АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

29 января 2024 года

Дело №

А56-81591/2009

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Чернышевой А.А., судей Богаткиной Н.Ю. и                Казарян К.Г.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 28.07.2022), от ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 05.06.2023),

рассмотрев 22.01.2024 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО5,  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Импульс» ФИО6 и финансового управляющего ФИО3 – ФИО7 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.02.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2023 по делу № А56-81591/2009/сд.31, 

 

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.10.2009 принято к производству заявление закрытого акционерного общества «Строительный трест № 28» о признании общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Импульс», адрес: 192171, Санкт-Петербург, пр. Обуховской Обороны, д. 161, лит. А, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением от 22.02.2019 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6.

Решением от 14.08.2019 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО6 

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО6 обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительными:

– договоров от 02.04.2012 № К-П-30-03/517, от 06.05.2013 № К-П-30-03/578, от 30.05.2013 № К-П-30-03/578/1, от 01.08.2013 № К-П-30-03/580/2, заключенных между Обществом и ФИО3;

– договоров от 02.04.2012 № К-П-30-03/517-1, К-П-30-03/517-2; от 01.08.2013 № К-П-30-03/580/2-6, К-П-30-03/580-7, К-П-30-03/580-8,                             К-П-30-03/580-9, К-П-30-03/580-10, К-П-30-03/580-11, К-П-30-03/580-18; от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-1, К-П-30-03/604-8, № К-П-30-03/604-9, К-П-30-03/604-11, заключенных между Обществом и ФИО3;

– дополнительных соглашений о передаче прав и обязанностей по договорам от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-8, от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-11, от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-9, от 01.08.2013 № К-П-30-03/580/2-6, от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-4, от 01.08.2013 № К-П-30-03/580-7, от 01.08.2013 № К-П-30-03/580-18, от 01.08.2013 № К-П-30-03/580-8, от 02.04.2012 № К-П-30-03/517-1, от 02.04.2012 № К-П-30-03/517-2, от 01.08.2013 № К-П-30-03/580-9, от 01.08.2013 № К-П-30-03/580-10, от 01.08.2013 № К-П-30-03/580-11, от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-1, заключенных между ФИО3 и ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18.

В порядке применения последствий недействительности договоров от 02.04.2012 № К-П-30-03/517, от 06.05.2013 № К-П-30-03/578, от 30.05.2013 № К-П-30-03/578/1, от 01.08.2013 № К-П-30-03/580/2 конкурсный управляющий просил:

– признать недействительным договор от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-8, заключенный между Обществом и ФИО3, дополнительное соглашение от 02.12.2018 о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома, заключенное между                 ФИО3 и ФИО8 (в отношении квартиры № 402), договор от 04.12.2019 купли-продажи квартиры между ФИО8 и ФИО9, договор купли-продажи от 21.08.2018 между ФИО9 и ФИО19 (номер регистрации в Едином государственном реестре недвижимости (далее – ЕГРН)  78:11:0006078:9277-78/032/2018-5), и применить последствия недействительности сделок в виде возврата Обществу квартиры  № 402 с кадастровым номером 78:11:0006078:9277;

– признать недействительным договор от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-11, заключенный между Обществом и ФИО3, дополнительное соглашение от 12.01.2018 о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома, заключенное между               ФИО3 и ФИО10 (в отношении квартиры № 378), договор от 04.12.2019 купли-продажи между ФИО10 и ФИО20 и ФИО5 (номер регистрации в ЕГРН 78:11:0006078:9253-78/032/2018-3), и применить последствия недействительности сделок в виде возврата Обществу квартиры № 378 с кадастровым номером 78:11:0006078:9253;

– признать недействительным договор от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-9, заключенный между Обществом и ФИО3, дополнительное соглашение от 12.01.2018 о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома, заключенное между                ФИО3 и ФИО10 (в отношении квартиры № 391), договор от 13.07.2019 купли-продажи квартиры № 391 между ФИО10 и  ФИО9 и применить последствия недействительности сделок в виде взыскания солидарно с ФИО3, ФИО10 и ФИО9 в конкурсную массу Общества 6 712 392,31 руб.;

– признать недействительным договор от 01.08.2013 № К-П-30-03/580/2-6, дополнительное соглашение о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома от 12.01.2018, заключенное между ФИО3 и ФИО11 (в отношении квартиры № 394), договор от 16.09.2019 купли-продажи квартиры № 394 между ФИО11 и ФИО12 и применить последствия недействительности сделок в виде взыскания солидарно с ФИО3, ФИО11 и            ФИО12 в конкурсную массу Общества 6 380 015,40 руб.;

– признать недействительным договор от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-4, заключенный между Обществом и ФИО3, дополнительное соглашение от 12.01.2018 о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома, заключенное между                ФИО3 и ФИО8 (в отношении квартиры № 414), договор от 19.07.2018 купли-продажи квартиры № 414 между ФИО8 в лице ФИО13 и ФИО9 и применить последствия недействительности сделок в виде взыскания солидарно с ФИО3, ФИО8 и            ФИО9 в конкурсную массу Общества 6 485 403,20 руб.;

