Арбитражный суд Псковской области

ул. Свердлова, 36, г. Псков, 180000

http://pskov.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А52-1114/2019

город Псков

25 августа 2021 года

Резолютивная часть решения оглашена 19 августа 2021 года

Решение в полном объеме изготовлено 25 августа 2021 г.

 

Арбитражный суд Псковской области в составе судьи Никульниковой О.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседании ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «СКОГС ПАРТНЁР» в лице представителя по закону ФИО2

к ФИО3

о взыскании убытков в размере 8617000 руб. 

при участии в судебном заседании:

истца ФИО2 -  ФИО4, представитель по нотариальной доверенности №60 АА 0689741 (копия доверенности имеется в материалах дела), предъявлен паспорт;

ответчика ФИО3 – ФИО3, предъявлен паспорт; ФИО5 – представитель по доверенности от 05.04.2019 (копия доверенности имеется в материалах дела, том 3, л.д.110), предъявлен паспорт;

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Псковской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «СКОГС ПАРТНЁР» (далее – истец, ООО «СКОГС ПАРТНЁР», общество) в лице участника общества ФИО2 (далее — ФИО2, истец) с исковым заявлением к участнику общества и директору общества ФИО3 (далее — ФИО3, ответчик) о взыскании убытков. В процессе производства по делу истец неоднократно корректировал исковые требования в связи с вносимыми судебными экспертами изменениями в расчет рыночной стоимости объектов недвижимого имущества. В окончательном варианте ходатайства об изменении размера требований, оглашенном в судебном заседании 19.08.2021, истец просит взыскать убытки в размере 8617000 руб. Иск рассмотрен в названной сумме, поскольку это не противоречит закону и не нарушает права других лиц.

Указанный спор суд рассматривает по правилам статьи 225.8 АПК РФ, согласно которой в случаях, предусмотренных федеральным законом, участники юридического лица вправе обратиться в арбитражный суд с иском о возмещении убытков, причиненных этому юридическому лицу. Такие участники пользуются процессуальными правами и несут процессуальные обязанности истца, а также обладают правом требовать принудительное исполнение решения арбитражного суда в пользу этого юридического лица.

Решение об удовлетворении требования по иску о возмещении убытков принимается в пользу юридического лица, в интересах которого был предъявлен иск.

Как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором (или иными лицами, указанными в пункте 3 статьи 53 ГК РФ) убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 АПК РФ).

Аналогичная правовая позиция содержится в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в соответствии с которой участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

Ответчиком по требованию о возмещении причиненных корпорации убытков выступает соответственно причинившее убытки лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, члены коллегиальных органов юридического лица, лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица (пункты 1 - 4 статьи 53.1 ГК РФ).

Таким образом, ООО «СКОГС ПАРТНЁР» по настоящему делу выступает истцом, а участник общества ФИО2, обращаясь в суд с иском в порядке статьи 53.1 ГК РФ о взыскании убытков с лица, входившего в состав органа управления, является представителем указанного общества, в том числе на стадии исполнения судебного решения, и действует не только в своих интересах, но и в интересах этого общества.

Предметом иска является требование участника общества  к его единоличному исполнительному органу – генеральному директору ФИО3 о взыскании убытков, причиненных руководителем в результате заключения сделок по отчуждению недвижимого имущества на невыгодных для юридического лица условиях по существенно заниженной стоимости. О совершаемых сделках ФИО2, как второй полноправный участник общества, не уведомлялся, согласия не давал, достоверную информацию не получал в связи с ее сокрытием.  В результате совершения сделок общество лишилось производственной базы, понесло убытки в виде разницы между действительной рыночной стоимостью и договорной ценой отчуждаемого имущества. Такие действия руководителя, по мнению истца, являются неразумными и недобросовестными. 

Ответчик с иском не согласен, просил отказать в удовлетворении требований, поскольку пропущен срок исковой давности для взыскания убытков, причиненных сделками 2009, 2013 и 2015 годов. Сами сделки совершены от имени и в интересах Общества, в полном соответствии с требованиям действующего законодательства, сделкам дана оценка в рамках ранее рассмотренных дел. Руководитель в пояснениях по иску указал на несогласие с предъявленными требованиями, поскольку участник ФИО2 не  принимал должного участия в управлении обществом, не выступал инициатором проведения общих собраний, интереса к хозяйственной деятельности общества не проявлял до тех пор, пока конфликт интересов отсутствовал. Все сделки по продаже недвижимости были разумными, решения были приняты на основе имевшейся у директора информации о состоянии рынка недвижимости в г. Пскове и при отсутствии других покупателей. Кроме того, спорные сделки были заключены для предотвращения еще большего ущерба обществу по несению расходов на содержание имущества в условиях глубокого экономического кризиса, уплате земельного налога и налогов на недвижимое имущество, ввиду необходимости пополнения оборотных средств, что является основанием для освобождения от ответственности. Относительно действительной рыночной стоимости имущества, определенной по результатам проведенной повторной судебной оценочной экспертизы, категорически возражает,  заключение эксперта является ненадлежащим и недопустимым доказательством, а потому размер убытков определен не верно.

Исследовав материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, суд установил следующее. 

ООО «СКОГС ПАРТНЁР» зарегистрировано в установленном законом Администрацией города Пскова 30.10.1995 по адресу: Россия, 

<

...>. 

