ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

13 января 2023 года

Дело №А56-94557/2021/тр.2

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 января 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 января 2023 года.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.А.,

судей Кротова С.М., Тарасовой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии:  

- от ООО «Лизинговая компания «СВ-Транспорт»: представителя ФИО2 по доверенности от 12.01.2021; 

- от временного управляющего ФИО3: представителя ФИО4 по доверенности от 03.06.2022 посредством системы онлайн-заседания; 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-36414/2022) общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания «СВ-Транспорт» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.10.2022 по обособленному спору № А56-94557/2021/тр.2 (судья Блажко А.Ю.), принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания «СВ-Транспорт» о включении требования в реестр требований кредиторов должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Ремспецмаш», 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Марин Индастриал Сервис» (далее – ООО «МИС») 15.10.2021 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Ремспецмаш» (далее – ООО «ПК «Ремспецмаш») несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 22.11.2021 заявление ООО «МИС» принято к производству.

Определением суда первой инстанции от 02.03.2022 заявление ООО «МИС» признано обоснованным, в отношении ООО «ПК «Ремспецмаш» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 12.03.2022 № 42.

Общество с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания «СВ-Транспорт» (далее – ООО «ЛК «СВ-Транспорт») 11.04.2022 (зарегистрировано 12.04.2022) обратилось в суд первой инстанции с заявлением о включении требования в размере 1 131 019 руб. 89 коп., в том числе 769 450 руб. 61 коп. основного долга и 361 569 руб. 28 коп. процентов в реестр требований кредиторов ООО «ПК «Ремспецмаш» как обеспеченное залогом следующего движимого имущества: Вибростол Trennso Technik TTS 300-1000-1КV для сепарации лома 2013 года выпуска (1 шт); Ангар КЛ 10000 х 20000 мм (1 шт); Дробилка молотковая МД 7х9 2013 года выпуска (1 шт); Конвейер ленточный универсальный К-СОп-12000/1000-С 2013 года выпуска (1 шт); Шредер Bomatic B850S 2010 года выпуска (1 шт); Весы Cкейл 0,5 СКП-1012 2008 года выпуска (1 шт); Пылеулавливающий агрегат (Циклон) ПФЦ-5000КР (полиэтер) 5,5 кВт 2014 года выпуска (1 шт); Магнитный сепаратор Cogelme SMN-70 2PX1 EN10 2014 года выпуска (1 шт); Бытовка, оборудованная радиаторами 2010 года выпуска (1 шт).

Определением суда первой инстанции от 19.10.2022 в удовлетворении заявления ООО «ЛК «СВ-Транспорт» о включении в реестр требований кредиторов ООО «ПК «Ремспецмаш» отказано. 

В апелляционной жалобе ООО «ЛК «СВ-Транспорт», ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от  19.10.2022 по обособленному спору № А56-94557/2021/тр.2 отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, договор, неисполнение должником которого послужило основанием для предъявления рассматриваемых требований в реестр, является реальным; признаки аффилированности ООО «ЛК «СВ-Транспорт» и ООО «ПК «Ремспецмаш» отсутствуют; выводы суда первой инстанции о мнимости спорных правоотношений являются ошибочными.

До начала судебного заседания от временного управляющего ФИО3 поступило ходатайство об участии в деле посредством системы онлайн-заседания, которое судом апелляционной инстанции было удовлетворено. 

В отзыве временный управляющий ФИО3 просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения. 

В судебном заседании представитель ООО «ЛК «СВ-Транспорт» поддержал доводы апелляционной жалобы. Представитель временного управляющего ФИО3 возражал по мотивам, приведенным в соответствующем отзыве.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов обособленного спора, в обоснование наличия у должника финансовых обязательств ООО «ЛК «СВ-Транспорт» указало следующее.

25.09.2015 между ООО «ЛК «СВ-Транспорт» (Кредитор) и ООО «ПК «Ремспецмаш» (Заемщик) был заключен договор займа № 439-1/15, в соответствии с которым Кредитор предоставил Заемщику заем в размере 3 913 000 руб., а Заемщик обязался вернуть полученную сумму займа в срок до 23.10.2018 и уплатить проценты на сумму полученного займа исходя из процентной ставки 20,75% годовых.

Сумма займа была перечислена на счет Заемщика платежными поручениями от 01.10.2015 № 5458, от 02.10.2015 № 5472, от 07.10.2015 № 5512, от 26.11.2015 № 6436.

