ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-18692/2023

г. Красноярск

07 октября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 сентября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен         07 октября 2024 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Парфентьевой О.Ю.,

судей: Морозовой Н.А., Петровской О.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии: ответчика   предпринимателя  ФИО2 (до перерыва);

от истца (общества с ограниченной ответственностью «Ноль плюс медиа»): ФИО3, представителя по доверенности от 26.12.2023 № 052024(после перерыва);

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>) на решение Арбитражного суда Красноярского края от 17 ноября 2023 года по делу № А33-18692/2023,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Ноль плюс медиа» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 791213 (логотип «Кошечки собачки») в размере 20 000 рублей, № 804718 («Викки») в размере 20 000 рублей, № 804719 («Буся») в размере 20 000 рублей, № 804720 («Алиса») в размере 20 000 рублей, № 804723 («Дэн») в размере 20 000 рублей, № 804724 («Мия») в размере 20 000 рублей, № 804725 («Жоржик») в размере 20 000 рублей, а также судебных издержек в размере стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика в сумме 280 рублей и стоимости почтовых отправлений в виде претензии и искового заявления в размере 284 рублей 14 копеек.

Определением от 03.07.2023 исковое заявление принято к производству суда в порядке упрощенного производства.

Определением от 28.08.2023 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 17.11.2023 иск удовлетворен.

Не согласившись с данным судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

Доводы  жалобы сводятся  к  несогласию с выводами  суда  первой  инстанции,  правовой  оценкой  установленных  обстоятельств    и  представленных   доказательств.

Заявитель  жалобы считает, что  представленный  истцом  товарный  чек   не может  быть  признан  допустимым  доказательством,  поскольку  в  чеке  отсутствует   наименование товара. Также считает, что при определении размера компенсации суд не учел то обстоятельство, что одним действием были нарушены права на несколько товарных знаков, являющихся предметом спора. При этом считает, что   наличие   на спорной  игрушке   нескольких товарных знаков  следует  квалифицировать на основании   пункта  33 Обзора Верховного Суда Российской Федерации Российской Федерации от 23.09.2015 как  серия товарных знаков  и  рассматривать  в  качестве   одного   правонарушения. Кроме  того,  по мнению  заявителя  жалобы,  истец  злоупотребляет правом. Более  подробно   доводы  изложены  в жалобе  и  дополнениях  к  ней.

Истец представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным, а апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 19.12.2023 апелляционная жалоба оставлена без движения, поскольку была подана с нарушением требований статьи 260 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, до 19.01.2024.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 22.01.2024 апелляционная жалоба принята к производству, поскольку заявителем были устранены обстоятельства, послужившие основанием для оставления апелляционной жалобы без движения.

С учетом отложений судебного разбирательства и объявления перерыва в судебном заседании  на  основании  статей 158, 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебное заседание назначено на 23.09.2024.

Определениями от 01.04.2024, от 18.06.2024 и от 15.07.2024  в связи с очередными отпусками в составе судей производились замены. С учетом произведенных замен по состоянию на 23.09.2024 (дата объявления резолютивной части постановления) сформирован следующий состав судей: Парфентьева О.Ю., Морозова Н.А., Петровская О.В.

Учитывая замены в составе судей, на основании части 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение апелляционной жалобы  осуществлялось с самого начала.

Суд  апелляционной  инстанции  откладывал  судебное  разбирательство  с целью  обеспечения  явки   ответчика  в  судебное   заседания  в  связи с  необходимостью   выяснения  его   правовой  позиции   с учетом  имеющихся  противоречий  в доводах,   изложенных   в  отзыве  на исковое  заявление   и  в  апелляционной  жалобе  в  части   квалификации  действий предпринимателя   по  реализации  одного   товара  содержащего   несколько   товарных знаков.

