АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-10654/2023

Дело № А65-33249/2021

г. Казань

04 декабря 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 ноября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен  04 декабря 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Мельниковой Н.Ю., 

судей Гильмановой Э.Г., Сабирова М.М.,

при участии:

от истца – лично ФИО1, представитель ФИО2 по доверенности,

от ответчика  – представитель ФИО3 по доверенности,

от третьего лица (ФИО4) – представитель ФИО5 по доверенности, 

рассмотрев в открытом  судебном заседании кассационную жалобу  ФИО1

на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.06.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2023

по делу № А65-33249/2021

по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Уральский щебень» о признании недействительными договоров, о применении последствий недействительности сделок,

с привлечением к участию в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО6, ФИО7,  ИП ФИО8, ФИО4,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее– ФИО1, истец) обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Уральский щебень» (далее-ООО «ТД «Уральский щебень», Общество, ответчик) о признании недействительными: 1) договора аренды земельного участка 1/21 от 29.04.2021, заключенного между Обществом в лице директора ФИО7 и индивидуальным предпринимателем ФИО7; 2) договора № 2403 на сезонную очистку и ремонт водоотводных сооружений от 18.03.2021, заключенный между Обществом в лице директора ФИО7 и индивидуальным предпринимателем ФИО8; 3) договора аренды транспортного средства без экипажа №14 от 01.10.2019, №08 от 01.10.2020, №4 от 01.04.2021, заключенные между Обществом в лице директора ФИО7 и индивидуальным предпринимателем ФИО4, о применении последствий недействительности указанных сделок в виде возврата Обществу индивидуальными предпринимателями ФИО7, ФИО8, ФИО4 денежных средств, полученных по вышеуказанным договорам, с привлечением к участию в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО6, ФИО7, ИП ФИО8, ФИО4

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.06.2023 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2023 решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.06.2023 оставлено без изменения.

Не согласившись с решением арбитражного суда и постановлением арбитражного апелляционного суда ФИО1 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, вернуть дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан   с привлечением к участию в деле ООО «Лемакс», РЖД, Росфинмониторинг, ИФНС, и надлежащему извещению ФИО6 по основаниям изложенным в жалобе, а также   в письменном  выступлении.

В частности  заявитель кассационной  жалобы  не согласен с  оценкой  судами первой и апелляционной  инстанций  доказательств, считает,  что для  общества отсутствовала необходимость заключения  договоров аренды  земельного участка,  техники, по  очистки лотков, договоры  носили  формальный  характер, реально  не исполнялись, направлены  на вывод  денежных средств. Указанные сделки  являлись для общества убыточными, прибыль была общая. Считает, что при рассмотрении настоящего спора  необходимо было  применить  повышенные стандарт  доказывания, не согласен  с  истечением  срока исковой  давности.

 От ООО «ТД «Уральский щебень» поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

От ФИО4 поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы,  отзывов на нее, заслушав истца, представителей истца, ответчика и третьего лица,  проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) правильность применения судами первой и  апелляционной инстанций   норм материального и процессуального права, суд округа приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы ввиду следующего.

Арбитражные  суды первой  и апелляционной  инстанций  установили, что обосновывая заявленные требования, истец указал, что договора аренды транспортного средства без экипажа № 14 от 01.10.2019, № 08 от 01.10.2020, № 4 от 01.04.2021, заключенные Обществом в лице директора ФИО7 и индивидуальным предпринимателем ФИО4  подпадают под признаки крупной сделки (несколько взаимосвязанных сделок), выходящих за пределы обычной хозяйственной деятельности, заключенных в отсутствие согласия общего собрания участников Общества.

Положения статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - ФЗ «Об ООО») содержат  определение и признаки крупной сделкой.

 Для арендатора квалификация договора аренды в качестве крупной сделки зависит от всех платежей, подлежащих выплате в течение года по такому договору (арендные платежи).

Сделка будет являться крупной, если сумма платежей за период действия договора (в отношении договора, заключенного на неопределенный срок, - за один год; в случае если размер платежа варьируется на протяжении действия такого договора, учитывается наибольшая сумма платежей за один год) составляет более 25 процентов балансовой стоимости активов общества (пункт  13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 26.06.2018 № 27  «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее- постановление  Пленума  ВС РФ № 27).

