АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7621/23 

Екатеринбург

22 января 2024 г.

 

Дело № А60-25879/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 января 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю. В.,

судей Новиковой О. Н., Павловой Е. А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 (далее – истец, заявитель кассационной жалобы) на решение Арбитражного суда Свердловской области от 27.06.2023 по делу № А60-25879/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

представитель ФИО1 – ФИО2 (паспорт, доверенность от 31.05.2022 № 66 АА 7369137);

представитель ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 19.07.2022 № 66 АА 743498);

представитель общества с ограниченной ответственностью «Белоярская фабрика асбокартонных изделий» (далее – общество «БФАИ», Общество) – ФИО5 (паспорт, доверенность от 14.07.2022); 

представители ФИО6 (далее – ответчик) – ФИО7, ФИО8 (паспорт, доверенность от 18.07.2022 № 66 АА 7434960). 

Представленные через систему «Мой Арбитр» отзывы на кассационную жалобу ФИО1, ФИО3 и общества «БФАИ» приобщается к материалам кассационного производства ввиду заблаговременного направления их лицам, участвующим в деле (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

 

ФИО1 обратился в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к ФИО6 об исключении из участников общества «БФАИ». 

В порядке, предусмотренном статьей 51 АПК РФ, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительного предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «БФАИ», ФИО13 Фузия Хамитяновна, ФИО3, ФИО9, общество с ограниченной ответственностью «Компания Уральские химические ресурсы», общество с ограниченной ответственностью «Белинвест», индивидуальный предприниматель ФИО10, Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 29 по Свердловской области.

Решением Арбитражный суд Свердловской области от 27.06.2023 в иске отказано. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2023 решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит указанные судебные акты отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает, что ответчик, используя свое контролирующее положение в отношении общества «БФАИ» нарушает общие принципы корпоративного законодательства; отмечает, что только лишь наличие корпоративного конфликта, а также статус мажоритарного участника не могло являться основанием для отказа в иске об исключении такого участника из общества, закон не устанавливает ограничений на исключение из общества с ограниченной ответственностью его участника, обладающего более чем 50 процентами доли в уставном капитале общества; полагает, что финансовое состояние общества ухудшилось после того, как ответчик стал использовать свое контролирующее положение исключительно в целях личного обогащения. По мнению заявителя кассационной жалобы, то обстоятельство, что ранее истец не оспаривал действия ответчика как директора общества «БФАИ», не свидетельствуют об отсутствии у него права требовать его исключения из числа участников общества.

Заявитель кассационной жалобы указывает, что в 2018 – 2022 годах ответчик на основании своих единоличных решений в обход порядка, установленного законом, существенно увеличил себе объем выплат в виде заработной платы в 10,3 раза – с 1 751 506 руб. до 9 301 000 руб., единоличным распоряжением выплатил себе, помимо ежемесячных премий, которые составляют 70 % от должностного оклада еще и дополнительные премии в сумме 118 115 000 руб., при этом доказательства о распределении прибыли общества аналогичным способом в отношении истца не представлены; настаивает, что ответчик, недобросовестно используя свой корпоративный контроль в отношении общества «БФАИ» на протяжении нескольких лет распределял прибыль общества, исключительно в свою пользу, что привело к убыткам для общества «БФАИ» в сумме 315 642 265 руб. 06 коп., причинение которых на основании вышеуказанных положений закона презюмируется; аналогичным образом ответчик предоставил себе займы от имени общества на сумму 180 млн руб., арендовалось в течение 4 лет дорогостоящее недвижимое имущество (коттедж) в д. Жуковка (Московская область) стоимостью 3 млн руб. в отсутствие одобрения общего собрания участников общества; указывает, что сам по себе факт выплаты обществом дивидендов в размере, который определен на якобы проведенных общих собраниях участников, не подтверждает того, что ответчик созывал и проводил указанные собрания, а подтверждает лишь тот факт, что ответчик выплачивал дивиденды в нарушение процедуры, предусмотренной Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах), не учитывая мнения истца, доля которого в обществе составляет 37,5 %. Как полагает заявитель кассационной жалобы, вследствие действий ответчика по выводу денежных средств путем выплаты себе увеличенной заработной платы, предоставления займов, оплаты аренды дорогостоящего имущества у общества «БФАИ» возникли признаки банкротства, ввиду формирования неисполненных требований перед налоговым органом в сумме 102 млн руб., появились сложности с оплатой сырья для производства продукции, произошла остановка производственного процесса, работникам стала задерживаться заработная плата, увеличилось привлечение кредитных средств. 