В судебном заседании 11.09.2024   (до перерыва)  предприниматель  пояснил, что он  не разбирается в юридической терминологии, применяемой к рассматриваемым судом правоотношениям, и  не понимает  термин  «множественность нарушений»,  подготовкой  процессуальных  документов  занимался  юрист, с которым  предприниматель заключил  соглашение.   При этом   обращает  внимание  и просит   учесть, что   в  данном случае   продан   один  товар,  на котором  размещено  несколько   товарных  знаков.  В суде  первой  инстанции   ответчик   заявлял  о снижении   размера  компенсации с учетом  данного   обстоятельства.

В судебном заседании 23.09.2024 (после перерыва) представитель истца поддержал  доводы,  изложенные в отзыве на апелляционную жалобу. Просит суд оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Ответчик, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в соответствии с требованиями статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  и разъяснениями,  изложенными в пунктах 14, 15, 16, 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов» путем  размещения определения суда о принятии апелляционной жалобы к производству суда, выполненного в форме электронного документа, на официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного суда: http://3aas.arbitr.ru/, а также в общедоступной автоматизированной системе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) в сети «Интернет»,  явку своих  представителей  не  обеспечил.

На основании изложенного, в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие ответчика.

Законность и обоснованность принятого решения проверены в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, исследовав доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя истца, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения жалобы в силу следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 01.04.2022 был заключен лицензионный договор № ЦТВ16-01/04 между АО «ЦТВ» в лице генерального директора ФИО4 (лицензиар) и ООО «Ноль Плюс Медиа» в лице генерального директора ФИО5 (лицензиат), согласно которому ООО «Ноль Плюс Медиа» получило исключительную лицензию на всей территории Российской Федерации на использование товарных знаков по свидетельствам № 791213, № 804721, № 804725, № 804724, № 804723, № 804722, № 804720, № 804719, № 804718 (пункт 1.2.3) в отношении товаров и услуг, соответствующих 03, 05, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 35, 43 классам МКТУ, для которых они зарегистрированы (п. 2.2).

В соответствии с пунктом 3.1.2 указанного лицензионного договора лицензиат обязуется незамедлительно принимать действия по защите исключительных прав на товарные знаки во всех ставших ему известными случаях использования, которые нарушают или могут поставить под угрозу права на товарные знаки.

Указанный лицензионный договор прошел процедуру регистрации в Федеральной службе по интеллектуальной собственности (Роспатент), номер и дата государственной регистрации: РД0404481 от 02.08.2022.

В ходе закупки, произведенной 07.02.2023 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, установлен факт продажи контрафактного товара (игрушка). В подтверждение продажи был выдан чек: Наименование продавца: ИП ФИО2. Дата продажи: 07.02.2023. ИНН продавца: 

<

***>.

На товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками: № 791213 (логотип «Кошечки собачки»), № 804718 («Викки»), № 804719 («Буся»), № 804720 («Алиса»), № 804723 («Дэн»), № 804724 («Мия»), № 804725 («Жоржик»), зарегистрированные в отношении 28 класса МКТУ, включая такие товары, как «игрушки».

Исключительные права на распространение данных объектов интеллектуальной собственности на территории Российской Федерации принадлежат ООО «Ноль Плюс Медиа» (далее – правообладатель) и ответчику не передавались.

Истцом в адрес ответчика направлена претензия № 1009418, оставлена ответчиком без удовлетворения.

Ссылаясь  на  вышеприведенные  обстоятельства, истец обратился в Арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 12, 14, 426, 492, 494, 1229, 1233, 1252, 1259, 1270, 1484, 1515, 1301, 1311 Гражданского кодекса Российской Федерации, Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 10.10.2016 № 647, Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство (Утверждены Приказом Роспатента от 31.12.2009 № 197), принимая во внимание правовые позиции, изложенные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 по делу № 3691/06, в Информационном письме Президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», в постановлении Конституционного суда Российской Федерации  от 13.12.2016 № 28-П, в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2017 № 305-ЭС16-13233, от 12.07.2017 № 308-ЭС17-3085, от 12.07.2017 № 308-ЭС17-2988, от 12.07.2017 № 308-ЭС17-3088, от 12.07.2017 № 308-ЭС17-4299, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о наличии  оснований  для удовлетворения  требований  в  полном объеме.