Единственным учредителем Общества на момент создания являлся ФИО3 С февраля 1999 года вторым участником Общества стал ФИО2 Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) каждому из участников юридического лица принадлежит по 50% доли уставного капитала Общества; директором Общества является ФИО3, о чем 07.03.2012 в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись (№2126027014860). 

Собранием участников Общества от 14.02.2017 полномочия ФИО3 в качестве директора Общества, продлены не были, в связи с чем истекли 28.02.2017. Вместе с тем, на момент рассмотрения спора, в ЕГРЮЛ отсутствует запись о недостоверности сведений в отношении ФИО3 как о физическом лице, занимающем должность директора Общества. 

Общество представляет собой коммерческую организацию, целью создания которой являлось получение прибыли и распределение такой прибыли между участниками. Предметом деятельности Общества, согласно пункту 3.2 Устава является оптовая торговля лесоматериалами; производство пиломатериалов, кроме профилированных, толщиной более 6 мм, производство непропитанных железнодорожных и трамвайных шпал из древесины; производство пиломатериалов, профилированных по кромке или по пласти; производство древесной шерсти, древесной муки; производство технологической щепы или стружки; лесозаготовки; деятельность автомобильного грузового неспециализированного транспорта; деятельность автомобильного грузового специализированного транспорта; охота и разведение диких животных, включая предоставление услуг в этих областях. 

По состоянию на начало 2009 года Обществу принадлежали следующие объекты недвижимого имущества, расположенные по адресу: 

<

...>: 

- здание бетонно-растворного узла площадью 185,1 кв.м, кадастровый номер 60:27:0110105:107 (дата государственной регистрации права 15.12.2000);

- здание панельного цеха площадью 304,8 кв.м, кадастровый номер 60:27:0110105:106 (дата государственной регистрации права 15.12.2000);

- земельный участок под вышеуказанными зданиями площадью 3972 кв.м, кадастровый номер 60:27:0110105:70 (дата государственной регистрации права 29.06.2006);

- земельный участок площадью 4534 кв.м, кадастровый номер 60:27:0110105:61, который впоследствии был разделен на 2 участка: 1) площадью 1045 кв.м - кадастровый номер 60:27:0110105:92 и 2) площадью 3489 кв.м - кадастровый номер 60:27:01101105:93. 

В период с 14.07.2009 по 17.04.2015 годы Обществом в лице генерального директора ФИО3 были совершены ряд сделок по отчуждению указанных объектов недвижимости ФИО6, а именно: 

- на основании договора купли-продажи №558 от 14.07.2009 был продан земельный участок с кадастровым номером 60:27:110105:92 (стоимость сделки составляла 40000,00 руб., государственная регистрация перехода права собственности на объект недвижимого имущества произведена 19.08.2009);

- на основании договора №48 от 10.09.2013 были проданы земельный участок с кадастровым номером 60:27:110105:0070 по цене 904 420 руб., здание панельного цеха (условный номер 60:27:110105:0070:11246-Ж) по цене 60 180 руб., здание бетонно-растворного узла (условный номер 60:27:110105:0070:11246-Е) по цене 35 400 руб., таким образом общая стоимость сделки составила 1000000,00 руб., государственная регистрация перехода права собственности на объекты недвижимого имущества произведена 01.11.2013;

- на основании договора №12 от 17.04.2015 был продан земельный с кадастровым номером 60:27:110105:93 (стоимость сделки составляла 930000,00 руб., государственная регистрация перехода права собственности на объект недвижимого имущества произведена 13.07.2015).

После того, как в апреле 2016 года второму участнику общества ФИО2 стало известно о совершенных сделках по отчуждению недвижимого имущества,  последним  предпринимались попытки возвратить это имущество обществу путем оспаривания сделок, применения последствий их недействительности.  

ФИО2, полагая, что недобросовестными действиями директора Общества - ФИО3, выразившимися в продаже спорных объектов недвижимости ФИО6 по заниженной цене, преследовавших своей целью вывод всего недвижимого имущества из Общества и консолидации, впоследствии, данного имущества у одного собственника - ФИО7, лица, аффилированного с ФИО3, были нарушены права и интересы ФИО2 как участника Общества, а также причинены Обществу убытки, расценивая сделки Общества с ФИО6 как притворные и прикрывающие фактические сделки Общества с ФИО7, являющиеся, по сути, сделками с заинтересованностью, 23 мая 2016 года обратился в суд с иском о применении последствий недействительности ничтожных сделок (дело №А52-1607/2016). Решением Арбитражного суда Псковской области от 17.08.2017 по делу №А52-1607/2016, вступившим в закону силу, в удовлетворении исковых требований ФИО2 было отказано. 

Тем не менее, в деле №А52-1607/2016 для подтверждения заявленных истцом доводов о  продажи имущества по неразумной, заниженной цене, по ходатайству ФИО2, на основании определения суда от 28.12.2016 обществом с ограниченной ответственностью «Лид Тайм» была проведена судебная экспертиза по определению рыночной стоимости спорных объектов недвижимости по состоянию на даты заключения оспариваемых сделок. 