Помимо изложенного, заявитель кассационной жалобы ссылается на нарушение судами норм процессуального права, поскольку ФИО11 была привлечена к участию в деле в качестве специалиста, несмотря на то, что находится в финансовых отношениях с ответчиком, что дает основания сомневаться в ее беспристрастности и представленном обществом «Евраз Бизнес Консалтинг» лице ФИО11 заключении специалиста; указывает, что заключение специалиста от № 4-2022 не могло быть использовано в качестве допустимого доказательства, ввиду неправильно подобранной методики и представленных документов. 

В отзывах на кассационную жалобу ФИО1, ФИО3 и общества «БФАИ» просят оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Возражая против удовлетворения кассационной жалобы ответчик и поддерживающие его доводы третьи лица – ФИО3 и общество «БФАИ» указывают, что общество «БФАИ» является градообразующим предприятием в Белоярском городском округе, обеспечивает выполнение государственного оборонного заказа, производит продукцию гражданского и двойного назначения, выполняет заказы особой важности, связанные с обеспечением нужд Министерства обороны РФ и достижением целей по проведению специальной военной операции, является предприятием – монополистом по производству отдельных видов продукции в России  (например, материалы теплоизоляционные высокотемпературные SW, теплоизоляционный материал BioMat, плита огнезащитная LIV Board, материал эндотермический ET MAT, материал термоизолирующий InsulMat и т.д.). Возражая по доводам кассационной жалобы о необоснованной выплате ответчиком себе заработной платы в отсутствие согласия решения собрания кредиторов, ответчик и третьи лица указывают, что в период с 07.09.2015 по 03.10.2016 заработная плата самого истца в должности исполнительного директора в том же самом обществе увеличилась на 424 %, по состоянию на дату рассмотрения спора составляла 1 314 000 руб. в месяц, при сокращении рабочего времени до 3 часов в день и уменьшением трудовых обязанностей до одной функции – добросовестного исполнения своих обязанностей путем подготовки и предоставления генеральному директору краткой, сублимированной информации для принятия управленческих решений по производственно-техническим вопросам; настаивают на отсутствии оснований для исключения ФИО6 из числа участников общества. Кроме того, ответчиком и третьими лицами указано на то, что отсутствует взаимосвязь между приведенными истцом действиями ответчика и финансово-экономическим состоянием Общества, ухудшение финансового состояния отсутствует, нет доказательств того, что поведение ответчик повлекло невозможность осуществления обществом хозяйственной деятельности либо возникновение затруднений при ее осуществлении; исключение ответчика, с учетом вовлеченности его в производственную деятельность, повлечет негативные последствия для самого Общества вплоть до прекращения деятельности; доводы о причинении убытков носят вероятностный характер, с самостоятельными требованиями о взыскании убытков, оспаривании сделок истец – не обращался.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «БФАИ» зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц в качестве юридического лица 30.07.2002 с присвоением основного государственного регистрационного номера 1026601980680.

Как поясняло Общество, изначально, по состоянию на дату регистрации, участниками Общества являлись ФИО12 (отец ФИО14), владевший долей в уставном капитале в размере 75%, и ФИО13 Фузия Хамитяновна, владевшая долей в уставном капитале в размере 25%; до 19.06.2013 генеральным директором Общества являлся ФИО12

ФИО6 с 19.06.2013 исполняет обязанности единоличного исполнительного органа – генерального директора.

В дальнейшем ФИО12 вышел из состава участников Общества, разделив свою долю между сыновьями (по 37,5% у каждого); кроме того, ФИО6 приобрел у ФИО13 долю в размере 13,5%.

