Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40- 21448/24-3-165

г. Москва

18 марта 2024   г.

Резолютивная часть объявлена  11 марта 2024   г.

Дата изготовления решения в полном объеме 18 марта 2024   г. 

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Федоточкина А.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с использованием средств аудиозаписи,

рассмотрел в судебном заседании дело по иску 

ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ВИТОТЕРМ" (344002, РОСТОВСКАЯ ОБЛАСТЬ, РОСТОВ-НА-ДОНУ ГОРОД, СТАНИСЛАВСКОГО УЛИЦА, ДОМ 50/49/22, ОФИС 207, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 29.01.2016, ИНН: 

<

***>, КПП: 616401001) к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "АЛМАЗ-АНТЕЙ СТРОЙ" (121471, Г МОСКВА, ФИО2, Д. 41, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 26.11.2002, ИНН: 

<

***>, КПП: 773101001)  о взыскании 7 550 000 руб. 

При участии:

От истца: ФИО3, по дов. от 30.06.20203 г., диплом 

От ответчика: ФИО4, по дов. от 09.01.2024 г., диплом

УСТАНОВИЛ:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ВИТОТЕРМ" обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением  к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "АЛМАЗ-АНТЕЙ СТРОЙ" о взыскании неосновательного обогащения  в размере 7 550 000 руб. 

Согласно п. 4 ст. 137 АПК РФ если в предварительном судебном заседании присутствуют лица, участвующие в деле, либо лица, участвующие в деле, отсутствуют в предварительном судебном заседании, но они извещены о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия и ими не были заявлены возражения относительно рассмотрения дела в их отсутствие, суд вправе завершить предварительное судебное заседание и открыть судебное заседание в первой инстанции, за исключением случая, если в соответствии с настоящим Кодексом требуется коллегиальное рассмотрение данного дела.

Возражения против завершения предварительного судебного заседания и перехода к разбирательству по существу не могут носить формальный характер и должны быть обоснованы конкретными обстоятельствами, с которыми заявитель связывает невозможность рассмотрения дела по существу в его отсутствие.

Переход к рассмотрению дела в судебном заседании суда первой инстанции может являться процессуальным нарушением лишь при наличии мотивированного возражения лица, участвующего в деле, основанного на объективной невозможности для такого лица реализовать свои процессуальные права (и исполнить корреспондирующие им процессуальные обязанности) по представлению доказательств в предварительном судебном заседании.

Таким образом, заявленное обществом ходатайство (возражение) рассмотрено судом и оставлено без удовлетворения с учетом установленных обстоятельств, свидетельствующих о том, что имея реальную возможность действовать разумно и добросовестно пользоваться всеми принадлежащими ему процессуальными правами при рассмотрении настоящего спора, общество, вместе с тем, не исполнило добросовестно свои процессуальные обязанности. 

Суд отклоняет ходатайство ответчика о возражении относительно рассмотрения дела в данном судебном заседании, поскольку в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязывающей каждое лицо, участвующее в деле, доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, ответчиком не представлено надлежащих доказательств, обосновывающих невозможность рассмотрения дела, возражения против перехода в судебное заседание носят формальный характер.

Учитывая изложенное, принимая во внимание также необходимость экономии процессуального времени, суд, на основании части 4 статьи 137 АПК РФ, с учетом позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 27 Постановления от 20.12.2006 № 65 «О подготовке дела к судебному разбирательству», считает возможным завершить предварительное судебное заседание и начать рассмотрение дела в судебном заседании арбитражного суда первой инстанции.

Представитель истца требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика возразил против удовлетворения исковых требований.  

Изучив материалы дела, оценив представленные доказательства, проверив обоснованность исковых требований по имеющимся в деле материалам, суд пришел к следующим выводам.

Как установлено судом, решением суда от 10.06.2022 года по делу № А40-70541/22-67-541, исковые требования общества с ограниченной ответственностью «ВитоТерм» (далее- истец, принципал) о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Алмаз-Антей Строй» (далее - ответчик, бенефициар) задолженности в размере 19000000 рублей и неустойки были оставлены без удовлетворения.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2022 года  по делу № А40-70541/22-67-541, указанное решение суда первой инстанции было оставлено без изменения, а апелляционная жалоба общества с ограниченной ответственностью «ВитоТерм» без удовлетворения.

