ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-10801/2015

город Ростов-на-Дону

23 марта 2023 года

15АП-18963/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 марта 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 марта 2023 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Деминой Я.А.,

судей Долговой М.Ю., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

ФИО10, лично,

от Каца А.А: представителя ФИО2 по доверенности от 25.11.2022,ФИО3, лично,

от ФИО3: представителя ФИО4 по доверенности от 19.12.2022,от ФИО5: представителей ФИО6 по доверенности от 10.10.2022, ФИО7 по доверенности от 24.11.2022, ФИО8 по доверенности от 10.10.2022,

посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

конкурсного управляющего ООО "Зодчий" ФИО9, лично,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции заявление внешнего управляющего обществом с ограниченной ответственностью "Зодчий" ФИО9 о привлечении ФИО10, ФИО5, ФИО11, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Зодчий";

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Зодчий" (далее - должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратилась внешний управляющий ФИО9 с заявлением о привлечении ФИО10, ФИО5, ФИО11, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.09.2022 по делу № А32-10801/2015 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО10, ФИО5, ФИО11, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Зодчий". Производство по заявлению управляющего в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО10, ФИО5, ФИО11, ФИО3 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО5 в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обжаловала определение от 30.09.2022, просила его отменить в части привлечения ее к субсидиарной ответственности.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции нарушил тайну совещания судей при принятии обжалуемого определения. Кроме того, судом первой инстанции не учтено, что в период подачи заявления о признании ООО "Зодчий" несостоятельным (банкротом) по делу № А32-15233/2010 в 2010 году ФИО5 в состав учредителей общества не входила, решений об одобрении сделок, которые могли повлиять на его финансовое состояние и возникновение обязательств, не принимала. В тексте обжалуемого определения судом указаны недостоверные сведения, что указывает на его незаконность и является основанием для его отмены. Вывод суда о неподаче ФИО5 заявления о признании ООО "Зодчий" банкротом несостоятелен.

Определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 суд перешел к рассмотрению заявления внешнего управляющего обществом с ограниченной ответственностью "Зодчий" ФИО9 о привлечении ФИО10, ФИО5, ФИО11, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Определением от 16.02.2023 конкурсному управляющему ФИО9 предложено исключить из числа доказательств по настоящему обособленному спору протокол Общего собрания участников ООО "Зодчий" о заключении мирового соглашения от 25.04.2012. В случае наличия возражений относительно исключения из числа доказательств по настоящему обособленному спору протокола Общего собрания участников ООО "Зодчий" от 25.04.2012, апелляционный суд счел необходимым предупредить ФИО9 об уголовно-правовых последствиях фальсификации доказательств по гражданскому делу в виде уголовной ответственности по статье 303 Уголовного кодекса Российской Федерации, обязать представить в материалы дела расписку, письменные объяснения по заявлению о фальсификации документа.

ФИО3 представить письменные объяснения относительно наличия возможности проверки заявления о фальсификации доказательств.

Во исполнение определения суда от 16.02.2023 от конкурсного управляющего ООО "Зодчий" ФИО9 поступили письменные пояснения, расписка, в удовлетворении ходатайства о фальсификации протокола просит отказать.

От ФИО10 поступили письменные пояснения (заявление).

От конкурсного управляющего ФИО9 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела фотокопии протокола внеочередного Общего собрания участников ООО "Зодчий" от 25.04.2012.

Представитель ФИО3 заявил ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы, представил информацию об экспертной организации, эксперте, доказательства внесения денежных средств на депозитный счет арбитражного суда в счет оплаты услуг эксперта.

Конкурсный управляющий ООО "Зодчий" ФИО9, представитель ФИО5 возражали против удовлетворения ходатайства.

Представитель ФИО10 оставил на усмотрение суда разрешение заявленных ходатайств.

В соответствии с частью 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

По смыслу статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заявляя о фальсификации документов, сторона фактически указывает на совершение другим лицом умышленных действий, направленных на искажение доказательства путем его подделки, то есть его искажение и внесение сведений, не соответствующих действительности.

Заявление о фальсификации доказательства имеет своей целью исключение соответствующего доказательства из числа доказательств по делу, и фактическое понуждение стороны, представившей доказательство, обосновывать свои доводы и возражения относительно предмета и основания иска на иных доказательствах.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что заявление о фальсификации доказательств должно иметь процессуальный смысл в виде влияния последствий своего удовлетворения на исход дела, то есть на характер принятого по его результатам решения суда.

В силу пункта 3 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд принимает предусмотренные законом меры для проверки заявления о фальсификации, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства и принимает иные меры.

На основании абзаца 2 пункта 3 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебная экспертиза является одним из способов проверки заявления о фальсификации доказательств.

Иными словами процессуальный закон не исключает возможности проверки судом заявления о фальсификации другими способами.

Оснований для удовлетворения ходатайства ФИО3 о проведении судебной экспертизы подписи ФИО3, проставленной на протоколе Общего собрания участников ООО "Зодчий" о заключении мирового соглашения от 25.04.2012, судебная коллегия не усматривает, поскольку в данном случае даже установление того факта, что подпись не принадлежит ФИО3, не опровергает утверждения о намерении учредителей должника заключить мировое соглашение в рамках дела о банкротстве, которое в итоге было заключено и, более того, утверждено судом.

Помимо ссылки на непроставление подписи в протоколе ФИО3 не приведено каких-либо данных, позволяющих суду усомниться в подлинности указанного документа. Протокол Общего собрания учредителей согласуется с иными имеющимися в деле о банкротстве должника и в материалах настоящего обособленного спора документами, которые явились основанием для прекращения производства по делу о банкротстве должника.

При указанных обстоятельствах, ходатайство о фальсификации доказательств удовлетворению не подлежит.

От ФИО11 поступила  краткая позиция на заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, просит в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО "Зодчий" ФИО9 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО11 по обязательствам должника отказать в полном объеме.

От ФИО3 поступили возражения на заявление внешнего управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Зодчий".

ФИО10 представил суду на обозрение оригинал справки УФСИН по Кировской области от 31.05.2022 № 011471, копию постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 03.11.2016.

Представитель ФИО5 представил суду финальный отчет временного управляющего по результатам процедуры наблюдения ООО "Зодчий" от 09.03.2017 № 039269.

Представители лиц, участвующих в деле, поддержали свои правовые позиции по рассматриваемому спору.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что заявление конкурсного управляющего не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФИО12 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании ООО "Зодчий" несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.04.2015 заявление ФИО12 принято к производству, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 08.09.2015 в отношении должника введена процедура наблюдения, применены правила параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), временным управляющим должника утверждена ФИО9.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 27.02.2017 в отношении должника введена процедура внешнего управления сроком на 18 месяцев; внешним управляющим должника утверждена ФИО9.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.05.2022 общество с ограниченной ответственностью "Зодчий" признано несостоятельным (банкротом) в отношении него введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утверждена кандидатура ФИО9 из числа членов Ассоциации СРО "ЦААУ".

