Дело № А43-12317/2021

25 января 2024 года

г. Владимир

 

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 января 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 января 2024 года.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Евсеевой Н.В.,

судей Волгиной О.А., Кузьминой С.Г., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 24.11.2023 по делу № А43-12317/2021, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Торгового дома «Жемчужина Поволжья» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО3 к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности,

при участии в судебном заседании: от заявителя (ФИО2) – представителя ФИО4 по доверенности от 14.04.2022 серии 52АА № 5295706 сроком действия три года, установил следующее.

 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Торгового дома «Жемчужина Поволжья» (далее – ООО ТД «Жемчужина Поволжья», должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий ФИО3 (далее – ФИО3, конкурсный управляющий) с заявлением о привлечении ФИО2 (далее – ФИО2) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ТД «Жемчужина Поволжья».

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 24.11.2023 удовлетворил заявление конкурсного управляющего, признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ТД «Жемчужина Поволжья», вопрос об установлении размера субсидиарной ответственности приостановил до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указал, что оснований и фактов для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности в заявлении конкурсного управляющего не изложено, подтверждающие документы отсутствуют. Пояснил, что конкурсный управляющий и кредитор – общество с ограниченной ответственностью «Мегамарт» (далее – ООО «Мегамарт», кредитор), обладали полной информацией о финансовом состоянии должника до стадии введения наблюдения, в период наблюдения и на дату введения конкурсного производства, что подтверждается фактическим обменом информации посредством электронной почты через представителя ФИО4, по запросам конкурсного управляющего в электронном виде была представлена исчерпывающая информация о финансовом состоянии должника. По мнению заявителя апелляционной жалобы, доводы конкурсного управляющего о наличии у должника запасов на сумму 32 015 тыс. руб. несостоятельны, так как это склад брака готовой продукции, акт инвентаризации был направлен по запросу конкурсного управляющего в 2021 году, все документы были направлены в электронном виде, как они сформированы в системе программы бухгалтерского учета, после введения конкурсного производства конкурсному управляющему были переданы запрашиваемые документы на бумажных носителях, также документация о трудовом стаже бывших работников должника в полном объеме. Считает доводы конкурсного управляющего о нераспределенной прибыли в размере 34 433 тыс. руб. также несостоятельными, поскольку данные чистые активы находятся в пассиве баланса и не могут быть распределены как прибыль, согласно отчету о финансовых результатах в строках «2120» и «2100» отражен убыток, следовательно, сумму в размере 34 433 тыс. руб. нельзя считать нераспределенной прибылью. Кроме того, сослался на то, что с даты подачи ООО «Мегамарт» заявления о признании должника банкротом ситуация с имуществом и финансовое состояние должника не изменились. Также отметил, что недвижимое имущество в собственность не приобреталось и не отчуждалось, поступающие на расчетный счет денежные средства в процессе хозяйственной деятельности использовались для хозяйственной деятельности, все сделки имели экономическое основание, не противоречили уставным документам, сделок по отчуждению имущества не производилось; задолженность по налогам и сборам отсутствует, в отношении должника и ФИО2 не имеется административных наказаний по неисполнению обязанности по уплате налогов и сборов, не возбуждены проверки со стороны налоговых органов; реестр требований кредиторов не изменился, текущие обязательства возникли с момента введения процедуры наблюдения 28.08.2021 и связаны исключительно с процедурой банкротства. Считает, что имеются объективные факты злоупотребления правом со стороны конкурсного управляющего в связи с подачей ходатайств о продлении срока конкурсного производства, что увеличило размер текущих обязательств. Кроме того, указал, что частично не переданные документы должника ФИО2 коренным образом не изменили финансовый статус должника на протяжении процедуры банкротства, вместе с тем конкурсным управляющим не представлены доказательства принятия мер по получению документов должника, в то время как конкурсный управляющий извещен о том, что документы должника находились по месту проживания ФИО2 на дату рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Заявитель полагает, что сам по себе факт неисполнения исполнительного листа должником о взыскании задолженности по договору поставки в пользу ООО «Мегамарт» не является объективной причиной банкротства при наличии фактов отсутствия налоговых задолженностей, неисполненных требований налогового органа, неисполненных обязательств перед работниками по выплате заработной платы и иных обязательственных выплат, задолженности перед иными третьими лицами по наступившим обязательствам. С учетом изложенного, заявитель считает, что отсутствуют факты и причинно-следственная связь между действиями (бездействием) контролирующего должника лица и фактически наступившим объективным банкротством. 

