ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-152381/2021

28 августа 2023 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 августа 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 августа 2023 года.

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: председательствующего-судьи Дербенева А.А. 

судей Тарасова Н.Н., Уддиной В.З.

при участии в заседании: 

от ФИО1 – ФИО2, доверенность от 28.03.2022;

финансовый управляющий ФИО3 ФИО4, паспорт, лично,

рассмотрев 21 августа 2023 года в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО3

на определение Арбитражного суда города Москвы от 02.02.2023

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2023

по заявлению финансового управляющего должника о признании недействительной сделки по отчуждению объекта индивидуального жилищного строительства, кадастровый (условный) номер 69:15:0240201:7:5 и земельного участка из земель поселений для ведения личного подсобного хозяйства, кадастровый (условный) номер: 69:15:24 02 01:0007 по договору купли-продажи жилого дома и земельного участка б/н от 05.10.2017, заключенного ФИО5 с ФИО1

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 

 

                                                     УСТАНОВИЛ:

 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 02.03.2022 в отношении гражданина ФИО3 (*** г.р., г. Москва, адрес: ***, ИНН 

<

***>) (далее - должник) введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО4 (далее - финансовый управляющий), о чем опубликована информация в газете "Коммерсантъ" N 42 от 12.03.2022.

В суд первой инстанции поступило заявление финансового управляющего должника о признании недействительной сделки по отчуждению объекта индивидуального жилищного строительства, назначение жилое, 2-этажный, общая площадь 249,5 кв. м, инв. N 7-1091, лит. А, по адресу: Тверская область, Конаковский район, Козловское сельское поселение, 

<

...>, кадастровый (условный) номер: 69:15:0240201:7:5 и земельного участка из земель поселений для ведения личного подсобного хозяйства, площадью 1500 кв. м, по адресу: 

<

...>, кадастровый (условный) номер: 69:15:24 02 01:0007 по Договору купли-продажи жилого дома и земельного участка б/н от 05.10.2017, заключенного ФИО5 с ФИО1 и применении последствий недействительности сделки.

Определением  Арбитражного суда города Москвы от 02 февраля 2023 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26 апреля 2023 года, отказано финансовому управляющему ФИО3 в удовлетворении заявления.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, финансовый управляющий должника ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение  Арбитражного суда города Москвы от 02 февраля 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26 апреля 2023 года отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

Как указывает заявитель кассационной жалобы, выводы судов первой и апелляционной инстанций не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, а также сделаны при неправильном применении норм права.

В судебных заседаниях суда кассационной инстанции финансовый управляющий должника ФИО3, а также кредитор ПАО Банк ЗЕНИТ в лице своего представителя, настаивали на удовлетворении кассационной жалобы по основаниям, в ней изложенным; кредитором ПАО Банк ЗЕНИТ представлен отзыв на кассационную жалобу.

В судебных заседаниях суда кассационной инстанции ФИО3, ФИО1 в лице своих представителей  возражали относительно удовлетворения кассационной жалобы, полагая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными; ФИО3 и ФИО1 представлены отзывы на кассационную жалобу.

Определением Арбитражного суда Московского округа от 13 июля 2023 года судебное разбирательство отложено на 21 августа 2023 года.

Определением Арбитражного суда Московского округа от 18 августа 2023 года в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Зеньковой Е.Л. ввиду нахождения ее в отпуске на судью Тарасова Н.Н.

В соответствии с частью 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражными судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых определении, постановлении, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене с передачей настоящего обособленного спора на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции ввиду следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судами, должник с 15.12.2001 состоит в браке с ФИО5 (дата рождения: ***, место рождения: г. Москва) (далее по тексту - супруга должника).

Согласно пункту 3 договора - Общая стоимость Дома и Участка (цена договора) определена Сторонами в размере 6 500 000,00 рублей, из них Дом - 3 500 000,00 руб., Участок - 3 000 000,00 руб. Денежная сумма, указанная в пункте 3 настоящего договора, передается Покупателем Продавцу в день подписания настоящего договора.