Внешний управляющий ФИО9 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10, ФИО5, ФИО11, ФИО3.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" )"(далее – Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" от 26 октября 2002г. № 127-ФЗ если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу части 2 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" от 26 октября 2002г. № 127-ФЗ пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

ФИО10  в период с 20.09.2006 являлся директором ООО "Зодчий", о чем свидетельствует запись ЕГРЮЛ 2062320166270.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 27.02.2017 полномочия ФИО10 как директора общества прекращены в силу статьи 94 Закона о банкротстве.

ФИО5 в период с 20.08.2012 по настоящее время является участником ООО "Зодчий".

Протоколом общего собрания участников ООО "Зодчий" №12 от 20.08.2012 принято решение по вопросу № 2 повестки дня о принятии в состав участников ООО "Зодчий" ФИО5 - 18,5%.

С 17.01.2014 ФИО5 является единственным участником                   ООО "Зодчий", размер доли ФИО5 в уставном капитале составляет 13 500 рублей, то есть 100% номинальной стоимости.

ФИО11 в период с 07.07.2009 по 13.12.2012 являлся участником ООО "Зодчий" - 18,1% с 07.07.2009 по 17.09.2012, 16,3% с 17.09.2012 по 13.12.2012.

ФИО3 в период с 18.03.2010 по 17.01.2014 являлась участником ООО "Зодчий" - 81,2% (с 15.09.2010).

Заявление мотивировано наличием оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренных статьей 9, пунктами 2 и 4 статья 10 Закона о банкротстве в отношении ФИО5 и ФИО10 и пунктами 3,4 статьи 10 Закона о банкротстве в отношении ФИО11 и ФИО3

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ) Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве", статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона N 266-ФЗ названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Поскольку основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, указанные в заявлении, возникли до 01.07.2017, в рассматриваемом случае подлежат применению материально-правовые нормы статьи 10 Закона о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положении данного Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона (пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве).

Для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимым условием является наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) руководителя (учредителя, участника) должника и наступлением неблагоприятных последствий (доведение юридического лица до состояния, в котором расчеты с кредиторами и дальнейшая безубыточная деятельность невозможны, появление убытков, возникновение дополнительных обязательств).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (статья 2 Закона о банкротстве).

Для привлечения бывшего руководителя должника ФИО10 и учредителя ФИО5 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о возбуждении дела о несостоятельности (банкротстве) с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель в силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязан доказать, когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

В обоснование заявления о привлечении бывшего руководителя должника и учредителя к субсидиарной ответственности внешний управляющий указал следующее.

С заявлением о банкротстве в рамках настоящего дела № А32-10801/2015 ООО "Зодчий" обратился кредитор-участник долевого строительства, заявление было принято судом 06.04.2015. При этом, общество имело признаки неплатежеспособности намного ранее 06.04.2015, уже в начале 2010 года у общества появились признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Вступившими в законную силу судебными актами (решение Центрального районного суда г. Сочи от 18.08.2009 по делу № 2-3084/09 о взыскании в пользу ФИО13 уплаченных по ДДУ 2 353 858 рублей, решение Центрального районного суда г. Сочи от 05.08.2009 по делу № 2-2328/09 о взыскании  в пользу ФИО14 5 770 660,0 рублей, решение Центрального районного суда г. Сочи от 13.10.2009 по делу № 2-3271/09 о взыскании в пользу ФИО15 5 330 271,19 рублей, решение Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 18.05.2010 о взыскании в пользу ФИО16 3 523 603,0 рублей и другие) подтверждается наличие у общества неисполненных денежных обязательств существенного размера, которые не были исполнены более трех месяцев. В связи с неисполнением обществом денежных обязательств определением Арбитражного суда Краснодарского края от 03.06.2010 в отношении общества была возбуждена процедура банкротства по делу А32-15233/2010, а 07.09.2010 введена процедура наблюдения.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 16.05.2012 производство по делу о банкротстве ООО "Зодчий" А32-15233/2010 прекращено в связи с утверждением по делу мирового соглашения.

Размер установленных судом по делу № А32-15233/2010 обязательств ООО "Зодчий" по состоянию на 16.05.2012, не считая незаявленных требований и не рассмотренных требований к дате утверждения мирового соглашения, составлял более 287 миллионов рублей. При этом у ООО "Зодчий" имелись также и иные обязательства, не включенные в реестр, размер которых составлял более 200 миллионов рублей, а всего более 487 миллионов рублей.

Согласно условий мирового соглашения ООО "Зодчий"обязалось исполнить обязательства перед участниками строительства по передаче жилых помещений, чьи требования были заявлены в рамках процедуры и признаны обоснованными, в срок до 31.12.2013, а в отношении обязательств перед поставщиками, подрядчиками и иными требованиями кредиторов четвертой очереди в срок до 01.016.2014, в отношении неустоек и иных штрафных санкций - до 31.01.2014.

Таким образом, срок исполнения обязательств ООО "Зодчий" перед участниками строительства, являющимися участниками дела о банкротстве А32-15233/2010, по передаче жилых помещений изменился с 4 квартала 2009 года на срок 31.12.2013, срок исполнения денежных обязательств перед поставщиками, подрядчиками и иным обязательствам, относящимся к четвертой очереди реестра требований кредиторов по делу о банкротстве ООО "Зодчий" А32-15233/2010, изменился на 01.06.2014.

Обязательства ООО "Зодчий" перед участниками дела о банкротстве №А32-15233/2010 в установленный мировым соглашением срок не были исполнены, в связи с чем, 30.03.2015 кредитор ФИО12 обратился в суд с заявлением о признании ООО "Зодчий" несостоятельным (банкротом), по заявлению которого определением от 08.09.2015 по делу А32-10801/2015 в отношении ООО "Зодчий" введена процедура наблюдения.

Внешний управляющий полагает обоснованным считать возникновение  обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника не позднее 01.01.2014.

В пояснениях конкурсного управляющего от 15.03.2023 ФИО9 связывает возникновение обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника не позднее 01.01.2013, ссылаясь на то, что у общества имелись иные обязательства, требования по которым не были включены в реестр требований кредиторов на дату заключения мирового соглашения, в связи с чем срок исполнения таких обязательств не изменился. Учитывая наличие обязательств, срок исполнения которых наступил и невозможность их исполнения в течение длительного периода времени (более трех месяцев), руководитель общества имел обязанность обратиться с заявлением должника.

