ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-14835/2019

г. Самара

10 июня 2021 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей Александрова А.И., Львова Я.А., 

            при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании 03 июня 2021 года в помещении суда, в зале № 2,

апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 апреля 2021 года, вынесенное по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Авто», ФИО4 о признании недействительными сделок, применении последствий недействительности сделок в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Авто», г. Менделеевск,

с участием:

от конкурсного управляющего ООО ТД «Авто» ФИО4 - лично, паспорт, 

установил:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 31.05.2019 принято к производству заявление о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Авто».

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.12.2019 общество с ограниченной ответственностью Торговый дом «Авто» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 30.04.2020 поступило заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Авто», г. Менделеевск, о признании недействительной сделки, просил признать недействительными сделками договор купли-продажи автомобиля Lexus LX450D VIN 

<

***>, 2016 год выпуска №116 от 01.09.2016 г., заключенный между ООО ТД «Авто»  и ФИО5, и все последующие сделки по купле – продаже автомобиля Lexus LX450D VIN 

<

***>, 2016 год выпуска, а именно договор купли – продажи №2606 от 07.08.2018, заключенный между ФИО5 и ФИО6, договор купли – продажи №Б45494 от 29.05.2020, заключенный между ФИО6 и ФИО2, применить последствия недействительности сделки в виде возврата транспортного средства в конкурсную массу. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.09.2020 в качестве соответчиков по спору привлечены ФИО6 и ФИО2.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 05.04.2021 заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

Признаны недействительными сделки - договор купли-продажи автомобиля Lexus LX450D (VIN:

<

***>) №116 от 01.09.2016 г., заключенный между ООО ТД «Авто»  и ФИО5, договор купли – продажи автомобиля Lexus LX450D (VIN:

<

***>) №2606 от 07.08.2018, заключенный между ФИО5 и ФИО6, договор купли – продажи автомобиля Lexus LX450D (VIN:

<

***>) №Б45494 от 29.05.2020, заключенный между ФИО6 и ФИО2.

Применены последствия недействительности сделки.

Обязать ФИО2 возвратить обществу с ограниченной ответственностью Торговый дом «Авто», г. Менделеевск, автомобиль Lexus LX450D (VIN:

<

***>).

Распределены судебные расходы.

Не согласившись с принятым судебным актом, жалобы ФИО2, ФИО3 обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просили его отменить, в удовлетворении заявления отказать.

Апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 03.06.2021.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании конкурсный управляющий ООО ТД «Авто» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, между должником (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи от 01.09.2016 №116, согласно которому должник передает, а покупатель принимает автомобиль модели Lexus LX450D VIN 

<

***>, 2016 год выпуска. Стоимость автомобиля составляет 6149000 руб. Между должником и ФИО5 составлен акт приема – передачи от 01.09.2016.

Далее между ФИО5 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи от 07.08.2018 №2606 указанного автомобиля модели Lexus LX450D VIN 

<

***>, 2016 год выпуска. Стоимость автомобиля составляет 3000000 руб. Транспортное средство передано по акту приема - передачи №2606 ФИО6

Впоследствии между ФИО6 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи от 29.05.2020 №Б4594 автомобиля модели Lexus LX450D VIN 

<

***>, 2016 год выпуска. Стоимость автомобиля составляет 1200000 руб.

29.05.2020 транспортное средство зарегистрировано за ФИО2

Копии указанных договоров, актов, карточки учета транспортного средства представлены конкурсным управляющим и получены на запрос суда из органов ГИБДД.

В соответствии со статьями 454, 486 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). Покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим кодексом, другими законом, иными правовыми актами.

Полагая, что договоры купли - продажи являются единой сделкой, заключенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий просил признать её недействительной по п. 2 ст. 61.2 Федерального закона Российской Федерации «О несостоятельности (банкротстве)» №127-ФЗ от 26.10.2002 г. (далее - Закон о банкротстве). Конкурсный управляющий считает, что оспариваемая сделка направлена на вывод актива должника, за счет которого могло произойти удовлетворение требований кредиторов, поэтому в результате её совершения кредиторам должника причинен вред.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

На основании ст. 32 Закона о банкротстве и п. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно абз. 4 п. 3 ст. 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе (п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве).

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678 по делу № А11-7472/2015 изложена следующая правовая позиция.

Возможна ситуация, когда первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее - бенефициар): лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку бенефициар является стороной прикрываемой (единственно реально совершенной) сделки, по которой имущество выбывает из владения должника, право кредиторов требовать возврата имущества в конкурсную массу подлежит защите с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса, а не путем удовлетворения виндикационного иска. Споры о признании недействительными сделок, совершенных несостоятельными должниками в преддверии банкротства, и о применении последствий их недействительности отнесены к компетенции арбитражных судов, рассматривающих дела о банкротстве (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

В данном случае, исходя из конкретных обстоятельств настоящего спора, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что в данном случае  цепочкой последовательных сделок купли-продажи прикрывается сделка, направленная на безвозмездный вывод активов должника.

