/

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-15156/2017-ГК

г. Пермь

21 ноября 2017 года

Дело № А60-13832/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 14 ноября 2017 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 ноября 2017 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Гребенкиной Н.А.,

судей Балдина Р.А., Сусловой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Петровой Н.Ю.,

при участии:

от истца, Каплуна Сергея Рудольфовича: Черноскутов М.П., доверенность от 19.01.2017, паспорт;

от ответчика, индивидуального предпринимателя Герасимовой Ксении Николаевны: Васильев А.С., доверенность от 14.04.2017, паспорт;

от третьего лица,  Михалева Ивана Сергеевича: Васильев А.С., доверенность от 14.04.2017, паспорт;

от третьего лица, Герасимовой Татьяны Николаевны: представители не явились;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца, Каплуна Сергея Рудольфовича,

на решение Арбитражного суда Свердловской области 

от 22 августа 2017 года

по делу № А60-13832/2017,

принятое судьей Соболевой Н.В.,	

по иску ООО «КМК-Групп» (ОГРН 1096606002613, ИНН 6606032474) в лице участника Каплуна Сергея Рудольфовича 

к индивидуальному предпринимателю Герасимовой Ксении Николаевне (ОГРНИП 309667419700027, ИНН 667400881015),

третьи лица: Михалев Иван Сергеевич, Герасимова Татьяна Николаевна,

о признании договора недействительным,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «КМК-ГРУПП» в лице участника Каплуна Сергея Рудольфовича (далее – ООО «КМК-ГРУПП», Каплун С.Р.) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к индивидуальному предпринимателю Герасимовой Ксении Николаевне (далее – ИП Герасимова К.Н.) о признании договора на передачу полномочий по руководству деятельностью автосалона управляющему от 01.07.2016 недействительным. Кроме того, истец просит применить последствия признания договора от 01.07.2016 недействительным, взыскать с ИП Герасимовой К.Н. денежные средства в размере 11 855 590 руб. 70 коп.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.04.2017 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Михалев Иван Сергеевич.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.06.2017 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Герасимова Татьяна Николаевна.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 22.08.2017 в удовлетворении исковых требований отказано.

Истец с решением суда первой инстанции не согласился, направил апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт.

Заявитель жалобы считает, что решение суда первой инстанции не является мотивированным, судом не исследованы доводы истца о наличии правовых оснований для признания договора недействительным, а также представленные в обоснование доводов письменные доказательства, пояснения сторон. Указывает, что формальный характер спорного договора подтверждается отсутствием отчетов. Полагает, что условия договора на передачу полномочий являются экономически нецелесообразными, противоречат имущественным интересам общества, платежи носят бессистемный и необоснованный характер. Утверждает, что ежемесячный размер вознаграждения, выплачиваемый управляющему, в разы превышает общий фонд ежемесячной заработной платы, выплачиваемой всем трудоустроенным сотрудникам общества. Апеллянт также ссылается на злоупотребление правом сторонами при составлении оспариваемого договора, которое выражается:

- в отсутствии решения общего собрания участников об одобрении передачи полномочий единоличного исполнительного органа управляющему;

- участник ООО «КМК-ГРУПП» не был уведомлен о составлении спорного договора;

- спорный договор подписан генеральным директором ООО «КМК-ГРУПП» в нарушение нормы пункта 3 статьи 42 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»;

- нормы действующего законодательства и положения Устава не допускают одновременное наличие в качестве органа управления обществом управляющего и единоличного исполнительного органа.

Ответчик в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором против доводов, указанных в апелляционной жалобе возражал, просил оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Третьи лица письменные отзывы на апелляционную жалобу не представили.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца доводы апелляционной жалобы поддержал, просил решение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить; представитель ответчика и третьего лица, Михалева И.С., доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, поддержал, просил апелляционную жалобу истца оставить без удовлетворения, решение – без изменения.

Апелляционным судом жалоба рассмотрена в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей третьего лица, Герасимовой Т.Н., извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «КМК-ГРУПП» (ИНН 6606032474, ОГРН 1096606002613) зарегистрировано в качестве юридического лица 03.11.2009, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ по состоянию на 27.03.2017.

Участниками общества являются Каплун Сергей Рудольфович с долей в уставном капитале 50 %, Герасимова Татьяна Николаевна с долей в уставном капитале 10 %, и Михалев Иван Сергеевич с долей в уставном капитале общества 40 %, который также является генеральным директором ООО ответственностью «КМК-ГРУПП».

Между ИП Герасимовой К.Н. и ООО «КМК-ГРУПП» заключен договор на передачу полномочий по руководству деятельностью автосалона управляющему от 01.07.2016, по условиям которого Общество передает осуществление полномочий по руководству текущей деятельностью автосалона по продаже, ремонту и техническому обслуживанию автомобилей марки Volkswagen управляющему и обязуется оплачивать его услуги.