Кроме того, по мнению конкурсного управляющего, наличие обязательств по договорам участия в долевом строительстве, а в дальнейшем  по мировому соглашению, заключенному по делу А32-15233/2010, контролирующие органы общества уже 31.12.2012 не могли не осознавать невозможность исполнения            ООО "Зодчий" в срок до 31.12.2013 принятых на себя обязательств по мировому соглашению обязательств, поскольку один год - минимально необходимый срок для завершения ранее начатых строительством домов и ввода их в эксплуатацию.

Осознавая размер необходимых денежных средств, а также  необходимых сроков для выполнения строительных работ, не предпринимая и не имея намерения предпринимать каких-либо действенных мер, направленных на возобновление строительных работ на объектах, контролирующие лица не позднее чем с 01.01.2013, не могли не осознавать отсутствие перспективы исполнения                 ООО "Зодчий" принятых на себя по мировому соглашению обязательств в установленный срок.

Оценивая срок наступления обязанности по подаче  заявления о банкротстве должника, конкурсный управляющий также принимает во внимание следующее:

Общество с 2012 года не вело хозяйственную деятельность, не имело денежных средств, не предпринимало никаких мер по предупреждению банкротства.

Объекты строительства с 2010 года до 2019 года имели неизменное состояние строительства: по пер. Теневому: Блок А : 75%, Блок Б - 50%, Блок В - 30%, степень готовности объекта по ул. Аллея Челтенхема не более 5% .

Срок разрешения на строительство RU 23009-370 от 06.03.2008 в отношении объекта строительства на земельном участке по адресу: 

<

...> истек 01.12.2013; с заявлением о продлении разрешения на строительство ООО "Зодчий" не обращалось. Строительство фактически не осуществлялось с 2009-2010 года (было возобновлено в 2019 году в ходе внешнего управления).

Срок разрешения на строительство RU-23309-1806 от 08.11.2011 в отношении объекта строительства на земельном участке по адресу 

<

...>  истек 20.11.2013; с заявлением на продление разрешения на строительство ООО "Зодчий" не обращалось. Строительство данного объекта фактически не было начато за исключением части земляных работ,  с 2010 года никакие работы на участке не осуществлялись (строительство было возобновлено в 2019 году в ходе внешнего управления).

Право пользования земельным участком, на котором осуществлялось строительство объекта по адресу 

<

...> прекратилось у застройщика 29.12.2012. Так, между муниципальным образованием город-курорт Сочи и муниципальным унитарным предприятием города Сочи "Корпорация развития Сочи" на основании решения Арбитражного суда Краснодарского края от 07.08.2006 по делу №А32-14972/2006 был заключен договор от 15.03.2007 No4900004126 о предоставлении земельного участка с кадастровым номером 23:49:0201012:113, площадью 4440 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...> в пользование на условиях аренды для строительства многоквартирного жилого дома на срок до 29.12.2012. Договором от 22.07.2007 МУП города Сочи "Корпорация развития Сочи" передало свои права и обязанности ООО "Зодчии?". Срок действия договора аренды истек 29.12.2012. С заявлением о продлении срока аренды общество не обращалось.

Право пользования земельным участком, на котором осуществлялось строительство объекта по адресу 

<

...> прекратилось  у застройщика 03.03.2016. Так, между муниципальным образованием город-курорт Сочи и муниципальным унитарным предприятием города Сочи "Корпорация развития Сочи" был заключен договор от 15.03.2007 № 4900004125 о предоставлении земельного участка с кадастровым номером 23:49:0303008:74 площадью 4450 кв.м, расположенного по адресу: г.Сочи, Хостинский район, ул.Аллея Челтенхема, квартал жилой застройки "Средняя Мацеста", в пользование на условиях аренды (договор аренды) для строительства многоквартирного жилого дома на срок до 29.12.2012. Договором от 30.06.2007 МУП города Сочи "Корпорация развития Сочи" передало свои права и обязанности ООО "Зодчии?". В соответствии с дополнительным соглашением № 1 от 03.04.2013 договор аренды № 4900004125 продлен до 04.03.2016. С заявлением о продлении срока аренды общество не обращалось.

Согласно сведениям, полученным временным управляющим от налогового органа № 09-22/18560 от 02.09.2016, среднесписочная численность работников ООО "Зодчии?" за 2012 год составляла 3 человека, за 2013 год – 2 человека, а за 2014 – 2015 годы сведения о среднесписочнои? численности работников в налоговую инспекцию руководителем должника не предоставлялись.

Размер уставного капитала по данным бухгалтерского учета составлял 22000,0 рублей, по данным ЕГРЮЛ 13 500 рублей, основные производственные и непроизводственные фонды (рабочие машины, оборудование, транспортные средства, строительная техника и др.) общество не имело, численность персонала составляла 2 человека (бухгалтер и директор), что также, по мнению конкурсного управляющего делало очевидным  невозможность исполнения обязательств по созданию объектов капитального строительства с технико-экономическими показателями  43 917,97 кв.м, представляющие собой четыре 22-этажных многоквартирных дома (28123,47 кв.м. - на пер. Теневой, 15794,5 кв.м. - на ул. Аллея Челтенхема) .

Собственных денежных средств, необходимых для оплаты аренды земельных участков, приобретения строительных материалов, оплаты услуг техники, оплаты услуг подрядчиков и для оплаты иных необходимых для строительства затрат у общества не имелось. С момента заключения мирового соглашения (10.05.2012) увеличение собственного капитала участниками общества не осуществлялось, заемные средства не привлекались, несмотря на принятие ими решения о заключении мирового соглашения.

Таким образом, с учетом характера и масштабов имеющихся обязательств, с учетом сметной стоимости строительства и иных указанных обстоятельств, по мнению конкурсного управляющего, не позднее чем к концу 2012 года невозможность исполнения должником обязательств как по мировому соглашению, утвержденному определением Арбитражного суда Краснодарского края от 16.06.2012 по делу А32-15233/2010, так и по иным обязательствам общества, срок исполнения которых наступил ранее, была очевидна.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действующими в период оспариваемого бездействия, ответственность руководителя должника наступает за принятие должником, уже отвечающим признакам банкротства, дополнительных обязательств.

Между тем, дополнительные обязательства на ООО "Зодчий" контролирующие лица должника после возникновения признаков неплатежеспособности не принимали. Включенная в реестр требований кредиторов задолженность относится к периоду 2007 - 2009 годов. Дополнительных обязательств в спорный период должник на себя не принимал.

Доказательств возникновения обязательств перед иными кредиторами должника в период с 01.01.2013 по 30.03.2015 внешним управляющим в материалы дела не представлено, более того, в судебном заседании 16.03.2023 конкурсный управляющий ФИО9 данное обстоятельство подтвердила. При указанных обстоятельствах, оснований для привлечения ФИО10 за необращение в суд с заявлением о признании должника банкротом у суда не имеется.

По смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

При этом, в случае, если руководителем должника будет доказано, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах (абзац 2 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53)).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 N 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

В судебном заседании ФИО10 пояснил, что в период 2012-2013 годы им принимались меры для получения субсидий, иных инвестиций и кредитных средств для достройки объектов незавершенного строительства, однако, должнику было отказано в предоставлении денежных средств. Данные доводы лицами, участвующими в деле не опровергнуты.

Кроме того, отсутствие иных обязательств после возникновения у должника признаков объективного банкротства, на которые ссылается конкурсный управляющий, свидетельствует о том, что такие меры предпринимались.

Наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий также связывает с бездействием учредителя, выразившимся в неподаче заявления о признании общества несостоятельным (банкротом).

Законом N 266-ФЗ Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Вплоть до 30.07.2017 статья 9 Закона о банкротстве не предусматривала ответственности для участников (учредителей) должника, в связи с чем Законом N 266-ФЗ был введен специальный состав - пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, возлагающий такую обязанность на участников (учредителей).

Пунктом 1 статьи 4 Закона N 266-ФЗ установлено, что настоящий Федеральный закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением отдельных положений, для которых установлен иной срок вступления их в силу.

При этом пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве к таким отдельным положениям не отнесен.

Документ опубликован на официальном интернет-портале правовой информации (www.pravo.gov.ru) 30.07.2017.

Таким образом, положения пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ подлежат применению к отношениям, возникшим после введения их в действие, то есть после 30.07.2017.

Действие норм материального права во времени подчиняется пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации придание обратной силы закону - исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя; при этом либо в тексте закона должно содержатся специальное указание о таком действии во времени, либо в правовом акте о порядке вступления закона. Законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений; обратная сила закона применяется преимущественно в отношениях, которые возникают между индивидом и государством в целом, и делается это в интересах индивида (уголовное законодательство, пенсионное законодательство); в отношениях, субъектами которых выступают физические и юридические лица, обратная сила не применяется, ибо интересы одной стороны правоотношения не могут быть принесены в жертву интересам другой, не нарушившей закон. Соответствующая правовая позиция отражена в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.01.2007 N 37-О-О, от 15.04.2008 N 262-О-О, от 20.11.2008 N 745-О-О, от 16.07.2009 N 691-О-О, от 23.04.2015 N 821-О.

Поскольку вмененное ФИО5 нарушение Закона о банкротстве совершено не позднее 01.01.2013 (дата, на которую ссылается управляющий в качестве даты наступления обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом в суд), то к ней не подлежали применению положения пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, вступившего в силу 30.07.2017.

Таким образом, оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по данному основанию у суда не имеется, учитывая невозможность отнесения учредителя общества к субъектам ответственности за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве последнего (аналогичная позиция отражена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.03.2022 № 309-ЭС19-21918 (2), постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 03.03.2022 по делу №А39-3462/2017).

Кроме того, как усматривается из материалов дела, ФИО5 в период с 20.08.2012 по настоящее время является участником ООО "Зодчий".

Протоколом общего собрания участников ООО "Зодчий" №12 от 20.08.2012 принято решение по вопросу № 2 повестки дня о принятии в состав участников ООО "Зодчий" ФИО5 - 18,5%.

С 17.01.2014 ФИО5 является единственным участником ООО "Зодчий", размер доли ФИО5 в уставном капитале составляет 13 500 рублей, то есть 100% номинальной стоимости.

Таким образом, по состоянию на 01.01.2013, ФИО5, вопреки утверждению конкурсного управляющего не могла обратиться с заявлением о признании должника банкротом.

Более того, согласно бухгалтерскому балансу должника по состоянию на 31.03.2014, представленному внешним управляющим в материалы дела, активы должника составляют 708 031 000,00. рублей. Согласно анализу финансового состояния должника временным управляющим должника сделан вывод о возможности восстановления платежеспособности должника и целесообразности введения в отношении должника процедуры внешнего управления.

Таким образом, должник находился в удовлетворительном финансовом положении, что вопреки утверждению конкурсного управляющего не обязывало учредителя проверять финансовое состояние должника при наличии положительного баланса.

Довод внешнего управляющего о том, что ФИО5 как единственным учредителем не принимались меры к назначению руководителя должника, поскольку в своих возражениях ФИО10 указывает на то, что ФИО10, работающий в должности директора ООО "Зодчий", уволился с должности 13.01.2014 по собственному желанию, приказ о его увольнении подписала учредитель ООО "Зодчий" - ФИО5 подлежит отклонению, как противоречащий фактическим обстоятельствам дела.

Согласно заключению специалиста от 18.01.2023, представленному в материалы дела 19.01.2023 ФИО5, подписи на заявлении и приказе об увольнении ФИО10, а также слово "согласовано" на заявлении об увольнении выполнены иным лицом, а не ФИО5

В связи с чем, ФИО5 было заявлено о фальсификации представленных в материалы дела ФИО10 и внешним управляющим ООО "Зодчий" доказательств.

При рассмотрении заявления о фальсификации ФИО10 отказался прямо утверждать, что вышеуказанные подписи принадлежат и выполнены ФИО5, как и выступил против назначения судебной экспертизы по данному обстоятельству. Внешний управляющий ООО "Зодчий" также не поддержала проведение почерковедческой экспертизы на предмет принадлежности подписи ФИО5

При указанных обстоятельствах, оснований полагать, что ФИО5 знала об "увольнении" ФИО10 у суда не имеется.

Кроме того, в соответствии с пунктом 13.1 Устава ООО "Зодчий", утв. Решением Общего собрания участников ООО "Зодчий" (Протокол № 12 от 20.08.2012) единоличным исполнительным органом общества является директор.

В соответствии с пунктом 14.1 Устава общества, к исключительной компетенции общего собрания участников относятся следующие вопросы:

- образование единоличного исполнительного органа Общества и досрочное прекращение его полномочий, а также принятие решения о передаче полномочий единоличного исполнительного органа Общества управляющему, утверждение такого управляющего и условий договора с ним (принятие решения большинством голосов от общего числа голосов участников Общества) (пп. 4);

принятие решения о расторжении договора с лицом, осуществляющим функции единоличного исполнительного органа Общества, в том числе досрочно (принятие решения большинством голосов от общего числа голосов участников Общества) (пп. 54);

принятие решения о досрочном прекращении полномочий лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества (принятие решения большинством голосов от общего числа голосов участников общества) (пп. 56).

Согласно пункту 14.2.1 Устава ООО "Зодчий", участник общества имеет на общем собрании число голосов, пропорциональное размеру его доли в уставном капитале общества.