Так, первоначальная и последующая сделки совершены в отношении заинтересованных по отношению к должнику лиц (ст. 19 Закона о банкротстве). Из ответов органов ЗАГС на запросы суда следует, что учредитель должника ФИО3 состоит в браке с ФИО7, которая является дочерью ФИО5 и матерью ФИО6

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции ФИО5, в материалы дела, представлена квитанция к приходному кассовому ордеру №16 от 01.09.2016 об оплате должнику 6149000 руб. по договору купли – продажи от 01.09.2016 №116, в которой имеются оттиск печати должника и подпись ФИО3

Кредитором ФИО8 заявлено о фальсификации указанного доказательства, назначении судебно – технической экспертизы на предмет давности изготовления документа. По мнению кредитора, дата проставления оттиска печати и подписания не соответствует указанной в документе дате – 01.09.2016. Также кредитор и конкурсный управляющий ссылались на то, что ФИО3 представлял в суд в рамках настоящего дела письменное пояснение с приложением копии заявления от своего имени в адрес ОП №1 «Автозаводский» г. Набережные Челны от 24.10.2019, подписанного ФИО3, с печатью ООО ТД «Авто», что подтверждает наличие у ФИО3 печати должника.

Суд первой инстанции, предупредив ФИО5 об уголовной ответственности за фальсификацию доказательств, предложил исключить квитанцию к приходному кассовому ордеру №16 от 01.09.2016 из числа доказательств. Впоследствии от ФИО5 поступило письменное заявление об исключении названного документа из числа доказательств.

Иных доказательств оплаты должнику проданного транспортного средства  ФИО5 не представлено. Доказательства отражения поступления денежных средств в размере 6149000 руб. от реализации автомобиля в документах бухгалтерского учета должника, а также выписках по счету отсутствуют. Кроме того, косвенно на отсутствие наличного расчета с ФИО5 указывает то, что за должником не зарегистрирована контрольно – кассовая техника, сделка купли – продажи не отражена в книге покупок и продаж должника за 3 и  4 квартал 2016, что следует из ответа МРИ ФНС России №9 по Республике Татарстан на запрос суда с приложением книги покупок и продаж на DVD-диске.

Указание в оспариваемом договоре на осуществление оплаты покупателем безналичными денежными средствами на момент подписания договора при отсутствии доказательств внесения денежных средств на расчетный счет или передачи наличных денежных средств в кассу не может считаться доказательством надлежащего исполнения ФИО5 обязательства по оплате. Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 13.12.2016 № Ф06-15485/2016 по делу № А65-2465/2015.

Таким образом, в результате оспариваемых сделок по продаже автомобиля ФИО5 и ФИО6 произошло последовательное  безвозмездное отчуждение транспортного средства должника заинтересованным лицам.

Впоследствии после обращения в суд первой инстанции конкурсного управляющего с настоящим заявлением (30.04.2020), принятым к производству 14.05.2020, транспортное средство зарегистрировано за ответчиком ФИО2 (29.05.2020) ввиду заключения договора купли – продажи по цене 1200000 руб.

Однако, из представленных конкурсным управляющим копий объявлений сайтов о продаже следует, что стоимость аналогичных автомобилей в 2020 г. составляла 4-5 млн. руб. Также в деле имеется копия справки оценочной компании от 30.11.2020, адресованной конкурсному управляющему, согласно которой рыночная стоимость автомобиля Lexus LX450D 2016 г.в., рассчитанная сравнительным подходом, составляет 3906000 руб.

Доказательства того, что транспортное средство реализовано по заниженной цене ввиду его фактического состояния с учетом износа, пробега, иных характеристик материалы дела не содержат.

Кроме того, сведения о предыдущих собственниках транспортного средства содержатся в паспорте, поэтому ответчик ФИО2, действуя добросовестно и разумно, мог осуществить проверку не только своего контрагента, но и предыдущих собственников, в том числе должника, находящегося в процедуре банкротства.

При этом, согласно абзацу второму пункта 3 статьи 28 Закона о банкротстве сведения о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей.

В связи с этим при наличии таких публикаций в случае оспаривания на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделок, совершенных после этих публикаций, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности (постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Соответственно, ФИО2 на момент совершения сделки должен был знать о признании должника банкротом, то есть установлении судом наличия у него признаков банкротства, о возбуждении производства по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительным договора купли – продажи, заключенного с ФИО5

С учетом характера сделки (заниженной стоимости), поведения сторон (продажа имущества после обращения конкурсного управляющего с заявлением об оспаривании сделки, исключение доказательства после заявления о фальсификации) суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что данная сделка также относится к цепочке сделок, направленных на вывод актива должника.

На основании п. 2 ст. 170 ГК РФ сделки являются притворными, прикрываемая сделка по выводу активов должника также является недействительной как подозрительная согласно статьи 61.2 Закона о банкротстве в силу следующего.

В силу п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Исходя из разъяснений, изложенных в п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Как указано в п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Оспариваемые сделки совершены 01.09.2016, 07.08.2018, 29.05.2020 в течение трех лет до принятия судом к производству заявления о признании должника банкротом 31.05.2019 и после возбуждения дела.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. (п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63).

