ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-3934/2015

г. Киров

28 марта 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 марта 2022 года.      

Полный текст постановления изготовлен 28 марта 2022 года.

 

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Хорошевой Е.Н.,

судей Кормщиковой Н.А., Шаклеиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

 

при участии в судебном заседании:

представителя ООО «Рыбинский грузовой порт» – ФИО2, по доверенности от 01.12.2021, по веб-связи;

представитель ФИО3 – ФИО4, по доверенность от 14.12.2020, по веб-связи;

представителя ФИО5 – ФИО6, по доверенности от 28.05.2020,

 

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3, ФИО17, общества с ограниченной ответственностью «Рыбинский грузовой порт»

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 03.12.2021 по делу № А82-3934/2015, принятое

 

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Ярстрой» ФИО12

к ФИО7, ФИО5, ФИО8, ФИО17, ФИО9 в лице законных представителей ФИО10 и ФИО3

о признании недействительными (притворными) сделками договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, площадью 214,1 кв.м., кадастровый номер: 76:23:021802:61, заключенного 23.09.2014 между обществом с ограниченной ответственностью «Ярстрой» и ФИО11, и договора дарения того же имущества, заключенного 17.10.2014 между ФИО11 и ФИО10, действующим в интересах несовершеннолетних ФИО17 и ФИО9,

о признании недействительной сделки по безвозмездной передаче квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, площадью 214,1 кв.м., кадастровый номер 76:23:021802:61, от общества с ограниченной ответственностью «Ярстрой» ФИО17 и ФИО9, 

о применении последствий недействительности сделки в виде возврата спорного имущества в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Ярстрой»,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ярстрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ярстрой» (далее – ООО «Ярстрой», должник) конкурсный управляющий ООО «Ярстрой» ФИО12 (далее – конкурсный управляющий ФИО12, заявитель) обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительными (притворными) сделками договор купли-продажи от 23.09.2014 квартиры площадью 214,1 кв.м., расположенной по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 76:23:021802:61, заключенный между ООО «Ярстрой» и ФИО11, договор дарения того же имущества от 17.10.2014, заключенный между ФИО11 и ФИО10, действующим в интересах ФИО17 и ФИО9, признать недействительной сделку по безвозмездной передаче указанной квартиры от ООО «Ярстрой» ФИО17 и ФИО9, которую стороны действительно имели в виду, применить последствия недействительности сделки в виде возврата ООО «Ярстрой» в натуре спорной квартиры.

На основании определения суда от 24.07.2019 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены ФИО10, ФИО13, ФИО14, ФИО3, финансового управляющего ФИО13 ФИО15, финансовый управляющий ФИО10 ФИО16, Управление Федеральной государственной службы регистрации, кадастра и картографии по Ярославской области.

Определением суда от 01.10.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, был привлечен орган опеки и попечительства в лице департамента образования мэрии города Ярославля.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 03.12.2021 производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Ярстрой» ФИО12 в части требований о признании недействительной сделкой договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, площадью 214,1 кв.м., кадастровый номер: 76:23:021802:61, заключенного 23.09.2014 между ООО «Ярстрой» и ФИО11, прекращено; в остальной части требования заявителя удовлетворены в полном объеме.

Общество с ограниченной ответственностью «Рыбинский грузовой порт» (далее – ООО «Рыбинский грузовой порт») с принятым определением суда не согласилось, обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит изменить мотивировочную часть оспариваемого определения. 

14.01.2022 от ООО «Рыбинский грузовой порт» во Второй арбитражный апелляционный суд поступило ходатайство о прекращении производства по апелляционной жалобе на определение Арбитражного суда Ярославской области от 03.12.2021 по делу А82-3934/2015, поданной ООО «Рыбинский грузовой порт» от 08.12.2021, на основании статьи 265 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Согласно части 1 статьи 265 АПК РФ арбитражный суд апелляционной инстанции прекращает производство по апелляционной жалобе, если от лица, ее подавшего, после принятия апелляционной жалобы к производству арбитражного суда поступило ходатайство об отказе от апелляционной жалобы и отказ был принят арбитражным судом в соответствии со статьей 49 настоящего Кодекса.

В силу части 5 статьи 49 АПК РФ арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. В этих случаях суд рассматривает дело по существу.

Отказ ООО «Рыбинский грузовой порт» от апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции рассмотрен и принят, поскольку он не противоречит закону, не нарушает права и законные интересы других лиц. Производство по апелляционной жалобе ООО «Рыбинский грузовой порт» подлежит прекращению.

ФИО17, ФИО3 с принятым определением Арбитражного суда Ярославской области от 03.12.2021 по настоящему делу не согласны, обратились во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просят отменить оспариваемое определение, разрешить вопрос по существу.