Полагая, что имеются основания для признания договора купли-продажи по отчуждению объекта индивидуального жилищного строительства и земельного участка между ФИО5 с ФИО1 (покупатель) недействительными, поскольку сделки совершены в период неплатежеспособности должника и с целью вывода ликвидного имущества, финансовый управляющий должника, указывая, что сделки нарушают права кредиторов должника, являются подозрительными подлежат признанию недействительными на основании статьи 10, пункта 1 статьи 168 и статьи 170 ГК РФ обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего должника, исходил из следующего. 

В условиях того, что дело о банкротстве ФИО3 возбуждено 23.07.2021, а оспариваемая сделка совершена 05.10.2017, то есть более трех лет до возбуждения дела, данные сделки не подлежат оспариванию по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела, основанием для признания ФИО6 банкротом послужило наличие задолженности ФИО3 в размере 56 436 664,69 руб. - основной долг, 49 120 098,60 руб. - проценты. Определением Арбитражного суда г. Москвы от 06.09.21 г. по настоящему делу в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Требования ПАО Банк ЗЕНИТ включены в реестр требований кредиторов должника в сумме 56 436 664,69 руб. - основной долг, 49 120 098,60 руб. - проценты как обеспеченные залогом имущества должника. На сегодняшний день перечисленные судебные акты Должником не исполнены.

Из приведенных обстоятельств следует, что по состоянию на октябрь 2017 года Должник уже испытывал финансовые трудности, отвечал признаку неплатежеспособности, поскольку с сентября 2013 начались просрочки исполнения обязательства перед кредитором ПАО Банк "Зенит".

Суд первой инстанции установил, что спорное имущество находилось в залоге у ОАО "М2М Прайвет Банк" в качестве обеспечения исполнения обязательств ФИО6 по Договору о кредитной линии N 219-1/КФЛ-2011 от 13.10.2011 (Договор о залоге недвижимости (ипотека) N 219-1/ЗНИ-2011 от 13.10.2011 г.), согласие на продажу имущества получено у "М2М Прайвет Банк" ПАО с условием, что покупатель произведет оплату непосредственно на счет ФИО6 в "М2М Прайвет Банк" ПАО, 10.07.2016 между супругой ФИО6 ФИО5 и ФИО7 был заключен Договор купли-продажи спорного жилого дома и земельного участка, в соответствии с условиями которого, стоимость имущества составила 6 500 000,00 руб., который впоследствии расторгнут по инициативе покупателя ФИО7 ввиду наличия затруднений в процессе регистрации перехода права по Договору купли-продажи жилого дома и земельного участка, связанных с отзывом 09.12.2016 у "М2М Прайвет Банк" ПАО лицензии, и последующее заключение 05.10.2017 между ФИО1 (Ответчик) и супругой ФИО6 ФИО5 Договора купли-продажи жилого дома и земельного участка по цене 6 500 000, 00 руб.

Установив, что расчет за дом и земельный участок был произведен наличными денежными средствами путем составления расписки, в условиях того, что денежные средства на покупку спорных объектов имелись у ответчика (финансовую возможность покупки недвижимого имущества Ответчик обосновала получением в 2014 - 2015 4 500 000,00 руб. от продажи машиномест, сумму в размере 5 000 000,00 руб. ей подарили родители на свадьбу), в доказательство платежеспособности ответчика и ее родителей в материалы дела представлены справки 2-НДФЛ, учитывая добросовестность несения ответчиком расходов на ремонт и содержание имущества, что подтверждается имеющимися в деле доказательствами, что ответчику не было известно о наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, доказательств не рыночности стоимости недвижимого имущества и неравноценности исполнения обязательств в материалы дела не представлено, управляющим не доказано, что должником или иными участниками оборота аналогичные сделки совершались на иных условиях, по иной цене в сторону увеличения, суд сделал вывод, что доказательств, подтверждающих то, что ответчик при совершении оспариваемой сделки действовал недобросовестно, либо злоупотребляя правом, материалы дела также не содержат.

