Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А24-1560/2023

г. Владивосток

28 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 февраля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 февраля 2024 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Рева,

судей М.Н. Гарбуза, К.П. Засорина,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2,

апелляционное производство № 05АП-112/2024 

на определение от 20.12.2023 

судьи А.П. Березкиной

по делу № А24-1560/2023 Арбитражного суда Камчатского края 

по заявлению финансового управляющего Копейкина Константина Владимировича

об истребовании документов,

в рамках дела по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Квадро Групп» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании индивидуального предпринимателя ФИО4 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 315410100000884) несостоятельным (банкротом),

при участии:

лица, участвующие в деле, не явились,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Квадро Групп» (далее – ООО  «Квадро Групп») 30.03.2023 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании индивидуального предпринимателя ФИО4 (далее – должник, ИП ФИО4) несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 06.04.2023 заявление принято к производству. 

Определением суда от 25.07.2023 (дата объявления резолютивной части) в отношении ИП ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина сроком на три месяца, финансовым управляющим имуществом должника утвержден арбитражный управляющий ФИО3 (далее – финансовый управляющий). 

Определением суда от 20.02.2024 (резолютивная часть) прекращено производство по делу № А24-1560/2023 по заявлению ООО «Квадро Групп» о признании ИП ФИО4 несостоятельным (банкротом).

В арбитражный суд 23.11.2023 (через систему «Мой арбитр») от финансового управляющего поступило заявление, в котором он просил истребовать у адвоката ФИО2 (далее - апеллянт) сведения в отношении ФИО4, а именно: копии соглашений, заключенных между адвокатом ФИО2 с ФИО4, за период 2018-2020 годы, а также доказательства оплаты, внесенной ФИО4 адвокату ФИО2, по соглашениям за период 2018- 2020 годы.

Определением суда от 20.12.2023 заявление удовлетворено, у адвоката ФИО2 истребованы сведения в отношении ФИО4, а именно: копии соглашений, заключенных между адвокатом ФИО2 с ФИО4, за период 2018-2020 годы, а также доказательства оплаты, внесенной ФИО4 адвокату ФИО2, по соглашениям за период 2018- 2020 годы. Истребуемые документы предписано направить финансовому управляющему в десятидневный срок со дня вступления определения в законную силу.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратилась в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просила определение суда отменить. В обоснование жалобы апеллянт привел доводы о том, что ФИО2 является адвокатом (регистрационный номер 41/68 в реестре адвокатов Камчатского края), взаимоотношения адвоката с должником в период 2018-2020 годов возникли на основании заключенных соглашений об оказании правой помощи в соответствии с положениями Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее – Закон об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации), следовательно, к данным правоотношениям применяется специальный закон. Сославшись на пункт 2 статьи 6, пункт 3 статьи 18 Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации, апеллянт указал на незаконность истребования судом сведений. По мнению апеллянта, суд не принял во внимание, что в отношении оценки адвокатской деятельности и соглашения между адвокатом и его доверителем приоритет принадлежит Закону об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации, а не Федеральному закону от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Кроме того, апеллянтом указано на то, что денежные средства, полученные адвокатом от ФИО4, были возвращены последнему адвокатом.

Определением апелляционного суда от 17.01.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 20.02.2024.

Лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.

При принятии к производству апелляционной жалобы на определение суда об удовлетворении ходатайства финансового управляющего об истребовании доказательств у третьего лица и рассмотрении данной жалобы по существу коллегия апелляционного суда руководствовалась нижеследующим.

В делах о банкротстве судом могут выноситься определения в порядке пункта 4 статьи 66 АПК: например, при рассмотрении какого-либо обособленного спора финансовый управляющий для доказывания своей процессуальной позиции (для подтверждения обоснованности конкретных заявленных требований либо для опровержения доводов своего процессуального оппонента) обращается за содействием к суду в получении необходимых для такого доказывания документов.

По результатам рассмотрения такого ходатайства судом выносится определение в соответствии с частью 6 статьи 66 АПК РФ - возможность обжалования такого определения данной статьей не предусмотрена, дальнейшему движению дела оно не препятствует.

При этом в силу статьи 188 АПК РФ определение арбитражного суда может быть обжаловано отдельно от обжалования судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, в случаях, если в соответствии с названным Кодексом предусмотрено обжалование этого определения, а также, если это определение препятствует дальнейшему движению дела. В отношении определения, обжалование которого не предусмотрено настоящим Кодексом, а также в отношении протокольного определения могут быть заявлены возражения при обжаловании судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу.