По мнению ФИО17, ФИО3, вывод суда первой инстанции о том, что ФИО14 на дату 15.05.2013 не обладала денежными средствами на покупку спорной квартиры, ошибочен. В целях приобретения спорной квартиры ФИО14 и ФИО10 были проданы принадлежавшие им на праве собственности жилые помещения – квартиры № 5 и № 4 по адресу: 

<

...>, за 4 000 000,00 руб. и 5 500 000,00 руб. Данные договоры заключены 18.03.2013, расчет между сторонами произведен в день подписания договора. Следовательно, вопреки выводу суда размер полученных денежных средств – 9 500 000 рублей достаточен для покупки спорной квартиры по цене 9 317 275 руб. Как отмечают апеллянты, ФИО14 денежные средства передала ООО «Ярстой» в наличном порядке и не несет ответственности за то, как распорядился ими должник после их внесения в кассу. Цена спорного помещения, приобретённого ответчиками, является действительной, факт занижения стоимости отсутствует. Ответчики указывают, что выводы экспертов ФИО18 и ФИО19 в отношении давности нанесения оттиска печати ООО «ЯрСтрой» в квитанции к приходному кассовому ордеру № 7 от 15.05.2013 противоречивы. ФИО3 были представлены две рецензии независимых специалистов, согласно которым заключение эксперта составлено с нарушением статей 8 и 16 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», имеет логические противоречия, вывод эксперта ФИО18 о давности нанесения оттиска печати ООО «ЯрСтрой» в квитанции к приходному кассовому ордеру № 7 от 15.05.2013 не является обоснованным, достоверными и объективными. Заявители жалобы указывают на неправомерный отказ в удовлетворении ходатайства о повторной судебной экспертизе при наличии противоречий в выводах экспертов. Апеллянты также не согласны с отклонением судом доводов о пропуске срока исковой давности на подачу заявления арбитражным управляющим. Договор дарения от 17.10.2014 зарегистрирован в ЕГРН, сведения из которого доступны и открыты. Действующим законодательством о банкротстве предусмотрено право арбитражного управляющего на получение сведений о недвижимости самостоятельно. Как полагают ответчики, арбитражный управляющий имел реальную возможность узнать об оспариваемой сделке в процедуре наблюдения, анализируя сделки должника и составляя заключение о наличии или об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника, путем запроса сведений о правах должника в отношении объектов недвижимости, а также сведений в виде копии документа, на основании которого сведения внесены в ЕГРН. При этом то обстоятельство, что арбитражный управляющий таких действий не предпринял, не может служить основанием для изменения течения срока исковой давности.

По мнению ФИО3, незаконно и немотивированно отклонено ходатайство об истребовании у эксперта ФБУ Ярославская ЛСЭ при МЮ РФ ФИО18 сведений о значениях высот пиков на изображениях хроматограмм. Выводы суда относительно порядка и способа расчетов ООО «Ярстрой» с ФИО11 не могут влиять на сделку ООО «Ярстрой» с ФИО14, не свидетельствуют, что ФИО14 не исполнялись обязательства по сделке, не свидетельствуют о ее недействительности.

По мнению ФИО17, оспариваемый договор дарения имел встречное представление, что доказывается документально. Ответчик утверждает о том, что все последующие действия сторон были направлены на исполнение предварительного договора и разрешения конфликтной ситуации ввиду двойной продажи спорного имущества. Подтверждением данных обстоятельств является регистрация ответчиков в спорном помещении, прямое указание об этом имеется в пункте 3.5 Договора купли-продажи от 23.09.2014, а также письменное соглашение от 09.10.2014, заключение договора дарения в рамках указанного соглашения, данные документы подлежали правовой оценке в совокупности с представленными доказательствами. Вывод суда о признании договора дарения от 17.10.2014 мнимой сделкой является ошибочным, поскольку стороны исполнили свои обязательства. ФИО17 указывает, что на момент совершения сделки дарения (равно как и в настоящее время) для семьи ФИО22а спорная квартира является единственным пригодным для проживания жилым помещением. Иного жилого помещения не приобреталось. По мнению апеллянта, вывод суда первой инстанции о том, что кредиторы ООО «ЯрСтрой» могут рассчитывать на удовлетворение своих требований за счет этого имущества является неверным. Применение последствий в виде изъятия спорного жилого помещения нарушает права и охраняемые законом интересы, приводит к лишению имущества несовершеннолетних, что прямо противоречит разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации. Обращение взыскания на единственное жилье запрещено законом. Апеллянт утверждает, что на момент совершения сделки, задолженность ООО «ЯрСтрой» перед кредиторами отсутствовала. ФИО17 также ссылается на нарушение судом первой инстанции процессуальных норм. 

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 12.01.2022 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 13.01.2022.

В соответствии со статьей 158 АПК РФ судебное разбирательство по рассмотрению апелляционной жалобы откладывалось до 21.03.2022. 

В соответствии со статьей 18 АПК РФ определением от 18.03.2022 изменялся состав суда, в связи с чем рассмотрение дела началось заново.

В судебном заседании представитель ФИО3, ФИО5 поддержали доводы жалобы, представитель ООО «Рыбинский грузовой порт» возразил против ее удовлетворения, считает вынесенный судебный акт законным и обоснованным.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц.

Как следует из текста апелляционных жалоб, ответчики не оспаривают определение суда в части прекращения производства по заявлению конкурсного управляющего ООО «Ярстрой» ФИО12 в части требований о признании недействительной сделкой договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, площадью 214,1 кв.м., кадастровый номер: 76:23:021802:61, заключенного 23.09.2014 между ООО «Ярстрой» и ФИО11.

В силу части 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом разъяснений, данных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений. При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Возражений против проверки судебного акта в обжалуемой части к началу рассмотрения апелляционной жалобы не поступало.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции осуществляет проверку судебного акта только в обжалуемой части.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 31.03.2015 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Коми-СК» Арбитражным судом Ярославской области возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ярстрой».

На основании определения суда от 08.12.2016 (резолютивная часть от 01.12.2016) в отношении ООО «Ярстрой» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО12.