Удовлетворяя   заявленные  требования,  суд  первой  инстанции  обоснованно исходил  из доказанности  факта  нарушения исключительных  прав  истца.

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданского кодекса Российской Федерации. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными названным Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданского кодекса Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения произведения.

В числе прочих такими объектами являются произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, а также графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства.

Согласно пункту 3 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме.

Для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей (пункт 4 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В силу пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 указанной статьи).

Как указывалось ранее, 07.02.2023 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, установлен факт продажи контрафактного товара (игрушка).

На товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками: № 791213 (логотип «Кошечки собачки»), № 804718 («Викки»), № 804719 («Буся»), № 804720 («Алиса»), № 804723 («Дэн»), № 804724 («Мия»), № 804725 («Жоржик»), зарегистрированные в отношении 28 класса МКТУ, включая такие товары, как «игрушки».

В подтверждение продажи был выдан чек: Наименование продавца: ИП ФИО2. Дата продажи: 07.02.2023. ИНН продавца: 

<

***>.

Также факт приобретения товара у ответчика подтвержден компакт-диском с видеозаписью процесса приобретения товара, а также спорным товаром, приобретенным у ответчика. Компакт-диск с записью процесса приобретения товара воспроизведен судом. На видеозаписи покупки отображается содержание выданных чеков, соответствующих приобщенным к материалам дела, и внешний вид приобретенного товара, соответствующий имеющемся в материалах дела.

Согласно статье 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Согласно статье 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. К иным документам и материалам относится материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

По смыслу статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации видеосъемка при фиксации факта распространения контрафактной продукции является допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Ведение видеозаписи (в том числе скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует часть 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Видеосъемка, произведенная истцом в целях самозащиты на основании статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является допустимым доказательством.

Видеосъемка подтверждает, какой именно товар был продан, дата покупки следует из представленных в материалы дела чеков, которые подтверждают факт заключения разовой сделки купли-продажи с ответчиком.

Согласно пункту 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10) факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 Гражданского кодекса Российской Федерации), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. При этом для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется, поскольку информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну.

В соответствии со статьями 426, 492 и 494 Гражданского кодекса Российской Федерации, выставление на продажу спорной продукции свидетельствует о наличии со стороны ответчика публичной оферты, а факт ее продажи подтверждается видеозаписью процесса покупки.

Исследовав  кассовый  чек  от  07.02.2023  в совокупности с видеозаписью  закупки  спорного   товара, суд  апелляционной  инстанции  установил, что   в торговой  точке, принадлежащей  ответчику,  произведена  закупка   трех  товаров (игрушек). Оплата  приобретенных  товаров  осуществлена   одним  кассовым  чеком  на   общую сумму               1020 рублей. Впоследствии   указанный чек   предъявлен  в  качестве   доказательства, подтверждающего   приобретение   товаров  в  настоящее   дело,  а также в дела                       А33-23524/2023, А33-18623/2023.

Учитывая, что   представленный  чек   от 07.02.2023 содержит необходимые реквизиты, позволяющие   установить   продавца  товара, а также факт оплаты  товара,  который  представлен   в  материалы  дела  в  качестве вещественного   доказательства, покупка  которого  зафиксирована  видеозаписью,  осуществленной  07.02.2023, суд  апелляционной  инстанции   отклоняет  доводы   ответчика   о том, что   данный  кассовый чек   является   надлежащим доказательством,  отвечающим  требованиям статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подтверждающим  факт  заключения договора между ответчиком и представителем истца.

Таким  образом,   факт реализации спорного товара ответчиком подтверждается материалами дела, равно как и отсутствие права  у  ответчика на использование  исключительного права на  спорные товарные знаки.