С 2015 года ФИО6 является участником общества «БФАИ» с долей участия 51%, номинальной стоимостью 135 099 руб. 

Остальные доли в уставном капитале общество «БФАИ» распределены с 2015 года между участниками в следующем размере:  

– ФИО1 принадлежит доля участия 37,5%, номинальная стоимость доли составляет 99 337 руб. 50 коп.; 

– ФИО13 принадлежит доля участия 9,5%, номинальная стоимость доли составляет 25 165 руб. 50 коп.; 

– ФИО3 принадлежит доля участия 2%, номинальная стоимость доли составляет 5 298 руб.

Обращаясь с требованием об исключении ФИО6 из состава участников общества БФАИ», истец ссылался на резкое ухудшение финансовых показателей деятельности общества, связанных с недобросовестными действиями ответчика.  По утверждению истца, с 2018 года ответчик, используя свое право генерального директора общества заключать от имени общества любые сделки, а также право мажоритарного участника определять решения принимаемые общим собранием участников общества, стал использовать свое положение контролирующего общества лица в ущерб интересам общества и его участников, совершать действия, направленные на отстранение иных участников от контроля за его деятельностью и деятельностью общества. 

В частности, в качестве действий, повлекших причинение обществу «БФАИ» убытков, истец ссылался на следующие обстоятельства:  

– с 2018 года не проводились очередные общие собрания участников общества, отсутствуют решения об утверждении годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов Общества, решений о распределении чистой прибыли общества между участниками Общества; 

– в период с декабря 2020 по декабрь 2021 года ответчиком от имени Общества были заключены договоры займа, на основании которых Общество предоставило ему денежные средства на сумму более 166 000 000 руб. без соответствующего одобрения общего собрания участников общества как крупной сделки, совершенной в отношении заинтересованного лица; 

– ответчик собственным единоличным распоряжением выплатил себе помимо ежемесячных премий, которые составляют 70% от оклада, еще и дополнительные премии на общую сумму 118 000 000 руб.; в 2021 году в несколько этапов существенно увеличил себе заработную плату – 4 раза в течение года; 

– ответчик номинально трудоустроил в общество «БФАИ» свою супругу ФИО1, которая не выполняет какой-либо работы, связанной с деятельностью Общества; 

– по инициативе ответчика в период с 01.01.2021 по 31.01.2021 была организована деятельность по сбору и продаже за наличный расчет неликвидных материальных ценностей (лом черных и цветных металлов, списанная техника и оборудование) на общую сумму 3 277 200 руб.;

– ответчик оплачивал аренду недвижимости в г. Москве, которая используется им в личных целях, за счет средств общества;

– ответчик приобрел автомобиль Мерседес Бенц S560 4Matic Maybach стоимостью 11 991 525 руб. за счет денежных средств Общества в личных интересах;  

– Общество несет дополнительные затраты, связанные с необходимостью приобретения авиабилетов (бизнес-класса) при перелетах г. Москва – г. Екатеринбург;

– продукция общества «БФАИ» реализуется через посредников – общество «Компания Уральские Химические Ресурсы» и общество «Белинвест», в результате чего прибыль от продажи продукции общества остается не у общества, а в этих компаниях. 

Истец также утверждал, что ответчик принимал управленческие решения в ущерб интересам общества, что повлекло причинение убытков. В частности, единоличным решением ответчика в 2021 году был разрушен пристрой к основному зданию склада, использующийся также как складское помещение для хранения готовой продукции общество «БФАИ», который в настоящий момент не восстановлен, в связи с чем готовая продукция, не предназначенная для уличного хранения, хранится на открытых площадках, где приходит в негодность, а попытки сохранить готовую продукцию с помощью дополнительных упаковочных материалов не имеют реального эффекта.

Кроме того, истец пояснял, что после получения ответчиком в 2018 году контроля над Обществом финансовое состояние последнего существенно ухудшилось, в подтверждение чего истец ссылается на Анализ финансового состояния общество «БФАИ», проведенный за период с 01.01.2019 по 01.01.2021.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ФИО1 с настоящим иском в суд.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, руководствовался положениями статей 65.2, 67 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также статьи 10 Закона об обществах и не согласился с доводами истца о том, что ФИО6 действовал против интересов хозяйственного общества, участником которого он является.