Суд первой инстанции пришел к выводу (абз. 11 стр.3 решения) о том, что совокупность условий, предусмотренных ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть вторая) от 26.01.1996 N 14-ФЗ, необходимая для удовлетворения требования общества с ограниченной ответственностью «ВитоТерм» к обществу с ограниченной ответственностью «Алмаз-Антей Строй», в настоящем деле отсутствует, поскольку сумма в размере 19 000 000 рублей, выплаченная по банковской гарантии гарантом обществу с ограниченной ответственностью «Алмаз-Антей Строй», в порядке ст.379 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть первая)" от 30.11.1994N 51-ФЗ, на дату рассмотрения настоящего спора обществом с ограниченной ответственностью «ВитоТерм» гаранту не возмещена.

Истец возместил гаранту сумму выплаты по банковской гарантии в части 11 450 000 рублей и обратился с исковым заявлением в арбитражный суд города Москвы о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в размере 11 450 000 рублей.

Решением суда от 16.08.2023 года по делу № А40-27711/23-80-225, исковые требования общества с ограниченной ответственностью «ВитоТерм» о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Алмаз-Антей Строй» неосновательного обогащения в размере 11 450 000 рублей и расходов по уплате государственной пошлины были удовлетворены в полном объеме.

Суд первой инстанции пришел к выводу (абз. 6 стр.8 решения) о том, что учитывая необоснованность требования ответчика к банку об уплате денежных средств в размере осуществленной банком выплаты по независимой гарантии (19 000 000 рублей), факт уплаты ответчику денежных средств по независимой гарантии в размере 19 000 000 рублей, факт возмещения банку выплаченных им денежных средств по независимой гарантии в части 11 450 000 рублей, у ответчика не имеется правовых оснований для удержания указанной суммы.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от  14.11.2023 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения, а апелляционная жалоба ответчика без удовлетворения.

Таким образом, в силу п.2 ст.69 АПК РФ необоснованность требования ответчика к банку об уплате денежных средств в размере осуществленной банком выплаты по независимой гарантии является обстоятельством, установленным вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, которое не доказывается вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

На настоящий момент, общество с ограниченной ответственностью «ВитоТерм» (принципал) возместило гаранту 7 550 000 рублей, что подтверждается платежным поручением №21 от 22.02.2023 года, платежным поручением №45 от 07.04.2023 года, платежным поручением №161 от 12.07.2023 года, платежным поручением №333 от 24.08.2023 года, платежным поручением №273 от 19.10.2023 года, платежным поручением №285 от 12.12.2023 года, платежным поручением №307 от 20.12.2023 года, платежным поручением №310 от 25.12.2023 года, платежным поручением №493 от 25.12.2023 года, то есть оплатило выплаченную банком ответчику сумму в полном размере - 19000000 рублей (11450000 +7550000).

Таким образом, на стороне ответчика образовалось неосновательное обогащение в размере 7 550 000 руб. 

Претензионные требования по возврату денежных средств ответчиком оставлены без рассмотрения, в связи с чем, истец обратился с настоящим иском в суд. 

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями, в силу ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательств недопустим.

В силу ст. 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик), обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу, и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять и оплатить ее.

Согласно ст. 708 ГК РФ  в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

В соответствии со ст. 711 ГК РФ если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда» основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику.

В силу ст. 1102 ГК РФ лицо, которое  без  установленных  законом,  иными правовыми  актами   или   сделкой   оснований  приобрело  или   сберегло  имущество  (приобретатель) за счет  другого лица (потерпевшего), обязано возвратить   последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество  (неосновательное обогащение).

В соответствии с п. 2 ст. 1105 ГК РФ лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться, в том числе, банковской гарантией.

По независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства (пункт 1 статьи 368 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 370 ГК РФ предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.

Независимость гарантии обеспечивается наличием специальных (и при этом исчерпывающих) оснований для отказа гаранта в удовлетворении требования бенефициара, которые не связаны с основным обязательством.