В соответствии с пунктом 2.2 договора управляющий принимает на себя осуществление полномочий, определенных предметом договора:

2.2.1. действует от имени общества, в том числе представляет его интересы;

2.2.2. принимает меры по обеспечению выполнения утвержденных плановых, производственных, экономических, финансовых показателей автосалона;

2.2.3. выполняет планы компании для достижения ее задач;

2.2.4. обеспечивает достижение показателей эффективности (КПЭ);

2.2.5. осуществляет иные полномочия, не отнесенные законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, генерального директора (единоличного исполнительного органа общества).

Согласно пункту 4.1 договора вознаграждение управляющего по настоящему договору выплачивается на ежемесячной основе и состоит из двух частей:

4.1.1. постоянный платеж в размере 500 000 руб.;

4.1.2. переменный платеж – определяется в зависимости от достигнутых результатов в рамках хозяйственной деятельности автосалона – уровня выполненных ключевых показателей эффективности (КПЭ).

Ссылаясь на то, что указанный договор является мнимой сделкой, заключен сторонами, злоупотребляющими своими правами, вопреки требованиям законодательства, носит формальный характер, является экономически нецелесообразным, заведомо убыточным для общества, является сделкой с заинтересованностью, истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 174, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также пункта 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» и исходил из того, что обстоятельства, которые могут являться основанием для признания сделки недействительной, истцом не доказаны; а содержание условий оспариваемого договора не свидетельствует о том, что ответчику были переданы полномочия единоличного исполнительного органа общества. 

Кроме того, суд первой инстанции отметил, что права истца как участника общества, нарушенные, как он полагает, тем, что общество, в лице директора, в целях вывода активов из общества установило для управляющего автосалоном вознаграждение в значительных размерах, а ответчик необоснованно его получал, могут быть защищены подачей истцом иных исков (о взыскании убытков с директора, о взыскании неосновательного обогащения со стороны исполнителя услуг и пр.). Арбитражный суд также принял во внимание доводы ответчика и третьего лица о том, что обращаясь с иском, истец не преследовал цели защиты своих прав как участника общества, поскольку между обществом и участником (истцом) существует корпоративных конфликт, и оспариваемая сделка фактически прекратила действия истца в период осуществления им полномочий единоличного исполнительного органа (с 26.10.2009 по 28.10.2014) по выводу из общества основного источника доходов (обслуживание автомобилей Volkswagen).

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, в судебном заседании, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенной нормы права, стороны мнимой сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, то есть стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Согласно пункту 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанная норма права определяет следующие характеристики мнимой сделки: отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов), создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении вопроса о квалификации той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Между тем, доводы апелляционной жалобы истца основаны на неверной оценке содержания договора и обстоятельств его исполнения.

Так, в подтверждение факта исполнения договора, а именно пункта 4.4 договора, в материалы дела представлены отчеты управляющего, которые не опровергнуты истцом (от заявленного ходатайства о фальсификации отчетов истец впоследствии отказался устно, что зафиксировано в протоколе судебного заседания от 15.08.2017).

Кроме того, допрошенный по ходатайству истца свидетель указал, что в действительности исполнение договора со стороны ответчика имело место, поскольку последний фактически исполнял предусмотренные договором функции.

Довод апеллянта о том, что отчёты не представлялись на утверждение общего собрания участников не имеет правового значения, поскольку утверждение результатов текущих обязательственных операций в рамках исполнения договорных отношений по оспариваемому договору по смыслу правил статьи 33 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» не относится к компетенции общего собрания участников общества, равно не предусмотрено соответствующее правило и в уставе общества.

При этом хаотичный характер платежей, на который ссылается истец, сам по себе не свидетельствует о мнимости оспариваемого договора и, как пояснил ответчик, обусловлен сложившейся в обществе практикой осуществления хозяйственных операций.

Исходя из конструкции, предусмотренной статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон, соответственно, истец должен представить доказательства, свидетельствующие о том, что при совершении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех гражданско-правовых последствий, которые наступают в ходе исполнения сделки, что у сторон мнимой сделки нет цели достижения заявленных результатов, волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, а сам результат исполнения представляет собой имитацию. 

Также необходимым является установление того обстоятельства, что стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения: в обоснование мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Принимая во внимание процессуальную позицию истца и совершенные истцом в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции действия (отказ от заявления о фальсификации доказательств, от предоставления доказательств, хотя возможность представления документов о финансово-хозяйственной деятельности у него имелась), представленные в материалы дела ответчиком доказательства, подтверждающие реальность исполнения заключенного сторонами договора, отсутствие в рамках данного спора доказательств мнимости оспариваемой сделки, и, следовательно, доказательств, подтверждающих, что ответчик действовал исключительно с намерением причинить вред истцу, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что указанная сделка не является мнимой, рассматриваемый договор на передачу полномочий по руководству деятельностью автосалона Управляющему от 01.07.2016 не может быть признан недействительной сделкой на основании норм статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, в действиях сторон отсутствуют признаки злоупотребления правом.

При таких обстоятельствах основания для применения к спорным правоотношениям пункта 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, на который ссылается истец, апелляционный суд не усматривает.

Более того, по смыслу правовой позиции, изложенной в пункте 8 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при наличии специального основания в законе правила статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации применению не подлежат. Между тем, основания для применения в данном случае специальных правил пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражным судом не установлены.