Исследуя вопрос о цене сделки, суд не принял в качестве допустимого доказательства оценки, проведенной ООО "Поволжский центр оценки и консалтинга" по заказу финансового управляющего, поскольку оценка проведена без осмотра объекта, не проводился полноценный анализ рынка продаж аналогичных объектов, не обоснован выбор объектов-аналогов к расчету стоимости земельного участка и жилого дома, не применена корректировка на состояние отделки и размер земельного участка для объектов-аналогов, приведены неполные скриншоты объявлений о продаже объектов-аналогов, что привело к существенному завышению стоимости объекта оценки, в условиях того, что кадастровая цена составляет 4 321 791,42 руб., против 12 467 000 руб. по оценке, проведенной по заказу финансового управляющего.

Отклоняя довод об аффилированности должника и ответчика, суд первой инстанции указал, что заявитель не представил доказательств фактической аффилированности ответчика по отношению к должнику (в том числе общность экономических интересов лиц, наличие между ними правоотношений, не соответствующих рыночным условиям, согласованность действий в отношениях с третьими лицами, наличие фидуциарных либо властно-распорядительных отношений и др.), ссылка заявителя на совместные фотографии супруги должника и ответчика в социальных сетях в сети интернет не является надлежащим доказательством применительно к вышеуказанным положениям процессуального закона.

Заявителем также не представлено доказательств причинения вреда кредиторам в результате оспариваемой сделки, поскольку в результате совершенной сделки была погашена задолженность ФИО5 перед ПАО М2М Прайвет Банк по кредитному договору N 219-1/КФЛ-2011 от 13.10.2011. При этом кредитный договор с ПАО Банк ЗЕНИТ заключен позднее, а именно - 30.12.2011.

Исходя из этого, суд первой инстанции пришел к выводу, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что при совершении спорных сделок сторонами было допущено злоупотребление гражданскими правами. В отсутствие в материалах дела доказательств осведомленности ответчика и третьего лица о наличии у ФИО3 задолженности перед кредиторами, равно как и противоправный интерес сторон по сделке, а также поведения с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов и должника, отсутствие аффилированности сторон сделки, указав на то, что ответчик, являясь платежеспособным, и ответчик при совершении оспариваемой сделки не действовали недобросовестно, либо злоупотребляя правом, в отсутствие доказательств, подтверждающих мнимость договора в соответствии со статьей 170 ГК РФ, суд первой инстанции  отказал в удовлетворении требований.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

При этом суд апелляционной инстанции отклонил доводы финансового управляющего о необоснованном отказе в ходатайстве о фальсификации доказательств и проведении судебно-технической экспертизы на предмет установления давности выполнения подписи ФИО5 от 05.10.2017 в получении от ФИО1 денежных средств в размере 6 500 000,00 руб. и подписи в расписке ФИО7 в получении им от ФИО5 денежных средств в размере 6 500 000,00 руб., мотивировав тем, что заявление о фальсификации доказательств может проверяться не только с помощью экспертного исследования документа, но и путем оценки совокупности имеющихся в материалах дела доказательств, оценив которые в их совокупности и взаимосвязи. В отсутствие подлинника расписки суд первой инстанции посчитал нецелесообразным проведение экспертизы, отказал в удовлетворении ходатайства финансового управляющего, посчитав возможным проверить обоснованность заявления о фальсификации путем оценки совокупности имеющихся в материалах дела доказательств в условиях того, что материалы дела содержат в себе достаточно доказательств свидетельствующих о действительности правоотношений ответчика и должника.

При этом, апелляционный суд отметил, что проведение судебной экспертизы по установлению давности проставления подписей в расписках не имеет правового значения для рассмотрения настоящего обособленного спора, поскольку сторонами сделки факт передачи денежных средств не оспаривается, а назначение по делу судебной экспертизе приведет только к затягиванию рассмотрения спора.

При этом судами не учтено следующее.

Как указывает заявитель кассационной жалобы, вывод судов о доказанности реальности сделки наличием платежей по оплате ФИО1 коммунальных услуг ошибочен; предоставленные в материалы дела квитанции об оплате коммунальных услуг вообще не содержат сведений о плательщике, т. е о лице, непосредственно внесшим денежные средства на лицевой счет на имя ФИО1; напротив, в единственной квитанции от 18.07.2019, где указан плательщик -в качестве плательщика выступает ФИО5; объяснения ответчика, относительно наличия гарантированного срока и возмещения затрат поломки котла на стр. 5 Оспариваемого определения (2 абз. снизу) являются голословными и надуманными. Условия договора купли продажи жилого дома и земельного участка от 05.10.2017г не содержат подобного рода обязательств (гарантий) со стороны продавца. Платеж совершен существенно позже даты заключения договора сторонами (05.10.2017г) и существенно (более года) позже даты регистрации договора и перехода прав собственности на спорную недвижимость к ФИО1(25.04.2018г).

