ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-38108/2019

город Ростов-на-Дону

13 февраля 2022 года

15АП-20329/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 февраля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 13 февраля 2022 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сулименко Н.В.,

судей Николаева Д.В., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Благодарное А»

на определение Арбитражного суда Ростовской области от 13.10.2021 по делу№ А53-38108/2019 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки 

к ФИО2,  ИП Главе КФХ ФИО3, 

третье лицо: ФИО4

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) сельскохозяйственного производственного кооператива «Победа»,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) сельскохозяйственного производственного кооператива «Победа» (далее – должник, СПК «Победа») в Арбитражный суд Ростовской области обратился конкурсный управляющий должника ФИО5 с заявлением, в котором просит признать:

- недействительным соглашение от 15.03.2019 о расторжении договора аренды земельного участка с кадастровым номером 61:01:0600017:920 от 27.06.2013, заключенное между должником и ФИО2 (далее – ответчик, ФИО2), и применить последствия недействительности сделки в виде восстановления должнику права аренды земельного участка с кадастровым номером 61:01:0600017:920, находящегося по адресу: Ростовская область, Азовский район, относительно ориентира в границах землепользования СПК «Победа», площадью 55000+/-2052 кв.м., согласно договору аренды земельного участка от 27.06.2013, заключенному между должником и ФИО2, зарегистрированному Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области 12.07.2013, номер регистрации 61-61-02/142/2013-345;

- обязать ФИО3 (далее – ФИО3) возвратить должнику во владение и пользование земельный участок (кадастровый номер 61:01:0600017:920, находящийся по адресу: Ростовская область, Азовский район, относительно ориентира в границах землепользования СПК «Победа», площадью 55000+/-2052кв.м.

 Определением Арбитражного суда Ростовской области от 13.10.2021 суд произвел замену инициатора обособленного спора - конкурсного управляющего ФИО5 на общество с ограниченной ответственностью «Благодарное А» (далее – ООО «Благодарное А»).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 13.10.2021 по делу№ А53-38108/2019 в удовлетворении ходатайства об объединении обособленных споров в одно производство отказано. В удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы отказано. В удовлетворении заявления отказано. Обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Ростовской области от 1910.2020 по настоящему обособленному спору, отменены.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Ростовской области от 13.10.2021 по делу № А53-38108/2019, ООО «Благодарное А» обратилось в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Апеллянт указал, что в результате заключения оспариваемой сделки произошло уменьшение конкурсной массы должника за счет прекращения права, которое имело рыночную стоимость, при этом утрачена возможность кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет реализации права аренды. Суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы. По мнению апеллянта, целью заключения оспариваемой сделки являлись согласованные действия руководства, представителя СПК «Победа» ФИО4 и ответчика, направленные на безвозмездную передачу во владение и пользование третьему лицу целого массива сельскохозяйственного назначения. Отсутствовали основания для прекращения договоров аренды с должником, срок действия которых составлял 10 лет и на момент расторжения не истек. Податель жалобы указал, что на момент заключения соглашения о расторжении договора аренды должник надлежащим образом исполнял обязанности арендатора, в том числе по оплате арендной платы, что установлено при проведении налоговой проверки, оформленной актом № 1072 от 16.05.2019. Сделка подписана ФИО4, не обладающим полномочиями на совершение подобных сделок. Апеллянт указал на процессуальные нарушения, в частности на необоснованный отказ в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства.

В судебное заседание представители лиц, участвующих в деле, не явились, о времени и месте проведения судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сочла возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Ростовской области от 13.10.2021 по делу № А53-38108/2019 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 05.08.2020 СПК «Победа» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, - конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО5 

Информация о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликована в газете «КоммерсантЪ» № 146 (6867) от 15.08.2020.

В ходе исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником, ФИО5 установил, что 27.06.2013 между ФИО2 (арендодатель) и СПК «Победа» (арендатор) заключен договор аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения, по условиям которого арендатору передан земельный участок, с кадастровым номером 61:01:0600017:920, находящийся по адресу: Ростовская область, Азовский район, относительно ориентира в границах землепользования СПК «Победа», площадью 55000+/-2052 кв.м.

Согласно пункту 1.2 договора срок действия договора - 10 лет.

15.03.2019 между сторонами подписано соглашение о расторжении договора аренды.

29.08.2019 земельный участок приобретен ФИО3 в собственность.

Полагая, что вышеназванное соглашение нарушает права и интересы кредиторов, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании сделки недействительной. 

В обоснование заявленных требований заявитель указал на положения статей 173.1, 174 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленного требования, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротств, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, предусмотренных указанной нормой. 

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63)).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

Из материалов дела следует, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) возбуждено определением Арбитражного суда Ростовской области от 25.10.2019, оспариваемая сделка совершена 15.03.2019, то есть в период подозрительности, установленный в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в течение года до принятия заявления о признании должника банкротом).

