг. (1), стоимостью 70 833,33 руб.; 

- выносная площадка (4500*1800) грузоподъемность 2500 кг. (2), стоимостью 70 833,33 руб.; 

- электрогенератор БГ 9500 Р Ресанта стоимостью 44 491,67 руб.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции конкурсный управляющий пояснил, что установить место нахождения указанного выше имущества не представляется возможным, в связи с чем, в настоящее время в суд направлено заявление об истребования данного имущества у бывшего руководителя должника.

Кроме того, проанализировав переданные ФИО2 в процедуре наблюдения оригиналы документов бухгалтерской отчетности должника, конкурсный управляющий установил отсутствие информации о дебиторах, при том, что в ходе проведенных в процедуре банкротства мероприятий им были выявлены потенциальные дебиторы в лице ООО «СМП «ГорРемСтрой», ООО «СК «УЮТ» и ООО «Капитель». 

Конкурсный управляющий полагает, что указанные выше обстоятельства дают основания полагать, что со стороны бывшего руководителя должника отсутствовал надлежащий контроль за деятельностью должника, что стало основанием для неотражения в бухгалтерской отчетности общества дебиторской задолженности, а также свидетельствует о непринятии им ненадлежащих действиях, направленных на сохранность имущества должника, что стало причиной утраты актива.

Применительно к рассматриваемому случаю, установив, что действия контролирующего должника лица по неотражению в бухгалтерской отчетности организации дебиторской задолженности, а также по сокрытию имущества должника привели к существенному затруднению проведения процедуры банкротства, в том числе формированию конкурсной массы (невозможно установить достоверный размер дебиторской задолженности, сведения о которой отсутствуют в бухгалтерской отчетности;  отсутствие первичной документации не позволило отследить правомерность выбытия запасов, оспорить сделки или истребовать дебиторскую задолженность) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности совокупности условий для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Изложенные в апелляционной жалобе ФИО2 доводы о том, что, в связи с неподписанием ООО «СМП «ГорРемСтрой» КС на суммы 6 915 433 руб. и на 3 745 558,77 руб., при том что работы были выполнены должником либо привлеченными им лицами  (субподрядчиками) в полном объеме, данные суммы выполненных, но не принятых работ, а также стоимость материалов и услуг, используемых для выполнения работ ориентировочно на сумму 1 485 696 руб., была отражена в запасах, подлежат отклонению, поскольку согласно полученным конкурсным управляющим ФИО1 от предыдущего конкурсного управляющего должника оборотно-сальдовым ведомостям по счетам 10 и 20 за 2019 год - 1 полугодие 2021 года размер запасов ООО «Перфектариум» по итогам 2020 года составлял 12 005 000 руб., в том числе: по счету 10 (сырье и материалы) 9 526 000 руб., запасы в основном производстве 2 479 000 руб., при этом, по состоянию на 1 полугодие 2021 года размеры сумм не изменились, номенклатура запасов и материалов насчитывает более 300 наименований; корректировка сведений о размере запасов на конец 2020 года не произведена.

Указания заявителя жалобы на то, что все строительные материалы, отраженные в бухгалтерском балансе, были доставлены на строительные объекты и использованы при выполнении строительных работ, при этом, строительство на объектах ООО «СМП «ГорРемСтрой» велось в основном из давальческого сырья, судом апелляционной инстанции признаются несостоятельными, поскольку доказательств их подтверждающих ответчиком в материалы дела представлено не было. 

Ссылки апеллянта на то, что часть запасов могла быть списана после принятия ООО «СМП «ГорРемСтрой» работ на объекте «Золотой» в процедуре конкурсного производства, однако управляющим этого сделано не было, корректировка в бухгалтерскую отчетность не внесена, судом апелляционной инстанции признаются несостоятельными, поскольку бухгалтерский баланс ООО «Перфектариум» за 2020 год, в котором отражены запасы в размере 12 005 000 руб., был сдан в налоговый орган в период руководства обществом ФИО2, при этом, составление и сдача бухгалтерской отчетности без первичных документов невозможна, следовательно, на указанную дату указанное лицо должно было обладать первичными бухгалтерскими документами общества.