В соответствии с решением Арбитражного суда Ярославской области от 27.07.2017 (резолютивная часть от 24.07.2017) ООО «Ярстрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО12

13.03.2018 конкурсный управляющий ФИО12 обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением к ФИО11 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 23.09.2014, заключенного между ООО «Ярстрой» и ФИО11, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО11 стоимости квартиры № 4, общей площади 214,1 кв.м., с кадастровым номером 76:23:021802:61, расположенной по адресу: 

<

...>, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ярстрой».

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 22.03.2018 заявление конкурсного управляющего принято к производству, назначено судебное заседание по его рассмотрению.

В ходе рассмотрения указанного обособленного спора было установлено, что 04.08.2017 ФИО11 умер, в связи с чем, конкурсный управляющий просил суд признать его наследников ФИО20, ФИО5, ФИО7 правопреемниками по оспариваемой сделке.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 18.01.2019 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО12 о замене ФИО11 на правопреемников ФИО20, ФИО5, ФИО7 отказано; производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Ярстрой» ФИО12 в части признания недействительной сделки – договора купли-продажи от 23.09.2014, заключенного между должником и ФИО11, применении последствий недействительности сделки прекращено, в остальной части требований отказано.

Постановлением Второго апелляционного арбитражного суда от 11.04.2019 определение Арбитражного суда Ярославской области от 18.01.2019 по делу №А82-3934/2015 в обжалуемой части изменено, апелляционный суд постановил считать ФИО20, ФИО5, ФИО7 правопреемниками ФИО11 в порядке универсального правопреемства; признал недействительной (ничтожной) сделку – договор купли-продажи от 23.09.2014, заключенный между ООО «Ярстрой» и ФИО11 В рамках данного спора суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что целью сделки от 23.09.2014 являлась не купля-продажа квартиры, а совершение дарения квартиры должником аффилированным лицам (ФИО17, ФИО17), с направленностью данных действий на вывод ликвидного имущества должника в целях исключения возможности расчетов с кредиторами должника, имеющими к нему обоснованные требования.

16.04.2019 конкурсный управляющий ФИО12 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительными (притворными) сделками договор купли-продажи от 23.09.2014 квартиры площадью 214,1 кв.м., расположенной по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 76:23:021802:61, заключенный между ООО «Ярстрой» и ФИО11, договор дарения того же имущества от 17.10.2014, заключенный между ФИО11 и ФИО10, действующим в интересах ФИО17 и ФИО9, признать недействительной сделку по безвозмездной передаче указанной квартиры от ООО «Ярстрой» ФИО17 и ФИО9, которую стороны действительно имели в виду, применить последствия недействительности сделки в виде возврата ООО «Ярстрой» в натуре спорной квартиры.

В обоснование требования конкурсный управляющий сослался на пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункт 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

На основании определения суда от 28.12.2019 по настоящему делу была назначена судебная экспертиза по определению давности составления квитанции к приходному кассовому ордеру № 7 от 15.05.2013, на разрешение которой был поставлен вопрос о том, в какой период времени была изготовлена квитанция к приходному кассовому ордеру № 7, датированная 15.05.2013. Проведение экспертизы было поручено Федеральному бюджетному учреждению Ярославская лаборатория судебной экспертизы Министерства Юстиции Российской Федерации, производство по делу было приостановлено до истечения срока окончания проведения экспертизы.

12.11.2020 заключение экспертов №71/1-3-3.1, 102/1-3-3.2 от 06.11.2020 было представлено в материалы дела. 

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 19.11.2020 рассмотрение дела было возобновлено, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены финансовый управляющий ФИО13 ФИО15 и финансовый управляющий ФИО10 ФИО16.

В ходе рассмотрения дела суду стало известно о смерти ответчика ФИО20, в связи с чем, к участию в деле в качестве соответчика была привлечена ее наследник ФИО8.

Определением суда от 12.08.2021 к участию в деле в качестве третьего лица был привлечен ФИО21.

Арбитражный суд Ярославской области пришел к выводу, что поскольку судом апелляционной инстанции договор купли-продажи от 23.09.2014 признан недействительной сделкой и постановление суда вступило в законную силу 11.04.2019, производство по требованиям конкурсного управляющего в данной части подлежит прекращению. Возражений в данной части определения лицами, участвующими в деле, не заявлено. 

Между тем Арбитражный суд Ярославской области согласился с доводами конкурсного управляющего о наличии оснований для признания договора дарения от 17.10.2014 недействительной сделкой, применил последствия недействительности сделки. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, заслушав явившихся в судебное заседание представителей, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьей 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки

Договор дарения от 17.10.2014 квартиры площадью 214,1 кв.м., расположенной по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 76:23:021802:61, заключенный между ФИО11 и ФИО10, заключен между сторонами за полгода до возбуждения дела о банкротстве должника (31.03.2015).

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе, сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ) (пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», далее – Постановление № 25).

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку – ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 88 Постановления № 25).

