АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4301/20 

Екатеринбург

23 августа 2024 г.

 

Дело № А07-23202/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 20 августа 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 августа 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О.Н.,

судей Шавейниковой О.Э., Соловцова С.Н.,

при ведении протокола помощником судьи Абросимовой К.Д. с использованием системы веб-конференции рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.02.2024 по делу № А07-23202/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 10.01.2023 серии 77АД № 2656153, паспорт). 

 

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.11.2020 общество с ограниченной ответственностью «Тарасовскнефтегазстрой» (далее – общество «ТНГС», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО3 (далее – конкурсный управляющий).

ФИО1 (далее – заявитель, податель кассационной жалобы) 28.09.2022 обратилась в арбитражный суд с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего, выразившиеся в непринятии мер по исключению из реестра требований кредиторов должника требований кредитора ФИО4 в части задолженности, исполнение которой фактически получено от закрытого акционерного общества «Грант» (далее – общество «Грант»), обеспечению конкурсным кредитором ФИО4 возможности исполнения им обязательств по договору цессии от 10.08.2012, прекращению обязательственных отношений должника со ФИО4 ввиду отсутствия объекта договора цессии. ФИО1 также заявлено требование об отстранении конкурсного управляющего (с учетом уточнения требований, принятых судом в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.02.2024 в удовлетворении требований ФИО1 отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2024 определение суда первой инстанции оставлено без изменения. 

Не согласившись с указанными судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении ее требований. 

Податель кассационной жалобы указывает, что установленный договором цессии от 10.08.2012 механизм расчетов и передачи требования позволил ФИО4 одновременно быть кредитором и должника, и общества «Грант», получая от последнего исполнение требования, передача которого обещана должнику. В рассматриваемом случае ФИО4, получая исполнение от общества «Грант», фактически уменьшает размер требований должника к нему, не уменьшая цены его продажи, что свидетельствует о его недобросовестном поведении и нарушении прав общества «ТНГС» и его кредитора ФИО1 Судами не учтено, что в рамках дела о банкротстве общества «Гарант» требования ФИО4 погашены на 47,61 %. Ссылаясь на указанные обстоятельства, ФИО1 неоднократно обращалась к конкурсному управляющему с требованиями о принятии мер, направленных на устранение нарушения прав должника, однако никакие меры конкурсным управляющим приняты не были. Совершение действий по отказу от договора цессии по приводимым заявителем основаниям находится исключительно в компетенции конкурсного управляющего, обращение с подобным требованием к ФИО4 соответствовало бы целям и задачам конкурсного производства, а также интересам должника и его кредиторов. Помимо этого, заявитель отмечает, что суды необоснованно отклонили его доводы о заинтересованности конкурсного управляющего и ФИО4, признав несостоятельной ссылку на то, что интересы указанных лиц в разных делах представляют одни и те же представители, а их процессуальные документы направляются одним лицом.

Конкурсный управляющий в отзыве на кассационную жалобу просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения. Отзыв приобщен к материалам дела в порядке, предусмотренном статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В приобщении дополнительных документов, приложенных к отзыву, отказано, поскольку в силу положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции не вправе принимать и исследовать новые доказательства по делу. Ввиду того, что дополнительные документы поданы в электронном виде через систему подачи документов «Мой арбитр», таковые возвращению на бумажном носителе не подлежат. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 22.10.2012 по делу № А81-5900/2009 общество «Грант» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 24.05.2010 по делу № А81-5900/2009 требование ФИО4 в сумме 26 651 873 руб. 49 коп. включено в третью очередь реестра требований кредиторов общества «Грант».

В последующем между обществом «ТНГС» (цессионарий) и ФИО4 (цедент) заключен договор уступки прав (цессии) от 10.08.2012, по условиям которого цедент уступил, а цессионарий принял право требования к обществу «Грант» в сумме 26 651 873 руб. 49 коп., подтвержденное определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 24.05.2010 по делу № А81-5900/2009. Условиями договора уступки прав (цессии) от 10.08.2012 предусмотрено, что в качестве оплаты за уступаемое право цессионарий обязуется оплатить цеденту 26 000 000 руб. При этом право требования за уступаемое право переходит от цедента к цессионарию после его полной оплаты. 

Общество «ТНГС» произвело оплату по договору уступки прав (цессии) от 10.08.2012 частично на сумму 10 036 092 руб. 87 коп.

Вступившим в законную силу решением Дмитровского городского суда Московской области от 05.02.2014 с общества «ТНГС» в пользу ФИО4 взыскана задолженность по договору цессии в сумме 16 966 730 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 943 013 руб. 01 коп., судебные расходы в сумме 60 000 руб.; в удовлетворении встречного иска общества «ТНГС» о расторжении договора цессии отказано. 