– признать недействительным договор от 01.08.2013 № К-П-30-03/580-7, заключенный между Обществом и ФИО3, дополнительное соглашение от 12.01.2018 о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома, заключенное между                ФИО3 и ФИО14 (в отношении квартиры № 180) (номер регистрации в ЕГРН 78:11:0006078:9055-78/032/2018-1), договор от 12.07.2018 купли-продажи квартиры № 180, заключенный между ФИО14 и ФИО21 (номер регистрации в ЕГРН 78:11:0006078:9055-78/032/2018-3), и применить последствия недействительности сделок в виде возврата Обществу квартиры № 180 с кадастровым номером 78:11:0006078:9055;

– признать недействительным договор от 01.08.2013 № К-П-30-03/580-18, заключенный между Обществом и ФИО3, дополнительное соглашение от 07.02.2018 о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома, заключенное между              ФИО3 и ФИО22 (в отношении квартиры           № 181), договор от 17.08.2018 купли-продажи квартиры № 181 между ФИО23 и ФИО9 и применить последствия недействительности сделок в виде взыскания солидарно с ФИО3, ФИО22 и ФИО9 в конкурсную массу Общества 6 461 082,94 руб.;

– признать недействительным договор от 01.08.2013 № К-П-30-03/580-8, заключенный между Обществом и ФИО3, дополнительное соглашение от 12.01.2018 о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома, заключенное между                 ФИО3 и ФИО15 (в отношении квартиры № 176), договор купли-продажи квартиры от 13.07.2018 № 176, заключенный между              ФИО15 и ФИО16 (номер регистрации в ЕГРН 78:11:0006078:8959-78/032/2020-7), и применить последствия недействительности сделок в виде взыскания солидарно с ФИО3, ФИО15 и ФИО16 в конкурсную массу Общества                          6 461 082,94 руб.;

– признать недействительным договор от 02.04.2012 № К-П-30-03/517-1, заключенный между Обществом и ФИО3, дополнительное соглашение от 12.01.2018 о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома, заключенное между               ФИО3 и ФИО13 (в отношении квартиры № 17), договор от 12.07.2018 купли-продажи квартиры № 17 между ФИО13 и ФИО17 (номер регистрации в ЕГРН 78:11:0006078:8859-78/032/2018-3), договор от 04.09.2018 купли-продажи квартиры между ФИО17 и ФИО1 (номер регистрации в ЕГРН 78:11:0006078:8859-78/032/2018-5) и применить последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу Общества квартиры № 17 с кадастровым номером 78:11:0006078: 8859;

– признать недействительным договор от 02.04.2012 № К-П-30-03/517-2, заключенный между Обществом и ФИО3, дополнительное соглашение от 12.01.2018 о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома, заключенное между                  ФИО3 и ФИО18 (в отношении квартиры № 1), договор от 13.07.2018 купли-продажи квартиры № 1 между ФИО18 и                 ФИО16  (номер регистрации в ЕГРН 78:11:0006078:8846-                78/032/2018-3), договор от 26.12.2018 купли-продажи квартиры № 1 между ФИО16 и ФИО24 (номер регистрации в ЕГРН 78:11:0006078:8846-78/032/2019-5), применить последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу Общества квартиры № 1 с кадастровым номером 78:11:0006078:8846);

– признать недействительным договор от 01.08.2013 № К-П-30-03/580-9, заключенный между Обществом и ФИО3, дополнительное соглашение от 12.01.2018 о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома, заключенное между                  ФИО3 и ФИО11 (в отношении квартиры № 164), и применить последствия недействительности сделок в виде взыскания солидарно с ФИО3 и ФИО11 в конкурсную массу Общества 6 534 043,72 руб.;

– признать недействительным договор от 01.08.2013 № К-П-30-03/580-10, заключенный между Обществом и ФИО3, дополнительное соглашение от 12.01.2018 о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома, заключенное между                ФИО3 и ФИО11 (в отношении квартиры № 160), договор от 21.05.2018 купли-продажи квартиры между ФИО11 и ФИО25 (номер регистрации в ЕГРН 78:11:0006078:9035-78/032/2018-3) и применить последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу Общества квартиры № 160 с кадастровым номером 78:11:0006078:9035;

– признать недействительным договор от 01.08.2013 № К-П-30-03/580-11, заключенное между Обществом и ФИО3, дополнительное соглашение от 12.01.2018 о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома, заключенное между             ФИО3 и ФИО15 (в отношении квартиры № 156, номер регистрации в ЕГРН 78:11:0006078:9031-78/032/2018-1), договор от 13.07.2018 купли-продажи квартиры между ФИО15 и ФИО16 (номер регистрации в ЕГРН 78:11:0006078:9031-78/032/2018-3), договор от 24.11.2018 купли-продажи квартиры между ФИО16 и ФИО26 (номер регистрации в ЕГРН 78:11:0006078:9031-78/032/2018-5) и применить последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу Общества квартиры № 156 с кадастровым номером 78:11:0006078:9031;

– признать недействительным договор от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-1, заключенный между Обществом и ФИО3, дополнительное соглашение от 12.01.2018 о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома, заключенное между                ФИО3 и ФИО27 (в отношении квартиры          № 415) и применить последствия недействительности сделок в виде взыскания солидарно с ФИО3 и ФИО27 в конкурсную массу Общества               6 655 645,03 руб.