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 31.07.2017 по делу № 305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Наличие доверительных отношений позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок. Само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

Постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 11.04.2019 по делу № А82-3934/2015 в порядке универсального правопреемства правопреемниками ФИО11 были признаны ФИО20, ФИО5, ФИО7, а также была признана недействительной (ничтожной) сделка – договор купли-продажи от 23.09.2014, заключенный между ООО «Ярстрой» и ФИО11. Судом было установлено, что между ООО «Ярстрой» и ФИО11 был заключен договор купли-продажи спорной квартиры 23.09.2014, в которой также были зарегистрированы ФИО10, ФИО17, ФИО17, ФИО17, ФИО14 Вместе с тем факт оплаты стоимости квартиры материалами дела не подтвержден, при этом уже 17.10.2014 покупателем ФИО11 был заключен договор дарения квартиры с ФИО17, ФИО17, в интересах которых действовал ФИО10 Как отметил суд апелляционной инстанции, каких-либо разумных причин покупки квартиры и ее последующего дарения в течение одного месяца из материалов дела не усматривается, экономическая целесообразность отсутствует. Однако из выписки из ЕГРЮЛ усматривается, что учредителем должника с долей 50% является ФИО17, при этом спорная квартира была передана по оспариваемому договору за полгода до возбуждения дела о банкротстве в отношении ООО «Ярстрой», при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, требования по которым впоследствии были включены в реестр. Изложенное позволило судебной коллегии прийти к выводу, что целью сделки являлась не купля-продажа квартиры, а совершение дарения квартиры должником аффилированным лицам (ФИО17, ФИО17), с направленностью данных действий на вывод ликвидного имущества должника в целях исключения возможности расчетов с кредиторами должника, имеющими к нему обоснованные требования. Таким образом, право собственности на квартиру у ФИО11 не возникло и заключенный с ним должником договор купли-продажи является притворной сделкой, прикрывающей договор дарения с ФИО17, ФИО17 Поскольку в настоящем случае ФИО11 квартира не приобреталась, договор купли-продажи являлся притворной сделкой, прикрывающей договор дарения с ФИО17, ФИО17, оснований для применения последствий недействительности сделки апелляционный суд не усмотрел.

Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 02.08.2019 по делу № А82-3934/2015 постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 11.04.2019 оставлено без изменения. 

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2019 № 301-ЭС19-21669(1) отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

В соответствии с частью 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Высшая судебная инстанция неоднократно (в частности, в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2016 № 305-ЭС15-16362, от 27.01.2017 № 305-ЭС16-19178, от 24.03.2017 № 305-ЭС17-1294) высказывала правовую позицию, согласно которой, если в двух самостоятельных делах дается оценка одним обстоятельствам, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, принимается во внимание судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен мотивировать такой вывод. При этом иная оценка может следовать, например, из иного состава доказательств по второму делу, нежели те, на которых основано решение по первому делу.

Вместе с тем аргументов, позволяющих провести иную оценку представленных в материалы дела № А82-3934/2015 доказательств, апеллянтами не приведено, оснований для переоценки имеющихся доказательств судом апелляционной инстанции не усматривается.

Как указывалось выше, факт оплаты квартиры со стороны ФИО11 в пользу ООО «Ярстрой» суд апелляционной инстанции в постановлении от 11.04.2019 признал неподтвержденным.

В рамках настоящего спора в подтверждение осуществления расчетов между ФИО11 и ООО «Ярстрой» были представлены товарно-транспортные накладные, согласно которым ФИО11 в адрес должника была осуществлена поставка кирпича, который обществом впоследствии был возвращен, как пояснила представитель ФИО5, в связи с не качественностью. При этом доказательств того, что ФИО11 занимался поставкой строительных материалов, суду не представлено.

Оригиналы накладных и товарно-транспортных накладных по запросу суда не представлены. 

Суд первой инстанции, оценив содержание данных документов, обоснованно пришел к выводу, что накладные были составлены в 2021 году. Так, в товарной накладной № 23 от 22.09.2014 имеется указание на то, что отпуск груза был произведен 06.08.2021, данные документы были представлены в суд 12.08.2021. В 2014 году, налоговая ставка по НДС составляла, как и отражено в товарной накладной 18 %. Однако расчет сумм налога от стоимости поставленного товара подтверждает, что примененная ставка НДС составляет 20%, которая в заявленный временной период не применялась (подпункт «в» пункта 3 статьи 1 Федерального закона от 03.08.2018 № 303-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации о налогах и сборах»).

Довод о наличии дефектов в поставленном кирпиче и его возврата в связи с не качественностью документально не подтвержден.  

Уполномоченным органом в материалы дела представлены сведения о доходах ФИО11 в 2013, 2014, 2015 гг., согласно которым последний работал в обществе с ограниченной ответственностью «Мазсервис», в котором участником является ФИО17 Кроме того, ФИО11 осуществлял трудовую деятельность в обществах с ограниченной ответственностью «Соть», «Двина», «Транзит», «Транзит-1», в которых руководителями и участниками также являлись ФИО10 и ФИО17

ФИО11 не обладал статусом индивидуального предпринимателя, его совокупный доход исходя из представленных сведений являлся незначительным.

Согласно материалов наследственного дела ФИО11 в его наследственную массу были включены однокомнатная квартира по адресу: 

<

...>, которая не сопоставима по стоимости с предметом спора, а также незначительные денежных суммы на расчетных счетах в банках, какое-либо дорогостоящее имущество им не продавалось, не приобреталось, с учетом изложенного суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что располагать значительной суммой (более 4 000 000,00 руб.) ФИО11 не мог.

Суд первой инстанции обратил внимание, что доказательства осуществления расчетов между ФИО11 и ООО «Ярстрой» за квартиру ранее в материалы дела не представлялись, были представлены в суд спустя три с половиной года с даты начала рассмотрения первого обособленного спора, предметом которого являлась квартира на ул.Охотничьей в г. Ярославле.

