АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3289/24 

Екатеринбург

12 сентября 2024 г.

 

Дело № А60-21689/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 05 сентября 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме  12 сентября 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Ященок Т.П.,

судей Черкезова Е.О., Поротниковой Е.А.,  

при ведении протокола помощником судьи Анкудиновой И.А., рассмотрел в судебном заседании с использованием системы веб-конференции кассационную жалобу Екатеринбургской таможни (далее - Екатеринбургская таможня, таможня, таможенный орган, заявитель) на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.02.2024 по делу                            № А60-21689/2023 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом путем направления                            в их адрес копий определения о принятии кассационной жалобы                                 к производству заказным письмом с уведомлением, а также размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Арбитражным судом Уральского округа рассмотрение кассационной жалобы Екатеринбургской таможни назначено в составе судей Ященок Т.П., Жаворонкова Д.В., Лукьянова В.А.

Определением суда от 04.09.2024 произведена замена судей                            Жаворонкова Д.В. и Лукьянова В.А. на судей Черкезова Е.О. и Поротникову Е.А.

В судебном заседании путем использования системы веб-конференции принял участие представитель акционерного общества «ИскраУралТел» (далее – общество, АО «ИскраУралТел») – ФИО1 (доверенность от 09.10.2023 № Д/0078-23, паспорт, диплом). 

В судебном заседании в Арбитражном суде Уральского округа приняли участие представители:

общества – ФИО2 (доверенность от 01.06.2022 № Д/0046-22, паспорт, диплом);

 таможни – ФИО3 (доверенность от 09.01.2024 № 4, служебное удостоверение, диплом).

АО «ИскраУралТел» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением (с учетом уточнения заявленных требований, принятых судом в порядке статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)) к таможне о признании недействительными акта камеральной таможенной проверки № 10502000/210/230123/А000191 от 23.01.2023 и решений о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары (далее – ДТ), после выпуска товаров от 09.03.2023, 10.03.2023, 18.03.2023, 22.03.2023, 23.03.2023, 26.03.2023, 27.03.2023 (124 решения).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 31.08.2023                                в части оспаривания акта проверки от 23.01.2023 № 10502000/210/230123/А000191 производство по делу прекращено.                                        В удовлетворении заявленных требований отказано. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.02.2024 решение суда отменено в части отказа в удовлетворении заявленных требований, пункт 1 резолютивной части решения изложен в следующей редакции, согласно которой заявленные требования удовлетворены, признаны недействительными решения таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, после выпуска товаров от 09.03.2023  по  ДТ № 10511010/130320/0041579, от 10.03.2023 по  ДТ № 10511010/100320/0038550, от 10.03.2023 по  ДТ № 10511010/130320/0041470, от 18.03.2023 по  ДТ № 10511010/300320/0050316, от 18.03.2023 по  ДТ № 10511010/070520/0073963, от 18.03.2023 по  ДТ № 10511010/200320/0046256, от 18.03.2023 по  ДТ № 10511010/270320/0050262, от 18.03.2023 по  ДТ № 10511010/260420/0067400, от 18.03.2023 по  ДТ № 10511010/110520/0075550, от 18.03.2023 по  ДТ № 10511010/310320/0052564, от 18.03.2023 по  ДТ № 10511010/060520/0072682, от 18.03.2023 по  ДТ № 10511010/260420/0067397, от 18.03.2023 по  ДТ № 10511010/070520/0073639, от 22.03.2023 по  ДТ № 1511010/010620/0089817, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/060421/0056130, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/211220/0229889, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/010321/0034462, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/200520/0081673, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/270520/0086838, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/080620/0094301, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/190121/0008653, от 22.03.2023 по  ДТ № 10702070/110321/0063609, от 22.03.2023 по  ДТ № 10702070/290321/0082877, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/130521/0077738, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/190521/0081291, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/030621/0090101, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/280621/0105121, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/190721/0118239, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/090821/0131021, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/270821/0141520, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/030121/0000405, от 22.03.2023 по  ДТ № 10702070/190121/0013096, от 22.03.2023 по  ДТ № 10702070/190321/0073607, от 22.03.2023 по  ДТ № 10702070/280421/0119139, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/120521/0077074, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/310521/0087892, от 22.03.2023 по  ДТ № 10702070/230621/0187774, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/040721/0109140, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/060821/0129713, от 22.03.2023 по  ДТ № 10005030/190821/0415364, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/110520/0075581, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/200520/0081675, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/270520/0086839, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/180520/0080437, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/200520/0081740, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/020620/0090338, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/190121/0008685, от 22.03.2023 по  ДТ № 10702070/160621/0177842, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/300621/0107296, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/200721/0118785, от 22.03.2023 по  ДТ № 10005030/160821/0409178, от 22.03.2023 по  ДТ № 10005030/260821/0428853, от 22.03.2023 по  ДТ № 10005030/080921/0453566, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/210421/0064945, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/110521/0076301, от 22.03.2023 по  ДТ № 10511010/130521/0077746, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/140620/0097918, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/100720/0116368, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/260821/0141129, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/220921/0155676, от 23.03.2023 по  ДТ № 10005030/041021/0507487, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/071021/0163673, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/151021/0168359, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/181121/3008609, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/090620/0094734, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/300620/0109477, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/240720/0126217, от 23.03.2023 по  ДТ № 10005030/150921/0467868, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/270921/0158033, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/061021/0163077, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/081021/0164627, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/201021/0171254, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/201221/3026983, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/271221/3031571, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/140620/0097916, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/100720/0116365, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/061021/0163089, от 23.03.2023 по  ДТ № 10005030/111021/0521091, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/171121/3008252, от 23.03.2023 по  ДТ № 10005030/241221/3066545, от 23.03.2023 по  ДТ № 10511010/271221/3031861, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/270820/0149132, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/070720/0114462, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/011220/0216198, от 26.03.2023 по ДТ № 10511010/030820/0132517, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/260720/0126815, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/050820/0133995, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/240820/0146838, от 27.03.2023 по  ДТ № 10013160/070920/0478482, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/210920/0165115, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/071020/0176350, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/030820/0132395, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/050820/0134026, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/050920/0155470, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/210920/0165107, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/210920/0165119, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/071020/0176739, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/260720/0126806, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/050920/0155471, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/210920/0165109, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/250920/0169010, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/161020/0183096, от 26.03.2023 по  ДТ № 10511010/141220/0224638, от 27.03.2023 по  ДТ № 10511010/181120/0205652, от 27.03.2023 по  ДТ № 10511010/180920/0164260, от 27.03.2023 по  ДТ № 10511010/021120/0194857, от 27.03.2023 по  ДТ № 10511010/081020/0177236, от 27.03.2023 по  ДТ № 10511010/211020/0186082, от 27.03.2023 по  ДТ № 10511010/091120/0199209, от 27.03.2023 по  ДТ № 10005030/120921/0460966, от 27.03.2023 по  ДТ № 10511010/101121/3004269, от 27.03.2023 по  ДТ № 10511010/101221/3021909, от 27.03.2023 по  ДТ № 10511010/251221/3030732, от 27.03.2023 по  ДТ № 10005030/281221/3076855, от 27.03.2023 по  ДТ № 10511010/021120/0194685, от 27.03.2023 по  ДТ № 10511010/301120/0214883, от 27.03.2023 по  ДТ № 10511010/121121/3005973, от 27.03.2023 по  ДТ № 10511010/271121/3014469, от 27.03.2023 по  ДТ № 10013160/040820/0400974, от 27.03.2023 по  ДТ № 10013160/060820/0407205, от 27.03.2023 по  ДТ № 10511010/021120/0194686, от 27.03.2023 по  ДТ № 10511010/210921/0154499, от 27.03.2023 по  ДТ № 10005030/300921/0498447, от 27.03.2023 по  ДТ № 10511010/301121/3015844.  Суд обязал таможенный орган устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя. В остальной части решение суда оставлено без изменения.

Не согласившись с принятым судебным актом апелляционного суда, таможня обратилась  Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой  об отмене постановления апелляционного суда и оставлении решения суда первой инстанции без изменения, указывая на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального  права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, доказательствам, представленным в материалы дела.

Ссылаясь на положения лицензионного  договора (контракт),  заключенного  10.09.2014  между «ISKRATEL», Telekommunikacijski sistemi, d.o.o., Kranj», Словения (далее - лицензиар) и АО «ИскраУралТел» (далее – лицензиат) о передаче технологии № 01/2014 (в редакции от 10.07.2018;                            далее – лицензионный договор  № 01/2014), пункта 1, 7  статьи 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС), пункта 1 Общего вступительного комментария к Соглашению по применению статьи VII ГАТТ 1994, пункт 2 статьи VII ГАТТ 1994, подпункта 3.1 пункта 3 Правил  о применении метода определения таможенной стоимости товаров                                   по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1), утвержденных решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 20.12.2012 № 283                          (далее – Правила № 283), таможенный орган считает, что в стоимость сделки включаются соответствующие стоимостные показатели по каждому                                     из договоров, на основании которых осуществлялся ввоз товаров                                     на таможенную территорию Союза, то есть, как непосредственно по сделке купли-продажи (цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате                                   за ввозимые товары), так и по иным договорам, расходы по которым включаются в таможенную стоимость товаров (например, расходы по оказанию технического содействия, расходы разработку, реализацию проектов передачи технологии, лицензионные платежи и пр.). Указывает  на то, что лицензионный договор не является классическим вариантом и включает в себя комплекс объектов/услуг/расходов покупателя,  полагая,  расходы подлежат включению в таможенную стоимость товаров в составе ЦФУ либо как общая сумма всех платежей за товары, осуществленных или подлежащих уплате покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца  (пункт 3 статьи 39 ТК ЕАЭС), либо в составе дополнительных начислений к ЦФУ                            (пункт 1 статьи 40 ТК ЕАЭС). В связи с этим стоимость всех объектов/услуг/расходов не выделена из общей стоимости лицензионных платежей   сумма роялти распределена в полном объеме,  поскольку ТК ЕАЭС не содержит норм, допускающих возможность неполного включения                                    в таможенную стоимость роялти при выполнении предусмотренных подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС условий включения роялти                                          в таможенную стоимость, отсутствуют такие нормы и в пункте 1 Решения Коллегии Евразийской экономической комиссии от 22.05.2018 № 83 «О расчете дополнительных начислений  при определении таможенной стоимости товаров (далее - Решение № 83),  таможня  указывает, что в лицензионном договоре прямо предусмотрена обязанность общества по уплате лицензионных платежей.