В дополнительных пояснениях к апелляционной жалобе заявитель указал, что конкурсный управляющий, выявив факт не пополнения  конкурсной массы средствами в размере 32 015 000 руб., не принял мер к охране имущества, описи, не выезжал и не мог видеть это имущество. Кроме того, отметил, что конкурсным управляющим не приняты меры по истребованию документов у должника, что еще раз подтверждает фактическое бездействие конкурсного управляющего. 

Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе с дополнениями.

Кредитор – ООО «Мегамарт», в отзыве на апелляционную жалобу указал на несостоятельность доводов апелляционной жалобы, просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Отметил, что ФИО2 не переданы истребованные документы и доказательства, в том числе первичная документация по хозяйственной деятельности должника, копия программы 1С, информация предоставляется ФИО2 в формате исключительно в редактируемых форматах exel, pdf и пр., без подписей и печатей, принимая во внимание отсутствие оригиналов документов, представленные доказательства являются не допустимыми и не могут быть приняты судом, представленная информация является недостоверной. Кроме того, кредитор полагает, что  руководителем должника умышленно скрыто имущество должника, которое после реализации могло быть направлено на расчет с кредиторами и погашение текущих расходов должника, также  ФИО2 не осуществлял действия по взысканию дебиторской задолженности, что является самостоятельной причиной для привлечения его к субсидиарной ответственности. Просит учесть доводы ООО «Мегамарт», приведенные в письменных пояснениях, возражениях, данных в суде первой инстанции, а также в отзыве на апелляционную жалобу ФИО2

Конкурсный управляющий в отзыве на апелляционную жалобу указал на несостоятельность доводов апелляционной жалобы, просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, а также рассмотреть апелляционную жалобу в свое отсутствие. Считает, что между бездействием ФИО2 и невозможностью погашения требований кредиторов имеется причинно-следственная связь, что влечет привлечение его к субсидиарной ответственности. Привел аналогичные доводы, изложенные кредитором в отзыве на апелляционную жалобу.

Представитель ФИО2 в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе с дополнительными пояснениями, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. Пояснил, что документы, приложенные к дополнительным пояснениям к апелляционной жалобе, имеются в материалах дела.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, отзыв на апелляционную жалобу не представили, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позицию заявителя, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Нижегородской области от 16.12.2021 ООО ТД «Жемчужина Поволжья» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3

Определением суда от 02.07.2021 в реестр требований кредиторов должника включены требования ООО «Мегамарт» в размере 1 400 594 руб. 72 коп.

На основании сведений из Единого государственного реестра юридических лиц конкурсным управляющим установлено, что в период с 03.03.2014 по 12.12.2021 полномочия единоличного исполнительного органа ООО ТД «Жемчужина Поволжья» осуществлял ФИО2

Предметом заявления конкурсного управляющего является требование о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий сослался на статью 61.11 Закона о банкротстве и указал на неисполнение ФИО2 обязанности по передаче всех документов должника, в том числе бухгалтерской и иной документации должника, отражающей информацию о распределении прибыли предприятия, о дебиторской задолженности, запасов предприятия или информации о них конкурсному управляющему, что лишило его возможности пополнить конкурсную массу для расчетов с кредиторами.

Повторно изучив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002                         № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Из содержания пунктов 1, 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве следует, что конкурсный управляющий вправе обратиться с заявлением о привлечении бывшего руководителя и участника должника к субсидиарной ответственности в пределах предоставленных полномочий. 

 

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Из совокупного толкования положений пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве,  пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – 

постановление

 № 53), необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо, в том числе являлось руководителем должника.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО2 в период с 03.03.2014 по 12.12.2021 являлся контролирующим должника лицом, что заявителем апелляционной жалобы не оспаривается.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

В силу пункта 2  статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если:

 документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве); 

документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункт 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). 

Пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве установлено, что с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника. Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Установленная статьей 126 Закона о банкротстве безусловная обязанность бывшего руководителя должника передать конкурсному управляющему все документы (бухгалтерскую и иную документацию) должника предопределяет процессуальную возможность истребования в принудительном порядке указанной документации. Указанной обязанности корреспондирует обязанность руководителя юридического лица в период осуществления им соответствующих полномочий обеспечивать сохранность имущества и документации должника, что вытекает из существа и смысла законоположений, устанавливаемых Гражданским кодексом Российской Федерации, Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью», Федеральным законом «О бухгалтерском учете».

Поскольку в силу положений пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве передача конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации является обязанностью руководителя предприятия, исполнявшего обязанности на момент утверждения конкурсного управляющего, то и обязанность доказывания надлежащего исполнения данной обязанности, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лежит на бывшем руководителе должника.

В пункте 2 статьи 129 Закона о банкротстве на конкурсного управляющего возложена обязанность по принятию в ведение имущества должника, проведению его инвентаризации и оценки, по принятию мер по обеспечению сохранности имущества должника, по проведению анализа его финансового состояния, по предъявлении к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании, по предъявлении возражений относительно требований кредиторов, предъявленных к должнику, по принятию мер, направленных на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц.

Для осуществления своих обязанностей арбитражному управляющему необходимо иметь бухгалтерскую и иную документацию должника.

Бухгалтерская документация, касающаяся дебиторской задолженности должника, необходима конкурсному управляющему для предъявления требований о погашении задолженности дебиторам должника и пополнении за счет этих действий конкурсной массы. Отсутствие данной документации существенно уменьшает возможности пополнения конкурсной массы.

В свою очередь, Федеральным законом от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете) обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета возложена на руководителя экономического субъекта.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона.

Таким образом, неисполнение руководителем должника возложенной Законом о банкротстве обязанности либо ее исполнение не в полном объеме, а именно: непередача документации должника конкурсному управляющему, препятствует осуществлению конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей, в том числе, по выявлению, инвентаризации и реализации имущества должника в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов в установленные сроки, препятствует формированию конкурсной массы и наиболее полного удовлетворения требований кредиторов.

Смысл презумпций, закрепленных в подпунктах 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, состоит в том, что если лицо, контролирующее должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов (пункт 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом 10.06.2020).

Как разъяснено в пункте 24 постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее: заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) через суд исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Из анализа указанных норм права и разъяснений высшей судебной инстанции следует, что наличие у руководителя должника истребуемых документов предполагается. Вместе с тем, для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по данному основанию заявителю необходимо доказать как факт уклонения контролирующего должника лица от передачи документации управляющему, так и факт наличия последствий такого поведения – невозможности либо затруднительности проведения процедур банкротства.

Производство по делу о банкротстве должника возбуждено судом 21.04.2021, определением суда от 28.06.2021 (резолютивная часть) введена процедура наблюдения, решением суда от 13.12.2021 (резолютивная часть) должник признан несостоятельным (банкротом).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, поскольку обязанность по передаче конкурсному управляющему документов и материальных ценностей ФИО2 в досудебном порядке надлежащим образом не исполнена, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением об истребовании бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей у бывшего руководителя должника ФИО2

Определением от 20.06.2022, с учетом постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2022 и частичного отказа конкурсного управляющего от требований, суд обязал ФИО2 передать конкурсному управляющему: базу программы 1С или ее аналога на электронных носителях (жесткие диски; компьютеры и т.п.); расшифровку расчетов с дебиторами по статье «расчеты с персоналом по прочим операциям»; расшифровку авансов, выданных поставщикам и подрядчикам, обоснованность авансов; расшифровку финансовых вложений; книги покупок и продаж, авансовые отчеты, кассовые книги и отчеты; список дебиторов с указанием размера дебиторской задолженности по каждому дебитору на текущую дату, а также соответствующие подтверждающие первичные бухгалтерские документы; акты инвентаризации имущества и финансовых обязательств, инвентаризационные ведомости (в том числе акций, облигаций, ценных бумаг) по установленным формам; документы и сведения по выдаче авансов подотчетным лицам, а также авансовые отчеты подотчетных лиц; гражданско-правовые сделки, заключенные с юридическими лицами, физическими лицами и индивидуальными предпринимателями за период с 03.03.2014 по настоящее время; полный перечень имущества должника, в том числе имущественных прав на текущую дату.