Согласно заключению эксперта ООО «Лид Тайм» ФИО8 № 20 от 10.05.2017 (т.1 л.д.121-153, т.2 л.д. 1-4) рыночная стоимость реализованного имущества на дату его продажи составляла: на земельный участок с кадастровым номером 60:27:110105:92  - 683000 руб. (стоимость сделки составила 40000,00 руб.); 

- на земельный участок с кадастровым номером 60:27:110105:0070 - 3943000 руб. (стоимость сделки составила 904 420 руб.),

- на здание панельного цеха (условный номер 60:27:110105:0070:11246-Ж) -  3 090 000 руб. (стоимость сделки составила 60180 руб.), 

- на здание бетонно-растворного узла (условный номер 60:27:110105:0070:11246-Е) - 1 876 000 руб. (стоимость сделки составила 35 400 руб.), таким образом общая рыночная стоимость реализованного по договору купли-продажи от 02.12.2014 имущества по оценке эксперта 8909000 руб., в то время как по факту составила 1000000,00 руб., 

- на земельный участок с кадастровым номером 60:27:110105:93 — 3651000 руб. (стоимость сделки составляла 930000,00 руб.).

Из заключения эксперта следовало, что общая рыночная стоимость проданного по всем сделкам недвижимого имущества общества (13243000 руб.) в 6,7 раза выше, чем фактически полученная от продажи (1970000 руб.)

При рассмотрении дела №А52-1607/2016 судом был сделан вывод о ничтожности сделки по отчуждению Обществом, на основании договора №12 от 17.04.2015, земельного участка площадью 3489 кв.м с кадастровым номером 60:27:01101105:93 ФИО6 и, в последующем, ФИО6 – ФИО7, в связи с чем, суд указал на наличие у Общества права на защиту своих имущественных интересов путем признания права ФИО7 на спорный земельный участок отсутствующим. 15 октября 2018 года истец, обратился в Псковский городской суд с иском к ФИО7 с требованиями о признании права собственности на земельный участок КН 60:27:0110105:93 за ООО «СКОГС ПАРТНЁР», признании отсутствующим права собственности на земельный участок у ФИО7, исключении из ЕГРН записи о государственной регистрации права собственности   на земельный участок.

Решением Псковского городского суда от 06 марта 2019 года по делу №2-324/2019 в удовлетворении исковых требований о признании права собственности ФИО7 отсутствующим отказано в связи с неверно выбранным истцом способом защиты права, поскольку право ФИО7 зарегистрировано в установленном порядке, в то время как доказательств того, что общество продолжает оставаться собственником и владельцем земельного участка, не представлено. Судом установлено, что спорное имущество новым собственником сдается обществу за плату во временное пользование на основании договоров аренды. Решение оставлено в силе вышестоящими инстанциям.

Стоимость указанного имущества подвергалась также экспертной оценке при расследовании уголовного дела № 1201622700039 (11601580016000039).

Согласно «Отчету по определению рыночной стоимости земельных участков и объектов недвижимости» ООО «РОСС ФАКТОР» №320/0/16 от 08.02.2017 рыночная стоимость реализованного имущества на дату его продажи составляла: на земельный участок с кадастровым номером 60:27:110105:92  - 912 285 руб.; 

- на земельный участок с кадастровым номером 60:27:110105:0070 - 3467556 руб.,

- на здание панельного цеха (условный номер 60:27:110105:0070:11246-Ж) -  2 370 000 руб., 

- на здание бетонно-растворного узла (условный номер 60:27:110105:0070:11246-Е) - 3 090 000 руб., 

- на земельный участок с кадастровым номером 60:27:110105:93 — 3 045 897 руб.

Из заключения оценщика следовало, что общая рыночная стоимость проданного по всем сделкам недвижимого имущества общества (12885738 руб.) в 6,5 раза выше, чем фактически полученная от продажи (1970000 руб.)

Таким образом, выводами экспертов ООО «Лид Тайм» №20 от 10.05.2017 и ООО «РОСС ФАКТОР» №320/0/16 от 08.02.2017 был подтвержден факт реализации имущества по заниженной цене. Оба эксперта при выполнении оценочной экспертизы были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ.

Исчерпав юридическую возможность возвратить физически недвижимое имущество обществу, ФИО2 обратился с настоящим иском о возмещении ущерба обществу, причиненного в результате недобросовестных действий генерального директора ФИО3 по отчуждению недвижимого имущества на невыгодных для юридического лица условиях по существенно заниженной стоимости, в силу чего указанные сделки не имеют под собой разумной и экономически целесообразной основы, не направлены на достижение уставных задач и целей Общества и не подпадают под понятие обычного делового (предпринимательского) риска. Продажа имущества, составляющего основу производственной базы предприятия, при отказе нынешнего собственника продлить арендные отношения, повлекло за собой невозможность осуществления  предприятием основных видов производства, предусмотренных уставом общества: производство пиломатериалов, непропитанных железнодорожных и трамвайных шпал из древесины; производство древесной шерсти, древесной муки; производство технологической щепы или стружки; лесозаготовки.

Обосновывая противоправный характер действий ответчика, истец указывает на то, что сделки по отчуждению земельных участков, нежилых зданий совершены на невыгодных условиях.

При разрешении спора по существу, арбитражный суд руководствуется следующим.

Пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица.

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 статьи 44 Закона № 14-ФЗ).

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник (пункт 5 статьи 44 Закона № 14-ФЗ).

При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 3 статьи 44 Закона № 14-ФЗ).

Порядок применения приведенных норм разъяснен в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62).

Как установлено пунктом 3 Постановления № 62 неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации. Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

По смыслу пункта 4 Постановления № 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу 7 пункта 2 Постановления № 62 под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации: лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из содержания указанной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом. Так, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Наличие убытков истец связывает с реализацией принадлежащего обществу имущества по договорам купли-продажи  № 558 от 14.07.2009, № 48 от 10.09.2013, № 12 от 17.04.2015 по заниженной цене.