Согласно положениям пункта 14 постановления  Пленума ВС РФ №27, о взаимосвязанности сделок общества, применительно к пункту 1 статьи 46 ФЗ «Об ООО», помимо прочего, могут свидетельствовать такие признаки, как преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, в том числе общее хозяйственное назначение проданного (переданного во временное владение или пользование) имущества.

Для определения того, отвечает ли сделка, состоящая из нескольких взаимосвязанных сделок, количественному (стоимостному) критерию крупных сделок, необходимо сопоставлять балансовую стоимость или цену имущества, отчужденного (переданного во временное владение или пользование) по всем взаимосвязанным сделкам, с балансовой стоимостью активов на последнюю отчетную дату, которой будет являться дата бухгалтерского баланса, предшествующая заключению первой из сделок.

По условиям всех спорных договоров аренды транспортного средства: №14 от 01.10.2019, №08 от 01.10.2020 и №4 от 01.04.2021, предметом договора является предоставление одного и того же транспортного средства - крана-манипулятора «КамАЗ-65117», государственный регистрационный знак «0885ХТ 102 RUS», таким образом, по мнению истца данные сделки являются взаимосвязанными на основании следующего.

Первая из спорных сделок - договор №14 заключен 01.10.2019, согласно пункту 6.1 договора он вступает в силу со дня его подписания Сторонами и действует до 31.12.2019 с последующей пролонгацией, если ни одна из Сторон не заявит о своем намерении прекратить его не позднее, чем за месяц до истечения срока действия Договора, из чего следует, что данный договор заключен на неопределенный срок.

Согласно пункту 2.1. Договора размер арендной платы составляет 538 000 руб. в месяц, без НДС. Таким образом, сумма всех платежей, подлежащих выплате в течение года по данному договору, составляет 6 456 000 руб.

Балансовая стоимость активов Общества на последнюю отчетную дату, предшествующую заключению первой из спорных сделок - договору №14 от 01.10.2019, то есть за 2018 год, согласно строке 1600 баланса, составляет сумму в 8 469 000 руб., 25 процентов от которой составляет 2 117 250 руб.

Таким образом, предмет сделки - аренда транспортного средства стоимостью 6 456 000 руб. за один год подпадает под количественный (стоимостной) критерий, предусмотренный статьей 46 ФЗ «Об ООО» о крупных сделках.

Согласно пункту .2.1. договора №08 от 01.10.2020 размер арендной платы составляет 538 000 руб. в месяц, без НДС, в соответствии с условиями пункта 6.1. данного договора он также заключен на неопределенный срок, сумма всех платежей, подлежащих выплате в течение года по данному договору, составляет 6 456 000 руб.

Балансовая стоимость активов Общества на последнюю отчетную дату, предшествующую заключению договора №08 от 01.10.2020, то есть за 2019 год, согласно строке 1600 баланса, составляет сумму в 14 773 000 руб. 25 процентов от которой составляет 3 693 250 руб.

Таким образом, согласно позиции истца, предмет данной сделки также подпадает под количественный (стоимостной) критерий, предусмотренный статьей 46 ФЗ «Об ООО» о крупных сделках.

Согласно пункту 2.1. договора №4 от 01.04.2021 размер арендной платы составляет 538 000 руб. в месяц, без НДС, в соответствии с условиями пункта 6.1. данного договора он заключен до 30.06.2021 т.е. на срок 3 месяца, сумма всех платежей, подлежащих выплате в течение действия договора, составляет 1 614 000 руб.

Балансовая стоимость активов Общества на последнюю отчетную дату, предшествующую заключению договора №4 от 01.04.2021, то есть за 2020 год, согласно строке 1600 баланса, составляет сумму в 18 063 000 руб., 25 процентов от которой составляет 4 515 750 руб.

Таким образом, уже на момент совершения первой из взаимосвязанных сделок, необходимости в аренде крана-манипулятора, тем более такой долгосрочной и затратной, у Общества не было, и данная сделка выходит за пределы её обычной хозяйственной деятельности.