К участию в обособленном споре привлечены Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу, ФИО28, акционерный коммерческий банк «Легион» (акционерное общество) в лице конкурсного управляющего –государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» и Прокуратура Санкт-Петербурга.

Определением от 27.02.2023 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично. Признаны недействительными договоры от 02.04.2012 № К-П-30-0З/517, К-П-30-03/517-1, К-П-30-03/517-2; от 06.05.2013                           № К-П-З0-03/578; от 30.05.2013 № К-П-З0-03/578/1; от 01.08.2013                        № КП-30-03/580/2, К-П-30-03/580/2-6, К-П-30-03/580-7, К-П-30-03/580-8, К-П-30-03/580-9, К-П-30-03/580-10, К-П-30-03/580-11, К-П-30-03/580-18; от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-1, К-П-30-03/604-4, К-П-30-03/604-8, К-П-30-03/604-9, К-П-30-03/604-11, заключенные между Обществом и ФИО3 В порядке применения последствий недействительности сделок с ФИО3 в пользу Общества взыскано 154 426 700 руб. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2023 определение от 27.02.2023 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней ФИО5 просит определение от 27.02.2023 и постановление от 21.06.2023 отменить в части признания недействительной первой сделки между Обществом и               ФИО3 в отношении квартиры № 378 – договора от 01.08.2013 № К-П-30-03/580/2, и производного от него договора от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-11.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что при принятии уточнений заявленных требований суд нарушил императивный запрет на одновременное изменение основания и предмета.

По мнению подателя жалобы, учитывая факт осведомленности управляющего на 14.10.2019 об основаниях для оспаривания сделки по договору от 01.08.2013 № К-П-30-03/580/2, приложенного к заявлению о признании недействительными иных договоров в обособленном споре                                         № А56-81591/2009/сд.1, в удовлетворении заявленных требований о признании недействительным обозначенного договора следовало отказать в связи с истечением 14.10.2020 срока исковой давности. 

В просительной части кассационной жалобы конкурсный управляющий ФИО6 просит отменить определение от 27.02.2023 и постановление от 21.06.2023, принять по делу новый судебный акт – об удовлетворении заявленных требований в полном объеме. Из текста кассационной жалобы усматривается, что, по мнению конкурсного управляющего, спорные сделки представляют собой взаимосвязанную цепочку сделок по отчуждению должником обозначенного имущества, в связи с чем податель жалобы настаивает на необходимости удовлетворения заявленных им требований в полном объеме.

Податель жалобы считает, что суды не дали оценку доводам конкурсного управляющего о том, что оспариваемые договоры имеют одинаковый стиль оформления и заключены у одного и того же нотариуса;  имеют одинаковые существенные условия, отличающиеся от обычно применяемых независимыми участниками гражданского оборота, а именно: оплата наличными средствами, с оформлением передачи денежных средств распиской, после регистрации права собственности (то есть с отсрочкой), без какого-либо залога, гарантий; при этом ответственность за нарушение оплаты не предусмотрена; продавец по условиям договоров не предоставляет покупателю всех оригиналов документов, на основании которых возникало право собственности на реализуемую квартиру; сделки заключались в течение непродолжительного периода времени после регистрации права собственности, как правило, через 3–9 месяцев квартира перепродавалась по цепочке следующему покупателю-соответчику по настоящему спору; квартиры реализовывались по цене ниже рынка и ниже кадастровой стоимости; квартиры покупались, как правило, одним днем по несколько штук на одного из покупателей, среди которых пенсионеры, студенты, платежеспособность которых ничем не подтверждена. 

Как указывает податель жалобы, от ФИО12, ФИО13,            ФИО9, ФИО15, ФИО18, ФИО17, ФИО14, ФИО10,  ФИО16, ФИО8 в материалы дела не представлены письменные пояснения о наличии экономической возможности по покупке квартир.

По мнению подателя жалобы, фактически суд причислил ответчиковк добросовестным приобретателям в отсутствие достаточных доказательств в материалах дела, чем оказал ответчикам преимущество по сравнению с положением конкурсного управляющего, доводы которого не были надлежащим образом рассмотрены.

В отзывах ФИО16, ФИО25, ФИО21, ФИО5, ФИО26 просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего Общества – без удовлетворения.

В поступившем в суд округа ходатайстве конкурсный управляющий ФИО6 выражает несогласие с доводами, приведенными в кассационной жалобе ФИО5, поддерживает свою кассационную жалобу в полном объеме, просит провести судебное заседание, назначенное на 13.11.2023, в его отсутствие.

