АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А25-2640/2022

г. Краснодар

10 июня 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 июня 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 июня 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Тамахина А.В., судей Малыхиной М.Н. и Рассказова О.Л., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Фесенко А.Г., при участии в судебном заседании, проводимом с использованием системы веб-конференции, от истца – представителя учредителей общества с ограниченной ответственностью «ЮгТрансСтрой» ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 21.06.2023), от ответчика – публичного акционерного общества «Промсвязьбанк» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО3 (доверенность от 06.07.2022), в отсутствие ответчиков: общества с ограниченной ответственностью «ЮгТрансСтрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), конкурсного управляющего ФИО4, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу представителя учредителей общества с ограниченной ответственностью «ЮгТрансСтрой» ФИО1 на решение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 24.07.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2023 по делу № А25-2640/2022, установил следующее.

Представитель учредителей ООО «ЮгТрансСтрой» (далее – общество) ФИО1 (далее – истец) обратился в арбитражный суд с иском к АО «Московский индустриальный банк» (далее – банк), обществу и конкурсному управляющему общества ФИО4 о признании недействительными кредитных договоров от 29.12.2014 № 68-К, от 11.03.2015 № 71-К, от 25.11.2015 № 81-К и от 22.01.2015 № 69-К.

Решением от 24.07.2023 произведено процессуальное правопреемство ответчика – банка на его правопреемника – ПАО «Промсвязьбанк»; в удовлетворении иска отказано.

Постановлением апелляционного суда от 28.12.2023 прекращено производство по апелляционным жалобам ФИО5, ФИО6, ФИО7, Мамаевой Медины ФИО9, поданным в порядке статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, решение от 24.07.2023 оставлено без изменения, кассационная жалоба истца – без удовлетворения.

В кассационной жалобе истец просит отменить обжалуемые судебные акты и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить иск в полном объеме. По мнению заявителя, оспариваемые кредитные договоры являются притворными сделками, поскольку заключены с целью перекредитования (рефинансирования) кредитных договоров, заключенных банком и ООО «Югпроектстроймонтаж» (далее – компания). Банк перечислял обществу денежные средства по оспариваемым кредитным договорам в порядке транзитного перераспределения средств в группе компаний, после чего денежные средства возвращались обратно в банк, что не является кредитом в силу закона. Обладая информацией о финансовом состоянии заемщика (общества) и поручителя (компании) и выдавая кредит по спорным договорам, банк преследовал противоправную цель обеспечить исполнение обязательств по кредитным договорам единственным ликвидным имуществом должника – компании, то есть получить статус залогового кредитора и, как следствие, преимущественное право удовлетворения своих требований перед другими кредиторами. Действия банка, общества и компании свидетельствуют о наличии признаков их фактической аффилированности. Заявитель не согласен с выводами судов о пропуске им срока исковой давности, поскольку истец узнал о наличии оснований к оспариванию сделок после приобретения доли в уставном капитале общества. Кроме того, о наличии нарушенного права истцу стало известно после опубликования определения Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов от 02.02.2022 по делу № А25-630/2017. Выводы суда апелляционной инстанции о том, что принятые по настоящему делу судебные акты не затрагивают права и обязанности поручителей ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО10, являются неверными, поскольку недействительность спорных кредитных договоров влечет недействительность договоров поручительства и ипотеки.

В отзыве на кассационную жалобу банк отклонил доводы истца, просил оставить судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель банка возражал против удовлетворения жалобы.

Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в жалобе и возражениях на нее.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, выслушав пояснения представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела и установлено судами, банк и общество (заемщик) заключили следующие кредитные договоры:

– от 29.12.2014 № 68-К, по условиям которого банк открывает заемщику кредитную линию с лимитом выдачи 759 999 950 рублей 13 копеек с целью рефинансирования ссудной задолженности компании, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму в срок до 10.12.2019 и уплатить проценты за пользование кредитом; дополнительным соглашением от 28.02.2018 срок возврата кредита продлен до 27.02.2023; 

– от 22.01.2015 № 69-К, по условиям которого банк открывает заемщику кредитную линию с лимитом выдачи 190 млн рублей на закупку товарно-материальных ценностей, проведение расчетов с контрагентами, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму в срок до 26.12.2019 и уплатить проценты за пользование кредитом; дополнительным соглашением от 28.02.2017 № 5 срок возврата денежных средств продлен до 27.02.2023; 