Обязательства должника по погашению задолженности по договору займа были обеспечены залогом движимого имущества должника в соответствии с договором залога от 25.09.2015 № 439-1-3/15.

21.03.2017 между Кредитором, Заемщиком и ООО «ПК «Ремспецмаш» был заключен договор о перемене лиц в обязательстве, по условиям которого Заемщик с согласия Кредитора передал все свои обязанности по договору займа от 25.09.2015 № 439-1/15 ООО «ПК «Ремспецмаш».

Кроме того, в связи с приобретением залогового имущества должником у Заемщика на основании договора от 20.03.2017 № 20-3/17 к должнику также перешли все права и обязанности Заемщика по договору залога движимого имущества.

По состоянию на 23.08.2018 должником не были исполнены все обязательства по договору займа.

23.10.2018 между Кредитором и должником было заключено соглашение о реструктуризации долга на 12 месяцев ежемесячно в размере 99 607 руб.

Таким образом, исходя из расчета заявителя задолженность по состоянию на 06.04.2022 составила 769 450 руб. 61 коп. основного долга и 435 494 руб. 51 коп. процентов.

Согласно пункту 1.2 договора проценты начисляются на остаток ссудной задолженности по основному долгу в последний рабочий день каждого месяца.

По состоянию на 30.09.2021 были начислены проценты в размере 353 258 руб. 16 коп., за период с 01.10.2021 по 19.10.2021 начислено 8311 руб. 12 коп.

При указанных обстоятельствах Кредитор просил включить задолженность по погашению суммы займа в размере 769 450 руб. 61 коп., а также проценты по состоянию на 19.10.2021 в размере 361 569 руб. 28 коп., как обеспеченные залогом имущества должника.

Суд первой инстанции, рассмотрев требование ООО «ЛК «СВ-Транспорт» к ООО «ПК «Ремспецмаш», в удовлетворении заявления отказал.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу статьи 2 Закона о банкротстве кредиторами признаются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих по трудовому договору.

Согласно пункту 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований и включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

К заявлению кредитора об установлении размера его требований прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам, доказательства оснований возникновения задолженности, позволяющие установить документальную обоснованность этих требований.

При рассмотрении обоснованности требований кредиторов подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Учитывая специфику дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Таким образом, арбитражному суду при рассмотрении требований кредиторов необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности по обязательствам должника на основе положений норм материального права, в том числе дать оценку заявленным по требованию возражениям иных участвующих в деле лиц.

Возражая против удовлетворения заявления, временный управляющий выразил сомнения относительно реальности исполнения договора займа от 25.09.2015 № 439-1/15 ввиду несовпадения назначения платежа в платежных поручениях от 01.10.2015 № 5458, от 02.10.2015 № 5472, от 07.10.2015 № 5512, от 26.11.2015 № 6436.

В судебном заседании 14.09.2022 представитель ООО «ЛК «СВ-Транспорт» указал, что в период с 01.10.2015 по 07.10.2015 между ООО «ЛК «СВ-Транспорт» и ООО «ПК «Ремспецмаш» было заключено соглашение о поставке оборудования, поставщиком являлось ООО «ПК «Ремспецмаш» (ИНН 

<

***>).

При этом представленное ООО «ЛК «СВ-Транспорт» в материалы спора письмо с просьбой об изменении назначения платежа, как правильно указал суд первой инстанции, не может являться надлежащим доказательством перечисления денежных средств платежными поручениями от 01.10.2015 № 5458, от 02.10.2015                    № 5472, от 07.10.2015 № 5512, от 26.11.2015 № 6436 по договору займа от 25.09.2015 № 439-1/15 ввиду отсутствия доказательств расторжения соглашения о поставке оборудования, а также ввиду отсутствия доказательств получения указанного письма ООО «ПК «Ремспецмаш» (ИНН 

<

***>) первоначальным заёмщиком.

Суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что в нарушение положений статьи 65 АПК РФ ООО «ЛК «СВ-Транспорт» не опровергло факт  наличия соглашения о поставке оборудования и факт отсутствия доказательств получения указанного письма ООО «ПК «Ремспецмаш» (ИНН 

<

***>) первоначальным заёмщиком.

Исходя из принципов диспозитивности и состязательности арбитражного процесса, получивших отражение в статьях 9, 41, 65 АПК РФ, представление доказательств в подтверждение своих требований и доводов является обязанностью стороны. В случае уклонения участника процесса от реализации предоставленных ему законом прав и обязанностей, последний несет риск наступления неблагоприятных последствий.