Институт банковской гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала-должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, наступили.

При этом правила пункта 1 статьи 370 ГК РФ о независимости гарантии не исключают требований принципала к бенефициару о возмещении убытков, вызванных недобросовестным поведением последнего при получении суммы по банковской гарантии.

В силу статьи 375.1 ГК РФ бенефициар обязан возместить гаранту или принципалу убытки, которые причинены вследствие того, что представленные им документы являлись недостоверными либо предъявленное требование являлось необоснованным.

Таким образом, независимость гарантии не является абсолютной, предел ее независимости лежит в плоскости экономической и правовой природы банковской гарантии, которая выражается в наличии предмета обеспечения.

Обеспечение исполнения договорных обязательств является средством, за счет которого заказчик получит удовлетворение своих определенных требований к подрядчику, возникших при исполнении договора, таких как: взыскание неустойки, убытков, возврат аванса и иных требований.

Указанное подтверждается судебной практикой, а, именно: в п. 16 «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 05.06.2019 г.) указано следующее: «Независимый характер обязательства гаранта перед бенефициаром и правила о возмещении гаранту сумм, выплаченных по гарантии, не означают, что бенефициар вправе получить за счет принципала денежные средства в большем размере, чем ему причитается по обеспечиваемому, договору. Принципал не лишен возможности обратиться к бенефициару с иском о взыскании средств, полученных бенефициаром без осуществления какого-либо встречного предоставления с его стороны в нарушение условий основного договора (ст. 328, п. 1 ст. 423, абз. 1 п. 1 ст. 424 ГК РФ)».

В спорном случае обращение ответчика за выплатой по гарантии осуществлено в отсутствие какого-либо конкретного нарушения истцом условий договора.

Как следует из решения суда по делу № А40-27711/223-80-225 от 16.08.2023 г.: "Как было указано выше, направленное ответчиком банку 23.09.2021 года требование о раскрытии банковской гарантии в полной сумме основывалось на неисполнении (ненадлежащим образом исполнены) обязательств по договору, работы не выполнены в срок до 01.08.2021 года.

В то же время, 07.07.2021 года ответчик письмом № 1262 направил в адрес истца предложение о расторжении договора по причине невозможности завершения строительства объекта в установленный договором срок и 23.07.2021 года заключил договор на выполнение работ, являющихся предметом договора, с другим подрядчиком, что подтверждается решением арбитражного суда города Москвы по делу № А40-202272/22-110-1534 от 27.03.2023 года (абз. 8 стр. 2 решения): «Вместе с тем, между ООО "Алмаз-Антей Строй" и ООО "Стронмехапик" был заключен договор субподряда от 23.07.2021 г. № 155/21 (согласно которому субподрядчик, в соответствии с Проектной и Рабочей документацией, выполнит строительство здания газовой отопительной котельной АО "Концерн ВКО Алмаз-Антей" и подводящего газопровода по адресу: 

<

...>, а подрядчик обязуется принять выполненные субподрядчиком Работы, оплатить их результат в порядке и на условиях, установленных Договором», а также имеющим преюдициальное значение судебным решением арбитражного суда города Москвы по делу № А40-86429/23-27-614 от 14.06.2023 года: «Таким образом, учитывая отстранение ответчиком истца от выполнения работ по договору субподряда № 36/21 от 22.03.2021 года с 07.07.2021 года, что подтверждается письмом ответчика от 07.07.2021 года № 1262 и фактическим выполнением работ на объекте другим субподрядчиком с 23.07.2021 года, истец не может нести ответственность в виде компенсации убытков в размере 280 000 руб., возникших 28.07.2021 года и 10.09.2021 года».

Доказательств того, что вследствие нарушения истцом, по мнению ответчика, пункта 6.2 договора (срок выполнения работ), ответчик понес какие-либо убытки, подлежащие возмещению истцом при расторжении договора, ответчиком в материалы дела не представлены (абз.2 стр.7 отзыва), а, напротив, как установлено, имеющим преюдициальное значение судебным решением арбитражного суда города Москвы по делу № А40-70541/22 от 10.06.2022 года: «не исполнение обязательств ООО "ВИТОТЕРМ" по договору N 36/21 от 22.03.2021 г. опровергается материалами дела (акты № 1 от 25.10.2021 года, № 2 от 15.12.2021 года)» (абз. 3 стр. 4 решения).