Согласно позиции истца, размер убытков подлежит исчислению, как разница между действительной рыночной стоимостью имущества и денежными средствами, полученными по договорам купли-продажи объектов недвижимости.

Ответчик, возражая против представленных истцом в обоснование  размера причиненного ущерба экспертных заключений, настаивает на том, что сделки были совершены по разумным ценам. Они были не только неубыточными, а принесли обществу прибыль в размере 1808193,84 руб. при сопоставлении стоимости, по которой объекты недвижимости были приобретены обществом в 2000, 2006-2007 годах (178160,85 руб.) со стоимостью их продажи в 2009, 2013 и 2015 годах – 1970000 руб. 

Возражая против достоверности положенных в обоснование иска выводов о рыночной стоимости имущества, ответчик представил в материалы дела «Рецензию № 951/2087 от 27.07.2017 на экспертное заключение № 20 от 10.05.2017, выполненное экспертом ООО «Лид Тайм» ФИО8 по арбитражному делу № А52-1607/2016», выполненную некоммерческим партнерством «Саморегулируемая организация судебных экспертов»  (т. 2, л.д. 109-123); экспертное заключение № 0407/ПС-10/16 «Независимой экспертной компании» о техническом состоянии объектов и стоимости ремонтно-восстановительных работ по устранению дефектов (т. 2 л.д.124-152); Отчеты об оценке рыночной стоимости № 127-09-16П от 10.09.2013 и № 183-09-13 от 16.09.2013, выполненные оценщиком ФИО9 по договорам с ООО «СКОГС ПАРТНЕР» (т.3, л.д. 1-43). 

Определением от 29 мая 2020 года суд удовлетворил ходатайство ФИО3 о назначении по делу оценочной экспертизы ввиду того, что представленные истцом экспертные заключения об оценке рыночной стоимости объектов недвижимости проведены в рамках иных дел (№А52-1607/2016 и уголовного дела), в связи с чем не являются судебными экспертизами по настоящему делу. При этом, суд не признавал недопустимыми доказательствами экспертизы ООО «Лид Тайм» №20 от 10.05.2017 и ООО «РОСС ФАКТОР» №320/0/16 от 08.02.2017 с точки зрения заявленных ответчиком доводов. Проведение экспертизы было поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Консалтинговая фирма «КРОНОС – Псков» ФИО10.  На разрешение эксперта поставлены вопросы об определении рыночной стоимости 5 объектов недвижимости по состоянию на дату заключения договоров купли-продажи. 

Согласно представленному по результатам проведенной оценки экспертному заключению № 20/07/2020 от 20.07.2020 общая рыночная стоимость реализованного имущества на дату его продажи составляла 2605300 руб., в том числе на земельный участок с кадастровым номером 60:27:110105:92  - 41300 руб.;  на земельный участок с кадастровым номером 60:27:110105:0070 - 974600 руб., на здание панельного цеха (условный номер 60:27:110105:0070:11246-Ж) -  436800 руб., на здание бетонно-растворного узла (условный номер 60:27:110105:0070:11246-Е) - 776600 руб., на земельный участок с кадастровым номером 60:27:110105:93 — 376000 руб.

20 августа 2020 года после обсуждения результатов судебной экспертизы экспертом было представлено уточненное заключение, согласно которому  общая рыночная стоимость реализованного имущества на дату его продажи была снижена экспертом до 2463400 руб., в связи с уменьшением рыночной стоимости на здание панельного цеха (условный номер 60:27:110105:0070:11246-Ж) до  385700 руб. и на здание бетонно-растворного узла (условный номер 60:27:110105:0070:11246-Е) до 685800 руб. 

В связи с обсуждавшимся вопросом о применении экспертом ФИО10 при определении рыночной стоимости объектов недвижимости только доходного и затратного метода и отказом эксперта произвести оценку с использованием сравнительного метода, ФИО2 было заявлено ходатайство о проведении по делу повторной оценочной экспертизы. ФИО3 категорически возражал против удовлетворения ходатайства, ссылаясь на то, что применение сравнительного метода на ретроспективные даты продаж вышеперчисленных объектов недвижимости невозможно ввиду затруднительности подбора достаточного количества объектов – аналогов с известными ценами сделок, на что было указано рядом экспертных учреждений при ответах на запросы суда о возможности проведения такого рода исследования.

 Определением от 21 декабря 2020 года суд назначил по делу повторную экспертизу, производство которой поручено экспертам общества с ограниченной ответственностью «АВЕРТА ГРУПП» - ФИО11 и ФИО12. На разрешение экспертов поставлены вопросы об определении рыночной стоимости 5 объектов недвижимости, в том числе с использованием сравнительного подхода, по состоянию на дату заключения договоров купли-продажи.

 11 мая 2021 года в адрес суда экспертным учреждением ООО «АВЕРТА ГРУПП» направлено экспертное заключение № 138Ю/04/21. Ввиду допущенной технической ошибки, которая выразилась в том, что экспертное заключение было подписано  не комиссионно двумя экспертами, а только одним экспертом, 25.05.2021 повторно в адрес суда было направлено экспертное заключение № 138Ю/04/21, подписанное экспертами ФИО11 и ФИО12. Заслушав пояснения экспертов по вопросу об участии каждого из них в проведении исследования и составлении заключения, суд приходит к заключению, что имело место устранение допущенной при оформлении заключения технической ошибки, а не замена на новое заключение, отличное по содержанию представленному первоначально.