Истец указывает,  что ИП ФИО4, заключая  сделку-договор №14  от 01.10.2019, заведомо должен был знать о том, что сделка является для Общества крупной сделкой, и об отсутствии надлежащего согласия на ее совершение, так как он не является сторонним и независимым контрагентом, а деятельность Общества находится под его контролем.

Кроме того, согласно доводам истца, второй участник Общества ФИО6 и ФИО4 состоят в гражданском браке, у них имеется совместный ребенок, а также, ФИО4 являлся представителем по доверенности участника Общества ФИО6 и на общем собрании участников Общества 27.09.2019, именно он предложил кандидатуру ФИО7 в качестве нового директора Общества, Обществом истцу представлена копия трудового договора от 01.10.2019 с директором ФИО7, где в качестве работодателя указан ФИО4, который также являлся ее представителем на собраниях общества, одновременно в заявленных требованиях истцом указано на факт наличия общего ребенка между стороной оспариваемых договоров директором общества ФИО7 и индивидуальным предпринимателем ФИО8, как на основание доказывающее личную заинтересованность участников сделки.

Вышеуказанные обстоятельства послужили основаниями для обращения истца с настоящим иском в суд.

При  рассмотрении настоящего спора  арбитражные суды  первой и апелляционной  инстанций  исходили  из следующих установленных  по делу  обстоятельств и оценки  доказательств.

ООО «ТД «Уральский щебень» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 01.03.2013, участниками которого являются ФИО6 с долей в уставном капитале равной 50% и ФИО1 с долей в уставном капитале равной 50%.

Согласно Протоколу  от 20.02.2013 № 1 ФИО1 вступил в должность директора ООО «ТД «Уральский щебень» и занимал её до 27.09.2019.

Протоколом № 4 общего собрания участников Общества от 27.09.2019 полномочия ФИО1 прекращены.

  28.09.2019 и по настоящее время директором ООО «ТД «Уральский щебень» является ФИО7.

Оценив  доказательства  и доводы  участников спора, арбитражные суды пришли к выводу,  что договор аренды земельного участка 1/21 от 29.04.2021  заключен ФИО7 в интересах Общества.

Так,  арбитражными судами установлено, что контрагенты Общества неоднократно обращались с просьбой предоставить место для стоянки техники. Без предоставления места для стоянки техники контрагенты отказывались заключать соглашения и работать с Обществом. Данные обстоятельства подтверждаются письмами ООО «ПромСнабСтрой» от 01.03.2021; ООО «Партнер-СК» от 17.05.2021; ООО «Торговый дом «Александровское» от 17.05.2021.

В связи с  чем,  суды  пришли к  выводу, что заключением договора аренды и предоставлением места для хранения контрагентам Общества сыпучих грузов и техники позволило Обществу заключить контракты и получить прибыль.

Согласно бухгалтерскому балансу, Общество за 2021 год получило прибыль в размере 5 783 000 руб.

За 2020 год Общество получило прибыль в сумме 250 000 руб., рост прибыли в 2021 году увеличился в более чем в 20 раз.

Данные факты подтверждаются Аудиторским заключением за 2021 год, выполненным ООО «ГСК-Аудит».

Арбитражные суды  пришли  к выводу, что  истцом не представлено доказательств того, что договоры аренды заключены на нерыночных условиях и стоимость аренды завышена, также Истец не обосновал и не доказал доводы о наличие явного ущерба для Общества, причиненные указанной сделкой.

Истцом  не опровергнуты  доводы общества, что оно  не нуждалось  в  целях осуществления своей уставной деятельности в заключении таких договоров.

Обществом в материалы дела представлены доказательства, свидетельствующие о положительном балансе Общества и существенный рост финансовых показателей.

О заключение данной сделки истец был уведомлен путем направления Уведомления от 15.02.2021  по месту его регистрации, мстец оказался от получения письма, что подтверждается письмом службы доставки от 18.02.2021.

Также  арбитражные суды  пришли к выводу, что договор № 2403 был заключен Обществом для отчистки и ремонта площадки для выгрузки вагонов с целью осуществления основной коммерческой деятельности. Без очистки  и текущего ремонта площадка не могла  бы  использоваться обществом  по назначению в  связи с  ее негодностью, что сделало бы осуществление хозяйственной деятельности Обществом  невозможным.

Истец указывал,  что на территории общества отсутствуют водоотводные лотки.

