Арбитражный суд Краснодарского края

Именем Российской Федерации

                                

РЕШЕНИЕ

№ А32-9927/2020

г. Краснодар

02 октября 2020 г.

Резолютивная часть решения объявлена 28 сентября 2020 г.

Полный текст решения изготовлен 02 октября 2020 г.

 

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Ермоловой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ершовой Ю.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

ЗАО «Микояновский мясокомбинат», г. Москва

к ЗАО «Курганинский мясоптицекомбинат», г. Курганинск

о взыскании 2 000 000 руб. компенсации за незаконное использование товарного знака «Светская» № 590927, запрете использования обозначения «Светская», обязании опубликовать за свой счет резолютивное решение суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя в газете «Кубанские новости»

 

при участии:

от истца: ФИО1

от ответчика: ФИО2

УСТАНОВИЛ:

ЗАО «Микояновский мясокомбинат» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края к ЗАО «Курганинский мясоптицекомбинат» с требованиями о взыскании 6 040 758 руб. компенсации за незаконное использование товарного знака «Светская» № 590927, определенной по правилам подп. 2 п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса РФ в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, обязании опубликовать за свой счет резолютивное решение суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя в газете «Кубанские новости» (требования, уточненные в порядке ст. 49 АПК РФ).

Истец в судебном заседании заявил ходатайство в порядке ст. 49 АПК РФ об уточнении (уменьшении) исковых требований в части размера компенсации, согласно которому просит взыскать с ответчика 5 254 595 руб. компенсации за незаконное использование товарного знака «Светская» № 590927.

Ходатайство истца об уточнении (уменьшении) исковых требований судом рассмотрено и удовлетворено.

От ответчика поступило ходатайство о снижении размера компенсации, а также документы в соответствии с определением суда.

Истец против снижения компенсации возражал.

Исследовав документы и оценив в совокупности все представленные доказательства, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, истец – ЗАО «Микояновский мясокомбинат» на основании свидетельства № 590927 является правообладателем зарегистрированного 14.10.2016 г. в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания товарного знака (знака обслуживания) –  товарного знака в виде словесного обозначения «Светская», срок действия исключительного права на который установлен до 09.09.2024 г. Приоритет товарного знака установлен с 09.09.2014 г.

Правовая охрана указанному товарному знаку предоставлена в отношении 29 класса Международной классификации товаров и услуг (МКТУ) – сосиски, сардельки, изделия колбасные, мясо и изделия из мяса, в том числе деликатесы из мяса, продукты мясной переработки и т.д.

Как указывает истец, в августе 2019 г. при проведении контрольных мероприятий по использованию товарных знаков, принадлежащих  ЗАО «Микояновский мясокомбинат», был выявлен факт реализации колбасы «Светская» производства ЗАО «Курганинский мясоптицекомбинат» в Краснодарском крае, обозначение на которой сходно до степени смешения с товарным знаком истца № 590927.

В подтверждение факта использования ответчиком обозначения «Светская» при маркировке выпускаемой продукции истцом в материалы дела представлены: фотографии с изображением контрафактного товара, кассовый чек от 19.08.2019 г.

При этом какие-либо права на использование указанного товарного знака ответчику предоставлено не было.

22.08.2019 г. истец направил в адрес ответчика претензию № 17-05/1009/2019 с требованием о прекращении использования обозначения «Светская» и выплате компенсации была оставлена ответчиком без удовлетворения.

Ответным письмом от 12.09.2019 г. исх. № 765 ответчик сообщил истцу о прекращении реализации колбас «Светская», прекращении действия декларации о соответствии данного товара и отзыве сертификата соответствия.

Полагая, что использованием ответчиком спорного обозначения «Светская» без заключения соответствующего договора с правообладателем нарушены исключительные права истца на объект интеллектуальной собственности, ЗАО «Микояновский мясокомбинат» обратилось в суд с настоящим иском.

При рассмотрении дела и разрешении данного спора арбитражный суд полагает исходить из следующего.