При этом суды исходили из следующего.

В соответствии пунктом 4 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) обязаны не совершать действия (бездействие), которые существенно затрудняют или делают невозможным достижение целей, ради которых создана корпорация, а также действия, заведомо направленные на причинение вреда корпорации.

Участник хозяйственного товарищества или общества вправе требовать исключения другого участника из товарищества или общества (кроме публичных акционерных обществ) в судебном порядке с выплатой ему действительной стоимости его доли участия, если такой участник своими действиями (бездействием) причинил существенный вред товариществу или обществу либо иным образом существенно затрудняет его деятельность и достижение целей, ради которых оно создавалось, в том числе грубо нарушая свои обязанности, предусмотренные законом или учредительными документами товарищества или общества (абзац четвертый пункт 1 статьи 67 ГК РФ).

Как указано в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дел об исключении участника из хозяйственного товарищества или общества суд дает оценку степени нарушения участником своих обязанностей, а также устанавливает факт совершения участником конкретных действий или уклонения от их совершения и наступления (возможности наступления) негативных для общества последствий.

Из приведенных положений законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что исключение участника хозяйственного общества представляет собой специальный корпоративный способ защиты прав, целью которого является устранение вызванных поведением одного из участников препятствий к осуществлению нормальной деятельности юридического лица и, в конечном счете, защита интересов других участников, заинтересованных в продолжении деятельности общества.

Участники общества с ограниченной ответственностью обязаны действовать в интересах общества, стремясь к достижению общей цели (получению прибыли). При нарушении доверия между участниками возникающие конфликты (разногласия) подрывают общий интерес и цели деятельности юридического лица.

В связи с этим наличие корпоративного конфликта между участниками общества не является обстоятельством, препятствующим исключению одного из участников в судебном порядке, а, напротив, может выступать надлежащим поводом для передачи на рассмотрение суда вопроса об исключении участника общества, если разлад в отношениях участников вызван его неразумным или недобросовестным поведением. 

При этом для решения вопроса об исключении участника не имеет значения, в каком качестве он совершал действия, причинившие значительный вред обществу, а мера в виде исключения участника подлежит применению в случаях, когда лицо совершает действия, заведомо влекущие вред для общества, тем самым нарушая доверие между его участниками и препятствуя продолжению его нормальной деятельности.

Сходные правовые позиции высказаны в пунктах 7 и 9 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019.

В качестве одного из оснований для исключения ФИО6 из состава участников общества «БФАИ» истец ссылался на установление ФИО6 самому себе необоснованно высокой заработной платы, ежемесячную выплату премий, составляющих 70 % от оклада, а также выплату единоразовых премий, общая сумма которых достигла 118 млн руб., в отсутствие принятого решения общего собрания участников общества.

Руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества – директором; высшим органом управления является общее собрание участников, к исключительной компетенции которого относится избрание директора (пункт 4 статьи 32 Закона об обществах).

Правовой статус работника, находящегося в должности генерального директора общества, регулируется как нормами Закона об обществах, так и нормами Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ). Генеральный директор общества наделен правами и обязанностями работодателя лишь в отношениях с работниками общества и выступает в качестве работника в отношениях с обществом – работодателем. Из содержания положений ТК РФ следует, что любые денежные выплаты производятся исключительно с согласия и на основании выраженного волеизъявления работодателя.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» представителем работодателя является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников.

Работодателем по отношению к директору является общество, а общее собрание участников общества – представителем работодателя.

Вопросы о размере заработной платы ответчика, об условиях и порядке его премирования относятся в данном случае к компетенции общего собрания участников общества, в связи с чем решения по этим вопросам не могли приниматься единоличным исполнительным органом самостоятельно.

В данном случае, как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО6 действительно начислял и выплачивал себе премии и прочие выплаты без соблюдения соответствующих корпоративных процедур. 