Доводы ответчика о том, что истец злоупотребляет правом, апелляционный суд отклоняет  как несостоятельные, поскольку само по себе обращение истца в суд за защитой нарушенных интеллектуальных прав, не может свидетельствовать о злоупотреблении правом со стороны истца.

При  изложенных  обстоятельствах  у суда  первой  инстанции  имелись  правовые основания  для удовлетворения  требований  истца.

Размер  компенсации судом  первой  инстанции   определен  в  общей  сумме  140 000 рублей,  исходя  из количества фактов  нарушения  (7 товарных  знаков)  по  20 000 рублей   за каждый  товарный  знак.

Исследовав  материалы  дела  и  отзыв  ответчика,  представленный суду  первой  инстанции  в  части  касающейся  размера  компенсации,  суд  апелляционной  инстанции  пришел  к выводу о  наличии  оснований  для  изменения  решения  в  силу  следующего.

Способу  защиты  исключительных прав  предусмотрены  статьей  1252 Гражданского кодекса Российской  Федерации.

Выбор способа защиты своего права, в силу закона осуществляется по усмотрению правообладателя соответствующего права.

Пунктом 3 названной  нормы установлено, что для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

В  рассматриваемом случае  истец  просит  взыскать  компенсацию.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Ответственность   за   незаконное   использование   товарного   знака  предусмотрена  статьей 1515 Гражданского кодекса Российской  Федерации.

Подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской  Федерации предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации, в том числе в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Согласно   разъяснениям,  приведенным в  пункте  62  Постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Истцом заявлено требование о взыскании 140 000 рублей (по 20 000 рублей за каждый факт нарушения).

Согласно абзацу третьему пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской  Федерации, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, то размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных Гражданского кодекса Российской  Федерации, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Разъяснения  относительно   порядка   снижения  размера  компенсации  на  основании   абзаца третьему пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской  Федерации приведены  в  пункте 64 Постановления № 10.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации (далее - при множественности нарушений), в частности, когда одним действием нарушены права на:

- несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: музыкальное произведение и его фонограмма; произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение; товарный знак и наименование места происхождения товара; товарный знак и промышленный образец;

- несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, не связанных между собой (например, в случае продажи одним лицом товара с незаконно нанесенными на него разными товарными знаками или распространения материального носителя, в котором выражено несколько разных экземпляров произведений).

Таким  образом,  положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Как следует из отзыва   на  исковое   заявление (л.д.34-36),  представитель   ответчика,   ссылаясь на пункт 62  Постановления № 10 и пункт 33 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, отрицая  наличие  в  данном случае  критерия  множественности нарушений, просил снизить  размер   компенсации,  указывая  на совершение  ответчиком   одного правонарушения,  посредством  размещения  на спорном  товаре (игрушке) 7  товарных знаков.

При этом  представитель  ответчика   квалифицировал факт  размещения  7 товарных  знаков   на  спорном  товаре   как  группу (серию) знаков  одного   правообладателя, зависимых  друг от друга, связанных  между собой   наличием   одного и того же   доминирующего элемента и иных объединяющих  признаков.

Оценивая  довод  представителя  ответчика о наличии группы (серии) товарных знаков, сравнив  товарные знаки, суды первой инстанции пришел  к  правильному  выводу, что защищаемые  истцом товарные знаки являются товарными знаками разных видов и  не подпадают  ни под один признак, квалифицирующий  товарные знаки  как  группу (серию).

Суд  первой  инстанции, указав  на   то, что   представитель ответчика  отрицает наличия    критерия  множественности   нарушения, оценив  по  своей  инициативе  возможность  применения пункта 56 Постановления № 10,   пришел  к выводу  об отсутствии  оснований  для  применения  пунктов 56,  65 Постановления № 10,  что   также  является  правильным.

Между  тем,  суд  первой  инстанции  не  учел,  что  исходя из положений статьи 6, пункта 1 статьи 168, пункта 4 статьи 170 Арбитражного  процессуального  кодекса Российской Федерации  арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленные требования по существу, исходя из фактических правоотношений.

