ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-19073/2021

Дело № А40-43855/17

г. Москва

11 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2021 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 11 июня 2021 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи С.А.Назаровой, 

судей Д.Г.Вигдорчика, Ж.Ц.Бальжинимаевой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу Даштиева Фазила Демировичана определение Арбитражного суда города Москвы от 19.02.2021по делу № А40-43855/17, вынесенное судьей Омельченко А.Г.,

о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 11.01.2015, заключенного между ФИО3 и ФИО2, в отношении квартиры, находящейся по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, 

<

...>. Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника 1.656.000,00 рублей

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3,

при участии в судебном заседании:

в отсутствие лиц, участвующих в деле 

 

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.03.2017 г. принято заявление ПАО «БАНК УРАЛСИБ» о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу № А40-43855/17.

Решением Арбитражного суда города Москвы 30.08.2018 признана несостоятельным (банкротом) ФИО3 (дата рождения 04.12.1954), финансовым управляющим утвержден ФИО4, член Союза «ЭКСПЕРТ», о чем опубликовано сообщение в газете «КоммерсантЪ» от 15.09.2018 № 168.

В Арбитражный суд г. Москвы  01.03.2019 поступило заявление финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи от 11.01.2015, заключенного с ФИО2, в отношении квартиры по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, 

<

...> и применении последствий её недействительности.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 19.02.2021 (определением от 26.02.2021 исправлена опечатка) признан недействительным договор купли-продажи квартиры от 11.01.2015, заключенный между ФИО3 и ФИО2, в отношении квартиры, находящейся по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ -Югра, 

<

...>, применены  последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника 1.656.000,00 рублей.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой  в  Девятый  арбитражный  апелляционный  суд, в которой просит определение суда отменить, в удовлетворении заявления управляющего отказать, в  обоснование  ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права. 

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о времени  и месте ее рассмотрения, апелляционная жалоба рассматривалась в их отсутствие в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 267, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав представителей  явившихся лиц, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, в силу следующих обстоятельств. 

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, 11.01.2015 между должником и  ФИО2, заключен договор купли-продажи, согласно условиям, которого ФИО3 передала ФИО2 квартиру, с кадастровым (условным) номером  86:18:0010307:2088, находящуюся по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, 

<

...>, стоимостью  800 000 рублей.

Согласно условиям  указанного договора ФИО3 сохраняет за собой право проживания и пользования квартирой.

Государственная регистрация перехода права собственности осуществлена 26.08.2015.

Финансовый управляющий, считая  сделку недействительной, обратился с иском в суд, ссылаясь на статьи 10,168 ГК РФ.  

Особенности оспаривания сделки должника-гражданина предусмотрены статьей 213.32 Закона о банкротстве. 

Согласно пункту 13 Федерального закона от 29 июня 2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Учитывая, что оспариваемая сделка совершена до 01.10.2015, следовательно, может быть оспорена только на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Принимая во внимание время совершения сделки,  суд  первой инстанции пришел к правильному выводу о возможности ее оспаривания по общим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. 

Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования. Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 7, 8 Постановления № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 и 2 статьи 168 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Признавая  сделку  недействительной, суд  первой инстанции  исходил из того, что размер имущества должника и, соответственно, размер конкурсной массы, в результате безвозмездного отчуждения ликвидного имущества в пользу  заинтересованного лица уменьшился, в  результате чего причинен  вред  кредиторам.

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого же Закона), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 года N 306-ЭС16-20056(6)). 

Из материалов  дела следует, что согласно информационного сервиса «Контур.Фокус» в отношении ООО «Первая торговая компания»,  учредителем организации в спорный период являлась ФИО3, а генеральным директором ФИО5. В судебных заседаниях по настоящему делу, в том числе в рамках обособленного спора, ФИО5  давал объяснения о том, что является сыном ФИО2.

Также, судом первой инстанции учтено, что требование  кредитора к ФИО3 основано на договоре поручительства по обязательствам ООО «Стройтранс», единственным участником и генеральным директором которого она  являлась, и знала о наступлении признаков неплатёжеспособности юридического лица, и о неизбежности предъявления к ней требования по обязательствам ООО «Стройтранс» как к поручителю. 

На момент регистрации перехода  права собственности в Гагаринском  районном суде  г. Москвы  имелось исковое производство  по иску кредитора, по результатам рассмотрения  которого 26.11.2015  принято решение о взыскании с должника, наряду с иными лицами, в том числе  и ООО «Стройтранс» задолженности.

В рамках  дела  № 2-5090/2015 Гагаринским районным судом города  Москвы  09.07.2015 приняты обеспечительные меры и наложен арест на имущество  ФИО3 

Однако  переход права собственности зарегистрирован 26.08.2015.

Впоследствии, данное решение явилось основанием для обращения кредитора с  заявлением о признании должника банкротом.  