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.07.2014 по делу № А07-20502/2013 в отношении общества «ТНГС» введена процедура конкурсного производства. Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17.10.2014 по этому же делу требование ФИО4 в сумме 18 594 067 руб. 97 коп. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.02.2016 по делу № А07-20502/2013 утверждено мировое соглашение, производство по делу о банкротстве должника прекращено. Задолженность перед ФИО4 не погашена, кредитору для принудительного взыскания выдан исполнительный лист. 

Общество «ТНГС» неоднократно предпринимало попытки расторгнуть договор уступки прав (цессии) от 10.08.2012. 

Решением Черемушкинского районного суда г. Москвы от 21.11.2018 по делу № 02-5548/2018 в удовлетворении требований общества «ТНГС» о признании договора уступки прав требования расторгнутым отказано ввиду отсутствия у него права на односторонний отказ от исполнения условий договора цессии. Суд также указал, что, поскольку право требования за уступаемое право переходит от цедента к цессионарию после его полной оплаты, право требования обществу «ТНГС» не перешло.

Решением Черемушкинского районного суда г. Москвы по делу № 2-3012/20 в удовлетворении требований общества «ТНГС» о признании договора цессии расторгнутым в связи с частичным удовлетворением требований кредитора ФИО4 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества «Грант» отказано по аналогичным основаниям.

Определением Черемушкинского районного суда г. Москвы от 16.02.2021 по делу № 2-1131/21 по исковому заявлению общества «ТНГС» к ФИО4 о расторжении договора уступки права требования в связи с частичным погашением задолженности обществом «Грант» прекращено. 

Ссылаясь на то, что ФИО4 в деле о банкротстве общества «Гарант» продолжает получать удовлетворение требований, подлежащих передаче должнику по договору уступки прав (цессии) от 10.08.2012, в связи с чем должник уже не получит право требования к обществу «Грант» в том объеме, на который он рассчитывал при заключении договора цессии, при этом ФИО4 продолжает оставаться кредитором должника, ФИО1 обратилась в арбитражный суд с жалобой на бездействие конкурсного управляющего. По мнению заявителя, конкурсный управляющий должен принять меры к отказу от договора цессии от 10.08.2012 и исключению требования ФИО4 из реестра требований кредиторов должника. 

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности незаконного бездействия конкурсного управляющего, нарушения им норм Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), прав должника и кредитора ФИО1 Суд апелляционной инстанции с данным выводом согласился, при этом суды руководствовались следующим. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных названным Законом, между ним и должником, жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда в рамках дела о банкротстве должника не позднее чем через месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено указанным Законом.

По смыслу приведенной нормы, кредиторам предоставлена возможность защиты своих прав и законных интересов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий и восстановления нарушенных прав.

При этом признание судом незаконными конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего возможно при установлении факта нарушения такими действиями арбитражного управляющего определенных прав и законных интересов заявителя жалобы, а также предполагает устранение, прекращение этих незаконных действий и, соответственно, восстановление нарушенных прав кредитора.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, возложенных на арбитражного управляющего в соответствии с Законом о банкротстве или федеральными стандартами, является основанием для отстранения арбитражным судом арбитражного управляющего от исполнения данных обязанностей по требованию лиц, участвующих в деле о банкротстве (пункт 1 статьи 20.4 Закона о банкротстве).

Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если вменяемыми в вину неправомерными, недобросовестными или неразумными действиями (бездействием) арбитражного управляющего действительно нарушены те или иные права и законные интересы подателя жалобы.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания распределяется следующим образом: лицо, обратившееся с жалобой, обязано доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего, а также то, что такое поведение нарушает права и законные интересы этого лица, арбитражный управляющей обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения сторон, руководствуясь разъяснениями, данными в пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Закона о банкротстве», и правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2021 № 307-ЭС18-15392 (3), согласно которым для исключения требований кредиторов из реестра подлежат установлению безусловные обстоятельства, свидетельствующие о неправомерном нахождении требования кредитора в реестре, а также принимая во внимание, что требование ФИО4 подтверждено вступившим в законную силу судебным актом и не может быть исключено из реестра требований кредиторов должника по мотивам, приводимым ФИО1, суды обеих инстанций не усмотрели оснований для признания бездействия конкурсного управляющего, выразившегося в непринятии мер к исключению требования ФИО4 из реестра требований кредиторов должника, незаконным. 

Отклоняя доводы заявителя о непринятии конкурсным управляющим мер к расторжению договора цессии, суд указал, что должником самостоятельно инициированы судебные споры о расторжении данного договора, в удовлетворении его требований отказано, оснований обращаться с тождественным заявлением по тем же мотивам, а равно и обжаловать состоявшиеся судебные акты не имеется и заявителем не приведено. 

Ссылка ФИО1 на заинтересованность конкурсного управляющего и ФИО4 также была предметом исследования и оценки судов и обоснованно отклонена ими как не подтвержденная материалами дела. 

