СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-7518/2022-ГК

г. Пермь

10 ноября 2022 года

Дело № А50-8059/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 ноября 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 ноября 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

судьи Ушаковой Э.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ФИО2: ФИО3, паспорт, доверенность от 10.02.2021, диплом; ФИО4, удостоверение адвоката, доверенность от 10.02.2021;

от истца: ФИО5, паспорт, доверенность от 26.04.2022, диплом;

от третьего лица, ФИО6: ФИО7, паспорт, доверенность от 07.04.2021, диплом;

от третьего лица, ФИО8: ФИО7, паспорт, доверенность от 17.10.2022, диплом;

от ООО «Управляющая компания «Гипсополимер»: ФИО9, паспорт, доверенность от 14.12.2021, диплом; 

от иных лиц, участвующих в деле: не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке ст. 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, заявление ФИО2 о процессуальном правопреемстве по делу № А50-8059/2021

по иску общества с ограниченной ответственностью «Прикамская гипсовая компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к обществу с ограниченной ответственностью «Бенар» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о взыскании задолженности по арендной плате, процентов за пользование чужими денежными средствами,

третьи лица: ФИО6, ФИО10, ФИО8, ФИО11, ФИО12, ФИО13, общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Гипсополимер» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «Строительно-Буровая компания «Уралбурстрой» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «Ремстрой» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>), 

при участии ФИО2 (ИНН 

<

***>),         

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Прикамская гипсовая компания» (далее – истец, ООО «ПГК») обратилось в Арбитражный суд Пермского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Бернар» (далее – ответчик, ООО «Бенар») о взыскании задолженности по арендной плате в размере 1 284 723, 87 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.01.2021 по 02.04.2021 в размере 13 867, 98 руб.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 09.06.2021 исковые требования удовлетворены.

Судом выдан исполнительный лист серии ФС № 34440803 от 08.12.2021.

07.04.2022 в Арбитражный суд Пермского края поступило заявление индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – ИП ФИО2) о процессуальном правопреемстве.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 06.05.2022 заявление ИП ФИО2 удовлетворено, произведена процессуальная замена ООО «ПГК» на ИП ФИО2

Не согласившись с вынесенным судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении заявления ИП ФИО2 – отказать.

Истец не согласен с выводом суда первой инстанции о том, что наступлению отлагательного условия  воспрепятствовала ФИО6 как контролирующее лицо ООО «Прикамская гипсовая компания», а также о системном уклонении (воспрепятствовании) ФИО6 от отчуждения доли в уставном капитале ООО «Бенар», с которым стороны договора цессии связали момент перехода прав требований. Указал, что суд первой инстанции не обосновал вывод о том, что ФИО6 воспрепятствовала наступлению предусмотренного п. 2.1.3. договора цессии условию, действуя как контролирующее ООО «Прикамская гипсовая компания» лицо, поскольку  ФИО6 обладает 50 % голосов и не отвечает признакам контролирующего общество лица, установленным в ст. 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

Кроме того, истец указал, что суд первой инстанции, давая оценку действиям ФИО6 и ее супруга ФИО8, данных лиц к участию в деле не привлек. ФИО6 не имела возможности обосновать свою позицию. Не согласен с выводом суда о том, что требование ФИО6 о согласовании иных существенных условий противоречит положениям ст. 309, 310 ГК РФ. Пояснил, что судом первой инстанции не дана оценка доводам истца о том, что корпоративный договор от 11.11.2021 об осуществлении прав участников ООО «Бенар», заключенный между ФИО10 и ФИО6, содержит п. 6.5, в котором ФИО10 заверила ФИО6 о том, что общество находится в состоянии ликвидации и будет исключено из ЕГРЮЛ до 31.12.2023, между тем, на момент получения требований о продаже доли в ООО «Бенар» от ФИО10 общество в состоянии ликвидации не находилось. Поскольку договор уступки права требования заключен под отлагательным условием (ликвидация ООО «Бенар»), ликвидация ООО «Бенар» не проведена, истец считает, что на момент вынесения определения суда первой инстанции отлагательное условие не наступило.

Определением от 05.10.2022 Семнадцатый арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению заявления ФИО2 о процессуальном правопреемстве по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, привлек к участию в рассмотрении заявления в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО6, ФИО10, ФИО8, ФИО11, ФИО12, ФИО13, общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Гипсополимер», общество с ограниченной ответственностью «Строительно-Буровая компания «Уралбурстрой», общество с ограниченной ответственностью «Ремстрой».

От третьих лиц, ФИО6, ФИО8, ООО «УК «Гипсополимер» поступили отзывы на заявление ФИО2 о процессуальном правопреемстве с приложением дополнительных доказательств.

Ответчик не возражал против удовлетворения заявления о процессуальном правопреемстве (л.д. 125).