– от 11.03.2015 № 71-К, по условиям которого банк открывает заемщику кредитную линию с лимитом выдачи 750 млн рублей на рефинансирование ссудной задолженности компании, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму в срок до 27.02.2020 и уплатить проценты за пользование кредитом; дополнительным соглашением от 28.02.2018 срок возврата денежных средств продлен до 27.02.2023; 

– от 25.11.2015 № 81-К, по условиям которого банк открывает заемщику кредитную линию с лимитом выдачи 150 млн рублей на закупку товарно-материальных ценностей, проведение расчетов с контрагентами, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму в срок до 21.03.2019 и уплатить проценты за пользование кредитом; дополнительным соглашением от 28.02.2017 срок возврата денежных средств продлен до 27.02.2023.

Ссылаясь на недобросовестность в действиях банка, выразившуюся в предоставлении денежных средств, которые заведомо не будут ему возвращены, его аффилированность по отношению к обществу и компании, а также на то, что оспариваемые сделки являются притворными, носили транзитный характер, истец обратился в арбитражный суд с иском о признании вышеуказанных кредитных договоров недействительными.

Отказывая в иске, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 1, 10, 166, 167, 168, 170, 421, 425, 433, 807, 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 1, 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», и, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доводы и возражения сторон, установив, что банк исполнил свои обязательства по кредитным договорам, перечислив сумму кредита на счет заемщика (общества), что подтверждается выписками по счету, банковскими ордерами, заявками на предоставление траншей, подтверждающими выдачу кредитов по спорным кредитным договорам, исходили из того, что данные доказательства в полной мере подтверждают реальность кредитных правоотношений между банком и обществом и опровергают доводы истца о ничтожности оспариваемых сделок.

Доводы заявителя о том, что полученные обществом от банка кредитные денежные средства перераспределялись в группе компаний, после чего возвращались обратно в банк; а также о том, что хозяйственные операции между обществом и банком носили фиктивный характер и совершены в целях создания правовых последствий по сделкам только у общества, поскольку между банком и обществом имел место транзитный характер движения денежных средств по счетам лиц, образующих группу компаний, денежные средства по договорам, заключенным с обществом, перераспределялись внутри группы и изымались из числа активов общества, признаны судами необоснованными в силу реальности кредитных договоров и отсутствия доказательств притворности, подтверждающих намерения сторон по заключенным кредитным договорам совершать данные сделки с целью прикрытия другой сделки (сделок).

Суды приняли во внимание письмо Банка России от 29.05.2003 № 05-13-5/1941 «О порядке предоставления кредитными организациями денежных средств», согласно которому дальнейшие взаимоотношения заемщика по кредитному договору с третьими лицами, не являющимися стороной по кредитному договору (в том числе с организациями торговли) при использовании полученного кредита на цели, определенные в кредитном договоре (при наличии в кредитном договоре условия целевого использования кредита), не являются предметом кредитного договора.

Доказательств того, что совершенные сторонами сделки направлены на достижение других правовых последствий и прикрывают иную волю сторон, заключены с целью сформировать видимость отношений по кредитованию, истцом не представлено.

Аргумент истца о наличии признаков злоупотребления правом со стороны банка подлежит отклонению, поскольку в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации реальность хозяйственных отношений сторон, основанных на спорных кредитных договорах, установлена судами обеих инстанций на основании анализа доказательственной базы по данному спору и заявителем не опровергнута. Суды не усмотрели наличие у банка умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Кроме того, суды отметили, что указанные доказательства были предметом изучения в рамках обособленного спора по рассмотрению заявления банка о включении требований в реестр требований кредиторов общества (определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 06.10.2020 по делу № А25-2717/2019, оставленное без изменения постановлениями Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2020 и Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18.03.2021).

Однако ни в рамках дел № А25-630/2017 и № А25-2717/2019, ни в рамках рассматриваемого спора истцом не представлены доказательства того, что кредитные договоры заключены в целях, свидетельствующих о злоупотреблении правом (участие банка в операциях по неправомерному выводу активов, получение безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности, реализация договоренностей между банком, должником и лицами, входящими с должником в одну группу, направленных на причинение вреда кредиторам должника, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали при распределении конкурсной массы).

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Между тем в настоящем случае какие-либо доказательства, свидетельствующие о том, что, заключая спорные кредитные договоры, стороны осуществляли гражданские права исключительно с намерением причинить вред другим кредиторам общества, совершили действия в обход закона с противоправной целью, а также допустили иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом), в материалах дела отсутствуют.