В соответствии с пп. 1 п. 15.2 Устава ООО "Зодчий" директор общества принимает решения по вопросам, связанным с подготовкой, созывом и проведением Общего собрания участников общества.

То есть, исходя из положений Устава должника, о своем намерении уволиться (досрочно прекратить полномочия) ФИО10, как директор ООО "Зодчий", обязан был сообщить на Общем собрании участников общества, организация и проведение которого возложена на ФИО10 Данную обязанность ФИО10 не исполнил, вопрос о его увольнении на повестку Общего собрания не выносился, решение большинством голосов не принималось, в связи с чем единолично ФИО5 не могла его уволить, т.к. у нее отсутствовали на то законные полномочия.

Решение в отношении единоличного исполнительного органа общества принимается большинством голосов, каковым ни на 27.12.2013, ни на 13.01.2014 ФИО5 не обладала. Согласно сведениям бизнес-справки по компании ООО "Зодчий", подготовленной сервисом "Casebook" от 30.11.2022, в период с 17.09.2012 по 16.01.2014 года, включительно, ФИО5 принадлежало 18,5% Уставного капитала должника, ФИО17 - 65,2%, ФИО11 - 16,3%, т.е. большинство голосов было у ФИО17 Однако, это не означает, что ФИО17 могла самостоятельно единолично уволить ФИО10, т.к. увольнение директора общества, согласно уставу, возможно лишь Общим собранием участников общества.

Довод о том, что ФИО10 вплоть до 27.02.2017, включительно, т.е. до даты введения внешнего управления, являлся директором ООО "Зодчий" подтверждается также сведениями, содержащимися в ЕГРЮЛ.

В соответствии со ст. 280 Трудового кодекса Российской Федерации, руководитель организации имеет право досрочно расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя (собственника имущества организации, его представителя) в письменной форме не позднее чем за один месяц.

Данное требование закона возлагает на ФИО10 целый ряд обязанностей, отсутствие выполнения которых прямо свидетельствует о "мнимости" увольнения:

- общее собрание участников ООО "Зодчий" не созывалось;

- вопрос о прекращении трудовых отношений не ставился перед участниками Общества с соблюдением корпоративных процедур;

- участникам не предлагалось досрочно прекратить полномочия ФИО10 как директора, взамен избрав иное лицо на данную должность;

Конкурсный управляющий не доказал, что директором Кацем А.А. была соблюдена корпоративная процедура, связанная с прекращением полномочий единоличного исполнительного органа, в результате которой ФИО5 как участнику на Общем собрании общества могло стать известно о том, что ФИО10 желает досрочно прекратить свои полномочия как единоличный исполнительный орган общества. Данная позиция соответствует правовому подходу, указанному, в том числе, в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 13.11.2017 № Ф08-8342/2017 по делу № A32-6519/2017.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия не усматривает оснований для привлечения ФИО5 и ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Заявитель просил также привлечь ФИО5 и ФИО10 к субсидиарной ответственности за непередачу бухгалтерской документации должника.

Согласно пункту 1 статьи 94 Закона о банкротстве, органы управления должника, временный управляющий, административный управляющий в течение трех дней с даты утверждения внешнего управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей и штампов, материальных и иных ценностей внешнему управляющему.

Как указано в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности указывается на непередачу внешнему управляющему бухгалтерской документации.

Согласно данных бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2013 у общества имелись активы: 557 629 000,00 рублей - основные средств, из которых 551 603 000,00 рублей - вложения в строительство, 6 026 000 рублей - иные основные средства, запасы - 6 480 000,00 рублей, дебиторская задолженность - 85 361 000,00 рублей финансовые вложения - 58 540 000,00 рублей, прочие оборотные активы - 15 000,00 рублей. Однако, как указывает внешний управляющий, определить, чем представлены данные активы, выявить их местоположение, истребовать их и включить в конкурсную массу стало невозможно вследствие неисполнения обязанности по передаче управляющему документов и имущества.

Директор ФИО10, неисполнивший обязанность по передаче документов, сослался на свое увольнение и отсутствие у него в связи с увольнением каких-либо документов общества.

В связи с неисполнением обязанности по передаче внешнему управляющему документов и имущества ООО "Зодчий", внешний управляющий неоднократно обращалась как к самому Кацу А.А., так и в правоохранительные органы, с заявлениями о принятии мер реагирования.

По одному из таких заявлений постановлением дознавателя Центрального РОСП г. Сочи УФССП России по Краснодарскому краю от 03.11.2016 было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО10 в связи с отсутствием состава преступления. В постановлении, принятом по результатам проведенной по заявлению арбитражного управляющего проверки, указано:          ФИО10, работающий в должности директора ООО "Зодчий", уволился с должности 13.01.2014 по собственному желанию, приказ о его увольнении подписала учредитель ООО "Зодчий" - ФИО5 При увольнении в 2014 году документы и печати ООО "Зодчий" ФИО10 оставил по адресу местонахождения общества: 

<

...>, офис он закрыл, ключи от офиса отдал арендатору.

Ответчик ФИО10 не представил управляющему доказательств передачи документов и имущества единственному учредителю ООО "Зодчий" - ФИО5, а согласно сведениям ЕГРЮЛ, имеющих значение для установления фактов для третьих лиц, ФИО10 являлся руководителем общества вплоть до 27.02.2017.

По заявлению управляющего Арбитражным судом Краснодарского края 24.11.2015 по делу № А32-10801/2015 был выдан исполнительный лист серии ФС № 005078867 на истребование у руководителя ФИО10 документов.

22.12.2015 в адрес УФССП России по Ростовской области был направлен исполнительный лист на принудительное истребование у руководителя ООО "Зодчий" сведений об имуществе ООО "Зодчий", в том числе имущественных прав, а также копий бухгалтерских и иных документов, отражающих экономическую деятельность должника за последние три года до введения процедуры наблюдения, т.е. за период с 01.01.2012 по 21.08.2015.

Судебным приставом-исполнителем возбуждено исполнительное производство №2968/16/61032-ИП от 01.02.2016. В ходе исполнительного производства какие-либо документы взыскателю не передавались.

В ходе процедуры внешнего управления также было заявлено ходатайство о выдаче исполнительного листа на истребование документов, сведений и имущества у должника у ФИО10 и у ФИО5, данные заявления судом не рассмотрены.

Как указывает внешний управляющий, непередача документов руководителем должника сделала затруднительным формирование активов, поиск инвестора, взыскание дебиторской задолженности, формирование отчетности, а самое главное, возобновление строительства объектов.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079, презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 в нынешней редакции Закона о банкротстве, абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

Однако когда передача документации становится невозможной ввиду объективных факторов, находящихся вне сферы контроля директора, соответствующая презумпция применена быть не может.