С учетом пункта 7 Положения о добавлении лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, являющегося приложением к Рекомендации Коллегии Евразийской экономической комиссии от 15.11.2016 № 20 (далее – Положение № 20), и в целях проверки выполнения условий, предусмотренных абзацем 1 подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС,  а также решения вопроса о том, подлежат ли лицензионные платежи добавлению к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, заявитель  в  жалобе приводит довод о том, что должны быть проанализированы условия лицензионного договора и внешнеэкономического договора (контракта),                               в соответствии с которым осуществляется продажа товаров для вывоза                                на таможенную территорию Союза, а также иные документы, имеющие отношение к продаже товаров  и уплате лицензионных платежей. Полагает,                     что в случае, когда лицензионные платежи не включены в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, а уплачиваются отдельно от счета на оплату оцениваемых (ввозимых) товаров, при решении вопроса о необходимости включения лицензионных платежей в таможенную стоимость этих товаров следует принимать во внимание ключевые факторы, которыми являются: относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам; будет ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров.

Проанализировав предмет внешнеторговых контрактов  от 23.08.2019 № AX1-N1-19-52422, от 12.01.2016  № Р 959-03-00-2261/2015, от 19.02.2021 № БН, Екатеринбургская таможня  пришла к выводу о взаимосвязи лицензионного договора и названных выше внешнеторговых контрактов. Указывает на то, что в приложении 1 лицензионного договора № 01/2014 определен ассортимент продукции с описанием, который является предметом лицензионного договора № 01/2014, а именно поименованы товары   (SI3000 BGW, диспетчерский пульт CS MEA, CS ATCA коммутаторы, PESO шлюзы, шкафы телекоммуникационные ODE SI D, электронная плата для электронного автоматического коммутатора SI3000 и др.), которые соответствуют комплектующим, ввезенным  в соответствии с указанными выше ДТ,                               что свидетельствует, по мнению заявителя, что ввозимые комплектующие являются частью процесса производства лицензионного продукта. По условиям  названного выше лицензионного договора   лицензиат приобретает право пользования ноу-хау исключительно для производства продукции SI2000                              и SI3000, в составе которой используется ввезенное в рамках внешнеторговых контрактов от 23.08.2019 № АХ 1-N1-19-52422, от 12.01.2016 № Р 959-03-00-2261/2015, от 19.02.2021 № БН оборудование электронного автоматического коммутатора SI2000 и SI3000, в связи с этим сам секрет ноу-хау производства заключается именно в том, что ввозимые комплектующие содержат технологические решения, которые обеспечивают производство использованием технологического процесса - секрета производства ноу-хау, следовательно,  лицензионные платежи уплачиваются в процессуальном размере от чистой лицензионной продажи продукции, к которой относится продукция, произведенная на основании контракта, по которой была реализована вся продукция (за исключением работ/услуг), проданная в каким-либо виде,   как аппаратное обеспечение (HW), программное обеспечение (SW)                      и права на его использование, в качестве запасных частей как в сборном, так и в разобранном виде, при использовании любого способа продаж (пункты 10.1, 10.2). Полагает, что при сборке конечного лицензионного продукта лицензиатом используются ввезенные товары, за которые обществом выплачивается лицензионное вознаграждение за каждый как собранный лицензионный продукт, так и за запасные части и т.д, относится                                        к лицензионным платежам  за право использования секрета производства ноу-хау. Факт обмена информацией между лицензиаром и лицензиатом                                      о техническом усовершенствовании лицензионной продукции  с целью улучшения самой продукции свидетельствует о том, что лицензиаром определены требования по качеству продукции, в процессе использования секрета производства   ноу-хау.

Считает, что исходя из условий лицензионного договора № 01/2014, уплата лицензионных платежей, являющаяся существенным условием договора, определяет исполнение лицензиатом условий договора и гарантирует применение ноу-хау, следовательно, дальнейшая реализация продукции, изготовленной с применением ноу-хау, невозможна при прекращении применения ноу-хау. В силу того, что при сборке конечного лицензионного продукта лицензиатом используются ввезенные товары, за которые обществом выплачивается лицензионное вознаграждение за каждый как собранный лицензионный продукт, так и за запасные части и т.д, к лицензионным платежам относится  право использования секрета производства (ноу-хау),  что является  также условием ввоза и реализации товаров на таможенной территории Евразийского экономического союза,  в связи с чем  подлежит добавлению к фактически уплаченной или подлежащей уплате цене ввозимого товара. Кроме того, заявитель в  жалобе указывает на раздел 10 лицензионного договора 01/2014, предусматривающий выплату лицензиатом лицензионных платежей в процентуальном размере от чистой лицензионной продажи продукции, к которой относится продукция, произведенная на основании контракта и  реализованная (за исключением работ/услуг), проданная в каким-либо виде,  как аппаратное обеспечение (HW), программное обеспечение (SW) и права на его использование, в качестве запасных частей, как в сборе,                               так и в разобранном виде, при использовании любого способа продаж...».                       В этим таможенным органом сделан вывод, что лицензионные платежи относятся к оцениваемым (ввозимым) товарами и подлежат включению                                     в структуру таможенной стоимости ввезенных товаров. Уплата лицензионных платежей является условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, следовательно, лицензионные платежи подлежат включению в структуру таможенной стоимости ввезенных товаров. Указанное, по мнению заявителя жалобы, свидетельствует  о нарушении  АО «ИскраУралТел» требований, предусмотренных  подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, а именно, невключение в структуру таможенной стоимости ввезенных товаров лицензионных платежей в соответствии с условиями лицензионного договора.

Кроме того, уплата обществом лицензионных платежей находит свое документальное подтверждение в документах валютного контроля, однако,                      заявитель жалобы считает, что обжалуемый судебный акт не содержит обоснование отклонения апелляционным судом ведомости банковского контроля в качестве приведенного таможней доказательства.  Указывает на то, что лицензионный договор № 01/2014 поставлен   на учет в АО «Альфа-Банк»  с присвоением УНК от 10.11.2014 № 14110001/1326/0006/4/1. Дата завершения исполнения обязательств по УНК от 10.11.2014 №  14110001/1326/0006/4 - 31.12.2021. Исходя из сведений, содержащихся в ведомости банковского контроля от 10.11.2014 № 14110001/1326/0006/4/1, уплата лицензионных платежей произведена лицензиатом за период с 2015 года до 2021 года  включительно.

Заявитель в жалобе приводит довод о том, что согласно документам, сведениям, представленным филиалом АО «Альфабанк» г. Екатеринбург (исх. от 09.12.2022 № 941/489090, вх. от 14.12.2022 № 41/р), в соответствии с ведомостью банковского контроля по УНК от 10.11.2014 № 14110001/1326/0006/4, сумма начисленных, подлежащих уплате лицензионных платежей по лицензионному договору № 01/2014 составляет                       2 350 059.69 евро, сумма уплаченных лицензионных платежей -                                     739 400,65 евро, а именно:  заказ от 01.03.2019   № 7 (приложение № 7                                к дополнительному соглашению о техническом содействии № 3-1                                      к лицензионному договору № 01/2014) указание назначение платежа                               как «Техническое содействие, подготовка документации установка оборудования и настройка, отладка процессов, техническая поддержка»                           в сумме  2 022,57 евро. По результатам сторонами подписан акт сдачи-приемки выполненных работ от 30.09.2019 по контракту на передачу технологии                              № 01/2014. По заказам № 1-5 по лицензионного договора от 10.09.2014                              № 01/2014 обществом за техническое содействие процесса освоения производства плат различных наименований уплачены также роялти, соответственно, отраженные суммы отнесены к лицензионным платежам: заказ от 15.09.2021 № 8-1; приложение № 8 к дополнительному соглашению                              о техническом содействии № 3-1 к лицензионного договора № 01/2014 содержит указание назначение платежа «Техническое сопровождение процесса освоения производства плат различных наименований» в сумме 14 221.90 евро». По результатам сторонами подписан акт сдачи-приемки выполненных работ от 28.12.2021 по контракту на передачу технологии № 01/2014                              как оказании комплекса мероприятий (заказ от 15.09.2019 № 8-2; приложение № 8 к дополнительному соглашению о техническом содействии № 3-1                                 к лицензионному договору № 01/2014 содержит указание назначение платежа «Техническое сопровождение процесса освоения производства плат различных наименований» в сумме 5689,30 евро. По результатам сторонами подписан акт сдачи-приемки выполненных работ от 28.12.202 по контракту на передачу технологии № 01/2014, а именно об оказании комплекса мероприятий. 

Заявитель в жалобе настаивает на ошибочном выводе                                апелляционного  суда  о том, что предметом лицензионного договора является технология производства определенного товара, поименованного                                            в приложении № 1 к названному  выше  договору, указывая,  что  фактически  предметом лицензионного договора  является производство лицензионных продуктов SI2000 и SI 3000, которые представляют собой сложную систему решений  в области предоставления услуг связи, включая  поставку операторам связи оборудования, произведённого в соответствии   с технологией, иных товаров, а также  программного обеспечения, разработанного специально                            для продуктов системы SI2000/SI3000, посчитав, что ввозимые товары могут использоваться как части и компоненты, необходимые для производства продукции, так и как готовые элементы системы SI2000/SI3000, которые впоследствии будут поставлены оператору связи.