Данные судебные акты в силу статей 16, 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются обязательными и имеют преюдициальное значение, констатируя факт неисполнения ФИО2 обязанности по передаче документов должника.

Суд первой инстанции,  принимая во внимание отсутствие двухсторонних актов приема-передачи документов, а также то, что  представитель в судебном заседании факт неисполнения обязанности по передачи документации общества в полном объеме подтвердил, в частности указал на непередачу документов общества за период с 2014 по 2016 годы,  установив, что часть информации направлена посредством электронной почты в виде файлов, не имеющих подписей и печатей, а также допускающих возможность их свободной корректировки, пришел к правомерному выводу о том, что  материалы дела бесспорно подтверждают неисполнение ФИО2 обязанности по передаче всей документации должника, в том числе указанной в вышеназванных судебных актах.

При этом судом первой инстанции установлено, что из бухгалтерского баланса должника за 2020 год, то есть за период, предшествующий возбуждению дела о банкротстве, следует, что дебиторская задолженность составляла – 2 161 000 руб., денежные средства и денежные эквиваленты – 257 000 руб., запасы 32 015 000 руб., кроме того, указано на наличие нераспределенной прибыли в размере 34 433 000 руб. 

Доказательства недостоверности бухгалтерской отчетности в материалах дела отсутствуют, более того, представитель ответчика в ходе судебного заседания в суде первой инстанции подтвердил достоверность данных, отраженных в бухгалтерской отчетности.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 14 Закона о бухгалтерском учете, пунктом 32 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29.07.1998 № 34н, Положением по бухгалтерскому учету «Бухгалтерская отчетность организации» (ПБУ 4/99), утвержденного приказом Министерства финансов Российской Федерации от 06.07.1999 № 43н,  суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что в результате бездействия ФИО2 конкурсная масса не пополнена материальными ценностями стоимостью 32 015 000 руб., судьба которых не известна.

Кроме того, как  указывает конкурсный управляющий и установлено судом первой инстанции, представленной ответчиком части документов и имеющихся выписок по расчетным счетам в отсутствие договоров с контрагентами, списка дебиторов, базы программы 1С и иных документов, указанных в определении суда от 20.06.2022, явно недостаточно для взыскания указанной в бухгалтерском балансе дебиторской задолженности в сумме 2 161 000 руб., имеющиеся у конкурсного управляющего документы не позволили ему выявить должников общества, доказательства обратного ответчиком в материалы дела не представлены.

Ссылка ответчика на то, что указанная в бухгалтерском балансе нераспределенная прибыль в размере 34 433 000 руб. учтена в разделе пассивов, также обоснованно отклонена судом первой инстанции, в связи с тем, что в соответствии с пунктом 83 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29.07.1998 № 34н,  нераспределенная прибыль – это конечный финансовый результат, выявленный за отчетный период, за минусом причитающихся за счет прибыли установленных в соответствии с законодательством Российской Федерации налогов и иных аналогичных обязательных платежей, включая санкции за несоблюдение правил налогообложения. Представитель ответчика, в свою очередь, подтвердил достоверность бухгалтерской отчетности, отчет о финансовых результатах за 2020 год также свидетельствует о чистой прибыли общества в размере 92 000 руб. 

По результатам надлежащей оценки представленных в материалы дела доказательств суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что представление всей необходимой информации относительно только дебиторской задолженности являлось бы достаточным для погашения требования  единственного кредитора должника – ООО «Мегамарт»,  в размере 1 400 594 руб. 72 коп., включенного в реестр требований кредиторов ООО ТД «Жемчужина Поволжья». 