Между тем, приняв во внимание, что само по себе формальное нарушение руководителем общества установленной процедуры премирования и выплаты заработной платы в повышенном размере себе лично, то есть наличие противоправного поведения ответчика, выразившегося в нарушении порядка производства спорных выплат в свою пользу, не является самостоятельным и достаточным основанием для исключения его из состава участников общества и не освобождает истца от доказывания наличия в данном случае всех необходимых элементов состава правонарушения, в том числе обстоятельств, свидетельствующих о наступлении для общества соответствующих неблагоприятных последствий в результате допущенного ответчиком нарушения; исходя из того, что при утверждении ФИО6 на должность генерального директора размер его заработной платы не был утвержден решением общего собрания участников; равным образом, как в период до назначения ФИО6 на должность генерального директора общества, так и после его назначения в обществе отсутствовала сформированная практика об утверждении заработной платы генерального директора или иных топ-менеджеров посредством принятия решения общим собранием участников; исследовав обстоятельства выполнения ФИО6  должностных обязанностей, за которые ему произведены дополнительные выплаты стимулирующего характера, в том числе поэтапное ежегодное увеличение производственных мощностей, выявление новых контрагентов и рынков сбыта, увеличение выручки и валовой прибыли, суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу, что истцом не приведены доводы, свидетельствующие о том, что выплата премий ФИО6 как генеральному директору за спорные периоды работы – с учетом результатов финансово-хозяйственной деятельности общества и качества выполнения директором своих обязанностей – являлась неразумной и носила противоправный характер, достаточный для исключения ответчика из числа участников общества. 

Проверяя доводы истца о том, что с 2018 года в обществе «БФАИ» не было созвано и проведено ни одного общего собрания участников общества, на которых должны были приниматься решения об утверждении годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов общества, о распределении чистой прибыли общества между участниками общества, судами отмечено, что из представленных в материалы дела копий  протоколов собраний участников общества «БФАИ» следует, что в период с апреля 2018 года по июль 2020 года было проведено десять собраний участников (05.04.2018, 29.06.2018, 03.10.2018, 04.06.2018, 04.02.2019, 12.09.2019, 19.07.2019, 16.12.2019, 13.03.2020, 28.07.2020), на которых была обеспечена явка ФИО6 и ФИО13, в том числе по вопросам продления полномочий генерального директора, утверждения бухгалтерской отчетности, распределения прибыли прошлых лет согласно бухгалтерского баланса и дачи согласия на совершение крупной сделки (договор об открытии возобновляемой кредитной линии с публичным акционерным обществом «Сбербанк»); непроведение же внеочередных собраний – с учетом предложенной истцом повестки, а также внесения этих вопросов в качестве дополнительных при проведении годового собрания за 2022 год – не признано судами повлекшим негативные последствия для Общества. 

Таким образом, оснований для вывода о блокировании ответчиком деятельности Общества, при условии проведения очередных общих собраний участников, при том что истец практически не принимал в них участия, не проявляя тем самым интереса к реализации своих корпоративных прав (перечень всех собраний, начиная с 2003 года, периодичность их проведения, повестки собраний, а также перечень лиц, присутствовавших на собрания, приведены ответчиком  отзыве от 22.08.2022 – т. 1 л.д. 99 – 105), суды при подобных фактических обстоятельствах – не усмотрели.

Исследовав доводы истца о том, что в период с декабря 2020 года по декабрь 2021 года ответчиком без каких-либо оснований и отсутствия одобрения иных участников общества были заключены договоры займа, на основании которых общество предоставило ему лично крупные суммы денежных средств на сумму более 166 000 000 руб., проанализировав условия предоставления займов и установив, денежные средства предоставлялись ответчику на рыночных условиях по процентной ставки 12 % годовых, возвратные платежи носили регулярный характер, в процессе рассмотрения настоящего спора все заемные средства были возвращены ответчиком в полном объеме, в связи с чем суды не установили оснований полагать о причинении обществу «БФАИ» какого-либо вреда указанными действиями ответчика.  