Таможенный орган считает вывод апелляционного суда о том, что задекларированные обществом по спорным ДТ товары, в отношении которых таможенным органом принято решение  об увеличении таможенной стоимости, использовались обществом, в том числе для прямой перепродажи третьим лицам без каких-либо ограничений и требований об уплате лицензионных платежей реализации ввезенных товаров третьим лицам без передачи технологии как противоречащий сведениям о ввезенных товарах, заявленных                            в частности, в ДТ № 10511010/28082/0141129, содержащей описание товара                         № 1 и № 2 в графе 31 ДТ, а также описание товара, данное в  счете-фактуре от 30.08.2021 № 4945-2021. Таможня отмечает, что согласно условий/терминологии лицензионного договора,  под продукцией понимается любое оборудование, системы и решения из ассортимента АО «ИскраУралТел», продающиеся под торговой маркой SI2000 и SI3000, включая аппаратное - HW и программное - SW (программное обеспечение продукции). Полагает, что исходя из условий лицензионного договора,  понятие   комплектующих отсутствует, соответственно, любой товар/аппаратное                              и программное обеспечение признается продукцией. Таким образом, обществом реализованы третьим лицам иные товары, которые                                           по наименованию и описанию  не соответствуют графе 31 указанной ДТ,                       в связи с этим не являются продукцией лицензионного договора № 01/2014.

Ссылаясь на информацию, размещенную в «СПАРК-Интерфакс» Компания «ISKRATEL, telekommunikacijski sistemi, d.o.o., Kranj» (Словения),                          в соответствии с которой  компания ISKRATEL является акционером АО «ИскраУралТел», заявитель в кассационной жалобе указывает                                                  на  взаимосвязанность АО «ИскраУралТел» и «ISKRATEL, telekommunikacijski sistemi, d.o.o., Kranj» (Словения) в значении, установленном статьей 37 ТК ЕАЭС. Ссылаясь   на дополнение   от 19.02.2021 № 1 к договору от 19.02.2021             № БН, таможня   считает  взаимосвязанными  лицами  также  Shenzhen Skyworth Digital Technology Co., Ltd»  и АО «ИскраУралТел», поскольку                         они являются деловыми партнерами, связанными договорными отношениями, действующими в целях извлечения прибыли, совместно несущими расходы                           и убытки, связанные с осуществлением совместной деятельности, соответственно, отвечают понятию, данному в этой части  в статье 37 ТК ЕАЭС. Кроме того,  полагает, что в названном выше дополнении прямо указано обстоятельство того, что Shenzhen Skyworth Digital Technology Co., Ltd. (Китай) является филиалом изготовителя «Iskratel Telekommunikacijski sistemi, d.o.o., Kranj», следовательно, Shenzhen Skyworth Digital Technology Co., Ltd. (Китай) является взаимосвязанным лицом по отношению к АО «ИскраУралТел» через одно совместное контролирующее лицо - Iskratel Telekommunikacijski sistemi, d.o.o.

С учетом  приведенного выше, проанализировав ввезенные товары с их соотнесением к условиям лицензионного договора № 01/2014, таможенный орган считает правомерным доначисление лицензионных платежей в структуру таможенной стоимости, распределив их на товары, задекларированные АО «ИскраУралТел» с сентября 2014 года, то есть, с даты заключения лицензионного договора № 01/2014, указывая на соответствие своей                                позиции имеющейся судебной практики (№ А60-29202/2021, № А62-6096/2022). Подробно доводы таможни изложены в кассационной жалобе.

В отзыве на кассационную жалобу общество указывает, что обжалуемый судебный акт является законным и обоснованным, доводы заявителя жалобы несостоятельными, просит постановление суда апелляционной инстанции оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

 Законность обжалуемого судебного акта проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов кассационной жалобы. 

Как следует из материалов дела, между лицензиаром и лицензиатом заключен лицензионный договор (контракт) о передаче технологии № 01/2014                             (в редакции от 10.07.2018), в рамках которых лицензиат осуществляет поставку товаров на территорию ЕАЭС, а также внешнеторговые контракты                                      от 23.08.2019 №  АХ 1-N 1-19-52422, от 12.01.2016   № Р 959-03-00-2261/2015,  от 19.02.2021 БН.

По условиям лицензионного договора № 01/2014 лицензиар производит телекоммуникационное оборудование SI2000  и SI3000 по своей оригинальной технологии и на основании названного контракта передает лицензиату технологию производства продукции SI2000  и SI3000  и  наделяет его правом использования этой технологии в коммерческих целях (пункт  2 названного договора). 

В соответствии с пунктом 1.1 лицензионного договора № 01/2014 продукцией является оборудование, системы, и решения из ассортимента компании «ISKRATEL», продающиеся под торговой маркой SI2000 и SI3000 включая аппаратное - HW и программное - SW (программное обеспечение продукции).

На основании пункта 1.2 лицензионного договора № 01/2014 программным обеспечением продукции признается программное обеспечение, выполняющее все функции в связи с использованием и функционированием продукции.

В силу пункта 1.3 лицензионного договора  № 01/2014 производство -  совокупность операций или любая из произведенных операций, таких как закупка материала и оборудования, производство, тестирование, интеграция, монтаж, демонтаж и техническое обслуживание, в соответствии                                    с требованиями технологии и переданного Ноу-хау, а также необходимым                                и правами (лицензиями). Ноу-хау является совокупность используемых                               в производственных целях знаний и опыта   в материальной или нематериальной форме, защищенных или незащищенных законом, относящихся к действиям и процессам, описанным    в данном лицензионном договоре в связи с производством продукции (пункт 1.4 лицензионного договора № 01/2014).

В пункте 1.6 лицензионного договора  № 01/2014 предусмотрено,                              что документацией на продукцию являются документы, составленные                                 в письменной форме, которые содержат технические требования к продукции                          и официально изданы   в информационной системе «ISKRATEL». Техническая документация - документация на продукцию и производственная документация (пункт 1.7 лицензионного договора № 01/2014).               

В соответствии пунктом 1.9 лицензионного договора                                                    № 01/2014 под территорией понимается государство или область, где может использоваться технология  и осуществляться продажа продукции. Территория находится в пределах Российской Федерации, Казахстана и Белоруссии.

На основании пункта 1.11 лицензионного договора  № 01/2014 технологией признается Ноу-хау в области процессов, используемых для производства продукции, включая информационные решения, персонал, оборудование, помещения, решения в области аппаратного и программного обеспечения, обучение и техническую поддержку, а также постоянный контроль процесса усовершенствования и оптимизации, включая всю техническую документацию.

Согласно пункту 2.2 лицензионного договора № 01/2014                            услуги, представляемые по указанному контракту, включают в себя разработку и реализацию проектов передачи технологии, передачу технической документации, относящейся к продукции, предоставление услуг по обучению,                       а также оказание технического содействия.

В силу пункта 4.4 лицензионного договора  № 01/2014 АО «ИскраУралТел» не имеет права вносить изменения в техническую документацию, распространять ее или передавать в каких-либо целях третьему лицу без согласования «ISKRATEL». Техническая документация передается таким способом, на том языке,  в той форме и на том носителе, которые имеются и используются  на фирме «ISKRATEL». Если техническая документация имеется на носителях различного типа и/или на нескольких языках, лицензиат имеет возможность выбора носителя и языка                                       (пункт 4.5 указанного лицензионного договора). Техническую документацию запрещается изменять или передавать третьим лицам без письменного согласия компании «ISKRATEL» (пункт 4.12 названного выше договора). 

В соответствии с пунктом 7.2 лицензионного договора № 01/2014 программное обеспечение продукции означает программное обеспечение (ПО) фирмы «ISKRATEL» для продуктов SI2000 и SI3000, выполняющее все функции в связи с использованием и функционированием продукции. Программное обеспечение продукции приведено в приложении № 5 к контракту. Программное обеспечение продукции включает объектный и/или исходный код (за исключением исходного кода программного обеспечения, не являющегося собственностью «ISKRATEL») и может использоваться только с аппаратными средствами продукции, включая все версии, обновления и апгрейды.

На основании  пункта 10.1 лицензионного договора № 01/2014,                            за передачу технологии, производства, технической документации, ноу-хау, прав на использование программного обеспечения продукции и передачи прав использования технологии производства продукции, продажи продукции                         в соответствии с контрактом, помимо всех прочих платежей за передачу прав использования и услуги по названному контракту лицензиат выплачивает лицензиару лицензионное вознаграждение в процентуальном размере от чистой лицензионной продажи продукции в соответствии с приложением 4,                                   в  котором предусмотрено, что лицензиар и лицензиат путем взаимного согласия ежегодно определяют перечень продукции, количество, минимальное лицензионное вознаграждение, а также процент лицензионного вознаграждения и способ оплаты лицензионного вознаграждения путем подписания дополнительного соглашения к контракту. С подписанием такого дополнительного соглашения обеими сторонами, лицензиар предоставляет лицензиату право доступа  к программному обеспечению продукции на сервере лицензиара с целью интеграции продукции в соответствии с условиями контракта.

В силу пункта 10.2 лицензионного договора № 01/2014 термин «лицензионная чистая продажа», к который относится  продукция, произведенная на основании названного контракта, что означает цену,                                  по которой была реализована вся продукция (за исключением работ/услуг), проданная  в каком-либо виде, как аппаратное обеспечение (HW), программное обеспечение (SW) и права на его использование, в качестве запасных частей, как в сборе, так и в разобранном виде при использовании любого способа продаж.

Согласно пункту 10.3 лицензионного договора № 01/2014 лицензионное вознаграждение подлежит оплате ежегодно в конце финансового года                            за предыдущий финансовый год (январь - декабрь). Лицензиат обязуется                            в течение 45 дней после окончания каждого финансового года представлять письменный отчет лицензиару о произведенной и реализованной продукции                         и запасных частях за прошедший год, а также о размере лицензионного вознаграждения, подлежащего оплате в соответствии с указанным договором                          и соответствующим дополнительным соглашением.