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание невыполнение ФИО2 обязанности по передаче всей документации и товарно-материальных ценностей конкурсному управляющему должника при прекращении полномочий единоличного исполнительного органа должника и отсутствие бесспорных и надлежащих доказательств невозможности совершения такой передачи по объективным и независящим от ФИО2 причинам, учитывая, что в результате бездействия ФИО2 конкурсный управляющий не имел возможности сформировать конкурсную массу, которая не пополнена материальными ценностями в размере 32 015 000 руб., наличие доказательств того, что надлежащее исполнение руководителем обязанности по передаче документов позволило бы привлечь в конкурсную массу должника денежные средства путем взыскания дебиторской задолженности, указанной в бухгалтерском балансе в сумме 2 161 000 руб., установив причинно-следственную связь между бездействием ФИО2 и невозможностью погашения требований кредитора, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ТД «Жемчужина Поволжья».

В соответствии с положениями пункта 11 статьи 61.11, пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, статей 143-145 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд приостановил производство по вопросу об установлении размера субсидиарной  ответственности ФИО2 до окончания расчетов с кредиторами.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Доводы заявителя жалобы являются аналогичными доводам, указанным в суде первой инстанции, которым судом дана надлежащая правовая оценка. С указанной оценкой обстоятельств дела суд апелляционной инстанции соглашается, признает их правомерными и соответствующими представленным в дело доказательствам. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Иная оценка заявителем апелляционной жалобы обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела.

Доводы заявителя жалобы о том, что конкурсный управляющий обладал полной информацией о финансовом состоянии должника как до стадии введения наблюдения, так и на дату введения конкурсного производства, а ситуация с имуществом и финансовое состояние должника не изменились, равно как и утверждение заявителя апелляционной жалобы о том, что частично не переданные документы должника коренным образом не изменили финансовый статус должника на протяжении процедуры банкротства, подлежат отклонению. 

В материалы дела вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено бесспорных доказательств исполнения ФИО2 обязанности по передаче всей документации и материальных ценностей должника. 

Из материалов дела следует, что на момент рассмотрения настоящего заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности вступившие в законную силу судебные акты и требования конкурсного управляющего должником не исполнены, доказательства передачи истребуемых документов и сведений в полном объеме должником конкурсному управляющему отсутствуют. Отсутствие у конкурсного управляющего запрашиваемых документов и сведений существенно затруднило исполнение возложенных на него обязанностей, в том числе по формированию конкурсной массы и, как следствие, погашение требований кредиторов.

При этом позиция ФИО2 о непредставлении конкурсным управляющим, извещенного о месте нахождении документов, доказательств о принятии мер по получению документов должника, опровергается материалами дела, в том числе вступившими в законную силу судебными актами по обособленному спору об истребовании документации общества, материальных и иных ценностей. 

Кроме того, материалами дела достоверно подтверждается факт того, что конкурсный управляющий в ходе исполнения своих обязанностей осуществил все возможные действия по формированию конкурсной массы, в том числе обращался к ФИО2 с запросами о предоставлении документации, однако непредставление документации привело к невозможности ее формирования. 

Более того, действующее законодательство не возлагает на конкурсного управляющего обязанности направлять требования о предоставлении документов, в то же время Закон о банкротстве обязывает контролирующих должника лиц передать конкурсному управляющему документацию должника.

Также судом апелляционной инстанции отклоняются доводы заявителя о наличии в действиях конкурсного управляющего признаков злоупотребления правом.

Согласно положениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи, суд, арбитражный суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц.

Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными и признаются злоупотреблением правом. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Таким образом, по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм, для признания действий каких-либо лиц злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел таких лиц был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной их целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Коллегия судей не усматривает в действиях конкурсного управляющего признаков злоупотребления правом.