Оценив  указанный  довод, арбитражные суды  пришли к  выводу, что данный довод опровергается документами, представленными самим истцом, а именно Договором подряда от 17.02.2020 № 31 на устройство водоотводных стоков.

Арбитражные суды  установили, из заключения специалиста № 2022.07-059 следует, что работы по договору  на сезонную очистку и ремонт водоотводных сооружений от 18.03.2021 и дополнительному соглашению к договору № 2403 на сезонную очистку и ремонт водоотводных сооружений от 30.04.2021  были фактически выполнены, сметная стоимость по Договору № 2403 определена достоверно.

Арбитражные суды первой и  апелляционной инстанций, оценив доводы  и возражения  в части договоров  аренды  транспорта,  пришли к выводу, что договоры аренды автотранспорта № 14 от 01.10.2019, № 8 от 01.10.2020 и № 4 от 01.04.2021 заключались с целью ремонта площадки, погрузки и монтажу бетонных блоков, ремонт железнодорожного пути, не являются сделками, выходящими за пределы обычной хозяйственной деятельности.  

Заключение  указанных сделок соответствует  хозяйственной  деятельности общества,  они не привели к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо к существенному изменению масштабов деятельности общества, доказательств иного заявителем не представлено.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» при рассмотрении требования о признании сделки недействительной, как совершенной с нарушением предусмотренного Законом № 14-ФЗ порядка совершения крупных сделок, подлежит применению статья 173.1 ГК РФ, а с нарушением порядка совершения сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, - пункт 2 статьи 174 ГК РФ (пункт 6 статьи 45, пункт 4 статьи 46 Закона № 14-ФЗ) с учетом особенностей, установленных Законом № 14-ФЗ.

Истцом  исковые требования  мотивированы  нарушением обществом при заключении оспариваемых сделок  одобрением участников общества, положений  статей  45, 46  Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах ограниченной ответственностью».

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», на которые ссылается истец, для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков (пункт 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) количественного и качественного. 

Любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Бремя доказывания совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности лежит на истце.

Согласно пункту 18 названного Постановления в силу подпункта 2 пункта 6.1 статьи 79 Закона об акционерных обществах и абзаца третьего пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью на истца возлагается бремя доказывания того, что другая сторона по сделке знала (например, состояла в сговоре) или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой (как в части количественного (стоимостного), так и качественного критерия крупной сделки) и (или) что отсутствовало надлежащее согласие на ее совершение.

Заведомая осведомленность о том, что сделка является крупной (в том числе о значении сделки для общества и последствиях, которые она для него повлечет), предполагается, пока не доказано иное, только если контрагент, контролирующее его лицо или подконтрольное ему лицо является участником (акционером) общества или контролирующего лица общества или входит в состав органов общества или контролирующего лица общества.

Отсутствие таких обстоятельств не лишает истца права представить доказательства того, что другая сторона сделки знала о том, что сделка являлась крупной, например письмо другой стороны сделки, из которого следует, что она знала о том, что сделка является крупной.

Арбитражные  суды пришли к  выводу, что  в соответствии  с положениями пункта 14 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», истец ошибочно считает, договора аренды транспортного средства без экипажа №14 от 01.10.2019, №08 от 01.10.2020, №4 от 01.04.2021, являются взаимосвязанными сделками, так как преследуют единую хозяйственную цель при заключении, в том числе имеют общее хозяйственное назначение.

Данное утверждение истца, основано на ошибочном толковании норм материального права.

Единая хозяйственная цель сделок является основным критерием для признания их связанными, но при доказывании наличия такой цели используется ряд вспомогательных признаков. Одним из них является однородность оспариваемых соглашений. Как правило, взаимосвязанные сделки являются договорами одного типа, например, несколько договоров купли-продажи объектов недвижимости, которые в совокупности составляют имущественный комплекс или производственный актив компании. Однако, сам факт однородности нескольких договоров однозначно не свидетельствует о какой-либо связи между ними, взаимосвязь соглашений определяется не их правовой однородностью, а общим результатом: приобретение, отчуждение или возможность отчуждения прямо либо косвенно имущества.