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса РФ к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственности), отнесены, в том числе,  фирменные  наименования, товарные  знаки  и  знаки  обслуживания, а также коммерческие обозначения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса РФ гражданин или юридическое лицо, обладающее исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Согласно пункту 2 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или  иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.

Согласно п. 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Пленум № 10), при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет".

В подтверждение факта использования ответчиком обозначения «Светская» при маркировке выпускаемой продукции истцом в материалы дела представлены: фотографии с изображением контрафактного товара, кассовый чек от 19.08.2019 г.

Факт выпуска и реализации продукции с обозначением «Светская», исключительные права на который принадлежат истцу, ответчиком не оспаривается.

Следует отметить, что правовая охрана товарному знаку предоставляется на всей территории Российской Федерации, в связи с чем правообладатель вправе запрещать иным лицам на всей территории Российской Федерации использовать обозначение сходное до степени смешения (тождественному) с его товарным знаком.

Оценив по правилам ст. 71 АПК РФ представленные в материалы дела документы и доказательства, суд приходит к выводу о том, что ответчиком были нарушены исключительные права истца на товарный знак № 590927 при осуществлении деятельности  в отношении услуг 29 класса Международной классификации товаров и слуг (МКТУ).

В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Статьей 1252 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования:

1) о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя;

2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия;

3) о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 настоящего Кодекса;

4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю;

5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 59 постановления Пленума № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При определении размера компенсации, подлежащей взысканию с ответчика, суд приходит к следующему.

Истец просит взыскать с ответчика 5 254 595 руб. компенсации за незаконное использование товарного знака «Светская» № 590927, определенной по правилам подп. 2 п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса РФ в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак.

Как разъяснено в п. 61 Пленума № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц. Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам. Так, если контрафактные экземпляры (товары) проданы или предлагаются к продаже нарушителем на основании договоров оптовой купли-продажи, должна учитываться именно оптовая цена экземпляров (товаров).

Согласно сведениям, представленным Южным межрегиональным управлением Россельхознадзора от 21.07.2020 г., объем реализованной ЗАО «Курганинский мясоптицекомбинат» колбасы «Светская» за период с 01.07.2018 г. по 01.10.2019 г. составил 4321 кг.

Истец согласился со средней стоимостью реализованной продукции, представленной ответчиком, в сумме 608 руб. 03 коп. и уменьшил размер компенсации, исходя из указанной стоимости, до 5 254 595 руб. (4321 кг*608 руб. 03 коп.*2).

Ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера компенсации ниже установленного подп. 2 п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса РФ размера до 375 000 руб. с учетом того, что право правомерного использования товарного знака «Светская» при сравнимых обстоятельствах составляет 25 000 руб. в месяц, что за спорный период с 01.07.2018 г. по 01.10.2019 г. составит 375 000 руб. (15 месяцев*25 000 руб.).

Вместе с тем, суд отмечает, что в рассматриваемом случае истцом заявлена ко взысканию компенсация, определенная в соответствии с подп. 2 п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса РФ в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 г.).

Таким образом, контррасчет компенсации, представленный ответчиком, исходя из стоимости права использования спорного товарного знака, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, не может быть принят судом.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, при взыскании компенсации за нарушение исключительного права на объект интеллектуальной собственности защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на реализацию прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц, - т.е. так, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота (постановления от 13.12.2016 N 28-П, от 13.02.2018 N 8-П, определения от 26.11.2018 N 2999-О, от 28.11.2019 N 3035-О и др.).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2 постановления от 13.12.2016 № 28-П, положения подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Учитывая системную связь подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, аналогичный подход должен применяться как к размеру компенсации, определяемому по усмотрению суда, так и в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 21 Обзора судебной практики № 3 (2017), утвержденного 12.07.2017 президиумом Верховного Суда Российской Федерации, где указано, что снижение размера компенсации, исчисленного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, возможно при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами.