От третьего лица, ФИО11, поступило заявление о проведении судебного заседания в отсутствие ее представителя, просит оставить  апелляционную жалобу – без удовлетворения, заявление ИП ФИО2 о процессуальном правопреемстве - без изменения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 07.11.2022 представители ФИО2 поддержали заявление о процессуальном правопреемстве.

Представители истца, третьих лиц, ФИО6, ФИО8, ООО «УК «Гипсополимер» возражали против удовлетворения заявления ИП ФИО2

Судом установлено, что общество с ограниченной ответственностью «Строительно-Буровая компания «Уралбурстрой» исключено из ЕГРЮЛ 21.07.2022, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

Иные лица, участвующие в рассмотрении заявления, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения заявления о процессуальном правопреемстве в порядке ст. 121, 123 АПК РФ, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, что в соответствии со ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения заявления в их отсутствие.

В судебном заседании от ФИО2 поступили письменные пояснения.

Протокольным определением от 07.11.2022 суд апелляционной инстанции, с учетом отсутствия возражений участвующих при рассмотрении заявления о процессуальном правопреемстве лиц, приобщил к материалам дела дополнительные доказательства и письменные пояснения.

Апелляционный суд, рассмотрев заявление ФИО2 о процессуальном правопреемстве, исследовав материалы дела, оценив в порядке ст. 71 АПК РФ имеющиеся в материалах доказательства в их совокупности и взаимосвязи, установил следующее.

Как следует из материалов дела, 11.11.2021 между ООО «ПГК» (цедент) и ФИО2 (цессионарий) заключен договор цессии № 11/2, в соответствии с п. 1 которого цессионарию уступлены права требования ООО «ПГК» к ООО «Бенар», в том числе право требования задолженности в сумме 1 284 723, 87 руб. по договору аренды оборудования от 16.10.2017, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.01.2021 по 02.04.2021 в сумме 13 867, 98 руб., являвшихся предметом рассмотрения в рамках настоящего дела.

В п. 2 договора цессии № 11/2 от 11.11.2021 предусмотрено, что исполнение договора обусловлено наступлением следующих отлагательных условий (п. 1 ст. 157 ГК РФ), согласовано, что права требования передаются цедентом цессионарию после наступления следующих условий:

- п. 2.1.1 договора цессии: погашение цессионарием (или подконтрольным ему юридическим лицом) задолженности ООО «Бенар» перед кредиторами, указанными в п. 2.3.1, 2.3.2, 2.3.3, договора, либо приобретение цессионарием (или подконтрольным ему юридическим лицом) прав требований кредиторов, указанных в п. 2.2.1, 2.2.2, 2.2.3 настоящего договора путем заключения договоров цессии; Стороны признают надлежащим исполнением отлагательного условия, указанного в настоящем абзаце также заключение Цессионарием (или подконтрольным ему юридическим лицом) договора (-а) цессии с кредитором (-кредиторами), указанным (-ыми) в п. 2.2.1, 2.2.2, 2.2.3 настоящего договора, и погашение задолженности перед кредиторами (-ом), указанными (-ым) в п. 2.2.1., 2.2.2, 2.2.3 настоящего договора.

- п. 2.1.2 договора цессии: прекращение производства по делу № А50-17793/2021 по заявлению ФИО13, прекращение производства по делу № А50-21128/2021 по заявлению ООО «Строительно-Буровая компания «УралбурСтрой» о включении в промежуточный ликвидационный баланс ООО «Бенар» требования ООО «Уралбурстрой».

- п. 2.1.3 договора цессии: прекращение прав участника ООО «Бенар» ФИО6 на долю в указанном обществе.

В п. 2.2.1-2.2.3 договора цессии указаны сведения о кредиторах ООО «Бенар», ссылки на которых содержатся в п. 2.1.1 договора цессии, а именно:

- ФИО13 (сумма задолженности ООО «Бенар» перед ФИО13 составляет 1 988 251 руб., задолженность подтверждена решением Ленинского районного суда от 03.06.2021 по делу № 2-29/2021) (п. 2.2.1 договора);

- ООО «Строительно-Буровая компания «Уралбурстрой» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) (сумма задолженности ООО «Бенар» перед ООО «Строительно-Буровая компания «Уралбурстрой» составляет 1 032 401 руб. 66 коп.) (п. 2.2.2 договора);

- ООО «Ремстрой» (ОГРН:   

<

***>, ИНН: 

<

***>) (сумма задолженности ООО «Бенар» перед ООО «Ремстрой» - основной долг в размере 54 176,21 руб., неустойка в размере 34 347,72 руб., задолженность подтверждена решением Арбитражного суда по делу № А50-34407/19 от 02.09.2020) (п. 2.2.3 договора).