Иное в нарушение статьи 65 АПК РФ апелляционному суду не доказано.

При этом, суд апелляционной инстанции учитывает, что внесение исправлений в ранее утвержденную отчетность за прошлый отчетный год не допускается, она не подлежит пересмотру, замене и повторному представлению в связи с выявлением ошибки (часть 9 статьи 13 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете», пункт 10 Положения по бухгалтерскому учету «Исправление ошибок в бухгалтерском учете и отчетности» (ПБУ 22/2010), утвержденное Приказом Минфина России от 28.06.2010 №63н).

Таким образом, следует признать, что в рассматриваемом случае отсутствие документации общества лишило конкурсного управляющего возможности располагать полной информацией о деятельности должника, что повлекло невозможность удовлетворения за счет пополнения конкурсной массы требований кредиторов должника. Перечень действий конкурсного управляющего в ходе пополнения конкурсной массы определяется именно содержанием передаваемой документации, позволяющей принять меры по защите прав должника и кредиторов. Получение арбитражным управляющим информации из других источников значительно затрудняет и увеличивает срок производства по делу о банкротстве, а также текущие затраты на процедуру.

Непредставление контролирующим лицом запасов и неотражение в бухгалтерской отчетности всех активов должника (не переданы запасы на сумму 12 005 000 руб., не раскрыты сведения по дебиторской задолженности) существенно затрудняет процесс формирования конкурсной массы, за счет которой могли быть удовлетворены требования кредиторов должника, что в свою очередь свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между бездействием по не передачи документации должника и невозможностью сформировать конкурсную массу.

Отсутствие первичной документации не позволило отследить правомерность выбытия запасов должника на сумму 12 005 000 руб., оспорить сделки или истребовать дебиторскую задолженность.

Материалы дела также не содержат доказательств принятия мер по истребованию ФИО2 дебиторской задолженности.

В качестве еще одного фактического основания требования для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве конкурсный управляющий указал на совершение сделок в пользу третьих лиц, направленных на вывод активов предприятия в период его неплатежеспособности.  

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона.

При этом в силу Закона о банкротстве названные положения (подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если, заявление о признании сделки недействительной не подавалось.

Т.е. по смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения (установление факта совершения незаконных сделок, наступление в результате их совершения критического состояния в финансовом положении должника, неисполнение обязанности по передаче документов либо отсутствие в ней соответствующей информации, либо искажение указанной информации; размер причиненного вреда как соотношение сформированной конкурсной массы, способной удовлетворить требования кредиторов, и реестровой, текущей задолженности) является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Вышеуказанная норма специального закона об ответственности по денежным обязательствам должника полностью корреспондирует пункт 3 статьи 56 ГК РФ.

По смыслу названных положений закона необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

В соответствии с пунктом 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Конкурсный управляющий ссылается на презумпцию привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе ФИО2, в связи с совершением им сделок по перечислению в пользу общества с ограниченной ответственностью «Армада» (далее – ООО  «Армада») денежных средств в размере 1 255 000 руб. и в пользу индивидуального предпринимателя ФИО8 (далее – ИП ФИО8) на сумму 1 116 666,88 руб., оспоренных и признанных недействительными в рамках настоящего дела о банкротстве и причинивших ущерб имущественным правам кредиторов. 

Так, в частности, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.06.2023 по делу №А60-29553/2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2023 (№17АП-14379/2022(8)-АК), 

на основании положений пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве признаны недействительными сделки по перечислению ООО «Перфектариум» в период с 17.08.2020 по 22.10.2020 в пользу ООО «Армада» денежных средств на общую сумму 1 255 000 руб.; в порядке применения последствий недействительности сделок с ООО «Армада» в пользу ООО «Перфектариум» взыскано 1 255 000 руб.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.08.2023 по делу №А60-29553/2021, оставленным без изменения постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2023 (№17АП-14379/2022(8)-АК) и Арбитражного суда уральского округа от 14.02.2024 (№Ф09-9416/2023), на основании положений пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве признана недействительной сделка по перечислению должником в пользу ИП ФИО8 денежных средств на общую сумму 1 116 666,88 руб.; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО8 в пользу ООО «Перфектариум» денежных средств в размере 1 116 666,88 руб. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, принимая во внимание обстоятельства, установленные в рамках рассмотрения обособленных споров о признании сделок должника недействительными, а именно: совершение данных сделок в период наличия у общества признаков объективного банкротства в отсутствие встречного предоставления в целях вывода активов должника (денежных средств); учитывая, что руководство и фактический контроль за деятельностью ООО «Перфектариум» в спорный период осуществлял ФИО2, суд первой инстанции также пришел к правомерному выводу о наличии оснований для привлечения последнего к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанному основанию.