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце 4 пункта 8 постановления№ 63, при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Одним из основных обстоятельств, входящих в предмет доказывания при рассмотрении вопроса о признании сделки недействительной по основанию пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является факт неравноценности совершенного по сделке встречного исполнения, следовательно, чтобы установить данное обстоятельство, необходимо обладать информацией о действительной рыночной стоимости как переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств, так и полученного встречного исполнения.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Обращаясь с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий должника указал на то, что посредством отказа от права аренды нанесен вред правам и интересам кредиторов, поскольку выбыло имущественное право, за счет реализации которого возможно пополнение конкурсной массы.

Давая правовую оценку указанному доводу, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии со статьей 606 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Плоды, продукция и доходы, полученные арендатором в результате использования арендованного имущества в соответствии с договором, являются его собственностью.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 607 Гражданского кодекса Российской Федерации, в аренду могут быть переданы земельные участки и другие обособленные природные объекты, предприятия и другие имущественные комплексы, здания, сооружения, оборудование, транспортные средства и другие вещи, которые не теряют своих натуральных свойств в процессе их использования (непотребляемые вещи).

Законом могут быть установлены виды имущества, сдача которого в аренду не допускается или ограничивается.

Законом могут быть установлены особенности сдачи в аренду земельных участков и других обособленных природных объектов.

Землями сельскохозяйственного назначения признаются земли, находящиеся за границами населенного пункта и предоставленные для нужд сельского хозяйства, а также предназначенные для этих целей. В составе таких земель выделяются сельскохозяйственные угодья, земли, занятые внутрихозяйственными дорогами, коммуникациями, лесными насаждениями, предназначенными для обеспечения защиты земель от негативного воздействия, водными объектами, а также зданиями, сооружениями, используемыми для производства, хранения и первичной переработки сельскохозяйственной продукции (пункты 1 и 2 статьи 77 Земельного кодекса Российской Федерации).

Земли сельскохозяйственного назначения могут использоваться для ведения сельскохозяйственного производства, создания защитных лесных насаждений, научно-исследовательских, учебных и иных связанных с сельскохозяйственным производством целей (пункт 1 статьи 78 Земельного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена названным Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно пункту 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации, расторжение договора возможно по соглашению сторон, если иное не предусмотрено названным Кодексом, другими законами или договором.

По требованию одной из сторон договор может быть расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной; в иных случаях, предусмотренных названным Кодексом, другими законами или договором. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора (пункт 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации, существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа.

В соответствии с пунктом 2 указанной статьи, если стороны не достигли соглашения о приведении договора в соответствие с существенно изменившимися обстоятельствами или о его расторжении, договор может быть расторгнут.

В соответствии с положениями статьи 619 Гражданского кодекса Российской Федерации, по требованию арендодателя договор аренды может быть досрочно расторгнут судом в случаях, когда арендатор:

1) пользуется имуществом с существенным нарушением условий договора или назначения имущества либо с неоднократными нарушениями;

2) существенно ухудшает имущество;

3) более двух раз подряд по истечении установленного договором срока платежа не вносит арендную плату;

4) не производит капитального ремонта имущества в установленные договором аренды сроки, а при отсутствии их в договоре в разумные сроки в тех случаях, когда в соответствии с законом, иными правовыми актами или договором производство капитального ремонта является обязанностью арендатора.

Договором аренды могут быть установлены и другие основания досрочного расторжения договора по требованию арендодателя в соответствии с пунктом 2 статьи 450 названного Кодекса.

Арендодатель вправе требовать досрочного расторжения договора только после направления арендатору письменного предупреждения о необходимости исполнения им обязательства в разумный срок.

В соответствии со статьей 620 Гражданского кодекса Российской Федерации, по требованию арендатора договор аренды может быть досрочно расторгнут судом в случаях, когда:

1) арендодатель не предоставляет имущество в пользование арендатору либо создает препятствия пользованию имуществом в соответствии с условиями договора или назначением имущества;

2) переданное арендатору имущество имеет препятствующие пользованию им недостатки, которые не были оговорены арендодателем при заключении договора, не были заранее известны арендатору и не должны были быть обнаружены арендатором во время осмотра имущества или проверки его исправности при заключении договора;

3) арендодатель не производит являющийся его обязанностью капитальный ремонт имущества в установленные договором аренды сроки, а при отсутствии их в договоре в разумные сроки;

4) имущество в силу обстоятельств, за которые арендатор не отвечает, окажется в состоянии, не пригодном для использования.

Договором аренды могут быть установлены и другие основания досрочного расторжения договора по требованию арендатора в соответствии с пунктом 2 статьи 450 названного Кодекса.

В соответствии с пунктами 1, 2 и 3 статьи 46 Земельного кодекса Российской Федерации, аренда земельного участка прекращается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены гражданским законодательством.

Наряду с указанными в пункте 1 названной статьи основаниями аренда земельного участка может быть прекращена по инициативе арендодателя по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 45 названного Кодекса.