В приложении № 1 «Описание Продукции»   к лицензионному договору № 01/2014 предусмотрен ассортимент продукции   с описанием, который является предметом контракта.

Таможней в ходе проверки выявлено, что лицензионный договор                            № 01/2014 поставлен на учет в АО «АльфаБанк» с присвоением УНК                               от 10.11.2014 № 14110001/1326/0006/4/1 Дата завершения исполнения обязательств по УНК от 10.11.2014 № 14110001/1326/0006/4 - 31.12.2021.

Согласно документам и сведениям, представленным филиалом АО «Альфа-банк» г. Екатеринбург (исх. от 09.12.2022 № 941/489090,                                          вх. от 14.12.2022 № 41/р), в соответствии с ведомостью банковского контроля по УНК от 10.11.2014 № 14110001/1326/0006/4 сумма начисленных, подлежащих уплате лицензионных платежей по лицензионному договору                                  от 10.09.2014 № 01/2014 составляет 2 350 059,69 евро, сумма уплаченных лицензионных платежей - 739 400,65 евро.

С целью определения соотношения уплаченных лицензионных платежей по лицензионному договору №  01/2014 к ввозимым товарам Екатеринбургской таможней проведен анализ внешнеторговых контрактов, в рамках которых лицензиат осуществляет поставку товаров на территорию ЕАЭС,                                     по результатам которых (от 23.08.2019 №  АХ 1-N 1-19-52422, от 12.01.2016                         № Р 959-03-00-2261/2015,  от 19.02.2021 БН) и установлена взаимосвязь внешнеторговых контрактов  и лицензионного договора № 01/2014; заключение их между фирмой «ISKRATEI, D.O.O., KRANJ», (Республика Словения) и АО «ИскраУралТел» на покупку в целях продажи, использования и аренды оборудования, программного обеспечения и лицензий, представляющих функциональный блок, необходимые для производственной программы АО «ИскраУралТел», поставляемых «ISKRATEL D.O.O., KRANJ»  в рамках разрабатываемых ею технических решений.

В пункте  2.1 контракта от 12.01.2016 №  Р959-03-00-2261/2015 предусмотрена продажа фирмой  «ISKRATEL D.O.O., KRANJ» и покупка                       со стороны АО «ИскраУралТел» изделий. Поставка осуществляется партиями                                    по согласованным сторонами контракта отдельным заказам. Каждый заказ считается включающим положения и условия контракта. В заказе определяются прочие или отличные от определений контракта условия, применимые к заказу, если таковые имеются.

В пункте 1.4 названных контрактов дано определение понятия  изделия, как совокупность оборудования, программного обеспечения и лицензий, представляющих функциональный блок. Предметом контракта является передача программного обеспечения продукции как составной части продукции на условиях, изложенных в настоящем контракте.

При анализе товарных партий, ввозимых в рамках внешнеторговых контрактов, таможней установлены товары, которые могут быть использованы при производстве и реализации технологии SI2000/SI3000, а также иных продуктов, обозначенных в Приложении 1 к контракту     № 01/2014,  а именно: код ТН ВЭД ЕАЭС 8517620003 - домашний шлюз, устройство представляет собой плату с модулем в корпусе, предназначенное для использования                                 в качестве оборудования абонентского доступа с применением оптических линий передачи и организацией шлюза доступа для передачи сигналов данных; компактный программный коммутатор 6-ти сотовый) для проводной телефонной связи емкостью 1120 абонентов - 1 комплект, состоящий из коммутационных модулей, электропитания, кроссового оборудования. Указанные товары по своему наименованию идентифицированы с продуктом «SI3000»; оборудование электронного автоматического коммутатора для проводной телефонной связи состоит из коммутационных модулей, электропитания, кроссового оборудования.   По своему наименованию товары  идентифицируются с продуктом «SI2000»/«SI3000». Код ТН ВЭД ЕАЭС 8517620009 - аппаратура для приема   и передачи голоса  с проводной трубкой, предназначенная для передачи и приема голоса для коммутатора SI300. Названные товары по своему наименованию и назначению идентифицируются с продуктом «SI2000»/«SI3000»; оборудование для передачи данных в сети проводной оптической связи представляет собой шлюз для подключения                          к сети; секции оборудование электронного автоматического коммутатора для проводной телефонной связи SI3000. Указанные товары по своему наименованию и назначению идентифицируются с продуктом «SI2000»/«SI3000». Код ТН ВЭД ЕАЭС 8517709001 - части автоматического коммутатора SI3000. Шкафы металлические с цоколем для телефонного коммутатора, не укомплектованные телекоммуникационной аппаратурой, предназначенные для защиты коммутатора от внешней среды. Названные товары по своему наименованию  и назначению идентифицируются                                   с продуктом «SI2000»/«SI3000». Код ТН ВЭД ЕАЭС 8517709009 - части автоматического коммутатора для проводной телефонной связи SI3000; в том числе шкафы металлические с цоколем для телефонного коммутатора,                           не укомплектованные телекоммуникационной аппаратурой, предназначены для защиты коммутатора от внешней среды. Указанные товары по своему наименованию и назначению идентифицируются с продуктом «SI2000»/«SI3000». Электронные платы для электронного автоматического коммутатора SI3000. Данные товары по своему наименованию и назначению идентифицируются с продуктом «SI2000»/«SI3000. Код ТН ВЭД ЕАЭС 8523494500 - оптические носители для лазерных считывающих систем, записанные, содержат программное обеспечение для электронного автоматического коммутатора проводной телефонной связи SI3000. Названные товары по своему наименованию и назначению идентифицируются                                     с продуктом «SI2000»/«SI3000». При декларировании этих товаров конкретные наименования программного обеспечения не указаны, документы                                  и   сведения о них,  не представлены. Код ТН ВЭД ЕАЭС 8538100000 - Шкафы металлические для телефонного коммутатора, не укомплектованы телекоммуникационной аппаратурой, предназначены для защиты коммутатора от внешней среды: шкаф климатический ODU. Названные товары по своему наименованию и назначению идентифицируются с продуктом «SI2000»/«SI3000». Шкафы металлические для телефонного коммутатора,                                  не укомплектованы телекоммуникационной аппаратурой, предназначены для защиты коммутатора от внешней среды: шкаф для автоматического телефонного коммутатора S13000. Эти товары по своему наименованию                              и назначению идентифицируются с продуктом «SI2000»/«SI3000». Код ТН ВЭД ЕАЭС 8538100000 -  шкафы металлические для телефонного коммутатора,                       не укомплектованы телекоммуникационной аппаратурой, предназначены                          для защиты коммутатора от внешней среды: шкаф климатический ODU. Указанные товары по своему наименованию и назначению идентифицируются с продуктом «SI2000»/«SI3000».

С учетом срока таможенного контроля, предусмотренного пунктом 7 статьи 310 ТК ЕАЭС,  уплатой лицензионных платежей, произведенных лицензиатом за период с 2015 года до 2021 года включительно, таможней                          в объект таможенного контроля включены товары, заявленные в ДТ № 10511010/100320/0038550, 10511010/270320/0050316, 10511010/070520/0073963, 10511010/070720/0114462, 10511010/270820/0149132, 10511010/180920/0164260, 10511010/081020/0177236, 10511010/181120/0205652, 10511010/190521/0081291, 10511010/220921/0155676, 0511010/181121/3008609, 10005030/281221/3076855, и которые  ввезены в рамках  внешнеторгового контракта от 12.01.2016 № Р959-03-00-2261/2015. 

Из материалов проведенной проверке, таможней выявлено заключение 19.02.2021 между фирмой «Shenzhen Skyworth Digital Technology Co., Ltd»                      и AO «ИскраУралТел» контракта  на поставку оборудования - продуктов Skyworth, адаптированных в соответствии со спецификацией общества                               и брендом АО «ИскраУралТел» или его клиентов, как часть своего собственного ассортимента продукции,  в пункте 3.1 которого общество имеет исключительные права реализовывать контрактную продукцию по всему миру через свои дочерние компании, аффилированные компании и другие каналы продаж.

В соответствии с пунктом 3.2 указанного выше контракта Skyworth признает, что программное обеспечение, а также исходный код содержат ценную конфиденциальную и служебную информацию, и коммерческую тайну компании АО «ИскраУралТел» или ее лицензиаров, которые не были опубликованы или иным образом размещены в открытом доступе. В рамках данного контракта декларировались товары, классифицируемые в товарной подсубпозиции 8517620009 ТН ВЭД ЕАЭС: машины для приема, преобразования и передачи или восстановления голоса, изображений                               или других данных (не лом электрооборудования/не для негласного получения информации, не содержат рэс и вчу, не военного назначения): домашний шлюз-терминал rt-gm-З. Устройство представляет собой плату с модулем в корпусе, предназначено для использования в качестве оборудования абонентского доступа с применением оптических линий передачи и организацией шлюза доступа для передачи сигналов данных, видео и голосовой информации                                   с протоколами ip на сети связи общего пользования, максимальная дальность беспроводного действия без усиления и ретрансляции менее 400 метров), габариты 210 мм * 160 мм *44 мм технические характеристики: внешнее питание 115-230 в ас, 50 - 60 Гц, 12v dc 1.5а, энергопотребление менее 11 Вт, шлюз оснащен 4 гб ethernet портами, а также двухдиапазонной wi-fi точкой доступа стандарт 802.11 п/ас (2400-2483.5 МГц), стандарт 802.11 п/ас (5650-5725 МГц), выходная мощность передатчика 70-92 МВт. Производитель ISKRATEL, TELEKOMUNIKACIJSKI SISTEMI, D.O.O., KRANJ Тов.знак ISKRATEL Торг. знак, марка ОТСУТСТВУЕТ Модель RT-GM-3.