Данные выводы суда первой инстанции согласуются с представленными в дело доказательства и не опровергнуты надлежащими и бесспорными доказательствами.

Доводы ФИО2 о том, что вышеуказанные спорные сделки на сумму 2 371 666,88 руб. не могли привести к объективному банкротству должника, поскольку, если принять во внимание, что на дату совершения спорных перечислений стоимость активов должника составляла 15 565 000 руб., то сумма оспоренных платежей составляет не более 15,23% подлежат отклонению, поскольку, как указывалось выше, запасы на сумму 12 005 000 руб. конкурсному управляющему бывшим руководителем должника переданы не были; в ходе проведения мероприятий по розыску имущества должника запасов на указанную сумму обнаружено не было.  

Кроме того, в соответствии пунктом 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 по смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

В данном случае, вместо накопления конкурсной массы для наиболее справедливого пропорционального расчета со всеми кредиторами активы общества выводились из конкурсной массы в пользу отдельных лиц, при этом, признание спорных сделок недействительными достаточным основанием полагать, что причиненный в результате их совершения вред имущественным правам кредиторов должника возмещен, не является.

Каких-либо доказательств фактического исполнения судебных актов о признании сделок недействительными и поступлении в конкурсную массу должника имущества, эквивалентного выведенному в результате совершения спорных сделок, в материалы настоящего обособленного спора не представлено; фактическая возможность их исполнения судом апелляционной инстанции из материалов настоящего обособленного спора не усматривается.

При этом, следует учитывать, что несостоятельность должника является не только юридической, но и экономической категорией. Поэтому права кредитора несостоятельного лица на наиболее полное удовлетворение его требования за счет имущества предприятия-банкрота находятся в зависимости со значительным количеством обстоятельств (объем имущества должника, размер его активов, спрос на покупку этих активов, их действительная стоимость и другие).

Успешность хозяйственной деятельности юридического лица, его имущественный комплекс, размер впоследствии предъявленных к предприятию требований и, как правило, их количество, напрямую связано со своевременным, добросовестным, эффективным осуществлением руководителями юридического лица контроля за его деятельностью, предполагающей недопущение наступления экономического кризиса субъекта коммерческой деятельности (объективного банкротства).

В ситуации наступления у предприятия банкротства в его экономическом смысле действия контролирующих лиц противопоставляются стандартам добросовестного поведения, заключающимся в должной степени осмотрительности руководителей и принятии ими управленческих решений, направленных на вывод предприятия из состояния дестабилизации хозяйственной деятельности, разновидностью которых также является решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве предприятия (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, статья 9 Закона о банкротстве).

Когда осуществление контролирующими лицами управления не отвечают интересам подконтрольного им общества (статья 53 ГК РФ) либо преследует противоправные цели (статья 10 ГК РФ) на них могут быть возложены негативные последствия их деятельности, в том числе приведшие к несостоятельности подконтрольного им юридического лица (невозможность полного удовлетворения предъявленных требований) либо возникшие вследствие несвоевременного исполнения обязанности о подаче заявления о банкротстве предприятия в арбитражный суд (статьи 10, 61.11, 61.12 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае, исследовав и оценив все представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи с установленными по делу фактическими обстоятельствами по правилам статьи 71 АПК РФ, судебная коллегия приходит к выводу о доказанности того, что поведение руководителей и учредителя должника не соответствовало не только стандартам поведения руководителей коммерческих организаций в схожих условиях, но и стандартам поведения в гражданском обороте (статьи 53, 10 ГК РФ).

