Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А70-15687/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 сентября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 сентября 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                    Качур Ю.И.,

судей                                                                  Доронина С.А.,

ФИО1 –

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи  кассационную жалобу ФИО2, ФИО3 в лице законного представителя – ФИО2 (далее - ответчик) на постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2023 (судьи Брежнева О.Ю., Горбунова Е.А., Дубок О.В.) по делу № А70-15687/2021 Арбитражного суда Тюменской области о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН 

<

***>, далее – должник), принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – ООО «УСРДЦ», кредитор) к ФИО3 в лице законного представителя ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

В заседании в здании Арбитражного суда Западно-Сибирского округа приняла участие представитель ФИО2 – ФИО5 по доверенности от 29.03.2023.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве ФИО2 ООО «УСРДЦ» 24.10.2022 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки по отчуждению должником 1/4 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение – квартиры общей площадью 46,2 кв. м, расположенной по адресу: 

<

...>, с кадастровым номером 72:23:0216004:2559 (далее – квартира № 1) в пользу ФИО3 в лице законного представителя ФИО4 и применении последствий ее недействительности в виде возврата указанного имущества в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 06.04.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2023 определение суда от 06.04.2023 отменено, заявление ООО «УСРДЦ» удовлетворено; договор дарения от 09.02.2022 1/4 доли в праве общей долевой собственности на квартиру № 1, заключенный между должником и ФИО3 в лице законного представителя ФИО4, признан недействительным; применены последствия недействительности сделки в виде обязания ответчика возвратить в конкурсную массу должника 1/4 доли в праве общей собственности на квартиру № 1.

В кассационной жалобе должник и ФИО3 в лице законного представителя ФИО4 просят отменить постановление апелляционного суда от 09.06.2023, оставить в силе определение суда первой инстанции от 06.04.2023.

В обоснование жалобы податели приводят следующие доводы: отказывая в применении исполнительского иммунитета в отношении квартиры № 1, суд апелляционной инстанции сослался на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П (далее – Постановление № 11-П), при этом дал ему неверную правовую оценку, не применил позицию, отраженную в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 № 15-П (далее – Постановление № 15-П), абзац второй части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) и пункт 3 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); судом проигнорирована сформировавшаяся судебная практика Верховного суда Российской Федерации по рассмотрению аналогичных дел, согласно которой в случае реализации должником единственного жилья, на которое распространяются исполнительский иммунитет, сделки по его отчуждению не могут быть признаны недействительными ввиду отсутствия вреда конкурсной массе должника; передачу доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение членам одной семьи нельзя считать сделкой, совершенной со злоупотреблением правом; кредитором не доказано причинение вреда в результате совершения оспариваемой сделки, поскольку для иных собственников, имеющих доли в квартире № 1 (матери и сестры должника), данное жилое помещение также является единственным пригодным для постоянного проживания, защищенным исполнительским иммунитетом, при том, что выдел доли должника в ней в натуре невозможен, а ее реализация третьим лицам приведет к существенному нарушению их прав.

Представленные в суд округа письменные пояснения финансового управляющего имуществом должника ФИО6 и отзыв ООО «УСРДЦ» на кассационную жалобу приобщены к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В заседании суда кассационной инстанции представитель должника поддержала кассационную жалобу по доводам, изложенным в ней.

Другие лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ по доводам, изложенным в кассационной жалобе, законность обжалуемого судебного акта, суд округа не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Тюменской области от 29.09.2022 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, утвержден финансовый управляющий.

ФИО2 (даритель) 09.02.2022 передала в собственность своего несовершеннолетнего сына – ФИО3 (одаряемый) долю в размере 1/4 в праве общей долевой собственности на квартиру № 1.