Материалами дела не подтверждается наличие у конкурсного управляющего умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Утверждение заявителя о бездействии со стороны конкурсного управляющего, выразившегося в не совершении действий по пополнению конкурсной массы не могут быть приняты в качестве оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем отклоняется судом апелляционной инстанции. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что ФИО2 не лишен права обратиться к конкурсному управляющему с самостоятельными требованиями об обжаловании его действий (бездействий) или возмещении убытков при наличии на то законных оснований.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что материальными ценностями на сумму 32 015 000 руб., указанными в строке «запасы» бухгалтерского баланса, является бракованная продукция, а также этикетки, бутылки, пробки, не подтверждены надлежащими доказательствами и являются голословными. Данный довод рассмотрен судом первой инстанции и мотивированно отклонен.

Так, в обжалуемом судебном акте суд первой инстанции установил, что в представленном ответчиком акте инвентаризации от 30.11.2021 № 1  указано на наличие товара: масло подсолнечное рафинированное «Солнце мое» 0,6л в количестве 61 954 бутылки общей стоимостью 31 396 838 руб. 09 коп.; судьба данной продукции ответчиком не раскрыта, факт ее утилизации, уничтожения, реализации или иного выбытия ничем не подтвержден. При этом  суд правомерно указал, что даже продукция с браком имеет материальную ценность и при ее передаче конкурсному управляющему она могла быть реализована. С учетом зафиксированных в протоколе пояснений ответчика о прекращении выпуска продукции с декабря 2020 года данные позиции не могли быть израсходованы в производственной деятельности.

На вопрос суда апелляционной инстанции, какие обстоятельства не позволили ответчику обеспечить доступ конкурсного управляющего к данной продукции  в целях определения объема товара, годности товара к реализации либо установления факта того, что товар является бракованным, представитель ответчика указал на списание товара и его последующую утилизацию, а также использование товара в производственной деятельности. Между тем акты перемещения товара в склад бракованной продукции, акты списания и утилизации товара, в материалах дела отсутствуют. Какая-либо произведенная  продукция конкурсному управляющему не передана, доказательства реализации продукции на указанную сумму не представлены. 

Отсутствие первичных документов не подтверждают факт списания запасов, а также не подтверждают обоснованность их списания, поскольку не представлены документы, подтверждающие формирование цены списанных запасов, не представлены доказательства, свидетельствующие о том, каким образом списанные запасы были утилизированы.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии надлежащих доказательств того, что материальных ценностей, указанных в строке  бухгалтерского баланса общества за 2020 год «запасы», не существовало либо они были утрачены.

В рассматриваемом случае имеются надлежащие доказательства, свидетельствующее о том, что отсутствие документации в отношении имеющихся запасов должника существенно затруднило проведение процедуры конкурсного производства должника, и не позволило сформировать конкурсную массу.

Таким образом, судом первой инстанции исходя из конкретных фактических обстоятельств спора верно установлена совокупность условий наступления субсидиарной ответственности ответчика по обязательствам должника.

Доводы заявителя об отсутствии его вины в невозможности полного погашения требований кредиторов подлежат отклонению судом.

В пункте 18 постановления от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

В материалы дела не представлено документально подтвержденных сведений о том, что бухгалтерские и иные документы, необходимые для формирования конкурсной массы, могли отсутствовать в распоряжении ФИО2 и это было вызвано объективными причинами, находящимися вне его ответственности.

Утверждение заявителя о том, что увеличение размера текущих обязательств до 706 905,07 руб. связано с действиями (бездействием) конкурсного управляющего и его ходатайствами о продлении конкурсного производства вопреки обстоятельствам и фактам финансового состояния должника в процедуре банкротства, а также иные доводы относительно бездействия конкурсного управляющего, не могут быть приняты в качестве оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем отклоняется судом апелляционной инстанции. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что лица, участвующие в деле, не лишены права обратиться с самостоятельными требованиями об обжаловании его действий (бездействий) при наличии на то законных оснований.

Ссылка заявителя на частичное исполнение договора поставки от 17.01.2020 не имеет правого значения для рассмотрения настоящего обособленного спора.

Иные доводы заявителя жалобы судом апелляционной инстанции также проверены и подлежат отклонению как несостоятельные.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на определение по данной категории дел не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 24.11.2023 по делу № А43-12317/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий судья

 

Н.В. Евсеева

 

Судьи

 

О.А. Волгина

 

С.Г. Кузьмина