Таким образом, возражения в отношении указанного выше определения, вынесенного в порядке статьи 66 АПК РФ в рамках обособленного спора в деле о банкротстве, могут быть заявлены при обжаловании судебного акта, которым заканчивается данный обособленный спор.

При вынесении такого судебного акта отсутствует необходимость учета каких-либо особенностей законодательства о банкротстве, определение выносится в соответствии с общими правилами доказывания, предусмотренными статьей 66 АПК РФ. 

Однако в деле о банкротстве физических лиц могут выноситься и иные определения по результатам рассмотрения ходатайств финансового управляющего о предоставлении информации.

Так, в рассматриваемом случае заявленное финансовым управляющим ходатайство не направлено на получение доказательств в рамках обособленного спора, по результатам рассмотрения которого выносится конечный судебный акт, одновременно с которым и могут быть заявлены возражения относительно истребования доказательств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве имеет право запрашивать необходимые сведения о должнике, о лицах, входящих в состав органов управления должника, о контролирующих лицах, о принадлежащем им имуществе (в том числе имущественных правах), о контрагентах и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц, государственных органов, органов управления государственными внебюджетными фондами Российской Федерации и органов местного самоуправления, включая сведения, составляющие служебную, коммерческую и банковскую тайну.

Согласно статье 129 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в целях осуществления возложенных на него обязанностей осуществляет поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц.

Для этого финансовый управляющий вправе запрашивать во внесудебном порядке у третьих лиц, а также у государственных органов и органов местного самоуправления сведения, необходимые для проведения процедур банкротства (абзацы седьмой и десятый пункта 1 статьи 20.3, статья 213.9 Закона о банкротстве).

Пунктом 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве установлена обязанность гражданина по требованию финансового управляющего предоставлять ему любые сведения о составе своего имущества, месте нахождения этого имущества, составе своих обязательств, кредиторах и иные имеющие отношение к делу о банкротстве гражданина сведения, при неисполнении которой финансовый управляющий вправе обратиться в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, с ходатайством об истребовании доказательств у третьих лиц.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами.

Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В целях ведения дела о банкротстве финансовому управляющему необходимо обеспечить наличие у него испрашиваемых сведений и документов для надлежащего исполнения возложенных на него обязанностей, в том числе выявления фактов фиктивного вывода активов в пользу, в частности, бывшего супруга с сохранением над ними фактического контроля с целью уклонения от исполнения обязательств перед кредиторами, а также для принятия решения об оспаривании сделок должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2022 № 305-ЭС22-9834).

Запрашивание финансовым управляющим необходимых для формирования конкурсной массы и ведения самого дела о банкротстве сведений облекается в соответствующую процессуальную форму - такое обращение к суду производится в соответствии с положениями статьи 66 АПК РФ (лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства).

Принимаемые по результатам рассмотрения такого ходатайства финансового управляющего определения выносятся в соответствии с нормами законодательства о банкротстве, которые определяют и соответствующий порядок их обжалования (при этом применение процессуальных правил статьи 66 АПК РФ при рассмотрении ходатайств управляющего не исключает возможности их обжалования, предусмотренной законодательством о банкротстве).

В соответствии с пунктом 35 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) законодательство о банкротстве предусматривает несколько порядков обжалования таких судебных актов.

Во-первых, часть 3 статьи 223 АПК РФ предусматривает порядок, допускающий возможность обжалования судебных актов в суд апелляционной инстанции в течение десяти дней со дня их вынесения. В рамках этого порядка возможно также и дальнейшее обжалование судебных актов в кассационных инстанциях. Указанный порядок распространяется на определения, обжалование которых предусмотрено АПК РФ и иными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), отдельно от судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу.

Во-вторых, пункт 3 статьи 61 Закона о банкротстве предусматривает возможность обжалования судебных актов в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение четырнадцати дней со дня их вынесения. По результатам рассмотрения жалобы суд апелляционной инстанции в течение четырнадцати дней принимает постановление, которое является окончательным; при этом пересмотр постановления суда апелляционной инстанции в порядке кассационного производства в суде округа в рамках такого порядка законодательством не предусмотрен (пункт 35.2 Постановления № 35). Указанный порядок распространяется на определения арбитражного суда, которые приняты в рамках дела о банкротстве, но не предусмотрены АПК РФ и в отношении которых не установлено, что они подлежат обжалованию.