Доводы ФИО2 о том, что в основе несостоятельности (банкротства) ООО «Перфектариум» лежат иные обстоятельства, а именно: удержание ООО «СМП «ГорРемСтрой» переданных должником документов, подтверждающих объемы выполненных работ, и уклонение от принятия данных работ, их оплаты ООО «Перфектариум», в результате чего должнику был причинен ущерб, поскольку в последующем он не смог оплатить работы и оказанные услуги своим контрагентам, судом апелляционной инстанции рассмотрены и признаны подлежащими отклонению в силу следующего. 

Так, из фактических обстоятельств и материалов дела следует, что 18.05.2020 между ООО «СМП «ГорРемСтрой» (заказчик) и ООО «Перфектариум» (подрядчик) был заключен договор подряда №6486 (далее – договор подряда от 18.05.2020 №6486), по условиям которого подрядчик обязуется выполнить работы, указанные в пункте 1.3. договора, сдать результат работ заказчику, а заказчик обязуется принять результат работ и уплатить подрядчику обусловленную договором цену. 

Согласно пункту 1.2. указанного договора подрядчик выполняет работы на объекте «Комплекс зданий и сооружений многофункционального торгово-развлекательного центра с автовокзалом в Чкаловском районе г.Екатеринбурга». 

20.07.2020 между должником и ООО «СМП «ГорРемСтрой» было подписано дополнительное соглашение №1 к договору подряда от 18.05.2020 №6486, в котором стороны предусмотрели выполнение подрядчиком дополнительных работ по капитальному ремонту участка городской дороги под железнодорожным мостом, в месте пересечения ж/д пути с ул.Щербакова в Чкаловском районе г.Екатеринбурга. 

Во исполнение условий договора подряда от 18.05.2020 №6486 по платежным поручениям от 21.07.2020 №1292, от 25.09.2020 №1952 и от 01.10.2020 №1991

ООО «СМП «ГорРемСтрой» произвело авансирование работ на сумму 4 406 483,93 руб. 

В пункте 2.2. дополнительного соглашения от 20.07.2020 №1 к договору подряда от 18.05.2020 №6486 установлен срок окончание работ не позднее 30.09.2020. 

Поскольку в установленный дополнительным соглашением от 20.07.2020 №1 к договору подряда от 18.05.2020 №6486 срок работы выполнены не были, результат работ заказчику был не сдан, последний направил в адрес подрядчика телеграммы №520043 и №520047 об одностороннем отказе от исполнения договора от 18.05.2020 №6486.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, ООО «СМП «ГорРемСтрой» в рамках настоящего о банкротстве обратилось в арбитражный суд с требованиями о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в виде неосновательного обогащения в сумме произведенной оплаты в размере 4 406 483,93 руб. 93 коп., а также начисленной неустойки за несвоевременное выполнение работ и процентов за пользование чужими денежными средствами, после расторжения договора подряда от 18.05.2020 №6486. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.11.2022 по настоящему делу в третью очередь реестра требований кредиторов должника было включено требование ООО «СМП «ГорРемСтрой» в размере 1 236 003,16 руб., в том числе: 662 823,13 руб. основной долг, 16 280,03 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 19.01.2021 по 25.07.2021, 556 900 руб. неустойка за период с 01.10.2020 по 18.01.2021.

При этом, из содержания указанного судебного акта следует, что, 15.09.2022 конкурсный управляющий направил в суд и заявителю уведомление №49.14. о необходимости обеспечить явку уполномоченных представителей с целью приема[1]передачи работ отраженных в актах выполненных работ по форме КС-2, КС-3 от 17.09.2020 №1 на сумму 2 731 854,80 руб. и от 01.10.2020 №2 на сумму 1 013 703,97 руб. 

Заказчик в ответ направил подрядчику и всем заинтересованным лицам уведомление о необходимости явиться 18.10.2022 в 14 час. 30 мин. для осмотра результата работ по договору (телеграмма от 13.10.2022 №52028392).

