ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-28030/2019

город Ростов-на-Дону

31 марта 2024 года

15АП-21412/2023

                                                                                                                             15АП-21416/2023

                                                                                                                             15АП-21417/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 марта 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 31 марта 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Долговой М.Ю.,

судей Деминой Я.А., Сурмаляна Г.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии посредством системы веб-конференции ИС «Картотека арбитражных дел»:

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 08.11.2022;

от ФИО4: представитель ФИО3 по доверенности от 30.07.2023;

от ФИО4: представитель ФИО5 по доверенности от 15.12.2022;

от общества с ограниченной ответственностью «ГРОС РИТЕЙЛ»: представитель ФИО6 по доверенности от 06.10.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, конкурсного управляющего ФИО7, общества с ограниченной ответственностью «Грос Ритейл»

на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 06.12.2023 по делу № А32-28030/2019

по заявлению конкурсного управляющего ФИО7

о привлечении ФИО2, ФИО4, ФИО8 в лице его законного представителя – ФИО4, ФИО9 в лице его законного представителя – ФИО4 к субсидиарной ответственности,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Тепличный комбинат «Белореченский»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Тепличный комбинат «Белореченский» (далее – должник) конкурсный управляющий ФИО7 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4, ФИО8 в лице его законного представителя – ФИО4, ФИО9 в лице его законного представителя – ФИО4.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.12.2023 по делу № А32-28030/2019 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью Тепличный комбинат «Белореченский». Приостановлено рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2, конкурсный управляющий ФИО7, общество с ограниченной ответственностью «Грос Ритейл» обжаловали определение суда первой инстанции от 11.07.2022 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просили обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба ФИО2 мотивирована тем, что суд первой инстанции необоснованно удовлетворил заявление, не приняв во внимание, что руководителем осуществлялись мероприятия по урегулированию задолженности и выходу из кризиса. Податель апелляционной жалобы указывает, что заключенные им сделки не привели к банкротству должника.

Апелляционная жалоба конкурсного управляющего ФИО7 мотивирована тем, что суд первой инстанции не дал надлежащей оценки доводам о том, что сумма незаконно выведенных ФИО2 денежных средств соотносится с суммой, потраченной на приобретение недвижимого имущества, оформленного на сына и внуков ФИО2

Апелляционная жалоба общества с ограниченной ответственностью «Грос Ритейл» мотивирована тем, что суд первой инстанции не учел позицию вышестоящих судов, в соответствии с которой установлена возможность использования родителями личности детей для сокрытия имущества.

В отзыве на апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО7, общества с ограниченной ответственностью  «Грос Ритейл» ФИО4 просит в удовлетворении апелляционных жалоб отказать.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2 общество с ограниченной ответственностью «ГРОС РИТЕЙЛ» просит оставить жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали свои правовые позиции. 

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, отзывов, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, публичное акционерное общество «Сбербанк России» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью Тепличный комбинат «Белореченский» (далее – должник, ООО ТК «Белореченский») несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 20.06.2019 заявление принято, возбуждено производство по делу. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.12.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО10. 

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 08.06.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО10. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.10.2020 конкурсным управляющим утвержден ФИО7.

02.09.2021 конкурсный управляющий ФИО7 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4, ФИО8 в лице его законного представителя – ФИО4, ФИО9 в лице его законного представителя – ФИО4.

Заявление конкурсного управляющего мотивировано неисполнением ФИО2 обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) в установленный статьей 9 Закона о банкротстве срок, ссылаясь на нарушение пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве. По мнению конкурсного управляющего, указанные лица несут субсидиарную ответственность за невозможность полного погашения всех требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве).

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечают по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом либо учредительными документами юридического лица.

Если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом, а также заявление о возмещении должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника.

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с частью 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пунктам 1 и 2 части 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Следует учитывать, что субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и потому для его привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в его действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия.

Для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной приведенными нормами права, необходимо установление совокупности условий: наличие у ответчика права давать обязательные указания для истца либо возможности иным образом определять действия истца; совершение ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении истца и действиями истца, повлекшими его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества истца для расчетов с кредиторами; необходимость установления вины ответчика для возложения на него ответственности (пункт 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Единственным участником ООО Тепличный комбинат «Белореченский» с 24.10.2014 является ФИО2, который с 08.09.2016 являлся генеральным директором должника.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Таким образом, ФИО2 является контролирующим деятельность должника лицом в силу положений подпункта 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Управляющий, обращаясь с заявлением, в отношении наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника указал на то, что ФИО2 не исполнил обязанность по подаче заявления о признании должника  несостоятельным (банкротом) с 01.01.2019.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно части 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно части 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, если в месячный срок руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, то в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Таким образом, несоответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53).

Соответственно, для разрешения вопроса о наступлении у контролирующего должника лица обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом судам необходимо установить наступление состояния объективного банкротства у должника. При этом сам по себе факт наличия у должника перед одним из кредиторов задолженности не всегда свидетельствует о наступлении такого состояния.

Под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, напротив, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента необходимости подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Однако сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя, затруднения не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (статья 2 Закона о банкротстве).