Полагая, что указанная сделка является недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), поскольку совершена после возбуждения дела о банкротстве должника (17.09.2021) в пользу близкого родственника и направлена на безвозмездный вывод его активов, ООО «УСРДЦ» обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленного требования, исходил из того, что оспариваемая сделка совершена с заинтересованным лицом при наличии признаков неплатежеспособности у должника, однако не причинила вреда имущественным правам его кредиторов, поскольку, исходя из характеристик имеющихся у членов семьи должника в собственности жилых помещений, их общей площади (ниже социальной нормы и нормы предоставления жилой площади из расчета на одного человека, определенной Жилищным кодексом Российской Федерации, действующих на территории Тюменской области, возврат и реализация долей должника в квартире № 1 является нецелесообразным, так как жилье не относится к числу роскошных и на него распространяется исполнительский иммунитет.

Апелляционный суд, отменяя определение суда первой инстанции, посчитал вывод о распространении на спорное жилье исполнительского иммунитета преждевременным ввиду наличия в собственности у должника долей в двух других жилых помещениях, в одном из которых должник зарегистрирован и фактически проживает с тремя членами своей семьи, поэтому признал подозрительную сделку недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и указал на необходимость рассмотрения вопроса об исключении из конкурсной массы должника единственного жилья в рамках отдельного обособленного спора.

Суд округа считает, что апелляционным судом по существу принят правильный судебный акт.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по вышеуказанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Спорный договор дарения заключен должником 09.02.2022, то есть после возбуждения настоящего дела о банкротстве по заявлению кредитора (17.09.2021), поэтому подпадает под период подозрительности, установленный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На дату заключения спорной сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, чьи требования в последующем включены в реестр, поэтому сделка совершена в условиях неплатежеспособности должника, что лицами, участвующими в деле, не оспаривается (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3)).

Кроме того, оспариваемая сделка совершена в пользу заинтересованного лица – сына ФИО2 и в результате заключения договора дарения из собственности должника безвозмездно выбыло ликвидное имущество, следовательно, ее участники, являющиеся супругами, родителями и одновременно законными представителями одаряемого, знали и должны были знать о финансовом состоянии должника, нарушении имущественных прав кредиторов должника в результате заключения оспариваемой сделки.

Поскольку договор дарения является безвозмездной сделкой и не предусматривает встречного предоставления, суд апелляционной инстанции констатировал, что его заключение свидетельствует о выводе имущества должника с целью недопущения включения его в конкурсную массу и обращения взыскания по требованиям кредиторов, следовательно, спорная сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Отклоняя доводы должника о наличии у квартиры № 1 признаков единственного жилья и распространении на нее исполнительского иммунитета, отменяя определение суда первой инстанции, апелляционный суд правомерно исходил из преждевременности данных выводов, поскольку в собственности у ФИО2 имеются доли в двух других жилых помещения, помимо квартиры № 1, поэтому вопрос об исключении из конкурсной массы должника единственного жилья должен рассматриваться в рамках отдельного обособленного спора с непосредственным участием в нем всех заинтересованных лиц и установлением всей совокупности обстоятельств, имеющих юридическое значения для правильного его разрешения.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, в собственности у должника имеются следующие жилые помещения:

- 1/4 доли в спорной квартире № 1, в которой по 1/4 доли принадлежит ФИО7 (отец), ФИО8 (мать), ФИО9 (сестра). В настоящее время в квартире № 1 зарегистрирована мать должника, а остальные члены семьи сняты с регистрационного учета;

- 2/50 доли на квартиру общей площадью 47,1 кв. м, расположенной по адресу: 

<

...> (далее – квартира № 2). Другими долевыми собственниками в квартире № 2 являются следующие члены семьи должника: ФИО10 (28/50 долей), ФИО3 (9/50 долей), ФИО3 (9/50 долей), ФИО4 (2/50 долей). В указанной квартире зарегистрированы и фактически проживают должник, муж и двое несовершеннолетних сыновей супругов;

-1/2 доли на комнату в коммунальной квартире общей площадью 11,9 кв. м, расположенной по адресу: 

<

...> Октября, дом 62а, квартира 226, комната 3 (далее – квартира № 3). Другая 1/2 доли в квартире № 3 принадлежит дочери - ФИО10, которая в ней зарегистрирована и фактически проживает.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» разъяснено, что целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГПК РФ).