Согласно представленному техническому описанию RT-GM-3 - домашний шлюз GPON, благодаря использованию современной технологии оптического доступа (GPON), шлюз RT-GM-3 обеспечивает высококлассное решение по организации домашней или офисной сети операторского класса                         для предоставления Triple Play услуг. Базируясь на стандарте G.984 GPON, шлюз RT-GM-3 поддерживает передачу данных со скоростью до 2.5 Гбит/с                          в нисходящем направлении и 1.25 Гбит/с - в восходящем. Двухдиапазонный Wi-Fi модуль стандарта 802.1 lac улучшает покрытие Wi-Fi и увеличивает скорость беспроводной передачи данных. Домашний шлюз GPON RT-GM-3 поддерживает передачу всех услуг Triple Play, а именно: интернета,                                    IP-телефонии (VoIP) и IP-телевидения, включая телевидение высокой четкости (HDTV). Шлюз оснащен четырьмя гигабитными Ethernet портами, а также двухдиапазонной Wi-Fi точкой доступа стандарта 802.11 n/ас, которая обеспечивает бесперебойную работу всех устройств, подключенных к маршрутизатору по Wi-Fi. Благодаря поддержке 802.1 lac Wave 2 и MU-MiMO шлюз RT-GM-3 улучшает производительность Wi-Fi модуля и отвечает современным требованиям к плотности устройств в сети. Встроенные в домашний шлюз RT-GM-3 NAT и брандмауэр обеспечивают безопасный широкополосный доступ в Интернет всех подключенных клиентов. Также данный шлюз оснащен портом USB 2.0, который может быть использован для подключения файл-сервера, FTP-сервера, принт-сервера, хаба или внешнего ЗО/ЬТЕ-модема (при доработке ПО устройства). Кроме того, шлюз GPON RT-GM-3 включает в себя клиент для мониторинга качества обслуживания (QoE), который позволяет в режиме реального времени оценивать путь передачи данных до шлюза, что позволяет в значительной степени снизить эксплуатационные расходы оператора.

Таможенным органом проанализирован  также контракт от 23.08.2019 № AX1-N 1-19-52422, заключенный между фирмой «Shenzhen Skyworth Digital Technology Co., Ltd» (Словения) и АО «ИскраУралТел», в пункте  1.1 которого продавец передает, а покупатель приобретает в комплектации согласно заказам на покупку к настоящему контракту товар. Заказ на поставку означает отдельный заказ покупателя на поставку товара, который включает спецификацию товара, рассчитанного в соответствии с прайс-листом, прилагаемым к названному контракту и выполненным в соответствии                               с положениями  (пункт 2.3 данного контракта). 

Согласно сведениям, указанным в инвойсе от 03.12.2019 № 11066394                    в рамках контракта от 23.08.2019 №  AX1-N 1-19-52422 поставлен товар «домашний шлюз - терминал INNBOX Е80. Устройство представляет собой плату с модулем в корпусе, предназначено для использования в качестве оборудования абонентского доступа с применением оптических линий передачи и организацией шлюза доступа для передачи сигналов данных, видео и голосовой информации с протоколами ip на сети связи общего пользования, максимальная дальность беспроводного действия без усиления и ретрансляции менее 400 метров), габариты 230 мм х 50 мм х 150 мм технические характеристики: внешнее питание 115-230 в ас, 50-60 Гц, 12в dc 1.5а, энергопотребление менее 17 Вт, шлюз оснащен 4 гб ethernet портами, а также двухдиапазонной wi-fi точкой доступа стандарт 802.11 n/ac (2400-2483.5 МГц), стандарт 802.11 п/ас(5650-5725 МГц), выходная мощность передатчика                                70-92 МВт».

По результатам проведенной в период с 12.06.2021 по 23.01.2023   камеральной таможенной проверки АО «ИскраУралТел»  в отношении товаров, ранее помещенных под таможенную процедуру «выпуск для внутреннего потребления» Екатеринбургской таможней  выявлено нарушение пункта 10 статьи  38, подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, выразившееся                               не включении  АО «ИскраУралТел» в структуру таможенной стоимости товаров, задекларированных по ДТ лицензионных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности, уплаченных в соответствии                                 с лицензионным договором  №  01/2014, относящихся к ввезенным товарам                       по ДТ № 10511010/270320/0050316, 10511010/070520/0073963, 10511010/070720/0114462, 10511010/180920/0164260, 10511010/181120/0205652, 10511010/190521/0081291, 10511010/220921/0155676, 10511010/130521/0077738, 10511010/130521/0077746, 10702070/160621/0177842, 10511010/280621/0105121, 10511010/300621/0107296, 10511010/040721/0109140, 10511010/190721/0118239, 10511010/060821/0129713, 10511010/270821/0141520, 10511010/270921/0158033, 10511010/061021/0163077, 10511010/071021/0163673, 10511010/201021/0171254, 10511010/101121/3004269, 10511010/121121/3005973, 10511010/171121/3008252, 10511010/101221/3021909, 10511010/201221/3026983, 10511010/200320/0046256, 10511010/270320/0050262, 10511010/310320/0052564, 10511010/260420/0067397, 10511010/260420/0067400, 10511010/110520/0075550, 10511010/110520/0075581, 10511010/180520/0080437, 10511010/200520/0081673, 10511010/200520/0081675, 10511010/270520/0086838, 10511010/270520/0086839, 10511010/020620/0090338, 10511010/080620/0094301, 10511010/090620/0094734, 10511010/140620/0097916, 10511010/140620/0097918, 10511010/300620/0109477, 10511010/100720/0116365, 10511010/100720/0116368, 10511010/240720/0126217, 10511010/260720/0126806, 10511010/260720/0126815, 10511010/030820/0132395, 10013160/040820/0400974, 10511010/050820/0133995, 10511010/050820/0134026, 10013160/060820/0407205, 10511010/240820/0146838, 10511010/050920/0155470, 10511010/050920/0155471, 10013160/070920/0478482, 10511010/210920/0165107, 10511010/210920/0165109, 10511010/210920/0165115, 10511010/210920/0165119, 10511010/250920/0169010, 10511010/071020/0176350, 10511010/161020/0183096, 10511010/211020/0186082, 10511010/021120/0194685, 10511010/021120/0194686, 10511010/141220/0224638, 10511010/030121/0000405, 10702070/190121/0013096, 10702070/290321/0082877, 10511010/210421/0064945, 10005030/160821/0409178, 10005030/190821/0415364, 10005030/260821/0428853, 10005030/080921/0453566, 10005030/150921/0467868, 10005030/300921/0498447, 10005030/041021/0507487, 10005030/111021/0521091, 10511010/151021/0168359, 10511010/271121/3014469, 10511010/271221/3031571, 10511010/060620/0072682, 10511010/070520/0073639, 10511010/010620/0089817, 10511010/060421/0056130, 10511010/211220/0229889, 10511010/060620/0034462, 10511010/190121/0008653, 10511010/110321/0063609, 10511010/030621/0090101, 10511010/090821/0131021, 10511010/190321/0073606, 10511010/208421/0119139, 10511010/120521/0077074, 10511010/310521/0087892, 10511010/230621/0187774, 10511010/200520/0081740, 10511010/190121/0008685, 10511010/200721/0118785, 10511010/110521/0076301, 10511010/260821/0141129, 10511010/081021/0164627, 10511010/061021/0163089, 10511010/241221/3066545, 10511010/271221/3031861, 10511010/270820/0149132, 10511010/011220/0216198, 10511010/030820/0132517, 10511010/071020/017639, 10511010/181120/0205652, 10511010/021120/0194857, 10511010/081020/0177236, 10511010/091120/0199209, 10511010/120921/0460966, 10511010/251221/3030732, 10511010/281221/3076855, 10511010/301120/0214883, 10511010/210921/0154499, 10511010/301121/3015844.

Проанализировав документы и сведения, представленные АО «ИскраУралТел», таможенным органом идентифицированы товары, задекларированные по указанным выше ДТ, ввезенные в качестве компонентов для изготовления лицензионной продукции по лицензионному договору                         № 01/2014  в рамках внешнеторговых контрактов от 23.08.2019 № AX1-N 1-19-52422,   от 12.01.2016  № Р 959-03-00-2261/2015, от 19.02.2021 б/н,  изучены также факторы и обстоятельства, сопутствующие продаже и ввозу товаров,                        в связи   с чем таможней сделан вывод о том, что лицензионные платежи, уплаченные в соответствии   с лицензионным договором № 01/2014, относятся к ввозимому товару, являются условием продажи товара для его вывоза                               на таможенную территорию Союза и не включены в цену ввозимого товара,                     о чем составлен акт камеральной проверки от 23.01.2023                                                    № 10502000/210/230123/А000191, по которому общая сумма таможенных платежей и налогов, подлежащих исчислению и уплате с лицензионных отчислений, составляет  12 985 766 руб. 25 коп. и вынесены 124 решения                                     о внесении изменений     в сведения, заявленные в декларации на товары.

Полагая, что указанные решения и акт являются незаконными, заявитель обратился в суд с соответствующими требованиями.

Судом первой инстанции в части оспаривания акта камеральной таможенной проверки  производство по делу прекращено.

Признавая принятые по результатам таможенного контроля Екатеринбургской таможней решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ по таможенной стоимости товара, в части доначисления лицензионных платежей, законными и обоснованными, суд первой инстанции исходил из того, что лицензионные платежи (роялти) за право использования технической информации (ноу-хау), торговой марки, а также права и лицензии при продаже вышеуказанной продукции связаны с ввозимыми товарами, предназначенными для собственного производства задекларированных товаров, входящими в технологию производства, без которого невозможно производство, в связи с чем, указанные платежи подлежат включению в структуру таможенной стоимости товаров.