Ссылаясь на наступление отлагательных условий, предусмотренных пунктами 2.1.1, 2.1.2 договора цессии № 11/2 от 11.11.2021, указывая, что наступлению отлагательного условия, предусмотренного пунктом 2.1.3 договора цессии, препятствует ФИО6, как контролирующее лицо ООО «Прикамская гипсовая компания», в связи с чем на основании п. 3 ст. 157 ГК РФ данное условие считается наступившим, ФИО2 обратился в арбитражный суд на основании ст. 48 АПК РФ с заявлением о процессуальном правопреемстве.

Изучив материалы дела, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о том, что заявление ИП ФИО2 о процессуальном правопреемстве подлежит удовлетворению на основании следующего.

Согласно ч. 1 ст. 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Процессуальное правопреемство возможно только в том случае, если имело место правопреемство в материальном гражданском правоотношении.

Процессуальное правопреемство осуществляется судом путем замены стороны в споре ее правопреемником.

В соответствии с ч. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты (ст. 384 ГК РФ).

По правилам пункта 2 статьи 389.1 ГК РФ требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» разъяснено, что по общему правилу, требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, например договора продажи имущественного права (пункт 2 статьи 389.1 ГК РФ). Однако законом или таким договором может быть установлен более поздний момент перехода требования. Стороны вправе установить, что переход требования произойдет по истечении определенного срока или при наступлении согласованного сторонами отлагательного условия.

В силу пункта 1 статьи 157 ГК РФ сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит.

Из анализа условий пункта 2 договора цессии следует, что стороны данного договора согласовали отлагательные условия для перехода права требования к цессионарию, которые изложены в пунктах 2.1.1-2.13 договора цессии.

В обоснование наступления отлагательного условия, предусмотренного пунктом 2.1.1 договора цессии, ФИО2 ссылается на следующие обстоятельства и доказательства. 

Между ФИО13 (Цедент) и ФИО2 (Цессионарий) заключен договор уступки прав требований от 17.11.2021, в соответствии с которым Цедент передает Цессионарию в полном объеме принадлежавшие ему права требования к ООО  «Бенар», именуемому в дальнейшем «Должник», и все связанные с ними права, в том числе, права на штрафные санкции, неустойки, обеспечивающие исполнение обязательств (права требования): права требования по договору поставки от 11.06.2019 в сумме 1 988 251, 45 руб., в том числе, 574 612 руб. - основной долг, 574 612 руб. - неустойка за период с 22.03.2020 по 27.10.2020, 508 884 руб. - убытки, 25 000 руб. - компенсация морального вреда, 300 000 руб. - штраф, 5 143, 45 руб. - государственная пошлина.

Уступленные права требования к ОО «Бенар» считаются перешедшими к ФИО2 в связи исполнением последним обязанности по оплате (пункт 6 договора уступки прав требования б/н от 17.11.2021), что подтверждается заявлением на рублевый перевод № 1 от 18.11.2021 и платежным поручением № 1 от 18.11.2021.

Определением Ленинского районного суда г. Перми от 04.02.2022 по делу № 2-29/2021 произведена замена истца (взыскателя) по гражданскому делу № 2-29/2021 с ФИО13 на ФИО2, чем подтверждено правопреемство на стороне кредитора в материальных правоотношениях ФИО13 (кредитор) и ООО «Бенар» (должник).

Таким образом, ФИО2 приобретены права требования кредитора ООО «Бенар», сведения о котором указаны в п. 2.2.1 договора цессии № 11/2 от 11.11.2021.

Во исполнение п. 2 договора цессии № 11/2 от 11.11.2021 между ФИО11 (Цедент) и ФИО2 (Цессионарий) также заключен договор уступки прав требований б/н от 17.12.2021, в соответствии с которым Цедент передает Цессионарию в полном объеме принадлежавшие ему права требования к ООО «Бенар» (должник) и все связанные с ними права, в том числе, права на штрафные санкции, неустойки, обеспечивающие исполнение обязательств (права требования):

- права требования по договору субподряда на изготовление изделий и монтаж от 27.07.2017 в размере 680 755 руб. 37 коп. - убытки, 19 615 руб. 00 коп. - государственная пошлина, присужденных решением Арбитражного суда Пермского края от 18.06.2021 по делу № А50- 30245/2020;

- права требования на взыскание суммы в размере 75 000 руб. - судебные расходы на оплату услуг представителя, присужденные определением Арбитражного суда Пермского края от 11.10.2021 по делу № А50-30245/2020;

- права требования по договору субподряда на изготовление изделий и монтаж от 27.07.2017 в размере 250 000 руб. - неустойка, 7 031 руб. 29 коп. - государственная пошлина, присужденные решением Арбитражного суда Пермского края от 29.06.2020 по делу № А50-31351/2019, вступившим в законную силу 02.11.2020.

Уступленные права требования считаются перешедшими к ФИО2 в момент заключения договора цессии б/н от 17.12.2021.

