СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-7474/2024-ГК

г. Пермь

25 сентября 2024 года

Дело № А60-29312/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 сентября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 25 сентября 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Григорьевой  Н.П.

судей Лесковец О.В., Пепеляевой И.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Зверевой Е.С.,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу истца, общества с ограниченной ответственностью «Магна»,

на решение Арбитражного суда Свердловской области  

от 11 июня 2024 года по делу № А60-29312/2023

по иску общества с ограниченной ответственностью «Магна» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к акционерному обществу «Свердловскавтодор» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

третьи лица: Федеральное казенное учреждение «Федеральное управление автомобильных дорог «Урал» Федерального дорожного агентства» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО1,

о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Магна» (далее - истец, ООО «Магна») обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к акционерному обществу «Свердловскавтодор» (далее - ответчик, АО «Свердловскавтодор») о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в сумме 1 203 099 руб. 00 коп., расходов по оплате услуг по составлению заключения оценщика № 2023 110 от 12.04.2023 в размере 10 000 руб. 00 коп.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: Федеральное казенное учреждение «Федеральное управление автомобильных дорог «Урал» Федерального дорожного агентства» (далее - ФКУ «Уралавтодор»), ФИО1 (далее - ФИО1).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 11.06.2024 в иске отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой он просит решение отменить, принять новый судебный акт.

Заявитель жалобы считает, что заключение судебной экспертизы является ненадлежащим доказательством, поскольку в нем отсутствует ответ на вопрос № 2. В заключении экспертизы отсутствует анализ дорожной обстановки, связанной с отсутствием дорожных знаков в связи с наличием препятствия на данном участке дороги, не учтены данные, изложенные в акте выявленных недостатков в содержании дороги от 11.11.2022 № 3/226608343800 выполненного МО МВД России «Ревдинский» которым установлено отсутствие в месте ДТП дорожных знаков 8.22.1 «Препятствие» и 4.2.1 «Объезд препятствия справа». Также заявитель жалобы выражает несогласие с выводом суда о том, что предотвращение столкновения зависело не от технической возможности у водителя автопоезда «Вольво» с полуприцепом «Шмитц», а от соблюдения им относящихся к нему требований Правил дорожного движения РФ, при этом наличие или отсутствие дорожных знаков не влияет на расположение ТС на дороге. Судом были исследованы фотографии с места ДТП от 05.01.2022, но не принято во внимание, что разметки 1.1 на дороге не было видно, установленное композитное ограждение находилось в загрязнении, дорожные знаки отсутствовали, дорога была заснежена, с колеями, видны снежные образования на обочинах дороги и на композитном устройстве. По мнению апеллянта, вывод суда о наличии на местах остальных знаков, отраженных в проекте организации дорожного движения, в том числе информирующих о начале композитного ограждения были на месте, является неверным. Судом не учтено, что водитель автомобиля «Вольво» двигался в темное время суток, световозвращатели на направляющих устройствах в нарушение п. 6.7.2 ГОСТ 50597-2017, имели изменение светотехнических характеристик, так как были загрязнены, что подтверждается фотографиями с места ДТП. Также выражает несогласие с оценкой суда экспертного заключения №2023 ПО от 12.04.2023 ИП ФИО2 по расчету стоимости восстановительного ремонта транспортного средства «Вольво» 

<

***>, при этом ответчик  ходатайство о назначении судебной экспертизы по вопросу о стоимости восстановительного ремонта транспортного средства истца после ДТП не заявлялось. Указывает на отсутствие доказательств установки на предыдущем участке дороги дорожного знака, информирующего о наличии на дороге направляющих устройств по оси через 300 метров.