Суд первой инстанции  признал также, что размер вознаграждения, выплачиваемого правообладателю в соответствии с лицензионным договором № 01/2014, рассчитывается исходя из выручки, полученной от реализации товаров, изготовленных АО «ИскраУралТел» с использованием технической информации, содержащейся в ноу-хау, в связи с чем, ввозимые по контрактам от 12.01.2016 № Р959-03-00-2261/2015, от 19.02.2021 № БН, от 23.08.2019 № AX1-N 1-19-52422 товары не могут быть использованы на территории Российской Федерации для изготовления и сборки продукции SI2000 и SI3000 без права на техническую документацию и права на маркировку торговой маркой «ISKRATEL, предусмотренные лицензионным договором № 01/2014.

Между тем, установив, что в лицензионном договоре № 01/2014                               не предусмотрено требование, как следует из пункта 19 Положений                                № 20, о приобретении и использовании  ввозимых товаров в производстве продукции, при выполнении работ, оказании услуг, отсутствие в названном лицензионном договоре контроля качества за производством оборудования                          по технологии производства, качества готовой продукции и  условия пункта 1.9, пункта 4.2, пункта 4.12 лицензионного договора № 01/2014  не относятся   к элементам контроля за производством товаров или их продажи, а также исключение дополнительным соглашением  от 10.07.2018  № 13 пунктов 8.1 - 8.9 из лицензионного договора, отсутствие в договоре № 01/2014 условий уплаты вознаграждения от продажи товаров, отличных от продукции, произведенной  обществом по технологии производства, полученной по данному договору; реализацию ввезенных товаров третьим лицам без передачи технологии, апелляционный суд пришел  к выводу о  соблюдении обществом условий включения лицензионных платежей в таможенную стоимость в соответствии с Положением № 20, в связи с чем посчитал,                         что в рассматриваемом случае отсутствуют основания для включения  спорных лицензионных платежей, уплаченных по лицензионному соглашению,                                   в таможенную стоимость товара, ввезенного на территорию Российской Федерации по спорным контрактам, ввиду недоказанности таможенным органом совокупности предусмотренных подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, для отнесения лицензионных платежей по договору                                                   № 01/2014  к товарам, ввезенным  по спорным ДТ. 

Данные выводы суда апелляционной инстанции являются правильными, основанными на материалах дела.  

На основании части 1 статьи  198, статьи 201 АПК РФ, для признания недействительным ненормативного правового акта необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие оспариваемого акта закону                          или иному нормативному правовому акту и нарушение данным актом прав                         и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской деятельности                        и иной экономической деятельности.

В силу требований части 5 статьи  200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В силу статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть                               в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами                                в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС, согласно которой таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС и дополненная в соответствии                       со статьей 40 ТК ЕАЭС.

На основании пункта 3.1 Правил № 283 применения метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1), при определении таможенной стоимости товаров необходимо исходить из того, что под сделкой понимается совокупность различных сделок, осуществляемых в соответствии с такими видами договоров (соглашений),                         как внешнеэкономический договор (контракт), в соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС, договор международной перевозки (транспортировки) товаров, лицензионный договор и другие.

Таким образом,  с учетом изложенного, в стоимость сделки должны включаться соответствующие стоимостные показатели по каждому                                    из договоров, на основании которых осуществлялся ввоз товаров на таможенную территорию ЕАЭС, то есть как непосредственно по сделке купли-продажи (цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за ввозимые товары), так и по иным договорам, расходы по которым включаются в таможенную стоимость товаров согласно статьи  40 ТК ЕАЭС (например, расходы по перевозке (транспортировке) товаров, расходы на страхование, лицензионные платежи и пр.), которой  предусмотрено, что при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются такие дополнительные начисления как лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, включая роялти, платежи за патенты, товарные знаки, авторские права, которые относятся к ввозимым товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары. При определении таможенной стоимости ввозимых товаров не должны добавляться к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате: а) платежи за право на воспроизведение (тиражирование) ввозимых товаров на таможенной территории Союза; б) платежи за право распределения или перепродажи ввозимых товаров, если такие платежи не являются условием продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Союза (подпункт 7 пункт 1 статьи 40 ТК ЕАЭС).

Проанализировав названные выше положения, суд апелляционной инстанции верно заключил, что платежи за использование объектов интеллектуальной собственности (роялти), не включенные в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, учитываются                               в качестве одного из дополнительных начислений к цене в соответствии                           со статьей 40 ТК ЕАС при выполнении в совокупности двух условий: эти платежи относятся к ввозимым товарам; уплата лицензионных платежей является условием продажи таких товаров в рамках сделки между иностранным продавцом и российским покупателем для их вывоза на таможенную территорию Союза.

Верховным  Судом Российской Федерации в пункте 17 постановления Пленума от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих                               в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза», разъяснено, что платежи                                 за использование объектов интеллектуальной собственности (роялти),                          не включенные в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате                              за ввозимые товары, учитываются в качестве одного из дополнительных начислений к цене в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС при выполнении                          в совокупности двух требований: эти платежи относятся к ввозимым товарам                            и уплата роялти является условием продажи оцениваемых товаров (прямо или косвенно) для их вывоза на таможенную территорию ЕАЭС. При выполнении данных требований само по себе заключение договора с иным, чем продавец товара, правообладатель не препятствует включению уплачиваемых                                 на основании такого договора роялти в соответствующем размере в таможенную стоимость товаров. Названное Положение содержит также указание на то, что в качестве лицензионных и иных подобных платежей                         за использование объектов интеллектуальной собственности рассматриваются любые платежи (в том числе роялти, вознаграждения) за использование результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации, к которым в соответствии  с международными договорами, международными договорами и актами, составляющими право ЕАЭС,                           и законодательством государств-членов относятся произведения науки, литературы и искусства, фонограммы, изобретения, полезные модели, промышленные образцы, секреты производства (ноу-хау), товарные знаки, прочие объекты интеллектуальной собственности (пункт  4 Положения № 20). Обязанность по уплате лицензионных платежей является частью договорных отношений между лицензиатом  и правообладателем (лицензиаром), которые могут быть оформлены лицензионным договором (соглашением), сублицензионным договором (соглашением), договором коммерческой концессии (франчайзинга), договором коммерческой субконцессии (субфранчайзинга) либо иным видом договора (далее - лицензионный договор).

В силу пункта 5 Положения № 20 при заключении лицензионного договора правообладатель предоставляет лицензиату определенные права                                на использование объектов интеллектуальной собственности. В случае, когда лицензионные платежи не включены в цену, фактически уплаченную                         или подлежащую уплате за ввозимые товары, и уплачиваются отдельно                    от счета на оплату оцениваемых (ввозимых) товаров, при решении вопроса                         о необходимости включения лицензионных платежей в таможенную стоимость этих товаров следует принимать во внимание следующие ключевые факторы: относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам (условие 1); является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров (условие 2;  пункт  7  названного Положения. 

В соответствии с пунктом 8 Положения № 20 о добавлении лицензионных  и иных подобных платежей  при определении того, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам, ключевым вопросом является  не то, как рассчитывается сумма лицензионных платежей,                         а то, почему они уплачиваются и что именно покупатель (лицензиат) получает в обмен на их уплату.

В пункте 9 названного Положения № 20 предусмотрено, что при определении того, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, основным критерием является отсутствие у покупателя (лицензиата) возможности приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей. При этом зависимость продажи оцениваемых (ввозимых) товаров от уплаты лицензионных платежей может иметь место и в случаях, когда внешнеэкономический договор (контракт), в соответствии с которым товары продаются для вывоза                                 на таможенную территорию Союза,   не содержит прямого указания об уплате лицензионных платежей как условия продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, особенно когда правообладатель и продавец являются разными лицами. Во всех случаях решение о том, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, следует принимать с учетом анализа всех факторов и обстоятельств, сопутствующих продаже и ввозу этих товаров, которые приведены в абзаце 4 пункта                                     9 Положения № 20 о добавлении лицензионных и иных подобных платежей.                      

На основании  пункта 17 Положения № 20 при предоставлении права использования секретов производства (ноу-хау) в лицензионном договоре может быть установлено, что секрет производства (ноу-хау) используется, например: а) при производстве ввозимых товаров (в том числе, когда секрет производства (ноу-хау) инкорпорирован (содержится) в них); б) при производстве продукции, выполнении работ, оказании услуг с использованием ввозимых товаров (ингредиентов, компонентов, оборудования, инструментов и т.д.)  на таможенной территории Союза; в) при реализации организационных решений в рамках деятельности лицензиата.

Как предусмотрено в пункте 19 Положения № 20, если секрет производства (ноу-хау) связан с производством продукции, выполнением работ, оказанием услуг на таможенной территории Союза с использованием ввозимых товаров (ингредиентов, компонентов, оборудования, инструментов                       и т.д.), решение о включении лицензионных платежей за использование секрета производства (ноу-хау) в таможенную стоимость ввозимых товаров принимается на основе изучения и анализа вопроса о том, установлено                              ли условиями использования секрета производства (ноу-хау) требование                              о приобретении и использовании ввозимых товаров в производстве продукции, при выполнении работ, оказании услуг. Если секрет производства (ноу-хау) связан с реализацией организационных решений в рамках деятельности лицензиата (например, с обучением персонала лицензиата производству лицензионной продукции или использованию оборудования или машин,                              с технической поддержкой в области управления, администрирования, маркетинга, продажи, учета и т.д.), решение о включении лицензионных платежей за использование секрета производства (ноу-хау) в таможенную стоимость ввозимых товаров принимается на основе изучения и анализа вопроса о наличии ограничений и требований, установленных лицензионным договором, либо специфических особенностей или характеристик ввозимых (оцениваемых) товаров иных, чем предусмотренные условиями лицензионного договора по использованию товарного знака, коммерческого обозначения, фирменного наименования, в силу которых использование секрета производства (ноу-хау) возможно с применением ввозимых (оцениваемых) товаров.