Права требования приобретены Цедентом по договору уступки прав требования от 16.12.2021 у ООО «Строительно-буровая компания «УралБурСтрой» (ИНН/ОГРН: 

<

***>/

<

***>). Обязательство по оплате исполнено Цедентом, что подтверждается платежным поручением № 1 от 16.12.2021, в связи с чем в силу п. 2 данного договора переход уступаемых прав считается состоявшимся.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 04.02.2022 по делу № А50-31351/2019 произведена замена истца - ООО «Строительно-буровая компания «Уралбурстрой», а впоследствии ФИО11, на правопреемника - ИП ФИО2 по делу № А50-31351/2019.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 01.02.2022 по делу № А50-30245/20 произведена замена истца - ООО «Строительно-буровая компания «Уралбурстрой», а впоследствии ФИО11, на правопреемника - ИП ФИО2 по делу № А50-30245/20.

Данными судебными актами подтверждается правопреемство на стороне кредитора в материальных правоотношениях ООО «Строительно-буровая компания «Уралбурстрой» (кредитор) и ООО «Бенар» (должник).

Таким образом, ФИО2 приобретены права требования кредитора ООО «Бенар», сведения о котором указаны в п. 2.2.2 договора цессии № 11/2 от 11.11.2021.

Кроме того, между ФИО12 (Цедент) и ФИО2 (Цессионарий) заключен договор уступки прав требования б/н от 06.12.2021, по условиям которого Цедент передает Цессионарию в полном объеме принадлежавшие ему права требования к ООО  «Бенар» (должник) и все связанные с ними права, в том числе, права на штрафные санкции, неустойки, обеспечивающие исполнение обязательств (права требования):

- права требования по договору субподряда от 17.08.2017 в размере            54 176, 21 руб., неустойка в размере 34 347, 72 руб. за период с 10.02.2018 по 05.11.2019 с продолжением начисления неустойки с 06.11.2019 по день фактической оплаты задолженности, взысканные с Должника решением Арбитражного суда Пермского края от 02.09.2020 по делу № А50-34407/2019 по иску общества с ограниченной ответственностью «РемСтрой» (ОГРН: 

<

***>; ИНН 

<

***>), приобретенные Цедентом у ООО «РемСтрой» по договору уступки прав требования (цессии) от 18.10.2021;

- права требования в размере 50 000 руб. - возмещенные судебные расходы, 744 руб. 62 коп. - почтовые расходы, понесенные при рассмотрении дела А50-34407/2019 по иску ООО «РемСтрой» о взыскании задолженности по договору субподряда от 17.08.2017, взысканные определением Арбитражного суда от 31.05.2021 по делу А50-34407/2019, приобретенные Цедентом у ООО «РемСтрой» по договору уступки прав требования (цессии) от 18.10.2021 года.

Права требования к ООО «Бенар» считаются перешедшими к ФИО2 в связи исполнением им обязанности по оплате уступленного права (пункт 5 договора уступки права требования б/н от 06.12.2021), что подтверждается платежным поручением № 15767 от 08.12.2021.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 14.01.2022 по делу № А50-34407/2019 произведено процессуальное правопреемство ФИО12 (ИНН: 

<

***>) на ИП ФИО2, что подтверждает  правопреемство на стороне кредитора в материальных правоотношениях между ООО «РемСтрой» (Кредитор) и ООО «Бенар» (Должник).

С учетом изложенного, ФИО2 приобретены права требования кредитора ООО «Бенар», сведения о котором указаны в п. 2.2.3 договора цессии № 11/2 от 11.11.2021.

Наступление отлагательного условия, предусмотренного пунктом 2.1.2 договора цессии № 11/2 от 11.11.2021, заявитель подтверждает следующим.

По делу № А50-17793/2021 ФИО13 отказался от заявления о признании ООО «Бенар» банкротом, в связи с чем производство по данному делу прекращено определением Арбитражного суда Пермского края от 23.12.2021 по делу № А50-17793/2021.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 30.11.2021 по делу № А50-21128/2021 в удовлетворении требований ООО «Строительно-буровая компания «Уралбурстрой» к ООО «Бенар» отказано в полном объеме.

Наступление отлагательных условий, предусмотренных п. 2.1.1, 2.1.2. договора цессии № 11/2 от 11.11.2021 г., подтверждается также заявлением ООО «УК «Гипсополимер» о зачете встречных требований от 21.01.2022 № УК 26, поскольку аналогичные отлагательные условия были установлены в договоре перевода долга от 11.11.2021 между ИП ФИО2 и ООО «УК «Гипсополимер».