В суд кассационной инстанции также поступило ходатайство                 ФИО5 о рассмотрении кассационной жалобы в отсутствие ее представителя и заявление об отклонении доказательства, в котором           ФИО5 просит отказать участникам дела в принятии письменной позиции, поданной с нарушением требований, установленных статьей 279            АПК РФ.

Определением суда кассационной инстанции от 13.11.2023 судебное заседание по рассмотрению кассационных жалоб ФИО5 и конкурсного управляющего ФИО6 отложено на 11.12.2023.

В суд кассационной инстанции 07.12.2023 от конкурсного управляющего ФИО6 поступило ходатайство, в котором он просит приобщить к материалам дела возражения, приведенные по тексту ходатайства, и провести судебное заседание, назначенное на 11.12.2023, в его отсутствие.

В суд округа от ФИО5 05.12.2023 поступила письменная позиция против доводов, изложенных в отзыве ФИО3 на жалобу; 08.12.2023 – письменная позиция против возражений ФИО6 на жалобу ФИО5; 08.12.2023 и 11.12.2023 – заявления об отклонении доказательств, в которых ФИО5 просит отказать конкурсному управляющему ФИО6 в принятии отзыва на кассационную жалобу, а также отказать другим участникам дела в принятии письменной позиции, поступившей 06.12.2023.

Кроме того, в суд кассационной инстанции 08.12.2023 поступило ходатайство ФИО5 о проведении судебного заседания, назначенного на 11.12.2023, в ее отсутствие.

Определением суда округа от 11.12.2023 судебное заседание по рассмотрению кассационных жалоб ФИО5 и конкурсного управляющего ФИО6 отложено на 15.01.2024 в связи с тем, что на дату судебного заседания вопрос о принятии кассационной жалобы финансового управляющего ФИО3 – ФИО7 на те же судебные акты не был разрешен.

Так, 23.12.2023 в суд кассационной инстанции поступила кассационная жалоба финансового управляющего ФИО3 – ФИО7, в которой она просит определение от 27.02.2023 и постановление от 21.06.2023 отменить, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказать. Одновременно подателем жалобы заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу жалобы.

Определением от 18.12.2023 рассмотрение ходатайства финансового управляющего ФИО3 – ФИО7 о восстановлении процессуального срока и кассационной жалобы назначено в судебном заседании кассационного суда на 15.01.2024.

В отзыве на заявление финансового управляющего ФИО3 – ФИО7 о восстановлении пропущенного процессуального срока конкурсный управляющий ФИО6 просит в удовлетворении обозначенного ходатайства отказать.

В суд кассационной инстанции 12.01.2024 поступило ходатайство ФИО5 о проведении судебного заседания, назначенного на 15.01.2024, в ее отсутствие.

В судебном заседании представитель ФИО3 поддержал кассационные жалобы финансового управляющего ФИО7 и    ФИО5, возражал против удовлетворения кассационной жалобы конкурсного управляющего ФИО6 Представитель ФИО1 возражал против восстановления срока финансовому управляющему  ФИО7, поддержал ранее высказанную позицию об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со            статьей 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалоб в их отсутствие.

Изучив материалы дела и исследовав доводы ходатайства финансового управляющего ФИО3 – ФИО7, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002                № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Порядок и сроки обжалования определений приведены в статье 188               АПК РФ, в силу части 5 которой жалоба на постановление арбитражного суда апелляционной инстанции, принятое по результатам рассмотрения апелляционной жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции, может быть подана в арбитражный суд кассационной инстанции в срок, не превышающий месяца со дня вступления в законную силу такого постановления, если в соответствии с названным Кодексом такое постановление может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции.

По правилам, установленным частями 3, 4 статьи 113 АПК РФ, процессуальные сроки исчисляются годами, месяцами и днями. В сроки, исчисляемые днями, не включаются нерабочие дни. Течение процессуального срока, исчисляемого годами, месяцами или днями, начинается на следующий день после календарной даты или дня наступления события, которыми определено начало процессуального срока.

Обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции принято  21.06.2023 по результатам рассмотрения апелляционных жалоб ФИО3, ФИО5 и конкурсного управляющего ФИО6 на определение суда первой инстанции от 27.02.2023.

В силу части 5 статьи 271 АПК РФ постановление апелляционного суда от 21.06.2023 вступило в законную силу в день его принятия, соответственно, последним днем срока подачи кассационной жалобы на указанное постановление (с учетом правил исчисления процессуальных сроков) являлось 21.07.2023, тогда как кассационная жалоба направлена финансовым управляющим ФИО7 посредством системы подачи документов «Мой арбитр» 22.11.2023, то есть по истечении установленного процессуального срока.  

В соответствии со статьей 276 АПК РФ по ходатайству лица, обратившегося с кассационной жалобой, пропущенный срок подачи кассационной жалобы может быть восстановлен судом кассационной инстанции при условии, что ходатайство подано не позднее чем через шесть месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта или, если ходатайство подано лицом, указанным в статье 42 названного Кодекса, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов обжалуемым судебным актом.