Ответчиком в материалы дела представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором он отклонил приведенные в жалобе доводы, просил решение суда оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в соответствии со ст.ст. 156 и 266 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 05.01.2022 в 08 часов 40 минут на автомобильной дороге Пермь-Екатеринбург 310 км+880 м произошло ДТП с участием принадлежащего истцу автопоезда «Вольво» гос. номер 

<

***> с полуприцепом гос. номер 

<

***> под управлением водителя-экспедитора ФИО1.

В результате данного ДТП автомобиль «Вольво» VIN:YV2RSK0AHA798044, гос. номер 

<

***> получил повреждения.

Истец обратился к ИП ФИО2 для установления стоимости восстановительного ремонта транспортного средства. Согласно заключению № 2023 ПО от 12.04.2023 стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «Вольво», гос. номер 

<

***> составляет 1 203 099 руб. 00 коп.

Истец указал, что в момент ДТП на дорожном полотне находилось направляющее устройство без светоотражающих элементов, что подтверждается актом выявленных недостатков в содержании дорог, дорожных сооружений и технических средств организации дорожного движения составленным ГУ МВД по Свердловской области (ОГИБДД МВД России «Ревдинский»), из которого следует, что дорожные знаки 8.22.1- «Препятствие» и 4.2.1 «Объезд препятствия справа», отсутствуют.

Согласно сведений АО «Свердловскавтодор», балансодержателем - владельцем на правах оперативного управления от имени Росимущества на территории Свердловской области участка автомобильной дороги общего пользования федерального значения «г. Пермь - г. Екатеринбург» км 310+880 м является ФКУ «Уралуправтодор», обслуживает на условиях содержания АО «Свердловскавтодор» в соответствии с государственным контрактом от 22.06.2018 г. №3047.

24.04.2023 в адрес АО «Свердловскавтодор» направлена досудебная претензия о возмещении ущерба с приложением - экспертного заключения № 2023/110, сведений о ДТП из ГИБДД, акта выявленных недостатков, которая ответчиком не получена.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с иском о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции руководствовался ст.ст.15,1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), и установил, что наличие причинно-следственной связи между событием ДТП и наступившими последствиями вытекает из действий водителя транспортного средства, не обеспечившего соблюдение правил дорожного движения, а не из выявленных недостатков содержания автомобильной дороги.

Исследовав материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на жалобу, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта.

В силу п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п. 1). 

На основании п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для наступления деликтной ответственности, являющейся видом гражданско-правовой ответственности, необходимо наличие состава правонарушения, включившего в себя: а) наступление вреда; б) противоправность поведения причинителя вреда; в) причинную связь между двумя первыми элементами; г) вину причинителя вреда.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие вышеперечисленного состава правонарушения, а также размер подлежащих возмещению убытков. Отсутствие одного из вышеназванных условий влечет за собой отказ суда в удовлетворении требований о возмещении вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Избранный истцом способ защиты гражданских прав предполагает доказывание им в силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ совокупности следующих условий: противоправность действия (бездействия), причинная связь между действием (бездействием) и причинением вреда, а также размер убытков.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие вышеперечисленного состава правонарушения, а также размер подлежащих возмещению убытков. Отсутствие одного из вышеназванных условий влечет за собой отказ суда в удовлетворении требований о возмещении вреда.

Основанием для возмещения вреда является наличие факта причинения лицу вреда (убытков), совершение виновных противоправных действий (бездействия), а также причинная связь между указанными действиями (бездействием) и наступившими последствиями.

В силу разъяснений п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

В силу п. 12 Постановления № 25, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п.2 ст. 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Материалами дела подтверждается, что транспортное средство «Вольво» VIN:YV2RSK0AHA798044, гос. номер 

<

***> принадлежит на праве собственности ООО «Магна», на момент совершения дорожно-транспортного происшествия, находился под управлением ФИО1

Судом первой инстанции при рассмотрении дела в целях установления обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, назначена судебная экспертизы, проведение которой поручено экспертам ФБУ Уральский РЦСЭ Минюста России ФИО3, ФИО4 На разрешение экспертизы поставлены следующие вопросы:

1) Каков механизм дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 05.01.2022 с участием автомобиля «Вольво» (государственный регистрационный знак 

<

***>)?

2) Имел ли водитель техническую возможность избежать дорожно-транспортного происшествия при сложившейся дорожной ситуации и при отсутствии дорожных знаков?