Как установлено судом и следует из материалов дела, ООО «Прикамская гипсовая компания», а также иные лица, привлеченные к рассмотрению заявления о процессуальном правопреемстве, не оспаривают  факт наступления отлагательных условий, предусмотренных в пунктах 2.1.1, 2.1.2 договора цессии № 11/2 от 11.11.2021, какие-либо возражения относительно наступления указанных отлагательных условий в отзыве на заявление о процессуальном правопреемстве, в апелляционной жалобе, в отзывах на апелляционную жалобу не содержатся, в связи с чем с учетом изложенного суд признает наступившими отлагательные условия, предусмотренные в пунктах 2.1.1, 2.1.2 договора цессии № 11/2 от 11.11.2021 (п. 1 ст. 157 ГК РФ).

Истец, ООО «Прикамская гипсовая компания», а также ФИО6, ФИО8, ООО «УК «Гипсополимер» возражают относительно наступления отлагательного условия, предусмотренного п. 2.1.3 договора цессии, содержащего условие о прекращении прав участника ООО «Бенар» ФИО6 на долю в указанном обществе.

Ссылаясь на наступление отлагательного условия, предусмотренного пунктом 2.1.3 договора цессии, на основании п. 3 ст. 157 ГК РФ, заявитель указал, что наступлению данного отлагательного условия препятствует ФИО6

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, участниками ООО «Бенар» являются ФИО6 с размером доли 50 % в уставном капитале общества, ФИО10 с размером доли 50 % уставного капитала, по состоянию на момент обращения ФИО2 с заявлением о процессуальном правопреемстве общество находилось в стадии ликвидации.

Участниками ООО «Прикамская гипсовая компания» по состоянию на 05.04.2022 являлись ФИО6 с размером доли 50 % в уставном капитале общества, ФИО14 с размером доли 50 % уставного капитала, генеральным директором – ФИО6

Как пояснил заявитель и следует из материалов дела, с целью наступления отлагательного условия, предусмотренного п. 2.1.3 договора цессии, письмом от 21.03.2022 ФИО2 обратился к ФИО10 с просьбой реализовать право приобретения доли ФИО6 в уставном капитале ООО «Бенар», предусмотренное пунктом 4.2 договора об осуществлении прав участников общества «Бенар» (корпоративный договор) от 11.11.2021, заключенного между ФИО6 (участник 1) и ФИО10 (участник 2), являющихся участниками  ООО «Бенар» с долей в уставном капитале общества в размере 50 % каждая.

В п. 1.1 корпоративного договора предусмотрено, что участники обязуются в порядке и на условиях, определенных договором, осуществлять свои корпоративные права или воздерживаться (отказаться) от их осуществления, в том числе голосовать определенным образом на общем собрании участников ООО «Бенар», согласованно осуществлять иные действия по управлению обществом, приобретать или отчуждать доли в его уставном капитале по определенной цене или при наступлении определенных обстоятельств либо воздерживаться от отчуждения долей до наступления определенных обстоятельств. 

В соответствии с п. 4.2 корпоративного договора после заключения настоящего договора участник 2 вправе требовать приобретения им доли участника 1 в обществе по номинальной стоимости в любое время, если совершение такой сделки возможно в соответствии с законом.

Пунктом 4.1 корпоративного договора аналогичное право предоставлено участнику 1.

В п. 4.3 корпоративного договора предусмотрено, что участники воздерживаются от отчуждения долей в уставном капитале общества в пользу третьих лиц.

После получения письма от ИП ФИО2 ФИО10, реализуя предусмотренное п. 4.2 корпоративного договора право, направила в адрес ФИО6 требование от 24.03.2022 о выкупе доли  с предложением явиться для заключения договора купли-продажи доли к нотариусу ФИО15 01.04.2022 в 11:00, приложив проект договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Бенар».

Письмом от 31.03.2022 ФИО6 сообщила о  невозможности явиться в указанное время к нотариусу для заключения договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Бенар» в связи с ее отсутствием в г. Перми, а также предложила заранее обсудить существенные условия по продаже принадлежащей ей доли.

Временно исполняющим обязанности нотариуса нотариальной палаты Пермского края ФИО15 составлена справка от 20.04.2022 регистрационный номер № 217, согласно которой ФИО6 для совершения сделки к назначенному времени не явилась, документы не представила, от ФИО10 для совершения сделки явился ФИО4 с доверенностью и документами, необходимыми для совершения сделки.

01.04.2022 ФИО10 повторно направила в адрес ФИО6 требование о выкупе доли в соответствии с п. 4.2 корпоративного договора с предложением явиться для заключения договора купли-продажи доли к нотариусу ФИО15 13.04.2022 в 11:00, приложив проект договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Бенар».

Повторное требование от 01.04.2022 получено 05.04.2022 ФИО6 согласно отчету об отслеживании отправления с почтовым  идентификатором 61403970003117. 