Между тем примеры с описанием ситуаций, касающихся лицензионных платежей за право использования секретов производства (ноу-хау), приведены в разделе III приложения к настоящему Положению (пункт 20 Положения                       № 20).

Судом апелляционной инстанции установлено, что одним из оснований доначисления таможенной стоимости ввезенных товаров явился вывод таможенного органа о том, что поставка спорных товаров осуществлялась взаимозависимым лицом - «ISKRATEL, telekommunikacijski sistemi, d.o.o., Kranj» (Словения), которое в соответствии с информацией, размещенной                        в «СПАРК-Интерфакс» Компания «ISKRATEL, telekommunikacijski sistemi, d.o.o., Kranj» (Словения) является акционером АО «ИскраУралТел»; товары поставлялись двумя компаниями: «ISKRATEL, telekommunikacijski sistemi, d.o.o., Kranj» (Словения), которое является для общества взаимозависимым лицом (контракт от 12.01.2016 № Р959-03-00-2261/2015, контракт от 23.08.2019 № AX1-N 1-19-52422) и Shenzhen Skyworth Digital Technology Co., Ltd. (Китай), которое не является для общества взаимозависимым лицом (контракт от 19.02.2021). Между тем, доказательств того, каким образом взаимозависимое лицо общества повлияло на формирование  обществом таможенной стоимости ввезенных товаров, таможней не  представлено.

Судом апелляционной инстанции не установлено и таможенным органом в материалы дела не представлено также доказательств того, что фирма Shenzhen Skyworth Digital Technology Co., Ltd. (Китай) является филиалом компании «ISKRATEL, telekommunikacijski sistemi, d.o.o., Kranj» (Словения) либо взаимозависимым лицом в отношении общества и в отношении «ISKRATEL, telekommunikacijski sistemi, d.o.o., Kranj» (Словения), в связи с чем апелляционный суд верно посчитал, что данный факт не может быть признан судом установленным.

Судом апелляционной инстанцией дана оценка по условиям контракта                      от 19.02.2021, согласно которой суд установил, что  китайский контрагент производит и поставляет по заказу заявителя контрактную продукцию, то есть продукцию, спецификация и промышленный дизайн которой обществом представлены (пункт 3.2.1). Китайский контрагент не вправе использовать каким-либо иным образом, кроме как для производства контрактной продукции, предоставленные заявителем объекты интеллектуальных прав (пункт 3.2). Стоимость контрактной продукции является фиксированной, заявитель не оплачивает китайскому контрагенту какой-либо процент от продажи (пункт 13.1), то есть стороны не извлекают прибыль от продаж совместно. Кроме того, апелляционным судом верно отмечено, что совместная деятельность является отличительным признаком договора простого товарищества, которым контракт от 19.02.2021 не является.

С учетом изложенного судом апелляционной инстанции  правомерно                        не приняты доводы таможни, что китайский контрагент является деловым партнером заявителя, связанным договорными отношениями, и стороны договора действуют в целях извлечения прибыли и совместно несут расходы                         и убытки от совместной деятельности.

Апелляционный суд из материалов дела установил,                                  что ответственность китайского контрагента установлена в виде компенсации убытков в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения условий контракта, а именно, не поставки, нарушении условий поставки, поставки некачественного товара (пункт 10.9). Китайский контрагент не несет риски того, что общество не сможет реализовать весь приобретенный им контрактный товар, то есть стороны не несут совместные расходы и убытки.

При установленных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции обоснованно посчитал, что китайский контрагент Shenzhen Skyworth Digital Technology Co., Ltd. не является взаимосвязанным лицом с АО «ИскраУралТел». Иного материалы дела не содержат.

Апелляционным судом проанализированы и истолкованы условия лицензионного договора № 01/2014, в соответствии с которой установлено,                                что  предметом договора № 01/2014 является не только передача технологии производства (пункт 2.1), но и отдельные услуги, а именно: оказание услуг                             по разработке проектов (подпункт «а» пункта 2.2), оказание услуг                                     по предоставлению документации на материальных носителях (подпункт «б» пункта 2.2), оказание услуг по проведению обучения (подпункт «с» пункта 2.2), оказание услуг по техническому содействию (подпункт «д» пункта 2.2),                          о чем предусмотрено на странице 6 договора № 01/2014, правомерно заключив, что  в рамках договора осуществлялись как лицензионные платежи, так и платежи за оказанные услуги по техническому содействию (консультации, инструктирование и пр. по вопросам собственного производства общества), сделав обоснованный выводу, что указанный договор по своей природе является смешанным договором с элементами лицензионного договора                           и договора оказания услуг, верно указав на то, что таможенным органом                            данное обстоятельство не учтено.

Оценив установленные выше обстоятельства, доказательства в их совокупности апелляционный суд  обоснованно не принял вывод таможни                         о том, что в стоимость товара, ввезенного по проверяемым ДТ, должны быть включены платежи, начисленные заявителю в рамках договора № 01/2014.

Кроме того,  данный вывод основан  также на положениях раздела № 8 контракта   № 01/2014, определяющих осуществление лицензиаром контроля                за всем производственным процессом лицензиата, в то время как дополнительным соглашением от 10.07.2018 № 13 к договору № 01/2014 сторонами исключен из договора раздел № 8 о контроле лицензиара                                            за выпускаемой продукцией.

Судом апелляционной инстанции установлено также, что последний лицензионный платеж по договору № 01/2014 начислен на основании акта  от 31.12.2019 № 8; при этом за период 2020-2023 года (период таможенного контроля) начислено только два платежа за оказание услуг по техническому сопровождению процесса освоения производства плат на производственной линии по заказу от 15.09.2021 № 8-1 (установка, настройка и отладка производственного оборудования, корректировка производственной документации) на сумму 85 331,38 Евро и от 15.09.2021 № 8-2 (отладка технологических процессов) на сумму 34 135,82 Евро, что подтверждается актами сдачи-приемки выполненных работ от 28.12.2021 и от 28.12.2021, которые, как верно посчитал апелляционный суд, не являются платежами за использование объектов интеллектуальной собственности и к ним, соответственно, не могут быть применены положения подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС.

Между тем, доказательств того, что в проверяемый период в рамках исполнения спорных контрактов заявителем осуществлялись лицензионные платежи, апелляционным судом не установлено и в материалы дела таможенным органом  не представлено.

Таким образом, при установленных обстоятельствах, таможней                                не доказано, что все платежи, произведенные заявителем по договору                                       № 01/2014 с 01.04.2009, являются лицензионными платежами и не подлежат разделению на лицензионные платежи и платежи за оказанные услуги по техническому содействию.

Доказательств того, что уплата лицензионных платежей по лицензионному договору являлась условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, что у покупателя (лицензиата) отсутствовала возможность приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей, апелляционным судом из материалов дела не установлено. При этом вопреки доводам таможни как верно посчитал апелляционный суд  ведомость банковского контроля таковым доказательством не является.

Судом апелляционной инстанции учтено, что ни в одном из договоров поставки от 12.01.2016 № Р959-03-00-2261/2015, от 19.02.2021 № БН, от 23.08.2019 № AX1-№ 1-19-52422, а равно иных доказательств нет положений, касающихся уплаты лицензионных платежей по договору № 01/2014, как и в самом лицензионном договоре нет ссылок на указанное условие.

С учетом приведенного, доводы таможенного органа о том, что все товары, ввезенные по спорным таможенным декларациям, являются компонентами для изготовления лицензионной продукции по лицензионному договору № 01/2014 и частью процесса производства продукции по технологии, приобретенной по данному договору, поскольку наименование оборудования, поименного в приложение № 1 к договору № 01/2014 соответствует комплектующим, ввезенным по указанным таможенным декларациям, судом апелляционной инстанции правомерно отклонены на основании следующего.

Как установлено апелляционным судом, по договору № 01/2014 приобретена технология производства определенной продукции, поименованной в приложении № 1 к указанному контракту. Вместе с тем, как видно из описания, всю эту продукцию объединяет один общий признак - продукция промышленного применения, то есть, она производится для  использования ее оператором связи.

Между тем, как верно установлено судами первой и апелляционной инстанции, предметом поставки по контракту от 19.02.2021 и контракту от 23.08.2019 № AX1-N 1-19-52422 являются домашние шлюзы - оборудование абонентского доступа. Домашний шлюз представляет собой роутер, который используется абонентами связи.

Признавая неверным вывод таможенного органа, что данный домашний шлюз является компонентом для производства товара LUMIA, поименованного в приложении № 1 к договору № 01-2014, так как оборудование LUMLA может применяться в решениях GPON, либо в других решениях (страница 20 Акта), апелляционный суд обоснованно посчитал, что технология GPON, как указывает сам таможенный орган, является разновидность провода - оптоволоконный кабель и, соответственно, оборудование LUMIA, и домашний роутер могут быть подключены через кабель GPON, как и многое иное оборудование, правомерно заключив, что  указанное не свидетельствует о том, что домашний роутер является компонентом промышленного оборудования LUMIA.

Доказательств обратного таможней в материалы дела, суду не представлено.

С учетом установленного, апелляционный суд верно заключил, что товар, поставленный по контракту от 19.02.2021 и контракту от 23.08.2019 № АХ 1-N 1-19-52422 (домашние роутеры) не связаны с технологией, на которую заявитель получил права по договору № 01/2014. Доказательств того,                        что ввезенные по декларациям товары произведены при помощи объекта интеллектуальной собственности, переданного по договору № 01/2014 (технология производства продукции), а равно были созданы с помощью услуг, предусмотренных подпунктами а-d пункта 2.2 договора № 01/2014 судом апелляционной инстанции не установлено и заявителем  не представлено.