Так, судами установлено, что представление интересов конкурсного управляющего и ФИО4 одним адвокатом не является доказательством их заинтересованности. Из пояснений конкурсного управляющего следует, что адвокат представлял его интересы в 2015 году, то есть задолго до банкротства должника, срок действия выданной ему доверенности истек. Ссылка заявителя на представление интересов конкурсного управляющего и иных юридических лиц, в которых одним из акционеров является ФИО4, одним представителем не может являться безусловным основанием для подтверждения заинтересованности. Каких-либо документальных подтверждений заинтересованности конкурсного управляющего и ФИО4 заявителем не представлено (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

С учетом изложенного суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы ФИО1 и признания бездействия конкурсного управляющего незаконным. 

В рассматриваемом случае, обращаясь с жалобой на бездействие конкурсного управляющего, ФИО1 ссылалась на непринятие им мер именно по исключению требования ФИО4 из реестра требований кредиторов, какие-либо требования о корректировке размера кредиторского требования ФИО4 в связи с частичным погашением задолженности обществом «Грант», не были заявлены. 

Между тем формулирование требований искового заявления и их уточнение в порядке, определенном частью 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, относятся исключительно к волеизъявлению истца по делу, учитывая его право на самостоятельное распоряжение процессуальными правами и должное осознание им правовых последствий, в то время как на суде лежит обязанность рассмотреть возникший спор по заявленным (уточненным) исковым требованиям, и суд при рассмотрении спора не может выходить за пределы заявленных требований, так как в противном случае это явилось бы нарушением прав ответчика, в том числе по заявлению возражений против требований истца (части 2, 3, 4 статьи 65, статьи 131, часть 3 статьи 136, статья 162, статья 164 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Арбитражный суд не должен выходить за пределы требований сторон, не может компенсировать своей активностью их пассивность при распоряжении процессуальными правами, а также не должен самостоятельно устанавливать значимые факты, на которые стороны не ссылались. Наличие у арбитражного суда права самостоятельно корректировать требования и возражения сторон спора означало бы возможность необоснованного судебного вмешательства в правоотношения независимых и действующих в своих интересах участников процесса, тогда как принципы арбитражного судопроизводства предполагают самостоятельность сторон.

Из текста жалобы на бездействие конкурсного управляющего, дополнений к ней, а также апелляционной и кассационной жалоб следует, что ФИО1 оспаривала бездействие конкурсного управляющего именно по мотиву непринятия им мер к исключению требования ФИО4 из реестра требований кредиторов. ФИО1 не ссылалась на непринятие конкурсным управляющим действий к корректировке размера долга, не представляла расчет актуального размера кредиторского требования ФИО4 с учетом погашения задолженности обществом «Грант». 

При таких обстоятельствах обособленный спор рассмотрен судами верно по тем требованиям, которые были заявлены ФИО1 

Между тем суд округа считает необходимым отметить, что кредитору ФИО4 присуще неотъемлемое право выбора способа защиты своих интересов для получения неуплаченных денежных средств за уступаемое право.

Определениями Арбитражного суда Республики Башкортостан по настоящему делу от 28.02.2020 и 03.11.2020 в реестр требований кредиторов общество «ТНГС»  включены требования ФИО4

Поскольку кредитором был избран способ защиты путем включения требований в реестр должника (определения Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.02.2020 и 03.11.2020 по настоящему делу), то удовлетворение таких требований ФИО4 должно производиться за счет денежных средств, вырученных от реализации конкурсной массы общества «ТНГС».

Включение требования в реестр требований кредиторов само по себе является лишь судебным подтверждением обоснованности существования долга для целей участия в деле о банкротстве и не свидетельствует о реальной возможности получения денежных средств.

Баланс интересов участников дела о банкротстве может быть в данном случае соблюден предоставлением кредитору выбора определения дальнейшей судьбы права требования: оставить за собой или передать в конкурсную массу. Если кредитор оставляет право требования, то размер его требований в реестре требований кредиторов корректируется: сумма долга исчисляется с учетом того, что она покрывается (частично покрывается) стоимостью этого права требования.

В данном случае требования ФИО4 также включены в реестр требований кредиторов общества «Грант» (дело № А81-5900/2009), сторонами не оспаривается, что в рамках дела о банкротстве общества «Грант» им производится частичное погашение долга перед ФИО4 

На приведенные обстоятельства также было указано в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 24.07.2024 по данному делу.  

В такой ситуации ФИО1 не лишена возможности обратиться в арбитражный суд с требованиями о корректировке размера включенной в реестр требований кредиторов должника задолженности перед ФИО4 с учетом частичного погашения, произведенного обществом «Грант» (дело № А81-5900/2009), представив  соответствующий расчет. 

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.02.2024 по делу № А07-23202/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                             О.Н. Пирская 

 

Судьи                                                                          О.Э. Шавейникова 

 

                                                                                     С.Н. Соловцов