Письмом от 12.04.2022 ФИО6 сообщила ФИО10 о необходимость включения в договор купли-продажи доли условия о прощении долга кредитором ООО «Бенар» ФИО2

13.04.2022 представитель ФИО10 - ФИО4, ФИО6 явились к нотариусу ФИО15, между тем ФИО6 отказалась заключать договор купли-продажи доли в соответствии с п. 4.2 корпоративного договора, потребовав включения новых условий, указанных ею в письме от 12.04.2022, представитель ФИО10 отказался от заключения сделки на предложенных ФИО6 условиях, которые не содержатся в корпоративном договоре.

22.04.2022 по электронной почте 0803irina@rambler.ru (на данный адрес электронной почты ФИО6 ссылалась в своих письмах от 31.03.2022, от 12.04.2022, от 28.04.2022) ФИО6 было направлено требование о необходимости согласовании даты и времени (с 25.04.2022 по 28.04.2022) явки к нотариусу для заключения договора купли-продажи доли в уставном капитале с приложением проекта договора, при этом в целях оперативности представитель ФИО10 просил сообщить о возможных дате и времени явки к нотариусу по адресам электронной почты, указанным в требовании от 22.04.2022.

Данное письмо 23.04.2022  также направлено по почтовому адресу ФИО6, получено 26.04.2022, между тем ФИО6 не направила ответ на данное письмо, не предприняла каких-либо действий по согласованию даты и времени явки к нотариусу для заключения договора купли-продажи доли в уставном капитале в предложенный представителями ФИО10 срок.

29.04.2022 ФИО6 на электронную почту представителей ФИО10 был направлен ответ от 28.04.2022 на требование ФИО10 от 22.04.2022, в котором ФИО6 указала на невозможность явки к нотариусу в предложенное время, а также сослалась на нотариально удостоверенный отказ супруга в предоставлении согласия на отчуждение своей доли в уставном капитале ООО «Бенар».

К данному ответу ФИО6 от 28.04.2022 была приложена копия нотариально удостоверенного заявления ФИО8 от 15.04.2022 об отказе в предоставлении согласия своей супруге ФИО6 на продажу (отчуждение) принадлежащей ей доли в уставном капитале ООО «Бенар» от 15.04.2022.

В своем письменном отзыве от 01.11.2022 на заявление ФИО2 о процессуальном правопреемстве ФИО8 указал, что в начале апреля 2022 г. к нему обратилась супруга ФИО6 с просьбой дать согласие на продажу ее доли в уставном капитале ООО «Бенар», что он готов дать согласие на продажу указанной доли при условии прощения ФИО2 всех долгов ООО «Бенар» либо готов сам выкупить у ФИО2 долги ООО «Бенар» за 100 000 руб. и простить данные долги обществу.

Исследовав и оценив вышеприведенные обстоятельства, доводы и возражения участвующих в деле лиц, представленные доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции установил, что ФИО6 совершаются действия, направленные на уклонение от исполнения принятого на себя обязательства по продаже принадлежащей ей доли в уставном капитале ООО «Бенар», установленного п. 4.2 корпоративного договора, направленные на воспрепятствование наступлению отлагательного условия, согласованного в п. 2.1.3 договора цессии.

При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Так,  вышеуказанный договор цессии № 11/2 от 11.11.2021 от имени истца, ООО «ПГК», подписан самой ФИО6, являющейся генеральным директором ООО «ПГК», в связи с чем ей известно было содержание условий данного договора, заключая данный договор цессии, ею не заявлялось каких-либо возражений относительно содержания п. 2.1.3 договора, в том числе, относительно включения условия о прекращении прав участника в случае прощения ФИО2 всех долгов ООО «Бенар», на которое ссылается ФИО6, возражая относительно удовлетворения заявления ФИО2 о процессуальном правопреемстве.

В п. 4.2 корпоративного договора также не содержится условия о праве ФИО10 требовать продажи доли ФИО6 лишь в случае прощения ФИО2 всех долгов ООО «Бенар» либо под иным условием.

Следует отметить, что заключая договор цессии № 11/2 от 11.11.2021, корпоративный договор, ФИО6 не заявляла о необходимости получения согласия супруга на продажу данной доли в уставном капитале ООО «Бенар», а также на необходимость получения согласия своего супруга ФИО8 ФИО6 не ссылалась в своем требовании от 12.04.2022, в ходе встречи у нотариуса 13.04.2022, нотариально удостоверенный отказ супруга в предоставлении согласия на отчуждение ФИО6 доли в уставном капитале ООО «Бенар» составлен лишь 15.04.2022 после отказа ФИО10 заключить договор купли-продажи доли на предложенном ФИО6 условии о прощении ФИО2 всех долгов ООО «Бенар».

Ссылки ФИО6 на нотариальной удостоверенный отказ супруга - ФИО8 подлежат отклонению, поскольку противоречат ранее предоставленным ФИО2 заверениям ФИО6, изложенным в представленной в материалы дела ФИО2 копии договора от 11.11.2021 купли-продажи доли в уставном капитале ООО «ГипсополимерСтрой», в  абз. 2 п. 11 которого содержится условие о том, что ФИО6 (Покупатель) заверила ФИО2, (Продавца) о том, что между ней и ее супругом заключен брачный договор, по условиям которого приобретенное в период брака имущество является собственностью того из супругов, на имя которого оно было приобретено.