В силу пункта 1 статьи 168 Арбитражного  процессуального  кодекса Российской Федерации  суд при вынесении решения самостоятельно определяет характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами по делу, а также нормы законодательства, подлежащие применению. При решении вопроса о том, какой закон подлежит применению по конкретному спору, арбитражный суд не связан доводами лиц, участвующих в деле, и вправе применить закон, на который они не ссылались. Суд по своей инициативе определяет круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решает, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

Специфика объектов интеллектуальной собственности такова, что одним действием могут быть нарушены исключительные права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации.

Как неоднократно  указывал Конституционный Суд Российской Федерации, при взыскании компенсации за нарушение исключительного права на объект интеллектуальной собственности защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на реализацию прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц, то есть так, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота (Постановление № 28-П, постановление от 13.02.2018 № 8-П, определение от 26.11.2018 № 2999-О, от 28.11.2019 № 3035-О и др.).

На обеспечение такого баланса в случае нарушения одним действием исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, принадлежащих одному правообладателю, направлено положение абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК Российской Федерации, позволяющее суду снизить размер компенсации за это нарушение.

Как уже  указывалось, в  отзыве  на исковое  заявление  представитель ответчика просил   снизить   размер  компенсации,  указывая в  качестве  оснований   для  снижения реализацию  одного  товара   с  нанесенными  на  него  7 объектами  интеллектуальной  деятельности,  то есть,   отрицая    наличие   в  данном случае множественности нарушений  фактически   ответчик  указывал  критерии позволяющие   квалифицировать  действия  предпринимателя  по реализации  одной  игрушки  с  нанесенными   на  ней  7 товарными  знаками   как   множественность   нарушений,  позволяющих снизить  размер  компенсации  на  основании   абзаца третьему пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской  Федерации приведены   и   пункта 64 Постановления № 10.

Из  смысла  и содержания  отзыва  на исковое  заявления  и  апелляционной  жалобы  следует, что противоречивая   позиция представителя   ответчика,  заключающаяся     в заявлении   ходатайства  о снижении   размера  компенсации  в  связи с совершением  ответчиком  одного   действия (реализации   одного  товара    с незаконно нанесенными  на  него несколькими  товарными знаками) и  одновременном отрицании   наличия   множественности нарушений,  обусловлена   неправильным  пониманием представителем  ответчика терминов  «множественность правонарушения»   и  «группа (серия) товарных  знаков»  применительно к   специфике спорных  правоотношений.

Из  содержания  отзыва   следует, что   представитель  ответчика  множественность   правонарушения  воспринимает,  как  отягчающее обстоятельство,  учитываемое   при      рассмотрении   административных  дел, в  то время  как   при рассмотрении   споров  о  взыскании  компенсации  за  нарушение  исключительных  прав  на  товарный  знак  множественность  нарушений   является   основанием  для  снижения  компенсации.

При   изложенных  обстоятельствах  суду  первой  инстанции следовало  выяснить  позицию  ответчика   в части   толкования   и понимания  им   критерия множественности   правонарушения и  дать   верную  квалификацию   действиям  предпринимателя по реализации   одного   товара  содержащего   7   товарных  знаков и с учетом  заявленного   ходатайства  о снижении  компенсации при выявленной множественности нарушений применить в данном споре норму абзаца третьего пункта 3 статьи 1252  Гражданского кодекса Российской  Федерации.

С учетом изложенного, руководствуясь выше приведенными нормами права и правовыми позициями Верховного суда Российской Федерации, принимая во внимание, что ответчик допустил одним действием нарушение исключительных прав в отношении всех указанных в исковом заявлении объектов, и в ходе рассмотрения дела ответчик заявил об уменьшении размера компенсации, то апелляционный суд считает возможным снизить размер компенсации за нарушение исключительных прав истца на товарные знаки № 791213 (логотип «Кошечки Собачки»), № 804718 («Викки»), № 804719 («Буся»),  № 804720 («Алиса») № 804723 («Дэн»), № 804724 («Мия»), № 804725 («Жоржик»)  на  основании  абзаца третьего пункта 3 статьи 1252  Гражданского кодекса Российской  Федерации.