Прекращение аренды земельного участка по основаниям, указанным в абзаце втором подпункта 1 пункта 2 статьи 45 названного Кодекса, не допускается:

1) в период полевых сельскохозяйственных работ;

2) в иных установленных федеральными законами случаях.

В соответствии с пунктом 2 статьи 45 Земельного кодекса Российской Федерации, право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком, право пожизненного наследуемого владения земельным участком прекращаются принудительно:

1) при использовании земельного участка с нарушением требований законодательства Российской Федерации, а именно при:

использовании земельного участка не по целевому назначению или если его использование приводит к существенному снижению плодородия земель сельскохозяйственного назначения или причинению вреда окружающей среде;

порче земель;

невыполнении обязанностей по рекультивации земель, обязательных мероприятий по улучшению земель и охране почв;

невыполнении обязанностей по приведению земель в состояние, пригодное для использования по целевому назначению;

неиспользовании земельного участка, предназначенного для сельскохозяйственного производства либо жилищного или иного строительства, в указанных целях в течение трех лет, если более длительный срок не установлен федеральным законом. В этот период не включается время, необходимое для освоения участка, за исключением случаев, когда земельный участок относится к землям сельскохозяйственного назначения, оборот которых регулируется Федеральным законом «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», а также время, в течение которого участок не мог быть использован по целевому назначению из-за стихийных бедствий или ввиду иных обстоятельств, исключающих такое использование;

создании или возведении на земельном участке самовольной постройки либо невыполнении обязанностей, предусмотренных частью 11 статьи 55.32 Градостроительного кодекса Российской Федерации, в сроки, установленные решением о сносе самовольной постройки либо решением о сносе самовольной постройки или ее приведении в соответствие с установленными требованиями;

2) при изъятии земельного участка для государственных или муниципальных нужд в соответствии с правилами, предусмотренными названным Кодексом;

Применительно к рассматриваемому случаю, судом установлено и из материалов дела следует, что оспариваемое конкурсным управляющим соглашение подписано сторонами на добровольной основе и направлено на прекращение арендного обязательства.

В отличие от классических сделок, связанных с перемещением материальных благ, данная сделка обладает своей спецификой, по общему правилу не предусматривает встречного имущественного предоставления.

Вместе с тем, соглашение о расторжении договора аренды нельзя признать безвозмездной сделкой.

По существу встречные предоставления по такому соглашению сводятся к освобождению сторон договора от несения ими имущественных обязанностей по отношению друг другу. 

В результате такого соглашения прекращается обязанность арендатора по внесению арендной платы и обязанность арендодателя по предоставлению земельного участка в пользование и владение и воздержанию от чинения препятствий в пользовании. 

Таким образом, соглашение о расторжении договора аренды является возмездной сделкой (пункт 3 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Для определения наличия или отсутствия оснований применения пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, важным является установление рыночного характера условий соответствующего соглашения. 

Для отказа в признании сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо чтобы встречные предоставления были эквивалентными или, по крайней мере, существенно не отклонялись от эквивалентности. 

Применительно к соглашению о расторжении договора аренды важным является соотношение размера арендной платы и стоимости права аренды за соответствующий период. В тех случаях, когда размер арендной платы равен или превышает стоимость соответствующего права аренды, соглашение о расторжении договора аренды нельзя признать подозрительной сделкой по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Равно как нельзя признать такое соглашение недействительным и по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку такое соглашение не причиняет вреда имущественным интересам кредиторов. 

Напротив, такое соглашение о расторжении договора аренды ведет к уменьшению текущей задолженности должника и должно быть признано заключенным в интересах реестровых кредиторов. 

Вместе с тем в материалы дела не представлены доказательства того, что должник на момент расторжения договора аренды имел возможность использовать земельный участок по назначению и извлекать прибыль, а именно: осуществлять необходимые сельскохозяйственные работы, оплачивать арендную плату, либо иным образом использовать земельный участок таким образом, чтобы такое использование улучшило финансовое положение должника и не привело бы к увеличению кредиторской задолженности, нерациональному использованию земельного участка и уменьшению его стоимости.

Напротив, прекращение договорных отношений, при неисполнении финансовых обязательств, блокировало увеличение задолженности общества по арендной плате, а также привлечение общества к административной ответственности за неиспользование земель сельскохозяйственного назначения.

В рамках иного обособленного спора (15АП-906/2021) в материалы дела был представлен отчет об оценке от 09.12.2020 № 0697/0 рыночной стоимости права аренды 1 гектара земельных участков в пределах кадастрового квартала 61:01:0600017, расположенных по адресу: Ростовская область, Азовский район, в границах землепользования СПК «Победа», составленный оценщиком           ФИО6, в соответствии с которым рыночная стоимость 1 гектара составляет на 02.11.2019 - 6 238,35 руб., на 07.12.2020 - 6 468,52 руб.

Судом установлено, что указанная стоимость примерно соответствует ценовой информации, содержащейся в общедоступных источниках в сети «Интернет».