Брак между ФИО6 и ФИО8 был заключен 05.08.1995, доля в уставном капитале приобретена ФИО6 в 2017 году, что следует из выписки из ЕГРЮЛ.

В судебном заседании 07.11.2022 представлена выписка из брачного договора, в п. 1.2 которого содержится условие о том, что имущество, приобретенное супругами в период брака и оформленное на имя кого-то из них, будет считаться имуществом соответствующего супруга, согласие другого супруга на распоряжение таким имуществом не требуется.

Из изложенного следует, что действия ФИО6 и ее супруга являются согласованными, направленными на уклонение ФИО6 от исполнения обязательств по корпоративному договору и на воспрепятствование наступлению отлагательного условия, согласованного в п. 2.1.3 договора цессии.

Ссылки истца, ФИО6 на то, что при заключении корпоративного договора ФИО6 были даны заверения о том, что ООО «Бенар» находится в стадии ликвидации, между тем на момент обращения к ней ФИО10 с требованием о продаже доли ликвидация общества не завершена, не принимаются во внимание, поскольку вопреки позиции ФИО6, изложенной в рамках настоящего дела от имени истца, как генерального директора, и от себя лично, как участника ООО «Бенар», корпоративный договор не содержит условия о том, что ФИО10 вправе требовать продажи ей доли ФИО6 лишь в случае ликвидации общества.

Из анализа содержания корпоративного договора следует, что порядок приобретения (отчуждения) долей в уставном капитале общества «Бенар» установлен в разделе 4 корпоративного договора, в п. 4.2 которого предусмотрено, что после заключения настоящего договора участник 2 (ФИО10) вправе в любое время требовать приобретения им доли участника 1 в обществе по номинальной стоимости.

В разделе 6 корпоративного договора содержатся заключительные положения, в п. 6.5 которого указано что, подписывая настоящий договор, ФИО10 делает заверение, что общество находится в стадии ликвидации и будет исключен из ЕГРЮЛ в срок до 31.12.2023.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, по состоянию на момент обращения ФИО2 с заявлением о процессуальном правопреемстве общество находилось в стадии ликвидации с 2020 г., впоследствии в 2022 г. участниками общества принято решение об отмене процедуры ликвидации, что не свидетельствует о том, что до 31.12.2023 (п. 6.5 корпоративного договора) не состоится ликвидация общества, поскольку участники общества вправе в любое время принять решение о ликвидации общества, что подтверждается пояснения самой ФИО6 о том, что в настоящее время ею принимаются все возможные меры для ликвидации ООО «Бенар».

Ссылки ФИО6 на то, что в п. 2.1.3 договора цессии не установлен срок наступления отлагательного условия, подлежат отклонению на основании следующего.

Согласно п. 2 ст. 314 ГК РФ в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не предусмотрена законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не вытекает из обычаев либо существа обязательства.

В силу статьи 327.1 ГК РФ исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству может быть обусловлено совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон.

В данном случае ФИО2 как сторона договора цессии совершил действия, направленные на исполнение условий данного договора, а именно, письмом от 21.03.2022 ФИО2 обратился к ФИО10, являющейся втором участником ООО «Бенар», с просьбой реализовать право приобретения доли ФИО6 в уставном капитале ООО «Бенар».

Между тем, длительный период времени (с марта 2022 г.) по настоящее время ФИО6 уклоняется от прекращения прав участника общества и от наступления отлагательного условия, согласованного в п. 2.1.3 договора цессии, что подтверждается вышеприведенными обстоятельствами, имеющимися в материалах дела доказательствами, а также позицией и процессуальным поведением ФИО6 при рассмотрении судом заявления о процессуальном правопреемстве по настоящему делу (возражения относительно удовлетворения данного заявления, подача апелляционной жалобы от имени ООО «ПГК», в котором является генеральным директором и т.д.).

В п. 3 ст. 157 ГК РФ предусмотрено, что если наступлению условия недобросовестно воспрепятствовала сторона, которой наступление условия невыгодно, то условие признается наступившим.

В соответствии с пп. 3, 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 56 ГПК РФ, ст. 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона, соответственно наступившим или ненаступившим (п. 3 ст. 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (п. 5 ст. 166 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениям, приведенным в пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", последствия недобросовестных действий (бездействия) стороны сделки, способствовавших наступлению или ненаступлению условия, установлены пунктом 3 статьи 157 ГК РФ. Если наступлению условия недобросовестно воспрепятствовала сторона, которой наступление условия невыгодно, то условие признается наступившим.