Отклоняя довод конкурсного управляющего и ФИО2 о том, что работы были переданы заявителю, а задолженности не имеется, суд исходил из отсутствия в материалах дела доказательств передачи работ уполномоченному заявителю лицу, отметив, что само по себе наличие косвенных документов фактического выполнения работ не указывает на информированность заявителя о необходимости произвести принятия работ; ФИО9, на которую указывают конкурный управляющий и ФИО2, при опросе выполненным адвокатом Коньковым К.А., оформленного протоколом, пояснила, что реестры исполнительской документации по объекту «капитальный ремонт участка городской дороги под железнодорожным мостом, в месте пересечения ж/д пути с ул.Щербакова в Чкаловском районе г.Екатеринбурга» ей не передавались, отметки выполнены другим от принятого в ООО «СМП «ГорРемСтрой» способом; проверка фактического выполнения работ никогда не входила в ее должностные обязанности.

Помимо этого, 09.09.2019 между ООО «СМП «ГорРемСтрой» (заказчик) и ООО «Перфектариум» (подрядчик) были заключены договор подряда №5907 (далее – договор подряда от 09.09.2019 №5907) и дополнительные соглашения к нему, по условиям которых подрядчик выполняет работы на объекте 3 секции многосекционного жилого дома переменной этажности со встроенно-пристроенными помещениями магазинов и ДДУ на 40 мест (№№1, 2, 7 по ПЗУ), здание надземной автостоянки №2 (№№9 по ПЗУ), трансформаторная подстанция №2 (№11 по ПЗУ) - 2 этап строительства», расположенном по адресу: 

<

...>.

Согласно пункту 2.1. указанного договора стоимость работ составляет 19 905 715,11 руб. 

Сторонами согласован срок выполнения работ не позднее 31.03.2020 (пункт 5.1.2.  договора). 

Своевременно работы не были выполнены, результат работ заказчику не сдан, в связи с чем, руководствуясь статьей 717 ГК РФ, 24.02.2021 заказчик направил подрядчику телеграммы №520217 и №520215 об одностороннем отказе от исполнения договора подряда от 09.09.2019 №5907 в полном объеме, которые прибыли в место вручения 26.02.2021 и 27.02.2021, но не были получены адресатом.

Согласно пункту 10.2. договора подряда от 09.09.2019 №5907 при нарушении подрядчиком сроков выполнения работ он уплачивает заказчику пени в размере 0,25% от цены договора за каждый день просрочки.

По расчету кредитора, задолженность ООО «Перфектариум» перед ООО «СМП «ГорРемСтрой» составляет 21 399 478,20 руб., в том числе: 4 782 543,97 руб. основной долг, 95 192,27 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 28.02.2021 по 25.07.2021 и 16 521 741,96 руб. неустойка за нарушение сроков выполнения работ с 01.04.2020 по 27.02.2021.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.12.2022 по настоящему делу в третью очередь реестра требований кредиторов должника также было включено требование ООО «СМП «ГорРемСтрой» в размере 21 399 478,20 руб., в том числе: 4 782 543,97 руб. основной долг, 95 192,27 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 28.02.2021 по 25.07.2021 и 16 521 741,96 руб. неустойка за нарушение сроков выполнения работ с 01.04.2020 по 27.02.2021.

В рамках данного обособленного спора судами было установлено, что ранее, до признания должника банкротом, ООО «СМП «ГорРемСтрой» обращалось к ООО «Перфектариум» с претензией и исковым заявлением о взыскании долга по договору подряда от 09.09.2019 №5907, на объекте Заказчика: «3 секции многосекционного жилого дома переменной этажности со встроенно-пристроенными помещениями магазинов и ДДУ на 40 мест (№№ 1, 2, 7 по ПЗУ), здание надземной автостоянки №2 (№9 по ПЗУ), трансформаторная подстанция №2 (№11 по ПЗУ) - 2 этап строительства», расположенном по адресу: 

<

...> размере 4 782 543,97 руб., процентов в сумме 556,87 руб. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.11.2021 по делу №А60-38021/2021 исковое заявление ООО «СМП «ГорРемСтрой» оставлено без рассмотрения на основании пункта 4 части 1 статьи 148 АПК РФ, поскольку удовлетворение иска приведет к удовлетворению требований истца во внеочередном порядке преимущественно перед требованиями иных кредиторов должника, которые вправе претендовать на удовлетворение своих требований за счет всего имущества должника, собственником которого тот является.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание изложенное, суд полагает недоказанным то, что во взаимоотношениях с должником в рамках договоров подряда №6486 и от 09.09.2019 №5907 ООО «СМП «ГорРемСтрой» действовало недобросовестно, намеренно удерживало  переданные ООО «Перфектариум» в подтверждение объемы выполненных работ документы и уклонялось от принятия данных работ, их оплаты, что в последующем послужила причиной несостоятельности (банкротства) должника. 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии в данном случае оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11. Закона о банкротстве за невозможность полного удовлетворения требований кредиторов.