Далее, обжалование судебных актов, принимаемых судом по результатам рассмотрения дела о банкротстве. Такие судебные акты обжалуются по общим правилам АПК РФ, в том числе раздела VI. К их обжалованию не применяются часть 3 статьи 223 АПК РФ и статья 61 Закона о банкротстве.

Определение суда, выносимое по результатам рассмотрения ходатайства финансового управляющего об истребовании документов, необходимых для ведения всего дела о банкротстве (а не для доказывания конкретной процессуальной позиции по конкретному спору), не предусмотрено нормами АПК РФ, при этом статья 213.9 Закона о банкротстве не устанавливает порядок обжалования. Таким образом, в отношении указанных определений действует порядок обжалования, предусмотренный пунктом 3 статьи 61 Закона о банкротстве (обжалование в апелляционную инстанцию в течение четырнадцати дней со дня их вынесения).

Применительно к настоящему делу, обращаясь с ходатайством об истребовании сведений у адвоката, финансовый управляющий действовал для достижения цели реализации имущества, в интересах конкурсной массы и имущественных прав кредиторов должника, то есть ходатайство было заявлено в рамках дела о банкротстве должника в целом, а не в рамках какого-либо обособленного спора в рамках дела о несостоятельности.

Кроме того, обжалуемый судебный акт по результатам рассмотрения ходатайства финансового управляющего вынесен в отдельном производстве с организацией судом судебного заседания с вызовом сторон.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, Пятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

Согласно позиции финансового управляющего в ходе анализа хозяйственной деятельности должника им выявлен факт перевода адвокатом ФИО2 ИП ФИО4 денежных средств в размере 1 700 000 руб. по платежному поручению от 04.02.2022 № 13 с назначением платежа «Возврат гонораров по соглашениям от 2018-2020 г. НДС не облаг.», что подтверждается выпиской по расчетному счету должника, открытому в Банке ВТБ (ПАО). Поскольку из выписок по расчетному счету должника за период с 2018 по 2022 годы финансовый управляющий не установил факт выплаты адвокату ФИО2 денежных средств в размере 1 700 000 руб., он обратился с запросом о предоставлении истребуемых сведений. 

Отказ в предоставлении сведений послужил основанием для обращения в суд с рассматриваемым заявлением. Как указал финансовый управляющий, истребуемая информация необходима для пополнения конкурсной массы должника, денежные средства могли быть перечислены третьими лицами, имеющими дебиторскую задолженность перед должником в большем размере.

Адвоката ФИО2, возразив против данных требований, указала, что истребуемая финансовым управляющим информация относится к адвокатской тайне, в связи с чем в силу Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации не может быть предоставлена финансовому управляющему.

Удовлетворяя ходатайство управляющего, суд первой инстанции руководствовался частью 4 статьи 66 АПК РФ, статьями 2, 32, пунктом 1 статьи 20.3, пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве. Суд принял во внимание доводы финансового управляющего о том, что истребуемая информация необходима для пополнения конкурсной массы должника, учтя, что предоставление сведений и документов о заключенных договорах с контрагентами, в том числе на оказание юридических услуг по представительству интересов в судах по всем спорам, влияет на возможность и размер формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов, необходимо для осуществления финансовым управляющим должника полномочий, предусмотренных Законом о банкротстве.

Довод адвоката ФИО2 о недопустимости раскрытия перед финансовым управляющим запрошенных сведений в силу адвокатской тайны отклонен судом по следующим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 8 Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации адвокатской тайной являются любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю. 

Пунктом 3 статьи 18 Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации установлено, что истребование от адвокатов, а также от работников адвокатских образований, адвокатских палат или Федеральной палаты адвокатов сведений, связанных с оказанием юридической помощи по конкретным делам, не допускается.

Однако представление сведений и документов о заключенных договорах с контрагентами, в том числе на оказание юридических услуг по представительству интересов в судах по всем спорам, влияет на возможность и размер формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов, необходимо для анализа финансовым управляющим совершенных должником платежей, осуществления полномочий, предусмотренных Законом о банкротстве.

По смыслу статьи 25 Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации заключенное доверителем и адвокатом соглашение является доказательством возникновения между ними правоотношений по оказанию юридических услуг по конкретному делу и представляет по своей природе гражданско-правовой договор, который по общему правилу не может быть отнесен к адвокатской тайне, как и сведения о финансовых взаимоотношениях с должником, включая информацию по взаиморасчетам.