Согласно пояснениям ФИО14 и ФИО3 15.05.2013 между ФИО14 и обществом был заключен предварительный договор купли-продажи квартиры № 4 в строении 2 по адресу: г. Ярославль, в квартале, ограниченном ул. Маяковского, ул. Охотничьей

<

...> Парковой, в соответствии с которым стороны договорились о подготовке и заключении в будущем договора купли-продажи квартиры в течение двух месяцев с момента государственной регистрации права собственности за продавцом. Цена квартиры сторонами была определена сторонами в размере 9 317 275,00 руб. Оплата покупателем должна была быть произведена в день подписания предварительного договора путем внесения наличных денежных средств в кассу продавца.

В подтверждение финансовой возможности ФИО14 внести оплату по предварительному договору купли-продажи от 15.05.2013 в материалы представлено два договора купли-продажи квартиры от 18.03.2013. Как утверждают апеллянты, в целях приобретения данной квартиры ФИО14 и ФИО10 были проданы принадлежащее им на праве собственности жилье – квартиры № 5 и № 4 по адресу: 

<

...>, за 4 000 000,00 руб. и 5 500 000,00 руб. соответственно.

Как следует из пункта 3 договоров купли-продажи от 18.03.2013, расчет между сторонами будет произведен полностью в день подписания настоящего договора. Вместе с тем доказательств осуществления расчетов между сторонами сделки не представлено, способ осуществления оплаты покупателями не раскрыт. Более того, ФИО14 должна была получить денежные средства в размере 4 000 000 рублей только за продажу одной квартиры. Продавцом второй квартиры за 5 500 000 рублей согласно договору от 18.03.2013 являлся ФИО10 Доказательств передачи последним денежных средств за продажу квартиры ФИО14 для исполнения ею обязанности по предварительному договору купли-продажи от 15.05.2013 в материалах дела не имеется. Более того, бесспорных доказательств того, что именно денежные средства, полученные в результате продажи двух квартир, были направлены на приобретение нового жилья по прошествии двух месяцев, с учетом необходимости несения расходов на проживание семьи ФИО22 не представлено.

Доказательств наличия иных источников дохода ФИО14, подтверждающих финансовую возможность для совершения крупной сделки, в материалах дела не имеется.

Следовательно, допущенная в оспариваемом определении ошибка об указании даты (15.03.2013 вместо 15.05.2013) не повлияла на правомерность вывода суда первой инстанции о недоказанности ФИО14 финансовой возможности для внесения наличных денежных средств в размере 9 317 275 рублей в кассу ООО «Ярстрой».

Исходя из правоустанавливающих документов в отношении спорного жилого помещения следует, что право собственности ООО «Ярстрой» на объект недвижимости возникло на основании договора долевого участия общества в строительстве № 2 от 25.06.2009, заключенного с ТСЖ «Березовая роща», который был зарегистрирован 20.08.2013, о чем, ФИО17, являясь участником общества, не мог не знать.

Согласно условиям предварительного договора купли-продажи от 15.05.2013, заключенного между ФИО14 и должником, спорная квартира должна была быть передана ФИО14 не позднее 20.10.2013, о чем также должно быть известно ФИО13

Однако 25.08.2014 участниками ООО «Ярстрой» было проведено внеочередное собрание участников общества (ФИО13 и ФИО23), на котором было одобрено всеми участниками заключение договора купли-продажи спорной квартиры ФИО11 за 4 282 000,00 руб. в срок до 30.10.2014.

Суд первой инстанции справедливо отметил, что какого-либо разумного обоснования поведения ФИО13, реально имеющего возможность контроля исполнения обязательств по передаче квартиры ООО «Ярстрой» ФИО14 и имеющего непосредственный интерес в этом, не представлено.

При этом ранее (20.08.2013) между ООО «Ярстрой» и ФИО10 был заключен договор найма, согласно которому в спорной квартире проживали и были зарегистрированы по месту жительства вышеуказанные члены семьи ФИО22. Между тем ФИО17, несмотря на наличие возможности заблокировать принятие любого решения на собрании участников общества, одобряет заключение договора купли-продажи с ФИО11, притом, что участник проживал в спорной квартире и не мог не знать о заключении предварительного договора купли-продажи с его супругой и полной оплате последней стоимости спорной квартиры. 

Необходимость заключения данного договора при условии возможности с 20.08.2013 заключить договор купли-продажи квартиры суду не обоснована. 

Кроме того, суд первой инстанции принял во внимание, что для осуществления регистрации по месту жительства требовалось согласие собственника данного помещения (пункт 49 Приказа МВД России от 31.12.2017 № 984). Следовательно, на момент осуществления регистрации в спорном жилом помещении 05.09.2013 все члены ФИО22, в том числе, ФИО10 и ФИО14, знали о принадлежности спорной квартиры обществу и о наличии возможности передачи данной квартиры в их собственность, однако мер по понуждению ООО «Ярстрой» к заключению договора купли-продажи не предпринимали вплоть до 06.10.2014, что правомерно признано судом первой инстанции неразумным и нелогичным с учетом всех изложенных обстоятельств.

Судебная коллегия поддерживает критическую оценку суда первой инстанции пояснений ФИО22 о том, что, проживая в одном жилом помещении и являясь членами одной семьи ФИО14, ФИО10, ФИО3 не знали о передаче квартиры сначала в собственность ООО «Ярстрой», а затем с согласия ФИО13 в собственность ФИО11, поскольку данная модель поведения является надуманной, не вписывающейся в стандарты обычного поведения людей, имеющих намерение приобрести жилое помещение, за которое были уплачены денежные средств в значительной сумме и имеющие реальную возможность влиять на вторую сторону сделки в целях передачи жилого помещения в собственность ФИО14 либо иного лица по ее указанию.