При этом, Постановлением Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации признан не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 и 55 (часть 3), в той мере, в какой эта норма в системной связи с общими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации о защите исключительных прав, в том числе с пунктом 3 его статьи 1252, не позволяет суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности исключительного права на один товарный знак, снизить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации, если такой размер многократно превышает величину причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Так, Конституционным Судом РФ в Постановлении № 40-П (п. 4.1) отмечено следующее. Сформировавшаяся судебная практика исходит из того, что размер компенсации, исчисленный на основе подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации, по смыслу пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, а потому суд не вправе снижать его по своей инициативе. В судебной практике сложилось такое понимание подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса, когда снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях, с учетом абзаца третьего пункта 3 его статьи 1252 и Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года N 28-П. Однако подобное толкование правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации означает, что в деле, которое предстоит разрешить Пятнадцатому арбитражному апелляционному суду, отсутствует один из критериев для снижения размера компенсации ниже установленных законом пределов - одновременное нарушение исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности. При таком подходе, если правообладатель выбирает компенсацию в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, возможность снижения ниже этого размера отсутствует. Развивая выраженные в Постановлении от 13 декабря 2016 года N 28-П позиции о правовой природе компенсации за нарушение исключительного права и о необходимости находить баланс интересов участников соответствующих правоотношений, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13 февраля 2018 года N 8-П отметил следующее: если при рассмотрении конкретного дела будет выявлено, что применимые нормы ставят одну сторону (правообладателя) в более выгодное положение, а в отношении другой предусматривают возможность неблагоприятных последствий, то суд обязан руководствоваться критериями обеспечения равновесия конкурирующих интересов сторон и соразмерности назначаемой меры ответственности.

Сформулированные в названном Постановлении правовые позиции имеют общий (универсальный) характер в том смысле, что должны учитываться не только при применении тех же самых норм Гражданского кодекса Российской Федерации, которые стали непосредственным предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации, и лишь в контексте идентичных обстоятельств дела, но и в аналогичных ситуациях. Соответственно, и в случае взыскания за нарушение исключительного права на один товарный знак компенсации, определенной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса, должна быть обеспечена возможность ее снижения, если размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (п. 4.2 Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П).

Поскольку компенсация, по смыслу взаимосвязанных положений статей 1250, 1252 и 1515 ГК Российской Федерации, имеет штрафной характер, принципиальное значение приобретает норма абзаца второго пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса о критериях, которыми должны руководствоваться суды при определении размера компенсации: он определяется в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Термин "характер нарушения" обычно понимается как относящийся к тяжести содеянного, причем, как правило, принимаются во внимание обстоятельства, характеризующие последствия нарушения, поведение причинителя вреда и наличие его вины (п. 4.3 Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П).

Как указал Конституционный суд в п. 5 Постановления № 40, впредь до внесения в гражданское законодательство изменений, вытекающих из настоящего Постановления, суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации величины. При этом - с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (т.е. не может составлять менее стоимости права использования товарного знака).

На основании изложенного, определяя в рассматриваемом случае размер компенсации, суд принимает во внимание следующие обстоятельства: добровольное прекращение использования спорного товарного знака сразу после получения соответствующей претензии от истца, совершение правонарушения в отношении указанного товарного знака впервые, незначительный объем реализации колбасы «Светская» в процентном соотношении от общего объема реализованных ответчиком колбасных изделий (0,22%), характер допущенного нарушения (по неосторожности), тяжелое материальное положение ответчика.

Ссылки истца на повторное нарушение ответчиком исключительных прав ЗАО «Микояновский мясокомбинат» отклоняются судом, поскольку в рамках дела № А32-10181/20 с ответчика взыскана компенсация за другой товарный знак, принадлежащий истцу - № 306754 «Москворецкая».

Таким образом, устанавливая размер компенсации, исчисленной в порядке, предусмотренном подпунктом 2 п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса РФ, учитывая указания Конституционного Суда РФ, изложенные в Постановлении от 24.07.2020 № 40-П, с учетом вышеуказанных обстоятельств дела, суд считает возможным снизить размер компенсации, подлежащей взысканию с ответчика ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации величины – до однократного размера стоимости товаров, на которых незаконно размещен спорный товарный знак.