 По ходатайству сторон в судебном заседании экспертами неоднократно давались пояснения по результатам экспертного исследования, ответы на поставленные вопросы. Это послужило основанием для устранения математических ошибок в расчетах, уточнений приведенных данных, корректировок применяемых коэффициентов, которые сопровождались направлением в материалы дела новых редакций экспертного заключения, подписанных двумя экспертами, в том числе 17.06.2021 и 30.07.2021. 

ФИО3 в судебном заседании заявил ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы на том основании, что представленное экспертное заключение не является надлежащим доказательством по делу ввиду наличия в нем большого количества математических и методологических ошибок, повлиявших на конечный результат. 

ФИО2 возражает против удовлетворения ходатайства.

Рассматривая заявление о назначении по делу по сути пятой экспертизы по оценке рыночной стоимости объектов недвижимости по состоянию на даты 14.07.2009, 10.09.2013, 17.04.2015, суд исходит из следующего.

Вопрос о необходимости проведения экспертизы, согласно статьям 82 и 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу. Проведение повторной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

 Установление размера причиненного ущерба входит в предмет доказывания по иску о взыскании убытков.

В материалах дела уже имеются четыре экспертных заключения оценщиков, которых суд или органы следствия предупреждали об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Помимо этого ответчиком представлено еще как минимум три отчета об оценке, совершенных оценщиками вне рамок судебных разбирательств в разное время. Не смотря на то, что оценщиками использовались общепринятые методики оценки – сравнительный, затратный, доходный методы в их разных сочетаниях (все три одновременно, два из трех, только один – сравнительный), тем не менее, ни одно заключение не содержит совпадений ни по одному показателю, что позволяет суду заключить с определенной степенью достоверности, что последующее увеличение числа экспертиз не устранит это несовпадение и несоответствие результатов оценки и не разрешит имеющегося между сторонами спора противоречия по вопросу о размере рыночной стоимости проданного имущества общества. 

Суд отказывает в удовлетворении ходатайства ответчика, считая, что проведение повторной экспертизы представляется нецелесообразным, поскольку не приведет к получению результатов, в отношении которых сторонами в последующем не заявлялись бы возражения по причине несогласия с выводами экспертов ввиду непримиримости позиций сторон, находящихся в длительном корпоративном конфликте.

Общая продолжительность рассмотрения настоящего спора составляет 2 года и 5 месяцев. Дальнейшее увеличение продолжительности судопроизводства может нарушить баланс соблюдения прав сторон на рассмотрение дела в разумный срок, который с учетом положений абзаца второго части 2 статьи 222.1 АПК РФ не может превышать трех лет со дня поступления искового заявления до дня вступления в законную силу последнего судебного акта по рассмотренному делу с учетом процедур обжалования.

При производстве последней экспертизы судом было установлено, что ответчик ФИО3, являясь отцом нынешнего собственника объектов недвижимости ФИО7, устранялся от содействия эксперту в обеспечении доступа к указанным объектам.  ФИО3 пояснял, что не имеет возможности обеспечить доступ на объекты оценки ввиду отсутствия у него в собственности данных объектов, а также в связи с расторжением собственником договоров аренды с ООО «СКОГС ПАРТНЕР». Данное обстоятельство послужило причиной невозможности завершения в срок экспертных мероприятий (определение от 26.03.2021).

Назначение очередной экспертизы повлечет затягивание рассмотрения дела. В соответствии с пунктом 2 статьи 6.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации разбирательство дел в арбитражных судах осуществляется в сроки, установленные процессуальным кодексом, при этом в любом случае судопроизводство в арбитражных судах должно осуществляться в разумный срок.

Согласно позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенной в пункте 6 Постановления №62 от 30 июля 2013 г. «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

В силу ч. 3 ст. 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу, не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит исследованию и оценке судом наравне с другими представленными доказательствами. В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами.

Приложенное к исковому заявлению экспертное заключение № 20 от 10.05.2017, выполненное экспертом ООО «Лид Тайм» ФИО8 по арбитражному делу № А52-1607/2016, было исследовано и оценено судом при рассмотрении дела, судом возмещены расходы на производство экспертизы. В связи с несогласием с экспертным заключением ООО «Лид Тайм», выполненным экспертом ФИО8, ФИО3 были заявлены ходатайства о назначении повторной экспертизы, в удовлетворении которых судом было отказано. Отказ в назначении повторной экспертизы в рамках дела №А52-1607/2016 не был оспорен при проверке судом апелляционной инстанции законности решения по делу №А52-1607/2016, в связи с чем результаты проведенной оценки являются достоверными и подлежащими оценке судом наряду с другими доказательствами, в том числе и по настоящему делу. 

То же заключение делает суд и в отношении оценки ООО «РОСС ФАКТОР» №320/0/16 от 08.02.2017. Данные экспертизы не были оспорены и признаны недостоверными. Обе экспертизы проводились экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, с использованием сравнительного метода. 

Сопоставив результаты первых двух оценочных экспертиз с выводами экспертов ООО «АВЕРТА ГРУПП» ФИО11 и ФИО12, проводивших оценку с использованием того же сравнительного подхода,  о величине рыночной стоимости проданных объектов, сделанных в окончательном варианте экспертного заключения № 138Ю/04/21, суд установил, что несмотря на наличие допущенных математических и методологических ошибок, на которые обращал внимание суда ответчик, во всех трех заключениях, подписанных четырьмя независимыми друг от друга экспертами, прослеживается единый вывод о том, что недвижимость реализована по существенно заниженной стоимости с незначительными отклонениями по суммам. 