ООО «ЛК «СВ-Транспорт» не представило в материалы дела пояснение о том, каким образом ООО «ПК «Ремспецмаш» (ИНН 

<

***>) первоначальный заёмщик в обход пункта 3.1.6 договора залога № 439-1-З/15 о залоге движимого имущества от 25.09.2015 без согласия ООО «ЛК «СВ-Транспорт» заключило договор купли-продажи оборудования от 20.03.2017 № 20-3/17 с ООО «ПК «Ремспецмаш» (ИНН 

<

***>) должником в настоящем деле, предметом которого является предмет залога по договору залога № 439-1-З/15 о залоге движимого имущества от 25.09.2015.

При этом ООО «ЛК «СВ-Транспорт» не обратило взыскание на предмет залога, а заключило договор о перемене лиц в обязательстве от 21.03.2017                        № 439-1/17.

Как правильно отметил суд первой инстанции, фактически отказ ООО «ЛК «СВ-Транспорт» от взыскания задолженности с ООО «ПК «Ремспецмаш» (ИНН 

<

***>) в настоящем деле противоречит целям предпринимательской деятельности (извлечение прибыли) и стандартам добросовестного и разумного  поведения участника гражданского оборота.

Суд первой инстанции посчитал, что такое экономически необоснованное поведение кредитора свидетельствует о мнимости правоотношений сторон.

Кроме того, заявляя настоящее требование как обеспеченное залогом имущества, представитель кредитора не смог пояснить местонахождение указанного имущества.

При этом на основании представленных в материалы дела документов суд первой инстанции установил факт наличия фактической аффилированности                ООО «ЛК «СВ-Транспорт» и ООО «ПК «Ремспецмаш» в силу следующих обстоятельств:

- ФИО5 – участник ООО «ПК «Ремспецмаш» (ИНН 

<

***>) в период с 03.12.2015 по 17.10.2018 – доля владения 60% - сведения подтверждены информационными выписками, содержащими сведения из ЕГРЮЛ, сформированными с помощью системы «КонтурФокус»;

- ФИО5 – участник ООО «ЛК «СВ-Транспорт» (ИНН 

<

***>) в период с 22.12.2008 по настоящее время – доля владения 17,5% -сведения подтверждены выпиской из ЕГРЮЛ.

То есть на момент заключения между ООО «ПК «Ремспецмаш» (ИНН 

<

***>) – должником в настоящем деле и ООО «ЛК «СВ-Транспорт» договора купли-продажи оборудования от 20.03.2017 № 20-3/17, договора о перемене лиц в обязательстве от 21.03.2017 № 439/17 ФИО5 являлся участником ООО «ПК «Ремспецмаш» (ИНН 

<

***>) – должника в настоящем деле и участником             ООО «ЛК «СВ-Транспорт» (

<

***>).

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Формально-юридические критерии аффиированности установлены статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 (ред. от 26.07.2006) «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (далее - Закон о конкуренции).

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Таким образом, согласованность действий сторон спорных взаимоотношений, предшествующих возбуждению дела о банкротстве, предполагается вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.) при наличии доказательств иной заинтересованности (дружеские отношения, совместный бизнес, частое взаимодействие).

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В частности, на фактическую аффилированность указывают отсутствие собственных экономических нужд должника по заключению сделки, предоставление кредитором отсрочки исполнения обязательства на неопределенный срок, что не может быть объяснено с точки зрения такой цели коммерческого юридического лица, как извлечение прибыли от своей деятельности.

Для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора.

Однако, в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора («дружественный» кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Однако модель поведения, выбранная ООО «ЛК «СВ-Транспорт», в настоящем споре, свидетельствует об обратном.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из содержания указанной выше нормы под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

Согласно пункту 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не праве уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

С учетом изложенного, оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности кредитором возникновения у должника перед ООО «ЛК «СВ-Транспорт» обязательств, вытекающих из договора займа от 25.09.2015 № 439-1/15, предусмотренных положениями пункта 1 статьи 307 ГК РФ.

Доводы подателя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для  его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.10.2022 по обособленному спору № А56-94557/2021/тр.2 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

Е.А. Герасимова

 

Судьи

 

С.М. Кротов

 М.В. Тарасова