Доказательств того, что истец не выполнил работы на сумму аванса ответчиком в материалы дела также не представлено, а, напротив, как установлено, указанным решением арбитражного суда города Москвы: «Судом установлено, что истец поставил товар и выполнил работы на сумму в размере 25 137 105 руб. 49 коп. Ответчик произвел авансирование работ, оплату товара и выполненных работ в размере 24 882 181 руб. 23 коп., а также оказал истцу услуги, в соответствии с п. 5.4. договора на сумму в размере 25 4924 руб. 26 коп.

Таким образом, денежные средства за выполненные работы истцом от ответчика получены в полном объеме».

Неустойка за нарушение даты окончания работ (пункт 9.3, 9.4 договора) в размере, равноценным сумме полученной ответчиком банковской гарантии, истцу не начислялась и к оплате не предъявлялась.

Кроме того, неустойка начисляется до момента прекращения обязательства, а как было указано выше, обязательство было прекращено до даты истечения срока выполнения обязательства, то есть неустойка в спорном случае начислению не подлежит (п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 г. № 35 "О последствиях расторжения договора", п. 66 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 г. № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств").

В отзыве на исковое заявление ответчик указывает (стр. 7) на то, что по состоянию на 19.05.2023 года размер неустойки по договору за просрочку исполнения истцом своих обязательств составляет 22 474 217 руб. 58 коп. и приводит расчет неустойки, где период указан с 02.08.2021 года по 19.05.2023 года.

Однако данный расчет не может быть принят во внимание, так как было указано выше, ответчик 07.07.2021 года направил в адрес истца предложение о расторжении договора и 23.07.2021 года заключил договор с другим субподрядчиком, а, следовательно неустойка не может быть начислена за период с 02.08.2021 года по 19.05.2023 года, так как обязательства в этот период у истца перед ответчиком уже не было, работы выполнял другой субподрядчик.

Также какие-либо доказательства, свидетельствующие о нарушении истцом при выполнении работ условий п. 3.1.1. договора, связанного с некачественным выполнение работ, ответчик также нет представил.

Как было указано выше, письмо ответчика от 07.07.2021 года № 1262 о расторжении договора мотивировано следующим: «В настоящее время, при оставшемся периоде времени до завершения срока строительства менее одного месяца, работы выполнены менее чем на 10 % (процентов). Дальнейшее продолжение затягивания производства работ недопустимо как в силу договорных обязательств, так и крайне ограниченного времени до наступления отопительного сезона.

Таким образом, на основании неисполнения ООО «ВитоТерм» обязательств по договору в виде нарушения сроков выполнения работ, что очевидно свидетельствует о невозможности завершения строительства объекта в установленный договором срок, руководствуясь п. 12.1 договора, ООО «Алмаз-Антей Строй» направляет соглашение о расторжении договора субподряда от 22.03.2021 года № 36/21».

Вместе с тем, ответчиком не представлено доказательств, однозначно свидетельствующих о наличии оснований, предусмотренных указанной правовой нормой, а, напротив, как было указано выше и установлено в имеющем преюдициальное значение судебном решении арбитражного суда города Москвы по делу №А40-70541/22 от 10.06.2022 года: «Поскольку банковская гарантия обеспечивала требование о возврате суммы неотработанного аванса в случае расторжения договора при нарушении подрядчиком условий договора, ответчик знал о выполнении истцом работ, об отсутствии оснований для расторжения договора».

Кроме того, как было указано выше, и установлено решением арбитражного суда города Москвы по делу№А40-202272/22-110-1534 от 27.03.2023 года (абз. 8 стр. 2 решения): «Вместе с тем, между ООО "Алмаз-Антей Строй" (ответчик) и ООО "Строймехангас" (истец) был заключен договор субподряда от 23.07.2021 г. № 155/21 (далее - Договор) согласно которому Субподрядчик, в соответствии с Проектной и Рабочей документацией, выполнит строительство здания газовой отопительной котельной АО "Концерн ВКО Алмаз-Антей" и подводящего газопровода по адресу: 

<

...>, а Подрядчик обязуется принять выполненные Субподрядчиком Работы, оплатить их результат в порядке и на условиях, установленных Договором

Цена Договора в соответствии со сметным расчетом стоимости строительства (Приложение N 1 к Договору) составляет 29 005 872,79 руб., в том числе НДС 20%.