В силу указанных норм права и разъяснений их применения, при установлении оснований для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности в связи с нарушением обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом значимыми являются следующие обстоятельства: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве:

момент возникновения данного условия;

факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Заявитель  в силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязан доказать: когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

В действовавшем ранее пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время статье 61.12 Закона о банкротстве, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Таким образом, обязательным условием для привлечения к ответственности руководителя должника, не подавшего заявление о собственном банкротстве, является злонамеренное умалчивание с его стороны о фактическом неудовлетворительном финансово-имущественном состоянии компании и, как следствие, неосведомленность кредиторов о существенном риске неисполнения организацией своих денежных обязательств.

Кредиторы не могут дать реальную оценку своему предпринимательскому риску при вступлении с контрагентом-банкротом в договорное правоотношение, поскольку у них отсутствует объективная информация об имущественном состоянии потенциального контрагента.

Учитывая, что обязанность по сдаче бухгалтерской отчетности за 2018 год установлена до 01.04.2019, то только после этой даты, в течение месяца, у должника в силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве возникла обязанность по подаче заявления о признании его несостоятельным (банкротом).

В обоснование наличия обязательств после указанной даты, управляющий указал, что 13.05.2019 возникла задолженность перед ООО «Дорф» в размере 410 550 руб. 

Вместе с тем, договор поставки № 3-Т между ООО «ДОРФ» (продавец) и ООО ТК «Белореченский» (покупатель) заключен 14.01.2019.

Таким образом, на 01.04.2019 ООО «Дорф» не являлось новым кредитором, который находился в заблуждении относительно финансового положения должника, задолженность перед ним исполнена на большую часть.

Конкурсным управляющим, в материалы дела не представлено доказательств того, что с 01.04.2019 и до даты возбуждения дела (20.06.2019) о несостоятельности должник принимал на себя новые обязательства перед новыми кредиторами, которые налагали бы на должника дополнительную финансовую нагрузку и заведомо не могли быть им исполнены.

Поскольку после возникновения обязанности по обращению в арбитражный суд фактически новые обязательства не возникали, следовательно, дополнительной кредиторской задолженности не привлекалось, имущественный вред конкурсным кредиторам не был причинен фактом необращения руководителя должника в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Судебной коллегией было установлено, что руководитель общества ФИО2 предпринимал меры для осуществления ООО ТК «Белореченский» текущей деятельности.

Основным видом деятельности ООО Тепличный Комбинат «Белореченский» являлось выращивание однолетних культур.

С 2017 года ООО ТК «Белореченский» вело строительство теплиц 3-й и 4-й очереди, расширение площадей посадки позволило бы увеличить прибыль общества. ООО ТК «Белореченский» также обращалось для получения субсидий от государства.

23.01.2019 ООО ТК «Белореченский» направило письмо в ПАО «Сбербанк России» с запросом о наличии программ рефинансирования.

Согласно протоколу переговоров от 11.03.2019 с ПАО «Сбербанк России» был согласован ряд мероприятий для выхода предприятия из кризиса.

Письмом от 12.03.2019 в адрес ПАО «Сбербанк России» ООО ТК «Белореченский» представило дополнительные пояснения и документы.

Как пояснили стороны в судебном заседании суда апелляционной инстанции, должник вел хозяйственную деятельность до 06.05.2020.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что руководитель общества ФИО2 предпринимал все возможное для осуществления ООО Тепличный Комбинат «Белореченский» текущей деятельности, направленной, в том числе, на удовлетворение требований кредиторов, т.е. добросовестно рассчитывал на преодоление временных финансовых затруднений в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

При рассмотрении настоящего обособленного спора установлено, что ФИО2 пытался вести хозяйственную деятельность ООО Тепличный Комбинат «Белореченский» с целью погашения имеющихся долгов и финансового оздоровления должника.

Доказательств того, что руководитель общества не пыталась сохранить и поддержать предприятие; руководителем должника не предпринимались меры для продолжения исполнения обществом своих обязательств, конкурсным управляющим не представлено.

Указанные выше обстоятельства свидетельствуют об отсутствии причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

При указанных обстоятельствах правовых оснований для привлечения руководителя общества ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве не установлено.

Рассмотрев требования о привлечении к субсидиарной ответственности за совершение сделок, повлекших неплатежеспособность должника, суд апелляционной инстанции руководствуется следующим.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в абзаце 1 пункта 23 постановления N 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения (абзац 3 пункта 23 постановление N 53).

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основании недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают (абзац 6 пункта 23 постановления N 53).

Таким образом, на заявителе лежит обязанность по доказыванию совершения и одобрения контролирующими лицами сделок, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов.

Как следует из материалов дела, определением суда от 20.06.2019 возбуждено производство по делу о банкротстве, процедура наблюдения введена определением суда от 06.12.2019, процедура конкурсного производства – 08.06.2020. 