Согласно заключению экспертов ООО «АВЕРТА ГРУПП» ФИО11 и ФИО12 № 138Ю/04/21 в редакции от 28.07.2021 общая рыночная стоимость реализованного имущества на дату его продажи составляла 10587000 руб., в том числе на земельный участок с кадастровым номером 60:27:110105:92  - 1411000 руб.;  на земельный участок с кадастровым номером 60:27:110105:0070 — 3529000 руб., на здание панельного цеха (условный номер 60:27:110105:0070:11246-Ж) -  1511000 руб., на здание бетонно-растворного узла (условный номер 60:27:110105:0070:11246-Е) - 917000 руб., на земельный участок с кадастровым номером 60:27:110105:93 — 3219000 руб.

Суд считает не подлежащими использованию в качестве допустимого доказательства при определении рыночной стоимости объектов недвижимости результаты оценки, произведенной экспертом общества с ограниченной ответственностью «Консалтинговая фирма «КРОНОС – Псков» ФИО10 в заключении № 20/07/2020 от 20.07.2020, поскольку примененные экспертом методы оценки затратный и доходный не позволяют сопоставить их результаты с результатами других экспертиз.

При разрешении настоящего спора, руководствуясь разъяснениями Пленума Высшего Арбитражного суда РФ о том, что в случае невозможности установить размер причиненных убытков с разумной степенью достоверности,  их размер определяется с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности, суд полагает справедливым принять методику, предложенную истцом, которая основана на избрании наименьшего из трех имеющихся вариантов оценки, не прибегая к применению среднего арифметического результата, поскольку он оказывается выше. Данную методику можно проследить на примере сравнительной таблицы:

Договорная цена имущества

Экспертное заключение ООО «Лид Тайм» ФИО8 №20 от 10.05.2017

Экспертное заключение ООО «РОСС ФАКТОР» №320/0/16 от 08.02.2017 

Экспертное заключение ООО «АВЕРТА ГРУПП» ФИО11 и ФИО12 №138Ю/04/21 в редакции от 28.07.2021 

Экспертное среднее арифмети-ческое

1 970 000,00

13 243 000,00

12 885 738,00

10 587 000,00

12 238 579,00

Наименьшим является значение 10587000 руб. При вычитании из данной суммы полученной от продажи цены 1970000 руб. получаем разницу между рыночной и договорной стоимостью имущества в размере 8617000 руб., которые истец просит взыскать в качестве возмещения убытков, причиненных обществу от реализации имущества по заниженной цене. Поскольку условия спорных сделок купли-продажи, заключенных генеральным директором ООО «СКОГС ПАРТНЕР» ФИО3 в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены, на которых в сравнимых обстоятельствах совершались аналогичные сделки (предоставление, полученное по сделкам в 5,3 раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента), то данные сделки следует признать сделками, исполненными на невыгодных условиях. В результате совершения директором спорных сделок общество не получило адекватное встречное предоставление со стороны контрагента.

Спорное имущество приобреталось обществом в период с 2000 по начало 2009 года, составляло основные средства и использовалось в производственной деятельности предприятия. После отчуждения земельных участков и производственных помещений, они стали предоставляться обществу в пользование на возмездной основе новым собственником – сыном генерального директора ФИО13 по договорам аренды.  Анализируя результаты хозяйственной деятельности общества за период с 2009 по 2018 годы, обе стороны признают положительную экономическую динамику, выраженную в росте прибыли, устойчивом финансовом положении, позволяющем регулярно получать заемные средства, приобретать автомобильный транспорт и оборудование, своевременно производить расчеты по заработной плате и налогам. Арендные отношения позволяли длительное время  генеральному директору ООО «СКОГС ПАРТНЕР» ФИО3 сохранять производство, рабочий коллектив и создавать у второго участника иллюзию неизменности правового положения принадлежности имущества. Согласно бухгалтерским балансам поступившие от реализации имущества денежные средства никаким образом не повлияли на изменение финансового положения общества. Эти обстоятельства, по мнению истца, свидетельствуют об отсутствии какой-либо производственной, финансовой необходимости в избавлении директором от основных средств по заниженной цене, с последующим его же наймом на возмездной основе. После того, как владелец недвижимости расторг с ООО «СКОГС ПАРТНЕР» договоры аренды, лишившись допуска к производственной базе,  общество прекратило какую-либо производственную деятельность.

По мнению истца, неразумность действий директора ФИО3 выражается в том, что до заключения сделок купли-продажи имущества, составляющего производственную базу предприятия, он не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной информации о рыночной цене. Не давались объявления в средствах массовой информации, иных общедоступных средствах в сети Интернет о продаже объектов. Ответчиком не исследовался рынок потенциальных покупателей объектов, не сделана предпродажная рыночная оценка объектов недвижимости. Представленные ответчиком оценки, согласно указанным в них датам, выполнены уже после того, как состоялась купля-продажа оцениваемого имущества. При имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации, поставил бы в известность своего делового партнера – второго участника общества с целью получения одобрения своим действиям, учитывая то, какие неблагоприятные последствия в обычных условиях хозяйственной деятельности несет для юридического лица лишение его основных производственных мощностей. 