Суд апелляционной инстанции также соглашается с выводами суда первой инстанции относительно отсутствия оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, при этом, исходит из следующего. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Из пункта 2 указанной статьи следует, что возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 №305-ЭС19-10079, предусмотренное, например, статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53).

В пункте 3 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 разъяснено, что, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

По смыслу пунктов 4, 16 названного постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно пункту 7 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе, недобросовестного поведения руководителя должника, является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе, принципу добросовестности.

Конкурсный управляющий указывал, что ФИО4 являлся контролирующим ООО «Перфектариум» лицом, поскольку руководил действиями должника, особенно в период нахождения ФИО2 в г.Екатеринбурге с апреля 2020 года и планировал получить соразмерное вознаграждение по результатам исполнения договоров с ООО «СМП «ГорРемСтрой».

Вместе с тем, из материалов дела не следует, что ФИО4 являлся учредителем (участником) ООО «Перфектариум» либо входил в состав органов управления должника; имел доступ к финансовым и материальным активам должника, а также права подписи для заключения каких-либо договоров с контрагентами.

Как пояснил ФИО4, в ООО «Перфектариум» он занимал должность прораба, отвечал за строительные процессы, не подписывал документы от имени общества, за исключением акта осмотра.

В нарушение положений статьи 65 АПК РФ конкурсный управляющий не представил в материалы дела допустимых и достоверных доказательств свидетельствующих, что ФИО4 получал какую-либо выгоду от сделок с ООО «СМП «ГорРемСтрой» либо имел более широкие полномочия, чем предполагали функции прораба, имел возможность оказывать влияние на действия руководителя должника, перечислять денежные средства по своему усмотрению, действуя при этом в своих интересах.

Суд первой инстанции верно обратил внимание на то, что само по себе  перечисление денежных средств на карту сына ФИО4 на незначительные суммы не имеет правового значения, поскольку в дальнейшем денежные средства перечислялись на оплату услуг третьих лиц.

В материалы дела не представлены доказательства вовлеченности ФИО4 в процесс управления должником, равно как и наличие у него возможности в самостоятельном порядке давать должнику (контролирующим его лицу) обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Указывая на наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, управляющий не подтвердил наличие у данного ответчика возможности определять действия общества, в том числе, путем принуждения его руководителя либо оказания определяющего влияния на руководителя иным образом.

При данных обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о недоказанности наличия у ФИО4 статуса контролирующего должника лица, предоставляющего право давать обязательные для должника указания, повлекшие его несостоятельность (банкротство), а также вины данного лица в банкротстве должника. 

На основании изложенного, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по заявленному основанию.

В апелляционной жалобе конкурсным управляющим документально не опровергнуты выводы, к которым пришел суд первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования представленных в дело доказательств (статьи 9, 65 АПК РФ).

В качестве еще одного основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, которое установил суд, является неподача указанным лицом заявления о признании должника банкротом. 

На основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, обладают конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона, либо арбитражный управляющий по своей инициативе от имени должника в интересах указанных лиц.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закон о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если уполномоченным органом должника принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, и в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой же статьи, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 Обзора судебной практики от 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. Следовательно, на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно-следственной связи.

Как следует из материалов дела, в обоснование необходимости привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом),  конкурсный управляющий в суде первой инстанции указывал на то, что по состоянию на 29.02.2020 ООО «Перфектариум» отвечало признакам неплатежеспособности, поскольку имело задолженность перед ООО «ГрандКран» по договорам от 13.12.2019 №ГКН/50 и от 01.04.2020 №ГКН/71 на общую сумму 894 670,19 руб., которая не была погашена и послужила основанием для обращения данного лица в арбитражный в суд с иском о взыскании, а затем и с заявлением о банкротстве общества.