В настоящем случае судом апелляционной инстанции установлено, что для должника квартира № 1 не является единственным пригодным для постоянного проживания жильем и должник в нем не проживает более 19 лет, что не позволяет без учета иных юридически значимых обстоятельств, входящих в предмет исследования и доказывания, наделить его исполнительским иммунитетом.

При этом вопрос о наличии у иных членов семьи должника и собственников долей в квартирах № № 1, 2 и 3 на праве собственности других жилых помещений, пригодных для их постоянного проживания, судами не устанавливался.

Таким образом, апелляционный суд правомерно признал недействительным договор дарения на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и правильно применил последствия недействительности сделки в соответствии с положениями статьи 61.6 Закона о банкротстве и статьи 167 ГК РФ.

При этом апелляционный суд обоснованно указал на то, что оспариваемая сделка не имеет иных дефектов выходящих за пределы подозрительных сделок, которые бы являлись основанием для признания ее ничтожной на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Суд округа отклоняет доводы кассаторов о неправильном применении и неприменении правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в Постановлениях № 11-П и № 15-П, поскольку исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен не для того, чтобы в любом случае сохранить за гражданином-должником принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение, а для того, чтобы, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, гарантировать гражданину-должнику и членам его семьи уровень обеспеченности жильем, необходимый для нормального существования.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении № 15-П также отметил, что абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, в нем указанные, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по применению института исполнительского иммунитета к единственному жилью сводятся к следующему:

- сами по себе правила об исполнительском иммунитете не исключают возможность ухудшения жилищных условий должника и членов его семьи;

- ухудшение жилищных условий не может вынуждать должника помимо его воли к изменению поселения, то есть предоставление замещающего жилья должно происходить, как правило, в пределах того же населенного пункта;

- отказ в применении исполнительского иммунитета не должен оставить должника и членов его семьи без жилища, пригодного для проживания, площадью по крайней мере не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма;

- отказ от исполнительского иммунитета должен иметь реальный экономический смысл как способ удовлетворения требований кредиторов, а не быть карательной санкцией за неисполненные долги или средством устрашения должника.

Таким образом, исполнительский иммунитет не предназначен для сохранения за гражданином-должником принадлежащего ему на праве собственности жилого помещения в любом случае.

Например, в применении исполнительского иммунитета суд может отказать, если доказано, что ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением либо создана должником со злоупотреблением правом, либо сложилась объективно, но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 № 304-ЭС21-9542(1,2)).

При этом вывод суда первой инстанции о возможности применения исполнительского иммунитета к квартире № 1 исключительно, исходя из критерия не превышения размера доли в нем норме предоставления жилого помещения, приходящейся на должника, является не верным, поскольку данные нормативы имеют иное целевое назначение (применяются при предоставлении замещающего жилья) и не могут быть единственным ориентиром для определения рамок применения исполнительского иммунитета в отношении нескольких имеющихся в собственности у должника и членов его семьи жилых помещений, учитывая необходимость соблюдения баланса прав и законных интересов должника, членов его семьи и кредиторов, удовлетворения разумной потребности должника и членов его семьи в жилище, учета места его регистрации и фактического проживания, обеспеченность членов семьи должника иными жилыми помещениями и т.д. (определение Верховного Суда Российской Федерации от 18.07.2023 № 4-КГ23-34-К1).

Ссылки кассатора на судебную практику Верховного Суда Российской Федерации по рассмотрению других дел, не может быть принята во внимание, поскольку выводы судов основаны на иных фактических обстоятельствах, отличных от настоящего обособленного спора.

Приведенные в кассационной жалобе доводы и обстоятельства являлись предметом детальной проверки суда апелляционной инстанции, получили исчерпывающую правовую оценку, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении апелляционным судом норм права при принятии обжалуемого судебного акта, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда округа, установленных статьями 286 - 288 АПК РФ, в связи с чем кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2023 по делу № А70-15687/2021 Арбитражного суда Тюменской области оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                                                   Ю.И. Качур

 

Судьи                                                                                                                  С.А. Доронин

 

ФИО1