Предоставление финансовому управляющему истребуемых сведений не может привести к нарушению положений пункта 1 статьи 8, пункта 3 статьи 18 Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации.

Кроме того, судом отмечено, что сведения, составляющие личную, коммерческую, служебную, банковскую,    иную    охраняемую   законом   тайну,    предоставляются   финансовому управляющему в соответствии с требованиями, установленными федеральными законами (пункт 10 статьи 213.9 Закона о банкротстве). За разглашение указанных сведений финансовый управляющий несет гражданско-правовую, административную, уголовную ответственность.

Поддерживая позицию суда, коллегия полагает необходимым отметить следующее.

Признавая соответствующим как Закону об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации, так и Закону о банкротстве, истребование судом указанных выше сведений, и не нарушающим правила о недопустимости разглашения адвокатской тайны, коллегия учитывает позицию, изложенную в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.06.2008 № 451-О-П. 

Так, согласно данной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации адвокаты и адвокатские образования, являющиеся налогоплательщиками в силу статьи 57 Конституции Российской Федерации, обязаны уплачивать законно установленные налоги и сборы и в равной мере со всеми другими налогоплательщиками вести в установленном порядке учет своих доходов (расходов) и объектов налогообложения, представлять в налоговый орган налоговые декларации (расчеты) по налогам, а в необходимых случаях, предусмотренных законом, - информацию и документы, подтверждающие полноту и своевременность уплаты налогов и сборов, а также нести иные обязанности, предусмотренные законодательством о налогах и сборах (статья 23 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ)). 

Освобождение адвокатов и адвокатских объединений от обязанности предоставлять соответствующие сведения и документы исключало бы всякую возможность налогового контроля и не соответствовало бы целям и смыслу налогообложения. Налоговый орган вправе требовать от адвокатов и адвокатских образований сведения, которые необходимы для оценки налоговых последствий сделок, заключаемых с клиентами. Такие сведения в любом случае составляют налоговую тайну и защищаются от разглашения в силу закона (статья 102 НК РФ). 

Что касается сведений, которые связаны с содержанием оказываемой адвокатом юридической помощи и могут быть использованы против его клиента, то - исходя из конституционно значимых принципов адвокатской деятельности - налоговые органы не вправе требовать их представления. Именно поэтому НК РФ устанавливает, что при осуществлении налогового контроля не допускаются сбор, хранение, использование и распространение информации о налогоплательщике, полученной в нарушение принципа сохранности информации, составляющей профессиональную тайну иных лиц, в частности адвокатскую тайну, аудиторскую тайну (пункт 4 статьи 82).

Схожую правоприменительную коллизию норм двух федеральных законов, касающихся защиты банковской тайны, Конституционный Суд Российской Федерации разрешил в Постановлении от 14.05.2003 № 8-П, подтвердив полномочие судебного пристава-исполнителя в рамках его публичной функции по принудительному исполнению постановления суда требовать предоставления определенных и ограниченных целями его деятельности сведений, составляющих банковскую тайну, при том что предполагается недопустимость разглашения этих сведений.

Коллегией установлено, что в рамках настоящего дела финансовый управляющий не просил истребовать у адвоката ФИО2 сведения, составляющие адвокатскую тайну, а именно: сведения о содержании (детализации) конкретных действий, совершенных адвокатом ФИО2 в интересах должника, о содержании и порядке формировании правовой позиции. Суд первой инстанции, с учетом положений Закона о банкротстве, обязал адвоката предоставить финансовому управляющему только лишь сведения о финансовых взаимоотношениях с должником: копии соглашений, заключенных между адвокатом ФИО2 и ФИО4, за период 2018-2020 годы, доказательства оплаты, внесенной ФИО4 адвокату ФИО2, по соглашениям за период 2018-2020 годы. Следовательно, истребование судом гражданско-правового договора (соглашения), заключенного между ФИО2 и должником, не привело к нарушению положений пункта 1 статьи 8, пункта 3 статьи 18 Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации.

По смыслу пунктов 1, 3 статьи 20.3, пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве вопрос о распространении режима служебной или коммерческой тайны на документы должника применительно к правам арбитражного управляющего разрешен.