При указанных обстоятельствах, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация в сумме 2 627 297 руб. (4321 кг*608 руб. 03 коп.).

В удовлетворении остальной части исковых требований ЗАО «Микояновский мясокомбинат» о взыскании компенсации следует отказать.

Как было указано выше, статьей 1252 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в том числе, путем предъявления требования о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя.

Как разъяснено в пункте 58 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10, заявляя требование о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя (пп. 5 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ), истец должен указать, где требуется осуществить соответствующую публикацию, и обосновать причины своего выбора. Ответчик вправе представить свои возражения о месте публикации решения. Оценивая доводы истца и возражения ответчика по предложенному месту публикации, суд вправе определить место публикации решения исходя из того, что выбор такого места должен быть направлен на восстановление нарушенного права (например, в том же печатном издании, где была опубликована недостоверная информация о правообладателе; в официальном бюллетене федерального органа исполнительной власти по интеллектуальной собственности; в источнике, место распространения которого определяется местом производства и распространения контрафактных товаров или местом осуществления и характером деятельности истца).

Мотивируя выбор печатного издания, истец пояснил, что газета «Кубанские новости» публикует самые важные краевые и городские новости, статьи, затрагивающие острые проблемы жизни общества, к тому же место распространения издания аналогично основному месту производства и распространения контрафактных товаров ответчиком.

Ответчик против выбора указанного печатного издания возражений не направил.

Поскольку судом установлено нарушение ответчиком исключительных прав истца на товарный знак №590927, суд считает обоснованными и подлежащими удовлетворению исковые требования истца в части возложения на закрытое акционерное общество «Курганинский мясоптицекомбинат» обязанности опубликовать за свой счет резолютивную часть настоящего решения, с указанием о допущенном нарушении исключительных прав закрытого акционерного общества «Микояновский мясокомбинат» (ИНН 

<

***>) и о действительном правообладателе товарного знака «Светская» по свидетельству №590927 в газете «Кубанские новости», размером не менее 1/8 полосы.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с проигравшей стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Как разъясняется в пунктах 20 и 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

Иск о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав имеет имущественный характер и подлежит оценке.

Таким образом, при разрешении вопроса о распределении судебных расходов, в том числе судебных издержек, применяется правило пропорциональности.

Указанный правовой подход был неоднократно выражен в Постановлениях Суда по интеллектуальным правам (постановления от 28.04.2016 № С01-279/2016 по делу N А46-9715/2015, от 23.05.2016 N С01-295/2015 по делу № А40-80567/2014, от 11.07.2016 N С01-422/2016 по делу N А08-4070/2015, от 29.05.2017 № С01-739/2016 по делу N А49-14142/2015).

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

РЕШИЛ:

Ходатайство истца об уточнении исковых требований удовлетворить. 

Взыскать с закрытого акционерного общества «Курганинский мясоптицекомбинат» (ИНН 

<

***>) в пользу закрытого акционерного общества «Микояновский мясокомбинат» (ИНН 

<

***>) 2 627 297 руб. компенсации за незаконное использование товарного знака, 20 363 руб. 50 коп. расходов по оплате госпошлины. 

Обязать закрытое акционерное общество «Курганинский мясоптицекомбинат» (ИНН 

<

***>) опубликовать за свой счет резолютивную часть настоящего решения, с указанием о допущенном нарушении исключительных прав закрытого акционерного общества «Микояновский мясокомбинат» (ИНН 

<

***>) и о действительном правообладателе товарного знака «Светская» по свидетельству №590927 в газете «Кубанские новости», размером не менее 1/8 полосы.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать

Взыскать с закрытого акционерного общества «Курганинский мясоптицекомбинат» (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 10 273 руб. госпошлины. 

Решение может быть обжаловано в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок от даты его принятия через Арбитражный суд Краснодарского края.

 

   Судья                                                                                                                       Н.А. Ермолова