Таким образом, по мнению финансового управляющего, ФИО5/ФИО3 продолжали осуществлять контроль за имуществом после его реализации 05.10.2017 в пользу аффилированного лица ФИО1

Кроме того, по мнению заявителя кассационной жалобы, суды ограничились формальным подходом в части, касающейся доказывания наличия у ФИО1 финансовой возможности для приобретения спорного имущества; установили, что денежные средства на покупку спорного объекта получены от продажи машиномест в 2014 году и 5000000 руб. были подарены на свадьбу. Денежные средства имелись у семьи ответчика, в том числе у ее родителей, что подтверждается справками 2-НДФЛ. При этом довод о дарении 5000000 рублей является голословным и не подтверждается материальными доказательствами. Доказательств наличия каких-либо накоплений денежных средств на счетах ФИО1 и членов ее семьи в преддверии совершения спорной сделок в материалы дела не предоставлено. Из справки 2-НДФЛ за 2016 год ФИО1 следует, что за весь 2016 год общая сумма ее дохода составила лишь 362232,93 рубля, т.е. в среднем ежемесячный доход ФИО1 составлял 30 186,08 руб. (362232,93 руб. / 12 мес.), что существенно ниже прожиточного минимума в городе Москве, из чего следует, что ФИО1 находилась на содержании у своих родителей и не имела возможности приобрести спорные объекты недвижимости. В качестве доказательств доходов членов семьи ФИО1 предоставлены только справки о доходах (2-НДФЛ) ее матери ФИО8, согласно которым общая сумма дохода ФИО8 за 2016 год составила 3 631265,00 рублей. (средний ежемесячный доход при этом составляет 302605,42 руб. (3 631265 руб. / 12 мес.)). Доходы ФИО8 за период с января по сентябрь 2017г составили 3917873 руб.

Таким образом, по мнению финансового управляющего, ФИО8 не могла отдать дочери на приобретение дачи (спорного недвижимого имущества) сумму, превышающую все ее доходы за предшествующий год, с учетом высокого прожиточного минимума в городе Москве и необходимости из указанной суммы доходов нести расходы по содержанию себя и других членов семьи, в том числе дочери - ФИО1

Исходя из этого, как указывает заявитель кассационной жалобы, нельзя признать достаточными доказательствами реального исполнения ФИО9 обязательств по оплате спорного имущества. По его мнению, суды первой и апелляционной инстанций необоснованно отказали финансовому управляющему в ходатайстве о фальсификации доказательств и проведении судебно-технической экспертизы на предмет установления давности выполнения подписи в расписке ФИО5 от 05.10.2017г в получении от ФИО1 денежных средств в размере 6500000,00 рублей и подписи в расписке ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ г.р. от 20 мая 2018г в получении им от ФИО5 денежных средств в размере 6500000 рублей. Оплата по сделкам осуществлена, как утверждает Ответчик, наличными денежными средствами посредством предоставления расписки (1 шт.), по которой ФИО5 подтверждает получение денежных средств в размере 6 500 000,00 руб. от Ответчика за отчужденное недвижимое имущество. Распиской ФИО7 был подтвержден факт расходования полученных от Ответчика денежных средств. В данном случае сомнения в безвозмездности сделки не были опровергнуты.

Кассационная коллегия полагает, что вышеназванные доводы финансового управляющего должника заслуживают внимания, ввиду следующего.

Оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о бремени доказывания, исходя из принципа состязательности сторон, согласно которому риск наступления последствий не совершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Одними из основополагающих принципов судопроизводства в арбитражном суде являются равноправие сторон и состязательность (статьи 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации соответственно), на основании которых:

- стороны пользуются равными правами на заявление ходатайств, представление доказательств, участие в их исследовании, представление арбитражному суду своих доводов и объяснений;

- каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств.