Арбитражные суды  пришли  к выводу, что оспариваемые договора аренды, нельзя квалифицировать сделки как взаимосвязанные, так как у данных договоров отсутствует единая хозяйственная цель, договора заключены в различные периоды времени, не направлены на достижение одного результата.

В частности, договор аренды № 14 от 01.10.2019 заключен на срок до 31.12.2019, договор аренды № 08 от 01.l0.2020 на срок до 30.11.2020, и следовательно данные договора не подпадают под количественный (стоимостной) критерий крупной сделки.

Данные сделки связаны с осуществлением  обществом  деятельности  по погрузке  щебня  своим  контрагентам  и заключены  для их удобства.

Арбитражные суды пришли  также  к выводу, что  договора аренды транспортного средства без экипажа №14 от 01.10.2019, №08 от 01.10.2020, №4 от 01.04.2021 не являются сделками, выходящими за пределы обычной хозяйственной деятельности, так как они не привели к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо к существенному изменению масштабов деятельности общества.

Ранее  аналогичные сделки  заключались  обществом с иными контрагентами.

Относительно оценки  доводов истца о заинтересованности участников сделки в связи с наличием общих детей, суды  пришли  к следующим  выводам.

Из письменных пояснений третьих лиц ФИО7, ИП ФИО8, ФИО4 следует, что совместно ИП ФИО8 и ФИО7 не проживали, ФИО9 находился в браке с ФИО10, с которой брак расторгнут в марте 2015 года, в марте 2016 года отношения третьего лица с ФИО7 полностью прекратились, тогда же родился сын – ФИО11, отношения с ФИО7 поддерживались исключительно, связанные с воспитанием и содержание сына, с 2018 года третьи лица фактически проживали в разных городах.

Как следует из пояснений ФИО4, 17.11.1995  между ним и ФИО12 зарегистрирован брак. 26.02.2021, на основании решения мирового судьи судебного участка № 4 по Демскому району г. Уфы Республики Башкортостан от 25.01. 2021, брак с ФИО13 прекращён. 02.07.2021 им получено свидетельство о расторжении брака, с ФИО13, он находился в браке и проживал с 1995 года по 2021 год, также, он признает что является отцом ФИО14 08.07.2013 рождения, матерью которого является ФИО6, с которой он в браке не находиться, совместно не проживает, общее хозяйство не ведет.

Положения статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» содержат  определение и  признаки   сделок, в совершении которых имеется заинтересованность.

Для целей настоящей статьи контролирующим лицом признается лицо, имеющее право прямо или косвенно (через подконтрольных ему лиц) распоряжаться в силу участия в подконтрольной организации и (или) на основании договоров доверительного управления имуществом, и (или) простого товарищества, и (или) поручения, и (или) акционерного соглашения, и (или) иного соглашения, предметом которого является осуществление прав, удостоверенных акциями (долями) подконтрольной организации, более 50 процентами голосов в высшем органе управления подконтрольной организации либо право назначать (избирать) единоличный исполнительный орган и (или) более 50 процентов состава коллегиального органа управления подконтрольной организации.

Подконтрольным лицом (подконтрольной организацией) признается юридическое лицо, находящееся под прямым или косвенным контролем контролирующего лица.

В соответствии с пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» пунктом 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью лица, указанные в данных положениях закона, признаются заинтересованными в совершении обществом сделки, в том числе если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им организации являются выгодоприобретателем в сделке либо контролирующими лицами юридического лица, являющегося выгодоприобретателем в сделке, либо занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося выгодоприобретателем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

В силу абзаца второго пункта 6 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 ГК РФ) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение.

При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной. 

В соответствии с частью 1 пункта 1 статьи 9 ФЗ «О защите конкуренции», группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков: хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других яиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Согласно разъяснениям ФАС России № 16 «О применении частей 7, 8 статьи 11 Закона о защите конкуренции» (утв. протоколом Президиума ФАС России от 13.03.2019 № 2): наличие родственных связей может являться основанием для включения таких хозяйствующих субъектов в одну группу лиц по признакам, предусмотренным пунктом 7 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции. При этом, заключение антиконкурентных    соглашений будет являться допустимым между такими хозяйствующими субъектами при условии  выполнения хотя бы одного из критериев контроля, установленных частью 8 статьи Закона о защите конкуренции.