В резолютивной части приговора Центрального районного суда города Сочи от 13.03.2020 по обвинению ФИО10 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ на странице 95 разрешен вопрос о судьбе письменных доказательств по делу, относящихся к финансово-хозяйственной деятельности ООО "Зодчий":

сшив документов, состоящий из 27 листов;

сшив документов, состоящий из 121 листа;

сшив документов, состоящий из 77 листов;

сшив документов, состоящий из 73 листов;

сшив документов, состоящий из 27 листов;

сшив документов, состоящий из 67 листов;

сшив документов, состоящий из 97 листов, подтверждающие регистрацию договоров об участии в долевом строительстве многоэтажного дома, расположенного по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, ул. Аллея Челтенхема, расположенного на земельном участке с кадастровым номером: 23:49:0303008:7  (упакованы в картонный короб);

материалы проверок Управления по надзору в области долевого строительства Краснодарского края в отношении ООО "Зодчий" сформированные в 6-ти папках-сшивателях - дела №№72-п, 209-п, 38-п, 22-п, 53-п, 109-п, упакованные в картонный короб;

дела правоустанавливающих документов в отношении объекта недвижимости земельный участок, расположенный по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Центральный район, пер. Теневой, кадастровый номер: 23:49:0201012:113, сформированные в 72 папки-сшивателя, упакованные в 2 картонных короба;

дела правоустанавливающих документов в отношении объекта недвижимости земельный участок, расположенный по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Центральный район, пер. Теневой, кадастровый номер: 23:49:0201012:113, сформированные в 9-ту папках-сшивателях, упакованные в 1 картонный короб;

регистрационное дело ООО "Зодчий", ИНН 

<

***>, сформированное в сшив документов на 316 листах, упакованное в картонные коробки;

документы, подтверждающие финансово-хозяйственную деятельность ООО "Зодчий", упакованные в пять картонных коробках, системный блок и карту памяти хранящиеся при материалах уголовного дела, по вступлению приговора в законную силу, вернуть по принадлежности.

Таким образом, внешний управляющий, имевший возможность в любой момент получить копии интересующих его документов из материалов уголовного дела, доказательств обращения с соответствующим ходатайством на стадиях предварительного расследования, судебного следствия в материалы дела не представил.

Доказательств объективной возможности передачи документов руководителем должника Кацем А.А. изъятой документации внешним управляющим не доказано.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Конкурсным управляющим не указано, каким образом непередача документации должника затруднила проведение процедур банкротства, привела к невозможности формирования конкурсной массы и расчетам с кредиторами.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков заявителю необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений. При этом указанные фактические обстоятельства должны быть подтверждены со стороны заявителя доказательствами, отвечающими правилам об относимости и допустимости доказательств.

Заявителем не представлены и в материалах дела отсутствуют доказательства наличия совокупности условий, необходимых для возложения на ФИО10 и ФИО5 ответственности, предусмотренной вышеуказанными нормами права, за непередачу документации должника, учитывая ее изъятие правоохранительными органами.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям необходимо обосновать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. При этом под существенным затруднением, как указано выше, понимается, в том числе невозможность выявления активов должника.

Согласно сведениям финансового отчета (отчет № 039269 от 09.03.2017), опубликованного арбитражным управляющим ООО "Зодчий" ФИО9, по результатам анализа финансового состояния должника: признаки преднамеренного банкротства не определены, признаки фиктивного банкротства не выявлены, восстановить платежеспособность должника возможно.

По результатам анализа финансового положения должника временным управляющим предоставлены собранию кредиторов и суду убедительные доказательства, подтверждающие наличие оснований для введения реабилитационной процедуры.

К данным выводам временный управляющий мог прийти, исключительно и только имея в своем наличии всю исходную бухгалтерскую, строительную и т.п. документацию должника с учетом того, что он является застройщиком.

Согласно определению Арбитражного суда Краснодарского края от 12.07.2022 по делу № А32-10801/2015 в четырех многоквартирных жилых домах, завершенных строительством переданы помещения (квартиры) участникам строительства, и полностью погашены требования участников строительства в реестре участников строительства ООО "Зодчий", в том числе директора должника ФИО10, которому была передана квартира № 77, кадастровый номер 23:49:0201012:2580, по адресу 

<

...>.

В мотивировочной части указанного судебного акта, имеются ссылки на разрешения на строительство, датированные 2008 и 2011 годом, а также на решения судов общей юрисдикции, которыми жилые дома были введены в эксплуатацию.

Более того, в судебном акте указано, что после передачи участникам строительства жилых помещений у должника останется имущество, достаточное для погашения текущих платежей, требований кредиторов первой и второй очереди.

Таким образом, несмотря на формальное отсутствие акта приема-передачи документов, материалами настоящего дела прямо опровергается как факт непередачи документации общества, так отсутствие всяких препятствий к проведению процедур применяемых в деле о банкротстве, в том числе формированию и реализации конкурсной массы.

Отказывая в удовлетворении требований внешнего управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности за непередачу документов должника учредителя ФИО5, судом также учтено, что Законом о банкротстве не предусмотрена обязанность учредителя (участника) должника обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, а также не предусмотрена обязанность по хранению бухгалтерской документации. Кроме того, заявитель не представил доказательств, подтверждающих фактическое наличие документов у учредителя (аналогичная правовая позиция отражена в определении Верховного Суда РФ от 11 декабря 2020 г. N 308-ЭС 19-14322(2) по делу NA53-24193/2017).

Возражения конкурсного управляющего о том, что ею были истребованы документы из материалов уголовного дела, однако, их получение в силу норм уголовного процессуального закона стало возможным только после завершения рассмотрения дела, и к моменту их выдачи объекты строительства уже были завершены строительством, срок давности по требованиям к третьим лицам истек, в связи с чем полученные из уголовного дела документы в целях формирования конкурсной массы были неактуальны, не подтверждены документально. Кроме того отсутствие возможности получения документов из материалов уголовного дела не может быть поставлено в вину ответчикам.

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО11 и ФИО3 внешний управляющий указывает, что они подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

ФИО11 в период с 07.07.2009 по 13.12.2012 являлся участником ООО "Зодчий" - 18,1% с 07.07.2009 по 17.09.2012, 16,3% с 17.09.2012 по 13.12.2012.

ФИО3 в период с 18.03.2010 по 17.01.2014 являлась участником ООО "Зодчий" - 81,2% (с 15.09.2010).

Определением арбитражного суда Краснодарского края от 03.06.2010 в отношении ООО "Зодчий" принято заявление о несостоятельности (банкротстве), возбуждено производство по делу А32-15233/2010. Определением от 07.09.2010 года введена процедура наблюдения. Определением от 16.05.2012 по делу о банкротстве утверждено мировое соглашение, производство по делу прекращено.