В рамках названного обособленного спора ответчиком произведен расчет величины рыночной стоимости годовой арендной платы в отношении спорного земельного участка, который составил 71 153,72 руб. в год на текущий момент,68 621,85 руб. на 02.11.2019. При этом размер текущих платежей, которые понесет должник в случае возвращения права аренды, составил 75 206,07 руб. в год на текущий момент, 56 295,83 руб. - на соответствующую дату.

Фактические обстоятельства указанного обособленного спора аналогичны обстоятельствам, рассматриваемого обособленного спора, в связи с этим суд апелляционной инстанции пришел к выводу о возможности применения названных расчетов к рассматриваемому случаю.

Для признания оспариваемой сделки недействительной применительно к пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим должна быть доказана неравноценность встречного предоставления.

Применительно к рассматриваемому случаю, это означает, что заявителем должно было быть доказано, что продолжение действия договора аренды для должника с учетом необходимости нести соответствующие расходы было более выгодно, чем его расторжение. Так, например, в случае невозможности самостоятельной обработки поля, должник был вправе сдать земельный участок в субаренду. Вместе с тем, в таком случае заявитель должен был обосновать доводы соответствующим расчетом, чего сделано не было.

Конкурсный управляющий и впоследствии общество «Благодарное-А» заявили довод о том, что должник имел возможность извлечь прибыль в результате самостоятельного использования спорного земельного участка.

Между тем, указанный довод является необоснованным, поскольку в материалы дела не представлены доказательства того, что СПК «Победа» действительно рационально использовал спорный земельный участок по целевому назначению и извлекал прибыль, достаточную, в том числе и для своевременного внесения арендной платы и земельного налога согласно условиям договора аренды. При этом суд апелляционной инстанции учитывает специфику достаточно высокой степени рискованной деятельности сельскохозяйственного предприятия, для осуществления которой необходимы постоянные финансовые вложения и соответствующие ресурсы.

В спорный период должник уже отвечал признакам неплатежеспособности.

В настоящее время должник находится в процедуре конкурсного производства и не ведет производственную деятельность. Даже в случае возврата активов (права аренды) в конкурсную массу возможно лишь предоставление в субаренду спорного земельного участка (по условиям договора аренды таких ограничений не установлено). Между тем, как указано выше, ни конкурсный управляющий, ни иные лица, участвующие в деле, не доказали возможность извлечения должником  дохода от сдачи в субаренду земельного участка, учитывая установленный договором размер арендной платы и реальная рыночная стоимость права аренды на актуальную дату исходя из представленного ответчиком отчета и имеющейся общедоступной информации.

Ходатайства о назначении судебной экспертизы именно по определению рыночной стоимости права субаренды по спорному земельному участку на срок до 27.06.2023 (с учетом первоначально установленного срока аренды) не заявлено.

Вместо этого, конкурсный управляющий и общество заявляли ходатайство назначении по делу судебной экспертизы права аренды всех земельных участков, выбывших из распоряжения должника, общей площадью 560 га, не входящие в предмет спора по настоящему делу, без указания срока аренды, а также с целью определения размера не полученного СПК «Победа» дохода от использования всех ранее находившихся в аренде земельных участков общей площадью 560 га.

Суд первой инстанции, рассмотрев данное ходатайство, обоснованно отказал в его удовлетворении, поскольку исследование данных вопросов не входит в предмет доказывания и не имеет правового значения для рассмотрения настоящего спора по существу.

Согласно пояснениям ответчика, спорный земельный участок использовался СПК «Победа» с 2013 года, согласно договору аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения от 27.06.2013, заключенного между СПК «Победа» и ФИО2 Данный договор был заключен на срок на 10 лет, то есть до 2023 года.

В пункте 2.1 договора стороны определили арендную плату в натуральной форме путем передачи продукции (зерна, кукурузы, масла подсолнечного, сахара), а также в виде вспашки огорода, оказание ритуальных услуг, подвоза угля, воды и возмещение расходов на уплату земельного налога.

Причиной расторжения договора аренды послужила неуплата СПК «Победа» арендных платежей сроком более 2-х лет.

Как указал ответчик, наличие задолженности по арендной плате послужило основанием для расторжения договора аренды (изменения сроков аренды). Ответчик и руководство должника договорились уменьшить сроки аренды, фактически досрочно расторгнув его, а арендодатель не будет предъявлять арендатору (должнику) претензии по арендной плате. 

Ранее в рамках иных аналогичных обособленных споров по настоящему делу также было установлено ненадлежащее исполнение должником (арендатором) обязательств по арендной плате по договорам аренды с иными арендодателями. С учетом вышеизложенных фактических обстоятельств дела, по соглашению от 15.03.2019 договор аренды с СПК «Победа» был расторгнут. При этом, спорная сделка не была по существу безвозмездной для должника, поскольку последний в результате сделки освобожден от уплаты арендных платежей. 