В части 2 статьи 117 АПК РФ закреплено, что суд восстанавливает пропущенный процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными и если не истекли предусмотренные статьями 259, 276, 292 и 312 названного Кодекса предельные допустимые сроки для восстановления.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках», при решении вопроса о восстановлении пропущенного срока подачи жалобы арбитражному суду следует оценивать обоснованность доводов лица, настаивающего на таком восстановлении, в целях предотвращения злоупотреблений при обжаловании судебных актов и учитывать, что необоснованное восстановление пропущенного процессуального срока может привести к нарушению принципа правовой определенности и соответствующих процессуальных гарантий. При решении вопроса о восстановлении процессуального срока судам следует соблюдать баланс между принципом правовой определенности и правом на справедливое судебное разбирательство, предполагающим вынесение законного и обоснованного судебного решения, с тем чтобы восстановление пропущенного срока могло иметь место лишь в течение ограниченного разумными пределами периода и при наличии существенных объективных обстоятельств, не позволивших заинтересованному лицу, добивающемуся его восстановления, защитить свои права.

Оценив обстоятельства, на которые сослалась ФИО7 в обоснование ходатайства о восстановлении пропущенного срока подачи кассационной жалобы, суд кассационной инстанции не усмотрел оснований для его удовлетворения, поскольку подателем жалобы не представлено доказательств наличия обстоятельств объективного характера, находившихся вне контроля ФИО7, препятствовавших своевременному обращению с соответствующей жалобой, с учетом той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась в целях соблюдения установленного процессуальным законодательством срока.

В обоснование ходатайства о восстановлении пропущенного срока финансовый управляющий ФИО7 указала, что 20.07.2023 ею в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области из почтового отделения № 101000 была направлена кассационная жалоба на указанные судебные акты, о чем выдан кассовый чек от 20.07.2023, содержащий номер регистрируемого почтового отправления 10100095360154 (способ пересылки: система ускоренной пересылки), а также опись от 20.07.2023, содержащая сведения о направлении кассационной жалобы по обозначенному делу.

В то же время согласно данным информационного ресурса «Картотека арбитражных дел» в информационно-телекоммуникационной сети Интернет кассационная жалоба финансового управляющего ФИО7, направленная 20.07.2023, в суд первой инстанции не поступила.

Сформировать отчет об отслеживании почтового отправления по трек-номеру 10100095360154 на официальном сайте «Почты России» не представилось возможным; при введении номера почтового отправления какая-либо информация на сайте не отображается.

Как следует из ответа акционерного общества «Почта России» (далее – АО «Почта России») на запрос суда кассационной инстанции, направленного в целях проверки довода подателя жалобы о соблюдении срока на подачу первоначально поданной кассационной жалобы, квитанция о приеме почтового отправления № 10100095360154 от 20.07.2023 сотрудниками отделения почтовой службы Москвы 101000 не выдавалась.

В ответе отражено, что почтовое отправление № 10100095360154 с порядковым номером месяца «95» не могло быть принято в ОПС Москва 101000 в июле 2023 года; календарный штемпель ОПС 101000 с литерой «10к» в работе не используется с 14.02.2023; обращение ФИО7 относительно розыска обозначенного почтового отправления зарегистрировано 11.12.2023 за номером 0034577146.

При таких обстоятельствах, с учетом содержания ответа АО «Почта России», опровергающего доводы финансового управляющего ФИО3 – ФИО7, суд кассационной инстанции приходит к выводу об отсутствии в материалах дела относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о своевременном направлении ФИО7 кассационной жалобы на определение от 27.02.2023 и постановление от 21.06.2023.

Доказательств наличия в течение более пяти месяцев с даты принятия постановления от 21.06.2023 объективных обстоятельств, не позволивших финансовому управляющему ФИО7 принять меры к подготовке и подаче кассационной жалобы, не представлено. 

Заявитель не раскрыл причин, объективно воспрепятствовавших направлению кассационной жалобы в установленный законом срок, в том числе посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр», в  которой опубликованы обжалуемые судебные акты и активным пользователем которой является финансовый управляющий ФИО7

Напротив, финансовый управляющий ФИО3 – ФИО7 представила в суд округа документы, факт выдачи которых отрицает АО «Почта России», что не соответствует принципам разумности и добросовестности.

Каких-либо иных причин пропуска процессуального срока, которые могли быть расценены судом кассационной инстанции в качестве уважительных, заявитель в ходатайстве не привел.