Заключение соглашения от 09.10.2014 вызывает сомнения в его экономической обоснованности для ФИО11, который к моменту осуществления дарения стал собственником спорной квартиры. Мотивы, побудившие ФИО11 к совершению сделки, по результатам которой он, в отличие от иных её сторон, не получает никакой выгоды, не раскрыты и не подтверждены доказательствами. Более того, ФИО11, принимая по акту приема-передачи от 23.09.2014 квартиру, не мог не узнать о проживании в данном помещении иных посторонних лиц.  

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что из поведения сторон сделок усматриваются признаки отклонения от ожидаемого поведения разумных субъектов гражданского оборота.

В подтверждение факта внесения ФИО14 в кассу ООО «Ярстрой» денежных средств по предварительному договору купли-продажи в материалы дела представлена квитанция приходному кассовому ордеру № 7 от 15.05.2013, о фальсификации которой заявлено конкурсным кредитором ООО «Рыбинский грузовой порт».

По настоящему делу была назначена экспертиза по определению давности составления указанной квитанции, проведение которой было поручено Федеральному бюджетному учреждению Ярославская лаборатория судебной экспертизы Министерства Юстиции Российской Федерации.

12.11.2020 в материалы дела было представлено заключение экспертов ФИО18 и ФИО19 № 71/1-3-3.2, 102/1-3-3.1 от 06.11.2020.

Согласно выводам эксперта ФИО18 оттиск печати ООО «Ярстрой» в данной квитанции нанесен не ранее 2018 года, определить период времени выполнения подписи в строке «Главный бухгалтер» и подписи с расшифровкой в строке «Кассир» в квитанции не представляется возможным.

Эксперт ФИО19 пришел к выводу о том, что установить, в какой период времени был нанесен оттиск печати ООО «Ярстрой» и выполнен печатный текст в указанной выше квитанции не представилось возможным.

В суде первой инстанции ФИО3 было заявлено ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы в связи с наличием противоречий в выводах экспертов ФИО19 и ФИО18, в составлении заключения с нарушением закона. В подтверждение доводов о составлении заключения с нарушением закона ФИО3 были представлены заключения специалиста Межрегиональной общественной организации «Союз криминалистов» ФИО24 № 150-1-1/21 от 15.01.2021 и № 3003-2/21 от 30.03.2021 и негосударственного эксперта ФИО25 № 01/2021 от 26.04.2021.

В судебном заседании 25.03.2021 ФИО24 пояснил, что проверить достоверность выводов экспертов ФИО18 и ФИО19 возможно лишь при наличии данных исследования, которые у него отсутствовали, в связи с чем, проверить достоверность выводов, изложенных в заключении экспертов он не мог.

Экспертом ФИО18 в суде первой инстанции неоднократно представлялись подробные письменные пояснения, в том числе, о том, каким образом ею производился расчет хроматограмм. ФИО18 представлены отзывы на рецензии специалистов (т. 7, л.д. 45-46), в котором доводы, изложенные в заключении эксперта, были поддержаны в полном объеме.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что экспертное заключение соответствуют требованиям статей 82, 83, 86 АПК РФ и содержат все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения, в том числе ход исследования, примененные в ходе экспертизы методики и полученные данные, в связи с чем не усмотрел оснований для назначения повторной судебной экспертизы. 

В ходе производства в суде апелляционной инстанции ФИО3 заявила аналогичное ходатайство о проведении повторной судебной экспертизы. 

Судебной коллегией отклонено заявленное ходатайство ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 87 АПК РФ, о чем вынесено протокольное определение.

Согласно части 2 статьи 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Вместе с тем судебная коллегия обращает внимание на разные подходы и методику исследования экспертов ФИО18 и ФИО19, что характерно для комплексной экспертизы. В силу использования разных методов исследования по всем вопросам, поставленным перед экспертами, исключается возможность наличия противоречий между выводами экспертов, потому как исследования отличаются по характеру совершаемых действий, параметров объектов.

Исследовав представленное в материалы дела экспертное заключение, коллегия судей приходит к выводу, что заключение соответствует требованиям, предъявляемым законом, экспертами полно и всесторонне исследованы представленные по делу доказательства, даны подробные пояснения по вопросам, поставленным на разрешение. Надлежащих доказательств, свидетельствующих о нарушении ФИО18 при проведении исследования требований действующего законодательства не установлено, экспертом описана методика проведенного исследования. Бесспорных доказательств, наличие которых могло бы свидетельствовать о неверно избранной экспертом ФИО18 методики исследования не представлено.

Вопрос о необходимости проведения экспертизы, в том числе повторной, согласно статьям 82 и 87 АПК РФ, относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу, проведение повторной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора. Между тем в рассматриваемом заключении даны полные, конкретные и ясные ответы на поставленные вопросы, не допускающие противоречивых выводов или неоднозначного толкования, следовательно, указанное заключение является допустимым и достоверным доказательством по настоящему делу.

Само по себе несогласие заявителя жалобы с результатами экспертизы и иная оценка исследуемых доказательств не являются основанием для вывода о недостоверности экспертного заключения и назначения повторной экспертизы. При этом определение достаточности и полноты экспертного заключения находится в компетенции суда, разрешающего спор.