В обоснование заявления конкурсный управляющий указал, что руководителем общества ФИО2 совершены следующие сделки:

- Заключено дополнительное соглашение от 28.02.2019 к трудовому договору от 01.09.2016 б/н, издан приказ от 28.02.2019 № 117 о внесении изменений в штатное расписание, в том числе пункт 1.1. установление оклада по должности «генеральный директор» в размере 1 500 000 руб. (с 810 000 руб. до 1 500 000 руб.)

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.11.2021 признаны недействительными дополнительное соглашение от 28.02.2019 к трудовому договору от 01.09.2016 и произведенные в связи с дополнительным соглашением выплаты и начисления заработной платы ФИО2 в необоснованно завышенной части в размере 4 937 209,39 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в пользу ООО ТК «Белореченский» денежных средств в размере 4 455 388,78 руб.

- Совершены платежи по перечислению денежных средств в пользу ФИО2 за период с 12.03.2020 по 05.06.2020 (в период процедуры наблюдения и конкурсного производства) в размере 24 010 139 руб.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.11.2021 признаны недействительными платежи по перечислению денежных средств в пользу ФИО2 за период с 12.03.2020 по 05.06.2020 в размере 24 010 139 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 денежных средств в размере 24 010 139 руб. в пользу общества с ограниченной ответственностью Тепличный комбинат «Белореченский».

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оснований полагать, что совершение вышеуказанных сделок значительно повлияло на деятельность должника и явилось необходимой причиной объективного банкротства должника, конкурсным управляющим не представлено, равно как и оснований полагать, что применительно к масштабам деятельности должника, указанные в заявлении конкурсного управляющего сделки действительно являлись для должника значимыми и существенно убыточными.

Как указано выше, определением суда от 17.11.2021 признаны недействительными дополнительное соглашение от 28.02.2019 к трудовому договору от 01.09.2016 и произведенные в связи с дополнительным соглашением выплаты за период март 2019 г. - июнь 2020 г., с ФИО2 взыскано 4 455 388,78 руб. Дополнительное соглашение заключено до возбуждения дела о банкротстве, выплаты произведены до и после возбуждения дела (20.06.2019).

Из бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2018 следует, что у должника имелись следующие активы: основные средства – 1 064 384 000 руб., запасы – 59 525 000 руб., дебиторская задолженность – 44 114 000 руб., финансовые вложения – 13 779 000 руб.

Таким образом, сумма активов должника на последнюю отчетную дату (31.12.2018) кратно превышает сумму оспоренной сделки (4 455 388,78 руб.), следовательно, указанная сделка (дополнительное соглашение к трудовому договору и совершенные платежи) не могут является причиной возникновения признаков неплатежеспособности должника.

Платежи на сумму 24 010 139 руб. были совершены должником с 12.03.2020 по 05.06.2020, то есть в период процедуры наблюдения и конкурсного производства (определение суда от 23.11.2021) и не являлись причиной объективного банкротства, поскольку на дату совершения платежей дело уже было возбуждено. 

В обоснование заявления конкурсный управляющий также указывает на заключение договоров поручительства от 28.02.2019 № 36-п/16/2 и № 39-п/15/2, между АО «ИНТЕРПРОГРЕССБАНК» и ООО Тепличный комбинат «Белореченский».

Вместе с тем, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.09.2020, договоры поручительства от 28.02.2019 № 36-п/16/2 и № 39-п/15/2, заключенные АО «ИНТЕРПРОГРЕССБАНК» и ООО Тепличный комбинат «Белореченский», признаны недействительными, ООО «АПЛОМБ СЕКЬЮРИТИС» (правопреемник АО «ИНТЕРПРОГРЕССБАНК» по оспариваемому договору поручительства) отказано во включении в реестр требований кредиторов ООО ТК «Белореченский» на сумму 294 428 718,66 руб.

Таким образом, негативные последствия для должника и его кредиторов посредством данной сделки также не наступили.

При изложенных обстоятельствах, оснований полагать, что совершение вышеуказанных сделок значительно повлияло на деятельность должника и явилось необходимой причиной объективного банкротства должника, конкурсным управляющим не представлено, равно как и оснований полагать, что применительно к масштабам деятельности должника, указанные в заявлении конкурсного управляющего сделки действительно являлись для должника значимыми и существенно убыточными.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для привлечения ФИО2 к ответственности, предусмотренной подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Поскольку в удовлетворении требований конкурсного управляющего к руководителю и учредителю ООО ТК «Белореченский» ФИО2 отказано, оснований для привлечения сына и внуков ФИО2 - ФИО4, ФИО8 в лице его законного представителя – ФИО4, ФИО9 в лице его законного представителя – ФИО4 к субсидиарной ответственности не имеется.

Поскольку суд первой инстанции неполно выяснил обстоятельства дела, определение Арбитражного суда Краснодарского края от 06.12.2023 по делу № А32-28030/2019 подлежит отмене.

В связи с отменой обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции в соответствии с полномочиями, предусмотренными пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимает новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 06.12.2023 по делу № А32-28030/2019 отменить, в удовлетворении заявления отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу настоящего постановления.

Председательствующий                                                                                  М.Ю. Долгова

 

Судьи                                                                                                                Я.А. Демина

 

                                                                                                                           Г.А. Сурмалян