В соответствии с пунктом 6.2 Договора Истец обязался выполнить все необходимые Работы в срок до 30.09.2021».

Таким образом, расторгая с истцом договор 07.07.2021 года с указанием того, что работы выполнены менее чем на 10% и работы необходимо завершить в срок до 01.08.2021 года и одновременно заключая 23.07.2021 года договор с другим субподрядчиком со сроком этих же работ уже до 30.09.2021 года и стоимостью уже 29 005 872 руб. 79 коп., ответчик злоупотребляет правом при расторжении договора с истцом.

Довод ответчика о том, что истец об обстоятельствах мешающих или замедляющих ход работ, а также невозможности получить ожидаемого результата его не предупреждал, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, так как: во-первых, письмом № 237/04 от 15.04.2021 года истец просил ответчика предоставить ордер на разрытие для начала выполнения работ.

во-вторых, письмом № 239/04 от 16.04.2021 года истец уведомлял ответчика об отсутствии разрешения для производства земляных работ.

в-третьих, согласно п. 4.1.3 ответчик обязался передать истцу по актам и/или сопроводительными письмами проектную и рабочую документацию со штампом «В производство работ» в 1 (одном) экземпляре на бумажном носителе и электронном носителе.

Согласно письму истца № 286/06 от 08.06.2021 года ответчиком по состоянию на дату письма, то есть спустя более чем два месяца с момента заключения договора истцу не передана проектная документация по наружному и внутреннему газоснабжению, согласованная с АО «Мосгаз» со штампом «В производство работ».

в-четвертых, согласно письму № 315/07 от 08.07.2021 года истец уведомил ответчика, что последним на дату письма в нарушение, указанного п.4.1.3 договора, ответчиком истцу не переданы ряд разделов проектной документации, ряд разделов не прошли согласование с АО «Мосгаз», не предоставлено положительное заключение государственной экспертизы проектной документации, что вообще не дает право на выполнение любых строительно-монтажных работ, отсутствует согласование стройгенплана в ОПС «Мосгосгеотрест» на соответствие сводному плану подземных коммуникаций, что препятствует открытию ордена АТИ ЗАО города Москвы на право производства земляных работ.

в-пятых, 20.04.2021 года ответчик направил в адрес АО «Мосгаз» письмо № 759 о необходимости устранения замечаний в рабочей документации в количестве 52 пунктов.

Положительное заключение повторной экспертизы ГАУ города Москвы «Московская государственная экспертиза» № 77-1-1-2-053874-1021 на проектную документацию было получено только 17.09.2021 года, включено в реестр 21.09.2021 года.

Таким образом, проектная документация, получившая положительное заключение 03.03.2021 года, содержала много замечаний, при которых возникла необходимость их устранения и повторного получения заключения на проектную документацию.

Таким образом, доводы ответчика, изложенные в направленном в адрес истца соглашении о расторжении договора, касаемо нарушения сроков выполнения работ и очевидной невозможности завершения строительства объекта в установленный договором срок по вине истца, не нашли своего подтверждения. Напротив, наличия оснований для одностороннего отказа от договора, предусмотренных ст. 715 ГК РФ, у ответчика не имелось.

В таком случае ответчик, согласно положениям статьи 717 ГК РФ, должен уплатить истцу часть установленной цены, пропорционально части работ, выполненной до получения уведомления об отказе ответчика от договора, но ответчик не приобрел право на возмещение убытков, в том числе за счет банковской гарантии.

При таких обстоятельствах направленное ответчиком банку требование от 23.09.2021 года № 1786 о раскрытии банковской гарантии вследствие невыполнения истцом работ в период с 22.03.2021 года по 01.08.2021 года являлось необоснованным в полном размере, поскольку срок выполнения работ истцом нарушен не был, ответчик нарушил встречные обязательства по договору.