Эксперт ФИО18 предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, о чем в экспертном заключении имеется подписка; лица, участвующие в деле, отводов экспертам не заявляли, ФИО18 имеет надлежащую квалификацию; компетентность данного эксперта не опровергнута допустимыми доказательствами. Напротив, в материалы дела представлено письмо ФБУ «Ярославская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации от 20.04.2021 № 434 о том, что уровень образования эксперта ФИО18 соответствует требованиям законодательства. 

Надлежащих доказательств, опровергающих выводы экспертов, не представлено. Выводы специалистов в рецензиях доказательственной базой не подкреплены, в том числе о необходимости точного соответствия значения высот пиков на хроматограммах и в расчетных данных. Представленные рецензии специалистов составлены лицами, не привлеченными к участию в деле, не предупреждавшимся судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, квалификация данных лиц не проверялась в установленном порядке. При этом рецензии специалистов составлены по заказу заинтересованной стороны и отражают частные мнения специалистов, являются письменными доказательствами по делу.

В данном случае суд апелляционной инстанции признает заключение эксперта относимым и допустимым доказательством.

Поступление денежных средств от ФИО14 не отражено в бухгалтерской документации должника, сведения о зачислении денежных средств на счет общества отсутствуют в выписках с расчетных счетов ООО «Ярстрой»

Таким образом, надлежащих доказательств внесения денежных средств в кассу ООО «Ярстрой» ФИО14 в материалы дела не представлено.

Ссылка ФИО3 о немотивированном отклонении судом первой инстанции ходатайства об истребовании у эксперта ФИО18 сведений о значениях высот пиков на изображениях хроматограмм признается несостоятельной, поскольку копии паспортов хроматограмм и спектров с указанием истребуемых заявителем цифровых значений высот пиков уже имеются в материалах дела (т. 6 л.д. 122-133). Соответственно, целесообразность удовлетворения данного ходатайства об истребовании доказательств отсутствовала.

Доводы ФИО17 о том, что на момент совершения сделки, задолженность ООО «ЯрСтрой» перед кредиторами отсутствовала, противоречит вступившему в законную силу постановлению Второго арбитражного апелляционного суда от 11.04.2019, согласно которому договор купли-продажи от 23.09.2014 совершен при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, требования по которым впоследствии были включены в реестр. Доказательств того, что на момент совершения договора дарения 17.10.2014 должник восстановил платежеспособность, не представлено. 

Ссылка ФИО17 на статью 431 ГК РФ отклоняется судебной коллегией, поскольку неопределенности в содержании договора дарения от 17.10.2014 не усматривается. Вопреки позиции апеллянта встречное предоставление по указанному договору дарения отсутствует, поскольку исходя из условий договора денежные средства в размере 9 317 275 рублей внесены ФИО14 в качестве оплаты по предварительному договору купли-продажи от 15.05.2013, в то время как сторонами договора дарения явились ФИО11 и ФИО10, действующий от имени и в интересах несовершеннолетних детей – ФИО17 и ФИО9 Доказательств возмещения ФИО10 денежных средств ФИО14 или заключение между ними договора дарения не представлено, равно как и не представлены доказательства несения расходов ФИО10 на ремонт спорной квартиры, о котором указано в претензии от 06.10.2014. При этом изначально согласно предварительному договору купли-продажи спорная квартира должна была перейти в собственность ФИО14 

Выводы суда апелляционной инстанции, отраженные в постановлении Второго апелляционного арбитражного суда от 11.04.2019 о том, что  между ООО «Ярстрой» и ФИО9 и ФИО17 фактически был заключен договор безвозмездной передачи (дарения) спорной квартиры, оформленный договором купли-продажи от 23.09.2014 и договором дарения от 17.10.2014, о признаках притворности сделок не опровергнуты. 

Представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют о транзитном характере совершенных сделок, поскольку спорный объект недвижимости отчужден в пользу заинтересованного лица – семьи ФИО22 по цепочке сделок в течение непродолжительного периода времени. С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу, что совершение цепочки сделок было направлено на вывод активов должника в преддверии банкротства с помощью формально добросовестного приобретателя во избежание обращения взыскания на имущество должника со стороны его кредиторов. 

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка – сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества.

Таким образом, наличие оснований для признания договора дарения от 17.10.2014 притворной сделкой не опровергнуто её сторонами. 

Доводы о том, что спорное имущество является единственным жильем для семьи ФИО22, отклоняются судом апелляционной инстанции как не имеющие правового значения в рассматриваемом случае.

Статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что исполнительским иммунитетом обладает жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением.

В то же время, исполнительский иммунитет, предусмотренный статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в отношении единственного жилья, не распространяется на приобретателя такого имущества по недействительной сделке или по иному незаконному основанию. Лицо, получившее имущество по недействительной сделке не может признаваться добросовестным приобретателем, а недействительность сделки указывает на отсутствие законного основания владения, пользования и распоряжения вещью.

Доводы ФИО14, ФИО3 и ФИО5 о пропуске срока исковой давности конкурсным управляющим правомерно отклонены судом первой инстанции.

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года. Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных указанным Федеральным законом.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью). При этом в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

В силу абзаца 3 части 2 статьи 126 Закона о банкротстве, руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае, если конкурсный управляющий не получил от бывшего руководителя документы должника и истребовал их в судебном порядке, но фактически не получил, срок исковой давности на оспаривание сделки должника начинает течь с момента фактического обнаружения конкурсным управляющим оснований для оспаривания сделки. Конкурсный управляющий, совершивший действия по истребованию документов должника, считается добросовестным, а срок исковой давности не является пропущенным (Определение Верховного суда РФ от 05.02.2016 № 304-ЭС14-5681(7) по делу № А46-1949/2013).