В результате совершения оспариваемой сделки произошло уменьшение стоимости имущества должника и, соответственно, причинен вред имущественным правам кредиторов. 

Так, должником транспортное средство отчуждено по цене 6149000 руб. Однако, как установлено судом первой инстанции, сделка совершена безвозмездно.

При этом, к заявлению конкурсного управляющего приложены копии договора №LCK0000272 купли – продажи автомобиля от 03.02.2016, акта приема – передачи автомобиля от 29.07.2016, товарной накладной от 29.07.2016, которые получены в ответ на запрос от ООО «Кунцево АТ» и подтверждают приобретение должником транспортного средства LX450D 2016 г.в., являющегося предметом спорных сделок, по цене 6149000 руб.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. (п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. (абзац тридцать четвертый статьи 2 Закона о банкротстве).

Вместе с тем, из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013).

Судебными актами о включении требований кредиторов в реестр должника, размещенными на официальном сайте Арбитражного суда Республики Татарстан: http://www.tatarstan.arbitr.ru, установлен факт неисполнения должником обязательств, в том числе по уплате обязательных платежей. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что обязательства не исполнялись должником по иным причинам, не связанным с недостаточностью денежных средств.

Сделка была совершена безвозмездно в отношении заинтересованных лиц и лица, которое знало признаках неплатежеспособности должника, доказательства обратного не представлены.

Изложенные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения сделки.

Кроме того, ФИО5 как сторона сделки, заключенной непосредственно с должником, приобретая имущество по цене свыше 6149000 руб. и не исполняя обязательство по оплате транспортного средства, не могла не знать о возможном причинении вреда имущественным правам должника и его кредиторов.

С учетом вышеизложенного, оспариваемая единая сделка по выводу актива должника  является недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Заявление конкурсного управляющего подлежит удовлетворению.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции.

В порядке ст. 61.6 Закона о банкротстве, ст. 167 ГК РФ транспортное средство Lexus LX450D (VIN:

<

***>) подлежит возврату ФИО2 в конкурсную массу должника.

Заявление ответчика ФИО5 об истечении срока исковой давности, основанное на том, что на 13.11.2019 конкурному управляющему было известно о наличии оснований для оспаривания сделки, правомерно отклонено судом первой инстанции в силу следующего.

Согласно ст. 195, п. 2 ст. 199  ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (п. 1 ст. 196 ГК РФ).

На основании п. 32 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Внешний (конкурсный) управляющий вправе оспаривать от имени должника совершенные сделки и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством. В таких случаях не применяются специальные правила о сроках исковой давности, установленные законодательством о несостоятельности. Если по специальным основаниям, определенным законодательством о банкротстве, сделка конкурсным управляющим не оспаривается, то на требование конкурсного управляющего распространяется трехлетний срок исковой давности, предусмотренный п. 1 ст. 181 ГК РФ, течение которого началось со дня, когда началось исполнение сделки. Даная правовая позиция отражена в Постановлении Президиума ВАС РФ от 29.03.2012 № 15051/11 по делу № А41-25081/09.

Однако, в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, в частности, ранее введения первой процедуры банкротства (пункт 59 Постановления № 53, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472(4,5,7)).

Соответственно, вопреки также доводам заявителя жалобы ФИО3, у утвержденного 25.11.2019 (дата оглашения резолютивной части решения) конкурсного управляющего право на подачу в суд заявления об оспаривании сделки должника возникло не ранее указанной даты, поэтому срок исковой давности также не может исчисляться ранее 25.11.2019. 

Направленное в суд первой инстанции 30.04.2020 заявление об оспаривании сделки подано в пределах срока исковой давности.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы проверены судом апелляционной инстанции и признаны несостоятельными, поскольку данные доводы не опровергают установленные по делу обстоятельства.

Вопреки доводам заявителя жалобы ФИО2, договор купли-продажи от 29.05.2020 совершен при неравноценном встречном исполнении. Отчуждение имущества должника по цене в 4 раз меньше рыночной не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения. 

ФИО2, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств столь низкой стоимости автомобиля.

Права требования на соответствующую сумму за ответчиком восстановлению не подлежат ввиду безвозмездности сделки.

В своей апелляционной жалобе ФИО3 указывает, что исковые заявления с измененными требованиями и приложениями не направлялись в его адрес конкурсным управляющим, что является безусловным основанием для отмены судебного акта.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с данными доводами, поскольку ФИО3 был извещен надлежащим образом, несет все неблагоприятные последствия.

На основании изложенного арбитражный апелляционный суд доводы заявителя жалобы отклоняет и считает, что обжалуемое определение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, содержащиеся в нем выводы, соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Таким образом, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 апреля 2021 года по делу А65-14835/2019 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд             

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 апреля 2021 года по делу А65-14835/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                 Н.А. Мальцев

Судьи                 А.И. Александров

                                                                                                                Я.А. Львов