При этом наличие права совместной собственности на доли в уставном капитале коммерческой организации у лиц, находящихся в браке, не означает, что у каждого из супругов в отдельности возникает право распоряжения как принадлежащей ему долей, так и долей, принадлежащей его супругу (супруге). То есть, если при сложении долей в уставном капитале, принадлежащих обоим супругам в нескольких юридических лицах, образующих группу лиц в соответствии со статьей 9 Закона о защите конкуренции сумма этих долей превышает пятьдесят процентов уставного капитала в каждом из этих юридических лиц, но доля каждого из супругов в отдельности не превышает пятидесяти процентов в уставном капитале этих юридических лиц, то такую группу лиц нельзя считать находящейся под контролем кого-либо из указанных супругов.

Таким образом, подконтрольной признается только группа лиц, с которой одно физическое или юридическое лицо имеет возможность определять решения, принимаемые другим юридическим лицом, посредством распоряжения более чем пятьюдесятью процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли), составляющие уставный капитал юридического лица и (или) осуществления функций исполнительного органа юридического лица.

В связи с  чем, суды  первой и апелляционной  инстанций  пришли  к выводу, что поскольку родители детей, не состоящие в зарегистрированном браке, не названы в Законе № 14-ФЗ (абзаце втором пункта 1 статьи 45) в качестве лиц, заинтересованных в совершении сделки, и не входят в группу лиц, указанных в пункте 7 части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», спорные сделки не могут быть признаны сделками, в совершении которых имеется заинтересованность.

Согласно абз. 2-4 пункта 93 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела первого части первой Гражданского  кодекса  Российской  Федерации» сделка может быть признана недействительной вне зависимости от наличия сговора лиц, заключающих сделок, только при наличии явного ущерба интересам общества.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях. При этом сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной.

Арбитражные  суды первой и апелляционной инстанций, оценив  представленные  доказательства и доводы,  пришли к  выводу, что доказательства того, что сделки заключены за пределами обычной хозяйственной деятельности общества и наличие явного ущерба Обществу, истцом в материалы дела не представлены.

В соответствии со сведениями из Единого государственного реестра юридических лиц о видах деятельности предметом деятельности общества, в том числе является -деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам (49.4).

Одним из видов деятельности третьего лица является аренда и лизинг прочих машин и оборудования и материальных средств (77.3), указанная группировка включает в себя в том числе: аренду транспортных средств.

Таким образом, арбитражные  суды пришли  к выводу, что заключение оспариваемых договоров соответствует целям и видам деятельности как общества, так и третьего лица.

Ссылка на коды ОКВЭД в возражении истца, признаны  судами  несостоятельной, так как при государственной регистрации третьего лица в качестве индивидуального предпринимателя, действовал иной классификатор видов экономической деятельности.

При рассмотрении настоящего спора  обществом  представлены доказательства  отсутствия невыгодных условий для общества при совершении оспариваемых сделок, их  экономическая оправданность.

Сделки  реально исполнялись.  Объект  аренды  имел быть  место.

Как следует из договоров аренды и актов приема-передачи указанные документы подписаны директором общества и скреплены оттиском печати ответчика. Транспортные средства и земельный участок  передавались обществу в пользование. Факт принадлежности спорного имущества третьему лицу истцом не опровергнуто и не оспаривается.

Кроме того, ответчиком, и третьим лицом, заявлено о применении срока исковой давности по требованиям истца.

Согласно статье 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» (аналогичная правовая позиция содержится в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность»; далее - постановление № 27) иски о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности могут предъявляться в течение срока, установленного пунктом 2 статьи 181 ГК РФ для оспоримых сделок.

Пунктом 2 статьи 181 ГК РФ установлено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

По смыслу пункта 4 статьи 43 Закона № 14-ФЗ отсутствие у участника общества необходимых сведений в течение длительного времени, обусловленное бездействием самого участника, не может учитываться при определении начала течения срока исковой давности.

Доказательств того, что истец был отстранен от управления делами общества, равно как и доказательств того, что истец обращался в общество с требованиями о предоставлении документов общества, в удовлетворении которого ему было отказано, суду не представлено, кроме того ответчиком в материалы дела представлены доказательства направления Истцу уведомления о совершении сделок, от получения которых Истец уклонился.