В материалы дела поступило заключение экспертов от 18.03.2024, которым установлено, что механизм развития дорожно-транспортного происшествия от 05.01.2022 года при наезде автомобиля «Вольво» государственный регистрационный знак 

<

***> с полуприцепом «Шмитц» государственный регистрационный знак ВО 0620/74 на преграду (быстровозводимое композитное направляющее устройство) мог быть следующим: преграда (быстровозводимые композитные направляющие устройства) на стадии сближения располагалась впереди (впереди и левее) относительно автомобиля марки «Вольво» с полуприцепом «Шмитц»; далее автомобиль марки «Вольво» с полуприцепом «Шмитц» стал смещаться влево, в сторону преграды; фактическая точка начала стадии контактно-следового взаимодействия преграды с автомобилем марки «Вольво» с полуприцепом «Шмитц» оценочно, могла находиться в месте, указанном на схеме как место наезда на преграду; контакт автомобиля марки «Вольво» с полуприцепом «Шмитц» носил косой, блокирующий характер; на стадии контактно-следового взаимодействия, вплоть до кульминации - поступательное движение автомобиля марки «Вольво» с полуприцепом «Шмитц» первоначально влево, а затем после контакта вправо, далее происходило движение автомобиля в указанном направлении вплоть до занятия конечного (зафиксированного) после ДТП положения.

По второму вопросу эксперты пришли к выводу, что предотвращение данного столкновения зависело не от технической возможности у водителя автопоезда «Вольво» с полуприцепом «Шмитц», а от соблюдения им относящихся к нему требований Правил дорожного движения РФ (при этом наличие или отсутствие дорожных знаков не влияет на расположение ТС на дороге).

При этом в исследовательской части заключения установлено, что в рассматриваемой дорожной обстановке водителю автопоезда «Вольво» с полуприцепом «Шмитц» следовало руководствоваться требованиями п.п. 1.3., 1.4., 1.5. абз.1., 9.1., 9.1.1, 9.4., 10.1. Правил дорожного движения РФ (ПДД).

 Сам факт наезда на препятствие, которое произошло при условии движения автопоезда по левой (встречной) для него стороне проезжей части, указывает, что действия водителя автопоезда «Вольво» с полуприцепом «Шмитц», с технической точки зрения, не соответствовали указанным требованиям Правил дорожного движения, и именно его действия, с технической точки зрения, явились причиной ДТП.

В силу п. 2 ст. 64 АПК РФ заключение эксперта является одним из доказательств по делу, подлежащим оценке с учетом требований об относимости, допустимости и достоверности в совокупности с другими имеющимися в материалах дела доказательствами (п. 2 ст. 71 АПК РФ).

На основании ч. 1 и 2 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В силу ч. 5 ст. 71 АПК РФ никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

 Исследовав заключение судебной экспертизы, составленное экспертами ФИО3, ФИО4, апелляционная коллегия пришла к выводу, что в рассматриваемом случае вопросы, поставленные перед экспертами, направлены на установление обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.

В заключении судебной экспертизы содержатся однозначные ответы на поставленные судом вопросы, сомнений в обоснованности заключения экспертов у суда не возникло, наличие противоречий в выводах экспертов не установлено, иными доказательствами выводы экспертов не опровергнуты, заключение является ясным и полным. Нарушения экспертами основополагающих методических и нормативных требований при его производстве не установлены.

Кроме того, в судебном заседании опрошен эксперт ФИО4, который пояснил порядок проведения  исследования, дал четкие ответы о механизме совершения ДТП и его причинах.

Учитывая изложенное, довод жалобы о том, что в заключении экспертизы нет ответа на второй вопрос, отклоняется, как не соответствующий содержанию заключения.

Таким образом, суд первой инстанции, оценив заключение экспертизы, выполненное экспертами ФИО3, ФИО4 по правилам ст. 71 АПК РФ, пришел к правильному выводу о том, что оснований не доверять выводам экспертов, предупрежденных об уголовной ответственности, не имеется.

Довод жалобы о том, что экспертами не учтены данные, изложенные в акте выявленных недостатков в содержании дороги от 11.11.2022 № 3/226608343800 выполненного МО МВД России «Ревдинский», согласно которого в месте ДТП отсутствуют дорожные знаки 8.22.1 «Препятствие» и 4.2.1 «Объезд препятствия справа», отклоняется, поскольку экспертами установлено, что отсутствие указанных знаков не находится в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием.