ФИО11 и ФИО3 на дату введения процедуры банкротства в отношении ООО "Зодчий" по делу А32-15233/2010 и на дату заключения мирового соглашения, как утверждает заявитель, являлись контролирующими должника лицами.

Ответчики приняли решение о заключении мирового соглашения в деле о несостоятельности (банкротстве) в отношении ООО "Зодчий" №А32-15233/2010, которое стало основанием для утверждения судом мирового соглашения и прекращения дела о банкротстве, в то время как намерения исполнять условия мирового соглашения у ответчиков отсутствовали. За время ожидания кредиторами  исполнения условий мирового соглашения должник наращивал задолженность перед бюджетом и контрагентами.

Полагаясь на решение ответчиков от 25.04.2012 , принятое ими единогласно,  кредиторы ООО "Зодчий" имели основания полагать о наличии у владельцев бизнеса экономически обоснованного плана, реализация которого позволит завершить строительство объектов и выполнить обязательства в обещанный условиями мирового соглашения срок, в связи с чем на состоявшемся 28.04.2012 года собрании кредиторов проголосовали за заключение мирового соглашения на предложенных ими условиях. Последующее поведение ответчиков очевидно свидетельствует о том, что никакого антикризисного плана и даже намерений по выходу из кризиса у ответчиков не было.

С учетом того, что после заключения мирового соглашения никакие действия ответчиками в направлении исполнения обязательств не были предприняты, а мировое соглашение в отсутствие таких действий является заведомо неисполнимым, внешний управляющий считает, что имеются основания для привлечения ФИО18 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Отказывая в удовлетворении заявления в данной части, суд исходит из того, что мировое соглашение, утвержденное судом 16.05.2012, заключено должником ООО "Зодчий" и собранием кредиторов 28.04.2012, не может быть признано ничтожной сделкой.

Решение о заключении принято единогласно кредиторами, присутствующими на собрании кредиторов должника, что составило 81,37% голосов кредиторов от общего числа кредиторов, имеющих право голоса.

Согласно пункту 2 статьи 151 Закона о банкротстве в случае, если мировое соглашение является для должника сделкой, которая в соответствии с федеральными законами и (или) учредительными документами должника совершается на основании решения органов управления должника или подлежит согласованию (одобрению) с органами управления должника, решение о заключении мирового соглашения от имени должника может быть принято после принятия соответствующего решения органами управления должника или получения соответствующего согласования (одобрения).

В то же время указанные обстоятельства не запрещают собранию кредиторов принять от имени конкурсных кредиторов и уполномоченных органов решение о заключении мирового соглашения (пункт 5 статьи 151 Закона о банкротстве).

В данном случае в дело не представлены доказательства наличия у утвержденного судом мирового соглашения признаков ничтожной сделки. Мировое соглашение содержит лишь подтверждение ранее возникших обязательств должника, включенных в реестр требований кредиторов, проверенных арбитражным судом на соответствие нормам действующего законодательства при включении в указанный реестр и подлежащих обязательному исполнению должником в силу Закона о банкротстве. Собрание кредиторов проведено с соблюдением положений статей 12 - 15 Закона о банкротстве, условия заключения мирового соглашения одобрены на общем собрании всеми кредиторами должника, включенными в реестр требований, мировым соглашением установлены равные для всех кредиторов условия, задолженность перед кредиторами первой и второй очереди, отсутствовала.

Условия мирового соглашения проверены судом и утверждены 16.05.2012. Определение в установленном законом порядке не отменено, судебный акт не был обжалован, а значит, все лица, участвующие в деле, согласились с условиями мирового соглашения. Тот факт, что условия мирового соглашения не были исполнены, не свидетельствует о том, что сделка является ничтожной.

В связи с отсутствием доказательств причинения действиями ответчиков убытков и причинно-следственной связи между противоправными действиями ответчиков и наступившими последствиями, основания для привлечения ФИО3 и ФИО11 к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве отсутствуют.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Лицо, которое в силу Закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно.

Для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 56 ГК РФ, необходимо установление совокупности условий: наличие у ответчика права давать обязательные указания для истца либо возможности иным образом определять действия истца; совершение ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении истца и действиями истца, повлекшими его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества истца для расчетов с кредиторами; кроме того, необходимо установить вину ответчика для возложения на него ответственности.

Помимо объективной стороны правонарушения, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

В обоснование наличия оснований для привлечения ФИО10 к субсидиарной ответственности внешний управляющий ФИО9 ссылается на то, что, осуществляя руководство деятельностью должника, директор направил часть полученных от участников долевого строительства денежных средств на цели, не связанные со строительством, что подтверждается предписанием Департамента по надзору в строительной сфере Краснодарского края от 12.09.2017 №ГКН-93-ДМ (акт проверки от 05.09.2017); предписанием №ГКН-45-ДМ от 19.03.2018 (акт проверки от 25.09.2018); предписанием №ГКН-232-СЦ от 25.09.2018 и другими аналогичными предписаниями. Так: денежные средства участников долевого строительства ООО "Зодчий" в размере 34 886 952,07 рублей были направлены на цели, не связанные со строительством, а именно на оплату услуг подрядчиков по объектам строительства застройщика ООО "Фристайл". Определением арбитражного суда Краснодарского края от 14.07.2010 года по делу А32-28198/2009-14/609Б-364УТ в пользу ООО "Зодчий" с ООО "Фристайл" данная сумма была взыскана, однако совершенные  платежи значительно ухудшили финансовое положение ООО "Зодчий" , привели к невозможности финансирования собственных объектов строительства  и были совершенеы за счет средств участников строительства объектов Зодчий - ЖК "Эдельвейс" и ЖК "Долина".

04.05.2007 ООО "Зодчий" заключило с ОАО "Конструкция" договор подряда на выполнение работ по производству продукции - металлоконструкций (съемной металлической опалубки) на сумму 11 142 109,30 рублей. При этом, проектной документацией приобретение указанных основных средств не предусмотрено. На оплату товара по договору были направлены денежные средства участников долевого строительства, из которых 9 264 189,39 рублей - средства участников строительства ЖК "Эдельвейс", 1 877 920,00 рублей - средства участников строительства ЖК "Долина". Указанные обстоятельства подтверждаются предписанием департамента по надзору в строительной сфере, а также справкой №11 от 29.07.2013 ООО "Зодчий", подписанной директором Кацем А.А.

Вместе с тем, из копии приговора Центрального районного суда г. Сочи Краснодарского края от 13.03.2020 в отношении ФИО10 следует, что за период с 12.09.2006 по 13.06.2012 расходование ООО "Зодчий" денежных средств, поступивших от участников долевого строительства, на цели, не связанные со строительством объектов, не установлено (абзац 9 лист 66 приговора, копия          листа 66 приговора была сделана с экземпляра приговора, представленного            Кацем А.А. на обозрение суда в судебном заседании 16.03.2023; абзац 8 листа 84 приговора, копия которого имеется в материалах дела).