Суды пришли к выводу, что в отношении договоров аренды транспортного средства без экипажа №14 от 01.10.2019, №08 от 01.10.2020, 01.04.2021 срок исковой давности начал течь с 30.04.2020 и с 30.04.2021, 30.04.2022  соответственно, считается истекшим 30.04.2021 и 30.04.2022 соответственно.

Суд первой инстанции указал, что поскольку уточненное исковое заявление направлено в суд 08.09.2022 и зарегистрировано Арбитражным судом Республики Татарстан, т.е. за пределами срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске в отношении договоров №14 от 01.10.2019, №08 от 01.10.2020, 01.04.2021.

При рассмотрении настоящего спора  арбитражными  судами установлено, что   истец – ФИО1, будучи директором ООО «ТД ООО «ТД «Уральский щебень» также  неоднократно заключал сделки.

При рассмотрении данного дела, истец самостоятельно указал, что до 2019 года, в период исполнения функций единоличного исполнительного органа общества истцом, общество заключало различные гражданско-правовые договора с юридическими лицами, аффилированными истцу, без получения одобрения со стороны второго участника общества (ФИО6) и истец полагал, что одобрении данных сделок не требуется, заключение указанных сделок не противоречит действующему законодательству и интересам общества.

Арбитражными судами установлено, что Уставом общества (абз. 4 пункт 10.2.3) установлено, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует одобрения общим собранием участников общества в случае, если условия такой сделки существенно не отличаются от условий аналогичных сделок, совершенных между обществом и заинтересованным лицом в процессе осуществления обычной хозяйственной деятельности общества, имевшей место до момента, когда заинтересованное лицо было признано таковым.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Кроме того, частным случаем проявления принципа добросовестности, вытекающим из общих начал гражданского законодательства, является принцип «эстоппель», согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 3  Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017).

Сторона не может ставить себя в противоречие к своему предыдущему поведению по отношению к другой стороне, если последняя действовала, разумно полагаясь на такое поведение.

Сторона утрачивает право ссылаться на определенное право или обстоятельства, имеющие процессуально-правовое значение, если из ее действий другая сторона могла разумно предположить, что вышеупомянутая сторона отказалась от возможности ссылаться на такое право или обстоятельства.

При таких  обстоятельствах, арбитражные суды пришли к  выводу, что ФИО1, будучи директором ООО «ТД «Уральский щебень» заключал от имени общества с компаниями, в которых он являлся учредителем, и аффилированными лицам сделки на аналогичных оспариваемым сделкам условиях без одобрения общего собрания Общества и второго учредителя Общества.

При рассмотрении настоящего  спора истец  не ссылался  на мнимость и притворность  сделок.

Арбитражные суды  установили, что  сделки  реально  исполнялись.

Также судами при рассмотрении спора  проверены  и оценены  доводы истца о применении повышенного  стандарта  доказывания.

Судами  оценены  и  проверены  доводы  истца о заинтересованности участников  спора при заключении оспариваемых  сделок, экономическая  обоснованность  таких сделок.

Арбитражные суды  установили, что все сделки  заключены  в связи с  осуществлением  обществом  своей уставной деятельности.

При  исполнении указанных сделок обществом  не осуществлялось отчуждение принадлежащего ему имущества,  что могло бы повлиять на  его хозяйственную деятельность.

При рассмотрении настоящего спора все участники спора  были уведомлены  судом первой инстанции в порядке  статей 122, 123  АПК РФ.  Никто  из них не заявил о нарушении их процессуальных прав.

Таким  образом, при рассмотрении настоящего спора  арбитражные суды первой и апелляционной инстанций установили все существенные обстоятельства для данной категории споров, оценили представленные в  материалы дела доказательства  и доводы  участников  спора  в  их совокупности.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку указанные в кассационной жалобе доводы не опровергают законность и обоснованность принятых по делу судебных актов и правильности выводов судов, а свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых судебных актов судами нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено. Нормы материального права применены правильно.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.06.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2023 по делу № А65-33249/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                   Н.Ю. Мельникова

 

Судьи                                                                          Э.Г. Гильманова

 

                                                                                     М.М. Сабиров