Также суд апелляционной инстанции отмечает, что истец в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил в материалы дела доказательства, подтверждающие факт совершения оспариваемого им договора на заведомо и значительно невыгодных условиях (в ущерб интересам юридического лица).

Согласно пункту 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 № 162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации» невыгодность условий сама по себе, даже будучи доказанной истцом, не является основанием для признания следки недействительной даже по более «тяжкому» основанию недействительности – статье 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, что позволяет предположить возможность применить аналогичное правило и по отношению в пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из материалов настоящего дела следует, что истец не представил подтверждения того, что условия спорного договора отклоняются от условий аналогичных сделок, заключаемых участниками гражданского оборота, являются экономически необоснованными. 

Напротив, установление в договоре двух составляющих цены: постоянной – ежемесячный платеж, и переменной – определяемой в зависимости от достигнутых результатов в рамках хозяйственной деятельности автосалона – уровня выполненных ключевых показателей эффективности (КПЭ), позволяет сделать вывод о том, что стороны напрямую установили зависимость стоимости услуг исполнителя от результатов его деятельности, что очевидно направлено на стимулирование исполнителя к наилучшему исполнению обязательств по договору. Таким образом, из условий договора очевидно, что вознаграждение по договору обусловлено конкретными финансовыми показателями деятельности общества и зависит от получаемой им прибыли в отчетный период. При этом оценка ценовой политики договорных правоотношений не входит в полномочия арбитражного суда, не являющегося органом контроля коммерческих условий договоров.

Проанализировав содержание оспариваемого договора, апелляционный суд полагает, что по своей природе и содержанию он значительно отличается как от трудового договора с работником, так и трудового договора с исполнительным органом, равно как и от договора с управляющим, предусмотренного положениями статьи 42 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Более того, простое сопоставление размера вознаграждения исполнителя, с которым заключен гражданско-правовой договор, с размером заработной платы работников не всегда может быть признано обоснованным, поскольку рынок труда также не всегда является сопоставимым с рынком оказания услуг по управлению операционной деятельностью юридического лица.

Также истцом в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств того, что согласованная сторонами цена договора является завышенной, истцу причинены убытки установлением такой цены договора.

Применительно к доводам апелляционной жалобы о том, что данный договор направлен на обход правил подпункта 4 пункта 3 статьи 33 и статьи 42 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», суд апелляционной инстанции полагает верными выводы суда первой инстанции о том, что содержание условий оспариваемого договора не свидетельствует о том, что ответчику были переданы полномочия единоличного исполнительного органа общества. Следовательно, доводы истца о том, что при заключении оспариваемой сделки требовалось принятие решения общего собрания участников об одобрении/согласии на передачу полномочий единоличного исполнительного органа управляющему, решения об утверждении условий договора с управляющим, решения о выборе управляющего, являются необоснованными.

Более того, из материалов дела следует, что указанные истцом нормы Федерального закона о соблюдении соответствующих процедур не были нарушены при заключении оспариваемого договора, поскольку из содержания выписки из ЕГРЮЛ в отношении общества следует, что единоличным исполнительным органом общества является третье лицо без самостоятельных требований, тогда как ответчик таковым не является.

Согласно пункту 1 статьи 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в редакции, действующей на день заключения оспариваемого договора) сделки (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, в том числе управляющей организации или управляющего, члена коллегиального исполнительного органа общества или акционера общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами 20 и более процентов голосов от числа всех участников общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями настоящей главы.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и не полнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица: являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; владеют (каждый в отдельности или в совокупности) 20 и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица; в иных случаях, определенных уставом общества.

Таким образом, заявленное истцом требование о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», является очевидно необоснованным, поскольку ответчик для целей её применения не считался заинтересованным, равно как не считается заинтересованным и в настоящее время в связи с не преодолением порога в 20 %. Доказательства заинтересованности в совершении спорной следки в отношении третьего лица, подписавшего договор от имени общества, в материалы дела не представлены.

Иных оснований для признания спорного договора недействительным при рассмотрении дела заявлено не было.

В связи с неисполнением истцом бремени доказывания в части применения односторонней реституции, заявленной им в предмете исковых требований, при наличии доказательств исполнения договора, с учетом правовых позиций, изложенных в пункте 80 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, пункте 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 за 2016 год (утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016) о презумпции равенства встречных предоставлений по реституционному требованию, исковое требование о взыскании с ответчика вышеуказанной суммы платежей по спорному договору по основаниям статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации не может быть удовлетворено.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о правомерности отказа судом первой инстанции в удовлетворении заявленных требований.

Правовые основания для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены (изменения) судебного акта с учетом рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, отсутствуют.

Обстоятельства дела установлены судом первой инстанции верно и в полном объеме. Выводы суда сделаны на основе верной оценки имеющихся в материалах дела доказательств, оснований для их иной оценки апелляционным судом, в зависимости от доводов апелляционной жалобы, не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 22 августа 2017 год по делу № А60-13832/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационногопроизводства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

Н.А. Гребенкина

 

Судьи 

Р.А. Балдин

 

О.В. Суслова