Процедура конкурсного производства в отношении должника введена и конкурсный управляющий имуществом должника утвержден 27.07.2017 (резолютивная часть от 24.07.2017).

В нарушение требований пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве последний руководитель должника ФИО26 в течение трех дней с даты утверждения ФИО12 конкурсным управляющим не передал ему какой-либо документации должника, что подтверждается решением Арбитражного суда Ярославской области от 13.05.2019 по делу № А82-3245/2019.

Из общедоступных сведений конкурсному управляющему стало известно, что спорная квартира принадлежит на праве собственности не ФИО11, а ФИО17 и ФИО9, однако получить информацию об основаниях перехода права собственности конкурсный управляющий был не вправе. Так, согласно действующей ранее редакции Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» на момент подачи настоящего заявления сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости, о дате получения органом регистрации прав заявления о государственном кадастровом учете и (или) государственной регистрации прав и прилагаемых к нему документов, о содержании правоустанавливающих документов, обобщенные сведения о правах отдельного лица на имеющиеся или имевшиеся у него объекты недвижимости, а также сведения в виде копии документа, на основании которого сведения внесены в Единый государственный реестр недвижимости, сведения о признании правообладателя недееспособным или ограниченно дееспособным предоставляются только ограниченному кругу лиц, к числу которых арбитражный управляющий относился исключительно в случае, если запрашивал сведения об объектах недвижимости, принадлежащих должнику.

Судебная коллегия обращает внимание, что предоставление права арбитражному управляющему получать вышеназванные сведения о принадлежавших должнику объектах недвижимости появилось с момента введения в действие Федерального закона от 30.04.2021 № 120-ФЗ.

Следовательно, на дату подачи заявления о признании договора купли-продажи от 23.09.2014 недействительным конкурсный управляющий не знал о заключении договора дарения от 17.10.2014.

Об обстоятельствах взаимосвязанности сделок стало известно в процессе рассмотрения спора о признании недействительным договора купли-продажи от 23.09.2014. 

Безвозмездная передача спорного имущества от ФИО11 внукам ФИО13 конкурсным управляющим предполагалась, в связи с чем по ходатайству конкурсного кредитора определением Арбитражного суда Ярославской области от 22.05.2018 истребованы сведения из Росреестра о правоустанавливающих документах на спорную квартиру. 

Ответ Росреестра № 15-09/11770 поступил в материалы дела 20.08.2018.

Доказательств того, что ранее указанной даты конкурсному управляющему было известно о заключении договора дарения между ФИО11 и ФИО17 и ФИО9, в материалах дела не имеется.

С учетом подачи конкурсным управляющим настоящего заявления 16.04.2019 судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о соблюдении заявителем срока исковой давности, в связи с чем спор обоснованно рассмотрен по существу. 

Признав сделку недействительной (ничтожной) на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, суд первой инстанции не вышел за пределы заявленных требований и действовал в пределах предоставленных законодательством полномочий, так как при рассмотрении требования о признании сделки недействительной суды вправе оценить ее на предмет ничтожности в пределах установленных фактических обстоятельств. Суд не допустил нарушение прав одаряемых, поскольку они были привлечены к участию в рассмотрении спора, имели возможность пользоваться процессуальными правами, в том числе, правом на представление доказательств своей позиции.

Нарушение судом первой инстанции срока направления оспариваемого определения суда путем размещения его в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» не может являться основанием для отмены судебного акта, поскольку не привело к принятию неправильного решения. При этом ограничения и нарушения прав ФИО17 не раскрыты перед апелляционной инстанцией и из материалов дела не усматриваются. Так, апелляционная жалоба ФИО17 подана в установленный законом срок. Судебная коллегия отмечает, что срок на обжалование судебного акта исчисляется с даты изготовления судебного акта в полном объеме, при этом в десятидневный срок, установленный частью 3 статьи 223 АПК РФ не включаются нерабочие дни (часть 3 статьи 113 АПК РФ). Апелляционные жалобы ФИО22 приняты к производству и рассмотрены по существу судом апелляционной инстанции.

Иные доводы заявителей жалоб судом апелляционной инстанции проверены и подлежат отклонению, как противоречащие материалам дела, установленным по делу фактическим обстоятельствам, основанные на неверном толковании норм права и не опровергающие законности принятого по делу судебного акта.

С учетом изложенного основания для отмены или изменения обжалуемого судебного акта по приведенным в жалобах доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Поскольку производство по апелляционной жалобе ООО «Рыбинский грузовой порт» подлежит прекращению, то в соответствии со статьей 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации уплаченная обществом государственная пошлина по апелляционной жалобе в сумме 3000 рублей подлежит возврату из федерального бюджета.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционным жалобам относятся на заявителей жалоб ФИО17 и ФИО3

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

отказ общества с ограниченной ответственностью «Рыбинский грузовой порт» от апелляционной жалобы принять; производство по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «Рыбинский грузовой порт» на определение Арбитражного суда Ярославской области от 03.12.2021 по делу № А82-3934/2015 прекратить; возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Рыбинский грузовой порт» из федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины, уплаченной платежным поручением от 08.12.2021 № 829.

Определение Арбитражного суда Ярославской области от 03.12.2021 по делу № А82-3934/2015 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО3, ФИО17 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий 

 

Судьи

 

Е.Н. Хорошева

 

Н.А. Кормщикова

 

Е.В. Шаклеина