Доказательств того, что ФИО7, действуя разумно и добросовестно, столкнулась с обстоятельствами, препятствовавшими своевременному направлению кассационной жалобы, и условиями, ограничившими возможность совершения соответствующих юридических действий, суду, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, не представлено.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что доводы финансового управляющего ФИО3 – ФИО7, изложенные в ходатайстве о восстановлении пропущенного процессуального срока, не свидетельствуют о пропуске указанного срока по не зависевшим от заявителя причинам, в связи с чем в удовлетворении ходатайства и восстановлении срока следует отказать.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 281 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции возвращает кассационную жалобу, если при рассмотрении вопроса о принятии кассационной жалобы к производству установит, что кассационная жалоба подана по истечении срока подачи кассационной жалобы, установленного названным Кодексом, и не содержит ходатайство о его восстановлении или в восстановлении пропущенного срока отказано.

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», если факт пропуска срока на подачу кассационной жалобы установлен после принятия кассационной жалобы к производству, арбитражный суд кассационной инстанции выясняет причины пропуска срока. Признав причины пропуска срока уважительными, суд продолжает рассмотрение жалобы, а в ином случае прекращает производство по жалобе применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Поскольку кассационная жалоба подана заявителем с пропуском установленного срока,  а ходатайство о восстановлении срока отклонено судом как необоснованное, производство по кассационной жалобе финансового управляющего ФИО3 – ФИО7 подлежит прекращению на основании пункта 1 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационных жалоб ФИО5 и конкурсного управляющего ФИО6

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, на основании постановления Правительства Санкт-Петербурга от 28.01.2004              № 131 и договора аренды земельного участка на инвестиционных условиях от 27.04.2004 № 00/ЗК-03362(07) Общество являлось застройщиком – заказчиком строительства жилого дома по адресу: Санкт-Петербург, Красногвардейский административный район, Полюстрово, квартал 30, ул. Маршала Тухачевского, между домами № 27-2 и 17 (севернее пересечения ул. Маршала Тухачевского и ул. Стасовой), в полном объеме, необходимом для самостоятельного строительства указанного объекта за счет собственных или привлеченных средств.

Между Обществом и ФИО3 заключены договоры долевого участия в инвестировании строительства жилого дома по обозначенному адресу, а именно: договоры от 02.04.2012 № К-П-30-0З/517, К-П-30-03/517-1,             К-П-30-03/517-2; от 06.05.2013 № К-П-З0-03/578; от 30.05.2013 № К-П-З0-03/578/1; от 01.08.2013 № КП-30-03/580/2, К-П-30-03/580/2-6, К-П-30-03/580-7,            К-П-30-03/580-8, К-П-30-03/580-9, К-П-30-03/580-10, К-П-30-03/580-11, К-П-30-03/580-18; от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-1, К-П-30-03/604-4, К-П-30-03/604-8,               К-П-30-03/604-9, К-П-30-03/604-11, по условиям которых Общество обязалось по окончании строительства жилого дома передать в собственность                 ФИО3 квартиры в названном доме по цене, определенной данными договорами, которые впоследствии были отчуждены ФИО3 в пользу других приобретателей – физических лиц.

Полагая, что названные сделки являются подозрительными применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьям 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и совершены с целью причинить вред имущественным правам кредиторов должника, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Суд первой инстанции признал недействительными договоры от  02.04.2012 № К-П-30-0З/517, К-П-30-03/517-1, К-П-30-03/517-2; от 06.05.2013                           № К-П-З0-03/578; от 30.05.2013 № К-П-З0-03/578/1; от 01.08.2013                        № КП-30-03/580/2, К-П-30-03/580/2-6, К-П-30-03/580-7, К-П-30-03/580-8,                        К-П-30-03/580-9, К-П-30-03/580-10, К-П-30-03/580-11, К-П-30-03/580-18; от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-1, К-П-30-03/604-4, К-П-30-03/604-8, К-П-30-03/604-9, К-П-30-03/604-11, заключенные между Обществом и ФИО3; в порядке применения последствий недействительности сделок с ФИО3 в пользу Общества взыскал 154 426 700 руб. В остальной части суд первой инстанции счел заявленные притязания необоснованными.

Согласившись с выводами суда первой инстанции, апелляционный суд постановлением от 21.06.2023 оставил определение от 27.02.2023 без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационных жалобах, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010            № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании пункта 6 Постановления № 63 согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах.

Наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам          статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 Постановления № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

В ходе рассмотрения спора суды выяснили, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества возбуждено определением от 29.10.2009, оспариваемые договоры заключены после возбуждения дела о банкротстве должника.

Суды установили, что в период заключения договоров между              ФИО3 и Обществом последнее отвечало признакам неплатежеспособности.

Суды констатировали, что в результате совершения сделок между Обществом и ФИО3 в пользу последнего безвозмездно отчуждено ликвидное дорогостоящее имущество, что повлекло уменьшение активов должника и, соответственно, причинение имущественного вреда его кредиторам.

Вывод о заинтересованности сторон спорных сделок сделан судами на основании оценки совокупности представленных доказательств и соответствует правовому подходу, сформулированному в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, о возможности доказывания в рамках дела о банкротстве наличия аффилированности как юридической, так и фактической.