На основании вышеизложенного, с учетом, неоднократного нарушения   СПК «Победа» обязательств по полному и своевременному внесению арендной платы, в частности, в соответствии с пунктами 2.1 и 2.2. договора аренды от 27.06.2013, у ФИО2 до заключения оспариваемого соглашения от 15.03.2019 имелись основания для предъявления иска о досрочном расторжении договора аренды земельного участка в порядке статьи 619 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с общими условиями, предусмотренными положениями статьи 619 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор аренды может быть досрочно расторгнут по требованию арендодателя в случае, если арендатор  более двух раз подряд по истечении установленного договором срока платежа не вносит арендную плату.

В рассматриваемом случае, между сторонами было заключено соглашение об изменении срока действия договора, фактически направленное на его досрочное расторжение. При этом, соглашение заключено на добровольной основе.

При этом сам факт нахождения должника в процедуре конкурсного производства не исключает возможность досрочного расторжения договора аренды земельного участка с должником по причине несвоевременного и неполного внесения им арендной платы, нарушения иных обязательств по договору аренды, поскольку Закон о банкротстве не содержит положения о том, что открытие в отношении должника-арендатора процедуры конкурсного производства автоматически лишает арендодателя права на досрочное расторжение договора, в том числе, при наличии к тому оснований, установленных законом.

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что возможность для арендодателя выйти из договорных правоотношений с неплатежеспособным должником-арендатором в равной степени подлежит признанию и защите как в случае одностороннего отказа арендодателя от договора или его расторжения на основании решения суда, так и в случае заключения сторонами соглашения о досрочном прекращении договора, как это имеет место быть в настоящем случае.

Судом также не установлена аффилированность сторон, соответствующие доводы сторонами не заявлены.

Заявитель не доказал, что ответчик знал или должен был знать, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности.

Неисполнение обязательства по внесению арендных платежей само по себе не свидетельствует об осведомленности арендодателя о факте неплатежеспособности арендатора. Мотивация лица, ненадлежащим образом исполняющего свои обязанности по арендному соглашению, может не зависеть от его финансового состояния, а быть обусловленной иными факторами, влияющими на принятие экономически важных решений участником хозяйственного оборота.

В рассматриваемом случае, конкурсным управляющим должникаФИО5 и заявителем не были представлены доказательства и приведены доводы, свидетельствующие о наличии у ФИО2 цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Для признания оспариваемой сделки недействительной применительно к пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, заявителем должна быть доказана неравноценность встречного предоставления.

Применительно к рассматриваемому случаю это означает, что заявитель должен доказать, что продолжение действия договора аренды для должника, с учетом необходимости нести соответствующие расходы, было более выгодно, чем его расторжение. Так, например, в случае невозможности самостоятельной обработки поля, должник был вправе сдать земельный участок в субаренду. Вместе с тем, в таком случае управляющий и общество должны были обосновать доводы соответствующим расчетом. Соответствующие доказательства суду не представлены. 

В настоящее время спорный земельный участок с кадастровым номером 61:01:0600017:920 на основании договора аренды передан ИП КФХ ФИО3 в целях использования по целевому назначению.

Как указывает ответчик, ИП КФХ ФИО3  никогда не состоял в каких-либо вещных или обязательственных правоотношениях с СПК «Побед» по поводу земельного участка с кадастровым номером 61:01:0600017:920, в связи с этим, возмездность и встречность предоставления между ними по поводу участка исключена.

При этом, заключая договор аренды земельного участка,ИП КФХ ФИО3 не знал и не мог знать об основаниях и порядке прекращения арендного правоотношения между ФИО2 и СПК «Победа», а потому оснований для выводов о злоупотреблении последним правами не имеется.

Доказательств обратного заявитель не представил.

С учетом изложенного, исходя из фактических обстоятельств дела, принимая во внимание отсутствие каких-либо взаимоотношений между должником и          ИП КФХ ФИО3, суд апелляционной инстанции также признает необоснованными требования конкурсного управляющего к ответчикам применительно к пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом правовой позиций высшей судебной инстанции, отраженной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2017 № 303-ЭС1б-16877 по делу № А16-1418/2014 и пункта18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации   № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, равноценность встречного предоставления между сторонами по договору аренды является презумпцией, которая может быть опровергнута с учетом содержания каждого конкретного договора и особенностей его исполнения.

Проведенной в рамках настоящего дела по иному обособленному спору оценкой права аренды подтверждено, что на момент прекращения арендных правоотношений между ФИО2 и СПК «Победа» размер текущих платежей в виде арендной платы по договору превышает размер рыночной стоимости права аренды, досрочное расторжение договора аренды было обусловлено, в том числе отсутствием экономического интереса со стороны самого должника, а также с целью недопущения увеличения задолженности по арендной плате. Стороны, на добровольной основе расторгая договор аренды, действовали в интересах обоих сторон договора. 