Ссылки таможенного органа на то, что зависимость ввозимых товаров от платежей по договору № 01/2014 устанавливается через техническую документацию и торговую марку,  апелляционным судом  с учетом пункта 1.7 договора № 01/2014, в котором указано, что техническая документация - это документация на продукцию и производственная документация; документация на продукцию - это документы, которые содержат технические требования к продукции и поименованы в приложении 3 к контракту, а именно: спецификация компонента или продукта (элемента), монтажная схема, принципиальная схема, содержимое для программирования, инструкцию по выполнению изменений на элементе (пункт 1.6 договора № 01/2014); производственной документацией согласно пункту 1.5 договора № 01/2014 являются документы, которые содержат описание производственных процессов и операций, правомерно отклонены.

Как установлено судом апелляционной инстанции, вся техническая документация официально издана производителем («ISKRATEL, telekommunikacijski sistemi, d.o.o., Kranj») в своей информационной системе за своей подписью, то есть, вся техническая документация - это конкретные документы, необходимые для производства продукции, поименованной в приложении № 1 к договору № 01/2014.

С учетом установленного, вывод таможни и суда первой инстанции о том, что использование товара без документации, регламентирующей его производство, невозможно, правомерно признан апелляционным судом необоснованным.

Судом апелляционной инстанции установлено, что пользовательская документация на товары, задекларированные по ДТ, в отношении которых таможенным органом принято решение об увеличении таможенной стоимости, по условиям соответствующих договоров передается вместе с данным товаром: контракт от 19.02.2021 - пункты 4.1, 4.2; контракт от 12.01.2016 № Р 959-03-00-2261/2015 - пункт 5.3; контракт от 23.08.2019 № АХ 1-N 1-19-52422 - пункты 6.1-6.3.

Как верно посчитал апелляционный суд, в рассматриваемой части судом первой инстанции ошибочно сделан вывод, что запрет на внесение изменений                        в техническую документацию является ограничением использования технологии производства, однако, согласно условиям договора № 01/2014 запрет связан исключительно с внесением изменений в документы, изданные «ISKRATEL, telekommunikacijski sistemi, d.o.o., Kranj» под их именем и за их подписью (пункт 4.12).

Оценив установленные обстоятельства с учетом правильного толкования  условий названного выше договора, суд апелляционной инстанции обоснованно заключил, что вопреки ошибочному выводу суда первой инстанции, обществу, между тем, предоставлено право изменять, обновлять или каким-либо иным образом вмешиваться в продукт, технологию и/или программное обеспечение (пункт 2.5 договора), то есть заявитель не ограничен в переработке технологии производства, являющейся предметом лицензии                      по договору № 01/2014.

Данный вывод апелляционного суда не переоценивается.

Кроме того, апелляционным судом верно установлено, что по договору                         № 01/2014 предметом лицензирования является не товарный знак, а технология производства определенного товара, поименованного в приложении № 1 к данному договору, поскольку общество не получает право использовать товарный знак по своему усмотрению, а лишь право маркировать данным товарным знаком ту продукцию, которая произведена им по технологии, предусмотренной данным договором (пункты 1.1, 2.1, 2.4 договора № 01/2014).

Судом апелляционной инстанции  правильно отмечено, что незаконным использованием товарного знака не является покупка товара, товарный знак на который был нанесен правообладателем на законных основаниях, равно как и дальнейшая перепродажа данного товара, что и было реализовано при покупке товаров, задекларированных по ДТ, в отношении которых таможенным органом принято решение об увеличении таможенной стоимости.

С учетом установленного апелляционный суд верно заключил,                                      что выводы таможни и суда первой инстанции о том, что заявитель не может использовать ввозимый товар без уплаты платежей за использование технической документации и товарного знака по договору № 01/2014, являются ошибочным.

Судом апелляционной инстанции установлено также, что в рамках рассмотрения данного дела обществом представлены доказательства того, что товары, задекларированные по ДТ, в отношении которых таможенным органом принято решение об увеличении таможенной стоимости, использовались АО «ИскраУралТел», в том числе, для прямой продажи третьим лицам без каких-либо ограничений и требований об уплате лицензионных платежей.

Доказательств того, что ввозимые по спорным декларациям товары использовались обществом для производства оборудования по технологии, предусмотренной лицензионным договором, а не для прямых продаж, судом апелляционной инстанции не установлено и таможней в материалы дела не представлено.

Апелляционным судом из материалов дела установлено, что товары, ввезенные по ДТ № 10511010/260821/0141129, проданы без их использования                            в составе технологии, что подтверждается счетом-фактурой от 30.08.2021                          № 4945-21, товарной накладной от 30.08.2021 № 4945-21.

Доводы таможенного органа, что сумма роялти по договору № 01/2014 исчисляется исходя из стоимости продажи всех приобретенных у «ISKRATEL, telekommunikacijski sistemi, d.o.o., Kranj» товаров, как верно указал апелляционный суд, не соответствует представленным в материалы дела доказательствам.

Оценив пункт 10.1 договора № 01/2014, в соответствии с которой установлено, что за передачу прав  на использование технологии производства продукции и продажу продукции устанавливается лицензионное вознаграждение в процентном размере  от чистой прибыли лицензионной продажи, под лицензионной чистой продажей понимается цена, по которой была реализована продукция, произведенная на основании данного контракта (пункт 10.2 договора  № 01/2014), суд апелляционной инстанции правильно посчитал, что договором № 01/2014 прямо предусмотрено, что вознаграждение рассчитывается исключительно применительно к продукции, произведенной обществом по технологии, полученной по данному контракту.

Апелляционный суд верно истолковал условие пункта 10.1 договора                            № 01/2014, в котором  стороны ежегодно определяют планы продаж продукции на будущий год, процентную ставку и минимальный размер вознаграждения                         в качестве приложения № 4 к данному договору, согласно которому план продаж устанавливается исключительно на продукцию, поименованную                            в приложении № 1, на которую и передается технология производства, сделав обоснованный вывод, что названный выше лицензионный договор  не предусматривает уплату вознаграждения от продажи товаров, отличных от продукции, произведенной заявителем по технологии производства, полученной по данному договору.

Судом апелляционной инстанции верно учтено, что за проверяемый                      в рамках камеральной проверки период, обществом не выплачивалось «ISKRATEL, telekommunikacijski sistemi, d.o.o., Kranj» лицензионное вознаграждение, при этом, за период 2020-2022 годов (проверяемый период) общество осуществляло платежи исключительно за оказанные услуги                            по техническому содействию, то есть консультации, инструктирование                                  и пр. по вопросам собственного производства.

Кроме того, признавая ошибочным вывод таможенного органа о том, что о соотнесении оборудования и товаров свидетельствует также факт обмена информацией между лицензиатом и лицензиаром о техническом усовершенствовании лицензионной продукции, апелляционный суд обоснованно  заключил, что условиями договора № 01/2014 не предусмотрен                             ни контроль качества за производством оборудования по технологии производства, ни контроль качества готовой продукции. Условия пунктов 1.9, 4.2, 4.12 лицензионного договора не относятся к элементам контроля                                     за производством товаров или их продажей, а пункты 8.1-8.9 договора исключены дополнительным соглашением от 10.07.2018 № 13.

Судом апелляционной инстанции установлено, что следуя рекомендациям, указанным в пункте 19 Положения, в лицензионном договоре условиями использования секрета производства (ноу-хау) не предусмотрено требование о приобретении и использовании ввозимых товаров в производстве продукции, при выполнении работ, оказании услуг.

Таким образом, правильно применив указанные выше нормы права, с учетом оценки по своему внутреннему убеждению, основанному                                 на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании фактических обстоятельств, доказательств, представленных  в материалы дела, доводов и возражений сторон, в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, апелляционный суд установил недоказанность таможенным органом  совокупности  условий, предусмотренных подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, для отнесения лицензионных платежей по лицензионному договору № 01/2014 к товарам, ввезенных по спорным ДТ, сделав обоснованный вывод, что оснований для включения лицензионных платежей, уплаченных   по лицензионному соглашению, в таможенную стоимость товара, ввезенного  на территорию Российской Федерации по указанным выше трем контрактам, не имелось.

При таких обстоятельствах решения Екатеринбургской таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров от 09.03.2023, 10.03.2023, 18.03.2023, 22.03.2023, 23.03.2023, 26.03.2023, 27.03.2023 (124 решения) правомерно признаны судом апелляционной инстанции недействительными, в связи с чем                   у апелляционного суда имелись правовые основания для отмены решения суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении заявленных требований                            с изложением резолютивной части решения в иной редакции.

С учетом приведенного и при той совокупности представленных в дело доказательств у суда апелляционной инстанции отсутствовали основания для  иного вывода, в связи с чем  апелляционный суд  правомерно удовлетворил заявленные обществом требования. 

Все доводы заявителя жалобы судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом апелляционной инстанции норм права, основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения. По существу приведенные заявителем доводы сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом оценка имеющейся по делу доказательственной базы, установление на ее основании фактических обстоятельств дела судом апелляционной инстанций в рамках рассматриваемого дела  осуществлено в соответствии с нормами действующего процессуального законодательства (статьи 64, 65, 71 АПК РФ). Кроме того, доводы таможни не содержат ссылок, которые не были бы проверены и не учтены апелляционным судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение, влияли на обоснованность и законность судебных актов, либо опровергали выводы суда, в связи с чем признаются судом кассационной инстанции несостоятельными. 

Нормы материального права судом апелляционной инстанции применены правильно. Нарушений норм процессуального права, которые привели                           или могли привести к принятию неправильного судебного акта, как и влекущих безусловную отмену постановления апелляционного суда (часть 3, 4 статьи 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 АПК РФ, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда                                от 29.02.2024 по делу № А60-21689/2023 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационную жалобу Екатеринбургской таможни – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Т.П. Ященок 

 

Судьи                                                                                    Е.О. Черкезов

 

Е.А. Поротникова