Судом первой инстанции правильно применен повышенный стандарт доказывания, соответствующий правовому подходу, сформированному в абзаце третьем пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Суды критически отнеслись к представленным ФИО3 квитанциям к приходным кассовым ордерам от 02.04.2012 № 12 на сумму 22 100 000 руб. (оплата по договору от 02.04.2012 № К-П-30-03/517), от 08.05.2013 № 21 на сумму 53 100 300 руб. (оплата по договору от 06.05.2013 № К-П-30-03/578), от 30.05.2013 № 24 на сумму 45 936 000 руб. (оплата по договору от 30.05.2013           № К-П-30-03/578/1), от 02.08.2013 № 36 на сумму 33 290 400 руб. (оплата по договору от 01.08.2013 № К-П-30-03/580/2) как к доказательствам внесения наличных денежных средств в кассу Общества.

С учетом установленной аффилированности сторон, установив отсутствие доказательств наличия у ФИО3 финансовой возможности произвести оплату по указанным договорам, в отсутствие соответствующих записей в кассовой книге Общества, а также сведений о внесении денежных средств должника на счет организации по состоянию на соответствующие даты и в соответствующем размере, доказательств их расходования Обществом путем проведения платежей в пользу третьих лиц, суды пришли к выводу о том, что представленные ответчиком документы являются ненадлежащим доказательством произведенной ответчиком оплаты по договорам.

Совокупность приведенных обстоятельств позволила судам прийти к выводу о наличии оснований для признания оспариваемых договоров, заключенных между Обществом и ФИО3, недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в связи с совершением действий по выводу активов должника в отсутствие встречного предоставления.

Совершение спорных сделок с ФИО3 в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение активов безвозмездно и аффилированность приобретателя в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинить вред своим кредиторам в результате совершения названных сделок, в связи с чем суды пришли к правомерному выводу о наличии у оспариваемых сделок состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку спорное имущество выбыло из владения ответчика, учитывая правила статьи 61.6 Закона о банкротстве, суды, признав договоры, заключенные Обществом с ФИО3, недействительными, применили в качестве последствий недействительности сделок взыскание с ФИО3 в пользу Общества цены продажи объектов по оспариваемым договорам, заключенным между должником и ответчиком.

Суды не установили оснований для квалификации последующих сделок со спорным имуществом как цепочки взаимосвязанных сделок, исходя из отсутствия доказательств, свидетельствующих об аффилированности должника и последующих покупателей, согласованности действий должника и названных лиц в целях вывода имущества должника, принимая во внимание значительный временной промежуток между сделками и отсутствие доказательств использования недвижимого имущества должником или аффилированными с ним лицами. С учетом изложенного суды пришли к выводу о недоказанности обстоятельств, свидетельствующих о том, что действия лиц, вовлеченных в рассматриваемые отношения, направлены на достижение единого общего результата.

Суды резюмировали, что, вопреки требованиям части 1 статьи 65 АПК РФ, доказательства недобросовестности приобретателей спорного имущества по последующим сделкам и направленности их действий на единую цель – вывод активов Общества – конкурсным управляющим в материалы спора не представлены, в связи с чем оснований для оспаривания всей цепочки последовательных сделок с разным субъектным составом как прикрывающей собой единую сделку, направленную на прямое отчуждение имущества от первого продавца последнему покупателю, и применения реституционного механизма в рассматриваемом случае не имеется.

Установив, что договоры с последующими покупателями совершены не должником и не за счет должника, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании их недействительными в рамках дела о банкротстве Общества, разъяснив конкурсному управляющему право на предъявление виндикационного иска.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов в указанной части, послужившие основанием для принятия обжалуемых судебных актов, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Суды правомерно исходили из факта отсутствия признаков цепочки взаимосвязанных сделок по выводу активов должника: Общество –             ФИО3 – иные ответчики (физические лица), поскольку по условиям каждой из сделок заключение соответствующей сделки не ставилось в зависимость от заключения других, также отсутствуют доказательства сохранения контроля должником либо ФИО3 над спорным имуществом. 

Приведенные в кассационной жалобе доводы конкурсного управляющего ФИО6 не опровергают выводы судов, изложенные в обжалуемых судебных актах, были предметом исследования в судах первой и апелляционной инстанций и подлежат отклонению, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся к переоценке доказательств и установленных по делу обстоятельств, оснований для которой суд кассационной инстанции не усматривает в силу статьи 286 АПК РФ. 

В то же время судами необоснованно отклонено заявление                  ФИО5 о применении срока исковой давности по договорам от 01.08.2013 № К-П-30-03/580/2 и от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-11.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий ФИО6 утвержден в этой должности решением суда первой инстанции от 14.08.2019, резолютивная часть которого объявлена 13.08.2019, с рассматриваемым заявлением обратился 02.03.2021. 