Следует отметить, что применительно к такой разновидности тайны как банковская высшей судебной инстанцией в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.12.2018 № 305-ЭС18-5703 (3) сформулирован правовой подход, в силу которого, если управляющий принял решение раскрыть информацию (или в случае окончания спора в суде в пользу кредитора), то он обязан, прежде чем передать соответствующие документы, потребовать от кредитора выдачи расписки, в которой тот подтвердит, что предупрежден о конфиденциальном режиме получаемой информации и об обязанности ее сохранять. Такой подход вытекает из смысла разъяснений, данных в абзаце втором пункта 15 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.01.2011 № 144 «О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров о предоставлении информации участникам хозяйственных обществ». При несоблюдении обязанности сохранять конфиденциальные сведения лицо, чьи права были нарушены, вправе требовать возмещения убытков нарушителем по общим правилам гражданского законодательства.

Приведенный правовой подход применим и к настоящему случаю с учетом того, как указано выше в тексте настоящего постановления, что на арбитражного управляющего возложена обязанность сохранять конфиденциальность сведений, охраняемых федеральным законом (в том числе сведений, составляющих служебную или коммерческую тайну) и ставших ему известными в связи с исполнением обязанностей арбитражного управляющего уже возложена законом.

В свою очередь, отказ в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств у адвоката, мотивированного управляющим необходимостью проанализировать наличие у апеллянта задолженности перед ФИО4, не позволил бы финансовому управляющему проанализировать дебиторскую задолженность, в том числе которая могла переходить согласно истребованным сведениям, начиная с 2018 года, провести в полном объеме мероприятия по формированию конкурсной массы должника.

Учитывая, что доказательств передачи истребуемых соглашений об оказании юридической помощи, доказательства оплаты, внесенной ФИО4 адвокату ФИО2, по соглашениям за период 2018-2020 годы в материалы дела не представлено, суд правомерно удовлетворил заявленное ходатайство.

Кроме того, как указано выше, определением суда от 20.02.2024 (резолютивная часть) прекращено производство по делу № А24-1560/2023 по заявлению ООО «Квадро Групп» о признании ИП ФИО4 несостоятельным (банкротом) в связи с погашением требований всех кредиторов.

В соответствии с пунктом 2 статьи 57 Закона о банкротстве в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, применяются последствия прекращения производства по делу о банкротстве, установленные статьей 56 Закона о банкротстве, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в подпункте 2 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве», в силу абзацев двадцать третьего - двадцать шестого статьи 2, пунктов 2 и 6 статьи 83, статьи 123, пункта 2 статьи 127, пункта 1 статьи 129 и пункта 4 статьи 159 Закона о банкротстве полномочия арбитражного управляющего возникают с даты принятия судебного акта об утверждении лица арбитражным управляющим и прекращаются с даты принятия судебного акта о прекращении производства по делу о банкротстве.

Таким образом, после прекращения процедуры банкротства должника полномочия арбитражного управляющего ФИО3 также прекращены, соответственно, судебный акт об истребовании с адвоката ФИО2 документов в отношении ИП ФИО4 в пользу ФИО3 как финансового управляющего имуществом должника не является исполнимым.

При этом коллегия также считает необходимым отметить, что согласно пункту 25 раздела «Практика применения законодательства о юридических лицах и законодательства о банкротстве» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 10.06.2020, в случае прекращения производства по делу о банкротстве должника в связи с удовлетворением требований всех кредиторов лицо, в отношении которого выдан исполнительный лист на основании судебного акта о признании недействительной его сделки с должником по основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве, вправе обратиться в суд с заявлением о прекращении исполнения выданного исполнительного документа (пункт 1 части 2 статьи 43 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», далее - Закон об исполнительном производстве).

Данная правовая позиция также выражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.02.2023 № 301-ЭС18-395 (4), согласно которой, в случае фактического удовлетворения требования в процедуре банкротстве, повлекшего прекращение производства по делу о банкротстве, надлежащим способом защиты права является способ, закрепленный в пункте 1 части 2 статьи 43 Закона об исполнительном производстве.

Изложенное выше само по себе исключает нарушение прав апеллянта (в случае если признать обоснованной его позицию по существу настоящего спора).

Доводы апелляционной жалобы отклонены по основаниям, изложенным в мотивировочной части настоящего постановления.

Нарушений норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ являются безусловным основанием к отмене судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В соответствии с пунктом 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» при подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Камчатского края от 20.12.2023 по делу № А24-1560/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение двух месяцев.

Председательствующий

Т.В. Рева

Судьи

М.Н. Гарбуз

К.П. Засорин