Удовлетворение требования в рассматриваемом случае не восстановит права должника и кредиторов, поскольку реализация права аренды по существенно завышенной цене невозможна, учитывая незначительный остаток первоначально установленного срока договора аренды - до 27.06.2023, при отсутствии возможности дальнейшей пролонгации договора. Кроме того, суд учитывает, что дело относится к сложной категории, имеется множество лиц, участвующих в деле, с разными правовыми позициями и интересами, и нет оснований полагать, что в кратчайшее время возможно утверждение Положения о продаже имущества должника, и будет реализовано право аренды на все ранее имеющиеся земельные участки единым лотом по более высокой цене (как заявляли конкурсный управляющий и кредитор).

Учитывая наличие задолженности по договору и соотношение рыночной стоимости права аренды (субаренды) на незначительный срок (с учетом специфики деятельности и целевого назначения земельного участка) с размером арендных платежей, установленным договором аренды, на стороне арендодателя ФИО2 отсутствовала обязанность совершать в пользу СПК «Победа» имущественное предоставление за досрочное прекращение договора аренды. Напротив, непогашенный долг существовал именно на стороне арендатора.

При таких обстоятельствах, отсутствуют правовые основания для признания оспариваемого соглашения от 15.03.2019 подозрительной сделкой, направленной на причинение вреда имущественным интересам кредиторов.

Таким образом, основания для признания спорного соглашения недействительной сделкой применительно к пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве отсутствуют. 

Конкурсный управляющий должника, а впоследствии и кредитор также просили признать спорное соглашение недействительным по общегражданским основаниям. 

Проверив оспариваемое соглашение на предмет недействительности применительно к положениям параграфа 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции также не установил оснований для удовлетворения заявления. 

Согласно пункту 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором или положением о филиале или представительстве юридического лица либо полномочия действующего от имени юридического лица без доверенности органа юридического лица ограничены учредительными документами юридического лица или иными регулирующими его деятельность документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или такой орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об этих ограничениях. 

Указанная норма не регулирует вопросы, связанные с признанием недействительной сделки, совершенной от имени представляемого представителем по доверенности с выходом за пределы соответствующих полномочий. В таком случае подлежит применению норма статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лицом, который действовал без полномочий или превысил свои полномочия, не связывает представляемого и по общему правилу считается совершенной от имени лже-представителя. 

Отсутствие сделки, совершенной с превышением полномочий, для псевдо-представляемого оправданно, так как здесь ограничения были отражены во внешней стороне представительства - в самой доверенности или в законе.

Соответственно, контрагент по такой сделке должен испытывать все последствия своей невнимательности при определении объема полномочий представителя, а представляемый не должен нести бремя подачи каких-либо исков для констатации отсутствия связанности совершенной сделкой. Поэтому если, например, директор филиала или иной сотрудник компании совершает от ее имени сделку без наличия доверенности или с превышением полномочий, ограниченных в ней, и при этом полномочия на совершение такой сделки не следуют из обстановки, к такой сделке положения пункт 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации  не применяются, а применяются положения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 16.09.1997 № 435/96, пункт 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.10.2000 № 57).

В тех же случаях, когда ограничения не отражены во внешней стороне представительства, а носят лишь «внутренний» характер, право пытается защищать разумные ожидания добросовестного контрагента (или стороны, которой была адресована односторонняя сделка) и поэтому оно объявляет такую сделку действительной, связывающей представляемого и позволяет последнему аннулировать такую сделку только в судебном порядке и только при доказанной недобросовестности контрагента.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 119, абзаце втором пункта 122 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление№ 25), пункт 1 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяется к случаям совершения сделок органом юридического лица с выходом за пределы ограничений, которые установлены его учредительными документами, иными документами, регулирующими деятельность юридического лица, или представителем, за пределами ограничений, указанных в договоре или положении о филиале или представительстве юридического лица. Такие сделки могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По общему правилу, когда сделка от имени юридического лица совершена лицом, у которого отсутствуют какие-либо полномочия, а контрагент юридического лица добросовестно полагался на сведения о его полномочиях, содержащиеся в ЕГРЮЛ, сделка, совершенная таким лицом с этим контрагентом, создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности для юридического лица с момента ее совершения (статьи 51 и 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), если только соответствующие данные не были включены в указанный реестр в результате неправомерных действий третьих лиц или иным путем помимо воли юридического лица (абзац второй пункта 2 статьи 51 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В иных случаях, когда сделка от имени юридического лица совершена лицом, у которого отсутствуют какие-либо полномочия, подлежат применению положения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 123 названного постановления № 25 также разъяснено, что установление факта заключения сделки представителем без полномочий или с превышением таковых служит основанием для отказа в иске, вытекающем из этой сделки, к представляемому, если только не будет доказано, что последний одобрил данную сделку (пункты 1 и 2 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься: письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано; признание представляемым претензии контрагента; иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это лицом акта сверки задолженности); заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

Независимо от формы одобрения оно должно исходить от органа или иного лица, уполномоченного заключать такие сделки или совершать действия, которые могут рассматриваться как одобрение.