Анализируя доводы истца о выводе ответчиком денежных средств посредством номинального трудоустройства в обществе «БФАИ» своей супруги ФИО1, в отсутствие выполнения ею в реальности  какой-либо работы, связанной с деятельностью общества, суды первой и апелляционной инстанции, проанализировав представленные доказательства в обоснование осуществления ФИО1 трудовой функции на должности заместителя генерального директора по социальным вопросам, пришли к выводу о действительном осуществлении ФИО1 своих трудовых обязанностей по занимаемой должности, заключили о недоказанности истцом причинения вреда имущественным правам общества.  

Аналогичным образом, исследовав доводы истца об оплате за счет денежных средств общества аренды недвижимости в г. Москва (коттедж), которая используется ответчиком в личных целях, установив, что согласно данным программы 1С Бухгалтерия за период с 2018 года по 2021 годы обществом в лице ответчика было заключено три договора аренды недвижимого имущества с индивидуальным предпринимателем ФИО10 от 01.05.2018, от 27.02.2019, от 01.03.2020, в счет оплаты которых в период с 2019 год по 2021 год было перечислено 99 964 718 руб. 50 коп., приняв во внимание пояснения ответчика о том, что арендованная недвижимость использовалась ответчиком в целях, связанных с деятельностью Общества, а именно: для проведения переговоров с контрагентами, дистанционного управления предприятием, проведения встреч, в связи с отсутствием офиса у общества «БФАИ» в г. Москва рабочим местом для поименованных выше региональных представителей являлась арендованная недвижимость, особенно в период действующих на территории г. Москва и Московской области ограничений из-за Covid-19, ввиду чего суды не установили признаков противоправного поведения ответчика по указанному эпизоду. 

Проверив доводы о приобретении в личных (семейных) целях ответчика автомобиля Мерседес Бенц S560 4Matic Maybach стоимостью 11 991 525 руб. за счет денежных средств общества, установив, что спорное транспортное средство приобретено и поставлено на учет в ноябре 2018 года, зарегистрировано за Обществом и используется в его деятельности в г. Москва в представительских целях в интересах Общества, суды заключили о недоказанности истцом причинения вреда действиями ответчика имущественным правам общества. 

Кроме того, анализируя доводы относительно несения обществом расходов в связи с оплатой авиаперелетов бизнес-классом ответчика из Свердловской области на территорию г. Москвы и обратно, судами также приняты во внимание пояснения ответчика, который указал, что расходы на авиаперелеты со стороны общества входят в состав затрат на командировку; при этом общество оплачивает авиабилеты на авиаперелеты ответчика в связи с осуществлением служебной деятельности только в исключительных случаях, тогда как большая часть авиаперелетов, осуществляемых ответчиком по маршруту г. Екатеринбург – г. Москва и обратно в служебных целях, оплачиваются последним самостоятельно.

Судами первой и апелляционной инстанций также проанализирована в целом деятельность ответчика на должности генерального директора общества; установив из бухгалтерской отчетности общества «БФАИ» за 2022 год, что выручка составила 1 024 451 тыс. руб., валовая прибыль – 503 631 тыс. руб.; отметив, что в интересах общества «БФАИ» ответчиком осуществляется поиск новых крупных контрагентов, в частности в период рассмотрения дела заключены следующие значимые для общества контракты: с акционерным обществом «Щербинский лифтостроительный завод» (сумма сделки более 186 млн. руб.), с обществом с ограниченной ответственностью «Управление Регионального сотрудничества» (сумма сделки более 110 млн. руб.), осуществляющим закупку прокладок для нужд акционерного общества «Автоваз»; приняв во внимание, что обществом осуществляется сотрудничество с обществом с ограниченной ответственностью «Мечел-Материалы», публичным акционерным обществом «Магнитогорский металлургический комбинат», акционерным обществом «ЭПМ-Новосибирский электронный завод», публичным акционерным обществом «Карачаровский механический завод», публичным акционерным обществом «НЛМК», обществом с ограниченной ответственностью «РХИ Восток Сервис», суды пришли к выводу об успешной управленческой деятельности ФИО6 как руководителя общества «БФАИ»; доказательств наличия на стороне ФИО6 грубых нарушений обязанностей участника общества, а также совершения им действий (бездействия), в результате которых делается невозможной или существенно затрудняется деятельность общества, истцом доказано не было и судами в ходе состязательного процесса не установлено.