Судами также рассмотрена и отклонена ссылка истца на аффилированность общества и банка как документально неподтвержденная и не являющаяся безусловным доказательством порочности рассматриваемых сделок. Истцом не представлено доказательств того, что банк являлся аффилированным по отношению к обществу.

В частности, судами установлено, что банк не владел долями в уставном капитале общества напрямую или через иных физических или юридических лиц, не входил в совет директоров общества, не принадлежал к группе компаний, в которую входили общество, компания, ООО «Стройком», ООО «КЖБК», ООО «ОПК "Прогресс"», ООО «Региональное объединение строителей Югстрой» (ООО «РЮС») и ООО «Инвестиционно-строительная компания "МегаСтрой"». 

Напротив, банк при кредитовании рассматривал компании группы, в первую очередь, как одну бизнес-единицу, а не как самостоятельных субъектов, в этой связи перераспределение активов внутри группы не имело для банка значения, поскольку не изменяло объем задолженности и объем обеспечения. 

Ссылка истца на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 02.02.2022 по делу № А25-630/2017 в качестве доказательства факта аффилированости банка по отношению к группе компаний, рассмотрена судом апелляционной инстанции и отклонена, поскольку данным судебным актом установлена последовательность взаимоотношений внутри группы компаний и, как следствие, отсутствие у общества права на включение в реестр требований кредиторов ООО «КЖБК». Факт аффилированности банка по отношению к группе компаний указанный судебный акт не устанавливает.

При таких изложенных обстоятельствах суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов о недоказанности необходимой совокупности обстоятельств недействительности (ничтожности) спорных сделок.

Кроме того, суды признали обоснованным заявление банка о пропуске срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Как указано в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», участник хозяйственного общества и член совета директоров, оспаривающие сделку общества, действуют от имени общества (абзац шестой пункта 1 статьи 65.2, пункт 4 статьи 65.3 Гражданского кодекса Российской Федерации), в связи с чем не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что участник, предъявивший иск от имени общества, на момент совершения сделки не был участником общества. Переход доли (акции) к иному лицу не влияет на течение срока исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности.

В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Указанные разъяснения применимы и к иным основаниям оспаривания сделок участником общества.

Соответственно, неверным является утверждение истца о необходимости исчисления срока исковой давности с момента приобретения им статуса участника общества и возможности получения информации о совершенных обществом сделках. Такое толкование повлекло бы не предусмотренную законом возможность неограниченного во времени оспаривания сделок и нарушение принципа стабильности гражданского оборота.

Ссылка заявителя на то, что об обстоятельствах недействительности кредитных договоров ему стало известно лишь после вынесения определения суда от 02.02.2022 по делу № А25-630/2017, являлась предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и признана несостоятельной, поскольку, названным судебным актом установлены лишь взаимоотношения внутри группы компаний.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что ссылка истца на определение суда от 02.02.2022 по делу № А25-630/2017 направлена на обход установленного срока исковой давности, а целью подачи иска является попытка избежать ответственности перед банком по реальным кредитным договорам, фактически исполненным банком.

Оснований для иных выводов у суда округа не имеется.

Довод кассационной жалобы о том, что прекращение производства по апелляционным жалобам поручителей ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО10 (в порядке статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) нарушило права указанных заявителей, поскольку признание спорных кредитных договоров недействительными повлекло бы признание недействительными договоров поручительства и ипотеки, судом округа отклоняется. Для возникновения права на обжалование судебных актов у лиц, не привлеченных к участию в деле, необходимо, чтобы оспариваемый судебный акт не просто затрагивал права и обязанности этих лиц, а был принят непосредственно об их правах и обязанностях. Наличие у лица, не привлеченного к участию в деле, заинтересованности в исходе дела само по себе не наделяет его правом на обжалование судебных актов. Поскольку решение от 24.07.2023 непосредственно о правах и обязанностях названных лиц не принято, суд апелляционной инстанции правильно прекратил производство по их апелляционным жалобам. Суд округа также учитывает, что сами ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО10 постановление апелляционного суда в части прекращения производства по их апелляционным жалобам не обжалуют.

Доводы кассационной жалобы истца направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. 

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют. 

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 24.07.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2023 по делу № А25-2640/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

                                          А.В. Тамахин

 

Судьи

                                              М.Н. Малыхина

 

                                             О.Л. Рассказов