При  определении   конкретного   размера  компенсации    суд  апелляционной  инстанции   исходит   из того, что   предприниматель   ранее  привлекался   к гражданско-правовой  ответственности  за  нарушение    интеллектуальных  прав  (дело  № А33-3776/2022 определением  от 27.04.2022  утверждено   мировое  соглашение между  правообладателем  и предпринимателем).

Привлечение ответчика к ответственности за аналогичные нарушения указывает на его осведомленность о недопустимости нарушений исключительных прав третьих лиц, однако  после   привлечения  к  гражданско-правовой  ответственности  предприниматель   продолжил распространять контрафактный товар, нарушающий исключительные права.

Распространение контрафактной продукции негативно отражается на репутации правообладателя и его коммерческой деятельности, снижает интерес потенциальных партнеров к заключению лицензионных договоров; потребители вводятся в заблуждение, полагая, что приобретают качественный и лицензионный товар.

Учитывая  наличия  основания  для  снижения  компенсации  на основании  абзаца третьего пункта 3 статьи 1252  Гражданского кодекса Российской  Федерации,  а  также  учитывая степень вины нарушителя, характер допущенного нарушения, осведомленность ответчика о недопустимости нарушения исключительных прав, вероятные убытки правообладателя,  принимая во внимание, что компенсация за нарушение исключительных прав носит не только восстановительный характер, но и превентивный характер  с учетом  требований  разумности и соразмерности,  суд апелляционной  инстанции   полагает  возможным взыскать  компенсацию в  размере  40 000 рублей.

Истцом также заявлено требование о взыскании судебных издержек в размере стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика в сумме 280 рублей, также стоимость почтовых отправлений в виде претензии и искового заявления в размере 284 рублей 14 копеек.

В соответствии со статьей 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрения дела по существу, или в определении. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не исключает возможности рассмотрения арбитражным судом заявления о распределении судебных расходов в том же деле и тогда, когда оно подано после принятия судебного решения судом первой инстанции.

В силу статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (части 1, 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, также могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Исходя из взаимосвязи статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с положениями статей 64, 65 Кодекса, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (данная правовая позиция выражена в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 № 2186-О, от 04.10.2012 № 1851-О).

Поскольку исковые требования истца удовлетворены в части (28,58%), постольку требование истца о взыскании судебных издержек, также подлежит взыскании в части, а именно  в размере 161 рубля 23 копеек.

В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимаемые арбитражным судом решения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

В силу пункта 1 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции является неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (абзац второй части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом результатов рассмотрения настоящего спора, с ответчика в пользу истца надлежит взыскать 1486 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины; с истца в пользу ответчика 2142 рубля 60 копеек.

В результате произведенного взаимозачета, в окончательном варианте, с истца в пользу ответчика надлежит взыскать 656 рублей 60 копеек судебных расходов.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 17 ноября 2023 года по делу № А33-18692/2023 изменить, резолютивную часть изложить в следующей редакции:

«иск удовлетворить в части.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Ноль плюс медиа» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 791213 (логотип «Кошечки Собачки»), № 804718 («Викки»), № 804719 («Буся»),  № 804720 («Алиса») № 804723 («Дэн»), № 804724 («Мия»), № 804725 («Жоржик») в размере 40 000 рублей, 161 рубль 23 копейки судебных издержек.

В удовлетворении остальной части иска – отказать.».

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Ноль плюс медиа» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>) 656 рублей 60 копеек судебных расходов.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Суд по интеллектуальным правам через арбитражный суд, принявший решение.

 

Председательствующий

О.Ю. Парфентьева

Судьи:

Н.А. Морозова

 

О.В. Петровская