Поскольку доказательства того, что ответчиком, как участником общества, был причинен значительный вред или своими действиями ответчик существенно затруднил или привел к невозможности осуществления деятельности общества, в материалы дела не представлены, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Доводы кассационной жалобы о неправомерном отказе в удовлетворении иска по мотиву наличия в Обществе корпоративного конфликта и наличия у ответчика статуса мажоритарного участника судом округа отклоняются.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 28.08.2023 № 305-ЭС22-28611 сформулирована правовая позиция о том, что участники общества с ограниченной ответственностью обязаны действовать в интересах общества, стремясь к достижению общей цели (получению прибыли); при нарушении доверия между участниками возникающие конфликты (разногласия) подрывают общий интерес и цели деятельности юридического лица; в связи с этим наличие корпоративного конфликта между участниками общества не является обстоятельством, препятствующим исключению одного из участников в судебном порядке, а, напротив, может выступать надлежащим поводом для передачи на рассмотрение суда вопроса об исключении участника общества, если разлад в отношениях участников вызван его неразумным или недобросовестным поведением.

Вместе с тем, из содержания обжалуемых судебных актов следует, что основанием для отказа в иске послужил не тот факт, что ответчик является мажоритарным участником, а между братьями Л-выми имеется конфликт, а недоказанность со стороны истца того обстоятельства, что ответчик ФИО6 совершает действия, заведомо влекущие вред для общества, тем самым препятствуя продолжению его нормальной деятельности, а степень допущенных ответчиком нарушений является настолько серьезной, что требует применения по настоящему делу такого способа защиты прав истца как прекращение корпоративных прав ответчика.

Данные выводы судов соответствуют правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2023 № 310-ЭС23-6418.

Доводы кассационной жалобы о необоснованных выплатах стимулирующего характера ФИО6 как генеральному директору на основании единолично принятых решений судом округа рассмотрены и не признаны достаточным условием для отмены состоявшихся судебных актов.

Действительно, Верховный Суд Российской Федерации в определении от 16.12.2022 № 305-ЭС22-11727 указал, что, согласно действующему законодательству, вопрос об увеличении вознаграждения единоличного исполнительного органа отнесен к компетенции общего собрания или же совета директоров, если данное полномочие отнесено уставом к его компетенции. Из правовой природы (фидуциарной) отношений между единоличным исполнительным органом и участниками хозяйственного общества не вытекает право единоличного исполнительного органа без волеизъявления участников определять размер и условия вознаграждения за исполнение обязанностей, возложенных непосредственно на самого руководителя юридического лица, то есть собственных обязанностей. Из этого следует, что единоличный исполнительный орган хозяйственного общества в лице руководителя уполномочен издавать приказы о поощрении лишь подчиненных ему работников, но не может издавать аналогичный приказ в отношении самого себя. Наличие такого права приводило бы к конфликту интересов, что недопустимо с точки зрения действующего законодательства.

Вместе с тем, применительно к обстоятельствам настоящего спора, суды исходили из того, что сам по себе факт выплаты премий с формальным нарушением установленного порядка не может являться единственным и достаточным основанием для применения к такому руководителю мер ответственности.

Судами также отмечено, что из обстоятельств настоящего дела следует, что данные премии были выплачены по положительным результатам исполнения обязательств по заключенным договорам с контрагентами, с учетом действительного экономического состояния Общества и полезного вклада ответчика как активного участника общества в его развитие. Кроме того, суды приняли во внимание, что на протяжении всего существования и деятельности Общества заработная плата сотрудников высшего управляющего звена никогда не устанавливалась на основании решения общества собрания участников, премирование осуществлялось на основании внутренних локальных актов распорядительного характера, в том числе приказами генерального директора; с учетом того, что подобная процедура начисления заработной платы применялась как в отношении ответчика, так и в отношении истца, суды признали, что сформировавшаяся в обществе практика установления размера заработной платы генерального директора и определения сумм, подлежащих выплате стимулирующих выплат, не может в настоящем случае расцениваться в качестве его недобросовестных действий, причиняющих вред обществу и влекущих возникновение достаточных оснований для исключения ответчика из числа участников Общества.  