Данные доводы конкурсного управляющего признаны судом обоснованными, в связи с чем, установлено наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12. Закона о банкротстве. 

Однако суд апелляционной инстанции не может согласиться с данными выводами суда в силу следующего.

Так, само по себе наличие задолженности перед кредиторами не свидетельствует о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, а нарушение сроков погашения задолженности не свидетельствует об объективном банкротстве и безусловной обязанности руководителя обратиться в суд с таким заявлением.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

По мнению судебной коллегии, возникновение у ООО «Перфектариум» в спорный период задолженности перед ООО «ГрандКран» не свидетельствует о том, что должник автоматически стал отвечать объективным признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве; имеющиеся на определенную дату неисполненные перед кредиторами обязательства не влекут безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

При этом, нельзя не принять во внимание то, что исходя из даты заключения договора №ГКН/71 (01.04.2020) по состоянию на 29.02.2020 задолженность перед ООО «ГрандКран» в размере 590 338,69 руб. не могла возникнуть;  с иском о взыскании с должника задолженности за эксплуатацию башенного крана и услуги машиниста в размере 189 700 руб., неустойки в размере 11 886,37 руб., задолженности за эксплуатацию башенного крана и услуги машиниста в размере 590 338,69 руб., неустойки в размере 24 868,03 руб. ООО «ГрандКран» обратилось в Арбитражный суд Челябинской области только 12.11.2020 (дело №А76-47259/2020); решение о взыскании с ООО «Перфектариум» 780 038,69 руб. основного долга было принято только 25.01.2021.

Кроме того, апелляционным судом установлено и конкурсным управляющим не опровергнуто то, что на протяжении 2020 года ООО «Перфектариум» продолжало осуществлять свою хозяйственную деятельность, о чем, в частности, свидетельствует заключение в период с августа по ноябрь 2020 года договоров с такими организациями как ООО «Универсальная производственно-строительная компания» (договор от 14.09.2020), с ООО «ТК «Универсал» (договор от 01.09.2020 №59/ТУ), с ООО «Проопалубка» (договору поставки строительного оборудования от 11.09.2020 №Е66); с ООО «Сервис-М» (договор на оказание услуг спецтехники от 01.08.2020).

О ведении должником в спорный период производственной деятельности и получении дохода также свидетельствует факт частичного гашения в течение марта-июня 2020 года задолженности перед ООО «ГрандКран», а также оплаты услуг привлеченных для выполнения работ на объектах ООО «СМП «ГорРемСтрой» по договорам подряда от 09.09.2019 №5907 и от 18.05.2020 №6486 физических и юридических лиц. 

Также на указанный конкурсным управляющим период у должника имелись в достаточном количестве основные средства. 

Факт ухудшения финансового состояния не отнесен статье 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Наличие у должника указанных в пункте 2 статьи 3, пункте 2 статьи 6 Закона о банкротстве признаков предоставляют кредитору право на обращение в суд с заявлением о признании должника банкротом. Однако, данных признаков недостаточно для возникновения на стороне самого должника в лице его руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о его банкротстве.

В этой связи, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об ошибочности выводов суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по статье 61.12. Закона о банкротстве за неподачу заявления о банкротстве должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 2 пункта 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», в случае несогласия суда только с мотивировочной частью обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного решения или определения, арбитражный суд апелляционной инстанции, не отменяя обжалуемый судебный акт, приводит иную мотивировочную часть.

Применительно к рассматриваемому случаю, принимая во внимание, что выводы суда первой инстанции о доказанности оснований для привлечения ФИО2 солидарно к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона за неподачу в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом и по пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за невозможность полного удовлетворения требований кредиторов не привели к принятию неправильного решения по существу спора и не повлияли на законность итогового вывода о доказанности наличия оснований для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности по иному основанию, то обжалуемое определение суда в данной части подлежит оставлению без изменения. 