 При этом, в преддверии своего банкротства заключает сделки по отчуждению своего имущества.

Материалами дела подтверждено, что переход права собственности после подписания  договора оформлено через  полгода, и впоследствии  отчуждено в течение четырех месяцев после регистрации перехода права собственности в пользу  третьего лица, в  связи с чем, суд  первой  инстанции правомерно сделал  вывод об отсутствии хозяйственных оснований для заключения такой сделки и направленности воли сторон исключительно на вывод имущества из конкурсной массы должника.

Принимая во внимание указанные  обстоятельства, апелляционный суд  соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии фактической аффилированности между сторонами сделки.

При указанных обстоятельствах, с учетом разъяснений, содержащиеся в пункте  7 Постановления N 63, суд  первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ответчик не мог не знать о финансовом положении должника, и  что должник отчуждает объект недвижимости  в ущерб кредиторам.

Наличие причинения имущественным правам кредиторов  оспариваемой сделкой свидетельствует обстоятельство того, что средства от реализации переданного по договору купли-продажи имущества должны были быть направлены на погашение расходов по делу о банкротстве и удовлетворение требований кредиторов, тогда как данное имущество было отчуждено фактически безвозмездно.

 По спорам, рассматриваемым в  деле о банкротстве, установлен повышенный стандарт доказывания. 

 Однако достоверных доказательств наличия финансовой возможности у ответчика передать денежные средства должнику в соответствующем  размере, в материалы дела  не представлено. 

А имеющиеся в  материалах дела, не  могут быть отнесены к числу  доказательств наличия у  ответчика денежной массы.  

Кроме того, должником не представлены доказательства расходования должником денежных средств, полученных по спорной сделке.

Довод жалобы об отсутствии аффилированности между должником и ответчиком, направлен на переоценку доказательств, тогда материалами дела подтверждена фактическая  аффилированность.

При этом, обоснованных мотивов заключения спорной сделки, и последующей перепродажи через короткий промежуток времени, суду ответчиком не представлено.

Не состоятельны и доводы апеллянта относительно пропуска финансовым управляющим срока исковой давности, как основанные  на ошибочном толковании норм права, поскольку спорная сделка признана недействительной на основании ст. ст. 10, 168 ГК РФ, следовательно, срок исковой давности подлежит определению с учетом пункта 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 года № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», составляет три года.

Само по себе введение процедуры  банкротства не приводит к началу течения давности.

При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Принимая во внимание  время  обращения управляющего в суд, введения в  отношении должника процедуры банкротства, суд  первой инстанции пришел к правильному выводу  о том, срок исковой  давности в  данном случае не пропущен.  

Доводы апеллянта относительно стоимости спорного имущества, апелляционным судом отклоняются, поскольку заключение эксперта о рыночной стоимости ответчиком не опровергнуто, и доказательств иной стоимости не представлено.

Таким образом, апелляционная коллегия приходит к выводу о том, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, свидетельствуют о несогласии с выводами суда первой инстанции и оценкой доказательств, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда. 

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции не имеется. 

Принимая во внимание вышеизложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что имело место формальное исполнение сделки со стороны должника, в результате которой произошло безвозмездное отчуждение имущества должника заинтересованному лицу, к которому относится  ответчик (покупатель) в соответствии со  ст. 19  Закона  о  банкротстве, и ответчик   не мог не знать о финансовом положении должника, и о том, что должник производит отчуждение имущества в ущерб кредиторам.

Довод жалобы о неосведомленности о финансовых проблемах должника, апелляционный суд признает несостоятельным, так как  сделка  заключена  в  отношении заинтересованного лица, и установлено наличие  злоупотребления  правом.   

Материалами дела подтверждено, что должник имел неисполненные обязательства перед кредиторами, чьи требования впоследствии включены в реестр кредиторов должника. 

Не усматривает  апелляционный суд  и нарушений  судом первой инстанции при применении последствий недействительности сделки, положений статьи 167 ГК РФ, статьи 61.6 Закона о банкротстве, и Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, поскольку ответчиком  произведено отчуждение спорного имущества. Размер средств, подлежащих взысканию, судом  первой инстанции определен на основании заключения  эксперта № 6240620-4, в отсутствие доказательств иной стоимости спорного имущества.  Оснований для критической  оценки  заключения эксперта, апелляционный суд  не  усматривает.

Принимая во внимание, установленные по делу обстоятельства, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии правовых оснований для признания сделки  недействительной  по заявленным арбитражным управляющим  основаниям.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы в указанной части не имеется. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 19.02.2021 по делу № А40-43855/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                              С.А.Назарова 

Судьи:                                                                                                                   Ж.Ц.Бальжинимаева

                                                                                                                   Д.Г.Вигдорчик