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

ФИО3 обосновывает необходимость продажи земельных участков и зданий по цене, которую суд признал заниженной, следующими обстоятельствами:

-  отсутствие покупателей, которые сделали бы возможным реализацию имущества по указанной истцом цене;

- необходимость пополнить оборотные средства;

- отчуждение имущества являлось способом избежать убытки в виде уплаты налога на имущество, который превышал размер арендной платы, выплачиваемой новому собственнику за право пользования этим имуществом.

Выручка ООО «СКОГС ПАРТНЕР», получаемая от приносящей доход основной деятельности – деревообработка за период с 2008 по 2015 года стабильно находилась на уровне почти восьми миллионов в год, что не только позволяло оплачивать налоги на землю и на имущество, но и не испытывать потребности в дополнительных оборотных средствах, пополнение которых директор осуществлял за счет продажи производственной базы по заниженной цене. При рассмотрении спора ФИО3 не раскрыл, какую экономическую выгоду получило общество в результате реализации имущества на сумму 1970000 руб. и почему она была недостижима при сохранении основных средств в распоряжении общества. На какие «неотложные» нужды были необходимы и куда целенаправленно потрачены денежные средства от этой продажи, из бухгалтерской отчетности Общества не усматривается. 

Обременительность расходов на содержание имущества в виде уплаты налогов при миллионных оборотах денежных средств и выручки Общества от деревообработки, позволяющего приобретать дорогостоящее оборудование, автомобили, ничем не подтверждена.   

Доводы ответчика о соответствии цены сделки цене приобретения имущества в 2000, 2009 годах не свидетельствуют об отсутствии у Общества убытков от совершения сделки купли-продажи в 2009, 2013 и 2015 годах.

Противоправный характер действий ответчика выражается в совершении сделок по отчуждению земельных участков и зданий на заведомо невыгодных условиях. Проанализировав вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что заключив вышеназванные договоры директор ФИО3, злоупотребив правом, предоставленным ему как единоличному исполнительному органу Общества, фактически вывел из состава имущества Общества три земельных участка и два нежилых здания, рыночной стоимостью 10 587 000 руб., при цене сделок  1970000 руб., лишив Общество указанных объектов недвижимого имущества и возможного дохода.

Указанные недобросовестные и неразумные действия директора повлекли неблагоприятные последствия для Общества:

- отсутствие собственной производственной базы;

- прямая экономическая зависимость Общества от воли нынешнего собственника имущества по сдаче его в аренду для осуществления уставной деятельности Общества.

Доказательств того, что, совершая сделку по отчуждению основных средств Общества по заниженной, ответчик, как директор Общества, действовал в интересах Общества, и такая сделка являлась экономически целесообразной (извлечение прибыли, предотвращение большего ущерба и прочее), не имеется в материалах дела. Относительно всех заключенных ответчиком сделок суд приходит к выводу, что сделки не имеют под собой разумной, экономически целесообразной основы, не направлены на достижение уставных задач и целей Общества и не подпадают под понятие обычного делового (предпринимательского) риска.

В соответствии с пунктом 8 постановления Пленума № 62  удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу, в связи с чем результаты рассмотрения дел №А52-1607/2016, №2-324/2019 не препятствуют рассмотрению настоящего дела по существу. Суд полагает также, что удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не находится в какой-либо зависимости от результатов рассмотрения уголовного дела и уголовного преследования в отношении этого руководителя. Постановление о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении ФИО3 от 17.08.2018 каких-либо выводов о реализации им имущества по цене, соответствующей либо не соответствующей действительной рыночной стоимости не содержит.

Оспаривая заявленные исковые требования, представителем ответчика заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Рассмотрев данный довод ответчика, суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что общий срок исковой давности составляет три года.

Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 26 совместного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.11.2001 № 15 и Высшего Арбитражного Суда РФ от 15.11.2001 № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

При этом бремя доказывания истечения давности лежит на стороне, заявившей о применении срока давности.

Вопрос о том, когда ФИО2, будучи участником общества, должен был и мог узнать о совершении ФИО3 сделок по отчуждению имущества общества (договоры купли-продажи  № 558 от 14.07.2009, № 48 от 10.09.2013, № 12 от 17.04.2015) был предметом рассмотрения в рамках дела №А52-1607/2016 в связи со сделанным в ходе рассмотрения спора ФИО3 заявления о пропуске срока исковой давности для обращения в суд с иском о применении последствий недействительности спорных сделок. В обоснование заявления ФИО7, как и в настоящем споре, сослался на то, что ФИО14, является учредителем Общества, а, следовательно, не был лишен права интересоваться деятельностью Общества и обо всех сделках мог узнать своевременно, в том числе путем получения сведений из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним, в связи с чем, утверждение ФИО2 о том, что он узнал о спорных сделках в апреле 2016 года не соответствует действительности.

Суд указанные доводы счел несостоятельными и отклонил по тем основаниям, что Общество не представило доказательств проведения годового общего собрания по итогам деятельности общества за период с 2009 по 2015 года, вследствие чего, в отсутствие иных доказательств, суд счел, что Обществом не доказан факт пропуска ФИО2 срока исковой давности по данному спору. При этом судом в решении от 14.08.2017 было установлено, что ФИО2 узнал о совершенных сделках в апреле 2016 года. 