Равным образом об одобрении могут свидетельствовать действия работников представляемого по исполнению обязательства при условии, что они основывались на доверенности, либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали (абзац второй пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае, вопреки доводам конкурсного управляющего, доверенность от 25.02.2014 № 61АА2666802 предоставляла ФИО4 полномочие на совершение сделки - соглашения о расторжении договора аренды от имени арендатора. 

Данная доверенность предоставляла ФИО4 право совершать сделки в отношении неограниченного круга лиц от имени доверителя. 

Судом апелляционной инстанции признается необоснованным довод о том, что поскольку в доверенности указано, что ФИО4 представляет интересы СПК «Победа» в органах, организациях, учреждениях, то он не вправе подписывать соглашения с физическими лицами. 

Толкование условий доверенности позволяет сделать вывод, что          ФИО4 были делегированы полномочия на представление интересов доверителя в соответствующих организациях и на совершение сделок. 

Кроме того, как следует из материалов дела, единоличным исполнительным органом СПК «Победа» не оспорено полномочие ФИО4 на подписание спорного соглашения в период до даты введения конкурсного производства. Наоборот, в последующем сделка фактически была одобрена руководителем юридического лица, в том числе посредством регистрации в Управлении Росреестра.

Таким образом, оснований для применения пункта 1 статьи 174 и статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется. 

В качестве основания недействительности сделки заявитель также указал  положения статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Вместе с тем, согласно пункту 1 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия.

Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе. Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность. 

При этом, в силу пункта 2 данной статьи поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа. 

Для применения данного основания недействительности необходимо установления двух обстоятельств: необходимость получения соответствующего согласия на совершение сделки и осведомленность об этом другой стороны по сделке. 

Заявитель ссылается на отсутствие необходимого согласия Правления кооператива. 

Вместе с тем, заявителем не учтено следующее. 

В силу пункта 3 статьи 38 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации», сделки кооператива (в том числе сделки по передаче в аренду земельных участков и основных средств кооператива, по залогу имущества кооператива), стоимость которых в процентах от общей стоимости активов кооператива за вычетом стоимости земельных участков и основных средств кооператива составляет до 10 процентов, совершаются по решению правления кооператива (за исключением случаев, предусмотренных абзацем третьим настоящего пункта), от 10 до 20 процентов - по совместному решению правления кооператива и наблюдательного совета кооператива, свыше 20 процентов - по решению общего собрания членов кооператива. 

Сделки кооператива по отчуждению и приобретению земельных участков и основных средств кооператива совершаются в соответствии с пунктом 3 статьи 20 названного Федерального закона. 

Уставом кооператива могут быть предусмотрены полномочия председателя кооператива по принятию решений о совершении сделок, не выходящих за пределы обычной хозяйственной деятельности кооператива и не связанных с владением, пользованием и распоряжением земельными участками и основными средствами кооператива. При этом уставом кооператива может устанавливаться предельная стоимость указанных сделок, которая не может превышать 10 процентов от общей стоимости активов кооператива за вычетом стоимости земельных участков и основных средств кооператива.

Согласно пункту 1 главы 5 Устава СПК «Победа», сделки кооператива, которые не связаны с отчуждением земельных участков и основных средств производства кооператива или их приобретением на сумму, размер которой составляет до 60% стоимости активов кооператива за вычетом стоимости земельных участков и основных средств производства кооператива, совершаются по решению Правления кооператива. 

Действительно, в данном случае, учитывая положения закона и устава кооператива, согласие правления кооператива на совершение соответствующей сделки должно было быть получено. 

Вместе с тем, устав кооператива не предусматривал форму такого согласия, ФИО2 не знал и не мог знать о подобных ограничениях с учетом того обстоятельства, что сам договор аренды подписывался от имени кооператива его председателем. 

Более того, все последующее поведение СПК «Победа»: не оспаривание соответствующего соглашения Правлением кооператива, направление в регистрирующий орган письма от 04.06.2019 № 93 о лице, уполномоченном обращаться в регистрирующий орган, свидетельствует об одобрении данной сделки соответствующим органом кооператива, что исключает в силу абзаца 4 пункта 2, пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации  возможность оспаривания сделки по соответствующему правовому основанию. 

Кроме того, суд апелляционной инстанции также отмечает, что наличие или отсутствие такого согласия в любом случае не могло негативно повлиять на права и интересы арендодателя, воля которого была направлена на расторжение договора аренды в связи с нарушением арендатором существенных условий договора, о чем более подробно указано выше.

Таким образом, оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

Кроме того, отсутствуют основания для признании спорных сделок недействительными на основании статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В отношении возможности применения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации суд учитывает, что судебной практикой выработан подход при разграничении оснований оспаривания, согласно которому наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 постановления № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»). 