В соответствии с частью 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Кроме того, внешний управляющий указала, что между ООО "Зодчий" и ФИО19 были заключены договоры участия в долевом строительстве N49 от 21.01.2009, N18 от 26.03.2009, N19 от 26.03.2009, N20 от 11.12.2008 на заведомо невыгодных для общества условиях, по значительно заниженной цене, отличающейся от рыночной стоимости. Цена, по которой застройщик ООО "Зодчий" принимал на себя обязательства перед участниками строительства в том же объекте  в тот же период времени составляла не менее 45 000,0 рублей за 1 квадратный метр, в то время как цена по договору с ИП ФИО20 составила всего 20 540,0 рублей за 1 квадратный метр, что более чем в два раза меньше сложившейся цены, по которой заключались аналогичные договоры. Внешним управляющим в рамках дела А32-10801/2015 предъявлен иск о признании данных сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок. Определением от 22.01.2020 по делу А32-10801/2015 56/42-Б/18-18,22,23,24-С сделки признаны недействительными, применены последствия недействительности сделок, с ФИО20 в пользу общества взысканы денежные средства в сумме           11 563 417,00 рублей.

Аналогичная сделка была заключена с ФИО21 Определением арбитражного суда Краснодарского края от 12.05.2020 по делу А32-10801/2015 56/42-Б/18-19,21,25,27-С удовлетворено заявление внешнего управляющего ООО "Зодчий"о признании недействительных сделок должника, заключенных с ФИО22 и применении последствий недействительности сделок: договоров об участии в долевом строительстве №o 8 от 27.06.2008, №9 от 27.06.2008, №31 от 24.07.2008, №64 от 29.07.2008, заключенных между ООО "Зодчий" и ФИО21, признаны недействительными.

Аналогичные сделки были заключены ООО "Зодчий" с ФИО23 (договоры участия в долевом строительстве N 57 от 14.09.2009 и N 79 от  17.03.2009), данные сделки также оспариваются в настоящее время в деле о банкротстве должника. До настоящего времени иски не рассмотрены.

По смыслу абзаца 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

Однако в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают. Конкурсный управляющий не доказал, что признанные недействительными сделки являются существенными для должника, причинили ему значительный ущерб и заключение этих сделок повлекло дальнейшую его несостоятельность.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО10 к субсидиарной ответственности по заявленным доводам.

Доводы управляющего ФИО9 о привлечении ФИО3, ФИО11 и ФИО5 со ссылкой на  нормы статьи 30 Закона о банкротства не подлежат рассмотрению судом, поскольку в данном случае конкурсным управляющим заявлены новые основания для привлечения учредителей должника к субсидиарной ответственности, тогда как данные доводы указаны заявителем в дополнительных пояснениях, представленных в день судебного заседания 16.03.2023 (направлены в суд, посредством сервиса подачи документов в электронном виде "Мой Арбитр" 15.03.2023 в 23:37 по МСК, а также участникам обособленного спора по электронной части 15.03.2023 в 23:32), то есть непосредственно перед датой судебного заседания, об уточнении (изменении) требований управляющим не заявлено. Судебная коллегия также принимает во внимание, что спор рассматривается в суде апелляционной инстанции с 20.10.2022.

Частью 2 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Заявленные требования управляющего не являются уточняющими, их рассмотрение в рамках данного обособленного спора является противоречащим правилам статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку фактически являются новыми самостоятельными требованиями, рассмотрение которых в настоящем деле не отвечает принципу эффективности судебной защиты.

Ссылки ответчиков на пропуск срока исковой давности обращения с настоящим заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности подлежат отклонению судебной коллегией ввиду следующего.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

По общему правилу, предусмотренному в пункте 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, то есть не может начаться ранее введения процедуры конкурсного производства.

Согласно абзацу четвертому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям" (далее - Закон N 134-ФЗ) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Федеральным законом от 28.12.2016 N 488-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Закон N 488-ФЗ) в пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве внесены изменения, согласно которым заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Согласно статье 4 Закона N 488-ФЗ положения пунктов 5 - 5.4, 5.6 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 488-ФЗ применяются к поданным после 01.07.2017 заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности в виде возмещения убытков.

Спорные действия ответчиков были совершены в период с 2013 по 2014 год; настоящее заявление подано конкурсным управляющим 18.02.2020. На момент вступления в силу положений Закона о банкротстве в редакции Закона N 488-ФЗ, установивших трехгодичный срок исковой давности, годичный срок исковой давности, установленный действовавшей ранее редакцией Закона о банкротстве, даже если его исчислять с даты введения процедуры внешнего управления 27.02.2017, не истек. Таким образом, с учетом использования по аналогии правил применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о сроках исковой давности к обычным (небанкротным) правоотношениям (пункт 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ), следует исходить из того, что в данной ситуации подлежат применению нормы о трехгодичном сроке исковой давности.

Поскольку институт исковой давности не регулирует содержание правоотношений, которые могут стать предметом судебного спора, и поскольку истечение срока исковой давности находится вне контроля должника, а потому является для него лишь следствием поведения другой стороны, активные действия которой могут привести к перерыву течения срока исковой давности независимо от поведения должника, его правовое положение не изменяется до тех пор, пока не истечет срок исковой давности, установленный законом.

Увеличение срока исковой давности применительно к тем отношениям, по которым установленный ранее действовавшим законодательством срок исковой давности еще не истек, не может расцениваться как ухудшение правового положения лица и ограничение его прав, уже существующих в конкретных правоотношениях, недопустимое с точки зрения Конституции Российской Федерации (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 N 9-П).

С учетом изложенного трехгодичный срок исковой давности, установленный Законом о банкротстве в редакции Закона N 488-ФЗ, на дату обращения внешнего управляющего в суд не истек.

В соответствии с пунктом 29 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 N 36 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" по результатам рассмотрения дела по правилам первой инстанции суд апелляционной инстанции согласно пункту 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выносит постановление, которым отменяет судебный акт первой инстанции с указанием обстоятельств, послуживших основаниями для отмены судебного акта (часть 4 статьи 270 Кодекса), и принимает новый судебный акт.

Поскольку суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам первой инстанции (часть 6.1 статьи 268 АПК РФ), то определение Арбитражного суда Краснодарского края от 30.09.2022 по делу № А32-10801/2015 подлежит отмене по основанию, предусмотренному пунктом 4 части 4 статьи 270 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 30.09.2022 по делу № А32-10801/2015 отменить.

В удовлетворении заявления отказать.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                               Я.А. Демина

 

Судьи                                                                                             М.Ю. Долгова

 

Г.А. Сурмалян