Исходя из вышеприведенных норм права и разъяснений, учитывая, что представленными в материалы дела доказательствами подтвержден факт системного уклонения ФИО6, являющейся участником и директором истца, а также участником ответчика, от отчуждения своей доли в уставном капитале ООО «Бенар», настаивающей, в том числе на включение в договор купли-продажи доли дополнительного существенного условия, не согласованного сторонами договора цессии и корпоративного договора, что свидетельствует о воспрепятствовании наступлению отлагательного условия, предусмотренного пунктом 2.1.3 договора цессии № 11/2 от 11.11.2021, суд приходит к выводу о том, что  отлагательное условие, предусмотренное приведенным пунктом договора цессии № 11/2 от 11.11.2021, является в силу п. 3 ст. 157 ГК РФ наступившим.

Доводы ФИО6, истца о том, что имеется иная возможность выхода из общества помимо продажи доли, в частности, путем ликвидации общества, не имеют правового значения, поскольку в данном случае при участии самой ФИО6 заключены договор цессии и корпоративный договор, содержащие определенные условия, при этом материалами дела подтверждается и судом установлен факт уклонения  ФИО6 от исполнения условий данных договоров.

Ссылки истца, ФИО6, ФИО8, ООО «УК «Гипсополмер» на имеющийся корпоративный конфликт и соответствующие доказательства, представленные в обоснование взаимоотношений и договоренностей сторон данного корпоративного конфликта, подлежат отклонению, поскольку не имеют правового значения при рассмотрении в рамках настоящего дела вопроса о процессуальном правопреемстве на стороне истца (взыскателя) по требованию о взыскании задолженности по арендной плате, предметом настоящего спора не являются правоотношения, вытекающие из указанного сторонами корпоративного конфликта.

Изложенные ФИО6 доводы о возможном предъявлении к ней ФИО2, как кредитором ООО «Бенар», требований о привлечении ее как участника общества к субсидиарной ответственности носят предположительный характер и не опровергают выводов суда о наступлении отлагательного условия, предусмотренного п. 2.1.3 договора цессии № 11/2 от 11.11.2021  в силу п. 3 ст. 157 ГК РФ.

ФИО6, приобретая долю в уставном капитале юридического лица в размере 50%, должна была предполагать наличие соответствующих рисков, возникающих в силу наличия у нее статуса участника общества. 

Иные доводы истца, ФИО6, ФИО8, ООО «УК «Гипсополимер», приведенные в обоснование возражений относительно удовлетворения заявления ФИО2 о процессуальном правопреемстве, подлежат отклонению, как не опровергающие вышеприведенные выводу суда и не соответствующие вышеприведенным нормам права и разъяснениям.

Согласно правовой позиции ВАС РФ, сформулированной в п. п. 1, 14 Информационного письма N 120 от 30.10.07 переход права требования от первоначального кредитора к новому кредитору непосредственно не затрагивает прав и законных интересов должника.

В данном случае указанный договор цессии не возлагает на должника дополнительных обязанностей и дополнительной ответственности, а лишь вносит изменения в части кредитора. Доказательств, свидетельствующих о том, что указанным договором цессии каким-либо образом затронуты права и законные интересы должника в материалы дела не представлено. Доказательств того, что личность кредитора в данном случае имеет существенное значение в материалы дела также не представлено.

Изучив условия договора цессии № 11/2 от 11.11.2021, представленные в дело доказательства и установив, что договор цессии не противоречит нормам главы 24 ГК РФ, содержит все существенные условия, предусмотренные законом для данного вида договоров, а уступка права произведена в соответствии с нормами действующего законодательства, что свидетельствует о перемене лица в правоотношении, связанном с исполнением решения суда по настоящему делу, принимая во внимание отсутствие доказательств исполнения решения суда в полном объеме, а также отсутствие обстоятельств, препятствующих переходу прав требования к ФИО2, суд считает заявление о процессуальном правопреемстве подлежащим удовлетворению на основании ст. 48 АПК РФ.

Установление обстоятельства, повлекшего переход к рассмотрению настоящего дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, является основанием для отмены решения суда первой инстанции (ч. 6.1 ст. 268, ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку в силу подп. 12 п. 1 ст. 333.21 НК РФ уплата государственной пошлины за подачу настоящей апелляционной жалобы не предусмотрена; подлинных документов, подтверждающих ее уплату, заявителем не представлено, вопрос о возвращении государственной пошлины из федерального бюджета судом апелляционной инстанции не рассматривается.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 06 мая 2022 года о процессуальном правопреемстве по делу № А50-8059/2021 отменить.

Заявление ФИО2 о процессуальном правопреемстве по делу № А50-8059/2021  удовлетворить.

Произвести замену взыскателя - общества с ограниченной ответственностью «Прикамская гипсовая компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) на его правопреемника - ФИО2 (ИНН 

<

***>).

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Судья                                                                                             Э.А. Ушакова