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В рассматриваемом случае суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные нарушения не выходят за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом. Фактически ссылка на заключение сделки по отчуждению имущества должника ответчику при наличии признаков злоупотребления правом позволяет обойти как ограничения на оспаривание сделок, установленные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в части трехлетнего периода подозрительности, так и правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо. Учитывая данные обстоятельства, а также принимая во внимание, что суд не связан правовой квалификацией, данной заявителем, суд вне зависимости от ссылок конкурсного управляющего на статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, считает подлежащими применению положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом заявитель не доказал наличие у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, и как следствие оснований для применения положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции отклоняет довод апеллянта о необоснованном отказе судом в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства.

В соответствии с частью 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий. 

В силу положений статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отложение судебного разбирательства по ходатайству лица, участвующего в деле, является правом, а не обязанностью суда, доводы, положенные в обоснование ходатайства об отложении оцениваются судом с точки зрения необходимости и уважительности причин для отложения судебного разбирательства.

Из содержания данной нормы следует, что полномочие суда по вопросу удовлетворения ходатайства об отложении судебного разбирательства относится к числу дискреционных и зависит от наличия обстоятельств, препятствующих участию стороны в судебном заседании, которые суд оценит в качестве уважительных причин неявки. 

Заявляя ходатайство об отложении рассмотрения дела, лицо, участвующее в деле, должно указать и обосновать, для совершения каких процессуальных действий необходимо отложение судебного разбирательства. Заявитель ходатайства должен также обосновать невозможность разрешения спора без совершения таких процессуальных действий.

Перед подачей заявления о замене инициатора обособленного спора, кредитор, будучи конкурсным кредитором должника, обладающий правом ознакомления с материалами дела, определяя волеизъявления на замену инициатора обособленного спора в полной мере имел представления о содержании, ходе и особенностях процесса (в том числе с учетом того обстоятельства, что данный спор является тожественным уже ранее рассмотренному спору тремя судебными инстанциями). Материалы дела сформированы в достаточной мере. Оснований для назначения по обособленному спору судебной экспертизы, представления каких-либо дополнительных доказательств не имеется. 

Представитель кредитора принимал участие в деле о банкротстве с самого начала, в полной мере располагает информацией о ходе процесса, перспективе судебного разбирательства, объеме доказательств.

Учитывая, что очередное отложение судебного заседания приведет лишь к затягиванию судебного разбирательства и процедуры банкротства, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства. 

Кроме того, представитель ООО «Благодарное А» участвовал в судебном заседании, поэтому его права на судебную защиту не нарушены. 

Суд, рассмотрев заявленное ходатайство в порядке части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отклонил его, поскольку, принимая во внимание положения названной статьи, обстоятельств, препятствующих рассмотрению в данном судебном заседании заявления, не установлено.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 19.10.2020 в рамках настоящего обособленного спора приняты обеспечительные меры.

Исходя из части 5 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случае отказа в удовлетворении иска, оставления иска без рассмотрения, прекращения производства по делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта. 

В связи с этим арбитражный суд вправе указать на отмену обеспечительных мер в названных судебных актах либо после их вступления в силу по ходатайству лица, участвующего в деле, вынести определение об отмене обеспечительных мер. 

Поскольку в удовлетворении заявленных требований отказано, обеспечительные меры обоснованно отменены судом первой инстанции.

Довод апеллянта о том, что на момент заключения соглашения о расторжении договора аренды должник надлежащим образом исполнял обязанности арендатора, в том числе по оплате арендной платы, что установлено при проведении налоговой проверки, оформленной актом № 1072 от 16.05.2019, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку представленные конкурсным управляющим в материалы дела в рамках иных обособленных споров ведомости за 2017, 2018, 2019 год и акт налоговой проверки от 16.05.2019 № 1072 не приняты судом в качестве надлежащих доказательств факта внесения арендной платы. 

Указанные ведомости не подтверждают факт исполнения обязательств арендатором за не указанные в данных ведомостях периоды. Из акта налоговой проверки от 16.05.2019 № 1072 не следует, что на протяжении всего 2018 года, а тем более 2017 и 2019 годов, должник в срок и в полном объеме исполнял все обязательства по внесению арендной платы за земельный участок с кадастровым номером 61:01:0600017:920 в пользу ФИО2, поскольку из буквального содержания указанного акта усматривается, что арендная плата в общей сумме 4 691 090 руб. выплачена должником 331-му физическому лицу 27.12.2018, при этом сумма неудержанного кооперативом как налоговым агентом НДФЛ с арендных платежей составила 609 842 руб. Из представленных в материалы дела доказательств невозможно достоверно установить, что в указанную группу арендодателей, получивших 27.12.2018 арендную плату за 2018 год, входил ФИО2 и невозможно установить общую сумму выплаченной ему арендной платы.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения. Оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется. 

На основании вышеизложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 13.10.2021 по делу № А53-38108/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном статьёй 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу.

Председательствующий                                                           Н.В. Сулименко

 

Судьи                                                                                             Д.В. Николаев

 

Г.А. Сурмалян