В соответствии с представленной в материалы дела дислокацией дорожных знаков, на участке 309+160 км установлен дорожный знак 3.20 (обгон запрещен), а также информационный знак «Внимание аварийный участок», а также на участке дороги 309+160 км по 312 ка нанесена сплошная линия разметка, которая запрещает выезд на полосу, предназначенную для встречного движения. Также перед композитным ограждением обустроены искусственные неровности, предназначенные для информирования водителя об опасном участке, за 300 м до ограждения установлен знак, информирующий о начале композитного ограждения, перед композитным ограждением справа установлены знаки «Направление движения по полосам», «Обгон запрещен». 

Таким образом, выводы экспертов согласуются с иными доказательствами, свидетельствующими о том, что непосредственно перед ДТП автомобиль истца располагался на встречной полосе движения в нарушение правил дорожного движения. При этом истец не дал какого-либо разумного обоснования причин выезда автомобиля на полосу, предназначенную для движения во встречном направлении.

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции обоснованно не принял во внимание представленную истцом рецензию, подготовленную ФИО5, поскольку по своему содержанию не является экспертным заключением, а представляет собой оплаченное стороной субъективное мнение специалиста и выводов экспертов не опровергает. Само по себе мнение других исследователей не может исключать доказательственного значения экспертного заключения по результатам судебной экспертизы.

Кроме того, ФИО5 принимал участие в судебных заседаниях в качестве представителя истца по выданном ему истцом доверенности, то есть является лицом, заинтересованным в исходе дела.

Таким образом, проанализировав представленные в материалы дела доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что водитель автомобиля истца имел возможность избежать дорожно-транспортного происшествия при сложившейся дорожной ситуации и при сложившейся организации дорожного движения, что свидетельствует об отсутствии вины со стороны ответчика.

То обстоятельство, что водителя ФИО1 не привлекали к ответственности за административное правонарушение по ст. 12.15 КоАП РФ, иных выводов суда не влечет, поскольку действия ГИБДД не являлись предметом настоящего судебного разбирательства. 

Довод жалобы о том, что световозвращатели на направляющих устройствах в нарушение п. 6.7.2 ГОСТ 50597-2017, имели изменение светотехнических характеристик, так как были загрязнены, отклоняется, как не имеющий в данном случае правового значения, поскольку согласно схеме дорожного движения в представленном ГИБДД деле, водитель осознавал наличие сплошной линии, подписав схему с указанием сплошной линии подписал.

Более того, замечаний к схеме составленной ГИБДД, у водителя не было, о наличии других препятствий (в виде колеи и иных), водитель не дополнил, на схеме они отсутствуют.

В акте выявленных недостатков в содержании дорог, дорожных сооружений и технических средств организации дорожного движения от 05.01.2022 не отражены недостатки содержания автомобильной дороги в виде загрязнения световозвращателей на направляющих устройствах, снежной колеи и наносов.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что указанный акт выявленных недостатков дороги в данном случае относимым доказательством не является, поскольку недостатки содержания дороги не находятся в причинно-следственной связи с событием ДТП и наступившими последствиями в виде причинения повреждений автомобиля истца. Событие -  дородно-транспортное происшествие, а также повреждение автомобиля истца и причинение ему ущерба вытекает из действий водителя транспортного средства, не отвечавшего требования Правил дорожного движения, а не из выявленных недостатков содержания дороги ответчиком.

При таких обстоятельствах, апелляционная коллегия приходит к выводу о недоказанности того обстоятельства, что ответчик является лицом, виновным в причинении вреда истцу (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

С учетом вышеизложенных выводов, довод жалобы о несогласии с оценкой суда экспертного заключения №2023 ПО от 12.04.2023 ИП ФИО2 по расчету стоимости восстановительного ремонта транспортного средства Вольво 

<

***>, отклоняется, как не имеющий в данном случае правового значения. 

Таким образом, правовых оснований для удовлетворения исковых требований у суда первой инстанции не имелось.

Суд апелляционной инстанции по результатам повторных исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств и процессуальных позиций каждой из сторон спора оснований для иных выводов, чем сделаны судом первой инстанции, не усматривает.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не находит предусмотренных ст. 270 АПК РФ оснований для отмены или изменения судебного акта.

Таким образом, решение арбитражного суда от 11.06.2024 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 11 июня 2024 года  по делу № А60-29312/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Н.П.Григорьева

 

Судьи 

 

О.В.Лесковец

 

И.С.Пепеляева