При этом арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон; сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, оказывает содействие сторонам в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

В соответствии с частью 3 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Согласно пункту 2 статьи 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.

Исходя из пункта 12 части 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в постановлении арбитражного суда апелляционной инстанции должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об установленных им обстоятельствах; мотивы, по которым суд отклонил те или иные доказательства.

Согласно статье 71 (части 1, 2, 4, 5, 7) Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

Вышеприведенным доводам финансового управляющего должника и представленным им доказательствам суды первой и апелляционной инстанций оценку не дали, т.е. доказательства и фактические обстоятельства судами оценены выборочно, что могло привести к принятию неправильных определения, постановления.

Кроме того, при исследовании и оценке доказательств в делах о банкротстве, а также при установлении фактических обстоятельств в делах о банкротстве принят повышенный стандарт доказывания.

В случае возникновения у стороны спора в деле о банкротстве обоснованных сомнений в том или ином факте (например, факта оплаты по сделке), бремя доказывания действительности такого факта возлагается на противоположную сторону.

При вышеназванных обстоятельствах сомнения финансового управляющего должника в том, что ФИО1 реально уплатила ФИО5 соответствующую денежную сумму за приобретение спорных объектов недвижимого имущества (при том, что факт оплаты подтверждается только распиской ФИО5 в получении денег), являются обоснованными.

Вместе с тем, заявление финансового управляющего о фальсификации доказательств рассмотрено судом первой инстанции формально, что могло привести к принятию неправильного определения, ввиду следующего.

В соответствии со статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд:

1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;

2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;

3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Результаты рассмотрения заявления о фальсификации доказательства арбитражный суд отражает в протоколе судебного заседания.

Суд первой инстанции в обжалуемом определении указал, что в удовлетворении заявления финансового управляющего о фальсификации доказательств и в ходатайстве о назначении судебной экспертизы отказывает, поскольку в материалы дела не приобщены оригиналы расписок, о фальсификации которых заявлено, а также в связи с тем, что указанные оригиналы расписок обозревались судом в ином судебном заседании.

Таким образом, доводам финансового управляющего, свидетельствующим об обоснованных сомнениях в реальности оплаты по сделкам, оформленным в соответствии со статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции противопоставил объяснения должника и ответчиков, а также обозрение судом соответствующих расписок.

            Вопреки названным выводам суда первой инстанции, закрепление в арбитражном процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательств, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 22 марта 2012 года № 560-О-О).

Выводы по результатам проверки заявления о фальсификации доказательств имеют существенное значение для правильного разрешения спора, ввиду следующего.

            Сфальсифицированный (подложный) документ не обладает признаками доказательства, не подлежит оценке как самостоятельное доказательство либо в совокупности с иными доказательствами, и не может быть положен в основу судебного акта (статьи 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

            Сделка, основанная на фальшивом документе, свидетельствует о том, что имеет место очевидное злоупотребление, при котором может идти речь о ничтожности сделки, в частности, на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации; абзац второй подпункта 3 пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16 мая 2014 года № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью»).

            Формальное рассмотрение  судом первой     инстанции заявления о фальсификации могло привести к принятию неправильного определения; без надлежащей проверки заявления о фальсификации выводы суда первой инстанции о реальной оплате денежных средств ФИО1 в пользу ФИО5 за покупку спорных объектов недвижимости, а также последующей передачи ФИО5 указанных денежных средств ФИО7 являются преждевременными.

При этом финансовым управляющим с целью проверки заявления о фальсификации доказательств также заявлено о назначении судебной экспертизы. 

В силу части 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту также – АПК РФ) арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом и создает условия для установления фактических обстоятельств при рассмотрении и разрешении дел, а в случае возникновения в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний, суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле (часть 1 статьи 82 АПК РФ), что является необходимым для достижения такой задачи судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность (пункт 1 статьи 2 АПК РФ).

Согласно части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

При этом кассационная коллегия принимает во внимание толкование норм права, содержащееся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07 февраля 2019 года № 309-ЭС18-8960 по делу № А50-14426/2017.