Отклоняя доводы о пропуске срока исковой давности, суд первой инстанции указал, что при определении начала течения срока исковой давности применительно к заявленным требованиям необходимо учесть, что конкурсный управляющий не имел возможности своевременно получить информацию о договорах, повлекших отчуждение спорного имущества в пользу                  ФИО3, ввиду отсутствия соответствующих сведений в ЕГРН. В условиях непередачи документации Общества  ФИО6 не имел реальной возможности получить сведения о совершении Обществом сделок, оспариваемых в рамках настоящего обособленного спора, в пределах годичного срока с момента утверждения его конкурсным управляющим.

Названный вывод суда первой инстанции поддержан апелляционным судом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве и пунктом 32 Постановления № 63 заявление об оспаривании сделки по специальным банкротным основаниям может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

К моменту обращения управляющего в арбитражный суд с заявлением (02.03.2021) годичный срок исковой давности пропущен при его исчислении с даты открытия в отношении Общества процедуры конкурсного производства и утверждения ФИО6 в должности конкурсного управляющего (14.08.2019).

Вывод судов о том, что конкурсный управляющий не имел возможности своевременно получить информацию о договорах от 01.08.2013 № К-П-30-03/580/2 и от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-11, повлекших отчуждение квартиры № 378 (ранее условный № 407) в пользу ФИО3, ввиду отсутствия соответствующих сведений в ЕГРН, ошибочен. Спорный договор от 02.12.2013 зарегистрирован в установленном законом порядке 14.02.2018. Доказательств невозможности своевременно получить сведения о правах на недвижимое имущество в объекте, застройщиком которого выступал непосредственно должник, конкурсным управляющим не было представлено.

Кроме того, факт осведомленности конкурсного управляющего             ФИО6 о заключении договора от 01.08.2013 № К-П-30-03/580/2 и об обстоятельствах обозначенной сделки не позднее 14.10.2019 подтверждается его представлением в материалы иного спора (сд. 1) самим конкурсным управляющим. Указанное следует из материалов электронного дела в Картотеке арбитражных дел, не опровергнуто конкурсным управляющим.

Таким образом, конкурсный управляющий имел возможность обратиться с соответствующим заявлением об оспаривании договора от 01.08.2013 № К-П-30-03/580/2 в пределах общего срока, установленного статьей 181 ГК РФ и статьей 61.9 Закона о банкротстве. 

Ссылка суда апелляционной инстанции на то, что признание недействительными договоров, заключенных должником с ФИО3, не затрагивает права и законные интересы ФИО5 как последующего приобретателя имущества, является неправомерной с учетом предмета заявленных требований, а также возможности предъявления к ней виндикационного иска.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Принятые по результатам рассмотрения обособленного спора определение от 27.02.2023 и постановление от 21.06.2023 в части признания недействительными договоров от 01.08.2013 № К-П-30-03/580/2 и от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-11, заключенных между Обществом и ФИО3 в отношении квартиры № 378, подлежат отмене на основании части 1, пункта 3 части 2 статьи 288 АПК РФ с принятием в силу пункта 2 части 1 статьи 287              АПК РФ нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим ФИО6 требований.

Обжалуемыми судебными актами применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО3 в пользу Общества 154 426 700 руб. 

В связи с частичной отменой обозначенных судебных актов в связи с отказом в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными договоров от 01.08.2013 № К-П-30-03/580/2 и от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-11, заключенных между Обществом и ФИО3 в отношении квартиры № 378, в порядке применения последствий недействительности сделок с ФИО3 в пользу Общества следует взыскать 148 816 700 руб., изменив абзац второй резолютивной части определения от 27.02.2023.

В остальной части определение от 27.02.2023 и постановление от 21.06.2023 по указанному делу следует оставить без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО6 – без удовлетворения.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, повторяют доводы апелляционной жалобы, им дана надлежащая правовая оценка, они не опровергают выводы судов, направлены на переоценку доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела, что в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 117, 150, 282, 286–290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

 

п о с т а н о в и л:

в удовлетворении ходатайства финансового управляющего ФИО3 – ФИО7 – о восстановлении процессуального срока на подачу кассационной жалобы на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.02.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2023 по делу № А56-81591/2009/сд.31 отказать.

Производство по кассационной жалобе финансового управляющего ФИО7 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.02.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2023 по делу                                     № А56-81591/2009/сд.31 прекратить.

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.02.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2023 по делу № А56-81591/2009/сд.31 отменить в части признания недействительными договоров от 01.08.2013 № К-П-30-03/580/2 и от 02.12.2013 № К-П-30-03/604-11, заключенных между обществом с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Импульс» и ФИО3 в отношении квартиры № 378.

В указанной части в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО6 отказать.

Изменить абзац второй резолютивной части определения от 27.02.2023, изложив в следующей редакции: 

«Взыскать с гражданина ФИО3 в пользу  общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Импульс» 148 816 700 руб.».

В остальной части определение от 27.02.2023 и постановление от 21.06.2023 по указанному делу оставить без изменения.

Постановление в части прекращения производства по кассационной жалобе может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в месячный срок.

 

Председательствующий

А.А. Чернышева 

Судьи

 

Н.Ю. Богаткина

К.Г. Казарян