Довод ответчика о том, что он предоставил истцу возможность завершения работ в период времени с 11.08.2021 года по 23.09.2021 года не соответствует фактическим обстоятельствам дела, так как работы в данный период времени с 23.07.2021 года по 30.09.2021 года осуществлял другой субподрядчик ответчика - Общество с ограниченной ответственностью «Строимеханик».

Довод ответчика о том, что его требование банку о раскрытии банковской гарантии проверено банком на предмет законности не могут быть приняты во внимание, так как гарант не вправе выдвигать против требования об осуществлении платежа по гарантии возражения, вытекающие из основного обязательства (п. 1 ст. 370 ГК РФ). Независимость гарантии обеспечивается наличием специальных и при этом исчерпывающих оснований для отказа гаранта в удовлетворении требования бенефициара, которые никак не связаны с основным обязательством (п. 1 ст. 376 ГК РФ), а также отсутствием у гаранта права на отказ в выплате после истечения срока приостановления платежа (п. 5 ст. 376 названного Кодекса) (п. II "Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 05.06.2019)).". 

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14 ноября 2023 года решение Арбитражного суда города Москвы от 16.08.2023 по делу № А40- 27711/23 оставлено без изменения.

В Постановлении от 21 декабря 2011 года N 30-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что действующие во всех видах судопроизводства общие правила распределения бремени доказывания предусматривают освобождение от доказывания входящих в предмет доказывания обстоятельств, к числу которых процессуальное законодательство относит обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу (статья 90 УПК Российской Федерации, статья 61 ГПК Российской Федерации, статья 69 АПК Российской Федерации). В данном основании для освобождения от доказывания проявляется преюдициальность как свойство законной силы судебных решений, общеобязательность и исполнимость которых в качестве актов судебной власти обусловлены ее прерогативами.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Наделение судебных решений, вступивших в законную силу, свойством преюдициальности - сфера дискреции федерального законодателя, который мог бы прибегнуть и к другим способам обеспечения непротиворечивости обязательных судебных актов в правовой системе, но не вправе не установить те или иные институты, необходимые для достижения данной цели. Введение же института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения.

Следовательно, в системе действующего правового регулирования предусмотренное частью 2 статьи 69 АПК Российской Федерации основание освобождения от доказывания во взаимосвязи с положениями части 1 статьи 64 и части 4 статьи 170 того же Кодекса означает, что только фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 марта 2013 года N 407-О, от 16 июля 2013 года N 1201-О, от 24 октября 2013 года N 1642-О и др.).

Учитывая вышеизложенное, при отсутствии доказательств возврата суммы переплаты, принимая во внимание, что со стороны ответчика не представлено мотивированных возражений относительно доводов искового заявления, с учетом наличия преюдициального судебного акта, суд приходит к выводу о том, что заявленное истцом требование о взыскании неосновательного обогащения в размере 7 550 000 руб. является правомерным и подлежит удовлетворению.

В соответствии со ст. 110 ГК РФ, госпошлина подлежит взысканию с ответчика в пользу истца в размере 60 750  руб. 

На основании ст. ст. 8-12, 309, 310, 330, 702, 711 ГК РФ, руководствуясь ст. ст.  64, 65, 67, 71, 110, 167-171, 176, 180 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "АЛМАЗ-АНТЕЙ СТРОЙ" (121471, Г МОСКВА, ФИО2, Д. 41, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 26.11.2002, ИНН: 

<

***>, КПП: 773101001)  в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ВИТОТЕРМ" (344002, РОСТОВСКАЯ ОБЛАСТЬ, РОСТОВ-НА-ДОНУ ГОРОД, СТАНИСЛАВСКОГО УЛИЦА, ДОМ 50/49/22, ОФИС 207, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 29.01.2016, ИНН: 

<

***>, КПП: 616401001) неосновательное обогащение в размере 7 550 000 (Семь миллионов пятьсот пятьдесят тысяч) руб., расходы по оплате госпошлины в размере 60 750 (Шестьдесят тысяч семьсот пятьдесят) руб. 

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его  изготовления в полном объеме в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья                               А. А. Федоточкин