Помимо этого, конкурсный управляющий также просил привлечь ФИО2 к ответственности в виде убытков в сумме 2 278 392,36 руб.

Согласно положениям пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещение должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

В соответствии с пунктами 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ ответственность за убытки, причиненные обществу виновными действиями, несут перед обществом: лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 данной статьи.

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ и пунктов 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25) по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1, 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62) истец, обращающийся за возмещением убытков, должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в соответствии с которым по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013  №62).

По общему правилу, право требовать убытков в связи с тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, принадлежит юридическому лицу или его участникам.

В данном случае интерес в защите активов должника реализуется конкурсным управляющим, осуществляющим функции по формированию и сохранению конкурсной массы.

По общему правилу, интересы юридического лица, его участника и руководителя должны совпадать.

Однако, не исключена ситуация действий руководителя (он же участник) от имени юридического лица за пределами нормальных предпринимательских соображений, чем обществу причинены убытки.

Согласно пункту 2 (подпункты 1, 4, 5) постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

В рассматриваемом случае, возникновение убытков конкурсный управляющий связывает с необоснованным снятием бывшим руководителем с расчетного счета ООО «Перфектариум» наличных денежных средств на сумму 1 852 604,46 руб. и отсутствием документов, подтверждающих законность расходование данных денежных средств в целях осуществления хозяйственной деятельности должника.

Помимо этого, конкурсный управляющий просил взыскать с ФИО2 убытки в размере 186 158,33 руб., в связи с выбытием из собственности должника движимого имущества (двух выносных площадок, стоимостью 141 666,66 руб., и электрогенератора, стоимостью 44 491,67 руб.). 

 Возражая на доводы конкурсного управляющего, ФИО2 указал на то, что полученные им подотчет денежные средства были израсходованы на нужды должника в целях избежания еще больших убытков у общества, в частности, денежные средства перечислялись (передавались) в счет оплаты работ на объектах Золотой и Высоцкого, д.5 привлеченным для их выполнения лицам (субподрядчикам).

ФИО2 также пояснил, что в целях экономии ресурсов предприятия и в связи с необходимостью привлечения специалистов на объекты им были привлечены физические лица, которым требовалась оплата наличными денежными средствами. Всего за период с марта по декабрь 2020 года за счет подотчетных денежных средств ответчиком были перечислены для оплаты работ, выполненных для ООО «Перфектариум», денежные средства на общую сумму 514 150 руб., в подтверждение чего в материалы дела представлены выпиской с расчетного счета ФИО2, а также частично перепиской в мессенджере «Телеграмм» с привлеченной для составления исполнительной документации ФИО9 

Исследовав и оценив фактические обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции, установив, что расходования ФИО2 части снятых им с расчетного счета должника денежных средств в сумме 514 150 руб. на нужды предприятия документально подтверждено и было обусловлено необходимостью выполнения работ для ООО «СМП ГорРемСтрой» с целью избежания начисления штрафных санкций и получения оплаты за уже выполненные работы правомерно привлек ФИО2 к гражданско-правовой ответственности в виде убытков на сумму 1 524 612,79 руб. (1 852 604,46 руб. 46 коп. (авансовый отчет на 30.10.2020) + 141 666,66 руб. (стоимость двух выносных площадок) + 44 491,67 руб. (стоимость электрогенератора) – 514 150 руб. (денежные средства, перечисленные в пользу третьих лиц, отказав в удовлетворении заявленных требований в остальной части. 

Соответствующие доводы конкурсного управляющего о недоказанности расходования ФИО2 денежных средств в сумме 514 150 руб. на нужды должника подлежат отклонению как противоречащие представленным в материалы дела доказательствам. 

Таким образом, следует признать, что оспариваемый судебный акт соответствует нормам действующего законодательства права, сделанные в нем выводы - обстоятельствам дела, нарушений норм материального и процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не основаны на представленных в материалы дела доказательствах, не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта. 

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах, обжалуемое определение отмене, а апелляционные жалобы - удовлетворению не подлежат.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционных жалоб заявителями не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 марта  2024 года по делу № А60-29553/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Л.В. Саликова 

 

Судьи

 

Е.О. Гладких 

 

И.П. Данилова