ФИО7 была предпринята попытка изменить дату, когда  ФИО2 могу узнать о совершенных сделках путем обращения в рамках дела №А52-1607/2016 с заявлением об исправлении опечатки, на что в определении от 29 апреля 2019 года суд, отказывая в исправлении опечатки, вновь пояснил, что ФИО2 в ходе рассмотрения спора в судебном заседании дал пояснения, согласно которым он узнал о совершении оспариваемых сделок в апреле 2016 года. Данная позиция заявителя зафиксирована в протоколе судебного заседания от 19.07.2016, а также содержится в пояснениях, поданных впоследствии в ходе рассмотрения спора и приобщенных к материалам дела. Таким образом, указание в тексте решения о том, что ФИО2 узнал о совершении оспариваемых сделок в апреле 2016 года, не соответствует понятию опечатки (описки), а является суждением суда, основанном на исследовании фактических обстоятельств дела

Согласно правовой позиции, выраженной в определении Высшего Арбитражного Суда РФ № ВАС-11019/11 по делу № А12-18928/2010, свойством преюдиции обладают обстоятельства, составляющие фактическую основу ранее вынесенного по другому делу и вступившего в законную силу решения, когда эти обстоятельства имеют юридическое значение для разрешения спора, возникшего позднее.

Как отмечено в Постановлении Президиума ВАС РФ от 20.11.2012 № 2013/12 по делу № А41-11344/11, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Исходя из вышеуказанного, установленный судом по ранее рассмотренному делу факт о том, что ФИО2 узнал о спорных сделках в апреле 2016 года, считается преюдициальным и не подлежит доказыванию вновь. 

В суд с настоящим иском истец обратился 21 марта 2019 года. Таким образом, срок исковой давности на подачу искового заявления, истцом не пропущен.

Кроме того, при разрешении вопроса о пропуске срока исковой суд находит основания для применения положений пункта 1 статьи 204 ГК РФ. 

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права срок исковой давности не течет на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита (пункт 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе в случаях, когда суд счел подлежащими применению при разрешении спора иные нормы права, чем те, на которые ссылался истец в исковом заявлении, а также при изменении истцом избранного им способа защиты права или обстоятельств, на которых он основывает свои требования (часть 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В силу пункта 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству.

Из материалов дела следует, что участник ООО «СКОГС ПАРТНЁР» ФИО2, действуя в интересах общества, принял меры по защите нарушенных прав путем заявления в арбитражном суде требования о применении последствий недействительных сделок - договоров купли-продажи  № 558 от 14.07.2009, № 48 от 10.09.2013, № 12 от 17.04.2015 путем возврата всех объектов недвижимости в собственность ООО «СКОГС ПАРТНЁР».  Этот способ защиты права был использован с целью восстановления экономического положения общества путем физического возврата имущества. В связи с отказом в иске ФИО2 вынужден был изменить способ защиты нарушенных прав общества, обратившись с иском о возмещении убытков, причиненных реализацией этого имущества по заниженной цене.

Исходя из изложенного, истец вправе менять способы защиты при этом срок исковой давности не течет со дня обращения в суд и на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита. Соответственно период рассмотрения дела Арбитражным судом Псковской области №А52-1607/2016 с 23 мая 2016 года по 06 сентября 2018 г. не включается в срок исковой давности.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статьи 67, 68, 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд исходит из того, что в материалах дела имеются доказательства, достаточные для вывода о том, что истцом доказан факт неправомерного действия ответчика, наличие прямой причинно-следственной связи между неразумными и недобросовестными действиями по продаже имущества по заниженной цене  и наступившими убытками, размер убытков. Отсутствие вины должен доказать ответчик. Ответчик не представил достаточных доказательств отсутствия его вины в причинении обществу убытков. Следовательно, у ООО «СКОГС ПАРТНЕР» возникло право компенсации убытков. 

Согласно статье 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражным судом суд решает вопросы о распределении судебных расходов.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом (ст. 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Распределение судебных расходов между лицами, участвующими в деле, производится судом в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «СКОГС ПАРТНЕР» убытки в размере 8 617 000 руб., а также 62349 руб. 00 коп. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины и 140 000 руб. 00 коп. расходов за проведение экспертизы по делу.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 3736 руб. государственной пошлины. 

Финансово–экономическому отделу Арбитражного суда Псковской области со счета средств, поступивших во временное распоряжение Арбитражного суда Псковской области от общества с ограниченной ответственностью «СКОГС ПАРТНЕР» в лице ФИО2, перечислить обществу с ограниченной ответственностью «АВЕРТА ГРУПП» денежные средства в сумме 140000 руб. 00 коп. в счет оплаты за проведение экспертизы по делу №А52-1114/2019 по реквизитам, указанным в счете № 723 от 19.08.2021.

Финансово–экономическому отделу Арбитражного суда Псковской области со счета средств, поступивших во временное распоряжение Арбитражного суда Псковской области от общества с ограниченной ответственностью «СКОГС ПАРТНЕР» в лице ФИО2 в сумме 170000 руб. 00 коп. по платежному документу № 614525 от 10.12.2020, возвратить денежные средства в сумме 30000 руб. 00 коп., как излишне уплаченные, по реквизитам, указанным в соответствующем заявлении.

Финансово–экономическому отделу Арбитражного суда Псковской области со счета средств, поступивших во временное распоряжение Арбитражного суда Псковской области от ФИО3 в сумме 25000 руб. 00 коп. по платежному документу № 130853 от 08.05.2020, возвратить ФИО3 денежные средства в сумме 25000 руб. 00 коп. по реквизитам, указанным в соответствующем заявлении.

На решение в течение месяца после его принятия может быть подана апелляционная жалоба в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Псковской области.

 

Судья                                                                                     О.В. Никульникова