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 АПК РФ заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Судами не учтено, что достоверность заключения эксперта по проведенной судебной экспертизе гарантирована положениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о соблюдении равноправия сторон при назначении экспертизы (возможность заявить отвод экспертам, предложить кандидатуру эксперта, представить вопросы, подлежащие разрешению экспертом и т.д. (части 2, 3 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), требованиями к личности эксперта, уголовной ответственностью эксперта за дачу заведомо ложного заключения, а также исследованием судом заключения эксперта с участием лиц, участвующих в деле, предусматривающим также допрос эксперта.

Также судами не учтено, что минимальная гарантия гносеологической достоверности экспертного заключения состоит в подписке эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; персональная ответственность эксперта за дачу им заведомо ложного заключения является гарантией получения достоверных сведений от эксперта. 

Таким образом, положив в основу судебных актов объяснения должника и ответчика, суды не учли, что объяснение стороны по делу не является доказательством в арбитражном процессе, полученным с использованием специальных знаний. При этом сам суд также не обладает специальными знаниями, необходимыми для разрешения вопроса о давности изготовления документа, в связи с чем обозревание судом первой инстанции оригиналов расписок не может собой подменять экспертное заключение.  

Таким образом, именно судебная экспертиза является доказательством, полученным с использованием специальных знаний, а процессуальная форма проведения судебной экспертизы выступает в качестве гарантии получения достоверного доказательства – заключения эксперта.

В связи с этим для проверки заявления финансового управляющего о фальсификации доказательств суд первой инстанции обязан был назначить просимую финансовым управляющим судебно-техническую экспертизу для определения давности составления расписок.      

Из изложенного усматривается, что судом первой инстанции не были приняты меры для соблюдения принципа равноправия сторон и для определения значимых обстоятельств.

Суд апелляционной инстанции не устранил указанные нарушения норм процессуального права, которые повлияли на исход дела.

Указанное повлекло нарушение положений статьи 68 АПК РФ о подтверждении обстоятельств определенными доказательствами, статьи 9 данного Кодекса о создании судом условий для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств по делу.

Учитывая изложенное, судебные акты приняты в условиях неполного исследования имеющихся в деле доказательств, без соблюдения процессуальных гарантий, предоставленных законом для осуществления судопроизводства на основе принципа состязательности сторон.

Таким образом, выводы судов первой и апелляционной инстанций не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, а также сделаны при неправильном применении норм права, что в соответствии с частями 1, 2, 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основаниями для отмены судебного акта.

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, судами установлены не в полном объеме, суд кассационной инстанции лишен возможности принять новый судебный акт. Допущенные нарушения могут быть устранены только при повторном рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции.

На основании изложенного, кассационная коллегия, отменяя определение Арбитражного суда города Москвы от 02 февраля 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26 апреля 2023 года по делу № А40-152381/2021, считает необходимым направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении суду первой инстанции следует учесть изложенное, установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания по обособленному спору, в том числе рассмотреть заявление финансового управляющего должника о фальсификации доказательств при строгом соблюдении требований статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в том числе, разъяснить уголовно-правовые последствия такого заявления; разрешить вопрос об исключении оспариваемого доказательства с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; в случае возражений ответчика относительно исключения расписок из числа доказательств по делу, по ходатайству финансового управляющего назначить по делу в установленном законом порядке судебную экспертизу; в том случае, если оригиналы расписок не будут ответчиком представлены в суд для экспертного исследования, распределить на ответчика риск не совершения им действий, связанных с проверкой заявления финансового управляющего о фальсификации доказательств), дать оценку всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований норм арбитражного процессуального закона, определить применимое к настоящему спору право, после чего разрешить спор с применением норм права, регулирующих правоотношения сторон, исходя из предмета и оснований заявления финансового управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки и возражений относительно заявленного требования.

Руководствуясь ст. ст. 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 02 февраля 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26 апреля 2023 года по делу № А40-152381/2021,- отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                        А.А. Дербенев 

 

Судьи                                                                                                 Н.Н. Тарасов

 

                                                                                                            В.З. Уддина