Доводы кассационной жалобы о причинении убытков вследствие заключения договора аренды жилья в г. Москве были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций и отклонены, с учетом представленных ответчиком доказательств и изложенных пояснений о фактическом использовании помещения в деятельности самого Общества, в представительских целях и в качестве служебного жилья.

У суда округа отсутствуют правовые основания для иной оценки указанных обстоятельств, поскольку в силу статьи 286 АПК РФ суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в судебных актах либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции.

Доводы кассационной жалобы о том, что в результате управления  ответчиком деятельностью общества произошло ухудшение его финансового состояния, возникли признаки банкротства, формирования кредиторской задолженности перед налоговым органом в сумме 102 млн. руб., появились сложности с оплатой сырья для производства продукции, произошла остановка производственного процесса, работникам стала задерживаться заработная плата, увеличилось привлечение кредитных средств, судом округа отклоняются как противоречащие установленным судами первой и апелляционной инстанций обстоятельствам. 

В рассматриваем случае, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно включили в предмет своего исследования вопросы управления ответчиком деятельностью общества «БФАИ»; изучив финансово-экономические показатели общества, бухгалтерскую документацию, действующие контракты по сбыту продукции и потенциально возможных контрагентов, с которыми общество в настоящее время ведет переговоры о совместном сотрудничестве, исходя из того, что задолженность перед налоговым органом была погашена, дело о банкротстве было прекращено, производственная деятельность ведется в обычном формате, привлечение кредитных средств было обусловлено не недостаточностью собственных средств, а реализацией крупных проектов, выплата дивидендов по итогам отчетных периодов происходила регулярно, последняя выплата в пользу истца состоялась в декабре 2020 года; приняв во внимание также и социально полезное направление деятельности общества путем оказания гуманитарной и социальной поддержки населению пгт. Белоярский, суды признали необоснованными доводы истца о причинении директором ФИО6 вредных последствий для общества, влекущих невозможность нормальной деятельности последнего и свидетельствующих о наличии достаточных условий для исключения ответчика из состава участников.  

Доводы кассационной жалобы о нарушении судами норм процессуального права, выразившиеся в принятии в качестве надлежащего доказательства заключения специалиста, подготовленного обществом «ЕвразБизнесКонсалтинг», судом округа отклоняются.

В данном случае заключение специалиста № 4-2022 было не единственным доказательством, принятым судами во внимание при постановке вывода о том, что вред имущественным интересам общества действиями ответчика не причинен. Ни одно из доказательств, в том числе документы с изложением мнения специалистов, заключения экспертов, не имеет для арбитражного суда заранее установленной силы – все они оцениваются судом по существу в их совокупности исходя из положений статьи 72 и части 1 статьи 82 АПК РФ. Вопреки суждениям кассатора, суды первой и апелляционной инстанции, оценив тот объем доказательств, который был представлен как истцом, так и ответчиком, а также заключения специалистов, представленных как истцом, так и ответчиком, документы бухгалтерского учета, проанализировав позиции спорящих лиц, заключили, что представленные истцом доводы об убыточном состоянии общества «БФАИ» не подтверждаются какими-либо оправдательными документами о хозяйственной деятельности. 

Со своей стороны, истец, настаивая на недостоверности заключения специалиста, представленного ответчиком, каких-либо ходатайств, в том числе в порядке статьи 82 АПК РФ, не заявил; оснований для вывода о том, что истцу создавались какие-либо процессуальные препятствия для установления объективного финансового состояния Общества, с учетом заявленных истцом и удовлетворенных судом ходатайств об истребовании доказательств, не имеется.

Приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы и обстоятельства являлись предметом проверки судов, получили правовую оценку, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении судами норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 – 288 АПК РФ (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

На основании изложенного и принимая во внимание, что судами не допущено нарушения или неправильного применения норм материального и (или) процессуального права, при этом фактические обстоятельства спора установлены судами верно и в полном объеме, обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 27.06.2023 по делу № А60-25879/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова 

 

Судьи                                                                                    О.Н. Новикова 

 

                                                                                              Е.А. Павлова